Текст книги "Удивительное знакомство"

Автор книги: Клэр Баркер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц)

13
Радость для двоих

Джеку пришлось признать, что сад выглядит куда менее жутким в лучах яркого утреннего солнца.

Озорная Ведьма пробиралась через дикие разросшиеся кусты, распихивая боярышник, жимолость и вьюнки. Джек шёл позади, держа наготове блокнот и карандаш.

– Не могу дождаться, – тараторила Озорная Ведьма, в её волосах уже было полно колючек. – Это будет самый лучший проект в мире. Давай начнём с перечисления самого важного: деревьев. Первое и самое лучшее: могучий грецкий орех!

Она забралась на дерево и стала прыгать и скакать с ветки на ветку.

– Так, Джек, ты слушаешь? – Она подняла руку, растопырив пальцы, словно морская звезда. – Пять основных фактов о моём дереве:

1) Его латинское название – Juglans regia.

2) Из шелухи орехов получаются великолепные чернила. Это лучшие чернила для заклинаний, они очень волшебные.

3) Ему 157 лет, это самое старое дерево в саду.

4) Грецкие орехи очень полезны для мозга, поэтому я такая мудрая.

5) Грецкие орехи – самые лучшие деревья из всех, а мой орех – самый лучший из всех грецких орехов. Этот факт, факт номер пять. Самый важный факт из всех пяти фактов. Запиши.

Джек смотрел на Озорную Ведьму, занеся карандаш над бумагой. Её тёмная одежда почти идеально сливалась с корой и мхом. Она была здесь на своём истинном месте, дикая, словно птица.

– Ты постоянно там живёшь, Озорная Ведьма? Не мокнешь, когда идёт дождь?

Она поднесла к глазам бинокль.

– Дождь полезен для здоровья.

– А зимой как? Ты разве не мёрзнешь?

– Холод тоже полезен. Ты спросишь что-нибудь о моём дереве?

– Хорошо. Как долго ты живёшь на этом дереве?

– Так, давай подумаем… – беспечно ответила она, взмахнув веткой. – Дольше, чем кротовий нос, короче, чем слоновий бивень.

А потом она без предупреждения спрыгнула с дерева и побежала в заросли ежевики. Джек крикнул ей вслед:

– Озорная Ведьма… ой… колючие какие… а-а-ай… но почему ты живёшь в моём саду? Ай!

– Я живу в МОЁМ саду, – послышался из зарослей голос Озорной Ведьмы, – потому что это самое лучшее место на свете. Я-то думала, что это просто, как нос у тебя на лице. А теперь иди сюда и посмотри на мои сокровища. – Озорная Ведьма вытащила из кустов скамейку. – На ней однажды сидела настоящая герцогиня. Скамейка шатается, потому что у герцогини был очень большой зад, но это разве не самая особенная скамейка из всех, что ты когда-либо видел?

Джек скептически посмотрел на прогнившие доски и ржавчину.

– А вот тут, – продолжила Озорная Ведьма, показывая на остатки оранжереи, – растут сочные ананасы и персики.

Джек честно поискал хоть какие-то признаки фруктов, но увидел лишь колючие кусты и крапиву.

Обойдя оранжерею сзади, Джек наткнулся на пару каменных павлинов в натуральную величину. Они лежали набоку, со сколотыми крыльями и сломанными клювами.

– Они мне нравятся, – сказал он, снимая с них полоску мха. – Жаль, что они настолько старые. Готов поспорить, они очень впечатляюще выглядели, когда были новыми.

– Новыми? – Озорная Ведьма склонила голову, словно ей было незнакомо это слово. Потом она закрыла глаза и стала напевать:

 
Ветер и дождик,
Враг и друг,
Камень и перья,
Все живы вокруг!
 

Каменные павлины стали раскачиваться из стороны в сторону, пока не встали прямо. Их цвет менялся: вместо тусклого гранитно-серого они стали яркими, сине-зелёными. Джек с отвисшей челюстью смотрел, как они расправляют калейдоскопические хвосты, устремляя на него взгляд сотен ярких «глаз». Словно королевские особы, павлины медленно, степенно пошли прочь, а их величественные перья ослепительно блестели на солнце.

Джек ахнул от изумления.

– Как ты это сделала?

Озорная Ведьма пожала плечами, словно ответ был очевиден.

– Просто Древняя Магия. Это ещё что! Смотри сюда.

Она сунула в рот два пальца и издала пронзительный свист. С неба тут же спикировала птица пустельга и села на землю перед ними.

Озорная Ведьма вежливо поклонилась и сказала:

– Доброе утро, Кеннет.

А потом ведьма встала на цыпочки и начала вертеться, всё быстрее и быстрее. Она крутилась, словно вихрь, и становилась всё меньше и меньше, мельче и мельче, пока не стала размером с полевую мышь. Она запрыгнула на спину пустельге и схватилась за перья.

– На верхушку дерева, пожалуйста! – пискнула она, сжав колени в полосатых гетрах, и они полетели вверх, вверх, вверх в небо, оставив Джека на земле, далеко внизу. Прежде чем Джек успел сказать «правила безопасности», она уже вернулась и приняла прежние размеры; в руках она держала идеальную сосновую шишку для проекта.

– Это было НЕВЕРОЯТНО, – засмеялся Джек, не веря глазам. – Лучшее, что я когда-либо видел в жизни!

Озорная Ведьма отряхнулась и отдала Джеку шишку на хранение.

– Да, но довольно рискованно. Иногда Кеннет относится к маленьким существам со слишком большой любовью, если ты понимаешь, о чём я. Ладно, пойдём смотреть солнечные часы…

В то утро Джек и Озорная Ведьма были заняты больше, чем самые занятые пчёлы: ходили туда-сюда по освещённому ярким солнцем саду, собирая информацию. Они измерили уровень дождевой воды в ржавом жестяном ведре и нашли внутри четыре разных вида водяных жуков. Они подсчитывали пятна на крыльях божьих коровок, вносили в каталог мотыльков и бабочек и смазывали соком мягких листьев щавеля ожоги от крапивы. Они тщательно описывали семена, собирали листья и зарисовывали мокриц. Озорная Ведьма и Джек работали вместе, разные, но в то же время одинаковые, две стороны одной монеты, которая катилась вперёд. Они были королём и королевой сада и могли делать всё, что захотят. Они прыгали, лазали, расплёскивали лужи, смеялись и играли в прятки.

* * *

Когда настало время обедать, они оба залезли на ореховое дерево. Джек открыл коробку с едой и извлёк оттуда большой бумажный пакет с кексами. Они сели вместе на ветке, словно пара голубков, и стали обмениваться секретами.

– У белок очень щекотные коленки, – шепнула Озорная Ведьма.

– У меня столько школьных медалей, что, пока я их все отполирую, руки начинают болеть, – признался Джек.

– От одуванчиков я чихаю, – сказала Озорная Ведьма.

– А я люблю лакричные шнурки, – ответил Джек.

– Я однажды заставила кошку лаять целую неделю, – сказала Озорная Ведьма.

– Это же замечательно! – широко улыбаясь, воскликнул Джек. На первый взгляд могло показаться, что он говорит о проекте, но на самом деле он имел в виду нечто другое: лучшие друзья – это в самом деле здорово. Куда лучше, чем играть одному; играть с другом – это счастье в квадрате. – Мне тут очень нравится! – крикнул он, воздев руки к небу. – Это самое лучшее в мире дерево!

– Я же говорила, – сказала Озорная Ведьма, присев рядом с ним на ветке. Грязной рукой она бросила в рот горстку орехов и разжевала их целиком, прямо со скорлупой.

* * *

Время пролетело стремительно, и за неделю Джек собрал огромную папку с информацией. Каждая заметка по проекту «Грачиный сад» была проиндексирована и поставлена в алфавитном порядке, с графиками, круговыми диаграммами и подробными описаниями флоры и фауны. Джек израсходовал целую упаковку маркеров для выделения цветом, а линейкой и транспортиром никогда ещё не пользовался так активно.

Озорную Ведьму не особенно интересовал собственно процесс написания, но Джек был только рад этим заняться; более того, он решил, что так будет лучше. Сдавая законченный доклад, Джек втайне надеялся, что из него сделают справочник. А ещё Джек решил, что дружба с Озорной Ведьмой наконец-то вышла на совершенно новый уровень. Они идеальные партнёры; у неё есть магия, а он внимателен к деталям и порядку.

Утром в понедельник профессор Брайт стоял у стола, положив руку на стопку папок с проектами, и готовился объявить победителей. Джек посмотрел на Тамсин и Викторию – те были очень уверены в себе. Потом он глянул на Озорную Ведьму – она щекотала нос пёрышком, и Джек не смог не улыбнуться. Все остальные ученики в классе тоже улыбались, их галстуки были слегка набекрень, комната полнилась смехом. Одним своим присутствием Озорная Ведьма делала школу ярче. «Поверить не могу, что я так на неё злился, – подумал он. – Кажется, мы дружим уже целую вечность».

Глаза Джека блестели от ожидания; он снова и снова рассматривал стопку проектов на столе. Он положил их проект в красную папку, так что её должно быть хорошо видно.

– Как странно – я его не вижу, – шепнул он Озорной Ведьме, вытянув шею. – А ты?

– О, проект там, – беспечно ответила она, – просто уже не в этой дурацкой красной папке.

У Джека ёкнуло сердце, и хорошее настроение сразу куда-то исчезло.

– Ты о чём?

– Он был неправильный, так что я его поменяла.

Джек повернулся и уставился на неё. Он знал, что в кризисные моменты нужно сохранять спокойствие.

– Но я же работал над ним много часов. Что значит «ты его поменяла»?

– Ну, видишь ли, – терпеливо объяснила она, – под конец это вообще никак не напоминало сад, правильно? Там слишком много циферок, это показалось неправильным, и сад со мной согласился. Так что вчера ночью я сделала другой проект, получше.

Она громко чихнула, и одно из её пёрышек улетело.

Прежде чем Джек успел ответить, профессор Брайт вытащил из стопки огромный лист бумаги и развернул его, чтобы весь класс увидел. Вместо аккуратного списка деревьев, кустов и животных, который так тщательно составлял Джек, профессор держал в руках потрёпанную карту сада Грачиных Высот, нарисованную коричневыми чернилами и покрытую кляксами. В центре располагалось большое дерево, которое облепили со всех сторон птицы. Чтобы лишний раз это подчеркнуть, рядом было написано: «СЛИШКОМ МНОГО ПТЫЦ». Большие области карты были обозначены как «Жгучки», «Колючки» и «Хлюпалки», а один куст в дальнем углу обозначался ещё проще: «ОПАСНО». Ещё на карте было несколько растений, о которых Джек и не слышал никогда, – они были описаны как «палезна при боли и ламоте». Стрелка, указывающая куда-то за сарай, предназначенный для рассады, была подписана «ГРАЗАВОЙ ЗВЕРЬ». Все латинские названия растений были зачёркнуты, и их сменили имена вроде «Кукушкин хлеб» или «Любят черепахи». Помимо всего прочего, на карте содержался рецепт чернил из грецкого ореха, насекомые на тонких ножках несли транспарант с надписью: «Гостиницу НЕМЕДЛЕННО», а целая область была подписана «САКРОВИЩА» – там хранились бутылки из-под молока и наклейки от фруктов. Внизу было изображение маленькой Озорной Ведьмы, которая грозила кулаком свирепой на вид пустельге, с простой подписью: «НЕ ЕШ МИНЯ КЕННЕТ».

У Джека не было слов.

– Что ты натворила? – зашипел он. – Тут всё беспорядочно… и… и… глупо и ненаучно! Ему ни за что не понравится! – Джек сокрушённо покачал головой: – Это очень, очень плохо.

– Это, – просиял профессор Брайт, посмотрев на карту, – очень, очень хорошо. Более того, я даже сказал бы, что здесь видны проблески творческого гения. – Он поднял карту повыше, чтобы её увидели все. – Не считая орфографических ошибок, авторы последовали нашему совету и создали нечто оригинальное, творческое, в экологическом духе. Профессор Бансен предпочёл проект Виктории и Тамсин под названием «Экология канавы на игровой площадке», но я и директриса Силк с ним не согласились. Перед вами именно такая работа, которой мы ожидаем от необычайно одарённых учеников, и это отличный пример того, как Искусство и Природа работают вместе в идеальной гармонии. Так что без лишнего шума я с радостью объявляю, что победителями с этим потрясающим проектом стали Озорная Ведьма и Джек! Пожалуйста, пройдите к столу и получите приз.

Все хлопали в ладоши и радостно кричали – все, кроме Виктории, которая свирепо смотрела на бедную Тамсин.

Профессор Брайт вручил Озорной Ведьме приз – гостиницу для насекомых, а когда он прикрепил к её карте золотую звезду, она чуть не лопнула от гордости. Все хлопали, говорили, как это замечательно и как Джеку повезло, что у него такая весёлая, умная, творческая подруга. Джек, улыбаясь сквозь зубы, так крепко схватился за спинку стула, что у него даже костяшки пальцев побелели.

14
Кружкодурные горести

Джек понял, что поторопился с выводами. Стало совершенно очевидно, что дружба с ведьмой не приносит ничего, кроме проблем. Доказательства этого он записывал в дневнике:

Вторник: отвратительный день. Открыл свой шкафчик, и оттуда на пол вывалились сотни лакричных шнурков. К дверце прикреплена записка:

«Падарак от Озорной Ведьмы

P.S. Я не сваравала всю локритцу из кандитирской для тибя.

P.P.S. Это ЛОЖЬ!»

Попытался убрать всё обратно, но за этим меня застал профессор Бансен. Взыскание.

Среда: плохой день. Озорная Ведьма засунула в парту Виктории кучу тритонов. Все смеялись (кроме Виктории, которая орала на весь класс). У меня были проблемы из-за «неподобающего использования земноводных».

Четверг: ужасный день. Озорная Ведьма сказала, что очень извиняется за тритонов, так что сделала «кое-что, чтобы меня развеселить». Школьная библиотекарша была разъярена, обнаружив, что моё имя написано во всех книгах. Взыскание за вандализм.

Пятница: катастрофический день. Озорная Ведьма залезла на скользкую крышу, чтобы потанцевать с сороками. Вся школа смотрела и аплодировала ей. Попытался остановить её, но профессор Бансен увидел, как я лезу по водосточной трубе. Получил взыскание за опасное поведение. ЭТО НЕЧЕСТНО.

Суббота: прятался в комнате, задёрнув шторы, а Озорная Ведьма кидалась в моё окно грецкими орехами. Может быть, следующая неделя будет получше.

* * *

Но время шло, а дела лишь ухудшались. Джек заметил, что все учителя стали как-то странно на него смотреть. Когда он вызывался выполнить какое-нибудь поручение, ему отвечали «нет, спасибо» или просто начинали нервно смеяться. Его больше не просили отнести классный журнал в учительскую, не назначали наблюдателем в классе и ругали за малейшие ошибки. Вместо золотых звёздочек напротив его имени теперь стояли только чёрные метки. Он каким-то образом (и, очевидно, не по своей вине) превратился в одного из «плохих мальчиков».

А вот Озорная Ведьма была популярна, как никогда. Она организовала «Клуб любителей природы» с членскими значками из ореховой скорлупы, собиравшийся в обеденное время, и рассказывала там весёлые истории о птицах. И эти истории всем нравились. Она выполняла «невероятные» магические трюки, от которых все ахали и аплодировали. Некоторые девочки даже перестали причёсывать волосы и начали совать в них кусочки лишайника и перья, подражая ей. Профессор Бансен вручил ей Кубок Отличника, который можно было забрать домой до конца четверти, а приглашения на дни рождения сыпались на её парту буквально ежедневно. Все хотели дружить с забавной маленькой девочкой в костюме ведьмы. Ей было хорошо, как никогда, и даже обдуривать никого не требовалось. А вот «гадкого» Джека любили примерно так же, как корь.

Однажды вечером они шли домой вместе. Джек шаркал ногами по тротуару, засунув руки глубоко в карманы и опустив голову. Озорная Ведьма весело прыгала рядом, вспоминая, как профессор Брайт рассмеялся над её уморительной шуткой о белке, и тут она впервые заметила, как же ужасно выглядит Джек.

– Что с тобой не так? – спросила она. – У тебя лицо, как у мокрой пикши.

Джек остановился у ворот Грачиных Высот. Резко повернувшись на каблуках, он посмотрел ей в глаза.

– Что со мной не так? – Он ушам своим не верил. – Хорошая же ты подруга! Ты действительно не понимаешь? КОЕ-КТО постоянно втаскивает меня в переделки!

Озорная Ведьма подняла брови, потом нахмурилась.

– О нет. Нет-нет. – Она достала Грюм, облизнула грязный палец и начала листать книгу. Стайка птиц на живой изгороди оживлённо щебетала. – О, да. Тут говорится, что это может быть работа злобного кружкодурного ветра, – сказала она, поднимая голову. – Или неуклюжины. Или, может быть, даже подломерзости!

– Ха-ха. Очень смешно. – Джек открыл ворота и поплёлся к дому; он слишком устал, чтобы спорить.

– Не унывай, Джек! – крикнула вслед Озорная Ведьма, размахивая книгой заклинаний. – Друзья приглядывают друг за другом. Точно тебе говорю. Озорная Ведьма во всём разберётся, не бойся!

Джек нахмурился и захлопнул входную дверь. С такими друзьями, как Озорная Ведьма, и враги не нужны.

15
Похищение кота

Джек не смог толком заснуть ночью, он ворочался и метался, его мучили кошмары об Озорной Ведьме и всех связанных с ней проблемах.

– Почему я вообще подумал, что дружить с ведьмой – хорошая идея? – бормотал он; в голове его крутились сомнения. – Неудивительно, что люди старались держаться от них подальше. Должно быть, я с ума сошёл.

К тому времени, как над садом поднялось утреннее солнце, Джек принял решение. С него хватит, он больше не хочет с ней дружить. Он перепробовал всё, что советовали в книгах: он был терпеливым, внимательным, слушал её, делился с ней, – но дружить с ведьмой слишком тяжело. Он был сыт всем этим по горло, в школе его никто не любил, а такими темпами его вообще могут исключить.

Джек собрал в кулак всю свою храбрость. Он скажет ей всё прямо в глаза, а если ей что-то не понравится – ну, извините. Он встал и вышел в сад, чтобы найти её, но на большом дереве никого не было. С немалым облегчением Джек побежал в школу один.

* * *

Когда он вошёл, в классе царили шум и суета.

– Что происходит? – спросил Джек, оглядываясь.

Все рисовали фломастерами плакаты.

– Ньютон! – ответил Аамир, его глаза драматично блеснули. – Он исчез – мы не знаем, УКРАЛИ его или он сам куда-то сбежал.

Острый ум Джека тут же заработал, он начал обдумывать полученные сведения. Ньютон был очень жирным котом, так что вряд ли мог куда-то убежать. Собственно, он никогда за всю жизнь не уходил со школьной игровой площадки – с тех самых пор, как был маленьким котёнком. Должно быть, его украли.

– Бедный Ньютон! – сказал Джек. – Это в самом деле ужасно.

По крайней мере, хоть на этот раз Джека ни в чём обвинить было нельзя, так что он одновременно почувствовал облегчение, стыд и большую радость.

К его парте подошла Виктория, её глаза были хитрыми, как у лисы.

– А где эта девчонка-ведьма? Готова поспорить, за всем этим стоит она, – сказала Виктория.

– Ты о чём?

– Ну, ты же знаешь, – подмигнула она, – ведьмы, мётлы и… ну… кошки?

Несмотря ни на что, Джек всё равно решил заступиться за Озорную Ведьму. Она, конечно, доставила ему немало трудностей, но Виктории он в этом признаваться не собирался.

– Не глупи, Виктория. Я же говорил: она просто притворяется ведьмой, а метлы у неё вообще нет. А если бы ты была с ней поближе знакома, то знала бы, что ей кошки и не нравятся вовсе.

Виктория ушла, и Джек тут же принялся за работу. Он составил подробную таблицу, записав все возможные варианты и подсчитав вероятность того, что Ньютона найдут. Джек собрал поисковую группу, и они вместе развесили объявления на фонарных столбах и стенах, обыскали всю школу в поисках улик – хотя бы клочка оранжевой шерсти, отпечатка лапы или следов борьбы с применением когтей.

Но, несмотря на такую прилежную работу, Ньютона так и не нашли.

– Кто-то наверняка его видел, – настаивал Джек. – Какая таинственная загадка!

Хотя Джек ещё и не раскрыл дело, впервые за довольно долгое время он был очень доволен собой, потому что, когда Озорная Ведьма не мутила воду, ему удавалось работать просто отлично.

Незадолго до обеда в класс заглянула директриса Силк:

– Простите, профессор Брайт, я бы хотела поговорить с Джеком в моём кабинете.

Джек резко выпрямился на стуле. К директору в школе Святой Иммакулаты вызывали только в двух случаях: если ты сделал что-то очень хорошее или что-то очень плохое. Он тревожно оглядел класс – не вернулась ли Озорная Ведьма? – но её не было, так что тревога сразу же улетучилась.

Шагая по коридору вслед за директрисой, он думал, что, должно быть, она заметила его усилия, приложенные для расследования, и хочет его поздравить. В конце концов, для такого трудного дела требуется вся возможная тщательность. Он больше не пытался перевоспитать ведьму, так что, может быть, когда вырастет, он станет детективом – может быть, даже главой Скотленд-Ярда? Ему было намного веселее, чем с утра, практически так же весело, как раньше. «Как всё могут изменить всего несколько часов», – подумал Джек.

Директриса открыла дверь кабинета, и внутри его ждал сюрприз: ворчащий рыжий кот, сидевший на руках раздражённого полицейского.

– Ньютон! – радостно воскликнул Джек. – Вот ты где! Какая замечательная новость! Эти плакаты сработали быстрее, чем я думал. Где ты был?

Джек улыбался всё шире и шире, но потом заметил, что, кроме него, не улыбается больше никто.

– Пожалуйста, присядь, Джек, – сказала директриса Силк.

Джек послушался, и она протянула ему письмо. Увидев знакомые каракули, Джек похолодел.

Я, Джэк

(лучшейший друг Озорной Ведьмы),

торжественно заявляю, что

Кот паимини НьЮТыН

ужосающий НАРУШЫТИЛЬ СПАКОЙСТВЕЯ,

МИШОК С БЛОХАМИ, ЯБЕДА И ШПИЁН.

Я арестовал его и доставляю

его вам,

чтобы вы бросили его в ТУРМУ на сто лет.

Потпесь: Джэк Дор

Джек изумлённо заморгал:

– Но… но… я этого не писал! Поверьте мне! Это же не мой почерк… я даже имя своё так не пишу!

Директриса покачала головой, явно недовольная.

– Хотелось бы мне в это поверить, Джек, но давай посмотрим на твоё поведение в последнее время. – Она поправила очки на кончике носа и открыла папку. – Запер профессора Бансена в подсобном помещении кабинета естественных наук. Взорвал кулинарный класс. Вандализм, неподобающее использование земноводных, опасное поведение, воровство… а теперь ещё и похищение животных. Ложь лишь окончательно испортит дело. – Она посмотрела на него поверх очков: – Ты меня разочаровал.

Джек весь сжался, услышав слово на букву «Р».

– Молодой человек, – добавил полицейский, – у меня нет времени арестовывать котов. Мы должны ловить преступников-людей.

На его форме было столько рыжей шерсти, что хватило бы сшить целое пончо.

Джек попытался сосредоточиться, но его внимание отвлекала чёрная остроконечная шляпа, которая подпрыгивала за окном. Ньютон тоже её заметил, подпрыгнул и зашипел.

– Боюсь, Джек, – продолжила миссис Силк, – мы не можем терпеть такого поведения в школе Святой Иммакулаты. Мы – школа, где ценится великолепное, а не плохое поведение. Таким образом, я могу лишь порекомендовать… исключить тебя.

– Нет! – Джек вскочил на ноги, его глаза щипало от слёз. Этого не может быть; это уже слишком! Исключён из Школы для одарённых детей имени Святой Иммакулаты? Его мир рухнет! Одна мысль о том, что его снова отправят в прежнюю школу, наполняла ужасом. – Пожалуйста, нет, миссис Силк, – застонал он, хватаясь за свой красный пиджак. – Я… я могу объяснить!

Но Джек знал, что на самом деле ничего не может объяснить, так что просто взмолился:

– Прошу вас, я обещаю, что больше ничего подобного не произойдёт. Я сделаю всё… пожалуйста, дайте мне ещё один шанс! Произошла ужасная ошибка. Я не подведу вас. Поверьте мне. Пожалуйста.

Директриса окинула его хмурым долгим взглядом, и в конце концов её лицо слегка смягчилось.

– Я вижу, ты действительно раскаиваешься, и, должна признать, у нас были на тебя очень большие надежды. Твои оценки, благодаря которым ты заслужил стипендию, были среди самых высоких за всю историю школы. – Она достала из ящика листовку и положила её на стол перед Джеком. – Я дам тебе последний шанс, доверю большую задачу, чтобы ты доказал, что достоин учиться в нашей школе.

Джек взял листовку в руки.

25-й Межшкольный чемпионат по эрудиции в честь окончания четверти.

Запись открыта

Директриса Силк взяла его за руку и отвела к двери.

– Собери команду победителей. – Она показала на календарь: – У тебя две недели, чтобы подготовиться и доказать мне, что ты – из тех учеников, которыми может гордиться школа Святой Иммакулаты. Принеси победный кубок сюда, где ему самое место, Джек. Или…

Дверь закрылась за ним с громким щелчком.

Сердце Джека запрыгало в груди. Конечно же, он знал о чемпионате! Школа Святой Иммакулаты выставляла команду каждый год, с самого учреждения этого чемпионата двадцать пять лет назад – то было ярчайшее событие учебного года. А ещё он знал, что в школьном шкафчике стоят двадцать четыре трофея победителей. В школе училось столько одарённых детей, что приглашение участвовать в этом чемпионате было величайшей честью, и на команду возлагалась огромная ответственность. Стать капитаном команды – это настоящая сбывшаяся мечта. Джеку показалось, словно он сбежал из пасти акулы и каким-то образом сразу оказался в море прекрасного шоколада.

Он поднял глаза и увидел, что из-за угла в конце коридора выглядывает Озорная Ведьма, показывая ему два больших пальца. Джеку хотелось одновременно задушить её и обнять.

– Жаль, что они вернули Ньютона, но он усвоил урок, как тот тёмный колдун, – как ни в чём не бывало сказала Озорная Ведьма, пока они шли обратно в класс. – Как только ты сказал, что кто-то постоянно втаскивает тебя в переделки, я сразу поняла, что ты имел в виду этого кота. Ещё в первый учебный день я сказала себе: «Озорная Ведьма, этот рыжий котяра – шпион и предатель». Ты знаешь, что кошки едят птиц? Вот так, прямо ЕДЯТ своими мордами! Говорю тебе, он гадкий злобияка, и об этом все знают. – Она подмигнула ему: – Не слышала, что там происходило внутри, но я хотела, чтобы все подумали, что это твоя идея, так что я поступила очень умно и оставила записку. Мозги, понимаешь? – Она постучала пальцем по голове. – Да ладно, можешь меня не благодарить. Я не из тех друзей, которые рядом, только когда всё хорошо. Я буду с тобой рядом и в солнце, и в стужу, Джек.

Джек посмотрел на её радостное, гордое лицо. Как он мог сказать ей, что больше не хочет с ней дружить? Слова застряли у него в горле, словно рыбья кость. Дружба оказалась намного сложнее, чем говорилось в книгах.

Он восхищался тем, как Озорная Ведьма выходит сухой из воды в любой ситуации – это настоящий дар. Она была одновременно кислой и вкусной, как солёный огурец. Тем не менее благодаря ей Джек получил новый шанс прославиться. Нужно лишь оставить в тайне новость о чемпионате чуть подольше.

* * *

Профессор Брайт ждал их у дверей класса, широко улыбаясь.

– Поздравляю, – сказал он, энергично пожимая Джеку руку. – Замечательный поворот. – Он посмотрел на учеников. – Слушайте все: Джек станет новым капитаном команды в чемпионате по эрудиции!

Все поднялись с мест и зааплодировали Джеку.

– Хорошие новости разлетаются быстро, – подмигнул ему профессор Брайт. – Не подведи нас. Собрать правильную команду – сложная задача.

Глаза Озорной Ведьмы заблестели от волнения, и она радостно захлопала в ладоши.

– Команду? Для шурудиции? Джек, почему ты ничего не сказал? Это отличная новость: у меня просто замечательная шурудиция. Я много всего знаю. Я умею гипнотизировать ежей и знаю, сколько птиц может поместиться на крышке мусорного бака. Я даже умею играть на флейте носом.

Джек заскрежетал зубами и вежливо улыбнулся. Ему нужен план, и на этот раз в нём не должно быть никаких ведьм.