Текст книги "Телохранитель. Миллионер. Жених? (СИ)"
Автор книги: Ксения Фави
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)
33
Жму ладонь Агнии, которую любящий папа зовет Нюшей. И Марианны, с которой дело обстоит проще. Да и сама она мягче на вид.
Знакомство состоялось.
– Пройдем в дом, – приглашает Степан.
Шагнув внутрь, понимаю, что мой восторг от внешнего вида дома удваивается. Холл огромный, с высокими потолками, красивой лестницей, и кажется, я вижу антикварный рояль в углу.
Дом светлых тонах, зеркалах и стекле. Всё блестит и сверкает, пахнет… чем-то нежным и цветочным.
А ещё это всё пахнет… Нет, не в прямом смысле! В общем, меня не покидает ощущение, что это семейство не такое уж идеально прилизанное, как их потрясающий дом.
– Обедать ты ещё, наверно, не хочешь? – уточняет Степан. – Может быть, чай или кофе?
Мне становится интересно, какой же кофе здесь подадут. Говорю, что не отказалась бы от чашечки.
– Присядем тут.
Степан указывает на два диванчика цвета слоновой кости, между которыми расположился изящный металлический столик.
– Спасибо.
Несмотря на, казалось бы, пафос, атмосфера теплая. И мне становится чуть спокойней, хоть и очень жду сообщение от Игната.
– Пап, а ты сегодня никуда не поедешь? – изумляется Марианна.
– Он же вчера говорил! – Агния закатывает глаза. – Сегодня дома, ведь у нас гости.
– А я Ладу Александровну пригласила…
– И?! – Агнюша шипит и делает строгие глаза. – И хорошо!
Кофе нам приносит добродушного вида пожилая женщина. Степан благодарит ее с теплой улыбкой.
Изумительно все же, как этот мужчина-скала преображается с теми, к кому хорошо относится.
Марианна помогает домработнице накрыть и приносит печенье. Надо ли говорить, что оно безумно вкусное и свежее? Кофе тоже прекрасный.
– Девчонки занимаются с репетитором, – доля напряжения появляется в тоне здоровяка, – лучше не пропускать дни. Надеюсь, ты извинишь.
Он с укором смотрит в сторону дочек.
– Па, мы же свои! – напоминает Агнюша. – Ты, кстати, Петру Васильичу не перезвонил. А он очень просил.
Делает домиком брови.
– Угу… Спасибо, дочь. Аль, я отойду.
Степан уходит. Наверное, в кабинет. А ко мне на диван подсаживается Агния. Ее сестра тоже двигается ближе к нам на другом.
– Ты уж нас извини, тетушка, – Нюша вздыхает с легким сарказмом, – но нам надо его женить! Лада – отличный вариант.
– Она не согласна… – робко вставляет Марианна.
– Ой, согласится! – Нюша отмахивается. – Наш отец вообще вариант на миллион. И надо пристроить его в хорошие руки.
Ну точно внучки Аллы Викторовны! Растерянно бормочу:
– Он же не кот.…
– Он хуже! – Агния смотрит на меня, как на глупую.
– Коты, конечно, тоже иногда ревнуют хозяек… – Марианна поясняет более добрым тоном. – Но с ними всё-таки можно наладить личную жизнь. А мы с нашим папой… никогда замуж не выйдем! Сашулик меня везде заблокировал после одного лишь обеда!
Агния морщится.
– Сашулик твой – слабак! Но все же проблема существует… Нашего папу все за глаза называют Строгий. И не только из-за фамилии.
– Если бы он снова женился! Они бы родили маленьких малышат! – мечтательно рассуждает Марианна. – Тогда бы он отстал от нас.
– Логично…
Агния деловито прокашливается.
– Лада – прекрасная пара для папы. Умная, женственная, добрая. Но не слабачка!
– И красивая! – дополняет Мари.
– Ну да, – Агнюша согласна, – осталось их друг к другу подтолкнуть.
В пятнадцать лет все кажется простым, и море по колено. Я сама была такой, только в универе повзрослела.
Ну и жизнь заставила.
– Так что ты не обижайся, Аль, – подводит итог Мари, – что мы и Ладу сегодня пригласили. Ведь папа редко бывает дома!
– Угу. Это шанс.
*****
Игнат
Мой внедорожник плавно въезжает на парковку элитного клуба.
Разгар буднего дня, но здесь это не чувствуется.
А вот музыка, глухо гудящая из-за толстых стен, ощущается даже здесь. Выхожу один. Добрыня и лысый будут ждать в машине.
На входе – двое крепких парней в идеально сидящих костюмах, даже не пытаются меня остановить – они уже знают, что меня ждут.
Внутри клуба никакой особой роскоши. Мягкий свет, приглушенно отражается в чёрных полированных поверхностях столов и барной стойки. Сотрудники заняты своей работой и даже не поворачивают в нашу сторону голову.
Проходим через зал, минуя несколько групп отдыхающих. Вот некоторые из них бросают на меня заинтересованные взгляды, в основном девушки. Но это неважно.
Перед глазами встает обеспокоенный взгляд моей Ромашки. Волновалась за меня. Любит.
А я могу не дергаться за нее сейчас, и это радует.
Один из парней, провожающих меня, показывает на дверь в небольшой, отделанный деревом кабинет.
Внутри за массивным столом сидит Алёша.
Ростислав Алёшин, если точнее. Но из-за сложного имени к нему быстро приклеилась кличка.
Да и репутация не располагает называть его по имени-отчеству.
Внешность у него самая обычная для шестидесятилетнего мужика – худощавое жилистое тело, худое лицо с прямым носом. Только взгляд выдает в нем сытое, властное спокойствие.
Одет Алёша старомодно, словно застрял лет двадцать назад. Чёрная рубашка, толстая серебряная цепь. В руках – бокал с коньяком или виски, который он крутит, не отрываясь от меня.
Никакой показной агрессии, никакой нервозности. Только внимательный, прищуренный взгляд, точно оценивающий меня с ног до головы. Я сажусь напротив, тоже чувствуя себя совершенно спокойно.
– Строгий-младший, – Алёшин говорит как будто сам для себя, – знаю, о чем ты хочешь поговорить.
– Да я хочу, собственно, одного, – хмыкаю, – чтобы вы отстали от моей женщины.
– От девочки.
– Она – моя будущая жена.
– Да я уже понял, что наследница Ганина теперь в вашей семье. Это он успел устроить?
– Не думал, что тебя интересует чужая личная жизнь.
Алёша посмеивается. Отпивает из бокала.
– Ты прав, не интересует. Но ты пришел, и надо же о чем-то говорить. А Ганин прохвост был ещё тот.
– Дочь не обязана за него отвечать.
– Да и была бы должна, ты бы все равно за нее вписался. Так же? Давай не будем разводить демагогию.
Хмыкаю.
– Ладно, давай к сути. Шакалов своих отзови. И вели про Алю забыть. Или вражды хочешь?
Лицо Алёшина дергается.
– Ты знаешь, я всегда за мир. Давно приказал не вешать на девчонку Строгого свои долги. Здоровые мужики – пусть сами возвращают!
Есть в его словах доля лицемерия. Но и доля правды есть.
– Какого хрена они тогда на мой праздник явились?
Алёша морщится. Пьет.
– Якобы им слили, что ты девочку бросил.
– И на день рождения с собой взял?
– Ну идиоты! – Алёшин жмет плечами и вроде искренен. – Что с них взять? Ещё раз объяснил. – смотрит в глаза. – Игнат, мне проблемы с тобой не нужны. А с твоим братом тем более.
– С братом? – хмурюсь.
– Вот с ним разбирайтесь сами!
Степану я ничего не говорил. Хотя он помешан на безопасности семьи и мог сам узнать.
– Твои крысы у меня в агентстве ещё есть?
Алёша издает смешок и чуть не закашливается.
– Зачем мне эта возня? Крыса у тебя была своя, ручная. И ты ее наказал, насколько знаю. Как-то резко у нее пропали все красивые фотографии. Твоих же рук дело?
– Не знал, что ты сидишь в соц. сетях.
– Иду в ногу со временем.
А так и не скажешь, ну да ладно.
– Тайник у Ганина был? – задаю последний вопрос.
– Интересует приданое?
– Предпочел бы, чтобы его не было.
Алёшин усмехается.
– Я свое верну без денег твоей невесты, а чужое мне не надо. Насчет тайника спроси у своих родственников.
– Яснее можно?
– Я в дела семейные не лезу.
Черт. С тайником опять какая-то тайна. Стремная тавтология.
– Надеюсь, больше не увидимся, – поднимаюсь из-за стола.
– В друзья запрос пришлю. В соц. сетях.
– Прощай.
Выхожу из клуба тем же путем. В машине велю лысому ехать в особняк брата.
Добрынин, глядя на меня, выдыхает. Не спрашивает, но понимает, что все прошло хорошо.
Да он в принципе в благостном расположении духа. На днях поймали Овчинникова, вернули его в страну. Сейчас будут разматывать его за проф преступление.
А я ни с кем сейчас не хочу говорить. Разве что, кроме Ромашки.
Да и в голове засела одна фраза Алёшина – спроси у своих родственников.
У родственников?!
Что брат в курсе, я понял, и в целом ладно. Но кто ещё? Не родители же.
Пишу Але: "Все в порядке. Еду".
В ответ получаю кучу восторженных смайликов, сердечек и короткое – жду.
Короткое, но очень емкое слово, когда его говорит любимая женщина. Не важно, вживую или по смс.
Почти такое же прекрасное чувство, как то, когда она тебя встречает.
Но у брата меня встречают сразу четыре женщины… Две мелкие, правда. И одна незнакомая.
Шатенка с вьющимися волосами, худенькая. Лет… Ну не больше двадцати пяти точно. Может, меньше. Милая на вид, хотя я сейчас вообще не восприимчив к женской красоте. Но по-человечески она точно милая.
– Дядя, познакомься, это наша Лада! – объявляет на всю гостиную Марианна.
Очень информативно, я бы сказал.
Лада краснеет. Агнюшка бежит через большую комнату меня обнимать. Это с детства привычка. Жмется, пыхтит.
– Совсем к нам не приезжаешь!
– Некогда! – вздыхаю. – Так, слушаю все новости. Где отец?
– Жарит шашлык!
Аля все это время скромненько сидит на диване. Скована в гостях, да и дала поздороваться с племяшками.
Подхожу, сажусь сзади и забираю в объятия. Быстро целую в шейку.
Племянницы в голос выдыхают.
– О-о-о-о!
Вот занозы.
С любимой пока не можем поговорить о деле, так что просто обнимаю ее и веду светский разговор.
– Лада, а вы, наверно, репетитор?
Девушка поднимает на меня серые глаза-блюдца. Как будто пугается немного.
– Откуда вы знаете?
– Брат говорил, что нанял специалиста.
– Ммм… Да, я репетитор.
– Лада заканчивала мой универ! – включается Ромашка. – Только ее дипломный руководитель сейчас не работает. А то бы я тоже к нему попросилась. Совсем не знаю, кого выбрать…
Мне нравится, что ее заботит учеба. Так и должно быть. Не бандиты и папенькин чертов тайник! А диплом, платьишки и что приготовить на ужин.
Или заказать. Настаивать на ежедневной готовке не буду.
– М-да.… Многие поувольнялись… – бормочет Лада.
Что-то она совсем засмущалась.
– Лада Александровна гениально знает литературу и русский язык! – сообщает Агния. – Ты ведь в курсе, у нас с ними с детства проблемы. А теперь даже Марианна читать начала.
– Что это даже?!
Племяшки умницы, но больше по точным наукам. Математика, физика. Информатика, естественно. А вот с сочинениями и книжками беда.
– Агния преувеличивает, конечно. Я просто люблю свой предмет, – Лада улыбается нам с Алей уже увереннее.
Похоже, она любит свое дело.
А на пороге гостиной раздаются шаги.
– О, мелкий тут! Идем, обед накрыт на улице.
Жена брата не была любительницей загородной жизни. Их молодая семья жила в квартире в центре.
Оставшись один, Степан перевез детей за город. Выстроил это внушительное "гнездо", где есть место домработнице, няне, и у самих девчонок куча личного пространства.
Брат пробегается по нам взглядом и без осечки останавливает его на Ладе. Именно ей кивает на выход. Как будто дает отдельное приглашение.
Однако.
Впрочем, все остальные – родня.
Марианна берет под руку Алю и со щебетом увлекает ее за Ладой и отцом. Меня тянет за рукав Агния.
– Дядя Игнат…
Маришка всегда была проще. Открытая, эмоциональная. Такая хорошая девочка.
Агнюша же вся в себе. Но ко мне тянется. И я хоть не любитель ни разговоров по душам, ни сюси-пуси, но рядом с племяшкой всегда таю, как пломбир.
– Чего, заноза?
– Ой! – Агния щурится. Но через секунду делает простодушный взгляд. – Убеди папу, чтобы он Ладу уговорил к нам переехать!
– Чего?!
Ну ладно бы что-то купить. Но они взрослые люди…
– Вера Андреевна здесь живет, – она про пожилую домработницу, – Кристина, няня, тоже тут ночевала. Потом вышла замуж, а новую няню папа не стал уже брать. Слава Богу!
– Слава Богу, но… Зачем тебе дома училка?
Смотрю внимательно. Нюша грызет губу.
– Ну.… они… с папой замутят!
– Тебе так не нравится репетиторша?...
Получаю удар кулачком. Ну а что?
Нет, брату я желаю счастья от всей души! Но зачем оно надо милой Ладе? Они с Алинкой-то всегда ругались из-за его бубнежа. А ведь он был помоложе.
– Кроме того… – Агния начинает объяснять. – У Лады большие проблемы. Она не рассказывала, конечно. Но я услышала телефонный разговор. Лада сказала кому-то, что ей некуда больше идти… А потом заплакала! И ещё добавила – ты же знаешь, на что ушли мои деньги. У нее ни денег нет, ни дома!
Не обратил внимание, как одета девушка. Но явно без пафоса.
Училка и по возрасту молоденькая. Вряд ли что-то успела скопить. А если у нее что-то случилось…
– Степан разве не может помочь?
Нюша округляет глаза.
– Конечно, папа помог бы! Но Лада… Она не попросит. И я не могу сказать, что подслушивала! Стыдно перед ней… А уж реакция папы будет какая!
– Ладно, разрулим, – вздыхаю.
Кажется, закончив одну историю, я плавно вливаюсь в другую.
***
Аля
Вид у Строганова довольный, расслабленный. Значит, правда всё хорошо? Я очень на это надеюсь!
А ещё хорошо, что он так быстро вернулся. К обеду успел. Так тепло на душе от того, что мы все вместе устроим пикник на улице!
Хотя устроил его Степан. Этот суровый мужчина оказался таким хозяйственным.
И гостеприимным! Мы-то ладно, родня. А вот за Ладой он прямо следил – чтобы ей мяса хватило, и ее стакан с соком всегда полный был.
Хотя хватило тут всем всего. Наелись до отвала. Девчонки в прямом смысле вповалку улеглись на подвесных качелях.
Белых качелей на площадке для пикника целых трое. И я хотела присесть на такие с Игнатом. Но тот внезапно ушел с братом в дом. Причем Степан созванивался с кем-то, как будто ещё кого-нибудь ждал.
Я в итоге осталась болтать с Ладой.
– Странно всё-таки, – рассуждаю, – что многие твои преподаватели уволились. Не думала, что у нас в институте такая текучка.
– Зарплаты маленькие, – Лада пожимает плечами.
– Да? Я считала более-менее… Все же не школа.
Я обожаю свой вуз. И мне интересно было встретить человека, который тоже его заканчивал. Хочется поговорить, всех преподов обсудить.
Но Лада как-то не поддерживает тему. Замыкается. Хотя вроде вежливая и доброжелательная девушка.
С девчонками общается тепло и с их отцом себя держит с достоинством. На равных.
Хотя чувствовать себя на равных со Степаном, ну… Не так просто, я вам скажу.
– Тебе, Аль, не надо переживать за зарплату, – простодушно вклинивается в наш разговор Марианна, – дядя Игнат – настоящий мужчина. Будет сам содержать семью.
Агния тут же закатывает глаза.
– А кто на равных с женщиной, искусственные что ли? Я за партнерский брак!
– Жене в декрет уходить, – напоминает Мари, – и работать при этом на равных?
– Можно финансовую подушку накопить! Вот скажите, Лада Александровна?
Девочки даже в домашней обстановке обращаются к учительнице на «вы». Хорошо воспитаны.
Однако Лада хмурится. Как понимаю, от темы.
– Подушка нужна, конечно же. Но иногда она очень быстро тратится. Нельзя всего предусмотреть.
– Вот! Поэтому рядом должен быть крутой мужчина! Как дядя Игнат… и как папа наш! Он тоже такой.
Мари искоса смотрит на Ладу. Как будто наблюдает реакцию.
Но учитель только больше сводит брови.
Да ещё Агния дополняет фразу сестры.
– И как Сашулик твой! – смеется.
Мари насупливается. Лада качает головой.
– Девочки, хватит. Не будем обсуждать вашего дядю и отца. Прости, Аль.
Поднимаю брови.
– Да я-то что!
Каждая из девчонок по-своему права. И мне повезло с Игнатом, что уж говорить. Беспокоиться о деньгах не нужно.
Но я не собираюсь расслабляться! Буду доучиваться, потом постараюсь построить карьеру. Хотя бы какую-то. Пусть не на высшем уровне, но и самой стоять на ногах. А забота любимого будет как бонус…
Мечтательно думаю об этом всем и внезапно чувствую знакомый запах. Эти духи… Ими много лет пользуется мама.
Поворачиваю голову. От дома к нам идут моя мама, Степан и Игнат! Что это вообще?
Лада не в теме, а вот девчонки как будто не удивлены.
Мужчины и мама подходят к нам. Мама здоровается.
– Девочки, добрый день.
– Здравствуйте, Вероника Игоревна, – шокирует меня Агния.
– Здрасти, – улыбается Мари.
– Добрый день, – Лада приподнимает уголки губ и поднимается сама, – извините, но мне пора. Спасибо за обед, – она смотрит в глаза Степану, – завтрашнее занятие будет по плану?
Меня больше волнует мама, но на автомате гляжу на здоровяка. А он стушевался!
Прокашливается.
– Кхм, да. Идем, я вас провожу.
– Всем до свидания.
Лада шагает вперед. Она худенькая, но высокая довольно. Хотя рядом с нашим братом все равно смотрится хрупко.
Но когда подходит, Степан начинает оправдываться:
– Сегодня пришлось нарушить режим…
– Понимаю, но важна система! – они идут к воротам, и нам все меньше слышно их разговор. – Помните, что я говорила? Нужно следить за их графиком, а не только время от времени ругать.
– Кхм.… Помню.
Эти двое уходят, а я смотрю на Игната и маму во все глаза.
– Мам, как ты здесь очутилась?...
Агнюша тянет за руку сестру.
– Нам, наверное, тоже лучше свалить. Аль, пока, если не увидимся.
– Было приятно познакомиться! – очаровательно улыбается Марианна. – Надеюсь, встретимся скоро ещё.
– Угу, через полгодика. Так часто к нам ездит дядя Игнат!
– Так, занозы!
Игнат строжится на племянниц, но те лишь хихикают.
А он сам без улыбки, взмыленный какой-то. И растерянный.
Выдыхаю:
– Что произошло?!
34
Игнат
А ничего плохого не случилось. Даже наоборот. В деле Али можно поставить точку. Внушительную точку.
Именно такой оказалась копилка ее отца. Наследство, которое не указано ни в каких документах.
Намек на это я понял, когда брат позвал меня одного в дом и привел в кабинет, где сидела моя теща. Он сказал, Вероника обратилась к нему давно. Оба они были не в курсе, кем друг другу приходятся.
А потом решили довести дело до конца и рассказать нам.
– После смерти Ганина со мной связался его юрист, – начала рассказывать теща, как только я вошел в кабинет, – он давно с ним работал. Так вот, юрист дал мне номер телефона… Сказал, этому человеку можно доверять, и он передаст мне то, что Ганину уже не понадобится…
– Постойте! – я невежливо перебиваю свою интеллигентную родственницу. Она и брат внимательно смотрят на меня. – Давайте… вы сообщите эту новость при Але. Она должна знать.
Я просто… Что? Оттягиваю неизбежное?
Честно, этот вариант развития сценария я почти не рассматривал. И конечно, мне не нужно было никакое приданое моей Ромашки.
Нет, я рад за нее. Она может почувствовать себя уверенно. Хоть я и без того стараюсь ей эту уверенность дать.
Но что она ещё может почувствовать и надумать себе? Ведь в скором времени я собираюсь… Я планирую сделать ей предложение.
И вдруг у нее промелькнет мысль, что ускорился я благодаря наследству! Или теща так может решить… Мы подружились, но она строго оценивает меня.
Черт, я паранойю. Все, что связано с Алей, так важно для меня.
И вот мы перед ней. Ну что, оттянул момент? Как говорила бабуля – перед смертью не надышишься!
– Игнат, что случилось? – Ромашка повторяет вопрос.
И у меня звонит телефон. Добрыня.
Ещё одна передышка?
– Да! Давай быстро.
– Игнат, – сотрудник переходит сразу к делу, – отзвонились из магазина Головина. Твой заказ пришел. На всякий случай я сразу забрал и везу тебе. Ты ещё у Степана?
Не зря… Ох не зря я плачу ему приличные деньги!
– Да. Ты далеко?
– Минутах в пяти.
Смотрю, Ромашка уже руки на груди сложила. Вся в нетерпении.
– Ещё немного, – прошу, – я встречу Добрыню.
Брат хмурится.
– В другое время нельзя?
– Это срочно. Веронике Игоревне пока попить предложите.
Теща бледна. Пусть приведут ее в чувства, она сейчас мне понадобится.
Степан качает головой, но проявляет гостеприимство. Ромашка пыхтит.
Надеюсь, сюрприз всё сгладит…
Выхожу за ворота, чтобы Добрыне не пришлось заезжать. Перевожу дух и вижу впереди его чёрный внедорожник. От нетерпения иду навстречу машине.
– Я подумал, – Добрынин выскакивает с улыбкой, – тебе оно понадобится в любой момент. Если что не так, без проблем бы вернули. Но по-моему, стоящая вещь.
– Не представляешь, как ты вовремя!
– Рад… И вообще я рад за тебя, Игнат.
– Спасибо, дружище!
Жмем руки, обнимаемся. Забираю у Добрыни пакетик из ювелирного салона. Быстро возвращаюсь к своим.
Хотя чем ближе подхожу, тем труднее даются шаги. Ноги не слушаются.
Вот же бл…. Волнуюсь!
Переживаю, что откажется? Но это же моя Ромашка…
Или надо было сначала сказать ей. Ведь ее жизнь поменяется. А отношение ко мне?
Черт, хватит ныть! Просто пойду и сделаю. В конце концов, мы не в загсе, и у нее ещё будет выбор.
Да и чувствую же – любит. И не корыстная она у меня вообще!
Подхожу, на меня все смотрят. Ещё же здесь теща… По канонам нужно у нее просить руки, а потом перед Ромашкой на одно колено. Или наоборот? А ведь теща может знать все эти правила.
К черту их! Сделаю по своим.
– Вероника Игоревна, – ловлю взгляд тещи, – рад, что могу сделать это при вас. Но кривить душой и спрашивать разрешения не буду. Мне нужно мнение только одного человека…
Достаю золотистую коробочку из пакета. Получается ловко и эффектно. Вижу, у старшенького подскакивает бровь.
Шагаю к Ромашке и теперь уже без пауз припадаю на одно колено. Раскрываю коробочку.
У Али округляются глаза.
***
Аля
Строганов! Передо мной, на одном колене… Не буду врать, я прокручивала в голове такой момент… Но что он произойдет так быстро и так внезапно!
И что кольцо будет таким!
Из коробочки мне подмигивает… ромашка. Она искрится на солнце бриллиантовыми лепестками. А жёлтая сердцевинка согревает мое сердце теплом.
Ахаю.
– Игнат… Какое же оно!
– Каким оно ещё могло быть? – Строганов широко улыбается. – Ромашка, выходи за меня?...
Само колечко и центр ромашки из лимонного золота. Совпадение или нет, но я его просто обожаю.
Как и мужчину, который почти не дышит и ждет мой ответ. Реально ждет!
– Да… – в горле ком. – Да, Игнат.
Строганов встает на ноги. Надевает мне кольцо. Его руки подрагивают.
Он берет в них мои пальцы. Целует сначала их, а потом тянется к лицу. Лишь на секунду мы выдыхаем друг другу в губы. Ведь мы не одни.
– Ну, мелкий…. – слышится сбоку.
– Аля, как же это?!
Мама вроде не сердится. Просто в шоке.
– Мам…. – хочу ее успокоить, но не могу сдержать счастливую улыбку.
У меня самой нет слов.
– Я вообще-то для другого приехала!
– А я давно готовил сюрприз, – Строганов тоже улыбается.
– С вами не соскучишься, я это уже поняла.
Мама качает головой, но не сердится. Однако и не подходит, не поздравляет, не обнимает. Как будто нервничает сильно.
Ведь не из-за предложения?
– Я вас поздравляю, конечно, – вот Степан соблюдает приличия, – но давайте перейдем к делу.
Похоже, в этом весь Строганов-старший.
Перейдем к делу! Да какое дело может быть важнее того, что сейчас произошло?
Отставляю руку, любуюсь на лучистую ромашку. Моя прелесть!
– Дочка, Игнат… Присядьте, пожалуйста, – просит мама.
Уфф, ну ладно. Какие-то они все странные.
Рассаживаемся за летним столом, где ещё недавно так мило обедали. А сейчас над ним повисло напряжение.
Я на всякий случай крепко держу за руку любимого. Хотя и он как-то ушел в себя. Задумался.
– Объясните мне всё! – не выдерживаю.
Мои близкие переглядываются.
– Аля, – начинает мама, – у твоего отца был тайник.
Что?! Распахиваю глаза. Неужели он правда существовал?!
– Не был, а есть, – поправляет Степан, – валюта и золото на полмиллиона… долларов.
– Что?! – я задаю один и тот же вопрос.
– Слухи про тайник твоего папаши не просто слухи, Ромашка, – подводит итог любимый.
Я ещё крепче цепляюсь за его руку.
– И кому…. это все принадлежит?
Мама вздыхает.
– По меркам бизнеса это не такие большие деньги. Но по нашим меркам… сама понимаешь. Я сначала испугалась и хотела отказаться. А потом подумала о тебе. У тебя должна быть какая-то подушка, Аль. И отец хотел, чтобы его накопления достались именно нам с тобой. В конце концов, все эти годы я его поддерживала и ничего не требовала взамен.
Да уж, папа был единственной маминой слабостью и неправильностью в жизни.
– Мам, но я не могу одна забрать эти деньги… Ими надо как-то правильно распорядиться. И потом, как же бандиты?
Мама вдруг впервые улыбается.
– Дочка, ты разве ещё не поняла, что теперь не одна? Игнат и Степан во всем нам помогут. Отец оставил мне прямой телефон Степана Строганова, как самого порядочного своего знакомого. А после выяснилось, мы почти родня…
– Не почти, – отрезает Игнат, – мы семья, и теперь вы под моей защитой.
– А я, если что, на подхвате, – хмыкает Степан.
У меня слезы наворачиваются от таких слов. А тема семьи наводит на мысли…
– Мам! – вскрикиваю тоном человека, который нашел выход. – А что если на эти деньги купить большой дом на юге? Вам с бабушкой понравилось там жить, а мы будем приезжать в отпуск.
– Мелких вывозить, – поддакивает Игнат.
Я пихаю его локтем – мама и так на нервах!
Можно было бы отдать деньги на благотворительность… Наверно.
Но Игнат и без того много помогает и детскому центру, и недавно взял под шефство кошачий приют. После того, как мы завели себе Серёжика.
И много ещё чего делает.
А я хочу сделать что-то для своих мамы и бабушки. Пусть они не на съемной квартире живут.
– Аль, прекрасная мысль, – отзывается Степан, – мой юрист займется поиском вариантов.
– Да сами мы найдем, – Игнат отмахивается, – у меня есть в штате юрист и риелтор.
– Я могу что-то сделать для невестки вообще?
– Про свои вон…. проблемы думай, – Игнат чего-то посмеивается.
А мама тем временем подходит, тянет меня за руку со стула и обнимает крепко-крепко.
– Спасибо, дочь! Ты – главный клад, который мне оставил Ганин… И поздравляю с помолвкой.
Мы ещё обнимаемся. А Степан косится на брата. Говорит с долей юмора:
– Советую в ближайшее время сообщить новость Алле Викторовне, – он говорит об их маме, – и договориться о знакомстве родителей. Иначе она тебя не простит.
– Ты сам сначала объяснись, что был в гуще событий, а она ни о чем не знала, – хмыкает любимый.
– Ничего, она успела привыкнуть, что с седьмого класса я не обо всем рассказываю.
Мама отпускает меня. Смотрит то на Игната, то на Степана.
– Ребята, я очень хочу познакомиться с вашими родителями!
***
Игнат
Все прошло хорошо?
В своей Ромашке я не сомневался. Но дергался из огромного страха ее потерять.
Але понравилось кольцо, я прочитал это по ее глазкам. И она очень мудро распорядилась с наследством папаши. Дом для мамы и бабули там, где они хотят жить? Что может быть лучше?
Я горд и счастлив, хотя нервное напряжение ещё не отпустило до конца.
– До сих пор в шоке от новостей! – говорит Аля по дороге. – Это ж надо! Тайник – реальный!
– Твой отец был непрост, – усмехаюсь.
– Обалдеть…
Аля тоже взбудоражена. А ещё так и поглядывает на колечко.
– Нравится? – усмехаюсь.
– Игнат! Как можно такое спрашивать! Оно такое…. такое…
Ромашка радуется колечку больше, чем полляму баксов. В этом вся она.
– Рад, что сюрприз удался.
– На двести процентов!
– Теперь нужно подумать над датой свадьбы.
Честно? Я бы просто расписался и свалил в закат.
Куда-нибудь ближе к экватору. Сейчас как раз сезон дождей заканчивается.
Но Ромашка в первый раз выходит замуж (и единственный!) и у нее могут быть свои, девичьи мечты.
Исполнять которые – теперь моя задача!
– Можно дождаться золотой осени, – рассуждает Аля, – получится отличная свадебная фотосессия.
Да уж, масштаб трагедии я не учел…
Но я готов позировать, да и на многое другое ради нее. А потом на пару недель с отключенными телефонами на остров.
А пока наш необитаемый остров – наш дом. Здесь мы можем остаться наедине друг с другом.
Ну, не считая кота. Хотя и он много времени проводит на улице.
Так что мы совсем одни…
Есть после шашлыка не хочется, а вот в душ очень даже. Идем порознь, потому что мне надо было позвонить.
Выхожу из ванной позже Ромашки.
Она стоит у зеркала в спальне. В белом махровом халате, с распущенными, ещё влажными волосами.
Кажется, сексуальнее картины не придумаешь.
Или все дело в том, что это моя женщина, и я почти всегда адски ее хочу?...
Подхожу сзади, опускаю ладони на ее талию.
– Есть планы на вечер?
Ромашка прикусывает губу.
– Ммм.… Провести его со своим женихом?
Наши взгляды в зеркале встречаются. Желаемая программа понятна без слов.
– Я тоже очень хочу провести с тобой время, – шепчу на ушко, – и у нас его достаточно до утра.
Берусь за узел на ее халате. Развязываю. Аля судорожно вздыхает.
Распахиваю на ней халат. Смотрю в зеркало.
Она тоже смотрит и видит, как мой взгляд скользит по ее обнаженной груди, животу… А затем к нему присоединяются ладони.
– Ммм… – Ромашка вздыхает со стоном, когда мои пальцы стискивают ее соски.
Ласкаю их с силой, на грани боли. Сладкой боли. Аля закатывает глаза, дышит ртом. На внутренней стороне бедра уже поблескивает влага.
Горячая девочка.
Снимаю с ее плеч халат, отшвыриваю в сторону. Мое полотенце летит туда же. Член подрагивает от желания оказаться в ней.
Тесню Алю к туалетному столику под зеркалом. Глажу по спине ладонью, заставляю прогнуться. Головкой утыкаюсь в мокрые лепестки.
– Предлагаю закрепить настоящую помолвку и как следует, по-настоящему, потрахаться, – хриплю на ушко, кивая на зеркало, – смотри, какая ты красивая. И как я буду тебя любить.
Толкаюсь в нее сразу глубоко. Аля отвечает протяжным стоном.
Она уже осмелела и привыкла принимать меня. Так что пусть и с любовью, но мы занимаемся сексом без лишнего трепета и сантиментов. Стонем, рычим, срываемся в бешеный темп…
– Хочу кончить в тебя, – говорю, когда мы оба почти на пике.
– Ммм… Игнат… Но у меня опасные дни.
– Ты хочешь от меня детей?...
Под этот серьезный разговор не прекращаю размашисто в нее входить. Аля на грани, но ее взгляд на секунду становится осознанным.
– Да, Игнат… Да…. Да!
Задерживаюсь в ней. Наслаждаюсь силой ее оргазма. И сам щедро кончаю, пропитывая спермой всю ее изнутри.
Я хочу дать новую жизнь нашей любви.
