Текст книги "Юрисдикция Такаши Сайто (СИ)"

Автор книги: Константин Костров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 22 страниц)

– Эй, я думал мы друзья! – возмутился Кенджи.

– Я люблю тебя как брата, друг, но сам понимаешь… – сказал я, глядя на него как на приговорённого к расстрелу.

– Придурок! – с этими словами Хикари прописала смачный подзатыльник брату.

От неминуемой расправы, Кенджи спас прибывший так вовремя Масахиро Нагасе, который пригласил нас всех пройти к столу для брифинга. Рассевшись, я вновь повторил свой рассказ, добавив про слежку за Хикари. Нагасе выслушал меня внимательно, после чего задал мне вопрос:

– Сайто, какие ты видишь дальнейшие шаги?

– А что сразу Сайто? – но, глядя на выжидающие лица, я сдался, – Ладно, у меня действительно есть пара идей.

Любое серьезное расследование похоже не на шахматы, как любят показывать в кино, а на карточную игру. Никто не знает, какие карты на руках у противника, все отчаянно блефуют и пытаются смухлевать. Последние два хода были нашими – мы не только спровоцировали их на активные действия, но и заставили ошибиться. Теперь они станут осторожнее, будут перепроверять каждый шаг трижды. А значит наш следующий ход должен быть максимально нетривиальным.

Судя по тому, как отчаянно они пытались нам помешать, мы явно копаем в правильном направлении. Но предатель в наших рядах сужает наше поле для маневра – он знает каждый наш шаг заранее, поэтому следующий удар нужно нанести по нему. Полагаю, вариант просто спросить у каждого члена группы, не является ли он предателем, мы дружно отметем как бессмысленный, хотя было бы забавно посмотреть на реакцию.

Нам нужен план, который позволит вычислить крысу, но при этом не спугнет её раньше времени. И я, кажется, знаю, как это сделать. Нужно дать предателю иллюзию, что он сам добыл информацию.

– Предлагаю следующее…

***

В течение следующей недели мы готовили ловушку для крысы. Приходилось изображать бурную деятельность, чтобы усыпить бдительность предателя – пусть думает, что мы не подозреваем о его существовании.

Ключевым элементом плана стало подключение управления внутренних расследований, который инициировал специальную операцию. Ну или по-русски – оперативный эксперимент. Это было нужно, что бы предъявить предателю официальное обвинение, ведь он не только мешал нам добиться истины, но был отличным источником информации.

Обыск склада и найденное нами с Кенджи оборудование засекретили особой процедурой с доступом только у меня, Хикари и Нагасе. Мы прекрасно понимали: крыса знает, что именно мы обнаружили, и наверняка получила приказ либо уничтожить, либо выкрасть серверы. Весь наш план строился на допущении, что предатель не догадывается о нашей осведомленности. Мы играли в открытую, делая вид, что не подозреваем о его существовании. Рискованная игра – если мы ошиблись в расчетах, вся операция пойдет коту под хвост.

Следующий этап плана был прост и элегантен: Нагасе "случайно" передавал каждому члену группы документы с информацией о месте хранения оборудования. Каждому – свое уникальное место. Все локации были оборудованы камерами и сигнализацией, превращая их в идеальные ловушки. Классический прием – дать каждому подозреваемому свою, уникальную информацию, и ждать, какая именно всплывет у противника. Крыса сама укажет на себя, передав полученные данные. Главное было сделать "утечку" достаточно естественной, чтобы не спугнуть нашего предателя.

Естественно, реальные улики хранились совсем в другом месте, но попытка получить из них информацию была критически важна. И тут встал вопрос – кому доверить такую деликатную работу? На помощь пришли семейные связи Хикари.

Её отец, Кацуги Ватанабе – комиссар полицейского управления префектуры Киото, согласился помочь. Он предоставил своих экспертов для работы как с физическими уликами – отпечатки пальцев, биологические следы, так и с цифровыми – расшифровкой данных на жестких дисках.

Это было идеальным решением – эксперты из другой префектуры не имели связей с потенциальными подозреваемыми в Токио, а репутация Кацуги Ватанабе гарантировала их надежность.

С дешифровкой пришлось подождать, зато снятие биологических следов дало немедленный результат. На жестких дисках обнаружились отпечатки пальцев и другие следы, принадлежавшие нашим убитым программистам. Это был настоящий джекпот! Теперь мы могли связать воедино все ниточки – серию убийств, слежку за Хикари и нападение на нас с Кенджи.

Когда мы доложили об этом Нагасе, он надулся от гордости как павлин и умчался к генеральному суперинтенданту – докладывать об успехах расследования.

Я, конечно, человек скромный и не рвусь на пьедестал почета, но всё же надеюсь, что в своем триумфальном докладе он не забудет упомянуть о моем "небольшом" вкладе в распутывание этого клубка. В конце концов, именно моя простреленная рука и разбитая машина Кенджи привели нас к прорыву в деле.

Хотя, зная бюрократическую систему, скорее всего, все лавры достанутся начальству. Как говорится, успех имеет много отцов, а неудача всегда сирота.

Но свои дивиденды я точно получу – не впервой играть в эти бюрократические игры. В конце концов, важен не столько официальный почет, сколько реальные результаты. А то, что я теперь числюсь в глазах начальства "перспективным сотрудником", определенно пригодится в будущем.

К тому же, репутация человека, способного распутывать сложные дела, стоит дороже любых официальных благодарностей. Особенно когда имеешь дело с такими серьезными противниками.

Пусть начальство купается в лучах славы – у меня свои планы на будущее.

Труп убитого мной на складе оказался настоящим призраком – ни отпечатков в базах данных, ни документов, ни единой зацепки. Словно этот человек никогда не существовал. Очередной кусочек головоломки, который пока некуда пристроить.

Неделя пролетела в суете и приготовлениях. В целом я был доволен – ловушки расставлены, нити натянуты, оставалось только ждать, когда наша крыса сделает ход. Ну и, конечно, меня жгло любопытство насчет содержимого жестких дисков.

В конце рабочего дня мы с Хикари вышли из управления. Она держала меня под руку, с неба падал легкий снежок, впереди маячили выходные, которые мы планировали провести вместе.

Но судьба, как обычно, имела свои планы. Телефон неожиданно ожил, высветив незнакомый номер.

– Сайто-сан? – женский голос в трубке звучал неуверенно, смущенно, – Это Саяка Аихара. Вы, наверное, не помните меня, мы дружили в детстве... Ваша бабушка...

Мое сердце пропустило удар. Кика?

***

Большой конференц-зал парил высоко над Токио в одном из стеклянных небоскребов делового квартала. Из панорамных окон открывался завораживающий вид на вечерний город – море огней, расплескавшееся до самого горизонта.

За массивным овальным столом, в дорогих кожаных креслах расположились десять мужчин. Все как один в строгих костюмах разных оттенков серого. Человек, сидящий во главе стола подался вперед и начал говорить:

– Господа, прошу ознакомиться с докладом о последних событиях, – после его слов на экранах планшетов, встроенных в поверхность стола перед остальными мужчинами, появился текстовый доклад.

Ознакомившись с его содержимым, слово взял один из мужчин.

– То есть вы хотите сказать, что несмотря на устранение исполнителя, полиция все же смогла взять след, который может привести их к нам, Председатель? Мало того, мы потеряли одного из опытных агентов, а еще один был скомпрометирован?

– Все верно, мы ошиблись. Наши аналитики полагали, что Нагасе ведет какую-то игру, и нити информации замкнуты на члене группы – Хикари Ватанабе. Мы предприняли определенные шаги, чтобы выяснить, что ей известно, однако, наши действия были обнаружены еще одним членом группы. Что произошло дальше, вы знаете.

– То есть, мальчишка патрульный смог идентифицировать наших агентов? – взял слово еще один из мужчин, – Как такое возможно?

– Мы не знаем всех подробностей, но именно он устранил одного из агентов, – ответил Председатель, – Мы его недооценили.

– И что вы собираетесь с ним делать?

– Наблюдать, и при стечении благоприятных условий, устранить, чтобы все выглядело как несчастный случай.

– Что на счет агента в рядах полиции? – спросил третий мужчина.

– Если они и догадываются о его наличии, то пока не смогли вычислить, но часть информации Нагасе сохраняет при себе. Несмотря на все неудачи, я беру обязательство в том, что планируемый инцидент состоится в назначенный день.

– Помните Председатель, на вас лежит персональная ответственность за успешное завершение миссии.

Присутствующие в зале разошлись, а тот, кого называли Председателем, подошел к окну с мыслями о том, все ли он предусмотрел.

Глава 19. Дела семейные и гостья из чужого прошлого.

– Ваша бабушка... – продолжила Саяка, – Она в больнице, у нее случился инсульт, но все в порядке! Мозг не пострадал! – девушка затараторила, пытаясь меня успокоить.

– Буду в ближайшее время. Вы сможете за ней присмотреть? Я заплачу, естественно, – мой голос был бесстрастен и с виду равнодушен.

Я не хотел обидеть Саяку, и мне не была безразлична судьба Кики. Внешняя холодность всегда была моей защитной реакцией на подобные новости. Саяка этого не поняла и ответила возмущенным тоном:

– Как вы могли… Конечно, я за ней присмотрю! Приезжайте скорее!

Саяка положила трубку, а я растеряно посмотрел на Хикари, которая крепко сжала мою руку. Звук в динамике смартфона был довольно громким и она слышала мой разговор с Саякой, поэтому объяснять что-либо не потребовалось.

– Такаши… – неуверенно начала Хикари, – Если тебе нужна помощь, я могу поехать с тобой.

– Нет, – мой ответ был излишне резким, после чего я уже мягче добавил, – Ты нужна здесь. На нас слишком многое завязано, ты будешь моими глазами и ушами тут. Только, ради всего святого, ни во что не ввязывайся!

– Не беспокойся, – девушка поцеловала меня в уголок губ, – Я не одна, Кенджи же тут.

– Ага, это-то меня и пугает, – проворчал я.

Сборы много времени не заняли. Хикари, благослови её небеса, не только довезла меня до дома, но и терпеливо дождалась, пока я побросаю необходимое в рюкзак. Быстрее всего, конечно, было бы добраться самолетом, но разыгравшаяся пурга спутала все карты и рейсы отменили до следующего утра. Пришлось выбрать железную дорогу, рассудив, что уж поезда-то точно не подведут. Японские железные дороги славились своей пунктуальностью, и даже погодные капризы редко могли нарушить их четкий график. К тому же, несколько часов в комфортабельном вагоне синкансена – скоростного японского поезда – дали бы мне возможность собраться с мыслями.

Когда я рассуждал о преимуществах авиаперелета, то немного лукавил перед собой. Да, сам полет до Саппоро занял бы всего полтора часа, но если добавить время на дорогу до аэропорта, бесконечные процедуры досмотра, регистрацию и путь от аэропорта до города – выигрыш во времени становился не таким уж впечатляющим. Современный синкансен преодолевал путь от Токио до Саппоро за пять-восемь часов, в зависимости от класса. Поезда делились на три категории, носившие красивые женские имена: Нодзоми, Хикари и Кодама. Ближайший рейс оказался, бывает же, класса Хикари. Я усмехнулся такому совпадению – судьба явно имела своеобразное чувство юмора – которое я посчитал хорошим предзнаменованием, о чем сообщил Хикари, проводившей меня до перрона.

– На удачу, – прошептала девушка, поцеловав меня. Я поднялся в поезд, показал проводнику электронные билеты, прошел внутрь и, найдя свободное место, сел, ожидая отправления.

Состав плавно отошел от платформы, постепенно ускоряясь. Вечерний Токио за окном превратился в мерцающую мозаику огней. Голод напомнил о себе, и я достал свой незамысловатый ужин – надоевшие до чертиков онигири, пару сэндвичей с лососем и холодный кофе. Рассеянно жуя, я смотрел в окно и размышлял.

Мои мысли вернулись к расследованию, которое, определенно двигалось по верному следу, по которому я шел, ощущая все нарастающий азарт. Я еще не знал, кто является моим противником, но чувствовал, что это далеко не обычный бандит. А вот, понимает ли он, что ему противостоит совсем не Нагасе, а совсем другой человек. Надеюсь, моя роль в расследовании еще долго не будет раскрыта, или это случится как можно позже, ведь они будет моим неоспоримым преимуществом.

Следующий ход противника предсказать сложно, но я не сомневался – он попытается заполучить собранные нами улики. Других ниточек у нас просто нет. Установленная на складе камера сработала идеально, но толку оказалось мало. Мы получили и лицо водителя, и номер машины, и прочие детали. Однако след оборвался: водитель оказался фантомом без следов в базах данных, а машина – точной копией настоящего автомобиля, чей владелец был шокирован существованием двойника. По запросу Хикари ИИ управления проверил перемещения этого номера по городу – система ни разу не зафиксировала его одновременно в разных местах. Настоящий владелец подтвердил, что пользуется машиной редко и строго по одному маршруту в одно и то же время.

Кроме того, я вспомнил недавнюю перестрелку и убитого мной человека. Угрызений совести я не испытывал – понимал, что иначе мы с Кенджи не выбрались бы живыми. Анализируя их действия, как они двигались и действовали, и особенно оружие – американские "Береты", которые крайне сложно достать даже на черном рынке Японии, – я все больше убеждался в исключительном профессионализме противника.

Все факты указывали на причастность иностранных разведслужб. Слишком высок был уровень подготовки, слишком четко работала вся система. Впрочем, одними предположениями делу не поможешь. Без весомых доказательств любые разговоры о шпионаже будут восприняты как пустые фантазии. А если с такими заявлениями выступит Нагасе – единственный, кто обладает достаточным влиянием и полномочиями – его недруги, которых, я уверен, предостаточно, не упустят шанса выставить его выжившим из ума стариком. Оставалось только продолжать методично собирать доказательства.

От всех этих мыслей у меня заболела голова. Решив немного отвлечься, я направился в кафетерий, вагон-ресторан, как я продолжал его упорно называть про себя, чтобы купить очередную кружку кофе. Выйдя из своего вагона, я направился в сторону вожделенного источника с кофе. Проходя между рядами соседнего вагона, мое эмоциональное чутье ощутило внимание, направленное на меня.Я насторожился, не подав виду. После того боя, мой эмоциональный радар, перестал работать в прежнем режиме, думаю, что он включался только в минуты максимального нервного напряжения, потому, я не мог понять, кто из пассажиров меня контролирует. За мной следят.

То, что это слежка, я понял сразу, по эмоциональной окраске направленного на меня внимания – сосредоточенность, отсутствие агрессии – я не враг, а цель. При этом слежка велась так профессионально, что я даже не понял, откуда она ведется. Думаю, понятно, кто это. Однако, никаких действий они не предпринимают. Стоит ли что-то делать мне? С этими мыслями я купил кофе и направился к себе.

После случая, когда за Хикари следили, я купил в магазине электроники целый набор GPS-трекеров для домашних животных. Продавец, наверное, счел меня безумным кошатником или собачником, который подбирает подряд всех бездомных зверушек. Но эти маячки мне нужны были совсем для других целей. При случае, а в том, что он представится, у меня сомнений не было, я планировал подбросить его какому-нибудь преследователю, чтобы тот привел нас в их логово. Не знаю, сработает ли это еще раз, но попытаться стоило.

Вот только, в этот раз, удобный случай мне вряд ли представится так скоро. Соглядатай вряд ли ко мне приблизится, очевидно, что его цель собирать данные обо мне. Думаю мои действия привлекли внимание того, кто нам противостоит и теперь он пытается, какую роль я выполняю в этом расследовании. Теперь придется постоянно ощущать взгляд в спину, и играть марку молодого наивного копа. А с притворством у меня все очень плохо. Будет тяжело.

Пока я ходил за кофе, пытался вычислить преследователя и брал новые карты в это партии, синкансен проскочил префектуру Аомори – последнюю остановку на острове Хонсю – и заехал в тоннель Сэйкан, соединяющий Хонсю и Хоккайдо. Еще час и я в Саппоро, а оттуда обычной Электричкой до городка Вакканай, в котором и проживал Такаший Сайто со своей бабушкой Кикой.

Вакканай, расположенный на берегу пролива Лаперуза, находился всего в сорока трех километрах от мыса Крильон на острове Сахалин. Странное чувство – осознавать, что до родной земли можно добраться на обычной рыбацкой лодке. Впрочем, эта мысль вызвала лишь легкую грусть. "Там" для меня больше ничего не осталось – ни близких, ни причин возвращаться. Моя настоящая жизнь теперь здесь, в Японии, где у меня есть семья, друзья и то, ради чего стоит сражаться.

Кстати о друзьях и семье. Кто такая Саяка Аихара, я совершенно не помнил. Воспоминания об этой девушки погибли вместе с некоторыми другими воспоминаниями Такаши Сайто. Однако, где-то он упоминал ее в своих записях и даже периодически общался с ней через социальные сети. Но увы, подробности я не выяснял, при чем, больше по этическим причинам – мне казалось, что я в какой-то мере украл жизнь своего реципиента.

Чтобы освежить память, на ноутбуке, который я взял с собой, я открыл все скопированные дневники Сайто, стал перебирать его диалоги с Саякой. Ознакомившись со всеми этими материалами, я похолодел от осознания размера седалища, в которое я угодил.

Саяка оказалась внучкой соседки Кики, училась в университете Саппоро и регулярно навещала бабушку. Но главное – между ней и Такаши явно были романтические отношения. Они даже планировали свидание перед той роковой аварией.

Осознание ударило как обухом: я не просто не помнил эту девушку – я холодно отвергал все её попытки общения после "выздоровления" Сайто. А сегодняшнее оскорбительное предложение денег стало последней каплей. Представить её переживания, когда близкий человек внезапно перестал её узнавать, было невыносимо.

Размышления сопровождали меня до Саппоро, где я пересел на электричку до Вакканая. В пути меня сморил беспокойный сон. Но все дорога наконец-то подошла к концу, и я добрался то пункта назначения. Станционные часы показывали раннее утро, когда я вышел из вагона. О посещении больницы в такой час не могло быть и речи, да и беспокоить Кику было бы неправильно. Я направился пешком к небольшому коттеджу на окраине города. Сине-белый свет фонарей заливал безлюдные улицы, а под ногами поскрипывал свежевыпавший снег, бесшумно падающий крупными хлопьями с темного неба.

Добравшись до коттеджа, я приложил руку к сенсору, который опознал меня и дверь в коттедж бесшумно отворилась. В прихожей, сняв обувь, я ощутил приятное тепло – умная система поддерживала комфортную температуру независимо от присутствия обитателей.

Я не рос в этом доме и никогда не жил в нем, но как только вошел в него, какой-то частью себя, наверное, той, что осталась от Такаши Сайто, ощутил себя дома. Это было странное и такое приятное чувство, которое мне хотелось сохранить с собой подольше. Включив свет в прихожей, я стал рассматривать висящие на стене фотографии Такаши Сайто и Кики.

Внезапно я ощутил чье-то присутствие. Насторожившись, я напряг все свои органы чувств, стараясь расширить восприятие. И в конечном итоге мне это удалось. Я почувствовал, что за стеной кто-то находится, насторожившись. Похоже, противник решил действовать. Но преимущество было на моей стороне.

Я резко вошел в гостиную, дав команду умному дому «Свет! Максимальная яркость!», доставая из кобуры пистолет, который я таки выбил у руководства управления, и направил его в силуэт, который стоял около дивана.

– Руки на Фудзияму! – рявкнул я, автоматически переведя русскую идиому «руки в гору» на японский.

Фигура испуганно вскинула руки, выронив плед (плед?), который, как оказалось, прикрывал весьма соблазнительные части тела. Передо мной стояла девчонка лет двадцати, в коротком топике, коротких домашних шортах, и шерстяных носках. Одежда облегала круглые изгибы, подчеркивая тонкую талию, стройные ноги и довольно большую и высокую грудь.

Она испугано смотрела на пистолет в моей руке, а я пялился на нее, не в силах отвести взгляд от ее… глаз, конечно, глаз. Спокойно, Такаши, ты должен быть сильным, не поддавайся и помни о Хикари, ну и о том, что глаза у людей, даже у женщин, на голове. С усилием отведя взгляд от короткой майки, я перевел взгляд на лицо девушки. На меня смотрели большие испуганные глаза, а иссиня-черные волосы падали практически до пояса.

Конечно я не был знаком с Саякой Аихарой, но видел ее фотографии и сразу же узнал девушку. Только тут я понял, что до сих пор направляю на девушку дуло пистолета. Думаю, что старина Фрейд нашел бы у меня много скрытых комплексов и подавленных желаний, последние и вправду имелись… Я поспешно убрал пистолет в кобуру и тут началось.

– Такаши! – девушка разревелась, усевшись на диван и закрыв лицо руками, – За что ты так со мной?!

Я же стоя в полной прострации от происходящего, коря себя на все лады и всех языках, что я знал. Тупица! Как можно был принять Саяку за нападавшего. Ощущая себя Железным дровосеком, которому так и не подарили сердце, я сел рядом с девушкой на диван, попытавшись ее обнять, но та дернула плечами, продолжая заливаться слезами.

Чтож, придется воспользоваться тяжелой артиллерией. Сосредоточившись на ее эмоциональном фоне, я начал пытаться ее успокоить через свои эмпатические способности. Поднял с пола плед, накрыл им девушку и начал гладить по спине. Постепенно Саяка успокоилась и даже перестала всхлипывать.

– Саяка, прости меня, – я попытался с ней заговорить, – Я перепутал тебя с… неважно с кем. Знаешь, в последнее время у меня был крайне напряженный период в жизни.

– Я заметила, – уже без всхлипываний сказала девушка, – Ты несколько дней был темой номер один в новостных пабликах.

Я поморщился, вспоминая благодаря чему стал знаменит. Обходя эту тему, я спросил у Аихары:

– Саяка, но что ты тут делаешь?

– Кика попросила.

Девушка рассказала, что пару дней назад она приехала в гости к своей бабушке и в один из вечеров к ним пришла Кика, как обычно поболтать со своей подружкой. Однако, закончилось все печально, Кику настиг инсульт. От мысли о том, что Кикак в этот момент могла находиться дома в одиночестве, я содрогнулся. После госпитализации забота о пожилой женщине легла на плечи Мисако Аихара и её внучки. Несмотря на категорический запрет Кики беспокоить меня, Саяка всё же решилась позвонить. А сегодня Кика, уже из больничной палаты, попросила девушку об одолжении – переночевать в её доме. Беспокоилась за недавно подобранного котёнка, боялась, что малыш испугается одиночества. Просьба казалась незначительной, но Саяка, с присущей ей чуткостью, не смогла отказать.

Я с облегчением опустился на диван, Саяка примостилась рядом, не решаясь нарушить тишину. Внезапно в дверном проёме появилась маленькая мордочка – котёнок настороженно изучал незнакомца. Видимо, не обнаружив во мне ничего подозрительного, он грациозно прошествовал к дивану, запрыгнул на него и, свернувшись клубком на коленях у Саяки, довольно замурчал. "Я тебя прекрасно понимаю, приятель," – мысленно согласился я с выбором пушистого квартиранта.

Под успокаивающее тарахтенье сон сморил меня. Сегодня был очень долгий день.

***

Я обнаружил себя лежащим на диване, заботливо укрытым пледом. Что-то тёплое устроилось на груди, и, открыв глаза, я встретился взглядом с парой настороженных жёлтых глаз. Увидев, что я смотрю на него, котенок тут же испарился.

Неужели Саяка смогла меня уложить? И где она сама – может, вернулась домой? Мои размышления прервал звук шипящей сковородки из кухни. Направившись на звук, я увидел Саяку, уже полностью одетую и колдующую у плиты.

– Доброе утро! – произнёс я, – Спасибо, что позаботилась. Думал, ты уже дома.

– Я... – Саяка смутилась, и её щёки порозовели, – Не хотела тревожить Мисако так рано.

– Саяка,– сказал я серьезно, – Спасибо тебе за всё, что делаешь. Твоя помощь действительно бесценна. И прости за вчерашний разговор по телефону, ну и за то, что напугал пистолетом. Я вёл себя как идиот.

– Ничего страшного, Такаши, я все понимаю – ответила Саяка, не поднимая глаз, но я заметил, как её тронули мои слова. – Я тут завтрак приготовила...

– Пахнет восхитительно, – искренне похвалил я, – Позволь хотя бы кофе сварить – это единственное, что я умею делать на кухне.

Вскоре мы сидели за столом, но в воздухе повисло напряжение – столько всего нужно было сказать, но ни один из нас не знал, как начать этот разговор. Ситуацию усугубил звонок телефона – это была Хикари, волновавшаяся обо мне. Я быстро заверил её, что всё в порядке, но заметил, как Саяка отвернулась, услышав женский голос в трубке. Хоть яя ие сделал ничего плохого, на душе у меня скреблись кошки.

– Саяка, послушай... – начал я, но она мягко перебила:

– Не сейчас, Такаши. Давай сначала навестим Кику, а поговорим потом.

Мы молча собрались, накормили котёнка и вышли из дома. По дороге в больницу нас остановил насмешливый мужской голос:

– Эй, Саяка! Надумала что-нибудь насчёт моего предложения? И кто это с тобой?

Я мысленно застонал. Только этого сейчас не хватало.