Текст книги "Сквозь века"
Автор книги: Ксения Мирошник
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
Глава 11
СЕКРЕТЫ ИНСПЕКТОРА АДДЕРЛИ
Я почувствовала, как кеб остановился и как мистер Аддерли вышел из него, но открыть глаза была не в состоянии. Чудовищная усталость и, возможно, порошок доктора Джарви сделали свое дело. Мое тело не желало двигаться, все его части будто отключились, протестуя против каких-либо действий. Не знаю, как инспектор это понял, но тревожить меня он не стал, просто поднял на руки, позволив прислонить голову к его плечу. В крепких мужских руках было уютно и тепло, мерный стук его сердца успокаивал.
Аддерли внес меня в просторный холл и отдал распоряжения слугам. Где-то на краю сознания снова промелькнула мысль о загадочных взаимоотношениях в этом огромном доме. Аддерли поднялся по лестнице, прошел по коридору, и мы снова оказались в маленькой спальне, ночевать в которой мне уже приходилось. Движения инспектора были четкими и последовательными, я не противилась, поскольку оказалась не в состоянии. Полностью доверилась его заботам. Мужчина усадил меня в кресло.
– Мэдди, – подозвал он так понравившуюся мне в прошлый раз девушку, – позови кого-нибудь и помогите мисс Хоггарт устроиться. Будьте крайне осторожны, не потревожьте раны и ушибы.
Я слегка приоткрыла глаза и успела поймать на себе обеспокоенный взгляд инспектора. Его тревога обо мне выглядела трогательно, и на душе стало теплее. А еще в голову пришла мысль, что этого мужчину мне бы не хотелось больше разочаровывать. Мэдди подошла к стене и дернула за тонкий шнурок, что висел у кровати, а потом слабо улыбнулась мне и затворила дверь за инспектором.
– Что же с вами случилось? – тихо спросила она.
Мне стало очень неловко от того, что я была похожа на тряпичную куклу, которую приходилось наклонять, чтобы добраться до застежек на блузке. Борясь со звоном в голове, я открыла глаза и попыталась взять себя в руки, чтобы самостоятельно раздеться.
Дверь снова распахнулась, и вошла другая девушка, одетая в ту же форму, что и Мэдди.
– Лизи, – обратилась к ней моя заботливая помощница, – давай-ка поможем мисс Хоггарт.
Лизи, не скрывая своего удивления, вызванного моим внешним видом, подошла и тут же включилась в процесс.
– Кто же это вас так, мисс? – очень бережно снимая с меня рукав, снова попыталась дознаться Мэдди.
– Неприятная встреча с бандитами, – пробормотала я, медленно разворачиваясь, чтобы девушки могли снять с меня остатки блузки.
– Завтра утром я приготовлю вам ванну с лавандой, чтобы вы восстановили силы, – улыбнулась Мэдди. – И попрошу Кори, нашу кухарку, чтобы она побаловала вас чем-нибудь сладким после завтрака. Сладкое поднимает настроение.
– Спасибо, Мэдди, – с чувством сказала я, поднимаясь на ноги.
Чтобы не заставлять меня долго стоять, девушки мигом стащили с дрожащих ног разорванную юбку и освободили тело от корсета. Как они вели меня к кровати, я вряд ли уже вспомню, но долгожданную мягкость перины и ароматных подушек мне точно никогда не забыть. Уснула я мгновенно и спала без тревог и сновидений.
Пробуждение было затяжным, некоторое время понадобилось, чтобы понять, где я нахожусь, и вспомнить, почему я вновь оказалась в Олридж-холле. Медленно села на кровати и прислушалась к себе. Голова уже не гудела, но казалась тяжелой, некоторые движения причиняли дискомфорт, а иногда и боль. Я поднялась на ноги и поняла, что стоять силы есть, это радовало.
В комнате царил полумрак, который создавали плотные портьеры темно-зеленого цвета. Распахнув их, я зажмурилась. За окном было пасмурно, но даже несмотря на тучи, контраст в освещении причинил неудобство глазам. Накрапывай мелкий дождь, я вздохнула и осмотрела комнату. На полу возле кресла стоял мой старенький саквояж, я удивленно вскинула брови и подошла к нему. Внутри лежали мои вещи, очень странно.
Не желая больше задаваться вопросами, я, совсем как Мэдди накануне, дернула за шнурок, и расторопная девушка была в моей комнате уже через пару минут. Мэдди, как и обещала, приготовила ароматную ванну, попутно поведав о том, что мистер Аддерли еще вчера послал какого-то Джозефа за моими вещами в пансион, приложив объяснительную записку. Сам инспектор вышел из дома с рассветом и обещал быть к обеду.
Ванна принесла расслабление телу и вместе с тем неприятные ощущения в ранах. Я лежала в воде до тех пор, пока она не остыла. Уже без помощи Мэдди оделась и привела волосы в порядок. Девушку отпустила, чтобы не тратила время на меня, наверняка у нее были и другие дела.
Я вышла из комнаты и решила побродить по дому, который украшали чудесные пейзажи на стенах, портреты, антиквариат, а убранство комнат отличалось разнообразием оттенков. Я не спешила, любуясь работами художников, скульпторов и мастеров-мебельщиков. Это было увлекательное путешествие. Редко встречавшиеся слуги не возражали, некоторые приветливо улыбались, а некоторые просто не обращали на меня внимания.
Я задержалась у портрета пожилой дамы. Меня привлек ее взгляд: суровый, непреклонный, твердый. Он пробирал до костей, вызывая желание спрятаться. Внизу была табличка с именем: графиня Изольда Олридж.
– Вот, значит, какой вы были, графиня, – пробормотала я самой себе, вглядываясь в строгое лицо.
Художник изобразил хозяйку Олридж-холла полной достоинства и гордости, а возможно, и гордыни. Женщина сидела в роскошном кресле и опиралась одной рукой на трость с золотым набалдашником. Ее заостренные черты лица и прямая спина поведали мне о силе духа и непоколебимой воле, и я добавила:
– Вы были с характером, с очень сильным характером.
Чуть дальше я заинтересовалась еще одним портретом. На нем были изображены двое: мужчина и женщина. Мужчина, высокий, темноволосый, очень похожий на усопшую графиню, по всей видимости, сын, однако в глазах читалась мягкость, и вообще, лорд казался добродушным. Женщина, что держала его под руку, улыбалась и выглядела веселой. Она была ниже супруга почти на целую голову. Тоненькая, миниатюрная, со светлыми локонами и прекрасными голубыми глазами. Я еще немного полюбовалась на приятные лица и пошла дальше.
Внезапно мое внимание привлекли голоса из приоткрытой двери, я остановилась и застыла в нерешительности.
– Артур, это дело до добра не доведет. – Голос был мужской, но мне не знакомый. – Ты же знаешь, там, где замешана магия, всегда только смерть.
– Ты слишком категоричен, Ноа, – ответил Аддерли, и я сделала робкий шаг вперед. – Не вся магия во зло.
– Что доброго принесло тебе это расследование?
– Расследования крайне редко бывают добрыми, даже если в них не присутствует магия.
Я заглянула в приоткрытую дверь и увидела инспектора, который сидел в кресле и устало потирал переносицу. Его вид не казался мне бодрым и свежим, скорее измученным и усталым. Инспектор откинулся на спинку кресла и посмотрел куда-то перед собой. Всю комнату разглядеть я не могла, но прошла еще чуть вперед, чтобы попытаться увидеть собеседника Аддерли.
– Я бы не хотел, чтобы ты связывался с магией, друг мой, – сказал высокий темноволосый мужчина примерно одного с инспектором возраста. Он немного повернулся, и я смогла его рассмотреть, насколько это было возможно. Привлекательный молодой мужчина с красивыми светлыми глазами, решительными чертами и рваным шрамом на правой скуле.
– И я понимаю тебя, поверь, – ответил инспектор, взирая на друга теплым взглядом. – Твоя история сама говорит за себя, по я не могу отказаться от этого расследования только из-за колдовства. Был убит человек и, по словам мисс Хоггарт, за всем этим стоит кто-то очень сильный.
– Ты доверяешь ее мнению? – Его друг прищурился, всматриваясь в лицо Аддерли.
– Не знаю. – Инспектор взъерошил волосы. Он, конечно, не обязан всецело доверять мне, но услышать об этом было не очень приятно. – Эта девушка возникла так неожиданно. В городе никто толком ее не знает, она не появлялась на людях. Сам пансион достаточно обособлен, однако с ним никогда не возникало проблем. Либо она оказалась не в то время не в том месте, либо…
– Ты думаешь, она как-то связана со всем этим? – совершенно серьезно спросил Ноа, и я затаила дыхание, ощущая, как сердце взволнованно ускорило свой бег.
Инспектор Аддерли не спешил с ответом, и это настораживало. Он поднял глаза на собеседника и ответил на взгляд друга. Некоторое время мужчины будто вели безмолвный разговор, а потом Аддерли сдался:
– Я ни в чем не уверен, но очень не хочу, чтобы мисс Хоггарт была как-то замешана во всей это чертовщине.
Я даже не заметила, что не дышала все это время. От сердца немного отлегло. Пусть инспектор не сказал, что уверен во мне, но и сразу отрекаться от меня не стал.
– Возможно, это и так. В конце концов, бывают же и случайности, воля судьбы или какое-то совпадение.
– Ты сейчас говоришь то, что думаешь, или то, что я хочу услышать? – усмехнулся Аддерли.
– А ты хочешь что-то услышать? – лукаво приподнял брови его друг.
Инспектор стрельнул в приятеля глазами, чем вызвал у того смех: искренний и очень заразительный. Сначала Аддерли держался, но потом не выдержал и тоже расхохотался. Слышать их смех было приятно, на душе стало радостно и светло. Но вот смех стих и Ноа снова стал серьезным:
– Что мисс Хоггарт знает о нас?
Инспектор тоже вмиг переменился, глубокая складка залегла между бровей. Даже глаза перестали искриться радостью. Я похолодела, совершенно не понимая, о чем идет речь.
– Ничего, все это не только моя тайна и не мне решать, что можно рассказывать кому бы то ни было.
Собеседник Аддерли подошел к открытому графину и плеснул темно-коричневую жидкость в хрустальный бокал. Сделал жадный глоток, едва заметно поморщился и без тени смеха спросил:
– А ты хотел бы?
Инспектор резко поднял голову, и в его глазах мелькнуло нечто похожее на муку. Он долго вглядывался в лицо Ноа, а потом негромко произнес:
– Сам не понимаю почему, но да.
Друг мистера Аддерли подошел к нему ближе и положил руку на плечо инспектора. Сейчас он оказался лицом к двери, за которой я стояла, и это могло привести к нежелательным последствиям. Затаив дыхание, я нехотя сделала осторожный шаг назад, а потом еще один и еще. Мягкий ковер под ногами заглушал шаги, поэтому мое бегство осталось незамеченным.
Я покидала коридор, не желая того, поскольку в голове появились вопросы, которые назойливо кружили, не давая мне покоя, а ответы на них я так и не услышала. Выходит, я не одна обзавелась тайнами, но кто я такая, чтобы судить кого-то? Я брела по дому, думая о том, что секреты инспектора разжигают пламя любопытства. Что могут скрывать эти люди? Кто такой Ноа? Возможно, это его голос я слышала, когда в прошлый раз гостила в поместье. Но почему он не показывается на глаза? И вообще, очень странно, что в Олридж-холле проживает так много посторонних людей.
– Мисс Хоггарт! – окликнула меня явно запыхавшаяся Мэдди. – Я ищу вас по всему дому. В столовой для вас накрыли обед.
– А мистер Аддерли? – спросила я.
– Он приносит свои извинения, что задержится, но к столу непременно спустится.
– Благодарю, – задумчиво пробормотала я и последовала за девушкой.
Меня ждали овощной суп, запеченная рыба, картофель и свежий хлеб. Все тот же молодой лакей, которого Мэдди называла Альфредом, ненавязчиво ухаживал за мной. Блюда были приготовлены отменно, сладкий картофель таял во рту, а нежная рыба вызвала желание попросить вторую порцию. Инспектор присоединился ко мне, когда я закончила с основными блюдами и собиралась приступить к десерту.
– Добрый день, мисс Хоггарт, – поздоровался мужчина, опускаясь на стул и придирчиво меня рассматривая. – Как вы? Вам лучше?
– Да, благодарю, – слабо улыбнулась я.
Мистеру Аддерли подали суп, и он с аппетитом начал есть. Я тайком наблюдала за ним из-под опущенных ресниц. Мои мысли возвратились к невольно подслушанной беседе. Таинственный друг инспектора не жалует магов, насколько я поняла, может, именно по этой причине нас не представили друг другу? Других объяснений я не находила.
– Я забыл вас вчера спросить, – прервал мои размышления мистер Аддерли. – Вы упомянули, что кто-то помешал одноглазому убить вас…
– Да, – воодушевилась я, вспоминая привлекательного спасителя, – мне очень повезло, что мистер Хардман проезжал мимо, и, как только я сорвала амулет с шеи Гарри, он смог увидеть происходящее и тут же вмешаться!
Инспектор очень удивился и даже отложил в сторону ложку, забыв о голоде. Он нахмурился, что-то обдумывая, а потом настороженно спросил:
– Вы уверены, что это был мистер Хардман?
– Конечно! Он представился, – не справившись с чувствами, нахлынувшими вместе с воспоминаниями о вчерашнем вечере, я понизила голос до шепота и опустила глаза, – после того как одноглазый сбежал.
Горячие пальцы накрыли мою руку, я вздрогнула и подняла голову. Серые глаза смотрели ласково и будто извинялись. Я даже представить себе не могла, какую бурю способны разбудить во мне прикосновения этого мужчины. Сердце подпрыгнуло от восторга, и в животе распустились цветы. На душе стало тепло и радостно, все мрачные мысли будто развеялись, а появившиеся им на смену чувства походили на озорные лучики солнца. Продолжая смотреть в глаза мистера Аддерли, я улыбнулась. Инспектор немного смутился, кашлянул и осторожно убрал свою руку. Чтобы скрыть неловкость и заполнить возникшую паузу, я заговорила:
– Мистер Хардман оказался прекрасным человеком! Очень чутким и вежливым.
Инспектор снова взялся за ложку и, когда я расхваливала своего спасителя, приподнял брови, уставившись в тарелку. Внезапная мысль заставила меня подпрыгнуть на месте, и столовый прибор мистера Аддерли звякнул о посуду.
– Что такое? – испугался он.
– Вот же голова моя пустая! – разочарованно воскликнула я, прикладывая пальцы к губам. – Я даже не подумала предупредить его об опасности, которую таит в себе кулон!
Я засуетилась, откладывая салфетку и пытаясь подняться на ноги, будто собиралась тут же броситься к мистеру Хардману, где бы он ни находился, и исправить ошибку.
– Как же так? Ну почему не вспомнила об этом? – корила я себя, так и не встав из-за стола и растерянно глядя на инспектора. – Я была так растеряна… и напугана…
– Вот вы и сами ответили на свой вопрос, – мягко сказал Аддерли. – Вам не стоит волноваться. Тем более сапфир находится в ваших руках. К тому же вы еще успеете сообщить мистеру Хардману…
– Точно! – облегченно воскликнула я. – На приеме! Я смогу предупредить его об опасности на приеме!
– Вы тоже приглашены? – спросил Аддерли.
– Да, и была ужасно удивлена этому, – ответила я. – И вчера, когда мистер Хардман сказал, что хотел познакомиться со мной! Он уверял, что причина тому – желание поблагодарить за спасение его драгоценности. – Заметив явное удивление моего собеседника, я решила уточнить: – Мистер Хардман сказал, что ваш начальник – завсегдатай его мужского клуба. Отсюда и такая осведомленность.
– К сожалению, это не редкость среди высоких чинов. – Инспектор позволил Альфреду сменить блюда и скривился, увидев перед собой рыбу. Он поднял глаза на лакея, который виновато потупился. – Прием уже через два дня, вы пойдете?
– Мы с миссис Баррингтон решили, что мне пора выходить в свет и знакомиться с горожанами, – неуверенно ответила я.
– Я имел в виду… – ковыряя вилкой рыбу, попытался объяснить инспектор. – Ну…
– Вы имели в виду, отважусь ли я показаться на глаза высшему обществу Вичпорта с синяками, ушибами, ссадинами и прочими прелестями на моем лице? – улыбнулась я ему.
– Нет, я не совсем это хотел сказать, – оставляя наконец в покое несчастную рыбу, так и не проглотив ни кусочка, твердо сказал мужчина. – Слово «отважитесь» не очень уместно, на мой взгляд. Вы еще не здоровы, и доктор Джарви прописал полный покой. Ваши раны еще не зажили, а приемы отнимают много сил.
– Вам доводилось часто бывать на приемах? – удивилась я, уклоняясь от нежелательной темы.
– Доводилось, – отмахнулся мистер Аддерли и кивнул лакею, чтобы подавал десерт.
Юноша поставил перед нами чудесный бисквит, состоящий из коржей розового и желтого цветов и скрепленных в шахматном порядке ароматным абрикосовым джемом. Сверху лакомство было покрыто аппетитной марципановой глазурью. После первого же кусочка настроение инспектора заметно улучшилось. Его лицо осветила задумчивая улыбка, когда он повернулся к окну.
– Вы позволите спросить? – осторожно воспользовалась я моментом. Сердце задрожало в страхе испортить расположение духа собеседника.
Аддерли повернулся ко мне и кивнул, прищуривая глаза, словно ждал от меня подвоха. И не зря.
– Кто та девушка, которую я видела, когда гостила в прошлый раз? Миссис Додсон наверняка сказала вам о том, что я случайно оказалась в той комнате.
Некоторое время инспектор молчал, глядя прямо на меня и одновременно будто мимо. Мой вопрос не разозлил его, уже хорошо, но и отвечать Аддерли не торопился. Он отодвинул бисквит, потеряв к нему всякий интерес, что вызвало у меня легкий укол вины, и поднялся на ноги.
– Она гостья в этом доме, и это все, что я могу вам сказать, – проговорил наконец инспектор и раздвинул шторы у окна. – Если это возможно, я попросил бы вас не беспокоить ее и больше не входить в комнату. Я могу на вас надеяться?
В его вопросе прозвучало столько доверия, что я тут же кивнула. Было немного грустно от того, что инспектор не доверил мне своего секрета, но он и не обязан был. Не сдержавшись, я вздохнула и тоже поднялась из-за стола, попросив Альфреда передать мою похвалу и благодарность кухарке.
Я тоже подошла к окну и обняла себя руками, понимая, что не вправе осуждать кого-то за секреты. Мне вдруг подумалось, а могла бы я рассказать о своей жизни мистеру Аддерли? Его мужественное лицо было повернуто к стеклу, поэтому он не заметил, что я снова наблюдаю за ним. В сущности, я ничего не знала о нем. Мое отношение к инспектору складывалось из наблюдений, его поступков и собственных ощущений. Но могла ли я ошибиться? Могла ли так увлечься им лишь оттого, что моему сердцу недоставало любви и нежности? Возможно, причиной тому стало наше необычное знакомство. Я чувствовала невероятное притяжение и желание находиться с ним рядом, говорить с ним, наблюдать за переменами в его настроении и слышать мягкий голос. Может, дело в том, что инспектор стал первым мужчиной, которого я встретила на пути, как только на время покинула свое пристанище, в котором скрывалась долгие годы?
– Инспектор, я помню, вы говорили о каком-то знакомом, который мог бы рассказать об амулете? – чтобы хоть как-то отвлечься, спросила я.
Мистер Аддерли будто очнулся от размышлений, бросил на меня быстрый взгляд и снова отвернулся.
– Да, – вздохнул он, будто смирившись с моим вмешательством в его расследование, – есть у меня такой знакомый. Профессор Литсби изучает оккультные науки, обладает знаниями о древних артефактах, интересуется символами. Сегодня я был у него. Амулет его очень заинтересовал, он обещал к утру изучить его подробнее и попытаться порадовать хоть какими-то ответами.
– Это прекрасно, – улыбнулась я, – но не лучше ли было?..
Инспектор не дал мне договорить, стрельнул сердитым взглядом, и я тут же сдалась. Мне пришла в голову мысль, что мистеру Аддерли нужна почва под ногами, и сейчас то, что он мог получить ответы от кого-то, помимо магов, приближало его к обычному течению жизни. Он привык все делать по-своему, быть хозяином положения, а я и все то, что окружало сапфир, выбивало его из привычного русла.
– Утром я отправлюсь к нему и буду надеяться, что профессор сможет вывести нас на след того, кто сделал этот амулет. Ну или хотя бы подскажет, в каком направлении двигаться дальше.
– Нас? – с надеждой переспросила я.
– Это все, что вы услышали? – Мистер Аддерли усмехнулся и развернулся ко мне, подавляя очередной обреченный вздох. – Если пожелаете, можете отправиться со мной. Это путешествие не будет изнурительным, и вы вряд ли сможете побороть собственное любопытство.
Дождь за окном прекратился, и выглянуло приветливое солнце, подмигивая нам из-за окружающих деревьев.
– Мне пора, – сказал инспектор. – У меня есть дела, а вы можете смело пользоваться гостеприимством Олридж-холла. Если хотите, Мэдди покажет вам библиотеку или проводит в сад. Я надеюсь, вы не будете скучать.
– Не беспокойтесь. – Я благодарно улыбнулась и проводила мужчину взглядом.
«Забавно, – мелькнула мысль, – мы ничегошеньки друг о друге не знаем и оба упрямо храним свои секреты, отчаянно желая поделиться ими».
Остаток дня я читала, засидевшись в огромной библиотеке, в которой были созданы все удобства для любимого мною времяпрепровождения. Я разместилась в глубоком кресле у широкого окна, подставив под ноги пузатый пуф. Время от времени отвлекалась, думая о том, что в этом доме кроме меня есть еще два гостя, которых в течение дня не было ни слышно и ни видно. Это немного смущало, но и совать свой нос туда, куда меня просили не лезть, больше не хотелось. Потеряв счет времени за увлекательным любовным романом, я чуть было не пропустила ужин. Мэдди пришла за мной и снова проводила в столовую, поведав о том, что инспектор до сих пор не вернулся. Девушка заверила меня, что это не редкость и беспокоиться не о чем.
Глубокой ночью меня разбудил душераздирающий крик о помощи. Сначала я не поняла: услышала я его во сне или наяву. Испуганно распахнула глаза и прислушалась. Некоторое время стояла тишина, а потом крик повторился, и я вскочила с кровати. Накинула на плечи халат и взяла в руки свечу, которую не погасила, читая перед сном. Я приоткрыла дверь и высунулась наружу. Услышала какую-то возню и стоны.
Нетрудно было догадаться, что звуки исходили из комнаты, где жила та самая девушка. Она снова закричала, и я бросилась к ее двери. Где-то на задворках памяти всплыла просьба инспектора не входить в эту комнату, но я отмахнулась от нее. Я понимала, что не должна беспокоить гостью из любопытства или чего-то подобного. Для этого мне доставало и такта, и воспитания, но девушка продолжала стонать и вскрикивать, а на помощь к ней никто не спешил. Неужели не слышат? В таком огромном доме – неудивительно.
Следующий крик, который я бы назвала воплем, уничтожил последние крупицы сомнений. Я резко отворила дверь и вошла в комнату. То, что я увидела, удивило меня не на шутку.
