355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Константин Капитонов » Израиль. История Моссада и спецназа » Текст книги (страница 21)
Израиль. История Моссада и спецназа
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 00:02

Текст книги "Израиль. История Моссада и спецназа"


Автор книги: Константин Капитонов


Жанры:

   

Публицистика

,

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 27 страниц)

ОПЕРАЦИЯ «АРГАЗ – 3»

В начале июня 1972 года начальник отдела планирования операций генерального штаба ЦАХАЛа Мано Шакед вызвал к себе командира «Сайерет Маткаль» Эхуда Барака.

– Голда Меир решила разобраться с Сирией, – без предисловий начал Шакед. – Думаю, пора сделать что-то конкретное, чтобы вынудить сирийцев освободить наших летчиков…

Он предложил Бараку рассмотреть два варианта операции: либо на территории Сирии, либо на территории Египта.

После того как операция «Изотоп» дала прекрасные результаты, Барак уже не сомневался, что подобного рода акциями должны заниматься только спецназовцы. Понимали это и в руководстве генштаба. Правда, далеко не все. Так, Барак был уверен, что против участия «коммандос» в предстоящей операции выступит бригадный генерал Рафаэль Эйтан, который предложит своих десантников. Однако победный «шлейф» операции по освобождению заложников уже тянулся за «Сайерет Маткаль». И руководство генштаба поручило похищение сирийских офицеров подопечным Барака…

* * *

С момента завершения операции «Изотоп» прошел ровно месяц, когда военная разведка получила оперативную информацию о том, что группа высокопоставленных сирийских офицеров планирует посетить Ливан. Шакед вызвал к себе Барака, дополнил полученные сведения своими подробностями и поставил задачу: перехватить машины с сирийскими офицерами, направляющимися в Ливан.

Утром 8-го июня Бараку сообщили, что через полчаса на базе «коммандос» приземлится вертолет с начальником генштаба Давидом (Дадо) Элазаром и командующим Северным военном округом Мотой Гуром. Он понял, что этот визит прямо связан с предстоящей операцией.

Вызвав к себе Барака, Элазар, как обычно, говорил сжато и по существу:

– Завтра, после полудня, машины с сирийскими офицерами будут совершать объезд приграничной зоны Ливана в секторе Вади Шуба. Лучшей возможности наверняка не будет. Ты успеешь подготовить подразделение?

Барак отлично знал район Вади Шуба. Высокие, поросшие лесом склоны гор, плохо просматриваемая местность – все это давало неплохие шансы для успешного проведения операции. Но лишь в том случае, если бы речь шла об уничтожении машины с пассажирами. Спецназовцам же предстояло взять офицеров живыми…

Подумав несколько секунд, Барак ответил:

– Я думаю, успеем. Время еще есть. Проведем несколько тренировок на местности, как следует изучим фотографии района… Через три часа я смогу точно сказать, каковы шансы на успех. Чтобы успеть к месту вовремя, нам необходимо покинуть базу не позднее 15-00…

Все необходимые дополнительные сведения, собранные военной разведкой, Барак получил от Моты Гура. Он же должен был оказать максимальную помощь «коммандос». Однако, в отличие от Элазара, командующий Северным военным округом был скептиком, а потому считал, что лучше не рисковать и дождаться более благоприятного момента.

В ответ Барак предложил Гуру посмотреть «генеральную репетицию» захвата, которую предполагалось начать через два часа. Командующий отказался…

Барак, естественно, не мог тогда знать причин скептицизма Гура. А заключались они в том, что сроки проведения операции спецназа совпадали с крупными учениями на севере страны.

Между начальником генштаба и командующим Северным военным округом состоялся довольно жесткий разговор. Гур старался убедить Элазара перенести операцию на более поздний срок, поскольку учения не позволят округу максимально помочь участника предстоящей акции.

– Как ты не понимаешь?! – воскликнул Гур. – Если операция сорвется, вся северная граница может в любую минуту превратиться в линию фронта!

Однако Элазар был непреклонен. Он приказал Гуру объявить в Северном округе общую боевую готовность, подтянуть к границам с Южным Ливаном танки и артиллерию. В свою очередь Барак срочно отправил на север Йони Нетаниягу с отрядом, который в случае непредвиденных обстоятельств должен был прийти на помощь основной группе спецназа, задействованной в операции на территории Ливана.

Ночью группа «коммандос» во главе с Бараком покинула одну из баз ЦАХАЛа и тайно проникла на территорию Ливана. Углубившись на два километра, Барак прервал связь со всеми командными пунктами, кроме прямой линии с базой Хар-Дов, где находился командир бригады сектора Ури Саги. Он, в свою очередь, держал в курсе дела Моту Гура, внимательно следившего за каждым шагом «коммандос» на ливанской территории.

Через полчаса после начала операции Гур передал запрос Бараку:

– Тебе известно о КПП ливанской армии, который находится в 350 метрах от предполагаемого места захвата машин?

– Да, я знаю об этом КПП.

– Там есть солдаты?

– Вполне вероятно, что есть. При планировании операции мы это учитывали. Если возникнут какие-то проблемы, солдатами КПП займется наша дозорная группа…

В течение минуты в эфире стояла тишина, а потом прозвучал голос Саги:

– Мота не разрешает продолжать операцию. Отряду приказано возвращаться на базу…

– Но мы изучили фотографии КПП и готовы к встрече! – воскликнул Барак. – Там всего 6-8 солдат. Мы сумеем с ними справиться!

Ответа не последовало…

Барак решил, что Гур обдумывает его ответ, и дал команду продвигаться дальше к Вади Шуба. Примерно через пятнадцать минут последовал повторный приказ:

– Возвращаться!

Встретив два часа спустя на КПП в Хар-Дов вконец расстроенного Барака, Саги, знавший на своем веку немало отмененных в последнюю секунду операций, как мог, пытался успокоить его.

Наутро между Гуром и Бараком состоялся весьма нелицеприятный разговор. Командир спецназрвцев пытался выяснить, почему тот приказал отменить операцию. Гур, в свою очередь, заявил, что как командующий Северным военным округом, несущий в полной мере ответственность за все здесь происходящее, он имел право остановить операцию, что и сделал.

Элазар пытался уговорить Барака:

– Ну что ты так расстраиваешься? Через несколько дней эти же офицеры вновь будут в том же районе. И тогда ты их уж точно не упустишь…

И спецназ вновь начал подготовку. Предстоящая операция похищения сирийских офицеров получила кодовое название «Аргаз – 2» («Ящик – 2»). Как и предполагал Элазар, через несколько дней поступили сведения, что сирийские офицеры собираются провести инспекцию на границе Южного Ливана…

* * *

Поздно ночью отряд Барака вновь был на территории Ливана. Вспомогательная группа на трех «лендроверах», которой командовал Муки Бецер, ждала в условленном месте, по пути следования ливанских патрулей. В случае необходимости его бойцы были готовы нейтрализовать подразделения, которые могли быть брошены на перехват отряда Барака. Чтобы не вызвать подозрений, Муки припарковал «джипы» неподалеку от позиций миротворческого контингента ООН, поскольку у одного из «лендроверов» якобы заглох мотор.

Биньямин Нетаниягу командовал заградительным подразделением, которое расположилось на спуске в 800 метрах от ливано-израильской границы. Амит Бен-Хорин отвечал за действия роты «Эгоз» и выполнял роль связного между группами спецназовцев и КП начальника генштаба Элазара и генерала Гура.

Отряд Барака сконцентрировался на изгибе шоссе, неподалеку от крутого подъема. Он рассчитывал, что машины с сирийскими офицерами непременно замедлят ход на крутом подъеме, поэтому осуществить захват здесь будет намного проще.

Все силы, привлеченные к операции, терпеливо ожидали приближения колонны. Какой-то ливанский пастух, приблизившийся со своим стадом овец к одной из групп, был немедленно связан и предупрежден: откроет рот – пожалеет об этом.

Спустя какое-то время Нетаниягу по связи доложил, что слышит звуки приближающихся машин. Однако вместо ожидаемых машин с сирийскими офицерами из-за поворота появился бронетранспортер, за которым следовало несколько патрульных машин ливанской армии.

Бронетранспортер остановился неподалеку от группы Нетаниягу и направил орудие в сторону израильской границы. Двое солдат выпрыгнули из бронемашины буквально в десяти метрах от тщательно замаскированных спецназовцев. К счастью, они ничего не заподозрили и, расположившись у бронетранспортера, стали пить кофе и играть в нарды.

По всему было видно: они явно никуда не торопились.

Видя, что операция находится под угрозой срыва, Нетаниягу принял решение атаковать ливанский патруль. Однако через полчаса ливанцы неожиданно прекратили игру и сели в БТР. Прошло еще несколько минут, и ливанская колонна двинулась в сторону израильской границы.

А еще через минуту из-за поворота появился черный лимузин, сопровождаемый двумя легковыми машинами и «лендровером». Параллельно поступила информация о бронетранспортере, остановившемся в двух километрах от места засады.

Барак приказал группе приготовиться к атаке и связался с Нетаниягу:

– Готовы?

– Да.

Начать операцию без команды начальника генштаба Барак не мог. Однако на КП были всерьез обеспокоены ливанским бронетранспортером, находившимся недалеко от места операции. Элазара и Гура тревожило, что орудие БТР было обращено в сторону Израиля.

Муки Бецер, ожидавший приказа углубиться на ливанскую территорию, слышал по связи голос Барака:

– Они приближаются… «Лендровер»… Еще два «джипа»… Черный лимузин… Еще одна машина…

– Не трогайте их! – приказал Гур.

– Почему?! – воскликнул Барак. – Все идет хорошо. Мы сможем захватить машины и отрезать бронетранспортер…

В этот момент Элазар взял микрофон у Гура:

– Операцию не проводить!

– Я настаиваю на продолжении операции! – возразил Барак.

Бецер отчетливо различал гневные ноты в голосе Барака.

– Машины в двадцати метрах! Я могу начать действовать! Риска нет никакого!

– Нет! – сказал Элазар.

Через час группа вернулась на базу…

То, что услышал в свой адрес Элазар и Гур от Барака, явно выходило за рамки субординации. На разборе несостоявшейся операции, в котором участвовали командиры групп, он говорил последним. Извинившись перед своими товарищами, он попросил оставить его наедине с начальником генштаба и командующим Северным военным округом. Элазар пожал плечами и предложил Бараку говорить при всех.

– Я даже думать не мог, что всего один ливанский бронетранспортер заставит вас отказаться от проведения операции, – медленно, стараясь контролировать каждое слово, каждую интонацию, произнес Барак. – Мы были готовы к тому, что машина с сирийскими офицерами будет прикрыта дополнительными силами. БТР, следовавший в восьмистах метрах от лимузина, не мог оказать ни малейшего влияния на ход операции. Группа Нетаниягу полностью контролировала ситуацию и в любую минуту могла отрезать бронетранспортер… Но вы, тем не менее, приказали отменить операцию. Думаю, это была последняя возможность освободить наших ребят в дамаске. И я уверен: если бы вы находились с нами там, в Ливане, вы бы не отдали этого приказа…

Элазар и Гур, не перебивая, слушали Барака.

– Но самое страшное заключается даже не в отмене операции, – продолжал он. – Ты, Дадо, и ты, Мота, дали повод не доверять вам, усомниться в вашем профессионализме! Вы, наши командиры, создали ситуацию, исходя из которой, в следующий раз мы просто не станем передавать на КП объективную информацию! Мы будем думать, что вы, не понимая происходящего, можете отдать приказ, подобный сегодняшнему…

Элазар по-прежнему не прерывал Барака. Гур внимательно следил за реакцией начальника генштаба. Ситуация, при которой подполковник отчитывает как рядовых солдат двух генералов, была уникальной для израильской армии.

– Возможно, мы ошиблись, – тихо сказал Элазар. – Но я уверен, что у нас еще будет возможность исправить эту ошибку…

На обратном пути Барак – то ли в шутку, то ли всерьез – сказал Муки Бецеру:

– Жаль, что связь работала хорошо. Иначе мы бы провели операцию…

В самом подразделении спецназа атмосфера была гнетущей. Две отмененные операции самым пагубным образом отразились на настроении «коммандос».

Вечером Биньямин Нетаниягу прямо сказал Бараку, что жалеет о своем решении продлить службу на несколько дней, которое он принял исключительно из-за операции по похищению сирийских офицеров.

– С меня довольно! – заявил он. – Я еду учиться в Бостон!

– Как приедешь на место, отправь открытку, – мрачно произнес Барак.

Однако прошло несколько дней, и в распоряжении военной разведки поступила новая информация, после чего спецназ начал форсированную подготовку к операции «Аргаз – 3».

* * *

Проанализировав две безуспешные попытки, Барак решил отказаться от роли командира группы и передать спецназ на время операции под начало Йони Нетаниягу. Так он как бы убивал двух зайцев. С одной стороны, он считал, что его местонахождение на КП сыграет положительную роль, и операция не будет отменена в третий раз. С другой, он возвращал «долг» Йони, который не принимал участие в операции «Изотоп». Его заместителем был назначен Узи Даян.

В три часа утра группа Нетаниягу пересекла израильско-ливанскую границу. На случай вмешательства в ход операции ливанских танков она была усилена двумя бронетранспортерами. Муки Бецер командовал группой прикрытия.

Где-то около полудня от Нетаниягу поступило сообщение, что колонна приближается. В бинокле отчетливо просматривался белый «лендровер» с вооруженными ливанскими солдатами, за которыми следовали «импала» и «остин». Барак тут же передал бронетранспортерам команду приготовиться к пересечению гостиницы, а Нетаниягу начать операцию.

Бронетранспортер стремительно пересек шоссе, рванулся к колонне машин и замер в нескольких метрах от белого «лендровера». Все произошло настолько быстро, что патруль, охранявший машины с сирийскими офицерами, не сразу понял, что, собственно, происходит. А с израильского БТР последовал плотный автоматный огонь. Пятеро ливанских солдат были убиты на месте, один сирийский офицер получил ранение.

На фоне перестрелки оказался почти незамеченным рывок Узи Даяна, устремившегося к белой «импале». Рванув на себя дверцу автомобиля, он по-английски приказал сирийцам поднять руки. Один из офицеров потянулся к оружию, но Даян тут же выпустил в воздух предупредительную очередь.

– Не нужно крови! – закричал на английском один из офицеров, поднимая руки.

Его примеру последовали еще три офицера. Двое же пытались бежать. Одного настиг и связал Нетаниягу. Как выяснилось впоследствии, схваченным оказался наиболее высокопоставленный сирийский офицер. Другому, несмотря на преследование, удалось скрыться. Возглавлявший колонну белый «лендровер» и еще одна ливанская машина сумели вырваться из кольца израильтян и укрылись в ближайшей деревне. Спецназовцы ринулись в погоню, однако обнаружить беглецов не смогли.

Даян сел за руль «импалы», где находились пять связанных по рукам и ногам сирийских офицеров, и повел ее на израильскую территорию. Когда машина пересекла границу, ее встречали начальник генштаба, командующий Северным военным округом и командир «Сайерет Маткаль».

– Надеюсь, – сказал Элазар Бараку, – сегодняшняя операция исправила ту ошибку, которую мы допустили в двух предыдущих. Сейчас Сирии не остается ничего другого, как освободить наших летчиков. Ведь у нас в руках пять их высокопоставленных офицеров. Один из них – генерал, двое полковники из военной разведки и ВВС…

* * *

После успешно проведенной операции вопрос об обмене пленными решался уже политиками и дипломатами. На специальном заседании правительства было принято решение сохранить в тайне характер и результаты операции, дабы не наносить удар по престижу Сирии. Это могло помешать освобождению израильских военнопленных.

В ту же ночь через американцев в Дамаск была передана секретная информация: «У нас в руках 5 ваших офицеров. Мы готовы не предавать огласке сообщение об операции наших „коммандос“, если вы дадите согласие на обмен пленными. Мы готовы освободить ваших офицеров уже завтра утром, но при условии, что вы также выпустите наших летчиков».

На рассвете пришел ответ из Дамаска: «Готовы к немедленному обмену пленными».

Премьер-министр Голда Меир, которая была удивлена столь стремительной реакцией сирийцев, решила изменить условия переговоров. Она добавила еще один пункт: сирийские офицеры будут обменены не только на израильских летчиков, томящихся в Сирии, но и на их коллег, захваченных египтянами в период «войны на истощение». Глава правительства рассчитывала, что близкие отношения между сирийским и египетским президентами будут гарантией «тройной» сделки.

Египет наотрез отказался участвовать в такого рода обмене даже в ответ на освобождение десятков египетских пленных. В итоге правительство Израиля вынуждено было отказаться от тройного обмена и сосредоточиться на сирийском направлении, где пять офицеров должны были быть обменены на трех пилотов израильских ВВС.

Однако теперь стала медлить Сирия. В Дамаске понимали, что пленные сирийские офицеры были основательно допрошены израильскими спецслужбами, и уже не торопились заключать сделку. Переговоры приняли затяжной характер.

Только спустя восемь месяцев после проведения операции «Аргаз-3» израильские пленные летчики вернулись домой…

ОПЕРАЦИЯ «ВЕСНА МОЛОДОСТИ»

То секретное совещание, состоявшееся в начале февраля 1973 года, проводил Эхуд Барак – командир «Сайерет маткаль». Он внимательно оглядел приглашенных и неожиданно улыбнулся, словно только что вспомнил о чем-то приятном и в то же время неожиданном.

Потом, не говоря ни слова, извлек из портфеля коричневый конверт, вытащил из него три черно-белые фотографии и прикрепил их к своей груди. Он, казалось, получал удовольствие, наблюдая за озадаченными лицами своих подчиненных. Потом ткнул пальцем в одну из фотографий и негромко произнес:

– Кто не знаком с этим господином лично, прошу познакомиться: Мухаммад Абу-Юсеф Наджар, лидер и идейный вдохновитель «Черного сентября». А это, – Барак указал на другую фотографию, – Камаль Аднан, ответственный за проведение всех специальных операций ФАТХа и по совместительству – куратор всех террористических актов на территории Израиля. Ну и третий герой этой «картинной галереи» – Камаль Насер, пресс– секретарь Ясира Арафата.

Спецназовцы, затаив дыхание, слушали своего начальника. Он тем временем разложил на столе крупномасштабную карту Бейрута и, используя в качестве мини-указки обычную шариковую ручку, продолжал:

– Два Камаля – Аднан и Насер – живут в этом доме, соответственно на втором и четвертом этаже. Неподалеку от них расположена квартира Абу-Юсефа…

Руководители спецназовских подразделений были опытными профессионалами и сразу же поняли истинную цель оперативного совещания: готовилась акция возмездия в Бейруте. Барак оторвался от карты и поднял глаза на своих офицеров:

– Таким образом, у нас есть вся необходимая информация, добытая «Моссадом», точное описание района… А теперь скажите мне: мы можем до них добраться?

Каждый из офицеров стал предлагать свои идеи и рекомендации, связанные с предстоящей операцией. Барак внимательно выслушивал всех, делая одному ему понятные пометки на листке блокнота. Когда перешли к обсуждению вариантов доставки к месту операции диверсионной группы, и один из офицеров предложил идею высадиться с вертолетов, Барак резко возразил:

– Нет, вертолеты не подходят!

– Почему?

– Слишком много шума, – коротко пояснил Барак. – И этот шум может сыграть против нас.

Я предлагаю действовать тихо…

– Морем? – спросил кто-то.

– Да, – кивнул Барак. – Морем. Как обычные туристы. Эту операцию мы будем проводить совместно с внешней разведкой. Ребята из «Моссада» прибудут туда чуть раньше, чтобы обеспечить нас машинами…

По ходу совещания он сообщил офицерам, что по его просьбе специально для операции в Бейруте готовится облегченная модель автомата «узи» с глушителем.

* * *

Активная подготовка к этой операции началась сразу же после того, как в Израиль поступила информация о том, что лидеры палестинских террористов, среди которых были и убийцы израильских спортсменов в Мюнхене, проживают на северо-западе Берйута, в престижном районе Рамлат аль-Бейда. «Моссад», выполнявший основную аналитическую и разведывательную подготовку к операции, пришел в итоге к неутешительному выводу, что риск акции возмездия слишком велик, а шансы на успех соответственно минимальны. Именно тогда генерал Кути Адам, откомандированный на период подготовки операции в распоряжение «Моссада», порекомендовал тогдашнему шефу израильской внешней разведки Цви Замиру использовать подразделение спецназа.

– Не исключено, – заметил Адам в беседе с Замиром, – что у ребят Эхуда больше шансов, чем у твоей агентуры…

Барак был вызван на встречу с руководителем «Моссада». Вместе с ним на встрече присутствовал также Амнон Биран, спецназовский эксперт по планированию секретных операций. Замир ознакомил «коммандос» с полученной информацией и нахмурил седые брови. Картина и в самом деле вырисовывалась безрадостная. Дома, в которых жили лидеры террористов, находились под неусыпной охраной вооруженных людей из «Черного сентября» и с наступлением сумерек освещались специальными прожекторами. Пробраться в этот район незамеченными не представлялось возможным даже теоритически.

Внимательно выслушав Замира, Барак помолчал несколько минут, после чего сказал:

– Здесь есть над чем подумать… В любом случае, чтобы успешно провести такую операцию, я должен получить дополнительную информацию об охранниках, внутреннем расположении домов. Необходимы также данные о точном количестве полицейских и армейских нарядов, контролирующих этот район. И самое главное – мне необходимо знать, в какое именно время суток террористы бывают дома.

Замир молча кивнул и распрощался со спецназовцами. А через три недели агенты «Моссада» добыли информацию, которую просил Барак. И только после этого он коротко доложил Кути Адаму: «Если ваши планы относительно „Черного сентября“ не изменились, то, полагаю, операцию в Бейруте провести можно…»

Когда эта информация легла на стол тогдашнего министра обороны Моше Даяна, он, сразу же после совещания с начальником генштаба, решил расширить рамки диверсионного рейда спецназовцев, превратив его на втором этапе в широкомасштабную атаку на бейрутские базы палестинских террористов. Даян не сомневался, что глава правительства Голда Меир санкционирует любую акцию, нацеленную на ликвидацию террористов, повинных в кровавом мюнхенском расстреле. Он, естественно, знал, что за несколько месяцев до описываемых событий премьер-министр отдала личное распоряжение шефу «Моссада» любыми средствами отыскать убийц из «Черного сентября» и ликвидировать их всех до единого.

В своих расчетах Даян, как всегда, не ошибся. Стоило только Голде услышать, что одной из целей операции в Бейруте является уничтожение первого заместителя Ясира Арафата – Абу Юсефа, лично спланировавшего нападение на израильских спортсменов на Олимпиаде в Мюнхене, как она сразу дала согласие.

Как и «Моссад», министр обороны полностью поддерживал кандидатуру руководителя операции – командира «Сайерет маткал» Эхуда Барака.

– Я думаю, его парням она вполне по силам, – сказал Даян начальнику генштаба Давиду Элазару.

Прошел месяц, однако Барак, знавший, что тайный рейд спецназовцев в Бейрут утвержден, так и не получил никаких распоряжений. Его это и удивляло, и настораживало. Он просто не мог знать, что в течение всего месяца Даян и Элазар просчитывали возможности расширения спецназовского рейда и превращения его в крупномасштабный удар по другим «целям». В первую очередь, имелась в виду ликвидация руководителей организации Народный фронт освобождения Палестины, штаб которой находился неподалеку от лагеря палестинских беженцев Сабра на юге Бейрута, в районе Вади Шуба.

Эту часть операции Даян возложил на командира батальона НАХАЛа подполковника Амнона Липкина-Шахака.

* * *

Время шло, и операция все больше и больше усложнялась. Поскольку новых распоряжений командиру спецназа больше не поступало, Барак решил вместе с женой отдохнуть в Эйлате. Однако не прошло и двух дней, как на его имя пришло распоряжение срочно явиться в тель-авивскую канцелярию начальника генштаба.

Там Барака ждал Давид Элазар, его заместитель генерал Йона Эфрат по прозвищу «Талик», а также Шакед (армейское прозвище – «Мано»). Последний, едва поздоровавшись, начал излагать свой план проведения операции по физическому устранению лидеров «Черного сентября». По замыслу «Мано», главную задачу должны были выполнить спецназовцы Барака, которых, в свою очередь, будут прикрывать с моря и суши полтора десятка небольших мобильных групп израильских десантников.

– Что скажешь о плане? – спросил Элазар, с самого начала не сводивший глаз с Барака.

– А не много ли народу там будет?

– Что ты имеешь в виду?

– Думаю задание можно выполнить иным путем, – пояснил Барак. – Главное – внезапность и нечто такое, что могло бы ошеломить террористов. Операция должна длиться считанные минуты. А в самой группе должно быть не больше пятнадцати парней.

– Когда ты сможешь представить свой план? – спросил Элазар.

– Если отпустите меня прямо сейчас, то завтра.

– Только учти! – начальник генштаба поднял указательный палец. – Тебе дается право самому выбрать время начала операции и момент атаки.

Наутро план операции лежал на столе Элазара. А еще через час он, приехав к министру обороны вместе с Бараком и Шакедом, представил Даяну план операции и полную развединформацию о концентрации террористических групп и крупных подразделений регулярной ливанской армии и пограничников в районе ее проведения.

– И в этих условиях ты считаешь проведение операции реальным? – спросил министр.

– Мы сделаем все возможное, – коротко ответил Барак.

На этом же совещании запланированная операция получила кодовое название «Весна молодости», которое тут же было внесено в компьютер отдела тайных операций при генштабе ЦАХАЛа.

Бараку название понравилось.

Министр обороны разрешил начальнику генштаба в течение одной ночи нанести атакующие удары по всем целям террористов в Бейруте. Главная цель – штаб организации Народный фронт освобождения Палестины, расположенный в самом центре ливанской столицы. По замыслу генштаба, массированный удар должен был отвлечь ливанские силы безопасности и армию, что позволило бы «коммандос» без особых помех накрыть свою цель.

– Согласие главы правительства получено? – спросил Барак.

– Пока нет, – коротко ответил Даян.

– А она даст разрешение?

– Голда разрешит, – кивнул министр обороны. – Она уже давно ждет такой операции.

Короче, с ней проблем не будет…

Лишь один момент предстоящей акции вызвал спор: каким образом спецназовцы, не привлекая излишнего внимания, доберутся от берега моря к цели. И тогда один из лучших офицеров спецназа Муки Бецер предложил разбить группу «коммандос» на влюбленные парочки. Мужчины высокого роста должны были исполнять роль «ухажеров», а более низкие – женщин.

– У Эхуда лицо юноши, – не без юмора комментировал Бецер. – Именно поэтому он прекрасно подойдет на роль девушки – брюнетки с рыжим отливом…

После совещания у Даяна подразделение Барака приступило к завершающему этапу подготовки. Нужно было раздобыть парики соответствующего цвета. Участники операции по одному являлись в магазин женской одежды на тель-авивской улице Алленби, где покупали «подарки любимым девушкам» – в основном синие жакеты неимоверно больших размеров. Покупка «одежды для великанш» также была идеей Бецера: таким образом, под жакет можно было спрятать побольше ручных гранат и запасных обойм для автоматов.

После долгих колебаний было также решено использовать в операции оригинальные «узи», а не их облегченный мини-вариант, который все еще находился в стадии доработки, и в решающий момент мог подвести «коммандос». Кроме того, каждый из членов группы Барака имел при себе небольшой чемоданчик (про себя спецназовцы называли его «Джймс Бонд»), в котором свободно умещались автоматы для более дальней стрельбы, а также несколько взрывных устройств весом по 250 граммов каждое.

Уже после операции в лондонской газете «Санди таймс» было опубликовано журналистское расследование, согласно которому 1-го апреля 1973 года в отеле «Сандс», расположенном на побережье Бейрута, поселились два иностранных туриста. Один из них предъявил документы на имя бельгийского бизнесмена Жильбера Римбода, прибывшего в ливанскую столицу из Франкфурта-на-Майне рейсовым самолетом авиакомпании «Люфтганза». Второй иностранец по имени Дитер Альтнуцер прилетел в Бейрут тем же рейсом и предъявил на таможенном контроле в аэропорту паспорт гражданина ФРГ.

А спустя еще пять дней в этом же отеле остановились еще три туриста: Эндрю Виджвэй, элегантный аристократ, Шарль Босар и Джордж Эльдар. Все трое прибыли в Бейрут рейсом авиакомпании «Бритиш эрвейз» из Лондона.

Тем же вечером в бейрутском отеле «Атлантик», расположенном в непосредственной близости от домов лидеров «Черного сентября», появился новый постоялец – англичанин по имени Эндрю Мейси. Служащие отеля запомнили непосредственную манеру общения англичанина и его бесконечные расспросы о злачных местах Бейрута, где иностранец может как следует развлечься. Сообщив также, что является страстным любителем плавания, Мейси поинтересовался у администратора температурой воды на средиземноморском побережье и высотой волн.

Согласно журналистскому расследованию, Эндрю Мейси и был руководителем оперативной группы «Моссада», прибывшей в Бейрут за несколько дней до начала операции «Весна молодости». Но никому так и не удалось увидеть эту шестерку вместе…

* * *

Утром 10-го апреля начальник генштаба Давид Элазар провожал группу Барака в ангаре подразделения морских десантников, неподалеку от Хайфы. Для последнего инструктажа участники операции собрались у причала, где их уже поджидали торпедные катера. Элазар внимательно осмотрел каждого из «коммандос», сказал несколько слов о чрезвычайно важности предстоящего задания для страны, о необходимости быть предельно осторожными, после чего сделал паузу и негромко произнес:

– Убейте этих подонков, и возвращайтесь домой с миром!

Командовал операцией бригадный генерал Шакед. По его приказу девять катеров вышли из хайфской акватории и взяли курс на запад. К вечеру торпедные катера примкнули к соединению боевых кораблей израильского ВМФ, а глубокой ночью взяли курс на Бейрут…

На подходе к цели отряд разделился. Торпедные катера «Херев», «Эйлат» и «Машгев», на борту которых находились основные силы спецназа, повернули в сторону бейрутского Побережья голубей, а группы морских «коммандос» остались на месте и начали готовиться к высадке на резиновых лодках.

Примерно около полуночи семь легковых автомобилей, арендованные агентами «Моссада», были припаркованы в разбросанных друг от друга точках Побережья голубей. Тщательно замаскированный моссадовец подал с берега условный знак: машины на месте. Перед этим люди этой секретной службы еще раз проверили обстановку на улице Верден, где жили лидеры Народного фронта. И хотя на первый взгляд ничего не вызывало подозрений, моссадовцы интуитивно чувствовали: что-то изменилось. Припарковав машины на набережной, они обратили внимание на интенсивные передвижения пограничных подразделений ливанской армии.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю