Текст книги "Обряд (СИ)"

Автор книги: Константин Бояндин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

14. Завещание

Они проснулись почти одновременно – в половину четвёртого. Некоторое время лежали, слушая печальный перестук капель дождя по стеклу. Ночник едва заметно рдел на стене напротив – а снаружи, за окном, повсюду лежала густая, сонная тьма. “Одни мы не спим”, подумал Владимир. Снаружи, через приоткрытое окно, в комнату сочился запах дождя – спокойный, умиротворяющий.

– Вы не спите, – заметила Агата, взяв его ладонь. – Давно я не спала так хорошо, как сегодня. Даже сны приятные видела… Мы ведь никуда не торопимся сегодня?

– Никуда, – подтвердил Владимир, повернув голову в её сторону.

– Тогда начинайте приставать, – распорядилась Агата. Хотела, видимо, показаться серьёзной, но не вышло – рассмеялась. – До рассвета полно времени, и всё оно наше.

* * *

Они успели позавтракать, а небо только начинало наливаться рассветным огнём. Дождь успел пройти, небо – очиститься. Умытый небесной водой город пробуждался к вечной суетной жизни, огромный муравейник вот-вот проснётся для очередного дня. “Я начинаю понимать, о каком шуме она говорит”, подумал Владимир.

– Мы с вами познакомились пять дней назад, – заметила Агата, заканчивая с посудой. Завтрак сегодня готовил Владимир. – А так и не скажешь, да? Я вот продолжаю вспоминать то, чего не было. Ну как заявление подавали в ЗАГС, всё такое. Специально не стала в социалках читать – и так слишком много того, что не было. Слушайте, вы упоминали, что Агафья молилась на рассвете? Можете вспомнить слова, как можно точнее? Ой, минутку, я за блокнотом сбегаю.

Владимир припомнил далеко не всё.

– Она упоминает какого-то “Князя света”, – задумалась Агата, записав то, что продиктовал Владимир. – По-латински “Princeps lucis”. Интересно, почему я знаю латынь? И очень надеюсь, что этот “князь” не родственник нашего Люцифера. Рассвет через полчаса. Как насчёт эксперимента?

– Хотите повторить её молитву?

– Ну да. Для начала ту, которая у нас полным текстом. То, что вы записали – там она просит этого князя света о мудрости и озарении, причём не для себя. То, что вы на телефон записали.

– А не боитесь?

– Агафья не боялась, а почему я должна? Так, ко мне пока не заходите, я пошла в образ входить. – Агата удалилась в гостиную и закрыла дверь за собой. Владимир покачал головой и ушёл в спальню – записать мысли и в очередной раз попытаться упорядочить ту лавину информации, что обрушилась за последние несколько суток.

Сообщений от Агафьи не было. По словам Агаты, Агафья ещё трижды попыталась получить ответ от Ники, и очень переживает, что в ответ молчат. И неясно, что ей сказать. Не по телефону же такое объяснять. И звонить не хочется: вдруг ответит? И что ей рассказать – что Ника исчезла на глазах Владимира и передала те странные слова?

Владимир осознал, что опасается именно этого – услышать голос Агафьи, придать ему реальность. Текст это текст – он безликий, и написать мог кто угодно. А вот голос (который тоже можно имитировать) – уже нечто большее.

Телефон этот странный – получается, что звонки и текстовые сообщения – лишь малая часть его возможностей. Это не привычный смартфон: неясно, можно ли ставить новые приложения, а если можно – то откуда. Но уже существующих функций много, и от них берёт оторопь. Основной пока вопрос: каким образом этот “Ultimum” связывается с той “параллельной Вселенной”, где сейчас находится Агафья? Что, в аппарат встроена подпространственная рация, или как это называть?

Если так, вывод простой: кто-то намеренно подбросил в квартиру Агаты всё это, и сейчас, несомненно, следит: такой техники на Земле не делают – нужно точно знать, кто ей пользуется. А если следят, то вычислить наблюдателей вряд ли получится: если сумели соорудить тайную комнату в квартире, да ещё и спрятать там вещички – значит, не лыком шиты.

А вот с зеркалами затейливее. Проще всего было бы считать это наваждением, галлюцинацией. Если бы не одно “но”: в последний раз они с Агатой перешли в зазеркалье из квартиры Вероники, а потом вышли – вполне материально – в комнате смеха. И все вещи остались при них – включая те листы из стола Вероники. А в зазеркалье ничего такого не было – как появились там безо всякой электроники, так и оставались с чем есть. Агата, вон, так и ходит там в скатерти вместо настоящей одежды.

Что такое зазеркалье, что это за странная женщина, которая была только в отражении – не понять, и у кого выяснять – пока неясно…

Быстрые шаги за дверью. Владимир поднялся, глянув на часы, вышел навстречу…

Агафья?? Откуда она здесь? Но точно она – восторженная улыбка, косичка, чёрная одежда. Наваждение длилось долю секунды – затем Агафья остановилась и её улыбка померкла.

– Что с вами?! – она взяла Владимира за руки. Это Агата, но как была похожа! – А… понимаю. Что, настолько похожа?

– И вид, и выражение лица, – подтвердил Владимир, не зная, куда девать глаза.

– Вы в нас обеих влюбились, – вздохнула Агата, и повлекла Владимира к нему в спальню. – Я ревнивая, имейте в виду! И не забывайте, на ком из нас вы женаты! Всё, времени уже мало. Покажите, где она стояла и как это всё выглядело.

* * *

На этот раз руки-ноги не отнимались, но на стенах вновь проявились – засветились – спирали, а вокруг Агаты разгорелся примерно такой же ореол, который Владимир видел в последний раз вокруг Агафьи. Владимир мысленно повторял слова Агаты-Агафьи, и удивительно – ни разу не забыл, не сбился. Как только Агата поднялась на ноги и поклонилась восходящему Солнцу, Владимир тоже поднялся на ноги.

Спирали на стенах медленно гасли. Накатили и остались бодрость, ясность мышления, распирала сила и ощущение, что готов горы своротить. Воздух исполнился грозовой свежести, зрение стало необычайно чётким, повсюду виделись мельчайшие подробности. Агата медленно повернулась лицом к Владимиру, на лице её читались изумление и восторг.

– Сдуреть! – прошептала она, бросилась к Владимиру и поцеловала. Медленно отпустила и оглянулась. Спирали на стенах всё ещё светились, едва заметно. – Чёрт, я же ни во что такое не верила… – Агата посмотрела на свои ладони, перевела взгляд на Владимира. – Вы светились! Честно-честно! И… не знаю, как описать это ощущение…

– Удовольствие?

– Да, наверное. Почти как при сексе, – рассмеялась Агата и, о чудо, смутилась. Ненадолго. – Наверное, так не очень правильно говорить, если это молитва, да? Ай, и ладно! – Агата провела ладонями по одежде, и та из чёрной стала светло-зелёной, серой, васильковой – разные предметы по-разному.

Их новые телефоны отозвались в унисон. Владимир посмотрел на свой – сообщение.

“Я почувствовала! Спасибо вам, Владимир! – Агафья”.

Агата посмотрела на свой телефон, на телефон Владимира и кивнула – то же самое.

– Вот как… – озадаченно посмотрела она в лицо Владимира. – То есть мы все как-то связаны. И где-то может быть ещё один Владимир… – Агата помотала головой и присела на краешек дивана. Похлопала ладонью по сиденью – присоединяйтесь. – Ответьте ей, – попросила она тихо. – Не буду я ревновать, хотя очень хочется. Но она там переживает, я это тоже как-то чувствую.

“Держитесь, Агафья. Расскажу при встрече. – Владимир”. Пара секунд, ответ. “Очень жду! – Агафья”.

– У меня и правда мало времени, – взяла Агата за руку Владимира. – Не знаю, почему так думаю. Чувствую. У меня ощущение, что я не переживу встречи с ней. Видели, как меня каждый раз колбасит? Я должна успеть понять, как с таким справляться.

– Я могу просто не ходить туда, – предложил Владимир.

– Ну не врите себе и мне! – посоветовала Агата. – Я же права, вы в нас обеих влюбились. Можете не признаваться, я чувствую. Потом, она сама может прийти. Куда мне спрятаться, в Австралию уехать? В Управе затаиться? Или какой-нибудь дурью обколоться? Ладно, не переживайте, шучу. – Агата поднялась на ноги, Владимир поднялся следом. – Мы и правда влипли во что-то странное, и что делать, не въезжаю. Помогите мне въехать! – Агата взяла Владимира за руки. – Если что, я хочу жить долго и счастливо. Дети, внуки, всё такое. – Она смотрела в глаза Владимира серьёзным взглядом.

– Аналогично. Будем разбираться, – кивнул Владимир. – Вы уже уезжаете?

– Да, прямо сейчас, у меня насыщенная программа. Я всегда на связи, если что – попрошу помощи. Вы ведь на колёсах, и никуда не собирались из города? Отлично! – Агата поцеловала Владимира. – Прёт меня, – призналась она. – Не знаю, почему. Если сейчас же не уйду, мы застрянем в постели до вечера. Пока! – Агата ещё раз поцеловала Владимира – в щёку – и быстрым шагом покинула комнату.

Владимир прошёл следом – понаблюдал, как Агата надевает ботинки, не прикасаясь к ним.

– Я там оставила бумаги на столе, – махнула Агата в сторону гостиной. – Смотрите если хотите. То, на что лучше не смотреть, с собой забрала. Удачи! – и дверь в подъезд закрылась за ней.

– Удачи! – повторил Владимир и пошёл на кухню. Его самого, как выразилась Агата, “пёрло” – правда, не по части постели. Хотелось своротить горы. В буквальном смысле.

* * *

Агафья всё ещё стояла, остывая после молитвы – прикрыв глаза, наслаждаясь ощущениями. Она безошибочно почувствовала Владимира – как если бы он стоял рядом с ней, преклонив колено, вознося хвалу Владыке Света – отцу и источнику всей истины, знаний и мудрости. Казалось настолько сильно – Агафья слышала запах его волос, кожи, вкус его губ… Агафья помотала головой, ощущая, что краснеет. Вот нашла же о чём думать!

А думать о чём-то другом трудно. Сегодня второй день интенсива – Агафья раньше думала, что оперативников младшего ранга тренируют как обычно – лекции, полигоны, практические занятия. А взамен она увидела то, о чём раньше только читала – ускоренный курс, когда знания записывают прямо в память. Видно, её и в самом деле отправляют на серьёзные задания. Можно только радоваться.

…если бы Владимир был рядом. Но мэтр Зервас одобрил их с Владимиром союз – а значит, и Владимир спрашивал о том же, иначе согласия не было бы. И будет тот самый положенный законом месяц, когда смогут быть вместе почти весь день. Не отпуск, но почти… Агафья снова помотала головой, и снова поняла, что краснеет. Вот не вовремя!

И Ника. Что с ней, куда делась? Она выполнила обещание – помогла Агафье с переездом в её новую служебную квартиру, положенную с новой должностью. И успела ненавязчиво напроситься в домработницы – Агафье теперь положено, хотя она и сама справляется со своим хозяйством. Конечно, это и Нике поможет с карьерой – если Агафья согласится взять её в домработницы, а она уже согласна, значит – рекомендует Нику как надёжного сослуживца. Понятно, что показать себя можно делами, сама по себе рекомендация мало что значит. Значат дела…

Владимир, несомненно, что-то знает про Нику. Значит, можно пока перестать беспокоиться. Вполне могло быть срочное задание – у Агафьи в отделе люди могли исчезнуть на неделю, без предупреждения, а потом так же внезапно появиться вновь. У Инквизиции много забот и обязанностей.

Всё – здравствуй, новый день! Агафья вновь поклонилась светилу и, уже совсем в отличном расположении духа, направилась в столовую. Сегодня сложный день. Как и все предыдущие.

* * *

Первым делом Агата заехала в Управу, к себе на работу. Проверить нужно, всё ли в порядке, не осталось ли повисших дел. И, если получится, найти хоть какие-нибудь следы существования Вероники. Поверить невозможно, что её все забыли – может, все, кроме Агаты и Владимира.

У входа за стойкой сидела теперь Светлана Липецкая, та самая подруга Ники. Первая странность: Агата улыбнулась и помахала Светлане, получила в ответ дежурную улыбку… стоп, а чего это она молчит? Её же не заткнуть!

– Света? – поинтересовалась Агата. – С тобой всё хорошо?

Столько всего отобразилось в глазах Светланы за следующие несколько секунд – испуг, удивление, восхищение.

– Ой, Ганя, я тебя не узнала! – Светлана явно смущена. – Шикарно выглядела на свадьбе! Шеф тебя ждёт, сказал – звать, как придёшь. Бумаги все готовы.

– Бумаги? – озадаченно повторила Агата. – Ну да, конечно, сейчас же и зайду. Спасибо!

Она зашла в свою комнату… опаньки, а где рабочее место? Ну то есть вот оно, но компьютера на нём нет, а стоит ящик – небольшой такой. Туда вполне могут влезть все вещи Агаты – всё, что хранила в столе. “Меня что, уволили?”, поразилась Агата. И снова – пока не заговорила с остальными девушками в комнате, было ощущение, что её не знают. А заговорила – и смотрите, тут же вспомнили. И тоже с чем-то поздравили. С увольнением, что ли?

Идти с этой коробкой к шефу, Аристарху Герасимову, как-то неловко. Потом заберём. Агата постучалась в приёмную. И снова та же петрушка: секретарша, Алёна, в упор не узнала Агату… пока та не заговорила. С шефом повторилось ровно то же.

– Да вас не узнать, Агафья Тихоновна! – жестом он предложил присесть в кресло напротив собственного. – Поздравляю вас дважды. Слышал о вашей свадьбе, ну и с новым назначением, конечно! Вот бумаги – ознакомьтесь, пожалуйста.

В полном затмении чувств Агата уселась и принялась вчитываться. Если вкратце – её приглашают на работу в компанию-партнёр адвокатского бюро. Шеф не раз упоминал того самого Авербаха, который успел создать филиалы в разных странах. И вот Агате предлагается на выбор, куда перебраться: Великобритания, США, Канада. Весело-то как! Ещё неделю назад Агата испытала бы бурную радость по этому поводу. Так, стоп, надо хотя бы изобразить эту радость.

– Все формальности с визой, для вас и супруга, уладим в кратчайшие сроки. Как вернётесь из свадебного путешествия – вас ждут в любом из филиалов. Спрос на ваши услуги огромен. Честно говоря, я немного жалею, что вы согласились на перевод.

Агата изобразила должную меру радости – похоже, убедила шефа.

– У нас осталось ещё несколько клиентов по вашему профилю… – начал было шеф и сделал деликатную паузу. Больше всего Герасимов похож на профессора Мориарти, из советской ещё экранизации Шерлока Холмса. Даже когда улыбается, ощущаешь всем существом – замышляет что-то коварное. Хотя Агата от него ни разу даже нагоняя не получала.

– Сделаю, Аристарх Фёдорович, – тут же покивала Агата. – Звоните в любое время, я разберусь.

– Ну вот и отлично! Не задерживаю – у вас сейчас множество планов. Прислать ваши вещи вам домой?

– Да я сама заберу, спасибо, – покивала Агата ещё раз, и, в совершенно одуревшем состоянии, покинула гостеприимный кабинет. Помимо работы в весьма престижной компании за рубежом, в проекте контракта стоит и совершенно другая сумма гонораров. С чего такая щедрость? Агата своё дело знает, не отнять – не косячит, по сто раз всё проверяет, умеет найти общий язык с самыми невменяемыми клиентами – но всё же? Откуда дровишки?

Агата решила не изводить себя догадками. Едва заглянула повторно в бывшую свою комнату, как её окружили все сослуживицы, и принялись умолять выпить с ними кофе. Выпила. Поговорила ни о чём, тонко намекнула на грядущее кругосветное путешествие – охи и ахи, не без зависти – и, в конце концов, покинула своё недавнее место работы, с коробкой в руках. И сразу же вызвала такси. Идея пришла в голову неожиданно – и Агата тут же отправила сообщение Владимиру. Он даже не удивился, судя по ответу. Что же, тем лучше.

У себя дома Агата поставила ящик с вещами на рабочий стол – потом, всё потом – и забралась в тот самый, оклеенный обоями изнутри шкаф.

Минут через пять стало намного лучше – тот самый шум тут же прошёл, и начала возвращаться бодрость. А когда Агата, уже наобум, прочитала ту самую “утреннюю молитву”, повторилось почти всё – засветились спирали, накатило странное, необъяснимое ощущение радости, и тот самый момент наслаждения, короткая доля секунды – от которой становилось не по себе. Ведь просто набор латинских слов, ничего в них такого – откуда такой эффект? Откуда дровишки?

Из шкафа Агата вышла готовая на все подвиги и немедленно направилась во второй пункт своего маршрута.

* * *

Владимир рискнул поискать в Интернете всё, что знал о странных происшествиях с зеркалами. И сразу же пожалел: столько бреда давно не доводилось видеть. Страшновато было регистрироваться под своим настоящим именем, и тем более прямо со своего компьютера. Владимир припомнил, где именно он читал про основы информационной безопасности, и минут через десять уже рассекал по Интернету уже якобы с чужого адреса. Та ещё маскировка, конечно – от профессионалов не скрыться – но стало чуть спокойнее.

Эзотерики, мистики, знатоки НЛО, маги всех цветов и оттенков… Кто только не интересуется всем, связанным с зеркалами! Владимир долго примерялся, чтобы задать наводящий вопрос – дескать, несколько раз мерещилось, что вижу в зеркале человека, и которого на самом деле в комнате нет – и почти уже отправил вопрос, когда после нажатия кнопки “Предварительный просмотр” увидел рекламный блок, “баннер”, отображённый прямо над предполагаемым текстом сообщения:

“ХОЧЕШЬ ПРОЖИТЬ ДОЛЬШЕ? НЕ СПРАШИВАЙ О ЗЕРКАЛАХ!”

Именно так, всеми заглавными. Владимир не считал себя робким, но секунд на пять стало жутко. Он закрыл браузер, не отправив сообщение, и решил сделать паузу. Например, почитать те бумаги, что оставила Агата. И тут от неё пришло сообщение.

“Владимир, я хочу оклеить всю свою квартиру такими обоями. Найдётся столько?” И указала примерную площадь стен. Владимир прогулялся до балкона, он же склад обоев – нет, немного не хватит, но совсем немного. Агата тут же согласилась не оклеивать, пока что, кухню. На том и решили – Агата попросила перевезти рулоны к ней домой. Минут через пять Владимир уже относил рулоны обоев во двор, складывал в багажник автомобиля. Едва только сделал третью ходку, позвонил Копылов – тот самый директор типографии “Северо-Юг”.

– Привет, Володя! – Бодрый голос Пашки таким и остался. – Крутая свадьба была, крутая. Слушай, что звоню – ты когда-то свои обои забрал – ну те, железные, со спиральками. Так у нас тут ещё дюжина рулонов нашлась. В идеальном состоянии. Отдам за самовывоз.

– Привет, Паша, – отозвался Владимир. – Что-то ты снова щедрый, есть повод?

– Ну так твои новые работы продаются на “ура”. Мне грех жаловаться. Заедешь?

Заехал. Посмотрел на свои новые работы, и чуть не уронил челюсть – работы далеко не новые, но спроса на узоры не было. А теперь есть?! В демонстрационном зале – в магазине, то есть – оказалось людно, и покупали очень бодро.

Павел, успевший отрастить заметное пузо, сам вышел в зал – и поманил Владимира к себе в кабинет.

– Думал пригласить тебя на какую-нибудь акцию, – пояснил он. – Люди это любят – увидеть художника. Как вернётесь из путешествия, черкани мне – договоримся, поди.

– Замётано, – согласился Владимир. Ему показали несколько альбомов с образцами – сплошь его, Владимира, узоры – и похвастались, как всё идёт. В основном обои, но иногда и мебель обтягивают, на посуду наносят, на облицовочные плитки. Много куда.

– …Ты новые-то пишешь? – поинтересовался Павел на прощание, когда лично помог загрузить ту дюжину рулонов в салон. – В этом году на тебя дикий спрос. Будет что новое – сразу мне.

– Договорились! – пообещал Владимир и отбыл. Вроде бы своими глазами увидел тексты договоров с типографией, всю эту отчётность по продажам – а всё равно не верилось. Ну узоры и узоры, с какого перепугу народу так понравились? Тоже кто-то подшаманил, как со свадьбой?

Владимир перетаскал все обои в квартиру Агаты – заодно и размялся. Сегодня, похоже, годовую норму физической нагрузки получил. И при этом почти не устал. Владимир обратил внимание на коробку на письменном столе Агаты – раньше её не было – и на приоткрытую дверцу шкафа – того самого, пустого внутри, оклеенного обоями. Заглянул туда – никого – прикрыл дверцу и уехал домой.

* * *

К нотариусу Агата заехала, обнаружив в своей папке для бумаг – небольшом конверте, который сейчас замечательно умещался в “волшебной куртке” – опись принятых на хранение документов.

– Не терпится перечитать? – приветствовал её улыбкой нотариус. Его Агата помнила смутно – даже имя не пришло на ум само. А вот он, несомненно, знает её хорошо.

– Стёрла случайно фотокопии, – придумала Агата первое правдоподобное объяснение, и уже через десять минут вновь сдавала документы на хранение. Удивительно, но сдала бесплатно.

– Это в наших правилах, – пояснил нотариус. – Один раз повторно принимаем в течение недели, если владелец отчего-то решил взять документы.

Ну хоть он не предложил выпить кофе. Агата поблагодарила нотариуса, и, пока ехала в следующий пункт назначения, успела сделать ещё один важный звонок. Когда подъехала, получила сообщение от Владимира – всё доставлено. Вот и замечательно.

* * *

Повторилась прежняя история – биологические родители не узнали Агату, пока она не заговорила. Выражение их лиц могло бы испугать человека с воображением.

– Как ты нас нашла?! – было первым вопросом её матери, Маргариты Камышовой.

– Это было несложно, – заверила Агата. Судя по тому, как смотрит на неё биологический отец, Тихон Владимирович Камышов, визиту “отказной” дочери он рад ещё меньше её матери. – Похоже, вы мне не рады?

Биологические родители переглянулись.

– Чего ты хочешь? – поинтересовался Камышов. Агата услышала радостные вопли – и, в отдалении, увидела резвящихся детей – мальчика и девочку, лет десяти-двенадцати. То есть детей они всё же завели, предполагаемый диагноз Камышовой-старшей их не испугал.

– Ничего, – пожала плечами Агата. Плохая была идея… но стоит довести её до конца. – В ту субботу мы с мужем отправляемся в свадебное путешествие. Захотела хотя бы раз увидеть вас своими глазами.

– Я так и думал, – усмехнулся Камышов. – И сколько ты хочешь, чтобы отстать от нас раз и навсегда?

Агата заметила, что биологическая мать старается не встречаться с дочерью взглядом.

– Вы про деньги? – уточнила Агата. – Мы хорошо зарабатываем, у нас всё отлично. Я хотела спросить, не нужна ли вам помощь. Но похоже, у вас и так всё хорошо. Прощайте. – Не меняясь в лице, она кивнула, развернулась и направилась к воротам. Неплохо они тут устроились – судя по собранным бумагам, часть денег дядя – брат Тихона Камышова – припрятал у брата. Видимо, дровишки именно оттуда. Камышова-старшая сроду не работала, а её муж хоть и бизнесмен, миллионами всё-таки не ворочает.

– Агафья? – позвала Камышова-старшая. Робко, почти извиняясь. – Ганя? Постой!

Агата остановилась и оглянулась. Похоже, сработало. Неужели деньги их взаправду волнуют больше всего остального?

– Мы не хотели тебя обидеть, – посмотрела Камышова-старшая в глаза мужу, и тот кивнул. – Приходи, когда хочешь. Одна или с мужем. Пообедаешь с нами?

– Да, мама, с удовольствием, – улыбнулась Агата. – Только зови меня “Агата”.

* * *

Жизнью Агаты биологические родители не интересовались – их впечатлила и предыдущая юридическая карьера дочери, и её зарубежные перспективы. О которых Агата упомянута вскользь, небрежно.

Дети Камышовых смотрели на нежданную старшую сестру настороженно, с ощутимой неприязнью. Похоже, их обрадовало, когда Камышов отослал их назад, в сад.

– Чтобы не возвращаться к вопросу, – посмотрела Агата в глаза биологическим родителям. – Я к вам без претензий. Что случилось, то случилось. Я устроила свою жизнь, мстить никому не собираюсь. Про помощь я тоже не соврала, если что – обращайтесь.

Вот теперь её отец с матерью не знают, куда девать глаза. Что ж, кто способен ощущать вину – не самый худший из людей.

– Я проверилась, мама, – продолжила Агата. – У меня нет шизофрении. Может, это вас хотя бы немного обрадует.

Камышова-старшая поднялась на ноги, посмотрела в глаза мужу.

– Тихон, сделай нам всем кофе. Ты ведь пьёшь? – посмотрела она в глаза дочери. Агата кивнула, тоже поднимаясь на ноги. Камышов кивнул – он явно рад поводу покинуть столовую. Камышова-старшая обняла дочь и расплакалась. Похоже, взаправду – Агата даже растерялась поначалу.

– Прости меня, Агата! – повторяла Камышова вновь и вновь. Не сразу успокоилась. В дверном проёме появился Камышов, с кофейником в руке – вопросительно посмотрел в глаза Агаты и та кивнула – проходите, мол.

– Я всё простила, мама, – улыбнулась Агата. – Я не буду вам мешать, у вас своя жизнь. Показать тебе фото с нашей свадьбы?

– Конечно! – заулыбалась Камышова-старшая, а её муж, это заметно, ощутимо расслабился.

– Я налью! – Агата взяла у него кофейник и вручила Камышовой-старшей свой телефон, открытый на одной из фотографий. Камышова-старшая с неподдельным любопытством листала фотографии, а потом передала телефон и мужу – и тот тоже пролистал, и тоже с интересом. Дальше разговор пошёл ни о чём, и обстановка разрядилась. Минут через двадцать Агата решила – пора.

– Я могу попрощаться с детьми? – поднялась она на ноги, и Камышовы обменялись удивлёнными взглядами. – Поговорить, прежде чем уйду, – пояснила Агата, улыбаясь. – Мне приятно, что у меня есть брат и сестра.

– Да, конечно, – улыбнулась Камышова-старшая. – Тихон, проводишь Агату к Володе и Глаше?

– …Мама, проводишь меня? – попросила Агата, и Камышова-старшая вышла с ней за ограду. Агата вызвала такси – будет через минуту. Отлично.

– Скажи, Тихон знает, что не он отец Глаши? – спросила Агата тихо – так, чтобы никто больше не услышал. Камышову-старшую словно ударили – лицо её окаменело, и пару секунд на нём читалась ненависть.

– Мама, я никому не скажу, – сухо пояснила Агата. – Но у Глаши предрасположенность к шизофрении. Неважно, откуда я знаю. Я помочь хочу, понимаешь?

Камышова-старшая не сразу вернула взгляд. Молча кивнула.

– Если они узнают, то не от меня, – заверила Агата. – Если потребуется лечение, что-то ещё – звони. Вот мой номер, – вручила она свою визитку. – Мир?

– Мир, – сумела улыбнуться Камышова-старшая и обняла дочь. – Прости меня, пожалуйста. – Губы её задрожали.

– Не извиняйся, – улыбнулась ей Агата. – Мы все ошибаемся. Не болейте! – помахала она на прощание и направилась к ожидающему такси. Пока ехали, Агате всё сильнее казалось, что не так давно искупалась в помоях. Что ж, зато сумела узнать всё, что хотела.

* * *

– Завтра ко мне приедут строители, – заявила Агата. – Ну, чтобы мебель отодвинуть и обои наклеить. Поможете мне там утром камеры установить? Неохота торчать там весь день и следить, чтобы чего не спёрли. А чемоданчик сюда привезём.

– Там точно нет ничего ценного? – уточнил Владимир.

– А у меня почти нет барахла, – пожала плечами Агата. – Одёжки я соберу, а самое ценное в банковской ячейке держу, или у нотариуса. Гаджеты все уже здесь. Всё, я хочу в ресторан – немного в себя прийти. – Агата привлекла к себе Владимира и поцеловала. – А это за то, что обои перевезли. Остальное вечером получите, – пообещала она и рассмеялась первой. – Нет, кроме шуток – есть разговор. Я узнала сегодня больше, чем хотела, нужно кое-что обсудить. У меня от таких приключений всегда жуткий аппетит.

* * *

На удивление Владимира, Агата выбрала ресторан, где невооружённым глазом видны те самые узоры – спиральки и волны. К гадалке можно не ходить – название ресторана в списке заказчиков “Северо-Юга”.

– Почему именно здесь? – поинтересовался Владимир, указав на узор. – Меньше шума?

– Ну да. И место спокойное, и кухня итальянская. Всё, как я люблю. Я бы взяла вот это, вот это и вот это, – указала Агата на пункты меню. – Одобряете?

– Одобряю, – признал Владимир, которому и самому уже хотелось есть. Устал или нет, а сил ушло порядком. Лифт в доме Агаты частенько не работает, и сегодня у него как раз выходной. Агата дождалась, пока официантка отойдёт, и добыла свой новый телефон.

– Смотрите, – указала Агата. – Я не сразу въехала, что этот телефон считывает и анализирует все ДНК. Взял кто-то телефон подержать – и готов анализ. Удобно, да? Криминалисты все локти бы обкусали.

– Круто, – покачал головой Владимир. – И что выяснили?

– Ну, во-первых, у мамы Риты и вправду шизофрения, – откинулась на спинку Агата. – Мне её жаль. Неважно, как она ко мне относится – мерзкая болезнь.

Владимир покивал.

– У её дочери та же пакость, но пока что не развившаяся, – продолжила Агата.

– Так они детей завели?! – удивился Владимир.

– Завели. Только дочка от другого мужчины, – усмехнулась Агата. – И я пообещала никому об этом не трепаться. Муж её кажется тихим, но за такое точно может убить.

– Дальше меня не пойдёт, – заверил Владимир. – И самое главное?

– Я не их дочь, – спокойно завершила Агата. – Сначала думала, что примерещилось мне, ну или напутала. Прибор всё-таки сложный, не калькулятор какой-нибудь. Перепроверила – всё точно, они мне ни в каком месте не родители.

– Вас подменили?! Там, в роддоме?

– Скорее всего. Ещё кое-что хочу проверить, для очистки совести. Придётся снова к маме с папой съездить. И лучше нам вдвоём. Папу моего будете отвлекать. Ну, кого я папой считала.

– Ясно, не уточняйте. Вы не хотите их огорчать, верно?

Агата помотала головой.

– Не хочу. Если бы они сразу знали, что меня подменили – с ходу послали бы лесом. Они ведь думали, что я бабки из них тянуть приехала. Съездим завтра?

– Легко. Что-то ещё выяснили?

– Почитайте, – протянула Агата свой телефон. – О, нам уже пиццу несут. Обожаю! Читайте, читайте, там не так много.

“Не так много” оказалось завещанием. И там Агата, то есть Агафья Тихоновна Камышова, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, завещала всё своё имущество, денежные средства и так далее Кременю Владимиру Фёдоровичу.

– На дату посмотрите, – предложила Агата, раскладывая принесённую пиццу по тарелкам.

Однако! Завещание заверено за неделю до даты регистрации брака. Очень мило!

– То есть чтобы уж наверняка, – медленно проговорил Владимир. Вспомнилась собственная дурацкая шутка про “придётся вас убить”.

– Ну да. Не знаю, кто всё это нам устраивает, но у меня есть нехорошее чувство. Мне в этом сценарии не обещают жить долго и счастливо.

Владимир вздохнул и покачал головой.

– Есть идеи, что делать со всем этим?

– Выяснять, кто всё это устраивает. Ну, кому это выгодно. Да вы ешьте, ешьте. Не буду вас больше грузить.

* * *

Они сумели отвлечься – правда, Владимир всё же рассказал про тот баннер с неприятным предупреждением, и Агата отнеслась к этой новости без смеха – серьёзно покивала и что-то записала себе в электронный блокнот. А затем, после того, как им принесли десерт, отправила Владимиру сообщение на телефон, с невозмутимым видом. Тот сдержал улыбку – неплохая конспирация – но, прочитав сообщение, едва не вздрогнул. И осторожно посмотрел в зеркальное стекло справа от себя.

Точно, снова она. Столик слева от них пустует – но в отражении там сидит уже знакомая женщина в красном и пьёт воду – ну или что-то прозрачное – из высокого бокала. Заметив, что и Владимир, и Агата её увидели, женщина вновь достала из сумочки планшет с маркером и написала сообщение. “А ведь ей нужно писать в зеркальном отражении, – подумал Владимир невпопад, – чтобы мы могли прочесть”. Агата тоже смотрела в зеркало, не поворачивая головы – не привлекая внимания.