Текст книги "Она возвращается, мы разводимся (СИ)"

Автор книги: Лара Вагнер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц)

Лара Вагнер
Она возвращается, мы разводимся

Глава 1

Заглядываю в комнату дочери. Та сидит перед зеркалом и моего появления не замечает. Я довольно громко говорю:

– Кристина, иди ужинать. Третий раз уже зову. Папу ждать не будем, он на работе задерживается…

Она оборачивается, и я невольно вскрикиваю:

– Что у тебя с губами?!

Вместо нормальных человеческих губ на узкой мордашке Кристины – нечто распухшее и воспаленное. Предположения, которые напрашиваются сразу: аллергия, отек, пчела укусила… Хотя для пчел не сезон… Но через пару секунд догадываюсь – дело в другом. Тем более что взгляд у Кристины крайне довольный. Точнее, самодовольный.

– Как ты это сделала? И главное, зачем?

Она снисходительно отвечает:

– Это блеск-плампер. Придает объем.

Берет со столика полупрозрачный флакон и гордо демонстрирует мне.

– Это не объем, а какие-то розовые пельмени. Смой немедленно!

На ум приходят и другие определения того, что Кристина сотворила. Однако сдерживаюсь и не произношу их вслух.

Замечаю на столике зубную щетку… Похоже, одним блеском мероприятие не обошлось. Чтобы достичь такого убийственного эффекта, Кристина наверняка еще и втирала это “замечательное” косметическое средство в губы. Надо же было додуматься!

Перехватываю у нее флакон, читаю состав: экстракт перца, ментол…

– Ладно, отправляйся в ванную и умойся как следует холодной водой. Надеюсь, губы уцелеют.

Она возмущенно фыркает.

– Мне так нравится! Это модно сейчас.

– Но есть же какой-то разумный предел.

– Сейчас все так ходят.

– Кто все? Твои одноклассницы выглядят прилично. И не вздумай повторять эксперименты. Тебе завтра в гимназию. И я не уверена, что туда пускают в подобном виде.

Кристина по своей излюбленной привычке пытается недовольно поджать губы, однако сейчас это не получается. В последние полгода между нами все чаще вспыхивают ссоры. Мелкие, но раздражающие и по большей части на пустом месте. Через несколько месяцев, в июле, Кристине исполнится восемнадцать. Вроде бы, самый пик подростковой конфликтности уже должен быть пройден, пора слегка повзрослеть. Но ее постоянное недовольство всем на свете только накапливается.

– Все равно я потом нормально увеличу губы. Найду косметолога.

– Не вижу смысла. У тебя черты лица вполне гармоничные от природы. Ты симпатичная девушка. Зачем себя уродовать?

Не хватало еще откопать какую-нибудь сомнительную мастерицу и в таком юном возрасте превратиться в жертву моды, которая то закачивает в собственный организм неизвестно что, то выкачивает. То борется с последствиями, то опять принимается издеваться над натуральной внешностью. Дамы, гоняющиеся за ускользающей молодостью – окей, это их выбор, люди взрослые. Но девочка, за которую я привыкла брать ответственность?..

– С сегодняшнего дня – никаких карманных денег. Ни на блески, ни на походы к косметологам по объявлениям! Не обижайся, это исключительно для твоей пользы.

– Подумаешь! Деньги сама найду. И ты мне не родная, чтобы командовать!

– Я тебя вырастила, между прочим. И более-менее воспитала. Правда, с воспитанием большие проблемы. Но я старалась.

– И что я теперь, кланяться должна? Это в твоих интересах было.

Уже не первый раз ловлю себя на мысли: будь Кристина моей родной дочкой, я бы вышла из берегов и устроила настоящий скандал. Но… приходится сдерживаться. Как обычно.

– А всякие полезные советы мне мама даст. Настоящая. Твое мнение нафиг не уперлось!

На миг перехватывает дыхание. Что означают слова Кристины? Они просто брошены в сердцах и ни на чем не основаны? Или?..

– Что ты имеешь в виду?

Она прижимает кончики пальцев ко рту, и тут же отдергивает руку. Наверное, кожу жжет от любого прикосновения.

– Ой… Только не рассказывай папе, что я проговорилась! Случайно вышло.

– Кристиночка, давай не будем ссориться. Хорошо? Просто объясни, о чем ты говорила. Ты с ней общаешься?

– Ну… мы переписываемся. И она скоро возвращается. Переезжает из Москвы.

– А папа в курсе?

– Ага. Помнишь, он после Нового года в Москву ездил? Как бы по делам фирмы. Тогда они с мамой все решили. Это пока секрет. Не выдавай меня!

– Не выдам.

– Честное слово?

– Честное слово. Но ты должна смыть всю эту гадость.

– Без проблем!

Кристина сразу становится шелковой. Обычно так и бывает, когда нужно скрыть от отца ее мелкие тайны и проделки. Его она предпочитает не злить и не разочаровывать. Прекрасно знает, перед кем можно разыгрывать спектакли, а перед кем точно не стоит. Когда он захотел, чтобы Кристина называла меня мамой – она легко согласилась. Правда, обращается так ко мне исключительно при отце. А наедине – по имени. Мне бы очень хотелось, чтобы Кристина считала себя моей настоящей дочерью. Однако ничего не могу изменить, как бы не старалась быть чуть ли не заботливей родной матери. Характер Кристины начал проявляться уже давно, когда я только появилась в этом доме.

Глава 2

Почти четырнадцать лет назад

В то летнее утро я проснулась от настойчивого телефонного звонка. Бодренькая мелодия повторялась снова и снова, никак не желая стихнуть и оставить меня в покое. А в самом начале первых институтских каникул так хотелось как следует отоспаться и расслабиться. И только потом, примерно через недельку заняться чем-нибудь полезным. Однако телефон расслабляться не давал.

Я вытянула руку и подняла его с тумбочки. На экране светилось:

“Анжелка”

Бывшая одноклассница ни за какие коврижки не оставила бы попытки дозвониться. Раз уж ей чего-то понадобилось. Не такой человек, чтобы останавливаться на полпути.

Пришлось ответить. Тем более, и час уже был совсем не ранний. Четверть десятого.

– Привет.

– Привет! Наконец-то ответила! – затараторила Анжела. – Неужели спишь еще?

– У меня вообще-то каникулы.

– У меня тоже. Но уже с утра работаю! Пашу, можно сказать. В отличие от некоторых.

– Очень рада за тебя, Анжел. Ты что-то хотела? Или просто так звонишь?

После короткой паузы Анжела сказала:

– Ну-ууу-у, я все равно собиралась позвонить, поболтать… Но сейчас очень срочное дело!

– Какое?

– Ты сможешь меня выручить?

Я насторожилась. Обычно отклик на просьбы Анжелы ни к чему хорошему не приводил. Начиная с первого класса. Почти каждый раз какая-нибудь дурацкая ситуация – то замечание в дневник, то жалоба родителям от соседки, то порванное платье… Не всегда, конечно, такие плачевные результаты, но частенько. Когда мы подросли, ситуация осталась прежней, только неприятности слегка “повзрослели”.

– Можешь конкретно сказать?

– Понимаешь, я устроилась няней работать. А сегодня надо отлучиться на пару часов. Посидишь вместо меня с ребенком, ладно?

– Нет! Я вообще не умею с детьми обращаться. Такая ответственность… я боюсь… Поищи кого-нибудь другого, Анжел. Ну, Кате Захаровой позвони. У нее двое братишек мелких. Она привыкла.

Анжела ответила трагическим тоном:

– Кате я звонила. Она на даче.

– Тогда еще кого-то попроси. А я не могу, извини.

Я уже приготовилась поскорей закончить разговор, но Анжела взмолилась:

– Погоди-погоди! Пожалуйста! Ты думаешь, это грудной младенец, что ли? Девчонке четыре года почти. Самостоятельная, тихая. Включишь ей мульты, она и будет сидеть как мышка. Всего два часа, Полиночка! Просто я недавно совсем устроилась, место хорошее. Неудобно сразу их подводить.

Ты же моя самая близкая подруга!

Если точно, изначально мы не были такими уж близкими. Просто обе дружили с одноклассницей Мариной, общались только из-за нее. После седьмого класса Марина с родителями переехала в Питер. И мы с Анжелой остались вдвоем. Куда уж теперь друг от друга денешься?

– Ты меня просто спасешь!

– А что у тебя стряслось?

– Потом расскажу. В подробностях. Тебе и добираться близко.

Она назвала адрес. Ехать действительно не очень далеко.

– Если хочешь, такси оплачу!

– Не надо, на автобусе доберусь.

– Хорошо. Так я жду тебя?

– Жди.

– А ты когда из дома сможешь выйти?

– Умоюсь, позавтракаю, оденусь и сразу выйду.

– Полиночка, давай поскорей, пожалуйста! Умоляю! Там на месте позавтракаешь. Вкусняшки есть! А на следующей неделе я тебя в кафешку приглашу. Обещаю!

– Окей. Тогда минут через десять выхожу.

– Спасибочки! Жду!

* * *

Выйдя из автобуса, я перешла дорогу. Прямо передо мной красовалось здание банка, напротив которого был разбит скверик с фонтанчиком, пирамидальными туями, замощенными дорожками, симпатичными лавочками и пестрыми клумбами. А за банком высились новенькие кирпичные девятиэтажки. Анжела так и сказала: “После сквера пройдешь немного вглубь улицы. Недалеко совсем от остановки”.

Действительно, расстояние небольшое, раз Анжела ждет меня в одном из этих домов. Я миновала сквер и зашагала по тротуару. Нужный дом упорно отказывался находиться. Вообще номера распределялись как-то хаотично, никакой логики. Поэтому я обошла весь мини-квартал. В итоге не обнаружила то, что искала! Спросить дорогу не у кого. Когда только появилась там, местные жители попадались навстречу. А потом по закону подлости перестали попадаться, словно сквозь землю провалились. Телефон у меня был кнопочный, ни карт, ни навигатора. Пришлось звонить Анжеле.

– Я на месте, но дом не могу найти. Тут последний – тринадцать “А”. Ты правильно адрес сказала?

– Дальше продолжение улицы. Такое же название. За многоэтажками еще один сквер. Проходишь через него, потом ворота. Они сейчас открыты. И дальше минут семь-десять всего… прямо по дороге. Номер на воротах. Позвонишь в домофон.

– Раньше нельзя было обьяснить?!

– Прости, я думала ты знаешь, что там частные коттеджи стоят.

– Откуда я могла знать?

Ничего не поделаешь, обижаться и возвращаться домой было бы глупо. Я прошла через то, что Анжела почему-то назвала “сквером” – на самом деле это была березовая рощица, и оказалась перед воротами. К счастью, они и впрямь были распахнуты. Зашла внутрь и словно попала в другое мир, бесконечно далекий от городской суеты и шума. Впрочем, березовая рощица тоже заранее создавала другую атмосферу – спокойную и комфортную. Будто находишься на природе. А не в обычном городском районе. Сам вряд ли догадаешься о существовании такого райского уголка.

По обе стороны дороги – красивые изгороди – в разном стиле, но все по-своему презентабельные. Многие украшенные ажурной ковкой. На полосках земли перед изгородями декоративные кустарники, композиции из камней, контейнеры с цветочками, ухоженные молодые елочки и можжевельники, невысокие молодые рябинки… Садовый жасмин в самом цвету… Красотища! Наверняка большинство хозяев участков не возились с благоустройством сами. Нанимали специалистов из ландшафтных фирм, чтобы и с улицы их владения радовали глаз. До чего же классно, наверное, внутри...

Так я рассуждала, пока шагала мимо. Раньше никогда не подозревала, что не так уж далеко от оживленного центра есть такой приятный уголок. Пташки тут щебетали весело и беззаботно, над цветами порхали бабочки.

Сзади послышался приглушенный, совсем тихий сигнал. Лишь в тот момент до меня дошло, что я топаю прямо посреди проезжей дороги. Я поскорей отскочила к обочине и перешла на узкий тротуар. Роскошное черное авто прошуршало шинами и не торопясь покатило дальше.

Ежу понятно, местные обитатели на простецких дешевых машинках ездить не станут и поддерживать отечественного производителя не разлетятся. А еще мне запало в душу то, что водитель не стал гудеть во всю мощь. И уж тем более не высунулся наружу и не наорал на растяпу, которая мешает проезду. Вероятно, обстановка здесь располагала к доброжелательному и вежливому отношению, к приятной расслабленности, а не к грубости и крикам.

Разумеется, Анжела преуменьшила расстояние, которое понадобилось пройти. Лишь бы заманить меня сюда. Я ведь уже не развернусь обратно у самой цели. Дорога заняла не семь-десять минут, а почти двадцать, я специально засекла время. Но ничего страшного, зато прогулялась. Когда бы я еще попала на территорию элитного района? Интересно, каким образом Анжелка туда просочилась, и кто в здравом уме доверил ей присматривать за ребенком? Неужели не нашлось никого более внушающего доверия?

Наконец я остановилась перед искомым номером и разобралась с домофоном.

– Заходи, – послышался знакомый голос.

Калитка в воротах пропустила меня на внутреннюю территорию… Дом сразу впечатлил. Солидное двухэтажное здание, можно даже сказать, особняк, как бы пафосно это ни звучало. К высокому крыльцу вела покрытая тротуарной плиткой дорожка. По пути я успела заметить беседку, площадку для барбекю, альпийскую горку, пышные кусты пионов, еще каких-то цветов, названия которых были мне тогда неизвестны. И повсюду – кованые элементы. Точно удовольствие не из дешевых. Отец в прошлом году собрался было заказать в одной фирме мангал на дачу, прикинул цену, возмутился – и купил готовый, простой, без наворотов. А тут целая коллекция изысканных кованых изделий.

Я поднялась по ступенькам крыльца. Анжела уже распахнула дверь и поджидала на пороге. Поправила свои буйные золотистые кудряшки, заулыбалась:

– Я знала, что не подведешь! Молодец. Давай заходи, сейчас покажу тут все.

Глава 3

Из просторного холла Анжела провела меня по коридору на кухню. Она тоже, конечно, была просторной, а такого обилия самой современной бытовой техники я наяву прежде не видала. Не говоря уж про обстановку в целом. Кроме большого стола с мраморной столешницей (на самом деле она была из искусственного камня, но я в таких тонкостях еще не разбиралась), имелся и маленький, не бросавшийся в глаза столик. Он уже был накрыт для чаепития и уставлен всякими вкусностями.

– Вот, садись, – сказала Анжела. – Угощайся, а то из-за меня без завтрака осталась. Короче, я побежала…

– Погоди! Где ребенок?

– У себя в комнате сидит, на втором этаже. “Алису в стране чудес” читает.

– Прямо сама читает, в четыре года?

– Делает вид, что читает, конечно. Книжка еще и на английском.

– Понятно. Но ты мне ребенка хоть покажи. И вообще обещала все показать и объяснить. Не убегай пока…

– Хорошо, пошли. Если чай остынет, сама подогреешь.

Анжела ткнула пальцем в серебристый прибор, больше напоминавший нечто космическое, а не банальный чайник, и выскочила из кухни. Потом мы поднялись по лестнице на второй этаж. Комнат там было много, Анжела распахнула дверь одной из них. В большой детской маленькая девочка в розовых штанишках и футболке сидела на пушистом светлом ковре и сосредоточенно разглядывала открытую книгу, лежавшую у нее на коленях.

– Кристина! – позвала Анжела.

Девочка подняла голову, окинула нас внимательным серьезным взглядом, но ничего не сказала.

– Кристиночка, это Полина. Она побудет с тобой недолго. А я пока сбегаю новые журналы куплю. Хорошо?

Все так же молча девочка кивнула и вновь уткнулась в книжку.

Анжела потянула меня в коридор.

– Ванная и все остальное – вон там. На первом этаже тоже туалет есть, в конце коридора.

– Ты когда вернешься?

– Через два часа. Максимум через два с половиной. Тебе и делать ничего не надо. Сиди чай пей, телек можешь там в гостиной включить. Журналов всяких на диване полно валяется. Просто время от времени заглядывай к Кристинке, проверяй, что все нормально. Да все нормально и так будет! Она же тихая-спокойная, ты сама видела.

– А чем ее кормить?

– Я сама до обеда вернусь обязательно. Но на всякий случай…

Мы спустились на первый этаж. Анжела устроила мне экскурсию по кухне, приоткрывая дверцы огромного холодильника и шкафчиков, объяснила, что где лежит. Научила пользоваться навороченной плитой.

– Только подогреешь и все. Пара пустяков. Еда вся готовая… Ой, опаздываю уже!

– А куда ты все-таки?

– Полин, потом расскажу!

Судя по макияжу и супер-микро-юбке, Анжела собралась на какое-то срочное свидание. Причем точно не деловое.

Я проводила ее до входной двери.

Оставался еще один вопрос:

– Анжел, ты как вообще сюда на работу устроилась?

– Потом, всё потом!

Она послала мне воздушный поцелуй и упорхнула.

Закрыв дверь, я потопала на кухню. В принципе, мне было интересно тут находиться. Еще ни разу не довелось угодить в такие хоромы, как называла богатые дома и квартиры моя бабушка. Любопытный опыт. Вообще ничего страшного. И Анжелку выручила, и на новом месте побывала. Да и Кристина вполне приятная девочка, серьезная. Немного присмотрю за ней, дождусь возвращения Анжелы и поеду спокойно домой.

Делать мне было особо нечего, и я отправилась завтракать.

Анжела и правда постаралась ради меня: небольшой столик ломился от сладостей и фруктов, в том числе экзотических, которые я видела только в дорогом супермаркете, но на вкус не пробовала. Еще плитка моего любимого горького шоколада… Подружка умела угодить, этого у нее не отнять.

Пока я наслаждалась сладким завтраком и уже воткнула ложечку в мягкий бок миндального пирожного, на кухне неслышно появилась Кристина. И тут я впервые услышала ее голос:

– Что ты делаешь?

– Чай пью. Хочешь?

– Нет. Я уже пила.

– Даже шоколадку не хочешь?

Она сморщила нос и строго объявила:

– У меня на шоколад аллергия. Он очень вредный.

– Ну, я ведь этого не знала. Предложила от чистого сердца.

– А ты теперь моей няней будешь?

– Нет. Твоя няня Анжела. Я уйду, когда она вернется. Уже скоро.

– Моя няня – Галина Сер-ррр-ргеевна, – важно сообщила Кристина. Вообще букву “р” она выговаривала довольно четко. Но с отчеством “Сергеевна” пришлось особенно постараться.

– Понятно, – ответила я. Хотя на самом деле ничего было не понятно.

– Как мы будем играть? – тем временем спросила Кристина.

– А как ты обычно играешь?

– В куклы мне не нравится. Давай пазлы собирать.

– Хорошо. Где они? В твоей комнате?

– Да. Но я хочу в гостиной.

– Без проблем. Тащи пазлы.

Я думала, моя временная подопечная принесет совсем простенькие пазлы, которые собираются за пять минут. Однако в гостиную она доставила две внушительные коробки, где хранились в разобранном виде очень даже эпичные изображения. Первое с Алисой, бегущей за кроликом. Второе с “безумным чаепитием” – Шляпник, Мартовский заяц и Соня. Настоящие картины, а не мультяшные картинки, рассчитанные на маленьких детей.

– “Алиса в стране чудес” – твоя любимая сказка?

Кристина ненадолго задумалась.

– Мне больше сказки Пер-ррр-ро нравятся. Алиса тоже интересная.

– И мне Алиса нравится. Только я про нее узнала, когда была старше чем ты. Уже в первом классе училась.

Конечно, Кристина была девочкой развитой не по годам. И все же сборка этих картин оказалась сложноватой не только для нее, но даже для меня. Плюс мы переоценили свои силы и взялись сразу за две картины. Часть пазлов случайно смешалась… В общем, работы хватало.

Я увлеклась всерьез, а вот Кристине через некоторое время наше занятие надоело.

– Давай мыльные пузыри пускать.

Лично мне не очень хотелось отрываться от пазлов. Однако спорить не стала. Пузыри так пузыри. Вскоре комната наполнилась переливающимися всеми цветами радуги пузырями. Они разлетались по воздуху, приземлялись, где им вздумается… Некоторые лопались сразу, другие оказывались более стойкими. Честно говоря, в это совсем уж детское занятие я тоже втянулась не на шутку.

И тут случайно обратила внимание на время. Прошло уже не только два часа, но и два с половиной. Решила на всякий случай позвонить Анжеле. Наверное, она уже подъезжает?

Как бы не так!

Дозвониться сразу не удалось, Анжела сбрасывала звонок. Потом все-таки ответила томным голосом:

– Приве-еее-ет.

– Мы уже здоровались сегодня. Я только напомнить, что время истекло.

– Ой, Полиночка, я чуть-чуть задерживаюсь. Но скоро буду.

Можно было уловить приятную джазовую музыку на фоне. Наверное, Анжела сидела с каким-нибудь новым кавалером в кафе. Или еще как-то развлекалась. Обычно романтические свидания назначают ближе к вечеру. А тут в первой половине дня… Хотя какое мое дело.

– Ладно, возвращайся скорей. Ждем.

Я выдула очередной роскошный мыльный пузырь. Он получился прямо-таки огромным и величаво поплыл в сторону окна. Совсем не плохо я проводила сейчас время. Возможно, даже лучше Анжелы.

А время бежало незаметно.

– Ты когда обычно обедаешь?

– Уже скоро.

Да, ребенок был прав. Час обеда явно наступил. Что ж… я разогрела суп, собрала для Кристины обед, припомнив инструкции Анжелы. Сама опять попила чайку и сделала себе пару бутербродиков. Наглеть не стала, красную икру в холодильнике не трогала. Обошлась колбасой, тоже замечательной.

Еще несколько раз попыталась дозвониться Анжеле, но та не отвечала. В своем репертуаре!

Вскоре после обеда Кристина объявила:

– Картины надо закончить.

– Окей. Пошли. Хотя бы Алису с кроликом полностью соберем.

Мы вернулись в гостиную, где пазлы уже валялись, кажется, везде.

Когда я наконец-то отыскала пропавший пазл с частью полосатого Алисиного чулочка, у меня над ухом раздался низкий мужской голос:

– Вы кто такая?