Текст книги "Хозяйка утерянного сада (СИ)"
Автор книги: Кристина Юраш
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)
О, моя бы воля, я бы занималась этим целыми днями. Тревожные мысли, обрывки разговоров, печаль и грусть, – все как-то развеялось, пока руки были заняты работой.
– Нужно успеть к ужину, а то опять будут волноваться, – вздохнула я, открывая дверь ключом.
Выйдя из сада, я осмотрелась. Поблизости никого не было.
Потащив плед с ветками, я была ужасно горда собой. Впервые в жизни я что-то сделала сама. А сама работа оказалась лучшим лекарством от грусти и хандры.
Осторожно двигаясь по дорожке спиной вперед, я тащила шуршащий плед по траве. Наверное, все служанки делают именно так!
– Миссис Аддерли! – послышался далекий крик, заставивший меня остановиться. – Вас ждут к ужину!
Я решила побыстрее найти место, куда все это можно высыпать.
– Ой! – послышался перепуганный голос. Я обернулась. Видя девушку – служанку с магической свечой.
– Ааааа! – закричала она, глядя на меня огромными голубыми глазами.
Я только открыла рот, чтобы тоже закричать, как вдруг девушка бросилась в сторону дома, выронив свечу.
Быстро вытряхнув плед и схватив выпавшую из рук служанки свечу, я бросилась обратно в свой сад. Глядя на свое отражение в осколке зеркала, я увидела чумазое лицо со спутанными волосами. Нужно будет умыться в фонтане и привести себя в порядок!
Я снова зажгла свечу, вытерла руки и стала надевать платье и туфли. Наскоро приведя прическу в убогий порядок, я потушила свечу, закрыла сад на ключ и устремилась к фонтану, оттирая грязь с рук и лица. Посмотрев на свое отражение, я успокоилась. Я снова выглядела, как леди. Крупная прядь волос выпала из прически на лицо.
– Почти, как леди, – сдула я волосы, снова пытаясь сколоть их шпильками.
– Мисс Аддерли! – бежала с того конца парка другая девушка. – О, вам пора ужинать! Я вас повсюду ищу! Пройдемте в дом!
Я чинно прошла в дом, даже приподняв платье. Сейчас, когда у меня был свой сад, я чувствовала себя уверенней.
– Гуляла, моя дорогая? – заботливо спросила нянюшка.
– Да, – вздохнула я, глядя на свое отражение. Она расплетала волосы, поражаясь, где я умудряюсь терять драгоценные заколки, которых на меня не напасешься!
– О, тебе полезно! Я как раз высказывала этому негодяю, что вам нужен свежий воздух, – произнесла нянюшка. А потом осторожно добавила. – Хозяин изъявил желание, чтобы вы поужинали вместе.
– Нянь, а правда, что ты знала этого Венциана раньше? – спросила я, глядя на то, как няня несет новое платье.
– Да, – послышался голос нянюшки, сооружающей мне прическу для ужина. – Я была его няней. И до сих пор недоумеваю, как из замечательного доброго мальчика получилось вот это вот!
– Расскажи, – потребовала я, чувствуя, как на мне затягивают корсет и сбрызгивают духами.
– Мисс Жанетт! Хорошие слуги не рассказывают новым хозяевам о предыдущих! – произнесла няня, гордо поджав губы. – Это считается моветоном! И за такое можно лишиться места! Кто примет на работу слугу, который не умеет держать язык за зубами? А вдруг он и твои секреты растреплет следующим хозяевам? Ну все, красавица!
Я вздохнула, пряча ключ в складках платья. Служанка уже маячила в дверях. Пожав плечами, я направилась за ней в роскошную столовую. На столе стояли корзины с розами, все вокруг было изысканно и красиво.
– Садитесь, – холодным голосом произнес Венциан, осторожно вынимая розу из корзины. Мне на колени постелили салфетку, а я внимательно следила за розой. – Нам не стоит друг друга обманывать. Мы – счастливая аристократическая семья. Вы не любите меня. Я не люблю вас. Ничего нового! Это вы можете увидеть в любой семье нашего круга.
Он поднял глаза на мисс Миракл, которая строго смотрела на него и едва заметно кивнула, мол, продолжайте.
– Но при этом любая семья нашего круга умеет играть на публику и изображать такую любовь, что со стороны кажется, что у них только-только прошел медовый месяц. Это, скажем так, неотъемлемая часть этикета, – произнес Венциан. – Дорогой, я за тебя волнуюсь! Дорогая, ты сегодня выглядишь бледной и нездоровой! А сами ненавидят друг друга и мечтают отравить побыстрее.
– Кхеу-кхеу! – послышался кашель нянюшки.
– Мисс Миракл почему-то вам это не объяснила, – послышался голос Венциана. – И не учила вас, как правильно вести себя с нелюбимым мужем. Хотя, вы, кажется, были помолвлены, не так ли?
– Он мне нравился, – ответила я, вспоминая, как увидела красавца – виконта в первый раз. – Я полагала, что мы с ним сможем полюбить друг друга.
– Ах, бедное, наивное дитя, – улыбнулся Венциан. – Кто вас научил таким словам: «Полюбить», «любовь»? Если бы вы были крестьянкой, то тогда бы могли рассказывать мне про любовь. Но вы – аристократка. Для любви существуют специальные люди. Их называют любовники и любовницы.
– Мистер Аддерли! – не выдержала няня.
– Так вот, после того, как вы уже остыли и высказали мне все, что думаете… А, заметьте, я дал вам достаточно времени, – послышался голос Венциана. – Вам придется играть роль любящей жены. Не только в доме, но и на публике. На публике особенно.
– А вы не собираетесь играть роль любящего мужа? – спросила я, понимая, о чем идет речь.
– Я уже это делаю, если вы не заметили. Я дарю подарки, терпеливо отношусь к вашим возмущениям, – перечисляли мне, пока мои глаза гневно сужались.
Синие глаза посмотрели на розу. Я увидела, что у розы был бутон. Стоило Венциану заметить его, как он бросил взгляд на меня.
– Нужно, что в это в первую очередь поверил я. Поверю я, поверят все остальные, – бросили на меня еще один мимолетный взгляд. – В целом вы можете быть свободны. Я вам ничего не запрещаю. Делайте, что хотите, но в пределах разумного! За пределы разумного и поместья я запрещаю вам выходить.
Неужели разговор с няней так подействовал? Что она ему наговорила?
– И с этого дня вы, юная мадемуазель, будете учиться делать вид, что очень сильно любите меня! Мисс Миракл вызвалась помочь вам в этом деле! Но полагаться на нее я не стану. Чем быстрее вы научитесь играть роль влюбленной жены, тем быстрее я оставлю вас в покое, – улыбнулись мне.
– Вы бы могли найти ту жену, которая полюбит вас, – произнесла я, косясь на нянюшку.
– Брак с вами был мне выгоден, – поднял брови Венциан. – Поэтому мне придется, учить вас лично.
– Мистер Аддерли! Мы договаривались вовсе не об этом! Вместо того, чтобы успокоить бедняжку, просто поговорить с ней, вы… – возмутилась няня. – Все! Сил моих больше нет!
– Где служанка? – спросил Венциан, когда няня покинула столовую. Где-то в коридоре раздался страшный грохот.
– Почему никто не несет нам чай? – невозмутимо продолжил Венциан, пока в коридоре были такие звуки, словно поместье разваливается на части.
– О, простите, – смутилась та самая девочка с влюбленными глазами, убирая со стола пустые тарелки. – Просто она сегодня видела в саду привидение какой-то нищей девочки в старых лохмотьях… И до сих пор трясется в комнате от страха.
– Что?! – послышался тихий голос. Роза выпала из рук на колени. – Повтори еще раз, что ты только что сказала!
– В саду, сэр, – осторожно произнесла девушка, а я закусила губу. – Видели призрака, сэр. Девушку в лохмотьях. Она тащила какие-то ветки, сэр… Я больше ничего не знаю, сэр… Анна знает. Она видела!
– Призрак? – поднял бровь Венциан. Роза упала на пол.
Я чуть было не хихикнула, представляя себе, что он боится привидений. Но тут же спрятала улыбку, боясь, что меня разоблачат.
– Сейчас я позову Анну, и она сама вас все расскажет! – заметила служанка, унося тарелки.
Дверь открылась, а в нее заглянула насмерть перепуганная девушка, которую я так неудачно встретила в саду.
– … я иду, а там … там… – заикалась Анна, размахивая руками. – Там в саду привидение! Девушка в лохмотьях! Волосы у нее всклокочены. А в волосах листья! И взгляд такой свирепый! Словно она вот-вот набросится на меня! Она тащила покрывало с ветками. Лицо грязное, страшное! Она на меня смотрит, а я на нее!
– Чушь! – фыркнул Венциан, пока служанка мялась на пороге.
– Мистер Аддерли, я знаю весь штат прислуги, но такой девушки у нас не было! Вряд ли бы служанка мистера Аддерли выглядела бы так… убого, – произнесла та самая девушка, которая сказала мне, где мыло. – Я уже говорила, что старые дома меня пугают. В них могут быть привидения!
– Я сказал, что это чушь. Призраков не существует, – отрезал хозяин, вернувшись ко мне. Я мельком заметила, как изменился его взгляд.
– Простите, – послышался голос Анны, а она исчезла за дверью. Я едва не рассмеялась, но вовремя опустила глаза. Тоже мне, призрак!
– Итак, приступим! – послышался голос, заставивший меня вздохнуть.
– К чему? – осмотрелась я, понимая, что кроме нас и служанки, которая убирала со стола, в столовой никого не было.
– Назовем это «Занятия любовью», – послышался смех, а мне потянули руку.
Служанка случайно опрокинула корзину с розами, не сводя с нас ревнивых глаз.
Я внимательно смотрела в синие глаза. Он хотел, чтобы я влюбилась в него и мучилась от того, что он меня не любят. А что, если все будет наоборот? Если я сумею влюбить его в себя?
О, такой негодяй заслуживает наказания!
На мгновенье мне представилось, что он влюблен в меня до безумия, мучается, переживает, умоляет любить его, а я смотрю на него снисходительным взглядом. Единственное, чем может наказать женщина мужчину, так это любовью. Я хочу, чтобы этот негодяй влюбился в меня, как мальчишка! И пусть эти любовные муки станут для него заслуженным наказанием за смерть папы и за все то, что он сделал. К сожалению, я больше ничего не могу поделать!
Эта мысль заставила меня улыбнуться.
– Представьте на мгновенье, что к нам приехали гости, – послышался голос, а меня держали за руку. – Вот они! И все смотрят только на нас!
Рука указала на пустые стулья. Я представила важных лордов и леди, рассевшихся, словно на приеме.
«Помни, мы должны влюбить его в себя!», – повторила я себе, стараясь подавить жгучую ненависть.
– Для начала вам нужно научиться не делать такое лицо, когда я целую вашу руку, – послышался смех. – У вас на лице читается, словно я пытаюсь откусить вам палец.
Он медленно прижал мою руку к своим губам, не сводя с меня пристального взгляда. Ай! Я почувствовала ожег его поцелуя и невольно вздрогнула.
– Вы видели себя в этот момент? – послышался смех на всю столовую. – У вас на лице написано: «Мама не рассказывала мне, откуда берутся дети. От поцелуев руки точно не беременеют?».
– Давайте уже быстрее покончим с этим, – прошептала я, решив узнать у нянюшки, как правильно влюблять в себя мужчину. К сожалению, я не знаю, как это правильно делается! Мама умерла слишком рано, я ее почти не помню. Но если бы она была жива, то я бы обязательно спросила у нее!
Я почувствовала, как прохладные губы снова прикоснулись к моей руке.
Сама не знаю, что со мной. Почему, его прикосновение вызывает у меня чувство, словно меня обжигает?
– Вот, наконец-то, – послышался голос. – Я второй раз увидел вашу улыбку. Замрите! Вот так и улыбайтесь.
Он склонился губами к моей руке и оставил на ней еще один поцелуй – ожег. В этот момент у меня в груди что-то сжалось, а я снова невольно скривилась и стиснула зубы.
– Нет же! – легонько похлопали меня по руке. – Сейчас у вас такое лицо, словно я подкрался к вам в темном коридоре и невзначай поинтересовался, есть ли здесь привидения кроме меня!
Я попыталась спрятать улыбку, но уголки губ все равно предательски вздрогнули.
– Вам вообще когда-нибудь целовали руку? – спросил Венциан, перебирая мои пальцы и рассматривая их.
– Ну, разумеется, – вздохнула я, глядя на его перстень с драконом. В тот момент, когда он склонялся к моей руке, сердце замирало. Мне хотелось отдернуть руку и броситься бежать, куда глаза глядят.
– Учтите, вы не пойдете спать, пока не научитесь принимать поцелуи руки лично от меня, – послышался насмешливый голос. Меня снова поцеловали, а я невольно вздрогнула, не зная, что с собой поделать.
От этого поцелуя разливалось странное волнение, которое иголочками кололо все тело. Это какая-то магия?
– Ну вот опять! Да у вас такое выражение лица, словно я высморкался в ваш манжет, – снисходительно улыбались мне, а я не знала, что со мной такое. Стоило ему приблизиться губами к моей руке, как внутри все тут же начинало переворачиваться!
Венциан перевернул мои руки и замер.
– Так, погодите, а что это с нашими руками? – послышался удивленный голос, а я бросила невольный взгляд на свои руки, которые внимательно рассматривали. На руках остались следы от колючих лоз, которые я сегодня сдирала.
– Это? – испуганно заметила я, глядя на маленькие ранки, оставленные шипами. – Это я осколком, когда платье освобождала. Может, именно поэтому так больно…
– Да что ж мне с тобой делать? – усмехнулся Венциан, глядя на мои несчастные руки. Впредь нужно будет позаботиться о перчатках. – Принесите зелье!
– Что? Зелье? Зачем? – ужаснулась я, осматриваясь по сторонам.
Глава шестая
Служанка, которая с тяжелым вздохом расправляла букет на столе, тут же подобрала юбки и бросилась вон. Мне почему-то казалось, что она рада была выбежать из столовой. Когда она вернулась, то несла в руках флакончик.
– Это что такое? – спросила я, глядя с подозрением.
– Это – яд, – улыбнулся Венциан. – Буду отравлять вам жизнь…
Он снял с подноса пузырек и взял чистый платок.
– Я прошу вашу руку, – усмехнулся он, пока я искренне недоумевала, опасливо прижимая ее к груди. – Я бы рад встать на колени, и сделать это торжественно с пафосом, но, увы…
Он посмотрел на свои ноги, стоящие ровно на полочке кресла.
– Как вы можете смеяться над таким? – спросила я, растерявшись.
– А что мне остается делать? Ах, простите! Мисс Миракл настоятельно просила меня быть с вами вежливым, – послышался голос, когда я смотрела на то, как душистое зелье в его руках пропитывает белоснежный платок. Голубой пар расцвел цветком, а в воздухе запахло чем-то похожим на анис.
– Вашу руку, мадам, – послышался голос, пока я вдыхала незнакомый запах. – Позвольте пригласить вас на экзекуцию… Будьте так любезны, не откажите мне в криках: «А! Ой! Больно! Прекратите!».
– И вы думаете, что после такого я соглашусь? – опасливо спросила я, глядя на платок.
– А куда вы денетесь? – с улыбкой произнес Венциан, беря меня за руку. Я отвернулась, зажмурилась и вздрогнула, когда платок прикоснулся к моим царапинам.
– Я боюсь, что будет больно, – выдохнула я, вспоминая, как мне вытаскивали занозу, которую я умудрилась посадить в гостях на пикнике.
– Ну что ты, – слышался голос за спиной, пока я выдыхала. Зелье щипало так, что я стиснула зубы.
Я осмелилась повернуться, видя, как нежно держат мою руку в своей руке и как бережно промакивают каждую ссадину.
– Тише, тише, – слышался голос, а по коже пробежал легкий ветерок чужого дыхания. – Я даже подую… Ну вот и все…
Мне вернули мою руку с бантиком платка. Эта странная забота заставила меня замереть на месте, рассматривая белые кокетливые ушки узелка.
– Спасибо, – прошептала я, прижимая руку к груди. Я совершенно растерялась, не зная, что и думать. – Вы… очень… любезны и…
Я совершенно запуталась в чувствах, приглаживая белые ушки платка.
– Скажите, а … как вы… – опустила я глаза на его ноги. И тут же закусила губу, укоряя себя в такой вопиющей бестактности.
– Бегал за девушками. Больше не буду, – улыбнулись мне, пока я мяла в руках платок, пропитанные зельем. – Поэтому берите на заметку. Я не буду бегать за вами, как мальчишка.
Венциан рассмеялся, пока я направлялась к двери.
– С-с-спокойной ночи, – прошептала я, забыв, как открывается дверь.
– Дверь открывается от себя, – напомнили мне, пока я тянула за дверную ручку.
Я вылетела из комнаты, растерянная и напуганная. «Так, возьми себя в руки!», – успокаивала я себя, оборачиваясь на дверь. – «Мы решили его в себя влюбить! Осталось выяснить, как это делают!».
Осторожно войдя в комнату, я увидела привставшую с софы нянюшку.
– О, уже вернулась! Надеюсь, все было пристойно! Так, иди сюда! Давай я тебя раздену! – хлопотала нянюшка вокруг меня, помогая стянуть платье.
– Нянь, а можно у тебя спросить, – осторожно начала я, подставляя руки под ночную рубашку. Наверное, стоило начать издалека. – А ты когда-нибудь влюблялась?
– О, конечно, моя девочка, – вздохнула няня, пока я задумчиво теребила распущенные волосы. – Было дело однажды! Он смотрел на меня, я смотрела на него… Наши взгляды встретились…
– О, как это романтично! – выдохнула я, глядя на мечтательное лицо няни. Она застыла посреди комнаты, прижимая к груди ленту.
– Он стыдливо отвернулся, а потом любовь ударила ему в голову, – вздохнула няня. – Ну, я немного помогла любви подсвечником.
– И! – запереживала я, представляя влюбленную няню.
– А дальше вам знать не положено, – строго заметила няня, поднимая на меня глаза. – Так, погодите! А вы почему спрашиваете? Вы собрались кого-то соблазнять?
– Да так, – беззаботно потянулась я. – Просто любопытно! И все-таки, как? Просто я вижу, что … нашей экономке нравится садовник! И она ведет себя очень странно!
Я хитрым глазом покосилась на нянюшку. Та присела на кровать, подтыкая мое одеяло.
– А! Вот вы о чем! Я полагаю, что женщина должна в первую очередь заинтересовать мужчину, – авторитетно произнесла няня, думая о чем-то своем. – Просто обратить его внимание на себя! Сделать нечто такое, чего он ну никак от нее не ожидает! Но в рамках приличия, разумеется! Нельзя уподобляться кокоткам! Иначе мужчина плохо подумает о даме! Открою секрет! В этом деле важна настойчивость!
Ах, обратить внимание. Нужно будет попробовать!
– Потом, – рассказывала няня, видимо, вспоминая опыт. – Нужно удержать его внимание! Это не так-то просто, как вы думаете! Нужно сделать так, чтобы мужчина никуда от вас не ушел!
Отлично! Удержать!
– Но все это нужно делать внезапно! И чтобы мужчина и окружающие не догадались о том, что это ваших рук дело! Главное, в женщине – загадка! – заметила няня, задувая магическую свечу. – И тогда, считайте, что он – ваш. Спокойной ночи, дорогая!
«Внезапность. Настойчивость. Удержание. Загадка», – повторила я себе, погружаясь в сон.
Утром я проснулась, быстро съела завтрак и вспомнила, что на стене осталось несколько толстых лоз, которые я никак не могла вырвать руками. Я вспомнила, как в чужом саду ловко орудовали топором садовники, срубая старое трухлявое дерево. Мне нужен топор. А еще мне понадобится мешок для листьев и перчатки.
Я вышла на улицу, видя, как кучер сгружает какие-то мешки на землю.
– Мешок, – обрадовалась я, решив спрятаться за колонну.
– Ой, а что в них? – спросила служанка, которая шла навстречу.
– Это … этот… как его… кофей! – произнес кучер. – Новомодный напиток! Привезли издалека! Теперь вся столица пьет только кофей! Как по мне черная дрянь. Но хозяину видней!
– Мешок, – вздохнула я, высматривая, когда же они уйдут в дом. Я ловко развязала мешок, вытряхнула оттуда какие-то черные зерна и спрятала мешок под юбками, пока никто не видел.
На козлах кареты лежали грубые перчатки кучера вместе с плащом. Плащ я оставила, а перчатки осторожно унесла.
Прогуливаясь и делая вид, что любуюсь цветами, я увидела на дорожке целую груду веточек. И услышала звук топора.
– О, здравствуйте, мистер Квин! Вы сегодня до утра? – улыбнулась я, все еще держась на почтительном расстоянии. – Вас, кажется, звали помочь занести мешки в дом!
– О, мэм! Я сейчас! Только бошки этим посношу! – заметил садовник. – Вот уже сколько полил!
Да! Нужно будет полить выжившие цветы!
– Они сказали, что срочно, – вздохнула я, показывая рукой на дом.
– Иду! – крикнул садовник, бредя к мешкам. – Кому там че донести? Донести – это не мое! Обнести – вот это да! Эх! Представим, что здесь награбленные сокровища! Раз, два, взяли! И побежали! Так, куда мешки воруем?
Я юркнула за изгородь и с трудом вытащила из пня топор. Вот и все! Я готова!
Открыв дверь ключом, я вошла в сад. Переодевшись в лохмотья, я стала кромсать топором сухой ствол. Я не всегда по нему попадала, но в конце-концов я его победила.
– Фу-у-ух! – упала я на диван, глядя на сломанный об стену топор. – Зато теперь все сухое и некрасивое будет убрано! Осталось вынести листья и ветки, а потом полить растения. Я собрала все, прихватив старенькую лейку.
Прислушавшись, нет ли никого за дверью, я выскользнула, оставив дверь приоткрытой. Листья я разбросала под деревьями, а ветки бросила под заросли.
Вместе с лейкой я направилась к фонтану, как вдруг…
– … вчера она у меня спросила, как соблазнять мужчину! – послышался голос нянюшки. – И я ей сказала, что женщина должна сделать нечто такое, чего мужчина от нее ну никак не ожидает!
– О, я так понимаю, я ей все-таки нравлюсь, – послышался смех Венциана. Я замерла с полной лейкой. Голоса были так близко, что если бы я дернулась, то меня бы наверняка бы услышали. Мне оставалось стоять не шевелясь, видя, как вода вытекает из переполненной лейки. Сквозь воду фонтана я видела, как няня стоит на крыльце, а рядом с ней виднелось кресло.
– У нас куда-то пропал мешок, сэр, – послышался недоумевающий голос кучера. – И мои перчатки.
– Неужели? – удивилась няня, пока ей показывали рассыпанные зерна.
– Никто не видел мой топор? – крикнул садовник, растерянно шурша кустами.
– Я так понимаю, – странным голосом произнес Венциан. – Где-то здесь разгуливает девушка с мешком, топором и перчатками, вооруженная явным желанием кого-то соблазнить! Ни на жизнь, а на смерть! Да так, чтобы до гробовой доски! Мисс Миракл, я начинаю бояться нашу загадочную девушку.
– Но, мистер Аддерли! Жанетта никогда себя так не вела! – слышался удивленный голос нянюшки. – С ней что-то не так.
– Видимо, влюбилась, – послы предположила служанки.
– Я начинаю бояться ее любви, – донесся до меня странный голос хозяина.
– Глядите! Призрак! – послышался голос издалека. Я обернулась, видя садовника, который был в тридцати шагах от меня.
– Где?! – переполошились все. А я бросилась бежать к двери. Через секунду дверь закрылась, и я притихла.
– Сэр! Я видел ее! Девушку в лохмотьях! Я вам клянусь здоровьем моей покойной мамочки! – слышался растерянный голос садовника. – У нее в руках была лейка! А это что за дверь такая?
Я замерла, боясь пошевелиться. Ручка дернулась, но дверь не открылась. Какое счастье!
– Это – сад, в котором жила одна прекрасная фея, – послышался грустно– насмешливый голос Венциана. – Ключ от него утерян много лет назад. Я бы дорого отдал, чтобы найти от него ключ. Но замок магический, так что вряд ли его можно взломать.
– Бедная девочка, – послышался голос нянюшки. – Смотрите! Кто-то подвязал лозы!
– А, это может быть и я! – послышался голос садовника. – Я по-пьяни и не такое могу!
За дверью было тихо, но я знала, что они там. Кто-то шевелил рукой лозы, пока я чувствовала, что мне ужасно неудобно стоять, прижимаясь рукой к стене и прижимая к себе лейку.
– Так, пропали топор, мешок и перчатки, – послышалась усмешка Венциана. – Я не завидую тому, кого она решила соблазнять!
– Хоть бы не меня! – послышался бас разбойника – садовника.
– Кстати, а где она? – заинтересовался Венциан. Все! Мне конец! Сейчас все дружно будут меня искать!
– Наверное, гуляет в парке! – послышался голос няни, пока я смотрела на свое платье. – Я же вам говорила! Ей нужно побыть одной, обо всем поразмыслить! Бедняжка слишком долго сидела взаперти. Хотя, быть может, она где-то в доме. Но я уверена, что к ужину она явится. Или вам хотелось бы, чтобы она проводила с вами больше времени?
«Ни за что!», – перепугалась я, вслушиваясь в голоса за дверью.
– Мисс Миракл, мне ничего не хотелось бы, – послышалась насмешка. – Я вот подумываю нанять магов, чтобы они открыли старый сад! Думаю, что они справятся с древним магическим замком!
«Что?», – замерло сердце. – «Он хочет попасть в мой сад? Да никогда! Никуда от него спрячешься!».
– Мистер Аддерли! – послышался голос нянюшки. – Зачем ворошить прошлое? Думайте о будущем!
– Кстати, а будущее к ужину явится? – послышался насмешливый голос хозяина.
– Ну разумеется! Она – приличная девушка, поэтому даже не будет опаздывать! – заступилась за меня няня. – Пойдемте в дом.
Я чуть не выдохнула, слыша удаляющиеся шаги. Ох! Как же тяжело иметь свой сад! Кто бы знал!
Выждав, когда воцарится тишина, я взяла лейку и стала поливать уцелевшие растения. Пересохшая земля чернела, капельки воды исчезали в трещинах.
Вода стала вытекать откуда-то снизу, сочиться из трещин в горшках, а я испуганно схватила припавшие пылью листки бумаги, стряхивая с них мелкие камушки и старую землю. Я подложили листики, внимательно глядя на то, как цветы жадно пьют воду.
Только вот жалко розу. У нее лопнул горшок, а я не знала, что с ней делать. Я ведь – начинающий садовник!
– Зато я знаю, кто мне может помочь! – обрадовалась я, вспоминая ужасного громилу – садовника. Он точно знает толк в растениях! Вот как бы выведать у него все, что он знает?
Быстро переодевшись и отряхнув пыль с платья, я горделиво посмотрела на свое отражение. Вот, и я снова Миссис Аддерли!
Осторожно скрипнув дверью, я облегченно выдохнула, видя, что никого нет. Закрыв дверь и спрятав ключ, я направилась по садовой дорожке, подобрав платье.
Прошуршав кустами, я застыла, видя, как садовник держит в руках какой-то корешок.
– Ой, а что вы делаете? – спросила я, все еще не решаясь приблизиться.
– Пересаживаю в другую камеру! – хохотнул мистер Квин. Ветер унес его шляпу, и она зацепилась за кусты.
– А это сложно? – спросила я, осторожно отцепляя шляпу от кустов и дрожащей рукой протягивая ее обратно.
– О, нет! – рассмеялся разбойник. На его загорелом лице, покрытом шрамами и морщинами, появилась улыбка.
– А могли бы научить? – робко спросила я, осмеливаясь приблизиться еще немного.
– А почему бы нет, мэм! – посмотрел на меня разбойник, возвышаясь над ямой. – Тут нет ничего сложного! Сначала мы роем яму! Нужно думать про то, что ты хоронишь труп злейшего врага!
В этот момент мне показалось, что даже небо заволокло тучами. Я никогда не хоронила трупы врагов, но нужно попробовать!
– Потом! – оживился мистер Квин, сгребая рукой огромный корень с зеленой порослью.
Я осмотрелась и присела рядом, видя, как сыплется земля с корней.
– Берешь этого преступника! – огромная лапища сжала несчастную зелень, а маленькие глазки мистера Квина нехорошо сощурились.
– Преступника, ага! – кивнула я, внимательно глядя на садовника, который подносит ее к страшному лицу. Нужно запоминать все, что он делает! Он ведь знает толк в растениях?
– Слышь ты, прахомумия звездолядская! – выдал садовник так, словно перед ним злейший враг, которого он держит за грудки. – Ты, вылупок скорлупастый! И шоб ты рос!
– Прахомудия… – повторила я едва слышным эхом.
– Ругайся! Чем больше тем лучше! Нужно сделать так, чтобы он тебя боялся! – усмехнулся садовник. Вблизи он был совсем не таким страшным. Хотя, может, растения и боялись его. – Ты должна показать ему, кто тут хозяин!
– Ага, – кивнула я, слыша такие ругательства, от которых завяли уши даже у обитателей ночлежки.
– Представь, что он ограбил тебя! Представь, что это – твой злейший враг! – сверкнул глазами разбойник, втыкая растение в яму.
О, это будет проще простого! Я даже знаю, кого представлю!
– После того, чтобы он никому ничего не рассказал, нам нужно спрятать труп! А не то он выдаст тебя с головой! – прищурился разбойник, а меня подмывало спросить. Откуда он все это знает?
– Спрятать труп! – кивнула я, внимательно глядя на яму, из которой уныло торчали мятые зеленые листья.
– Похороним его, – шмыгнул носом разбойник, осматриваясь по сторонам. – И запомним место! Но для начала сыпанем вот это вот!
Садовник взвалил мешок и стал насыпать что-то вонючее.
– Получай, звиздолядская трупопроемина! – хохотнул разбойник, пока из мешка сыпалось что-то неприятное. Я закрыла нос рукой, морщась от запаха.
– А что это? – гнусаво спросила я, глядя на то, как садовник завязывает мешок.
– Дерьмо магов, – хмыкнул разбойник, пока я разглядела надпись на мешке «Удобрения».
– Неужели? – округлила глаза я, видя печать магического совета.
– Ну да! Они, – садовник приблизился ко мне так, словно хотел поведать тайну. – Ты никому не скажешь? У них в Башне Совета живет дракон…
– Ого! – поразилась я, вспоминая моего дракона.
Может, это он? Значит, его поймали… Как жалко… А я бы хотела познакомится с этим драконом. Иногда, когда мне было плохо, няня рассказывала мне сказку про то, как дракон унес принцессу. И глядя на трещины в потолке ночлежки, я тоже мечтала, чтобы дракон унес меня подальше! Я даже мысленно звала его, глядя на серое Авильонское небо. Но он так и не прилетел. Зато теперь я знаю, где он… Бедняжка…
– Злющий, зараза! – скривился мистер Квин, скрипя кожаными сапогами. – Ты ему войско в рот не клади! И вот маги отправляются туда и заставляют беднягу… Того… Ну ты поняла!
– Ой, – сглотнула я, морщась и краем глаза поглядывая на мешок.
– Но не всегда успешно, – сощурился мистер Квин, осматриваясь по сторонам, словно кто-то мог нас подслушивать. – Иногда, короче, плохие попадаются! Это когда маги заставили дракона. Но иногда хорошие удобрения, когда дракон заставил магов!
Мистер Квин стал засыпать растение землей, остервенело накидывая сверху лопатой. Как все сложно! Но, думаю, что справлюсь! Я даже сжала кулаки от волнения, видя столь сложный процесс. Надо еще ругательства собрать! Без них никак!
– Теперь нужно плюнуть ему на могилу! – произнес разбойник, плеснув воды и плюнув сверху…
Ведро вернулось на место, опустев почти до половины. Я с тревогой посмотрела на дом, в надежде, что меня не ищут. Но в доме было все тихи о спокойно. Карета стояла под крыльцом, в окнах первого этажа загорался свет, а за шторами сновали силуэты.
– И станцевать на ней! – произнес разбойник, огромным сапогом утаптывая место. Он танцевал какой-то диковатый танец, которого я не знала.
– А менуэтные па подойдут? – спросила я, понимая, как сложно все-таки быть садовником! Это же такой труд!
– Ну… как бы… Была у меня девушка, которая менуэты делала! – шмыгнул носом разбойник, притаптывая место как следует. – Но боюсь, мэм, что совать в рот грязный корень было бы глупо! Короче! Танцуешь!
– Что лучше? Кадриль или вальс? – снова спросила я, пряча руки за спиной и склоняясь к месту захоронения, чтобы все внимательно рассмотреть!
– Не знаю, кого ты… ой, простите, вы… кадрить собрались! – пожал плечами разбойник. – Но лучше по нашенскому, по старинке! Ну и все!
– Все? – удивилась я, поднимая взгляд.
– Да ты что! – удивился разбойник, стаскивая со взъерошенной головы шляпу. – Теперь минута молчания! Ты что? На похоронах ни разу не была?
– Нет, – созналась я, не помня похороны мамы.
