Текст книги "Часовщик 5 (СИ)"

Автор книги: Константин Вайт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Часовщик – 5

Глава 1

Книга 5

Глава 1

Двор ресторана был немного тесноват и заставлен автомобилями. Там расположились несколько больших джипов и чёрный седан, на борту которого красовался герб княжеского рода. Моя машина на общем фоне выглядела вполне пристойно. Это радовало. Спасибо Павлу за подобный подарок.

Охранник открыл нам дверь и провёл по тёмной лестнице на второй этаж. Мы вошли в большой зал ресторана. У дверей мялись два крупных парня в костюме. Они нас быстро профессионально обыскали и забрали телефоны. Похоже, князь не экономил на своей безопасности.

Во главе большого стола, у которого сновали официанты, сидел крупный мужчина. На вид ему было около шестидесяти лет. Выглядел князь, на мой взгляд, несколько нелепо. Не так, как должен выглядеть уважаемый аристократ. Светлая рубашка была расстёгнута столь сильно, что открывала не только бычью шею, но и волосатую грудь, на которой висела толстая золотая цепь. Пальцы князя были унизаны всевозможными перстнями, явно артефактами.

– Это наш юный гений? – вопросил князь громким голосом.

Мария Ильинична скромно сидела на дальнем краю стола.

– Максим Андер, – произнесла она, представляя меня.

– Садись, – кивнул князь мне на место рядом с женщиной, – и знаменитый артефактор? – Он вопросительно глянул на Зотова.

– Всеволод Дмитриевич, – тот низко поклонился.

Мы сели за стол и уделили внимание еде, которая, на мой взгляд, была отменной.

Во время еды князь много шутил и сам же смеялся. Окружающих он, я бы сказал, подавлял. И откровенно упивался этим.

С каждой минутой Всеволод всё больше терялся, да и Мария Ильинична явно поплыла. Не привыкла глава гильдии, что к ней относятся подобным образом. Безо всякого уважения. Скорее, насмешливо, снисходительно. Будто перед ним была не глава гильдии магии, а простая женщина, которой место подле мужа, а не во главе крупной организации. Князь мог себе подобное позволить. За его спиной стояли не только деньги, но и власть, и титул.

Я же был абсолютно спокоен. Настолько, что даже Зотов периодически бросал на меня недоумённые взгляды.

Когда князь шутил, я лишь слегка улыбался, а на все подначки насчёт моего возраста и того факта, что я сирота, да ещё и школьник, совершенно не реагировал. Ну хочет князь самоутвердиться, так кто я такой, чтобы ему в этом мешать? Другой вопрос – зачем ему это нужно? Настолько всё плохо в жизни, что для повышения собственной самооценки требуются подобные обеды? Можно лишь пожалеть убогого.

Обед закончился, официанты убрали блюда. Протёрли стол и поставили большой самовар и чашки для чая. В комнате не осталось посторонних, а Станислав Алексеевич весь подобрался, как волк, готовый к прыжку. За спиной князя маячил один из его помощников. Судя по всему, достаточно сильный маг. Его аура светилась весьма ярко. Он был в нескольких шагах от магистра. Только вот не нравились мне нити, что шли к ауре этого мага. Нити печатей, которые возникают при клятве на крови.

– Перейдём к делу, – князь кивнул своему помощнику, и тот положил перед каждым из нас папки с документами.

– Читайте! – скомандовал Удович и с самодовольной усмешкой откинулся на стуле.

В папке я обнаружил договор, не имеющий ничего общего с тем, который мы так долго согласовывали. Это был договор служения на тридцать лет роду Удовичей с обязательным принесением клятвы на крови. Взамен княжеский род готов мне платить зарплату и обеспечить местом работы и проживания.

Я огляделся, пытаясь понять диспозицию.

В зале сам князь, за его спиной сильный маг. У дверей пара охранников, тоже маги, причём достаточно мощные. Кроме этого, охрана явно вооружена. Уж слишком сильно у них топорщатся пиджаки. Телефонов нет. Прорываться с боем? В здании немало охраны. Я-то, может, и прорвусь. Мой щит достаточно крепок, правда, всё равно будет сложно и опасно. Но бросать Марию Ильиничну и Зотова? Значит надо пытаться договориться и тянут время. Главное вырваться из этого ресторана. Пообещать можно что угодно, я простолюдин. Мне не обязательно выполнять свои слова. Тем более сказанные в подобной ситуации.

– Я это подписывать не буду, – спокойно произнёс я, подвинув папку на середину стола, – принуждение к клятве на крови – это нарушение закона. За одно такое предложение вы можете попасть под имперский суд.

– А у вас нет выбора, – князь широко улыбнулся, – после клятвы вы не сможете никому о ней рассказать, а если откажетесь…

– Но позвольте! – возмутился Зотов. – Это произвол! Мы живём в цивилизованном мире! Подобное недопустимо! – На мой взгляд, его мужество граничило с глупостью. – Это же полный бред! Я дворянин! Мария Ильинична, – он повернулся к женщине, которая сидела с бледным лицом, плотно сжав губы, – как это понимать?

Возникла небольшая пауза. Мария Ильинична смотрела на Зотова, тот смотрел на неё. Князь с ухмылкой наблюдал за разворачивающимся представлением. Для него всё происходящее было развлечением. Удович был полностью уверен в себе и в своих силах.

– Князь, – Мария Ильинична повернулась к Удовичу, – вы понимаете, что убийство или пропажа руководителя гильдии магии вам с рук не сойдёт? Да и мой помощник прекрасно знает, где я сейчас нахожусь и по какому вопросу!

– Железная женщина, – князь театрально похлопал в ладоши, – вы мне нравитесь. Вы же посмотрели бумаги в СВОЕЙ папке? Вас не устраивают условия?

– Условия… – Мария Ильинична нервно облизнула губы, – условия хорошие. Но вы действительно собираетесь взять с моих партнёров клятву на крови?

Похоже, папка Марии Ильиничны содержанием бумаг сильно отличалась от моей и от папки, предназначенной Зотову. В принципе, это понятно. Мы с Всеволодом, по сути, никто. Нашу пропажу особо и расследовать не будут. А вот Мария Ильинична, как ни крути, важный чиновник. Но и её можно купить. А еще лучше повязать кровью. Сделать соучастником преступления. Думаю, предложение князь ей подготовил весьма щедрое. Но… это сейчас она чиновник. А что будет через три года, через пять лет?

– Я так понимаю, если что-то случиться с мальчиком, – Удович кивнул на меня, – да и с вашим артефактором, – он кивнул на Зотова, – ничего не изменится? Права или перейдут наследникам, или окажутся в общем доступе гильдии магов. И кто первый откроет фабрику, тому и достанутся все пряники, – он громогласно рассмеялся, – люблю пряники!

– Мария Ильинична! – Зотов умоляюще посмотрел на женщину. – Я это подписывать не буду. Без меня одной схемы мало. Вы не сможете наладить выпуск артефактов.

– Да ладно тебе, – махнул рукой князь, – в империи полно гениев. Разберёмся и без твоей помощи. Если тебе жизнь не дорога, – добавил он.

После чего взял чашку с чаем и сделал большой глоток. Чай был горячим, обжигающим. Самовар дымился. Лицо князя раскраснелось. Он кашлянул и вдруг резко упал лицом в стол. Столешница громким треском поприветствовала его лоб.

В комнате повисла удивительная тишина. Казалось, само время замерло. Никто не двигался. Складывалось впечатление, что присутствующие боялись даже вдохнуть. Мы все, включая мага, смотрели на князя. Даже оба охранника у дверей.

Так прошла, наверное, минута.

– Он что… умер? – тихо прошептал Зотов.

– Князь! – наконец ожил маг и кинулся к Удовичу. Первым делом начал искать на его шее пульс. Судя по всему, пульса не было.

– Никого не выпускать! – рявкнул маг охране, а сам бросился прочь из комнаты.

Пока вокруг бегал и суетился народ, я забрал свою папку и, вынув из неё договор, аккуратно сложил его и убрал в карман. Зотов сидел на стуле, закрыв глаза, и слегка раскачивался. Его явно смущало соседство с мёртвым князем. Мария Ильинична тоже нервничала.

Вскоре прибежал целитель, который смог только констатировать смерть. Что-либо делать было поздно.

Приехали дознаватели из полиции. Затем их сменила имперская служба безопасности. Умер не просто житель империи, а целый князь. Этим делом не может заниматься полиция.

Вскоре нас увезли. Каждого отдельно. Похоже, мы проходили по делу в качестве подозреваемых.

Меня поместили в одиночную камеру. Достаточно комфортную, мало чем напоминавшую место заключения. Скорее небольшие апартаменты. Устроившись на диванчике, я даже задремал. Очнулся от скрипа входной двери.

– У тебя стальные нервы, – хмыкнула девушка в форме, рядом с которой стоял охранник, – идём, Максим.

По дороге она представилась. Татьяна Олеговна Белоусова, дворянка. Старший следователь имперской службы безопасности. Возраст около сорока лет. Одета в темную форму.

В кабинете следователя было уютно. Цветы в горшках на подоконнике, несколько личных фотографий на полке с книгами. Скорее всего, не здесь обычно не допрашивают подозреваемых. Это личный кабинет старшего следователя. Но сегодня выдался особый случай.

– Садись, – Татьяна указала мне на стул рядом со столом. Сама же уселась в кресло и включила «прибор правды», – представься, – велела она мне командным голосом. Несмотря на достаточно симпатичную внешность, тон девушки был весьма суровым.

– Максим Андер, – представился я, – шестнадцать лет, первый класс магической школы Нижнего Новгорода.

– Хорошо, – он сверлила меня взглядом серых глаз, – по какой причине ты убил князя Станислава Алексеевича Удовича?

– Я его не убивал, – твёрдо произнёс я в ответ.

– То есть ты утверждаешь, что не имеешь никакого отношения к его гибели? Даже косвенного? И не желал его гибели? – уточнила женщина, не сводя с меня взгляда. Похоже, она не до конца доверяла аппарату, пытаясь лично уловить нотки лжи в моих ответах.

– Не имею.

– Твой ответ не до конца правдив, – в её голосе появился металл.

– Сформулирую иначе: я не убивал князя. Так лучше?

Татьяна перевела взгляд на аппарат, потом снова на меня.

– Почему я перед этим моментом усомнилась в твоих словах?

– Откуда я знаю? – Я удивлённо пожал плечами. – Возможно, потому что у меня была причина желать его гибели?

– Как давно ты желал гибели князю? – ухватилась за мои слова женщина.

– Ну, наверное, через час после знакомства с князем у меня появилось такое желание. Знакомство состоялось сегодня, в четырнадцать часов.

– И ты успел всё спланировать и провернуть за один час? – Следователь удивлённо вскинула брови.

– Нет. Я не убивал князя, – продолжал я настаивать на своём.

– Но ты имеешь отношение к его смерти?

– Откуда я знаю? – Я недоумённо посмотрел на следователя. – Что вы имеете в виду? Я находился с князем в одном помещении. Я его не убивал. Какое отношение я могу иметь к его смерти?

– Что с тобой не так? – неожиданно громко крикнула она. – Почему я не чувствую до конца твою правду? Ты как скользкий угорь.

– Аппарат же показывает, что я говорю правду, – кивнул я на мерно горящую зелёную лампочку.

– Но ты чего-то не договариваешь. И почему я тебя так плохо чувствую? – продолжала настаивать на своём Татьяна. Похоже у неё был какой-то дар позволяющий чувствовать правду. Как у Адика. Только более сильный вариант. Мои каналы были закрыты, но женщина все равно ощущает недоговоренность.

– Мне нужен адвокат, – произнёс я уверенно в ответ и замолчал, уставившись на следователя.

– Дело имперской безопасности. Подобные дела засекречены, и адвокаты не допускаются.

– Серьёзно? – удивился я.

– Да. Изучай законы империи. Адвокат тебе будет положен только после того, как мы выдвинем против тебя обвинение. Сейчас же идёт допрос, который определит степень твоей виновности.

– Невиновен, – я насупился. Законы империи я особо не изучал. Да и кто их изучает? Видел я эти законы. Несколько толстых книг, в которых без специальной помощи не разобраться.

– Начнём с начала, – вздохнула женщина, – у тебя были причины желать зла князю?

– Так мы далеко не уедем, – покачал я головой, – давайте объясню. Ещё вчера у меня не было таких причин. Мы готовили договор о совместном деле. Собирались стать партнёрами.

– Серьёзно? – Женщина недоверчиво посмотрела на меня. – Мальчик шестнадцати лет и князь? Партнёрами?

– Это будет трудно, – тихо пробурчал я, закатив глаза, – у меня изъяли бумаги, когда доставили в ваше ведомство. Где они?

– В камере хранения.

– Пусть принесут, – попросил я.

Татьяна задумалась, разглядывая меня. Выполнять мою просьбу она не спешила. Постукивала наманикюренными пальцами по столешнице.

– И что будет, когда их принесут? Что в этих бумагах?

– Два комплекта договоров. Один – тот, который был согласован с князем заранее. Именно для его подписания мы и собрались. И второй – тот, что подсунул на встрече князь. Я бы на вашем месте изучил его внимательно. Ваш князь сделал мне уникальное предложение. Моя жизнь в обмен на клятву на крови. Как император подобное допускает?

– Ты думай, что говоришь! – рявкнула следователь.

– Изучите бумаги и постарайтесь сделать так, чтобы они не пропали. Когда я выйду отсюда, мой адвокат обратится к императору с просьбой провести отдельное расследование по этому поводу, а с рода Удовича я потребую компенсацию.

– Значит, ты не собираешься признаваться?

– Я не убивал князя. Ваш аппарат видит, что я говорю правду. Если этого не видите вы, то мне очень жаль. Но больше отвечать на ваши вопросы я не буду.

Следующие двадцать минут я молчал и не ответил больше ни на один заданный вопрос. Тем более, они были весьма однообразны. Типа, когда я решил убить князя, или как я совершил убийство, кто мне помогал и прочее.

Наконец следователь выдохлась и вызвала охрану, чтобы меня проводили в камеру.

– Насколько я помню, вы должны распечатать текст допроса и дать мне его на подпись, – сказал я, когда в комнату зашёл мужчина из охраны.

– Больно ты умный, малыш! – недовольно поморщилась женщина. – Все данные напрямую идут на сервер службы безопасности. Так что подпись не требуется. Но у меня возникает вопрос: откуда ты такой умный взялся? – Она сощурила глаза, сверля меня взглядом.

– Таким уж уродился, тётенька, – ответил я, поднимаясь. Раздражает, когда меня называют малышом. Вроде нормально общались, и тут такое.

– Что ты сказал?

– Мне пора, – я повернулся к женщине спиной и вышел из комнаты.

– Зря ты так, – тихо произнёс охранник.

– Не я это начал, – философски ответил я.

На этот раз меня отвели в настоящую камеру. Мы спустились на подвальный этаж и пошли по коридору, где были установлены железные двери с зарешеченными окошками. Остановившись у одной двери, второй охранник, который присоединился к нам на этом этаже, достал ключи и открыл дверь. Меня грубовато втолкнули внутрь, тут же с металлическим лязгом захлопнули дверь и закрыли замки.

Тонкая металлическая лежанка со скатанным матрасом. Низкая перегородка, за которой спрятались умывальник и унитаз. Вот и весь интерьер. Не слишком весёлое место, но надеюсь, что я здесь ненадолго.

Раскатав дурно пахнущий матрас, я рухнул на заскрипевшую кровать. В матрасе обнаружились тонкая подушка и одеяло. Всё было слегка влажным, видать, после стирки не досушили до конца. Под потолком тускло светила лампа. А еще. самое неприятное, я не чувствовал магию. Не знаю, как им удалось её заблокировать, но это было весьма не приятно. Может быть специальный материал стен? Правда мои астральные руны по прежнему работали, что радовало. Только вот чем мне поможет ясный взор и усиление рук?

– Вот я и в тюрьме, – констатировал я очевидное обращаясь к обшарпанному потолку.

Через полчаса принесли малосъедобный ужин, к которому я даже притрагиваться не стал. На встрече с князем я хорошо пообедал и пока был не голоден. Для того чтобы есть подобную пищу, требуется очень сильно проголодаться.

Ещё через час свет под потолком потускнел. Похоже, наступило время сна, и эту ночь я проведу в камере. Сомневаюсь, что меня вытащат раньше завтрашнего утра.

Надежда у меня была на Павла. Думаю, обнаружив, что я не ночевал дома и не выхожу на связь, он начнёт мои поиски. Не знаю, насколько влиятелен его отец, но уверен, что моё местоположение ему удастся разузнать. А вот дальше… Непонятно. Так-то держать меня больше суток по закону не имеют права. Но то по закону. Кого он интересует, на самом-то деле? Всегда можно найти повод и продлить моё содержание. Тем более, я даже не аристократ.

Смерть князя – громкое дело. И ищейкам наверняка хочется найти виноватого. Вряд ли им выгодна смерть князя от естественных причин. Такое заключение не добавит звёздочек на погоны. А вот поймать злоумышленника и осудить его, – это же просто подарок. За раскрытие дела, задержание, суд и прочее множество людей могут получить премии и подняться по службе.

Так что дела у меня не то чтобы отлично. Ведь кого назначить виновным проще всего? Подростка-простолюдина, за которого и заступиться некому. А причину найти можно. Это дело нехитрое.

С такими невесёлыми мыслями я и уснул. Спал чутко, можно сказать, настороженно, готовый ко всему. Поэтому особо не удивился, когда глубокой ночью заскрежетал замок моей двери.

Глава 2

Глава 2

Дверь в камеру открылась. Я весь подобрался готовый действовать, но ко мне зашёл совершенно расслабленный охранник.

– Поднимайся, – зевая, произнёс он спокойным тоном, – за тобой приехали.

Поднявшись с койки, я удивлённо посмотрел на мужчину. На дворе глубокая ночь. Неужели Павел так быстро сработал, и ему удалось освободить меня из застенка? Очень странно. Я ожидал нападения. Побоев, убийства. Если утром в камере обнаружился бы мой труп, это многим было бы выгодно. Вполне допускал инсценировку моего самоубийства. Это устроило бы и род Удовича, которые таким образом отомстили бы за смерть своего главы, и старшего следователя. Уверен, она бы нашла нужные доказательства моей вины и закрыла это дело. Но вот того, что меня освободят, я не ожидал.

– Идём, чего стоишь? – подтолкнул охранник. Он явно мечтал сдать меня поскорее и завалиться обратно спать. Сопротивляться не было смысла.

Я шёл не спеша, готовый действовать в любой момент. Мысль, что это ловушка, не покидала мою голову. Всё-таки вряд ли Павел и его отец могли сработать настолько быстро. А раз так, всё это может быть попыткой меня устранить. Правда, очень странной попыткой, но расслабляться не стоило.

Мы прошли весь подземный этаж и подошли к лестнице, где меня сдали следующим охранникам.

С ними я поднялся на первый этаж, и мы направились к дверям на выход. В этом коридоре ко мне вернулась магия, и я смог вздохнуть уже более спокойно. Теперь я не беззащитен!

У дверей стояли ещё три охранника и четверо мужчин в строгих костюмах. Среди них я заметил мага, что был на нашей встрече с князем.

«Это плохо! – пронеслось у меня в голове. – Очень плохо…»

Бежать было бессмысленно и даже глупо. Все таки я находился в здании службы имперской безопасности.

– Я не знаю этих людей, – обратился я к сопровождающим меня сотрудникам, – я отказываюсь ехать с ними.

Маг Удовича, услышав мои слова, лишь ухмыльнулся.

– Твоё мнение никого не интересует, – заявил он.

Я остановился, не доходя до группы людей князя десятка шагов. Один из охранников подтолкнул меня, но я в ответ лишь сделал шаг назад.

– Дайте мне позвонить. Я должен связаться с адвокатом, – заявил я, лихорадочно соображая, что могу предпринять. Покидать здание имперской службы безопасности мне не хотелось. – На каком основании вы меня передаёте этим людям?

– Вы проходите по делу убийства главы княжеского рода, – нехотя произнёс сотрудник ИСБ, – род Удовича оформил запрос на передачу вас в свою службу безопасности. Всё по закону.

– Именно поэтому передача происходит ночью? – саркастически произнёс я, продолжая оставаться на месте. Если сотрудник решил мне ответить, может быть, он сомневается в правильности происходящего?

– Как бумаги оформили, так и приехали, – маг рода Удовича кровожадно улыбнулся и сделал шаг в мою сторону, – давай, подпишу бумаги, дальше мы сами, – обратился он к охраннику.

Тот нехотя протянул папку с бумагами, где маг быстро поставил подпись.

– Теперь он наш, вы свободны, – высокомерно бросил он. В это время меня обступили трое ребят в костюмах.

– А почему парень не в наручниках? – добавил маг, глядя на мои свободные руки.

– С чего бы это? – неохотно произнёс сотрудник ИСБ. – Он пока не подозреваемый. Проходит по делу в статусе свидетеля. И раз такое дело, хочу напомнить, что с этого момента род Удовича отвечает за его жизнь и здоровье.

– Ты собрался давать советы княжескому роду? – сузил глаза маг. – Не много ли на себя берёшь?

– Никаких советов, – пошёл на попятную сотрудник, – просто прошу соблюдать закон.

– Мы знаем законы, – маг мотнул головой парням в костюмах, – забирайте его и не забудьте наручники!

Плотно прижатый с боков здоровяками в костюмах и с наручниками на руках я вышел из здания. Точнее сказать, меня вынесли, после чего грубо втолкнули в джип, на заднее сиденье. Рядом со мной расположились двое мужчин, маг сел на переднее сиденье, рядом с водителем. Мы не спеша покатили по ночному городу. Позади нас следовал ещё один джип сопровождения.

Прикрыв глаза, я размышлял, как действовать. Попадать в особняк рода князя Удовича мне нельзя. Закон не на моей стороне. Показания в имперской службе безопасности я дал, и прибор правды их зафиксировал. По идее, эти показания подтверждают мою невиновность, но они могут и затеряться. Завтра род Удовича объявит, что выявил виновника смерти князя, и предъявит моё тело со словами, что перед смертью я во всём сознался. Дело, разумеется, замнут. Ну, может быть, на княжеский род навесят какой-нибудь незначительный штраф за превышение и самоуправство, но меня это уже вряд ли порадует.

Сейчас был только один вариант. Бежать, пока мы в дороге. Боюсь, другого шанса не будет.

На светофоре водитель затормозил. Правила в Москве соблюдались неукоснительно. Даже несмотря на глубокую ночь и отсутствие автомобилей.

При торможении я слегка подался вперёд, как бы не удержавшись на месте, и одновременно напряг руки, разрывая цепь наручников. Мне это удалось. Усиление сработало на отлично, а в темноте салона никто не заметил моих действий. Следующий шаг – вырубить сидящих рядом и покинуть автомобиль. Это задачка была значительно сложнее. Уж очень здоровые парни сидели по бокам от меня. Пока через них перелезешь, пройдёт немало времени.

Мысли понеслись вскачь, как только я сделал первый шаг. Так всегда бывает. Долгая подготовка, после которой следуют действия. Начиная движение, я ускоряюсь. Откидываю ненужное и двигаюсь к своей цели. Мозг работает на пределе просчитывая все варианты. Адреналин в крови бурлит, но я старался оставаться спокойным.

На всех в машине были артефакты со щитами. Ударом кулака, даже усиленным, я вырубить охранника не смогу. Да даже если и смогу, второй быстро среагирует. Но я же маг, настоящий боевой маг, а не паркетный служака.

Машина начала набирать скорость, и в этот момент я практически мгновенно и без подготовки сформировал огненный шар, который разорвался прямо в салоне. Меня прикрыл щит, который я успел набросить на себя. Личные щиты охраны, водителя и мага тоже сработали. Но было уже поздно, – машина вильнула на скорости. Мы врубились передними колёсами в бордюрный камень и, сбавив скорость, врезались в стену дома. Она оказалась прочнее автомобиля.

От удара и предшествующего ему взрыва мои охранники вырубились. Маг на переднем сиденье был в сознании, но, похоже, его хорошо оглушило. Мне, несмотря на мощный щит, тоже досталось, но я держался. Не время для слабости. На кону моя жизнь.

Выхватив у охранника пистолет, я выстрелил несколько раз в мага через сиденье, как в самого опасного противника. Его щит не остановил пули, похоже, артефакт разрядился, а поставить свой он явно был не в состоянии. Не знаю, убил я мага или нет, но точно вывел из строя.

Я перелез через охранника и выбрался наружу. Рядом с визгом тормозов остановилась машина сопровождения. Из неё выскочили ещё двое парней. Пришлось стрелять по ним. Я видел, как пули отлетали от их магических щитов. В тишине ночного города грохот выстрелов разносился по всем окрестностям. В домах стали зажигаться окна.

По моему щиту застучали пули охраны из второй машины. Они грамотно залегли, прикрывшись корпусом бронированного автомобиля. Но мне только это и нужно было. Вступать в длительную перестрелку не было времени.

Выпустив в сторону второго автомобиля всю обойму, я бросил пистолет и, прикрываясь самым мощным щитом, побежал вдоль дома, после чего юркнул в переулок.

Вдали раздались сирены полицейских машин. Фора у меня была достаточная: охрана, скорее всего, первым делом бросится помогать раненым в машине, преследовать меня сейчас они не станут. Да даже если и побегут за мной, с двумя слабыми магами я сумею справиться.

Почти час я петлял по городу. Меня никто не преследовал. Я пробирался тёмными переулками всё дальше и дальше, стараясь избегать видеокамер, которые иногда попадались на перекрёстках. В итоге оказался в районе, застроенном старыми особняками. Здесь мне удалось перевести дух и осмотреться.

С Москвой я был знаком слабо. Где оказался, даже не представлял. Машины меня везли минут двадцать по ночному городу, но в какую сторону мы ехали, не знаю. Телефона и навигатора с собой нет. Карманы абсолютно пусты. По сути, я сбежал из тюрьмы, хотя по закону, наверно, не совсем так, но это мало что меняет.

Тихо прокрался вдоль забора нескольких домов. Понять, обитаемы они или нет, было сложно. Если бы во дворе лежал снег, можно было бы определить это по следам, но по лужам не получится. Во всех домах окна были тёмными. Оно и понятно. Сейчас часа четыре ночи, скорее, даже ближе к пяти.

С неба продолжал моросить мелкий дождь. Я уже промок насквозь и прилично замёрз. На мне не было даже пальто. Лишь мятый, пропахший потом костюм, в котором меня арестовали. Да к тому же частично ободранный и обгоревший. Щит хоть и защитил меня, но жар был слишком силен.

У пятого дома я остановился. Судя по всему, здесь давно не было людей. Охранные руны на входной двери потускнели, последний раз их обслуживали больше года назад. Под дверью уже скопилась грязь, было видно, что её давно не открывали.

«Наблюдательность наше всё», – улыбнулся я про себя и тихо скользнул к другой двери в этот же особняк.

Зачем заходить через парадный вход, если есть запасной? Тем более, он был скрыт кустами. С охранной руной я разобрался быстро. А вот замки открывать не умел. Но и это не оказалось проблемой. Замок был хлипенький, дверь двустворчатая. Дёрнув со всей силы за ручку, я рухнул на землю. Оказалось, я вырвал её с корнем из двери, которая даже не шелохнулась.

Полюбовавшись немного красивой кованой ручкой, кое-как приспособил её и сумел отжать дверь. Всё это мне удалось проделать абсолютно бесшумно. Помогла руна тишины. Не зря я её учил.

Изнутри на двери вместо замочной скважины была просто вертушка. Очень удобно. Крутанув её, я открыл замок, затем закрыл. Всё работало. Кое-как прилепил ручку обратно и зашёл внутрь закрыв за собой дверь. Надеюсь, следов не оставил, и снаружи никто не заметит, что я пробрался в этот дом.

В особняке было холодно и темно. Зажечь свет я не решился. Стуча зубами, прошёлся по особняку. Обнаружил ещё несколько рун, отвечающих за сигнализацию. Убирать их не стал, просто прописал себе полный доступ.

На втором этаже зашёл в ванную. Она была без окон, так что я спокойно набрал полную ванну воды и, нагрев её заклинанием, забрался внутрь.

Как же хорошо! Мои мышцы гудели от долгой пробежки, да и всё тело устало. Сейчас, лёжа в тёплой воде, я наконец-то позволил себе расслабиться.

Что делать дальше? Телефона у меня нет, связаться ни с кем не получится. Хорошо бы позвонить Петру и уточнить свой статус. Кем я являюсь? Беглым преступником или просто человеком, который чист перед законом, но находится в розыске княжеского рода? Это два совершенно разных статуса, и возможностей у имперских служб гораздо больше, чем у княжеского рода.

К тому же, в этом случае мой адвокат может оспорить мою передачу семье Удовича. Достаточно доказать, что я невиновен. Думаю, если подключить к этому делу Павла и его отца, такое удастся провернуть. Не хотелось бы влезать перед ними в долги, но ситуация слишком сложная. Если граф Матвеев за меня заступится, то княжеский род может от меня и отстать. Есть еще вариант, попробовать вернуться в нижегородское княжество. Какие бы у меня ни были отношения с Юдиным, но похитить меня на его земле Удовичи себе позволить не могут позволить. Такое возможно только с разрешения князя, а он потребует железных доказательств моей вины. Пусть я Николая Юрьевича знаю недостаточно хорошо, но прекрасно себе представляю, как устроен мир аристократов. К тому же, я ещё и рунолог, с которым он заключил договор.

Осталось понять, как мне выбраться из города. Без телефона, без денег. Без нормальной одежды. У меня даже куртки или пальто нет. О костюме я вообще молчу, он выглядит так, что меня скорее примут за бездомного.

Мысли в голове ворочались всё медленней и медленней. Горячая ванна делала своё дело. В первую очередь надо попробовать связаться с Павлом, решил я. Он всё-таки в Москве, и на общественном транспорте я каким-нибудь образом доберусь до военного министерства.

Глаза совсем закрывались, и я провалился в сон.

Проснулся от холода. Вода в ванне была ледяной. Согрев её, я помылся используя местные косметические средства. Судя по набору, этой ванной пользовался исключительно мужчина. Несколько шампуней и гелей для душа, вот и вся косметика. В шкафчике взял полотенце. Вытершись насухо, натянул лежавший там же тёмно-серый халат и тапки.

После этого неумело постирал свою одежду и повесил её сушиться, предварительно начертав на полу руну тепла. В ближайшие шесть часов ванна будет самым тёплым помещением в этом здании.

Окна особняка выходили на заросший сад. Буквально в пяти метрах от стены были забор и тротуар, по которому уже спешили пешеходы. Судя по всему, я оказался в хорошем, но не самом дорогом районе. Людей было много. А это значит, что за соседями здесь вряд ли так уж плотно следят.

Походил по второму этажу и в очередной раз удостоверился, что это не семейный дом, а берлога холостяка, в которой уже давно никто не появлялся.

Одежда, найденная в шкафу, мне не подходила. Владелец был явно шире меня раза в два. Однако в другой комнате я сумел отыскать пару подходящих курток. Может, кто-то из прислуги или детей носил, не важно. Главное, мне по размеру подошло.

На кухне повесил полог тишины и спокойно приготовил себе завтрак, сделал кофе.

Жизнь налаживается! Стоило мне поесть, как настроение скакнуло вверх. Хорошо быть подростком. Как бы всё плохо ни было, оптимизм мгновенно возвращается, стоит только согреться и хорошенько поесть.

Налив себе вторую чашку кофе и взяв в библиотеке книжку, я устроился в уютном кресле.