Текст книги "Мир, где мне очень не очень рады (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 27 страниц)

Часть двадцать третья
Предатели чужих надежд

Глава 81

Вопреки моим опасениям сегодня не было дождя. Несмотря на то, что тучи были тяжёлыми и казалось, что они вот-вот просто рухнут на нас, дождь не спешил смывать грязь с этого мира. Можно сказать, что расклад был довольно удачным.

Дара наведалась ко мне с утра спозаранку, застав меня с Ринтой, которую я трахал в довольно обычной и красивой позе.

– Прости! – она это взвизгнула ещё до того, как я успел обернуться на звук открывшейся двери.

– Кто… кто там, – тяжело дыша попыталась обернуться Ринта, но я лишь хлопнул её по заднице.

– Не отвлекайся. Это мой деловой партнёр.

– Девушка?

– Да. Но мы с ней не спим, – сразу на корню я обрубил вопрос.

Тяжело дыша, мы закончили и завалились обратно в кровать. Полежали так немного, после чего Ринта принялась одеваться, а я наблюдал, понимая, что в ближайшее время вряд ли удастся что-то подобное увидеть. Зато кровухи и дерьма будет хоть жопой жуй. Ну зато как справлюсь, так можно будет пуститься во все тяжкие. Хотя, признаться честно, ебаться я заебался. Всему должна быть мера.

– Значит сегодня уезжаешь? – спросила Ринта.

– Ага. Но, скорее всего, ещё заеду сюда.

– О как. Ну тогда, если не будешь против, зови меня, – последние слова она сказала с лицом девочки стесняшки, которая первый раз познала мужчину. Пиздец, она актриса.

Ринта аккуратно выскользнула из комнаты, бросив взгляд на Дару, после чего ушла вниз.

– Она приятная, – заметила Дара, заходя в комнату и стараясь не смотреть на меня. Хотя от чего, я же одет уже.

– Дара, не пугай меня. А то такое ощущение, что тебя Лиа укусила, и ты в неё превращаешься.

– Да я просто заметила! – покраснела она.

– Ага. Заметила… Ладно, закрывай дверь на замок. Будем перетирать план ещё раз.

Дара послушно закрыла дверь, после чего подошла ко мне. А я в свою очередь принялся раскладывать вещи, что купил загодя как раз для этого дела. Кожаные плащи, воск, мешок с порохом, пила для металла, выглядящая как обычная, и прочая мелочь.

– Так… слушай план. Я подкидываю одной женщине кошелёк с деньгами, после чего ты выходишь на сцены и натравливаешь нашего долбоёба без страха и упрёка на стражу. Всё просто и понятно.

– А… как я пойму, что настал момент?

– А ты просто постарайся понять, – ответил я. – Ты не маленькая, должна уж заметить, когда настанет лучший момент, чтоб натравить его.

– Ясно. Тогда женщина, где мне её найти?

– Просто следуй за мной. Если что, скажешь ему, что пытаешься найти предателей из стражи, которые убивают милых дам. Кстати, он где?

– В лесу оставила. Сказала, что разведаю обстановку.

– Всё рассказала, как договаривались? Огненный монстр, которого всё графство ищет, жертвы среди женщин, охрана, фраги, освобождение бренной души?

– Да, всё как надо, – кивнула Дара.

– Отлично. Просто отлично. Итак, как только пиздец закрутится-завертится, ты руки в ноги и за мной. Нам придётся плыть через реку, так что… – я вытащил зелье на выносливость, что купил ещё с Мэри, и кинул ей. – Оно понадобится. Как только побежишь за мной, сразу выпьешь.

– Ясно.

– Тогда пошли.

Я ещё раз напоследок окинул комнату взглядом, но кроме пустых бутылок и тарелки больше здесь ничего не было. Всё, что было нужно, я уже забрал с собой. Теперь оставалось надеяться, чтоб не самый гладкий план с множеством изъянов и неточностей проканал, иначе… Да плевать, там и посмотрим.

Я помахал рукой Ринте, которая ответила скромным кивком и вышел на улицу. Было очень влажно. Казалось, что сами тучи готовы уже начать оплакивать тех несчастных, что сложат голову во имя великой (или не очень) цели.

– Ну… Давай Дара, удачи тебе. И постарайся не опоздать, договорились?

– Хорошо, тебе тоже удачи.

Мы разошлись, словно и не были знакомы особо. Она сразу двинулась уверенным шагом к северному выезду из деревни, а я направился к рынку. Как тогда сказала Ринта, она должна отовариваться там. И если мне повезёт, то я найду её очень и очень быстро.

Свернув уже на знакомую улицу и пройдя между домами, я взглядом окинул толпу, которая не рассосалась даже в преддверии дождя. Более того, мне казалось, что их стало больше. Повсюду мелькали люди и не совсем люди. Везде раздавались громкие зазывы торговцев, что хотели распродать свои товары до того, как лупанёт дождь и им придётся свернуть торговлю на сегодня.

Я выискивал взглядом эту женщину и пусть не сразу, но нашёл.

В руку скользнул нож с кошельком. Вся хитрость была в следующем. К кошельку была привязана часть верёвочки; другая часть была привязана к моей куртке. Закину к ней нож и кошелёк с обрезанной верёвочкой. Всё будет выглядеть так, словно она специально обрезала её и закинула к себе.

Скользя вдоль толпы, я как бы невзначай остановился около неё. На её плече висела типичнейшая сумка средних размеров, что носят иногда женщины в моём мире. Быстрое движение, толчок плечом и мои вещи у неё в сумке. В такой толкучке это выглядело совершенно естественно. Правда мне пришлось ещё раз затоптать собственную совесть.

Отойдя от неё, я оглянулся, ища очень примечательную персону, вернее две персоны. Уж сильно рыцарь без страха и упрёка выделялся. Их не было видно, но скорее всего они сейчас на главной улице. Ладно, подождём.

Я следил за женщиной минут десять, попутно не теряя из виду стражу, которая патрулировала улицы. Заодно я посматривал по сторонам, выискивая Дару. И вот боковым зрением я наконец заметил маленькую девчонку и более большое блестящее чудо-юдо, в котором с замиранием сердца опознал долбоёба без страха и упрёка. Глядя на него, в душе становилось очень неспокойно.

Но это значило что операция началась. С этого момента смерть графа стала лишь вопросом времени.

Женщина уже успела отойти от рынка и направлялась к себе домой, когда я быстрым шагом подошёл к страже.

– Уф, как я рад, что здесь есть стража, – придав лицу напряжённости и испуга, пробормотал я.

– Мы всегда здесь, – зевнул стражник. – Чего тебе путник?

– У меня украли кошелёк! Мне нужна помощь!

– Прости, путник, но искать того, кто это сделал, мы не будем. Да и бесполезно это, всё равно не найдём, – ответил другой.

– И не надо! – воскликнул я рассерженно. – Я видел эту дрянь! Женщина… в толпе которая…

Я как бы случайно повернул голову в сторону, и тут же крутанул головой.

– Да вон она! – ткнул я пальцем. – Это стерва украла мой кошелёк! Такой кожаный, коричневатый, на верёвочке! Там внутри было тридцать пять золотых и две серебряных! Остановите её!

Стражники посмотрели в указанную сторону и на их лицах появилась заинтересованность.

– Она говоришь?

– Да! Она! Рядом стояла в толпе, я за кошелёк, а нитка обрезана, и она тут ножичек с моим кошельком в сумку закидывает! Я за ней, а она в толпу и затерялась.

– Вот сучка, – сказал один другому. – Я-то думал, от куда деньги у неё, а оно вон как…

– Теперь прижмём дрянь, сходи за остальными, – кивнул другой стражник, после чего обратился ко мне. – Идите за мной.

Мы быстрым шагом направились к женщине, которая даже не подозревала о том, какая беда сейчас обрушится на её голову.

– Эй, Линда! Стоять! – грубо позвал он женщину.

Та обернулась.

– Чего тебе надо? – посмотрел она на него хмурым, полным подозрения взглядом.

Страж подошёл к ней вплотную и практически навис над ней, но женщина даже не двинулась с места, смело смотря ему в лицо.

– Этот человек обвиняет тебя в воровстве, – кивнул он на меня

Теперь она посмотрела на меня.

– Не крала я ничего. Не дура же. А теперь оставьте меня, мне ещё детей кормить.

– Значит ты не против, если мы посмотрим? – спросил он со злобной усмешкой, кивнув на сумку.

В этот момент к нам подошли ещё пять человек. Во взгляде каждого я видел откровенную неприязнь и презрение к этой женщине.

– Вот так-так, Линда, не думал, что нам выпадет возможность наконец схватить тебя за твою скользкую задницу, – сказал один из пришедших солдат.

– Свою жену за задницу хватай, – тут же ответила она, гордо выпятив грудь.

Солдат хотел что-то ответить, но его остановил другой, подняв руку.

– Линда, раз ты не причём, то тебе нечего боятся, верно парни? До этого мы тебя не трогали и сейчас не тронем, если это ошибка.

– Знаю я вас! Вы же давно мне жизнь хотите испортить! – воскликнула она с обидой в голосе, прижимая к себе сумку.

– И испортили бы. Но закон есть закон, поэтому мы тебя терпели. И сейчас будем терпеть, если это всё ошибка. Ведь тебе нечего боятся, так? – он улыбался, но в этой улыбке не было ничего доброго.

Женщина, поджав губы, переводила взгляд по нам, пока не остановила его на мне.

– Это ведь ошибка, верно? – спросила она меня, умоляюще.

Но я отвернулся. А в ситуацию вмешался стражник.

– Линда, ты давишь на свидетеля. Показывай сумку.

Она вздохнула и протянула её страже.

– Так парни, разошлись, – сказал тот, кто был среди них главным, после чего взял у неё из рук сумку и положил на брусчатку, где было почище. Просто удивительно, как он старается действовать по закону даже с теми, кого ненавидит. – Дайте места, досмотр идёт.

Он начал по очереди вытаскивать вещи. Сначала шли продукты, потом какой-то платок. А потом…

Нож.

У женщины руки дёрнулись к груди. А глаза с презрительных стали испуганными и осознающими, что найдут у неё в сумке.

– Это не моё! – воскликнула она испуганно и хотела было броситься к сумке, но её остановила стража.

Главный усмехнулся.

– А чего ты испугалась? Ножи носить не запрещено, верно, парни?

Все со злобной усмешкой закивали головой.

– Да не мой это нож!

– Но в твоей сумке. Сам, наверное, залетел.

Он вновь опустил руку в сумку и вытащил мой кошелёк. Его лицо озарила победная и злобная улыбка.

– О как!

– Не моё! – воскликнула женщина и бросилась к нему, но её за руки тут же схватили стражники и не дали сдвинуться с места. – Мне подкинули! Я не трогала ничего! Никогда не воровала!

– Ага, может быть… но я смотрю, что на кошельке верёвочка перерезанная. Путник, у тебя есть другая часть?

Я кивнул и показал другой обрубок.

– О как! А сколько у вас было меди? – спросил он провокационный вопрос, заглядывая во внутрь. – Монет тридцать?

– У меня не было медных. Только золото и серебро. Два серебра и тридцать пять золотых.

Стражник пересчитал монеты и оскалился.

– Линда, сидеть тебе за это, сучка ты плешивая.

– Неправда! Это неправда! Я не воровала! – закричала она испуганно. – Я бы не стала воровать! У меня же дети! Зачем мне так рисковать⁉

Надо признать, что главный обыск вёл довольно честно и, даже желая засадить Линду, вёл всё это максимально беспристрастно. Взять хотя бы попытку подловить с медными монетами, не смотря на очевидное доказательство, как верёвочка.

– Стойте! Я имею права! Если простят, то меня не имеют права судить! Мужчина! Мужчина, погодите! – она сопротивлялась страже, которая пыталась её увести. На её глазах выступили слёзы, а в глазах читалось отчаянье. Кто как не я мог понять, что она чувствует. Обвинённая в том, чего не делала. – Мужчина, прошу вас, у меня дети. Дочка и сынок, они совсем маленькие, без меня никак! Они будут голодать без меня, прошу вас, мужчина, будьте милосердны! Мы можем решить этот вопрос иначе!

Да она плакала. Плакала конкретно. Стража не спешила её уводить, давая мне право определить судьбу простого человека, которого я использовал в своих грязных играх.

Прости, нам с тобой не по пути.

– Вор должен сидеть в темнице, – отчеканил я, пытаясь спрятать за твёрдым голосом, всю грязь, что сейчас лилась внутри меня.

– Какие слова! – хлопнул меня по плечу главный. – Блин, метко сказано. Парни, познакомьте её с местом, где ей предстоит провести ближайшее время. А ты, путешественник, держи и больше не теряй.

Они стали уходить.

– Стойте! Я не крала у вас, клянусь, хватит! Остановитесь!

Женщину утаскивали, не смотря на то, что она всячески сопротивлялась. Ну… момент настал, верно?

И словно прочитав мои мысли, за спиной раздался глухой, низкий и очень эпичный знакомый голос одного ебоната.

– Кто сказал, что нужна помощь?

Герой-мудло в своём репертуаре. Только на этот раз он попал в точку.

– Мне нужна! Помогите, прошу вас! У меня дети! – плача, закричала женщина.

Этого было достаточно. Процесс запустился.

Герой тяжёлым шагом двинулся к жертве насилия.

– Эй ты! Ну-ка стоять! – главный встал перед ним. – Я глава стражи этой деревни! Она обвиняется в краже, у нас есть свидетели!

– Вы трогаете целой толпой бедную плачущую женщину, никчёмные мобы.

– Чо? – на лице главного показалось ну совсем тупое выражение лица. А вот другие как бы невзначай потянулись за мечами. Кроме одного – тот очень быстро отступал спиной назад, не сводя с героя глаз. Бежал звать подмогу. Обстановка быстро накалялась и это чувствовали остальные.

И тут Дара сделала свой ход. Она быстро нырнула к герою, дёрнула его за руку, обращая его внимание на себя, и что-то очень быстро зашептала. Он явно угукал из-под шлема, после чего выпрямился, достал меч и выудил щит из-за спины.

– Теперь ясно, фраги, приспешники огненного демона. Вы хотите забрать МОИ фраги. Хотите получить МОЙ опыт. Думали забрать МОЙ лут. Нанести домаг, который должен нанести Я!

Солдаты и думать забыли о женщине, выхватывая оружие. Стражник, что отступал, уже сменил шаг на бег и скрылся за домами. Как и женщина, которая просто бросила сумку и убегала в сторону своего дома.

Что он за хуйню несёт⁉ Уверен, что этим же вопросом задались другие.

– Именем графа этих земель! Приказываю бросить оружие! – крикнул главный.

– ТЫ ЩА СУКА ПОЛУЧИШЬ ДАМАГ БЛЯТЬ! МНОГО ДАМАГА, ТУПОЙ МОБ, ЖИВОЙ ФРАГ!!!

И с этими криками Думфолл начал резню. Половинки главного разлетелись от одного удара, оставляя за собой след из кишок, словно брошенная туалетная бумага. Уверен, что во время полёта он ещё был жив. Все остальные стражники бросились на героя.

Которых он встретил чудовищными ударами, не оставляющими шанса.

Где-то вдали раздался колокольный звон.

Я бросился бежать, понимая, что теперь здесь будет настоящая бойня. Дара не отставала. Нам навстречу бежала патрульная стража с мечами на изготовку.

– Там убивают! – крикнул я с испугом в голосе, указывая направление.

Эти двое кивнули и бросились в ту сторону. Помянем их.

А мы тем временем бежали в сторону пляжа. Выскочив на главную улицу, я сразу заметил, как в сторону героя бегут люди. Причём явно со знанием дела идут сражаться. Арбалеты, полексы, копья, двуручные мечи. Даже герою-танку будет трудновато, если они все накинутся на него разом.

Я тут же сбавил ход и уже быстрым шагом направился к пляжу. Рядом со мной пристроилась Дара.

– Уже выпила? – спросил я, доставая свои два зелья: одно для магии, другое для выносливости.

– Да.

– Отлично.

Мы свернули с главной улицы на соседнюю. Где-то в деревне продолжал надрываться колокол, и я видел, как солдаты бегут в сторону героя. Как они узнают, где он? Или же… Я прислушался. Да, колокол бил не хаотично. Были определённые промежутки. Теперь, слыша их, я мог почувствовать определённый ритм ударов. Видимо, было несколько ритмов, которые должны были указывать район. Очень умно.

– Что будет с той женщиной? – спросила Дара. – У неё ведь дети были.

– Не наша забота, – бросил я, хотя на душе кошки скреблись. – Лучше сосредоточься на работе.

От меня не укрылось и то, что Дара вела себя несколько дёргано. Это я заметил ещё и в таверне: бегающий взгляд, пальцы кончики волос перебирают. Иногда она словно что-то хотела сказать, но не решалась. И сейчас она поворачивалась ко мне, открывала рот, но… вновь отворачивалась и смотрела прямо.

И я её понимаю. Мне самому так страшно, что просто пиздец, обосраться хочется. Зубы бьются друг об друга, словно мне холодно, живот крутит, сердце гулко бьётся, пальцы слегка дрожат. И голову не покидают мысли что мы провалимся.

Возможно, мне даже страшнее, чем ей, потому, что я чувствуя ответственность. За неё, за план, который составил я, за возможную неудачу и трудности, которые могут встретиться. Всё это давит на меня, потому, что я главный. И я теперь отвечаю за успех операции.

Ненавижу ответственность.

Глава 82

Мы быстро двигались к пляжу обходной дорогой, попутно встречая редких стражников, что неслись на место событий. Я даже видел на соседней улице толпу из человек пятнадцати, которые ровным строем бежали, готовясь встретить противника. И вид у них был явно получше и повнушительней, чем у тех, кого я встречал до этого.

Звуки боя доносились даже до сюда. Крики и лязг металла разносились эхом по окрестностям, заставляя всё внутри сжаться. Ещё более пугающе это звучало под не затыкающийся колокол, что захлёбывался звоном на всю округу. Это было действительно жутко.

Но не так, как то, что нам предстояло сделать.

Когда мы наконец подошли к пляжу, я перешёл на бег. Дара следовала за мной по пятам. Добежал до берега и бросился вдоль него, на ходу снимая ботинки.

– Мэйн?

– Снимай обувь. Нельзя мочить её, – сказал я не оборачиваясь.

Дара послушна принялась сбрасывать свои сапожки.

Мы дошли до берега, обошли частокол и чуть ли не бегом бросились к нужному месту. Добежали туда за пару минут. С этой стороны берег зарос кустарником, так что можно было не бояться, что тебя кто-то да заметит с того берега.

Хотя замечать то было и некому.

Я слышал, как по мосту чуть ли не бежали десятки пар ног в сторону деревни. Видимо вся стража, что была здесь, бросилась спасать население деревни, просто наплевав на охрану моста. В принципе, логика в этом есть – там семья, там их жизнь. Не сохранят её, не смогут нормально жить дальше.

Но это всё равно странно, так как я не верил, что они рискнут бросить свои посты сами.

– Так, раздеваемся и плотно заворачиваем вещи в плащи, чтоб не намокли, – сказал я, сбрасывая брюки.

– Раздеваемся⁉ – тихо пискнула Дара. – Но зачем⁉

– Во-первых, тут пусть течение и не сильное, но мокрая одежда будет мешать и, в конце концов, может потащить тебя на дно. Во-вторых, в доме ты будешь оставлять мокрые следы и это будет равносильно крику: «Я здесь!»

– Но… – Дара неуверенно мялась.

– Да раздевайся ты, – рыкнул я. – Что я там не видел⁉ Твоих лобковых волос? Или твоя писька от других чем-то отличается?

– Нет, – шмыгнула она обречённо носам и принялась стягивать с себя одежду.

Свою я уже снял и закинул в кожаный плащ, который завернул в другой и очень хорошо обмотал. То же самое сделал с факелом, который нам понадобится.

Пока Дара раздевалась, я, не сильно церемонясь, схватил её вещи и так же завернул их в плащи. Специально для этих целей покупал. Надеюсь, что ничего не промокнет.

– Всё, готова? – бросил я взгляд на неё.

Ну… нормальненькое тело. Сисек, естественно, практически нет, но зато всё такое милое и миниатюрное. Да и треугольник волос тоже прикольный. На нём мой взгляд задержался особенно долго. Дара, заметив это, тут же прикрылась.

– Так, видишь брёвна? – Она кивнула. – Кладёшь на него вещи, чтоб не топить лишний раз и чтоб не тянули тебя они на дно. И сама держишься, после чего плывём вон до той трубы, – показал я пальцем. – Видишь?

– Да.

– Отлично. Течение не должно быть сильным, но всё равно будь аккуратней.

Да-да, я заранее подготовил своеобразные плоты для вещей, хотя на деле это обычные куски дерева. Так вещи топить нас не будут (железный меч всё так не хухры-мухры, на дно утянуть может). Хотя признаюсь честно, чувствую себя последним долбоёбом, который решил сыграть в одного агента.

Ещё раз бросив взгляд на противоположный берег и не обнаружив присутствия вражеских супостатов, я под хватил брёвна и бросился к берегу. Дара же подхватила наши вещи.

– Стараемся плыть под мостом. Плывёшь передо мной, если что – просишь помощь. И старайся плыть быстрее так-как здесь всякая тварь может водиться.

Дара кивнула.

Я скинул в воду брёвна, подхватил свой мешок и закинул сверху, после чего уцепился руками за кору. Напомнило мне это такие доски в бассейнах, которые позволяли держать голову над водой.

– Давай, Дара, передо мной плывёшь.

– Но… – она так покраснела, что чуть ли не светилась. – Ты же будешь всё у меня видеть…

Я, честно говоря, даже не думал о подобном.

– Ты чо, с дуба ёбнулась⁉ Мы тут блять на смерть идём, а ты со своими закидонами. Я вон, свечу всей своей красотой и не стесняюсь, потому что голова другим забита. А чем забита она у тебя?

Вот именно от того что мы тут на смерть идём, я не и волнуюсь. Не до этого. Дара посмотрела на меня, на нижнюю мою часть, отвернулась и перестала прикрываться, после чего схватила вещи, закинула на бревно и оттолкнулась от берега. Я поплыл за ней.

Я слегка ошибся, течение было неслабым. Мы слегка спустились вниз, чтоб оказаться под мостом, после чего поплыли к другому берегу. И надо сказать, что нас сносило знатно и приходилось постоянно подруливать. Это изматывало, так как мы не только плыли прямо, но и боролись против течения.

Казалось, что мы никогда не доплывём. А сверху всё слышался топот людей, крики, приказы. Со стороны деревни продолжал надрываться колокол, хотя он уже сменил свой ритм. Видимо герой перебазировался на другое место.

– Дара, ты как? – пропыхтел я.

– Удивительно… но не сильно устала, – ответила она.

– Отлично, половина пути, старайся метить под мост, а там просто спустимся ниже.

Честно говоря, мне было страшно ещё и по другой причине. Я нихуя не вижу, что под водой. Там просто не видно дна. Мутная вода не способствует моему душевному равновесию, особенно когда в голове крутится мысль, что там под водой затаилась какая-то тварь. Несколько раз у меня замирало сердце, и я едва сдерживался, чтоб не заорать и не забиться лихорадочно, когда нога чего-то касалась.

Но нет, паника плохо. Утащат, так утащат.

С такими мыслями и гулко бьющимся сердцем я доплыл до противоположного берега. И каково было моё облегчение, когда ноги коснулись илистого дна. Пиздец, почти спасён… почти… Сейчас бы ногу не проколоть случайно, а то нам в дерьмосток лезть ещё.

– Дара, ты как? – спросил я.

Она посмотрела на меня… и отвернулась.

– Я нормально… И… Мэйн, прости меня.

– Прости за что? – не понял я.

– За это.

А-а-а… ну теперь ясно.

– Да забей, – отмахнулся я. – Моя обида никуда не денется просто потому, что ты сказала «прости». Однако я не зацикливаюсь на ней, так что… погнали?

Дара виновато посмотрела на меня и вздохнула.

Я её в этом плане понимаю, чем ближе конец, тем сильнее накатывают эти чувства, желание попросить прощение или быть прощённым. Становится грустно, становится тоскливо, становится стыдно. Но не сейчас. Не когда мы по уши в дерьме. Пусть радует меня своей грустной мордашкой потом.

– Идём, – взъерошил я ей волосы. – Добьём засранца.

Мы крадучись прошли метров десять к трубе. Здесь берег сразу углублялся и уходил вниз. Судя по всему, специально углубляли. Что касается трубы… то она не радовала. Высотой всего метр и на половину заполнена вонючей водой. Конечно, здесь не столько же дерьма, как в городе, так как всего одно поместье, но тоже неприятно.

– У меня так клаустрофобия скоро появится… – пробормотал я, заглядывая внутрь.

Да, воняет, но не сильно. Пойдёт, скажем так.

Оглянувшись на мост, где я ещё видел солдат, убегающих к деревне, достал из кожаного свёртка факел, отмычки, огниво и пилу. Сейчас день, так что наш факел не будет сильно заметен, а лезть в трубу без света я не рискну.

Кожаный свёрток из плаща, который был плотно завязан отыграл свою роль на ура. Всё было абсолютно сухим. Хотя в воду я и не ронял его. Быстро разжёг факел, и вернул свёрток с огнивом Даре, попросив завернуть и нести на себе все наши свёртки. Мне нужны были свободные руки.

Взяв меч в правую руку, а факел в левую, я заглянул в трубу.

Пусто.

Факел освещал нормально, так что можно было не боятся, что прямо передо мной кто-нибудь выплывет. Хотя двигайся он с большой скоростью…

Я тряхнул головой, стараясь не думать о подобном и нырнул в темноту. Так как высота трубы была около метра, а заполнена она была в половину, уровень воды оказался мне где-то по грудь. Пространство хватало, чтоб держать перед собой факел, но вот о том, чтоб двигаться быстро, речи не было. Плюс, путь под водой перед собой я прощупывал мечом.

Буквально через десяток метров я уже был перед решёткой. Добротной решёткой, которая была с большими промежутками, чтоб всё могло спокойно сливаться вниз, но недостаточно, чтоб пролезть человеку или твари. В ней же была дверца с большим замком. Видимо, чтоб можно было пройти внутрь.

У меня сразу возник вопрос, как сюда смог пролезть тот жирный чувак ассенизаторщик и как в такой трубе у них умудрились сожрать двух человек. Я-то рассчитывал, как минимум, на трубу, что была в городе. Хотя быть может, что и установили решётку уже после того, как их тут съели.

– Держи, – отдал я факел Даре за спиной. – Свети мне.

После чего достал отмычки и принялся колупаться в замке. В принципе, замок большой и старый, так что не должно возникнуть проблем с этим. По любому ключ тут как в мультиках, с двумя зубчиками и висит исключительно, чтоб защититься от монстров.

Возился минуты три, прежде чем раздался протяжный скрип проржавевшего механизма. Пришлось ещё и силу применять, чтоб нормально раскрыть его, после чего открыть саму дверь. Та радостным скрипом оповестила всех о том, что кое-кто прошёл внутрь.

Я вернул Даре все инструменты, попросив их сложить в плащ, после чего пролез внутрь. Мда… воняет. Но не так уж и сильно, скажу ради справедливости.

– Дара, закрой на замок дверцу, – попросил я.

– Зачем?

– Затем, чтоб никакая тварь за нами следом не увязалась.

Дождался, когда она обезопасит тыл, после чего двинулся по трубе в глубь. В кромешной тьме, где только факел давал свет. Хотя потухни он, вряд ли мы бы заблудились здесь. Проползя несколько изгибов, мы перестали видеть свет за спиной. Жутко… и страшно.

Я сразу вспомнил отрывок фильма о том, как чувак полз пять футбольных полей через узкую трубу, наполненную дерьмом. Я тогда думал, насколько надо быть реально сильным, чтоб проползти вот так там? Чтоб побороть страх быть в таком узком пространстве, где дышать тяжело? Кто бы мог предположить, что я буду ровно в таких же условиях?

Не знаю, сколько мы ползли, но не думаю, что очень много, так как двигались очень бодро. Возможно со скоростью медленного шага передвигались. И где-то через пол часа мы доползли до развилки. Так-с… куда нам?

Я не на шутку задумался, оглядываясь по сторонам. На право пойдёшь, между булок получишь, налево пойдёшь, в рот возьмёшь, прямо пойдёшь, смерть найдёшь… Если бы был такой расклад… Я не скажу, куда бы я пополз. Но вот по запаху вполне можно понять, что один из путей ведёт в конюшню. Значит два других из дома стражи и из самого поместья.

– Эй, Дара, какой-ты путь выберешь – лево или прямо?

– Прямо, наверное.

– Почему?

– Ну… обычно в центре располагается главный дом, а по краям не столь важные жилые строения.

Вот и я так подумал. В центре поместье, с боку дом охраны.

Поэтому мы поползли прямо. Ползли… Ползли… Очень скоро стали встречаться боковые трубы, через которые сливалась вода. Была даже одна большая, которая по вони намекала, для чего она используется. И чем дальше мы шли, тем чище вода становилась, а её уровень меньше, пока, в конце концов, мы не добрались до ещё одной решётки.

За ней не было ничего видно, однако слышалось журчание воды. Да и не пахло здесь уже. Видимо сюда провели ручей, который и тёк по трубе в реку, смывая нечистоты. Технология, схожая с той, что в городе. Я вновь взялся за отмычки. Замок не был сложным и уже через несколько минут я его открыл. И в отличии от того, этот не скрипел как хрен знает что. Как и дверца, через которую мы выбрались.

– Так, быстро обмываемся и одеваемся, – отдал я команду, наконец расправляя плечи и подтягиваясь.

Мы оказались в каком-то подвале, сделанном из камня. По середине был с жёлоб, куда из дыры в стене лилась вода. Сбоку были каменные ступени, уходящие вверх к деревянной двери.

– Так… было бы конечно неплохо знать план этого здания, – почесал я затылок и всунул факел в специальный держатель на стене. – Хз, куда нам сейчас. Придётся так плутать.

– А я знаю, куда, – сказала Дара обмываясь под водой, стекающей из стены.

– От куда?

– Мне… кое-кто сказал.

Ага, я смотрю Бог Скверны подыгрывает тебе. Почему мне он ничего не говорит и не показывает? Разве не я его главная инвестиция⁉ Не то, что я горжусь этим, но помощь мне точно бы не помешала.

Дождавшись, когда Дара закончит купание, я сам полез под холодную воду, смывая с себя всю грязь. Нет желания ходить таким, хотя в принципе там было относительно чисто по сравнению с прошлым разом.

– Ты говоришь, что знаешь, как здесь всё устроено?

– Да.

– Знаешь, где и темница расположена, так?

– Да.

– Значит нам необязательно графа грохать? – понадеялся я.

– Боюсь, что… – она вздохнула. – Он тогда будет мстить. Да и я хочу отплатить ему за содеянное.

– Разве, лишившись графа, это место не придёт в упадок? – поинтересовался я.

– Помнишь, я тебе в самом начале знакомства рассказывала о том, что у нас есть фракции? – спросила Дара, одеваясь.

– Ну помню и что?

– Его место просто займёт другой. Может займёт дочь. Всё равно вместо него кто-то будет сидеть здесь. Хуже, лучше, я не знаю, но место это не развалит.

– Ты так хочешь мести?

– Да.

– А если я умру? – покосился я на неё.

Она смутилась и, стараясь мне не смотреть в глаза, пробормотала:

– Мы так много прошли. Неужели оставим его? И ты же сам сказал, что не умрёшь.

– Но вероятность есть. И я естественно хочу её избежать.

– Но о тебе Лиа рассказывала мне, его люди пытали тебя. Ты должен ненавидеть его!

– Ненавижу. Но не на столько, чтоб лезть в опасную для жизни драку. Я предпочту остаться живым трусом и свалить, если будет возможность, а не сдохнуть как герой. Можно сколько угодно говорить о чести, достоинстве и прочей мути, но мёртвому они уже не нужны. И если риск высок… – я пожал плечами. – Логично убежать от него.

К тому же, чем ближе я к нему, тем сильнее мои кишочки завязываются в угол, и я ссусь от страха. Сейчас, под холодной водой, в прямом смысле этого слова.

– К тому же, ты упускаешь одну важную деталь. Если мне придётся драться с ним, то что мне делать? Ну превращусь, а как дальше?

– Я же помогу тебе, – но в глаза мне Дара не смотрела. Понимает, о чём речь. Но ничего, я всё равно озвучу.

– Да, знаю. Но между сестрой и мной, кого ты выберешь? Ту, кто твоя кровь, и кто до последнего не терял надежду, ожидая тебя? Или того, кто сражался за тебя до последнего и верил, что ты вернёшься и поможешь ему?

– Я… я… – она посмотрела на меня, вытирая глаза рукой. – Не заставляй меня приказывать тебе, пожалуйста.

– И ведь такой выбор у тебя не из-за сестры, – вздохнул я. – Это всё из-за твоей мести.