Текст книги "Выбор Клинка (СИ)"

Автор книги: Кирилл Корзун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

– Елена?!

Глава 9 Поиск Дракона

***

В пустующем загородном доме невдалеке от Сибирска безраздельно царила ватная, насквозь пропитанная ожиданием тишина. Не скрипели старые паркетные половицы, не стонали натужно массивные дверные петли из позеленевшей от времени меди, не хлопали и не дребезжали стёклами плотно прикрытые окна – особняк казался покинутым и безжизненным, что подтверждали наметённые вокруг него сугробы и заснеженные тропинки. Лишь одно-единственное окошко на третьем этаже подавало признаки жизни и периодически едва заметно мерцало призрачными бледно-синеватыми отсветами…

После очередной бесплодной попытки заснуть Дэй-младший Луэн уже привычными действиями переключил систему наблюдения на свой ноутбук – в последние пару дней видео из камеры с пленницами составляло единственное его развлечение. Испытывая странное чувство стыда, он наблюдал за ними и размышлял над увиденным, каждый раз извлекая из него крупицы информации и делая определённые выводы.

Совместные злоключения и страдания способны объединить даже самых непримиримых соперников – самая сильная эмоциональная предвзятость со временем уступает холодному голосу разума во имя общей цели. Заложницы Луэна не стали исключением из правил и что-то задумали.

Бесстрастный зрачок камеры видеонаблюдения бесшумно сфокусировался на самой привлекательной из пленниц, склонившейся над спящей Мэйли – Наташа как раз завершала выплетать над девушкой замудрённое покрывало исцеляющей "техники". Дэй невольно причмокнул губами, любуясь изысканной красотой учительницы, достойной занять лучшее место среди его наложниц. Но её характер…

– Не стоит оно того. Не хочу однажды не проснуться из-за преждевременного инфаркта. – сказал он сам себе вслух, отгоняя излишне фривольные мысли о чересчур сексуальном теле блондинки, – О чём же вы говорите, раз так старательно шепчете?

Подстёгиваемый любопытством, Дэй настроил микрофоны системы наблюдения, приготовившись присовокупить к уже имеющимся сведениям ещё одну капельку информации…

Золотистая сетка линий целительской «техники» слегка подрагивала, излучая мягкое золотистое свечение – растянутая в воздухе над телом спящей Мэйли, она практически полностью повторяла основные энергоканалы девушки, позволяя Наталье правильно диагностировать процессы и изменения в организме пострадавшей. Целительница сосредоточенно «слушала» свою пациентку, маленькими порциями насыщая её энергетику своей жизненной силой. На её лбу выступили бисеринки пота, лицо осунулось, под глазами появились первые признаки намечающихся тёмных кругов, но тонкие пальцы по-прежнему уверенно касались растянутых над Мэйли «струн Силы».

– Она не станет нам помогать. – тихонько прошептала Алекса, усаживаясь рядом с Наташей, – Лучше побереги силы. Иначе в решающий момент…

– С ролью чертёнка на плече ты справляешься бесподобно. – отрывисто произнесла блондинка, впрочем, не демонстрируя неудовольствия. Наоборот, её весьма забавляло поведение сокамерницы. – Настоятельно рекомендую вернуться в постель и не тратить силы. Прибереги их до решающего момента.

Отплатив Бладштайнер той же монетой, Наташа удовлетворённо выдохнула и вновь сосредоточилась на лечении. Синхронным движением кистей она опустила сформированную из светящихся линий конструкцию на тело спящей. Активация второго слоя "техники" в реальном мире прошла практически бесследно, но вот на энергетическом плане, Мэйли стала излучать свечение очень широкого спектра, от которого целительница болезненно сощурилась и вынужденно отвернулась.

– Сильная девочка. Выживет, хоть и не сохранит прежнюю красоту. – задумчиво произнесла она, устало прошлась по камере, разминая затёкшие ноги и массируя пульсирующие болью виски. – Алекса, прекрати сверлить меня взглядом! Пойми, я помогаю ей потому что могу помочь, а не из-за каких-то проблем с психикой. Не станет помогать и чёрт с ней, сами как-нибудь разберёмся! Но и бросить её в таком состоянии я не могу!

– Жалость. – сделала своё заключение её собеседница, успевшая вернуться на свою койку в углу камеры и закутавшаяся в линялое шерстяное одеяло. – Мэйли нас не пожалела. Впрочем, неудивительно, ведь ревность не знает пощады…

– Поэтому ты так к ней строга? Прошу, избавь меня от россказней о праведной мести. Видишь в ней соперницу?

– В этой малолетней дуре? Помилуй, Наташ, это несерьёзно! – голос Алексы буквально излучал скепсис, но вот её поведение говорило об обратном. Капитан резко села на своей постели и с вызовом посмотрела на заулыбавшуюся учительницу: – Делать мне нечего. По твоей логике мне и тебя стоит рассматривать как соперницу?!

– Никак не могу взять в толк: ЧТО именно мы все нашли в одном парне? Эта симпатия не кажется тебе странной? – вдруг сменив тему разговора, спросила Наташа, прохаживаясь по камере и зябко ёжась. Отопление узилища плохо справлялось с лютующей за стенами зимней стужей и по ночам девушка часто мёрзла.

Алекса некоторое время никак не реагировала и сидела молча, обнимая колени и прикрыв глаза. Её разум в этот момент дисциплинированно искал ответ на вопрос подруги, по несчастью. Искал и не находил.

– Чувства нелогичны, – как-то излишне спокойно произнесла она, стряхнув с себя задумчивое оцепенение, – Есть в нём нечто особенное и непонятное...

– Вот-вот! – многозначительно изрекла Наташа, усаживаясь на постель рядом с Алексой и разделяя с ней предложенное одеяло, – Поверь, я насмотрелась на молодых аристо. И дело вовсе не в том, что он – иностранец…

Плечом к плечу, согревая друг друга в холодную ночь, они ещё долго говорили о разном. О юноше, что с одинаковой лёгкостью вскружил им головы и непонятным образом занимал теперь их мысли. О потаённых желаниях – порой сумасшедших и невозможных, но от того только более притягательных, как и полагается всему, что имеет привкус запрета. О том, как избавиться от томящей неизвестности и выбраться из плена...

Их разговор продолжался практически до рассвета, пока девушек наконец не сморил подкравшийся сон. И только тогда, Мэйли Во Шин Во, слышавшая весь разговор, от первого до последнего слова, позволила себе расплакаться. Тихо, едва слышно всхлипывая и сожалея о том, что успела натворить...

Дэй-младший Луэн устало растёр виски и захлопнул ноутбук, откладывая его в сторону. Растянувшись на кожаном диване в кабинете Мэйли, он расстроенно подводил итоги очередного сеанса. Подслушанный план побега не предвещал никакой опасности, а женские терзания его нисколько не интересовали, скорее наоборот, придавали всему происходящему нотки излишней драматичности, навевающей на китайца тоску.

– Ох уж эти русские… И откуда у них такая тяга к страданиям по пустым поводам? – непонимающе покачав головой, наёмник смежил веки и, уже проваливаясь в забытьё, сонно пробормотал: – Поспеши, принц, поспеши. А то я тут скоро сдохну от скуки…

***

Искусству торопиться медленно меня обучали с самого детства. Самурай не должен совершать поспешных поступков. Впрочем, он не имеет и права медлить. Парадоксальность одной из заповедей Пути Воина, как ни странно, нисколько не мешает, а формирует определённый тип мышления. Основанный не только на логических умозаключениях и следовании догмам, но и на интуиции, он позволяет принимать неожиданные и странные решения, сомневаться в эффективности которых вполне нормально... Если ты не самурай.

– Ты уверен, что сейчас время для подобного? – опасливо поинтересовался Алексей, выруливая с парковки на проезжую часть улицы и нетерпеливым клаксоном подгоняя зазевавшегося пешехода, – Провести ритуал поиска я могу в ближайшее время. Но нам необходимо вернуться в общежитие, потому что все мои инструменты именно там. Не имею привычки таскать это барахло с собой.

– Сомневаюсь, что нам дадут необходимое для этого время. Как бы сам ректор с визитом вежливости не пожаловал. – решительно тряхнув головой, я вновь повторил столь удивившую старосту просьбу: – Ты ведь знаешь то место, где всё произошло? Отвези меня туда. А дальше посмотрим…

– Как прикажете, Ваша Светлость, – ворчливо откликнулся Лёха, залихватски выворачивая руль и вдавливая педаль газа в пол, – Я успел кое с кем перемолвиться, пока ты гостил у князя. С каких новостей начать? Ассортимент невелик, но выбор всё-таки имеется.

– Что-нибудь реально важное есть? – отстранённо поинтересовался я, глядя в окно и думая о недавних превратностях судьбы, – Или ты порадуешь меня какой-нибудь незначительной фигнёй, которая не прибавит новых проблем?

На самом деле мне хотелось узнать последние новости княжества и Империи в целом, вот только внутреннее чутьё подсказывало – ничего хорошего меня не ждёт. Как же я тогда желал ошибаться!

– Пропала наша дражайшая Наталья свет Александровна. А поскольку даже в ИСБ порой случаются странные утечки информации, то теперь вся Школа, а вместе с ней, и половина высшего света княжества уже несколько дней судачит о судьбе бедняжки, похищенной вместе с капитаном Бладштайнер. – ровным голосом произнёс Алексей, уверенно управляя новёхоньким "Веларом", приобретённым взамен погибшего.

Внедорожник довольно урчал басовитым движком, на высокой скорости перестраиваясь из одной полосы в другую и презрительно фырча тем, кого мой друг оставлял позади. К счастью, даже вечернее движение на дорогах Сибирска нельзя назвать хоть сколько-нибудь плотным.

– Blyat! – ругнулся я, в сердцах зарядив кулаком по торпедо. Выполненная британцами панель протестующе заскрипела, но удар выдержала с истинно англо-саксонской невозмутимостью. – Её туда как занесло?!

– А вот сие – есть тайна, покрытая мраком. Разве что наши однокашники чрезмерно разошлись в своих фантазиях на эту тему. По одной из довольно популярных версий, тщательно муссируемой в парочке светских салонов, вскользь упоминается некий молодой хан. Никакой конкретики, но тебе припомнили всё. И ваши индивидуальные занятия с Натальей Александровной, и оба нападения китайцев, и роман с Бладштайнер, – столь же спокойно продолжил он, разве что покосился неодобрительно, выражая своё отношение к невольному акту вандализма.

– Слишком уж притянуто за уши, – недоверчиво возразил я, – Одни домыслы. Не думаю, что…

– Муж Натальи Александровны тоже предпочитает не думать, – тут же перебил меня друг, – Раздувать скандал он не собирается, но, боюсь, нашу преподавательницу ждёт неприятная процедура развода. О репутации в таком случае можно забыть.

– Вот за что это мне? За что?!

– На твоём месте, я бы задумался о другом. Например, за что ЭТО ей? – укоризненно заметил Лёха, плавно сбавляя ход и виртуозно паркуясь перед разнесённым в хлам фасадом ресторана. Заглушив двигатель, он уверенно выскочил из автомобиля и, придержав дверцу, вопросительно посмотрел на меня: – Ты идёшь на сцену или будешь любоваться на место похищения из партера?

Заторможено кивнув, я последовал за ним, усилием воли погасив очаг зарождающегося в мыслях хаоса. Проблем прибавилось, но приступить к их решению немедленно мне не позволяли обстоятельства. Но слова Лёхи не могли не задеть меня за живое – друг был прав по всем статьям и беспокоиться следовало вовсе не о себе.

Город уже успел позаботиться о себе – дорожное полотно и тротуар перед рестораном красовались аляповатыми заплатками, хорошо заметными даже в вечерних сумерках. Над самим зданием, облепленным строительными лесами, трудилась небольшая группа рабочих. Но даже невзыскательному взгляду открыто являлась картина разрушений, оставленных налётом вырвавшегося на свободу Дракона.

– Мы теряем время, Лео. – нахмурился Лёха, наблюдая за тем, как я остановился возле самого крупного спешно залатанного участка асфальта. Остановился и опустился на одно колено, приложив раскрытую ладонь на место, разрушенное буйством могучей стихии.

Руку ощутимо кольнуло холодом – чувствуя, как постепенно начинают полыхать обожжённые морозом пальцы, я прикрыл глаза и сконцентрировался на иных ощущениях, медленно восстанавливая перед внутренним взором образ врага. Охотника на Демонов ведёт интуиция. Этот урок я усвоил. Настало время использовать свои навыки…

– …ритуал не даст результата, то есть ещё варианты. – решительно заявил топчущийся рядом со мной староста, хлюпнул носом и расстроенно заявил: – Ещё и простуду из-за тебя подцепил. Холодно же!

Вынырнув из транса, в который провалился, стоило мне воссоздать в сознании образ Красного Дракона, я болезненно скривился, растирая занемевшую и заледеневшую ладонь.

– О каких вариантах ты говоришь? ИСБ? Может у клана Морозовых помощи попросить? Нет уж, не нужна мне такая помощь. За неё и потомки мои не расплатятся… Или к Во Шин Во обратиться? Тёмные Кланы неохотно враждуют между собой. Мои проблемы им ни к чему. Могут и Драконам продать, по выгодной для себя цене.

– Это лучше, чем ничего не предпринимать, Лео! Какого чёрта ты так спокоен?! Можно подумать это у меня сразу двух возлюбленных похитили! – обозначив свою позицию возмущённым горячечным шёпотом, рыжий сложил руки на груди. Его искренние вспыльчивость и участие отогрели выхоложенную ненавистью душу, окончательно избавляя меня от последствий слишком глубокого и сильного транса.

– Хочешь действий? Будут тебе действия, сам напросился, не жалуйся потом, – пожал я плечами, чувствуя, как во мне прочно обосновалась уверенность в дальнейших действиях: – Мне кажется, что теперь я смогу отыскать наёмника. Ты со мной?

– Наконец-то он понял, что проще предложить самому! – патетично воззвав к небесам, Лёха оглушительно чихнул, – А что это вообще сейчас было?!

– Я же не задаю тебе неудобных вопросов про твои ритуалы? – парировал я, щёлкая друга по носу и разворачиваясь обратно к "Велару". Вытащив смартфон, я на ходу набрал номер и, дождавшись соединения с вызываемым абонентом, весело поинтересовался: – Вы не слишком соскучились без меня?

– Уши я тебе точно надеру, гер-р-рой, – беззлобно отозвался Гена, – Где ты?

– Сам сейчас приеду. Нужна твоя помощь и…твоя машина.

– Новости уже рассказали, и наш герой мчится причинять добро и наносить справедливость! – басовито хохотнул опекун, – Кого ещё приглашаем на вечеринку?

– Это будет неофициальный визит, сопровождающих лучше не брать, – подхватив его игру слов, я невольно улыбнулся, – Но на всякий случай, прихвати с собой парочку подарков погорячее.

– Принято, малыш. Жду, – торопливо завершив разговор, Гена отключился. Сонный голос Аллы на заднем плане послужил для меня лучшим объяснением его поспешности. Не стоило впутывать ещё и её в столь рискованное предприятие.

"Велар" приветствовал наше возвращение звучным урчанием молодого азартного хищника. Удобно устроившись в пассажирском кресле, я вновь сосредоточился, интуитивно определяя направление будущего маршрута и выстраивая дальнейший план действий.

– Поехали за Геной. Там поменяем транспорт, иначе тебе придётся вновь менять автомобиль. Ты со мной до конца?

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. – опасливо выразив согласие, староста заглянул мне в глаза и, прочитав в них выразительный ответ, горько вздохнул: – И где он держит заложниц?

– Там. – усмехнулся я, взмахом руки обозначая приблизительное направление.

– Издеваешься? – спросил староста, взглянув в указанную сторону, и попытался уточнить: – А нельзя конкретнее? Долгота и широта необязательны, но было бы неплохо.

– Нет, друг мой, это было бы слишком просто. На этом пути нас будет вести исключительно моё сердце…

***

Даже балансируя на грани между отчаянием и падением в бездну безысходности, человек не перестаёт надеяться на лучшее. Надеяться и ждать...

– Ненавижу!!! – грохнув кулаком по столу, Сяолун Во Шин Во вслушался в трагичное позвякивание раскатившихся по полу пустых бутылок и только тогда повернулся к осоловело моргающему собутыльнику: – Ненавижу ждать, Айсберг. Сидеть сложа руки и ничего… ничего не делать.

Непослушный и заплетающийся язык Координатора превратил осмысленную речь в набор нечленораздельных звуков, но Аскольд понял каждое его слово – как известно, одинаковая "кондиция" стирает даже языковые барьеры.

– Ещё вчера я крепко стоял на ногах. А сегодня, шатаюсь, как подрубленное дерево, – продолжал Сяолун, горестно качая головой, – Судьба беспощадна. Сначала – жена, теперь – дочь…

– Ты шатаешься потому что пьёшь вот уже двое суток, – назидательно изрёк опричник, взмахом руки пресекая философские размышления друга и хлопая его по плечу: – Разве ты не сделал всего, что от тебя зависело?

– Этого мало. Я должен вернуть дочь домой.

– И сохранить всё произошедшее в тайне от клана.

– Клан… Клан превыше всего! – печально усмехнулся Координатор, – Проблема в том, что я на самом деле так считаю, Аскольд. И нарушая законы клана, я пойду против своей природы, против всего, чему меня учили всю жизнь!

– У всего есть своя цена, Сяо. Ты можешь быть хорошим отцом или сохранить верность клану. Ценой этого выбора станет твоя дочь. Как по мне, решение вполне очевидно. Если успеем перехватить Дэя первыми, то сможем сами воссоздать удобный нам сценарий. И никто не пострадает.

Китаец понуро кивал, соглашаясь с каждым новым тезисом, сжимая и разжимая кулаки. Даже организм высокорангового Одарённого не мог справиться с передозировкой алкоголя без каких-либо последствий – сознание Сяолуна пребывало в "сумеречном" состоянии, однако его ресурсов ещё хватило бы на…

– Господин! – ворвалась в кабинет запыхавшаяся и растрёпанная Айлин, – Господин, пёс сбежал! Трекер у него в ошейнике. Сейчас он уже покидает квартал.

– Ожидание закончилось, Сяо, – хлопнув ладонью по столешнице, Аскольд нетвёрдо поднялся на ноги и покачнулся, но устоял и практически приказал: – Поехали, прочистим мозги ледяным ветром в лицо!

Координатор Тёмного Клана Во Шин Во сумел повторить действия собутыльника лишь со второй попытки, но с каждым мгновением его самочувствие постепенно улучшалось. Расправив плечи и хрустнув шеей, он обвёл присутствующих диким взглядом, от которого даже опытному опричнику стало слегка не по себе. А спустя ещё несколько мгновений в кабинете прозвучал голос прежнего Координатора. Властный, стальной и полный уверенности.

– Айлин, едешь за нами. К операции никого больше не привлекать. Всем любопытным разрешаю рубить носы…

***

– Обнажая меч по велению сердца, Воин следует самой главной из заповедей Пути – соблюдает гармонию и восстанавливает пошатнувшийся баланс сил. Но лишь тот, кто черпает вдохновение в праведном гневе, способен избавиться от тени ненависти и удержаться на той грани, что отделяет справедливое возмездие от жестокости и мести, – размеренный речитатив своеобразной мантры из уст моего предка удивительным образом успокаивал бушующие во мне чувства и позволял не терять концентрации. – Воин не убивает, если в том нет необходимости. И не испытывает сожалений, обагряя клинок своего духа кровью врагов. Таков Путь. Следуй ему, слушая своё сердце и сохраняя чистоту помыслов защитника слабых и хранителя мира…

– Таков Путь, – согласно прошептал я, принимая услышанное за непреложный закон бытия, определяющий моё место в этом, подчас, сложном и противоречивом мире. – Ты ведь не станешь вмешиваться?

– Не стану, – ответил дух после недолгого молчания. – Это твоя битва, внук. Только так ты обретёшь понимание истинной Силы.

– Сила?! – грустно улыбнулся я, вспоминая мощь Красного Дракона и бесплодность своих попыток причинить ему хоть сколько-нибудь серьёзный урон. – В таком случае мне понадобится нечто посерьёзнее, чем уверенность в собственной правоте.

– Тот, за кем Правда, не может проиграть. Воин может отступить и даже погибнуть, но не потерпеть поражение. Он всегда исполняет свой долг. – терпеливо пояснил дедушка, хоть и с некоторой ноткой укоризны в голосе, – Не бойся сомнений. Они ниспосланы нам для преодоления и закалки духа. Следуй избранному Пути. Доверяй своему сердцу…

…Убежище Красного Дракона мы отыскали только под утро. И если первую половину ночи целиком поглотила подготовка к предстоящей схватке, то вторую наша компания потратила на объезд загородных дачных поселков, расположенных вдоль уходящей на восток имперской трассы. Оказалось, что чутьё Охотника имело ряд недостатков и самым важным среди них стал слишком широкий сектор поиска. Только непосредственно приблизившись к цели, я смог ощутить местонахождение Дэя без изначальной погрешности. Расположенный на окраине очередного посёлка, ветхий и заснеженный особняк выглядел покинутым и бесконечно одиноким среди покрытого искрящимися сугробами пустыря. Остановившись в полукилометре от него, я с наслаждением выбрался из «Руссо-Балта» арктической окраски и полной грудью вдохнул морозный утренний воздух.

– Край географии какой-то, – отчаянно прозевал Лёха, тряхнул рыжими кудрями и, зачерпнув снега из ближайшего сугроба, принялся ожесточённо растирать лицо. – Твой навигатор точно не барахлит?

– Дэй Луэн находится в том доме. – бесстрастно ответил я, рассматривая убежище китайца через компактный цифровой визор.

Трёхэтажное строение выглядело невзрачно – кирпичные стены потемнели от времени, крыша едва заметно покосилась, а за мутными стёклами не угадывалось даже намёка на обитавших в нём людей. Но высокая кирпичная стена ограды с новёхонькими стальными воротами утверждала о том, что хозяева дома заинтересованы в неприкосновенности частной собственности. О том же свидетельствовали и многочисленные видеокамеры на столбиках ограды, своим обзором полностью перекрывающие подступы к стоящему на отшибе дому.

– Незаметно не подберёшься, – констатировал я, передавая визор подошедшему ко мне Лаптеву, – Нас уже могли заметить.

– Вряд-ли, – пожал плечами опекун, – По идее необходима разведка. Надо только выбрать позицию для наблюдения и набраться терпения.

– Нет.

Моё категоричное несогласие вызвало у Гены недовольный хмык. Положив мне на плечо тяжёлую лапищу, он небольшим усилием развернул меня к себе и попытался надавить:

– Нельзя вот так запросто лезть в осиное гнездо. Необходимо подготовиться, разработать план штурма…

– Нет, Гена, нельзя больше медлить. Поверь мне, нельзя. Действовать нужно немедленно! – категорично отрезал я, мотнув головой и отступил на несколько шагов назад, – Немедленно!

– И что ты предлагаешь? – спросил староста, раскрасневшийся от "водных" процедур. В руках он уже держал свою любимую скьявону и слегка нервно поигрывал ей, словно разминаясь перед предстоящей схваткой. – Без плана, без подстраховки, наобум?

– Начало плана у меня уже есть. – произнёс я, успокаивающе поднимая руки, – Ведь как чувствовал! Ты же помнишь, что я не просто так попросил именно эту машину…

***

Необъяснимое предчувствие надвигающейся угрозы окатило дремлющего Дэя холодом – за считанные доли секунды вырывая из сна и пронизывая леденящей стужей от затылка до пяток. Вздрогнув от неожиданности, наёмник отреагировал рефлекторно: проворно скатился с дивана и попытался отыскать укрытие, одновременно прислушиваясь к по-прежнему царящей в доме тишине. Предчувствие так и не исчезло, но стало чуть более далёким и не столь явным. Спустя пару минут напряжённого ожидания Дэй осторожно подтянул к себе ноутбук и вывел на монитор изображение с внешней сети камер видеонаблюдения. Автоматически отметив, что проспал он всего пару часов, китаец тщательно просмотрел все подступы к дому и только тогда немного успокоился.

Дэй предчувствовал бурю, но она ещё только приближалась...

– Конфуций был прав, – меланхолично произнесла Мэйли, рассматривая водопроводный кран, покрытый налётом склизкой грязи, и покрытую оспинами сколов эмалированную раковину умывальника, – В следующий раз, обустраивая тюрьму, буду помнить о Золотом правиле нравственности.

– Относись к людям так, как хочешь, чтобы они относились к тебе? – полюбопытствовала Наташа, наблюдающая за тем, как самая юная из сокамерниц пытается привести себя в порядок после нескольких дней забытья.

– В Азии его формулируют несколько иначе: не делай другим того, чего не хочешь себе. Но суть одинакова.

– Философия входит в курс твоего обучения?

– Так же, как и этика, – отрывисто ответила китаянка, ожесточённо сражаясь с тугим вентилем, – И только поэтому мы сейчас разговариваем.

Водопровод надсадно загудел, а торчащий из стены смеситель мелко задрожал, выплёвывая в раковину тонкую струйку мутной воды с едва заметным коричневатым оттенком. Бессильно опёршись на влажную и липкую стену руками, девушка терпеливо ждала до того момента, пока не ушла основная часть отстоявшейся в трубах грязи и ржавчины.

– А в уборную наша принцесса ещё не заглядывала? – вопросительно и хрипло усмехнулась проснувшаяся от шума Алекса. Наталья только молча покачала головой и сочувственно вздохнула.

– Вот где философия особенно пригождается. Без неё тамошнее амбре способно довести до самоубийства! – ехидно продолжила капитан, буквально каждым словом источая змеиный яд, – Но раз она изучала труды Конфуция, мы можем за неё не беспокоиться. А курсы этики не дадут осквернить наш слух отборной нецензурной бранью и подпортить своё и так пострадавшее реноме.

Китаянка тем временем закончила умываться и даже слегка утолила жажду, стараясь не подавать виду, что слова жемчужноволосой хоть сколько-нибудь её задевают. Но они задевали. Гордость девушки бунтовала против подобного отношения, но разум признавал за Проклятой право даже на большее, чем просто излишне эмоциональные слова.

– Искренне прошу у вас прощения за всё, что совершила эта недостойная Мэйли, – сказала она дрогнувшим от волнения голосом, сбиваясь на формальное обращение, принятое в клане, развернулась и низко поклонилась обеим девушкам, – Разум мой затмевали постыдные и губительные чувства. Позвольте мне хоть как-то загладить свою вину перед вами…

Завершив формулировать свою просьбу, Мэйли аккуратно опустилась на колени, уложила ладони на холодный каменный пол и низко наклонилась, касаясь их лбом.

Наталья и Алекса недоумевающе переглянулись, но ни одна не имела логичного объяснения происходящему.

– Что за цирк, девочка? – раздражённо фыркнула капитан, начиная вставать с постели, но в этот момент громко заскрежетал механизм дверного замка. Массивный, родом из первой половины прошлого столетия, он натужно скрипел, вынимая из пазов стальные зубы ригелей, и от этих звуков у девушек невольно начинали ныть зубы и возникало желание прикрыть уши.

Распахнув толстую, окованную железными полосами дверь настежь, Дэй Луэн выжидательно застыл на пороге камеры и, не скрывая своего удивления, звучно расхохотался:

– Драма в самом разгаре! Раскаявшаяся грешница вымаливает прощение на коленях… Жаль, что твой отец этого не видит, Мэйли!

Вдоволь насмеявшись китаец картинно хлопнул себя по лбу и сбросил с руки связку цепей с тремя стальными ошейниками, зашвырнув их в центр камеры.

– Разбираем украшения, девочки, и на выход. Ваш прекрасный принц уже близко. Примеряйте, не стесняйтесь, они идеально подойдут к вашему гардеробу…

***

– Это безумие, Лео! – проорал Лёха, судорожно вцепившись побелевшими пальцами в руль и направляя разогнавшийся «Руссо-Балт» на маячившие вдалеке ворота ограды особняка. – Чёртов камикадзе!

– Рули давай, экстремал! Ты же обещал не жаловаться и во всём мне верить! – расхохотался я в ответ, чувствуя, как нарастающее ускорение начинает едва ощутимо вдавливать меня в пассажирское кресло, – Гена! Ты – наш козырь! Не вмешивайся, пока я не скажу, как бы плохо всё не обернулось!

– Ох, не нравится мне твоя затея, малыш. – проворчал укрывшийся на задних сидениях опекун.

– Лео! Триста метров! – сосредоточенно выкрикнул рыжий и, как и было условлено, поддал газу, утопив педаль в пол. Стрелка спидометра плавно дрогнула, скакнув ещё на пару делений, а я с размаху опустил ладонь на "торпеду", нащупывая предохранитель на заветной "красной кнопке".

– Открывай, сова, медведь пришёл! – процитировал я одно из странных, но весьма полюбившихся мне выражений старосты. Мне показалось, что оно соответствовало моменту…

Сдвинув рычажок в сторону и утопив красную клавишу большим пальцем, с замиранием сердца ощутил, как в недрах мчащегося автомобиля срабатывает механизм открытия орудийных портов, а две небольших неуправляемых ракеты стартуют с направляющих. «Руссо-Балт» содрогнулся, изрыгнув пламя, как будто чуть сбавил ход, выплюнув разрушительные подарки в сторону ворот, и снова рванулся вперёд, словно пытаясь настигнуть выпущенные снаряды.

Натужно взревев соплами, ракеты устремились к цели, на прощание обдав нас копотью дымных хвостов. Устремились, практически в мгновение ока преодолев расстояние до стальных створок…

Бутон расцветающего прямо по курсу взрыва невольно заставил Лёху втянуть голову в плечи – я намеренно не стал предупреждать друга о некоторых тонкостях плана, надеясь, что в дальнейшем он больше не станет участвовать в совместных предприятиях. Но стоило ему разглядеть просвет, образованный взрывом…

– Юхууу! Быстрота и натиск! Всё как Суворов завещал!!! – завопил он, удерживая авто на прежнем курсе и выжимая из двигателя последние мощности, – Держитесь, сейчас может трях…

Разогнавшийся до 160 километров в час "Руссо-Балт" протаранил покорёженные и покосившиеся створки ворот. Протаранил, с корнем выдирая их из петель, и натужно взревел, утопая и теряя скорость в толстом, не менее полуметра, слое снега, засыпавшем внутренний двор особняка. Только ремни безопасности не дали мне и незадачливому водителю вылететь через лобовое стекло – несмотря на мягкость снега как вещества, столкновение с его массой вышло довольно болезненным.

– Лёха, на выход! Живее, живее! – прорычал я, избавляясь от ремней и с трудом распахивая дверь, – На тебе первый этаж! Выманивай его наружу, если встретишь…

Выбравшись из авто, я на мгновение замер, осматривая особняк, словно выбирая подходящее окно, и тут же прыгнул, выбрасывая вперёд тонкое щупальце Тьмы…

– Луэн! Я пришёл за твоей головой, Дракон!!!