Текст книги "Вторая жизнь. Вид сбоку. Часть 2.5 (СИ)"

Автор книги: Ксения Чудаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)

Глава 5

– Хэл, ну хоть пожрать-то отпусти! – взвыл Артур, понимая, что сегодня вечером они допоздна будут стоять на карауле у принцессы, и что перерыва между основной работой и этим выходом просто не будет.

– После работы поешь, – отрезал главный страж, раздавая маячки остальным подчинённым.

– Ну, конечно, ты-то домой к тёплому ужину, а мы… – продолжал ворчать рыжий.

– Ну так заведи сыночка, который приглянется принцессе, и у тебя будет та же привилегия, – ехидно заметил Енир.

Артур тихо выругался, но ничего добавлять не стал.

– Выходим, – скомандовал Хэлмираш, не обращая внимания на их перепалку.

Пять стражей и принцесса перенеслись на территорию дома Хэлмираша, тут же подключая маячки к системе охраны здания.

– Рассредотачиваемся и работаем, – проговорил страж, внимательно сканируя все сигналы и проверяя их синхронизацию.

Сверив все позиции и получив доклады, Хэлмираш со стороны смотрел на то, как сверкающий улыбой Ликаард представил свою избранницу матери. Усмехнулся с несколько ошарашенной улыбки Ноат, которая всё ещё не могла привыкнуть к тому, что её сын теперь вертится в столь высоких кругах. А ведь Эскель предупреждал своим ведением, давно предупреждал… И тут же покачал головой от рассыпавшегося в благодарностях Артура, которого наконец накормили по настоянию занесённой. Благо, принцесса на подобное самоуправство реагировать не стала. Кажется, даже несколько смутилась от того, что о её телохранителях позаботился кто-то ещё.

Но в итоге Ликаард и Поли ушли на прогулку, а Хэлмираш, проверив связь, наконец смог сам подойти к занесённой, обнять, скидывая с плеч хотя бы часть груза, который стал только больше после разговора с судьёй. Но конкретно в этот момент, сжимая Ноат в своих объятиях, он мог выдохнуть и на короткое время договориться сам с собой о том, что сейчас его жена в безопасности. Вечный его спутник – страх за занесённую, слегка притупился, давая место блаженному спокойствию.

Ноат же, не представляя, что ещё несколько часов назад пережил страж, но чувствуя, как тот устал, положила руки на его предплечья, словно желая успокоить и поделиться силами.

– Загонял тебя Ли сегодня? – предположила она.

– Оно того стоило, – не стал вдаваться в подробности Хэлмираш, поворачивая голову занесённой и переключая её внимание на счастливого сына, гуляющего с принцессой.

Вынул из кармана браслет, защёлкнул на запястье Ноат, даже не собираясь спрашивать разрешения. Но та, привычная к его манерам, не возмутилась. Лишь подняла на него глаза, в которых плескалось беспокойство.

– И опять всё на себе запитал?

Хэлмираш на мгновение прикрыл глаза, всем телом впитывая такое забытое чувство, когда о тебе заботятся. Когда кого-то столь близкого вдруг волнует его состояние. В случае с Ноат это не вызывало раздражения, а только мягкое тепло, разливающееся под кожей.

– Справлюсь, – отрезал страж, не желая увеличивать беспокойство занесённой о нём.

Он ждал возражений, но Ноат лишь поблагодарила, проведя затылком по его плечу.

Страж считал, что достаточно хорошо спрятал за маской спокойствия свои переживания, но, как оказалось, нет. Когда все гости разошлись, а они с Ноат поднялись в спальню, занесённая вдруг прильнула к нему, забираясь холодными руками под рубашку и обхватывая его за пояс.

– Айн, сегодня что-то случилось? – тихо спросила она.

Вот как ей это удаётся? Страж не понимал, каким образом дал повод для таких вопросов.

– Напряжённая работа, – говорить правду о том, что произошло, Хэлмираш не собирался. – Есть трудности, но для дворца это типично.

Тонкие пальцы Ноат вжались в его торс.

– Ложись, разомну, – вдруг предложила она уже менее напряжённым голосом.

И Хэлмираш был благодарен за то, что она не стала расспрашивать подробнее: врать он не хотел, а если в открытую начнёт отказываться от ответа, то это будет беспокоить Ноат ещё больше. Стащил одежду, упал животом на кровать, складывая ладони под головой. Через пару секунд ощутил приятную тяжесть на пояснице, куда приземлилась Ноат. Её неожиданно сильные пальцы впились в окаменевшие мышцы спины, разминая через боль и возвращая им мягкость. Браслет мерно позвякивал, мечась по запястью.

– Я научусь пользоваться магией, Айн. Постараюсь поскорее, – раздался тихий, но уверенный голос занесённой. – Тебе не придётся так обо мне беспокоиться.

Страж не стал отвечать, только кивнул, под любящими руками уплывая в сон.

Утром Хэлмираш почти угрозами согнал заспанную Ноат с постели, а потом уже под её давлением позавтракал вместе с Ликаардом, который от такой утренней картины только шире улыбался.

Сдав Ноат Оркусу, Хэлмираш на несколько часов погрузился в работу с Тальяном, но на этот раз всё было привычно, оба делали своё дело молча, не отвлекаясь на разговоры, чему страж был рад. А после обеда переместился в Академию, где приступил к работе главного экзаменатора. Только вот кто-то из учеников сегодня явно погневил небеса, потому что копящееся в страже беспокойство за Ноат стало сказываться на его отношении к экзаменуемым.

Находящийся на площадке Дармин несколько минут скептически наблюдал за тем, как Хэлмираш разносит магистров третьей ступени. На пересдачу уходили хорошо, если через одного.

– Хэл, а что происходит? – с ленцой в голосе уточнил тренер.

– Только не говори, что в тебе проснулась жалость, – не оборачиваясь, бросил страж. И тут же повысил голос: – Амбрас, огненный дождь запрещён к использованию даже на ограниченной территории, уж пора бы выучить. На пересдачу!

Видя яростный блеск в глазах магистра и его перекошенную рожу, Дармин из интереса прислушался, но никаких возражений не услышал. Удовлетворённо кивнул: знали, засранцы, что хуже будет, если рот откроют. Да ещё и в его присутствии.

– Жалость? К кому? К ним? Да ты за кого меня держишь⁈ – кровожадно усмехнулся лысый. – Жалость у меня сугубо к своей личной персоне и немного к твоей – пересдачу-то нам же принимать в неучётное время. А мне банально лень. Так что тебя гложет, друг мой? – Дармин рукой вальяжно приобнял стража за плечи. – У тебя ж, так сказать, медовый месяц должен быть. Жена вернулась и всё такое прочее.

Хэлмираш поморщился, но всё-таки негромко ответил, продолжая глазами следить за происходящим на тренировочной площадке.

– У Ноат новая магия. Портальная. Опасная. Как и у её спасителя. Эскель этого самого спасителя решил сделать её тренером, только вот я ему не доверяю.

– А кто ж ему будет доверять? – Дармин не стал произносить оставшееся в стороне от разговора имя Оркуса. – Этот парень всю жизнь себе на уме. Как и старший, но у него хотя бы здравый смысл на месте.

– Ты вот сейчас нисколько не помогаешь, – скрипнул зубами Хэлмираш.

– А ты голову-то включи, раз Эскель не захотел, – резко перешёл на серьёзный тон тренер. – На кой тебе сдался этот портальщик, когда у тебя в знакомых есть сам Смотритель порталов? Каким бы специфическим ни был дар твоей дамы сердца, этот старик разберётся лучше, чем кто угодно.

Страж мысленно выругался: сам же думал об этом, но зациклился на мыслях об Оркусе и потерял идею. Молча кивнул, признавая правоту друга.

– Ну вот и свали в туман, – буркнул Дармин. – То есть до Смотрителя. А я тут сам закончу. Иначе ты нас без выходных оставишь со своими пересдачами.

Хэлмираш и тут спорить не стал, коротко поблагодарил и исчез. А Дармин обвёл глазами замерших магистров.

– Ну что, дорогие мои, продолжим, – проговорил он, потирая руки.

Добившись аудиенции и переговорив с учителем Чукрасом, Хэлмираш мысленно поблагодарил Дармина ещё раз, прикидывая, что надо бы проставиться другу чем-то солидным за то, что дал свободную минутку. Потому что Смотритель был как раз тем человеком, которому страж мог бы доверить занесённую. Даже если она выстроит портал зорг знает куда, то Смотритель сможет её найти быстрее всех.

Перенёсся обратно в Академию, хотел уже было идти на полигон, дорабатывать и освобождать Дармина, как вдруг почувствовал, что связь защитного браслета Ноат непосредственно с ней оборвалась. Занесённая сняла украшение, а это могло аукнуться нехорошими последствиями. Учитывая, что императорский судья явно не оставляет эту парочку портальных магов без присмотра, те самые последствия от безрассудных действий могли быть очень плачевными.

– Чтоб тебя зорги драли! – выругался страж, тут же связываясь с тем, кто находился примерно в похожей ситуации. – Эскель, твой брат совсем обезумел⁈ Зачем снимать защиту?

– Хэлмираш, не ори мне в голову! – у старшего Гарахи, видимо, денёк тоже не задался, потому как в голосе звучало сильное раздражение. – Обучение – процесс многогранный. Раз снял, значит, мешает. Если что-то будет не так, он тут же со мной свяжется. И да, сейчас они оба сидят в доме у Оркуса, переживая очередную неудачу в обучении, — буркнул он уже несколько спокойнее.

Но это Хэлмираш и сам знал, чувствуя связь с браслетом, в котором было заложено следящее заклинание.

Страж оборвал сигнал, но почувствовал, как страх вновь сковывает конечности, заставляя их терять чувствительность от холода. Он не мог контролировать магию Ноат, и от этого подвешенного состояния Хэлмираш не находил себе места. Но всё-таки собрался и упрямо продолжил путь на полигон, понимая, что работа требует его непосредственного присутствия, и у него нет возможности находиться рядом с Ноат постоянно. Да и толку-то там от него было бы мало, если уж совсем честно.

Дошёл, махнул рукой Дармину, даже успел открыть рот, чтобы сказать пару благодарственных слов, но тут же мозг почти разорвало от прямого резкого сигнала.

– Хэл, Ноат пропала! Оркус…

– Пламя Хараша! – ругнулся страж, понимая, что весь день мучился именно от предчувствия чего-то подобного. Связался с браслетом и вдруг ощутил преграду. Что-то очень мощное мешало нормально отслеживать местоположение занесённой. – Зорги! – почти взвыл он. – Дармин, ты за старшего! – крикнул, увидел перекошенное лицо друга и тут же перенёсся к Оркусу.

Тот стоял посередине комнаты и беспомощно теребил обрубок верёвки, болтавшийся на запястье. Хэлмираш не выдержал, шагнул вперёд и схватил Гарахи за грудки.

– Какого зорга ты снял защиту⁈ Если сам уследить не смог, то не мешал бы мне! Куда вы собирались перенестись⁈

– Хэл, успокойся и отпусти его, он сам в шоке, – тут же раздался за спиной голос Эскеля.

– В твоей защите она бы не смогла открыть портал нормально! – Оркус высвободился из разжавшихся пальцев стража, с оскорбленным видом поправил одежду.

– В этом и был смысл! Нечего ей открывать, пока не поймёт, как работает! – продолжал бушевать Хэлмираш. Схватил со стола знакомый браслет с защитой. – Куда ты её направил⁈

– Да мы даже не говорили уже о порталах, просто рассуждали, как ей тяжело дается магия. Она сказала, что в теле собаки было проще, жалеет, что не вернулась в тело демонессы…

Хэлмираш дёрнулся, оглянулся на Эскеля, встречаясь взглядом со стальными глазами.

– Ты же не думаешь… – начал старший Гарахи. – Огонь небесный, только не к ним!

Но Хэлмираш уже был почти уверен, что Ноат унесло именно к демонам. Только вот куда… Где стоит настолько сильный барьер, что даже заклинание судьи не может пробиться⁈

– Я проверю, – хрипло проговорил он. И хотел было уже прыгнуть, но тут Эскель кинул ему какой-то предмет.

Поймав, страж понял, что это довольно мощный накопитель.

– За моральный ущерб, – криво усмехнулся Гарахи. – Чтобы точно хватило сил оббежать всех.

Хэлмираш кивнул и прыгнул сразу в Южную Цитадель. По мере того, как он посещал одного знакомого Ноат демона за другим, страх в нём рос, от кончиков пальцев, пронизывая нутро и всё ближе подбираясь к сердцу. Потому что занесённой нигде не было. Вообще нигде. И выйдя уже из последнего возможного её местонахождения, понял, что надо было не по Цитаделям прыгать, а сразу идти в императорский дворец.

Перенёсся туда, понимая, что ещё пара прыжков, и он просто свалится без сознания – от измождения уже темнело в глазах, тело дрожало и плохо слушалось. Прыгнул пусть и без пропуска в сердце системы безопасности, но Тальяна там не нашёл. Выругался, мысленно мечась, придумывая план. Император? Императрица? К кому сунуться, чтобы сказали, где искать судью⁈ Хэлмираш был уже готов ворваться в покои самого императора, пройдя через стражу, но тут за спиной раздалось:

– Ты слишком громко думаешь.

Хэлмираш рывком развернулся, впиваясь взглядом в лысого аллара. Тот сощурился, на секунду в его глазах промелькнуло удивление.

– Блокирует даже моё заклинание, – протянул он задумчиво. – Не так много существ в этом мире на это способны. И если брать расу демонов, то таких, насколько мне известно, трое. Два старших шамана Центральной Цитадели и сам Правитель.

Страж на секунду обмер. Кровь схлынула с лица, смуглая кожа посерела. Если Ноат перенеслась к кому-то из них… Её просто не оставят в живых. Человеку не положено видеть ни одного из этих трёх демонов без их на то желания.

Тальян между тем замер, его лицо потеряло всякие эмоции. Но через мгновение он моргнул, вновь оживая. И вынес печальный вердикт:

– Правитель. У шаманов её нет. Прости, Хэлмираш, но я должен принести мои соболезнования. Правитель демонов сегодня проходит ритуал полноценного вхождения в цвет. Твоя жена уже мертва, раз оказалась там.

Хэлмираш перестал дышать. Всё внутри словно замерло, скованное льдом. Разум отказывался верить в то, что говорил судья, пусть и признавал высокую вероятность такого исхода.

– Нет, – хрипло произнёс Хэлмираш, качая головой. – Нет, не верю. Маалар… – страж вдруг криво и страшно улыбнулся, смотря в глаза судьи. – Вы его не знаете. Он не убьёт Ноат. Не должен.

Тальян не стал ничего говорить, лишь продолжал скорбно смотреть на стража.

– Нет! – на этот раз резче выговор Хэлмираш. Прямо из узла связи активировал канал с Артуром. – Арт, ты за старшего, присмотри за всем.

И даже не выслушав ответа, отключился. Плевать на работу, плевать на обязанности, пусть дворец хоть сгорит, сейчас он должен найти Ноат! На последние крохи своей магии перенёсся в Центральную Цитадель.

Не имея нормального допуска, ему удалось выйти только в общем зале. Страж покачнулся, не удержался на ногах, упал на одно колено. А когда наконец в глазах прояснилось, и он поднял голову, перед его глазами угрожающе блеснуло лезвие боевого ножа.

Глава 6

– Хэлмираш арантил Хараш, что ты здесь делаешь? Забыл о запрете⁈

Голос исходил не от молодого воина, державшего оружие, а от старого, сухого демона с белыми татуировками на ладонях. Он стоял в паре шагов от стража, почти полностью утопая в свободном сером балахоне.

– Прошу аудиенции у Правителя, – Хэлмираш медленно отвёл вторую ногу и опустился на оба колена, склоняя голову.

Нижайшая просьба к Правителю требовала подобного этикета, и сейчас страж был готов на что угодно, лишь бы поговорить с Мааларом. Он не должен был убить Ноат. Не должен. Иначе Хэлмирашу останется только повеситься в пустой спальне собственного дома.

– Правитель сейчас никого не принимает, – качнул головой шаман. – Ждать придётся долго.

– Я подожду, – также стоя на коленях, отозвался страж.

Секунды раздумий шамана показались для Хэлмираша вечностью, но вот демон кивнул молодому воину:

– Проводи его в приёмную. Не выпускать.

Хэлмираш с трудом поднялся и последовал за провожатым. Его привели в скромное тёмное помещение с большим окном, выходящим на горный массив. Хэлмираш оглянулся на захлопнувшуюся за ним дверь, поплёлся к окну. Ему ничего не оставалось, только ждать, разрываясь изнутри на части. В голове горела только одна мысль: она жива! Жива! Ноат не могла умереть! Даже не думай о том, что она могла умереть!

И так по кругу. Он уже один раз не хотел верить в то, что она выжила и вернулась к нему, и тогда это обернулось спонтанным порталом от разочарования в нём. Дважды Хэлмираш так не ошибётся. Он будет верить, до последнего верить, что ей удастся выжить и сейчас. В противном случае незачем будет жить ему. На этот раз уж точно.

Хэлмираш, покачиваясь, стоял у окна, пытаясь прогнать из глаз тёмные мельтешащие точки. Магическое истощение подобного рода не проходило бесследно для тела. Но страж продолжал тянуть из себя крохи энергии, чтобы поддерживать связь с браслетом. Пока что всё оставалось так же глухо, камни, в которые было вложено заклинание, словно скрывались за барьером, однако Хэлмираш раз за разом посылал запрос, чтобы не пропустить момент, когда барьер спадёт.

– Ты выглядишь иначе, чем я представлял.

Хэлмираш дёрнулся на голос. Оказалось, что в приёмную вели две двери, и сейчас как раз в проёме второй стоял демон. Судя по татуировкам на ладонях – шаман. Спиленные рога, невысокий даже по человеческим меркам рост, невыразительный голос. И только цепкие белые глаза выделялись на лице, внимательно глядя на стража.

Хэлмираш молчал, поэтому демон продолжил:

– Когда мне доложили, что брата убил человек и после этого выжил, я даже не сразу поверил. Представлял тебя тогда неким гигантом, равным нам по силе, – демон рассмеялся сухим скрипучим старческим смехом. – И между тем, ты сделал одолжение моей семье. Не убей ты его, состоялся бы суд за его эксперименты. И позор лёг бы на всю ветвь. А так… убили и убили, что взять с мертвеца?

Страж моргнул, отмечая, что совершенно ничего не чувствует к этому демону. Его брат сам убил его в той, другой жизни. В которой было залитое красной кровью крыльцо и море чёрной крови. Сейчас же… Сейчас важна была только Ноат.

Шаман вдруг поднял голову, словно прислушиваясь к чему-то. Усмехнулся:

– Правитель прошёл испытание на свой цвет. Теперь у нас будет полноценный владыка. А ты скоро узнаешь ответ на свой вопрос, – демон порылся в карманах своего балахона, кивнул сам себе и метнул стражу камень.

Рефлекторно поймав его, Хэлмираш понял, что перед ним довольно вместительный наполненный накопитель магии.

– Подкрепись, арантил Хараш, а то ж на ногах не стоишь. Не солидно спутницу в таком виде искать, – с хитрым прищуром сообщил шаман.

– Откуда ты… – начал было Хэлмираш, но демон уже отвернулся и закрывал за собой дверь.

– Ты слишком громко думаешь, – бросил тот напоследок и скрылся.

Страж замер, не понимая, что происходит. Но за накопитель он был благодарен в любом случае. Тут же впитав всё, что только было в камне, Хэлмираш задышал свободнее, вернулся к окну и впился взглядом в горы вдалеке. Почему-то слова шамана укрепили его веру в то, что Ноат жива, хотя предпосылок к этому не было.

Сколько прошло времени, Хэлмираш не знал. Не считал, просто стоял и ждал, продолжая свои тщетные попытки связаться с браслетом Ноат. И настолько привык к глухому молчанию в ответ, что когда сверкнул восстановленный канал связи, страж даже не сразу поверил. Снова послал сигнал, обмирая, но ответ пришёл: браслет был рядом, и он приближался.

Сжав зубы, Хэлмираш позволил себе обернуться к двери только тогда, когда она скрипнула, открываясь. Страж не знал, что такого увидела хромающая Ноат на его лице, но сама она вдруг стрелой кинулась к нему, повисая на плечах. Хэлмираш и сам сжимал её в объятиях так, словно хотела вжать в себя, стать единым целым, чтобы больше никогда не пришлось её отпускать. Испытанное им облегчение нельзя было передать словами. Живая! Слава всем богам, в которых страж никогда не верил! Он должен был Маалару по гроб жизни. Осталось надеяться, что демон никогда об этом не узнает.

– Хэлмираш арантил Хараш, Правитель не сможет тебя принять и предлагает покинуть Цитадель как можно быстрее, – произнёс бесстрастный голос.

Хэлмираш глянул на стоящего в дверях демона и скупо кивнул. Оценив состояние Ноат, мысленно поблагодарил шамана ещё раз за то, что сейчас сможет ей помочь, а не рухнет рядом от изнеможения. Заставил Ноат воспарить, чтобы не травмировать больную ногу, и молча дошёл таким образом с занесённой до зала порталов, откуда перенёсся в такой же, только уже в Академии. Не задерживаясь, создал портал для переноса в гостиную.

Осторожно усадил Ноат на диван, опустился на корточки, снял с распухшей ноги туфлю, закатал штанину, чтобы полностью видеть область поражения. Занесённая за всё это время не издала ни звука, только морщилась, сам страж тоже не находил в себе силы говорить.

Хэлмираш осмотрел лодыжку, осторожно провёл кончиками пальцев по одной из линий рисунка, внимательно изучил ожог в виде пятерни.

– Айн, ты мне одно скажи, Родька там хоть живой? – подала наконец голос Ноат.

Будь воля стража, то таковым Оркус был бы не весь.

– Ты хоть понимаешь, где была? – стражу на мгновение захотелось не просто закричать, заорать на занесённую. Сжать её голову двумя руками и орать до тех пор, пока до неё наконец не дойдёт, что демоны – это не простые существа, что Правитель – это вообще за гранью возможности. Что она под прицелом императорского двора, что её жизнь находится в чужих руках. И что ему, Хэлмирашу, тяжело её защищать, когда она вытворяет подобное.

Но вместо этого только выдохнул, встал и направился за аптечкой. Его внутреннее состояние выдавали только слегка подрагивающие руки, но с этим он уже ничего не мог поделать.

– Примерно представляю, – стража немного успокоила серьёзность, с которой Ноат это произнесла.

Слушая объяснения занесённой о том, откуда взялся рисунок на ноге, Хэлмираш вдруг набрёл на интересную мысль. Маалар следит за Ноат! Зорг раштага не краше, но в этом был некоторый выход из сложившейся ситуации. Тальян не сможет убить её так, чтобы Маалар не узнал об этом. Правитель невольно сделал Ноат одолжение, а заодно и Хэлмирашу, потому что судья не сможет ему угрожать с той же лёгкостью. Занесённую теперь тоже сложно устранить так, чтобы об этом никто не узнал.

– Прости, Айн, – Ноат сжала ладонь стража.

Тот в который уже раз подивился, какие же холодные руки у занесённой в этом теле. Накрыл второй ладонью её пальцы, согревая.

– Тебе не за что извиняться. И теперь, думаю, раз у вас с Правителем свои общие секреты, империя демонов для тебя – одно из самых безопасных мест, – Хэлмираш усмехнулся, рассчитывая завтра поговорить с Тальяном уже с несколько иной позиции.

Ноат задумалась, а потом хитро посмотрела на стража.

– Что ты задумала? – тут же уточнил он, понимая, что на работу он сегодня точно не вернётся. Что бы Ноат сейчас не предложила, он пойдёт вместе с ней. Хватит с него сегодня переживаний за её жизнь. Так и свихнуться недолго.

– Во-первых, ты обещал мне куртку. Во-вторых, мне надо поговорить с Дориархом, – огласила список дел занесённая.

Хэлмираш словно видел на её лице план о восстановлении в должности и это невольно вызывало у него улыбку. Ну и её нежная привязанность к верхней части формы стражей умиляла его, хотя, казалось, будто он уже разучился ощущать что-то подобное много лет назад.

– Согласен, – огласил решение, мысленно прикидывая, что какую-то часть сегодняшней работы он всё-таки успеет сделать.

И да, первым делом посетив склад и выбрав куртку, Хэлмираш сдал Ноат под наблюдение Дориарха, а сам первым делом проверил полигоны. Запросил экзаменационные карты, поморщился от того, сколько же народу отправил на пересдачу: правильно Дармин его остановил. Сам лысый тренер обошёлся только тремя неудачниками.

Явившись в свою башню, страж неожиданно обнаружил там Дармина, сидящего за его столом и мастерящего какую-то фигуру, складывая одну из страниц чьего-то отчёта.

– Явился, не запылился, – проворчал тренер. – Не прошло и…

– Спасибо, что напомнил про Смотрителя, – перебил его Хэлмираш, приближаясь к столу. – И за подмену спасибо. А теперь свали к зоргам песчаным с моего места.

– Надо же, великий и ужасный главный страж умеет благодарить, – усмехнулся Дармин, поднимаясь. – Но он делает это крайне невежливо! Как всё прошло? – резко перевёл тему тренер.

В ответ Хэлмираш тяжело вздохнул и грузно осел на стул. Из него словно все силы ушли разом.

– О, друг, что-то ты сдаёшь. Не выдерживаешь темп молодой жены? – Дармин оседлал стул для посетителей.

– Можно и так сказать, – скривил губы страж. Потом хмыкнул. А потом даже нервно и глухо рассмеялся.

– А вот это уже диагноз, Хэл, – покачал головой тренер. – Вот тебе и ответ, почему я не женюсь. Здоровья, знаешь ли, не хватит.

Страж окинул взглядом могучую фигуру перед собой.

– Ну-ну, – иронично кивнул Хэлмираш, распрямляя варварски смятый другом лист отчёта. – Если у тебя всё, то не мешай работать.

– Уже ушёл. Только настоятельно рекомендую посетить столовую. А лучше винный погреб чей-нибудь. На тебя посмотришь – жить не хочется. Бледный как аллар, да ещё и руки дрожат. Ну или к Лимраду сходи на худой конец.

Последняя идея Дармина Хэлмирашу пришлась по вкусу, потому что пугать своим нервным видом Ноат больше не хотелось. Пройдя пешком до лазарета, страж заглянул к другу. Когда Хэлмираш вошёл в его кабинет, Лимрад оглянулся на него и вздрогнул.

– Что случилось⁈ – тут же всполошился аллар.

– Ничего. Уже ничего, – страж махнул рукой, присаживаясь на кушетку. – Дай чего-нибудь, чтобы рожа была покраше, да я пойду.

– Сейчас, – вдруг легко согласился Лимрад.

Чем-то позвенел у себя за столом, пошипел, да протянул Хэлмирашу кружку, из которой шёл пар.

– Что это? – страж приподнял брови: никогда ещё не видел горячего эликсира из списка стимуляторов.

– Чай, – серьёзно ответил целитель.

А следом сунул другу в руки поднос с парящим ужином.

– Дармин заглянул, – понимающе проговорил Хэлмираш. Предательски завывший желудок сообщил, что он и за это благодарен лысому тренеру.

– Ты знаешь, как я отношусь к твоим голодовкам. Не в курсе, что там у тебя стряслось, Дармин распространяться не стал, но поесть тебе надо обязательно. И рожа сразу краше станет.

– Отчёты ждут, – пробубнил Хэлмираш, глотая пищу, практически не жуя.

– Сказать, куда Дармин попросил послать твои отчёты? – приподнял брови Лимрад.

Хэлмираш усмехнулся, покачал головой. Вариантов было много, но все, как один, нецензурные.

– Айнар, мы с Ноат закончили. Я отправил её в твою башню, – раздался в голове голос Дориарха.

– Понял, спасибо, – отозвался страж.

После того, как он доел всё до последней крошки, Лимрад выпустил его из лазарета. Добравшись опять же пешком до башни, Хэлмираш обнаружил там скучающую Ноат.

– Если ты не против, я хотел бы поработать немного, – проговорил страж, смотря на занесённую.

– Да-да, конечно, – в глазах Ноат промелькнул стыд. – Прости, у тебя весь день к зоргам из-за меня.

Хэлмираш хмыкнул и кивнул. Вспомнив одну вещь, залез в ящик стола и обнаружил там три шара для обучения магии. С усмешкой выложил один на стол, катнул в сторону Ноат.

– Позанимайся пока, – проговорил, вновь поднимая измятый Дармином лист.

Глядя на хмурящуюся занесённую, которая пыталась хоть чего-то добиться от предмета, с которым справляются и дети, Хэлмираш наконец пришёл к внутреннему равновесию. Страх за жизнь Ноат слегка притупился, дрожь после пережитого отступила. Разум очистился, позволяя воспринимать буквы, написанные в отчётах.