Текст книги "Она моя (СИ)"
Автор книги: Кира Ветрова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)
Глава 19
Следующие два дня прошли однообразно – в лаборатории. На завтраки меня пока в сад не пускали, да я и не рвалась если честно.
Архар чинно приходил на анализы и диагностику – на вопросы касательно покушения улыбался и говорил что-то вроде «не переживай теперь тебе точно ничего не грозит». Заставляя только сильней беспокоиться – а раньше мне что грозило?
Нет, я понимаю, что у архара полно врагов и его близкие так или иначе всегда в опасности и нуждаются в охране, но кто мог решиться на такое наглое нападение? Прямо в личной резеденции? На новоиспеченную жену? И зачем покушаться на меня? Для устрашения? Кому лично я могла помешать?
Полагаю сейчас в обществе даоров у меня репутация затворницы – по мероприятиям не хожу, в городе не бываю, приёмов не устраиваю.
Мог ли тот кто пытался убить архара, перестраховаться и решить устранить меня, из боязни, что я ношу наследника клана Ае? Кстати, а где остальные члены клана? У даоров обычно крупные семьи.
В общем, вопросов было множество и ни на один из них, архар не отвечал. Откровенно переводя тему или вообще обрывая диалог.
– Магистр, а я вот тут что подумал – если нам попробовать настроить «номер два», чтобы он тянул за собой «номер раз»? В прямом смысле. Наподобии магнитного поля. – азартный тон арха Соле, отвлёк меня от созерцания потолка в поиске извечных ответов – что делать и кто виноват.
– Для этого надо вмешаться в базовые настройки обоих артефактов и переделать основу – переделать чужое изделие могут немногие артефакторы, очень сложная работа, есть большой риск, упустить какую-нибудь мелочь и спалить всю структуру. Я предлагала привлечь одного моего знакомого, но архар запретил. – не поворачивая головы ответила я, пытаясь ухватить мысль забрезжившую на границе сознания. – Хотя ты работаешь с тончайшими потоками, возможно получится поиграть с полюсами. – вскочила со стула и забегала по лаборатории собирая всё необходимое. – сейчас опробуем на болванках. – пояснила я, выкладывая на стол пару металлических пластин. – Если представить, что это наш номер раз, – отложила в сторону пластинку поменьше. – А это соответственно номер два. Один привязан к другому и допустим второй заставляет нагреваться первого – сможешь внедрить такую матрицу? – склонилась над плечом арха Соле.
– Пожалуй. – с сомнением протянул арх, оглядывая пластинки.
– Тогда занимайся. Как закончишь, дай знать, объясню что делать с полями. – кивнула ему и удалилась колдовать над списком необходимого для предстоящей операции.
Надо еще придумать, как заставить архара взять мне еще хотя бы одного ассистента. То что нам предстоит сделать я одна с архом Соле на подхвате просто не потяну.
Слишком велик риск упустить контроль.
Возможно удастся убедить его привлечь одного из моих бывших студентов – он практикующий целитель широкого профиля, и я смогу убедить его дать клятву о неразглашении или в самом крайнем случае на стирание участка памяти.
По пока архар и слышать об этом не хочет.
– Магистр, Вам бы на обед сходить, а то Вы завтрак пропустили. Сами же архара ругаете, что режим питания нарушает. – прошипев сквозь зубы что-то ругательное, арх Соле, судя по дымящейся болванке, не рассчитал силу и пережёг.
Я скрыла улыбку и молча подхватив блокнот потопала на выход – арх Соле терпеть не может когда у его неудач есть свидетели. Я уже заметила, что он лучше сосредотачивается, когда меня нет рядом. Хотя я конечно никогда не комментировала его неудачи, а сугубо хвалила таланты и старалась подбодрить, но он всё равно жутко бесится если не может сделать что-то с первого раза.
А мне без разницы где над списком думать, пойду в библиотеке посижу – время обеда уже часа три как прошло. Но глупо требовать от арха Соле внимания к таким деталям.
Я не глядя по сторонам распахнула тёмно-коричневую тяжёлую дверь в уютную и богато обставленную обитель знаний и услышала испуганный вскрик, а затем и грохот.
На инстинктах быстро заскочила внутрь и увидела молоденькую даору лежащую на полу в окружении тряпок, очевидно она стирала пыль, когда я сбила её дверью:
– Архара, я… – испуганные жёлтые глаза с вытянутым зрачком вытаращенные на меня и поднятые вверх руки словно в защите.
Я профессионально-успокаивающе улыбнулась опускаясь на колени рядом и обхватывая тонкое запястье запустила диагностику:
– Не двигайся, всё в порядке, я лишь осмотрю. Прости, что так неожиданно ворвалась, так привыкла, что вас не видно и не слышно, что совершенно позабыла о других обитателях дома. – ворковала я на девочкой, лет двадцати на вид в чёрно-багровой униформе прислуги, по опыту зная, что пока пациент слушает, что я говорю он не шевелится. – Как тебя зовут? – глядя прямо в глаза девочке, сместилась чуть ниже ощупывая ногу сквозь тонкую ткань брюк. Хорошо. Брюки широкие – легко подтягиваю штанину вверх.
– Алъеда. – уже чуть спокойней отвечает девочка, не пытаясь шевелиться.
– Очень приятно, Алъеда. У тебя небольшой вывих и ушиб – осторожно перевернись на спину. – аккуратно поддерживая травмированную ногу, помогаю перевернуться. – Я сейчас вправлю вывих, не пугайся звука – будет небольшой щелчок. Больно не будет, обещаю. – она торопливо кивает и каштановые волосы выбившиеся из косы падают на глаза, надо же первый раз вижу кудрявую даору.
– Архара Ае, там… – её глаза испуганно расширяются и я перебиваю, не давая разгореться панике.
– Умница. – Снимаю чёрные мягкие туфли и приспускаю багровый носок, не скупится архар на униформу, ткань на ощупь приятная и всё даже носочки у них оказывается в цветовой гамме клана, на фоне ощущается какое-то изменение, но я по сформированной годами привычке не отвожу глаз от пациента. – На счёт три вправляю, готова? – она продолжала испуганно таращиться куда-то поверх моего плеча, стремительно бледнея и не реагируя на вопрос. Боится боли? Такое бывает довольно часто. – Не переживай, выбьем у архара тебе пару выходных потом. – подмигнула я, но кажется напугала её еще сильнее. – Раз, два.. – не произнося три обезболила и вправила, одновременно запуская диагноста на этот участок. Идеально, кость встала на место и я проверила заживление ушиба.
Отлично. Лечить даоров одно удовольствие – их организму требуется минимальный толчок, так и эта девочка – секунд через тридцать – край минуту сможет встать и пойти не ощущая никаких последствий.
– Ну вот и всё, а ты боялась. Сейчас чуть полежим и найдём дао Нъеша, пусть отпустит тебя погулять, раз я такая неуклюжая. – мягко надавила я на плечи дёрнувшейся было вставать Алъеде.
– Слушайте, что говорит целитель, даори, не вставайте. – заставил вздрогнуть раздавшийся за спиной мягкий баритон Императора.
Я стремительно развернулась, полагаю столь же испуганно вытаращившись как и Алъеда.
– Архарон! – я так резко подскочила на ноги, что в глазах потемнело.
По инерции сделала шажок в сторону пережидая пока тёмные мушки от слишком резкой смены позиции в пространстве, ощутила как плечи обхватывают сильные руки.
– Прошу прощения, что напугал, Соаль. Заключать Вас в объятия при встрече становится доброй традицией. – перестав заворожённо рассматривать бледные широкие ладони и запястья с закатанными рукавами белоснежной рубашки и вскидываю голову вглядываясь в чуть склонённое ко мне лицо Императора.
Как всегда мучительно совершенен. Сегодня даже более чем в две предыдущие встречи. Какой-то по домашнему уютный, в белой сорочке с жемчужными пуговицами, чёрных узких брюках и высоких сапогах. Растрепанные волосы собраны в низкую косу, шикарные уши с загнутыми кончиками беспокойно двигаются шевеля серебристые пряди. На высоких скулах пробивается едва заметный румянец и лёгкая улыбка с едва заметными белоснежными клыками.
Боги, и как прикажите обуздать свои фантазии относительно этого даора, когда его чёрные глаза смотрят прямо в душу с таким пониманием, словно читают раскрытую книгу.
– Ну в этот раз я хотя бы прилично одета, так что уже прогресс. – в волнении ляпнула я и чуть втянула голову в плечи от стыда. Ну что я такое говорю?
Мягкий урчащий смешок и Архарон улыбается шире демонстрируя ямочку на правой щеке. Помогите, я хочу его нарисовать! И оставить себе навсегда. Чтобы когда я буду далеко отсюда, без надежды увидеть его ещё хоть раз, я могла оставить себе этот миг не только в памяти, но и на бумаге.
– Смотря что считать прогрессом. – склонившись еще ближе ко мне прошептал Архарон.
Я застыла ощущая его дыхание на своих губах, заворожённая отблесками в полуночных глазах и тут:
– И что здесь происходит? – занавес. Лица те же, место другое.
Глава 20
– Может чаю? – жалобно протянула я, оглянувшись почему-то на так и лежавшую Алъеду.
Жалобно потому что представила, очередную двухчасовую лекцию от Зандера на тему того что мы с Императором даоров не пара. Совсем. Ни сколечки.
Словно я этого не понимаю.
– Я принесу. – в секунду вскочила Алъеда и метнулась к двери на запредельной скорости, успевая подхватить раскиданные тряпки и незамеченную мной пшыкалку с синей жидкостью. Миг и она буквально просочилась в приоткрытую дверь.
Я с завистью покосилась на двери и мягко отпрянула от Архарона, чьи пальцы при появлении архара сжались на моих плечах причиняя лёгкую боль.
– Это становится традицией. – чуть ворчливо повторил высказывание Императора архар, не слышно подступая ближе и властным жестом обхватил меня за плечи, притягивая к себе и почти вдавливая в своё тело.
Глаза Архарона не мигая следившие за действиями архара хищно прищурились:
– Ты возражаешь?
– Как можно? Архарону всегда рады в моём доме. – ровным тоном отозвался Зандер и склонил голову.
Он тоже выглядел менее парадно сегодня – чёрная сорочка с расстёгнутым воротом и похожие чёрные брюки. Уши беспокойно метались из стороны в сторону.
– Устроимся в библиотеке? – робко подала голос я, снова поймавшая это ощущение – между двух огней.
– Как Вам будет угодно, милая Соаль. – отозвался Архарон и Зандер мягко подтолкнув меня в спину указал на зону с уютными тёмно-зелёными кожаными креслами вокруг низкого столика тёмного дерева.
Я уже говорила, что библиотека архара обставлена шикарно? Это не преувеличение – помимо раритетной коллекции книг собранных наряду с широким многообразием современных изданий, помещение разделено на два этажа, с высоким потолком в центре и испускающей мягкий свет большой люстрой круглое основание зависшее прямо в воздухе и свисающие по периметру нити украшенные хрусталём, панорамные окна с видом на входную парковую аллею, кругом всё отделано тёмным тяжёлым деревом, паркет на тон темнее. На втором этаже резные перила искусно повторяющие лиственный орнамент, несколько мягких зон в тёмно-зелёных тонах и тяжёлые портьеры насыщенного изумрудного цвета.
Чистый восторг.
В очередной раз возрадовавшись что на территории даоров можно свободно носить брюки не нарываясь на косые взгляды и не рискуя породить ненужные сплетни, удобно устроилась в глубоком кресле, заботливо устроенная архаром и думала как бы уточнить, по какой причине тут оказался Император?
– Так ты рванул с тренировки сюда, чтобы насладиться чаепитием в компании моей жены? – снова меняя стиль общения и переходя на панибратское «ты», лениво уточнил архар, расслабленно развалившийся в кресле вытянув длинные ноги под стол.
Так они были на тренировке, вот откуда такой неформальный вид.
С затаённым удивлением оглядела худощавую долговязую фигуру Императора – глупо, но я почему-то не задумывалась над тем, что Архарон может тренироваться или сражаться. По сравнению с мощным Зандером, Император выглядел более утончённым и хрупким. Сложно представить их в сражении.
– Почти. – протянул Архарон, устроившийся почти в той же позе, что архар.
И одна я сидела вжавшись в спинку кресла и сложив руки на коленях, разглядывая коричневую ткань любимых брючек. Тёмно-зелёная блузка с широким жабо надетая сегодня, почти сливалась по цвету с креслами, вызывая лёгкую досаду. Хотелось выглядеть эффектнее, лучше. Даже думать не буду кто вызвал столь неожиданное желание.
За пару секунд до того как мягко скрипнула дверь впуская дао Нъеша с парящими подносами, Архарон повернул голову позволяя любоваться изящным профилем и твёрдой линией подбородка.
В полной тишине дао Нъеш быстро накрыл столик с мясными закусками и отдельно сладкими пироженками и фруктами. Мясные закуски поближе к мужчинам, сладкое и фрукты ближе ко мне. С благодарностью улыбнулась дао, чуть поклонившемуся и неслышно исчезнувшему за дверью.
– Я ощутил всплеск паники. – неожиданно произнёс Архарон и я даже сначала не сообразила к чему он это.
– Ты установил в них следилки? – диалог становился всё менее понятным, я переводила взгляд с резко выпрямившегося и сжавшего кулаки архара на невозмутимого Архарона.
И я честно очень хотела задать вопрос о чем вообще речь, но обострившейся интуицией чуяла, что лучше сейчас тему перевести. На что-то максимально нейтральное.
И почему я снова в такой ситуации? В следующий раз, когда мне придёт в голову предложить им чаю, прикушу язык. До крови.
Как на зло на ум не приходило ничего.
Я медленно подалась вперёд и не глядя ни на кого взялась за фарфоровый бело-голубой чайничек и, аккуратно придерживая крышечку, разлила ароматный напиток мужчинам, а затем себе.
– Лимон? Сахар? Сливки? – нейтрально, всё также глядя исключительно в стол уточнила я как могла медленно уставаливая чайничек обратно в середину стола.
– Лимон, пожалуйста, и два сахара. – после весьма затянувшегося молчания, всё время которого я подвинувшись на самый кончик чуть поскрипывающего кресла я разглядывала стол, хрипловато отозвался Зандер.
Кивнула, выполняя требуемое и с мягкой улыбкой взглянула на Архарона – почему-то не смогла поднять взгляд выше его подбородка.
– Сливки, любезная Соаль. – тёплая усмешка скользнула по губам Архарона и я спешно отвела взгляд, разбавляя янтарную жидкость в чашке сливками из фарфоровой плошки со специальным углублением-носиком.
Аккуратно водрузила тонкую просвечивающую бело-голубую чашечку перед Архароном, только собираясь завести ничего не значащую беседу на тему любви к чаю и его вариациям, как Архарон задал вопрос от которого неприятно засосало под ложечкой:
– Милая Соаль, мне очень хотелось бы прояснить один момент – Вы познакомились с Заном десять лет назад в Аруде? – чашка в моих руках дрогнула, благо чай я успела отпить. – Вы ведь оба были там около одиннадцати лет назад, так?
Я бросила непроизвольный взгляд на архара, с удивлением оглядывающего меня.
– Нет, мы встретились гораздо позже. А одиннадцать лет назад Соаль едва исполнилось семнадцать, как бы она там оказалась? – недоверчиво фыркнул архар и резко отвернулась, уже понимая, что лёгкой беседы не получится.
Секунду на вдох и выдох. И я подняла голову, зная что в глазах отражается боль неутихающих воспоминаний. Открыла рот, чтобы прояснить ситуацию самостоятельно и ощутила настойчивый ментальный призыв от одной из своих студенток. Пятый курс, предпоследний. Адептка Миловани.
– Прошу прощения, вероятно что-то срочное. – преступая все правила приличия, тем более в присутствии Императора, я выскочила из за стола и отойдя чуть в сторону настроилась на принятие связи.
Я бы не стала отвечать в любом другом случае, но не тогда, когда человек с «той стороны» пребывает в такой панике и ужасе. Что-то случилось.
– Адептка Миловани, я слушаю. – подпустив в голос строгости ответила я.
– Магистр Ваера, слава богам, Вы ответили! – с явными всхлипами торопливо забормотала одна из самых спокойных моих учениц. – Мы приехали на плановую практику…А тут… Их слишком много… Всё в дыму… И мы…
– Успокойся. – прикрикнула я внутри словно покрываясь коркой льда, дурное предчувствие захватило нутро скручивая желудок в узел. Но сейчас только строгий тон, прояви я сейчас хоть каплю сочувствия и её накроет истерика. – Коротко и по делу. Где Вы? Кто из магистров с вами? И что ты видишь?
– Мы прибыли на высоту в десяти километрах от поселения Лавеле. Магистр Хонор наш куратор, в последний момент был вызван в штаб по срочному делу и направленным порталом переместил нас к подножию высоты. – чётко проговорила Мила, и я незаметно перевела дух. – Со штабом полноценную связь установить не удалось, но сигнал направили. Мы прибыли для прохождения плановой практики с прикреплением к отряду командора Сантьяго, несущему караул на высоте. Нёсшему. – её голос задрожал.
– Лавеле – это на границе, так? – дождавшись согласного угука, продолжила. – От штаба был ответ?
– Д-да. Они получили. Кажется… Магистр их тут сотни… тела… друг на друге… – хриплое рыдание вырывается из её горла и я стиснув зубы глотаю вязкий ком в горле.
Так, адептка Миловани на грани, если с ними нет магистра – свяжусь потом с ректором, это против всех регламентов – то вполне вероятно, что все более менее в одинаковом состоянии.
– Насколько я помню у тебя одно из сильнейших направлений менталистика, так? – сжав кулаки до впившихся в ладони ногтей, застыла я, смотря вперёд невидящим взглядом. Связались со штабом это хорошо. Значит скоро прибудет подмога для адептов и пострадавших.
– Т-так. – заикаясь прошептала Мила.
– Сможешь воссоздать плетение «Направленный взгляд»? – других вариантов я не видела, морально готовясь к тому что сейчас увижу.
– Да, магистр.
– Действуй. – сейчас я как никогда жалела, что не могу подпитывать никакие плетения кроме целебных, потому что силы адептке понадобятся в полном объёме. А «Направленный взгляд» очень ресурсозатратное плетение.
Лёгкая резь в глазах, мутная пелена и шикарная библиотека окончательно исчезает из обзора. Цветные пятна в доли секунды складываются в ужасающую картину. Удивительно, что адептке хватило сосредоточенности достучаться до меня в такой ситуации.
Прикусив губу удерживая эмоции внутри себя изо всех сил медленно оглядела пространство через глаза адпетки Миловани. На небольшом участке высоты не больше ста метров по диагонали в чёрно-сером клубящемся дыму буквально на каждом метре земли лежали тела. Мёртвые и раненные вперемешку. Искорёженные. Искалеченные. Слившиеся в сплошную грязно-буру массу с торчащими конечностями. Вот так выглядит война. Вот что остаётся после сражения. За правое дело или за «левое». Каждое сражение. Каждый раз когда кто-то начинает рассуждать «что мы могли бы», «вот мы бы сумели», «повторили бы подвиг» мне хочется кричать. Орать во всю мощь лёгких о том что в смерти, в любой геройской, или случайной, нет никакой романтики, любви, поэзии. Есть только – грязь, вонь, кровь и обрубленные судьбы. И сейчас мы видим сотни людей, искалеченных, израненных или убитых. И никто не поёт бравых гимнов. Никто не кричит никаких лозунгов. Мы застыли в ужасе и отчаянии. Наблюдая результат к которому приводит неумение и нежелание договариваться и искать компромисс.
Обернулась цепко оглядывая застывшую группку адептов целителей. Всего двенадцать считая Милу. Маловато, на такое количество пострадавших. Но что имеем.
Мои студенты с одинаково потерянным видом оглядывались по сторонам. Кто-то плакал, кто-то хмурился, а кто-то просто оглядывался, с недоверием, словно в надежде что всё это, весь этот ужас ему кажется.
И я их понимала. Но сейчас нет времени на сантименты. Каждая секунда промедления может стоить кому-то жизни.
– У вас ленты с собой? – Мила вздрагивает.
– Мы что же будем…
– Да. Передавай управление. Как почувствуешь, что выдыхаешься, скажешь. – сейчас это единственно верное решение. Да, мы исключаем минус одного целителя, но им сейчас нужен тот кто знает, что делать. По поводу того, где обретается их куратор я спрошу позже. И не у них.
– Адепты. Всё внимание на меня. – спокойным властным тоном проговорила я голосом Миловани. – Адептка Миловани связалась со мной не для того чтобы я вместе с вами потерянно оглядывалась по сторонам. Вы здесь для того чтобы спасти всех, кого сможете. – так, внимание каждого приковано ко мне, в глазах появляется осмысленность. Хорошо. – В подобных ситуациях первое, что вы должны сделать это оценить обстановку. Судя по всему, бой завершился около получаса назад, в радиусе километра-двух ощущается скопление разумных?
Перевела взгляд на адепта Саливани, в ответ на мой взгляд хмурый блондин блеснув помертвевшими глазами покачал головой. Хорошо. А серые глаза еще заблестят снова. Главное сейчас сделать всё необходимое.
– Это ужасно, магистр Ваера. Все эти люди… – зажав себе рот рукой подавляя рыдания проговорила адептка Сонника. Милый хрупкий ангелочек, полтора метра ростом и с вечным недовесом около десяти килограмм до нормы. На первом курсе коллеги-преподаватели даже ставки делали на каком моменте адептка покинет Академию, но у хрупкой девицы оказался стальной характер.
– Все эти люди нуждаются в помощи прямо сейчас. Не тогда когда вы успокоитесь и вспомните базовые шаги по работе с массовыми скоплениями пострадавших, а сейчас. – жёсткий тон и холодный взгляд и адептка испуганно закивав, уже не рыдает, а вцепившись в сумку переброшенную поперёк туловища ждёт. – Итак, достаём ленты. – адепты переглянулись друг с другом. – Время. – коротко напоминаю я, и каждый торопливо ныряет в сумку, доставая пучки лент трёх цветов чёрный, красный и жёлтый. И Белую с чёрным нулём. – Делимся по двое по мощности лечебных потоков – больший к меньшему. Адепт Саливани, со мной. – он самый сильный в группе, ему предстоит вытаскивать самых «тяжёлых» сегодня.
Адепты закончили распределение. На лицах сосредоточенная решимость. То что нужно в данный момент.
– Расходимся веером. Напоминаю, зафиксированный мёртвый обозначается нулём. Чёрная лента – тяжёлые с вероятностью выживания менее пяти процентов. Красные – тяжёлые и очень тяжёлые. Жёлтые – лёгкие раны. Пока оказываете помощь только красным. Кто закончит с красными подходит ко мне.
– Что будет с «чёрными»? – староста группы адепт Дорони, огромный детина под два метра ростом сведя чёрные брови на переносице с угрожающим видом двинулся на меня. Бас, угрюмый вид и сжатые в пудовые кулаки огромные ладони. Я могла бы испугаться такой очевидной ярости.
Но две влажные полосы на бородатом лице, говорили о слишком многом.
Это гнев от ужаса окружающего нас. От непонимания, можем ли хоть как-то помочь. Кажется что тела в дыму за спиной уже все потеряны для нас. Но это не так. По опыту знаю, что так жутко лишь вначале. Когда приступаешь к работе ощущение ужасающей беспомощности и бессмысленности вытесняется и приходит бешенная работоспособность. И вытаскиваешь одного за другим. Их много. И они ждут.
– Ими займёмся мы с адептом Саливани. Пошли! – гаркнула я.
Притихшая адептка Миловани ощущалась тугим комком страха и облегчения в уголке сознания. Ненавижу это ощущение, любая яркая эмоция и мгновенная потеря концентрации.
Запретив себе чувствовать. Запретив воспринимать происходящее как бы то ни было. Я развернулась и приготовилась делать то что умею лучше всего. Спасать жизни.
– Сали, потоки на тебе, контролирую я. Идём. – вооружившись лентами на пару с молчаливым адептом, первым красавцем университета, флиртующим с лёгкостью дыхания со всеми от самых юных наших пациенток до пожилой кастелянши в общежитии. Сейчас с плотно сжатыми губами, с кожей натянувшейся на скулах, с глазами полными пепла уничтоженной простой и понятной картины мира. Мы приступили к осмотрам.
Работы предстоит много. Дайте боги, чтобы Миловани хватило сил продержать плетение, пока не прибудет подмога. Не хотелось бы оставлять своих адептов наедине с такой трагедией. Первой и надеюсь последней бойней в их жизни.
