Текст книги "Жестокая любовь (СИ)"
Автор книги: Кира Шарм
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц)
5
– Обалденно танцуешь, – мачо вжимается в меня еще крепче.
Опускает руки на мои бедра, дергая на себя.
Мне неловко. Так меня еще никто вообще-то не лапал!
В закрытой школе, где я училась, вообще таких развлечений не было!
А парня…
Парня у меня не было вообще. Никогда.
Были какие-то несколько свиданий. Пару поцелуев. И… На этом все.
Мне не понравилось, откровенно говоря. Я вообще решила тогда, что прелесть этой стороны жизни очень сильно преувеличена.
А сейчас….
Очень странные чувства.
Вроде, все так танцуют? Или это и правда слишком откровенно и развязно?
Смотрю по сторонам, но парень уже раскручивает меня в танце.
Разворачивает лицом к себе, снова ударяя своими бедрами о мои.
– Давай… Как-нибудь полегче, – выдыхаю на сбившемся дыхании.
– Слишком быстро?
Его руки обхватывают мою талию.
– Голова кружится?
Наклоняется ко мне, обдавая жаром своего дыхания.
– Да.
Киваю.
Слишком быстро. Но речь совсем не о ритме танца! О другом…
– Ты такая… Необычная.
Он понимает все-таки буквально. Замедляется в движениях, несмотря на то, что музыка наоборот ускоряется.
– Спасибо, – неловко отзываюсь.
Слишком жарко. И да. Кружится голова. А еще почему-то вдруг остро захотелось сбежать!
Может, подруга и права? Но если посудить, он же ничего плохого мне не сделал. Ничем не обидел. Не нахамил. И не лапает при всех. Просто танцует. Без грязных намеков. Ничего такого, чтобы отталкивало.
– Может, немного отдохнем? Присядем? Познакомимся поближе?
Он шепчет мне прямо на ухо.
Касается края уха губами.
Вроде невзначай, но…
Это уже и правда как-то слишком.
Нервно выискиваю глазами подругу. Может, она подаст мне какой-то знак?
Но Рины нигде не видно. Танцующих стало больше. Да и в общем клуб как-то резко наполнился людьми.
Даже столика нашего не вижу.
– Так что, красавица? Или продолжаем?
Отчаянно киваю. Даже двигаться быстрее начинаю. Подсознательно думая, что таким образом избавлюсь от его рук на своем теле.
– В смысле танцуем? Или присядем?
– Отдохнем. Присядем, – добавляю. А то вдруг это двояко как-то прозвучит.
– Океееей, – тянет с усмешкой и начинает тащить меня за руку.
– Погоди! Мы в другом месте сидим! С подругой!
– Что? Не слышу тебя! Здесь слишком шумно.
И правда начинают ударять басы. Но мне почему-то вдруг показалось, что он специально. Делает вид, а сам все прекрасно услышал.
Видно, я себя совсем уже накрутила с этой идеей лишиться невинности!
– Что ты говорила?
Резко останавливается. Разворачивается и почти ударяется о мою грудь.
Мы на другом конце клуба.
Безнадежно скольжу глазами по залу. Но теперь вообще не уверена, где был наш столик.
– Я говорила, у нас там с подругой столик.
– Серьезно? И где?
– Где-то…. Там…
Беспомощно взмахиваю рукой куда-то по диагонали.
– Слушай, давай пока за наш присядем. Толпа такая, что не пробиться! Тут с ног собьют, сама же видишь.
Киваю. Ну, в конце концов, что он мне сделает, правда?
Вова улыбается и снова берет меня за руку. Ловко огибает толпы отдыхающих.
– Куда? Наверх?
Торможу, когда мы оказываемся у лестницы.
Сейчас только замечаю, что наверху девушки изгибаются. У шестов.
Но это же приличное место? Иначе Рина меня бы сюда не притащила!
– Пойдем быстрей. Со всей компанией тебя познакомлю! Программа наверху только началась. Потом вообще не пробиться будет! Заодно сверху и подругу твою увидим.
Свет приглушается почти до темноты. Светомузыка начинает идти вспышками.
Только девушки у шестов освещены подсветкой.
– Ладно, пойдем, – соглашаюсь.
Без вариантов. В темноте я ни Рину не разгляжу, ни выхода отсюда не найду. Тем более, что без подруги уйти не получится. Там моя сумочка осталась. Ключи, телефон…
– Вот и умница.
Увлекает меня за собой. Толкает дверь приватной кабинки наверху.
– Эй. Мы так не договаривались!
Я же не дикарка? Просто кабинка… Как-то меня смущает. Особенно на фоне всей обстановки.
– Ты что? Тут даже лучше! Нет толкотни. И обслуживают моментально. Тут специальные кнопки есть. Нажимаешь, тут же официант появляется.
Ладно. Не хочу показаться совсем уж дикой. Набираю в грудь побольше воздуха и смело шагаю на вход.
– Ай!
Тут же дергаюсь.
Потому что здесь совершенно темно. А его руки тут же жадно оплетают меня. Тут уже на танец не спишешь!
– Ну, чего ты?
Шепчет, скользя губами прямо по моей шее.
– Сама же меня поманила. Я слышал, что ты сегодня собираешься оторваться, ведь так? Лишиться маленького ненужного клочка в своем организме? Я для этого идеально тебе подхожу. И ты в этом убедишься!
Его руки нагло скользят по моему телу. Уже лапают. Без вариантов!
– А теперь не хочу!
Упираюсь в его грудь обеими руками. Нужно думать. Что в людных местах говоришь! Чтобы такие вот не подслушали!
– Да перестань, – еще сильнее притягивает к себе.
– Все равно ты невинности лишишься. А со мной это будет. Охренительно!
6
– Перестань. Я передумала, – выворачиваюсь, как могу.
Ударяюсь коленками в темноте об угол седушки. Чуть не падаю, но он ловит. Ловко подхватывает, переворачивая. Дергая на себя.
Опускает на сидение.
Нависает. Полулежа все еще стараюсь отбиваться.
– Да передумала я, ты меня слышишь!
Уже кричу. В панике.
– Ты же не насильник какой-нибудь, а? Или так гордишься, что силу к девушке применить можешь? Насильно взять?
Ни на что уже не надеюсь.
Ногтями врезаюсь в обивку сидения. Чувствую, как они до крови в нее опускаются.
Даже глаза закрываю.
Боже! Неужели это случится… Вот так?
– Ты права.
У меня даже голос пропадает, когда он отстраняется. Дышать начинаю. Хлопаю глазами, не понимая еще, что все обошлось.
– Я не насильник. Ну ты что? Я просто думал, ты тоже время хорошо провести хочешь.
– Хорошо, это не когда против твоей воли с тобой что-то делают.
– Правда. Прости. Я не разобрался сразу. Думал, ты просто играешь. Ну, ты что. Я насиловать не собирался! Даже и не думал!
Что-то щелкает. Внутри зажигается слабый, но все-таки свет.
Смотрю на него.
Внимательно всматриваюсь.
Похоже, он выглядит шокировано. Ну, слава Богу. Значит, и правда не насильник!
– Открой дверь. Я уйти отсюда хочу.
– Подожди, – тянет за руку.
Замечаю, что на столе накрыто. Много бутылок, бокалов. Закуски какие-то.
Может, и правда здесь не он один, а целая компания сидела. А это все просто недоразумение.
– Послушай, – потирает переносицу. – Мне правда неудобно. Я перегнул. Но я просто не разобрался!
– Хорошо, – киваю, чувствуя, как начинается откат. Зубы стучат. И колотит от холода.
– Подожди. Не хочу, чтобы мы с тобой вот так расстались. Давай посидим. Поговорим просто. Вот, – наливает в бокал из нескольких бутылок.
Второй себе берет.
– Давай мировую выпьем. Просто поболтаем. Ты мне о себе расскажешь.
– Нет, – дергаю головой. – Пить я ничего не буду. Я вообще не пью.
– Это сок. Коктейль из сока. Правду говорю. Вкусно. Я же тоже не пью. Я спортсмен так-то.
– Хорошо, – осторожно отпиваю, глядя ему в глаза.
Маленький глоточек. Хм… Как будто и правда сок.
– А вот это… Вот это намного вкуснее. Ты просто попробуй, – вкладывает мне в руку какой-то леденец.
– Что это?
– Очень вкусно. Не волнуйся.
Поднимает руки примирительно.
– Ничего плохого я тебе не желаю. Правда. Хочу, чтобы у тебя осадок от нашего знакомства плохой не остался.
– Я не обижаюсь, но хочу …
Договорить не успеваю.
В этот момент свет снова тухнет.
Только слышу, как ударяет дверь. Как будто бы ее снесли с петель.
Ругать, какие-то удары. Грохот.
А дальше…
Дальше меня хватают и куда-то тащат…
– Всех спаковали?
Я пытаюсь отбиваться, но меня держат как в тисках.
Просто грубо сваливают на пол, как какой-то мешок с картошкой или тряпьем.
– Все здесь. Наркота, шлюхи. Полный комплект.
– Никто не ушел? Вы уверены? Черный ход проверили? Наверху? Каждую вип чертову кабинку?
– Да. Прошерстили все. Можешь быть уверен. Ни одна крыса не проскочила.
– Где Арсеньев?
– Нежится в сауне в элитном комплексе, – хмыкает. – Недолго ему кайфовать. Голый оттуда сорвется и сюда на крыльях прилетит. Сдирая шины к чертовой матери!
– Что-то не спешит, – голос первого мрачный. Хмурый. Командный.
До мурашек пробирает.
Похуже ударяющий на танцподе басом внутри отдается.
– Прилетит. Дай пару минут. Мы же быстро все вычистили. Десяти минут даже не прошло. А он на другом конце города. Прилетит, Как миленький. Куда ему деваться?
– А знаешь, – осторожно разгибаюсь.
Приоткрываю глаза.
Мы все в каком-то кабинете. Здесь полумрак.
Замечаю вокруг людей… Несколько десятков, наверное.
Все на полу. Полусогнутые.
В дальнем углу замечаю своего неудавшегося мачо. Только вот от мачо и следа не осталось. Весь перепуганный. Подбородок дрожит. Кажется, сейчас расплачется. А, может, уже и в штаны наложил.
Еще несколько парней. Кажется, я их видела на танцполе.
Все девушки, которые у шестов изгибались тоже здесь. Почти раздетые, в одних золотистых трусиках.
Есть и другие. В ошейниках каких-то. В странных кожаных ремешках на бедрах.
У стен и у входа по всему кабинету стоят мужчины в черном. Мрачные. С какими-то лицами, будто у роботов.
Это они, получается, нас всех в охапку и сгребли. Сюда притащили.
Только вот зачем? Ничего не понимаю.
Подруги нигде не видно. Но здесь слишком темно, чтобы рассмотреть всех. Половины не видно даже.
Перевожу взгляд на главного. Того, кто сидит за огромным массивным столом.
Его лица не видно. Только такие же черные штаны, как у всех и черная футболка. Руки с нереально огромными бицепсами. Широкая грудь. От него так и веет мощью и силой. Такой пальцами, наверное, сдавит, и шею переломит.
– Устал я с ним беседы проводить, – кажется, его голос отбивается от стен.
Мурашки ледяные по коже разносит.
– Раз не появился тут же и прошлых вливаний не понял, то к чертовой матери. Этих – в полицию. Его тоже, как появится, пусть забирают. Сколько возиться можно и объяснять, что здесь не притон, чтобы наркотой и девками торговать?
– Гер, может помягче ты, а? Все-таки клуб Владу принадлежит.
– А Влад-то здесь причем? Мы нечисть из его клуба выметаем. Считай, за органы их работу сделали. Клуб не закроют. А этих всех во главе с Аресеньевым, так запросто. На пару эдак лет.
– Не слишком жестко?
– Нормально. Что делать, если человек слов не понимает?
– Может, помягче, а? Другие способы есть информацию подоходчивее донести.
– Намекаешь. Что в его организме слишком много целых костей? Нет, Дэн. Не вариант. Если бы этот сученыш сразу сюда сорвался, то, может, я бы и подумал так мягко с ним беседу провести. Но уже десять минут прошло. И где он? Думает, я тут шутки шутить с ним собрался. В прошлый раз вообще. Бабло мне всунуть решил, идиот. Пусть выгребает теперь по полной программе, если мозги не в ту сторону работают.
Кажется, я не улавливаю всей сути.
Только обрывки.
Но полицию и суть того, чем здесь занимаются и за что нас сюда приволокли, улавливаю четко.
Полиция? Арест?
Ох, нет! Нет, нет, нет!
Отец такого мне не попустит! Домашний арест мне сказкой покажется! Да он меня с землей смешает за такое!
А если еще и его тот старый партнер узнает, что его невесту в полиции закрыли за… Даже слово это в мыслях произносить не хочу!
Это же скандал будет! Жуткий! На всю столицу!
Дочь Валерия Поплавского арестовали за такое!
Тем более, отца-то сейчас даже в стране нет. К гадалке ходить не нужно, чтобы понимать, что Дара с Ринатой и пальцем не пошевелят, чтобы меня оттуда вытащить или как-то все замять. Наоборот. Сделают все, чтобы я осталась там как можно дольше. Еще и прессу подключат. Они же спят и видят, чтобы отец от меня отказался! И чтоб завещание все на них написал!
Это…
Катастрофа!
Сжимаю кулаки.
С наивной детской вере, что, если их держать, то пронесет. Рефлекторно.
– Вызывай, – дает отмашку главный, и внутри все холодеет.
Второй кивает и выходит, прижимая телефон к уху.
– Пожалуйста, не надо.
Начинаются крики. Суета.
Все те, кого сгребли вместе со мной, резко поднимаются с пола, где раньше тихонько сидели, не шевелясь.
– Арсеньев разберется.
– Мы просто переедем в другое место…
– Молчать!
Рявкает этот главный и все затихает.
– Я Арсеньева предупреждал. Теперь с ним разбирайтесь!
А дальше… Дальше начинается просто полный ужас.
Звуки сирен, внутри хаос и беготня.
Двери слетают с петель. Явно ударом ноги.
Даже, кажется, выстрелы слышны. Но я не уверена. Может, это мое разыгравшееся от страха воображение.
– По очереди. На выход, – командует полицейский.
Даже не понимаю, сколько их здесь.
– И не дергаться!
Закрываю голову руками. На чем свет стоит кляну себя за эту дурацкую идею лишиться невинности. Потому что иначе я бы здесь сейчас не была!
– На выход.
Рявкает полицейский раз за разом.
Указывает пальцем на кого-то и тот послушно выходит.
Люди, которые все это устроили, так и стоят у стен по всему кабинету. Главный расхаживает между «преступниками». Да, может они и виноваты! Но только не я!
– Пожалуйста!
Понятия не имею, как набираюсь смелости.
Хватаю его за футболку, когда он проходит рядом со мной.
– Пожалуйста! Я не с ними! Я понятия не имею, что здесь вообще происходит! Я в этом клубе в первый раз вообще! Мне нельзя в полицию!
– Ага. Все вы здесь. В первый раз. Вообще. Случайно мимо проходили.
– Нет! Я правда! Мне восемнадцать сегодня! Я отметить хотела… С подругой, и…
– Ну вот и ответишь по полной программе, раз уже восемнадцать есть! Пора учиться взрослой жизни. И отвечать за то, что делаешь.
– Нет! Пожалуйста! Я правда случайно здесь!
– Правда?
Он хмыкает.
Резко опускается передо мной на корточки.
Скользит черным тяжелым взглядом по лицу. Будто как рентгеном может понять, что у меня внутри. Правду я говорю, или вру сейчас.
– Правда, – киваю, а на глазах слезы выступают.
– Ты. На выход, – полицейский касается моего плеча.
А я неотрывно смотрю в глаза этому главному. Вкладываю в свой взгляд столько мольбы, сколько могу. Умоляюще складываю руки перед собой.
– Эта не в теме. Со мной пока пойдет, – его губы кривятся в какой-то странной, хищной улыбке.
– Давай. Поднимайся, – сжимает пальцы на моем плече. – Или передумала, м?
– Я тоже случайно!
– В первый раз здесь вообще!
Начинается визг. Крики. Просьбы.
– Молчать!
Рявкает так, что стены дрожать начинают.
– Ты – за мной. Остальных пакуйте.
Следую на ним, пригнув голову. Внутри всю трясет. А вдруг передумает, мамочки?
Он проходит в распахнутые створки шкафа за столом. Там оказывается еще одна комната.
Переступаю порог, и…
Тут же оказываюсь прижатой мощным телом к стене.
– И чем ты со мной расплатишься за такое удовольствие? Не провести ночь в обезьяннике, м?
7
– Расплачиваться? Эммммм….
У меня подкашиваются ноги.
От стресса, который сейчас накрывает выше головы. Начинается откат. Чувствую себя так, как будто все кости из тела вынули.
Но…
Не только поэтому!
А еще потому, что….
Боже! Это же ОН! Герман!
То ли нервы играют со мной дурацкую шутку. К ним еще и прибавляется полумрак.
То ли…
Это действительно он!
Лучший друг моего старшего брата!
В которого я отчаянно была влюблена, сколько себя помню!
Он на меня и не смотрел никогда. Тыкал, не глядя, мне в руки куклу, когда в гости приходил. Или бусики какие-то. И отправлялся с братом какими-то их делами заниматься.
А я…
Я прокрадывалась. Иногда просто у брата под дверью так и стояла, пока он там оставался.
Не подслушивала. Просто слушала его голос. От него с ума сойти можно.
Низкий. Прямо в живот сразу ударяет. Ну точно, как басы в громкой музыке.
Чуть хрипловатый. Мало того, что внутри живота отдается. Еще и мурашки сразу по коже ползут. Даже не разбирала, о чем они там разговаривают. В суть не пыталась ни разу даже вникнуть.
Просто слушала его речь. И…
Подсматривала. Любовалась. Краской заливалась, разглядывая мощные кубики на загорелом прессе. Особенно когда парни в бассейн отправлялись и сбрасывали футболки. Или когда, шутя, обливались из шланга у нас на заднем дворе. Так ладошки и горели, когда их хотелось прижать к его горячей коже на этих кубиках. Распаленной на солнце, с капельками ледяной воды…
А черные глаза… Огромные! В которых провалиться можно. Утонуть. Прямо насмерть.
В его глазах всегда было больше, чем в тех словах, которые проносились мимо сознания.
То ураган. То черные мрачные тучи. А иногда они просто искрились. Как будто солнечные блики по воде…
А губы… Да, Боже! Эти губы снились мне по ночам, заставляя сходить с ума! Чувственные. Ярко очерченные. В меру большие, особенно верхняя. Я все бы отдала, чтобы попробовать, какие они на вкус!
А эта ямочка на подбородке… Ммммммм….
Не верю!
До боли прямо распахиваю глаза. Впитываю в себя каждую черточку!
Брат давно с нами не живет. Его и в столице пару лет не было. Помню, Герман должен был уехать с ним.
Понятия не имею даже, сколько же я его не видела!
И вот теперь…
Теперь он так близко!
Мой кумир! Моя первая любовь! Девичья мечта!
И я дрожу, как попавшая в паутину бабочка под его руками!
– Чего так смотришь?
Оооооо….
Он наклоняется к моему лицу.
Обдает жаром своего дыхания мои губы.
А голова уже плывет. Не соображаю, где я и почему здесь оказалась. Ведет от его запаха. Такого терпкого. Такого мужского…
– Думала, просто так тебе обойдется, мммм? Нет, красивая. Просто так не выйдет. Или идешь с полицейскими в участок, или устроишь мне такую ночь, чтобы у меня волосы на руках дыбом стояли. Как, справишься, ммм? Ты же профессионалка. Каждую ночь здесь этим занимаешься. А мне нужно выпустить пар. Не принуждаю. Все добровольно. Твой выбор.
Только шумно сглатываю, расширенными глазами глядя в его. Не мигая.
А его черные глаза так близко… Как никогда не были!
Герман возмужал. Стал еще шире в плечах, и…
Черт!
От него, вот такого еще сильнее кружится голова, чем раньше, когда я была влюбленной дурочкой!
Он теперь… До одурения мужественный. Один взгляд и тут же прошибает насквозь.
Команды отдает так уверенно и с такой силой в голосе, что не послушаться невозможно!
И…
Понимаю ведь, что все, что он сейчас мне говорит – чистая мерзость. Будто ноги вытирает.
А еще…
Понимаю, что я могу признаться, кто я. Не поверит, предложить позвонить Игорю, брату. Все выйдет наружу за считанные минуты. Недоразумение разрешится.
Брат уж точно не поверит, что я часто в таких местах бываю, хоть Дара с Ринатой точно бы все уши прожужжали отцу и всем остальным, что я именно такая.
С братом у меня хорошие отношения. Хоть и общаемся мы очень редко. Но я уверена, что он будет на моей стороне. Что бы не случилось.
Но…
Тогда Герман больше никогда не посмотрит на меня ТАК. С этими вот полыхающими опасной и будоражащей чернотой глазами. Так жадно опуская взгляд на мои губы и ниже…
Да он вообще на меня не посмотрит! Я снова стану для него просто мелкой сестренкой его друга. Которой можно только тыкнуть в руки куклу и пойти дальше, даже не глядя.
Может, это и есть мой шанс?
Я же мечтала расстаться с девственностью не со стариком!
– Чего молчишь, мммм?
Его рука проводит по ключице. Будто ошпаривает кипятком. Глаза еще сильнее вспыхивают.
Ведет пальцами ниже. Очерчивает вырез декольте.
Сердце колотиться, как бешенное. Вылетает из груди. В горле пересыхает до невозможности.
– Прикидываешь, какой из вариантов лучше, мммм?
– Я… Согласна, – рвано выдыхаю.
– Точно? Уверена? На что согласна, мммм?
Это невозможно!
Потому что воздух весь уже давно выбился из легких. А слова все повылетали из головы.
Особенно, когда он наклоняется к моему лицу еще ниже. Упирается в меня бедрами на максимум. Проводит пальцем по моим губам, с силой придавливая их.
– Провести с тобой эту ночь, – выдаю на одном дыхании.
– Странно. Я почему-то и не сомневался, – Герман криво усмехается, и мне совсем не нравится его эта ухмылка.
А еще то, что он отодвигается.
Скользит по мне взглядом. По всему лицу глазами проводит. А как будто пальцами. Прямо физически чувствую прикосновения.
– Чего так долго размышляла, мммм? Ждала, что я бабла тебе предложу? Не можешь просто так, без оплаты, да?
– Вовсе нет, – лепечу.
Герман вдруг резко наваливается на меня. Зарывается пальцами в волосы. Тянет их до легкой боли, сжимая в кулаке.
Накрывает мои губы.
Боже!
Сколько раз я себе это представляла!
Но совсем не так!
Тягуче, медленно. Осторожно прикасаясь… Пробуя на вкус. Ощущая тонкую кожу на губах.
То, что он творит, совсем не похоже на мои фантазии.
Он порабощает. Пожирает.
Обрушивается на губы так сильно, что они начинают болеть. С нажимом раздвигает их, мощно ударяя языком.
Еще раз. Еще, Кажется, он до горла сейчас им начнет вбиваться.
Искры из глаз. Безумие. Сумасшествие.
Тянет волосы сильнее. Натягивает кожу головы.
Она начинает покалывать, но… Это даже приятно.
Ощущения… Как будто прыгаешь на страховке с огромной высоты. Восторг и одновременно дух вышибает. Напрочь.
Резко раздвигает мои бедра, вбиваясь между них ногой. И меня словно током ударяет. От пальцев на ногах до самой головы. Разряд за разрядом.
Задыхаюсь. Ловлю его дыхание. Дышу только им. Им….
– Черт. Какая ты. Одуренная.
Хрипит и тут же опускает руки мне на бедра.
Резко разворачивает.
Толкает к столу.
Ноги подгибаются. Совсем уже не держат. Если бы Герман не держал так крепко, я бы уже точно свалилась.
В голове гул. Я даже не понимаю, что стол чем-то занят.
– Вот так, – он просто сметает все со стола резким движением руки. Следующим прогибает меня в спине, заставляя чуть не улечься на стол животом.
– Сейчас только разминка, – прямо в спину ударяет его хриплый голос. Тут же отбиваясь внизу живота.
Герман опускает руки на мои плечи. Медленно, с нажимом ведет вниз… До самых бедер.
Цепляет пальцами край платья, вжимаясь в меня так, что я подрагиваю.
Только сейчас накрывает настоящим осознанием, что сейчас это случится. То, как сильно ему хочется, я очень ощутимо чувствую сквозь ткань…
Я. Стану женщиной. Вот прямо сейчас. Вот так.
– Герман.
Двери с грохотом распахиваются.
Не вижу, скорее чувствую, как он оборачивается. Продолжая так и прижиматься ко мне бедрами. Вжимаясь так, что, кажется, ткань платья сейчас затрещит.
– Какого черта.
Рявкает. Слышу, как бряцает пряжка ремня. Он что? Уже таки успел его расстегнуть? Я даже не заметила.
– Там полиция с тобой поговорить хочет. И еще наш виновник торжества наконец подтянулся.
– Его запаковали?
– Нет. С черного входа пробрался. Ссыться. Чуть не ревет, как девка. С тобой поговорить прям умоляет.
– Прямо так и умоляет?
Слышу насмешку в его голосе.
– Таки да. Я уже думал, на колени упадет и руки мне целовать начнет. На штаны, конечно, не смотрел. Но не уверен, что они сухие у него остались.
– Дэн, расклад такой. Полиции скажи, что я работу сделал. Им все на блюдечке приподнес. Готовое. Практически, еще дымящееся. А с Арсеньевым… О чем теперь уже говорить? Пока я на разговоры был настроен, он слушать не хотел. Выкобеливался. Теперь пусть выгребает свое. По полной.
– Точно? Ты уверен?
– На все сто.
– Гер, выйди к полицейским все – таки. Там договорняки, ты же в курсе. Они не понимают, что им делать. Не просто же так столько времени глухими и слепыми притворялись.
– В смысле, что делать?
– Ну, так. Попугать ты хочешь или реально по полной решил все запустить.
– Черт. Все объяснять надо.
Отстраняется.
Тут же ощущаю холод. Начиная с ног.
Добирается выше. До самой кожи головы. Покрывает все ледяными мурашками. Снова потряхивать начинает. Только теперь уже иначе.
– Вернусь через минут пять. Можешь в этой же позе и ждать.
Сжимает мою пятую точку всей пятерней. Так, что даже больно слегка становится.
– Девка-то как? Справилась? Или на троечку?
– Тебе-то что?
– Да вот думаю. Надо было и себе одну из них забрать. А что? Не одному же тебе развлекаться. Может, я здесь с ней по-быстрому? Пока ты разбираться будешь? В десять минут все равно не уложитесь. Там поговорить реально надо. И Владу вызвонить.
Чуть не бьюсь головой о стол. Хочется спрятаться. А лучше вообще. Провалиться.
Меня реально за шлюху принимают.
Только вот с Германом шанс еще рассказать про брата был. А с этим… А если еще сюда парни ввалятся? Они же реально думают, что я продажная девка!
– Мое не трогать, Дэн. Самому надо было выбрать себе развлечение на вечер. А так прошлепал, к чужому не суйся. Кто тебе виноват?
– Чего жмешься? С такой не убудет. Ей хоть пятерых через себя пропустить. Привычная же.
– Сказал. Не трогать. Что тебе непонятным показалось?
– Ладно, босс. На будущее учту. Что ты не делишься.
– Не делюсь, – Герман снова проводит ладонью по моим бедрам.
Слышу его быстрые уверенные шаги. А после хлопок двери.
Так и стою все время в этой идиотской позе.
Уткнувшись головой в стол. Ноги раздвинуты. Спина прогибается. Животом почти на столе лежу.
– Так и стой, – слышу уже чужой голос.
– Я быстро. Босс и не заметит.
О. Боже. Я ведь думала. Что он ушел!
