Текст книги "Сезон охоты на властного босса (СИ)"
Автор книги: Кира Муромцева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)
Как бы ни так. Теперь ведь обуваться и тащиться вниз, встречать незваного гостя. И послать – не пошлешь. Вдруг он шефа прикопал где-то в лесочке, а я ни слухом, ни духом. Надо же улики помочь ликвидировать. А то пойду соучастницей. Собственными руками ведь подписывала приговор, когда Федю из кустов выпихивала.
Спускаюсь в весьма паршивом расположении духа, размышляя, как буду отстирать пятна крови от любимого халата, если что. Да, я пессимистка. Ну сложно мне придумать иную причину, почему Федя не только умудрился отвлечь великое начальство, но еще и поехал куда-то с ним.
– Ну и где он? – руки на груди скрестила и вперила в бородача весьма красноречивый взгляд, сначала даже не заметив, казалось бы, очевидного.
Федя был пьян. Не так чтобы в зюзю, да и на ногах сам стоял, хоть и пошатывало его слегка, но стоило подойти совсем близко, как пары алкоголя сбивали с ног.
– В такси, – хмыкает гаденыш и хлопает по крышке авто с желтыми шашечками, на которой они по всей видимости и приехали.
– А почему не выходит? – задаю наводящий вопрос.
– Он это, как тебе сказать ,..– чешет затылок Фёдор. – Бухой вусмерть.
– В смысле? Ты споил моего шефа?
– Слушай, он сам. Я тут не при чем. Мы поехали в бар, сначала всё было культурно. Потягивали виски, глазели на б…по сторонам мы глазели.
– Угу, – скептически заламываю бровь, взмахом руки, заставив, продолжать.
– А потом что-то пошло не так. Мы разговорились и вот…Куда его теперь? Я пытался растормошить, чтобы домой отвезти, но бесполезно.
«Отличный» вечер. Просто шикарный. Теперь мне хрен знает куда тащиться, чтобы доставить бренное тело шефа до кроватки. К себе домой я его не пущу. Там Матильда, дерево от злых духов. В общем, не располагающая для похмелья обстановка.
Чтобы узнать места обитания великого начальства, приходится названивать Марине Юрьевне. Благо, она не спала, увлеченная просмотром любимого турецкого сериала и тут же выложила мне все пароли и явки.
Итак, новости было две: хорошая и плохая. Хорошая, заключалась в том, что ехать было недалеко и с консьержем глава отдела кадров договорится, чтобы нас пропустили и открыли дверь запасными ключами. Шарить руками по карманам Бероева я не горела желанием.
А вот плохая…Одна я Егора Сергеевича не затащу в квартиру, даже если учитывать, что в небоскребе, где он жил, был лифт. Во мне веса то живого, как в мешке с цементом, в то время, как масса шефского тела явно превышала мою вдвое. Придется опять Федю подключать. Лишь бы наш герой не вырубился на половине дороги. С двумя боровами я точно не управлюсь.
Вялое, но еще относительно живое тело великого начальства, мы транспортировали без происшествий. Улыбчивая женщина-консьерж, услужливо проводила нас до квартиры Бероева. Запасными ключами открыла входную дверь, ни разу не бросив в сторону нашего столь колоритного трио осуждающего взгляда. Стойкая дама.
Я бы на её месте точно бы усомнилась в нашей адекватности. Ну просто представьте: девушка в шелковом розовом халате, растрёпанная, на ногах тапочки в виде ушастых зайцев. Следом бородатый громила, который тащит на себе бурчащего что-то мужика, сам то и дело шатается, врезается в стены и громко матерится.
Любая другая бы при таком раскладе уже полицию вызвала или психушку, а она лишь улыбается, качает головой и придерживает дверное полотно, которое так неосторожно уже врезалось в лоб Феди. Дважды. Ладно уж, это Федя в него врезался.
– Фух! – выдохнула от облегчения, когда мы, наконец, сгрузили Егора Сергеевича на кровать размер кинг-сайз. – Ого. Впервые вижу зеркальный потолок.
Пока тащили его как-то не особо было много времени рассматривать убранство квартиры, но оставив великое начальство отсыпаться и, разогнувшись, волей-неволей пришлось оглядеться.
А посмотреть было на что. Огромная кровать, размером с футбольное поле, зеркальный потолок, картина весьма фривольного содержания над изголовьем, на которой изображена полуголая девица.
– Миленько, – поджала губы, рассматривая барышню.
– Какая пошлость, – прокомментировал бородач, пустым взглядом гипнотизируя дверь.
Что конкретно я уточнять не стала. Спать хотелось уже с невероятной силой, а мне еще этого героя домой отваживать.
Кое-как заставив умостившегося на краю кровати Федю подняться, я невольно представила сколько придется отдать таксисту за простой и поморщилась. Остается только давить на совесть господина Бероева и требовать свои кровные обратно. Ни с Федьки же брать, право слово. Бородач явно беден, аки церковная мышь.
Да и я, конечно, не обеднею с этих нескольких тысяч, но сам факт! Мы его высочество тащили на своих горбах, довезли в целости и сохранности, ни разу нигде головой не приложив. Долг платежом красен.
Пока размышляла, мы благополучно успели вернуться к моему дому. И Федька задрых, положив голову мне на плече. Натурально так, пугая раскатами своего храпа водителя, родом откуда-то с центральной Азии.
Таксист дрожал как осиновый лист на ветру, то и дело косился на спящего медведя и, видимо, молился, чтобы эти суровые русские не устроили ему разборки.
– Федь, – попыталась растолкать, но какой-там. Дрых, словно сурок . – Федя!
Промычал что-то, но категорически отказался открывать глаза. Если он блефует так, я его убью. С особой жестокостью!
– Поможете? Одна не утащу, – вздохнула тяжело и на водителя бросила глубоко печальный взгляд.
Ну, давай же! Не разочаруешь же ты меня и не бросишь даму в беде?!
– Заплачу, – фыркнула, когда реакции не последовало.
Волшебное, однако, слово. Восточного мужчину с водительского сиденья, как корова языком слизала. Я оглянуться не успела, как Федю вытащили из авто, и потянули к подъезду. Пришлось выползать, как можно быстрее, бежать наперерез, чтобы быть на шаг впереди и открывать двери.
Матильда, увидав незваных гостей, зашкерилась за шкаф, включая на всю мощность кошачью сирену. Благо, зная о такой её особенности, я еще на стадии ремонта сделала звукоизоляцию. Иначе, меня бы точно четвертовали соседи.
– Хозяйка, – подал голос мужичек с ноготок. – Куда?
– Сюда, – пальцем ткнула в сторону дивана и, дождавшись пока второго за сегодня готового «клиента» сгрузят на мягкую мебель, вытащила кошелек.
– Сколько?
– Пять, – растопырил ладошку мужчина.
– Ууу, – протянула. – Грабеж!
– Ууу, – повторил за мной яркий представитель восточного народа. – Спина!
– Черт с тобой, вымогатель! – расплатилась по счетам и, проводив водителя такси, закрыла за ним двери, обходя стороной шипящий шкаф.
Стянув с Фёдора обувь и подложив под голову подушку, провела тыльной стороной ладони по лбу и прошипела:
– А с тобой я завтра разберусь, паршивец!
11
Господи, почему так невероятно жарко?! Словно кто-то подключил батарею к электросети и прислонил к моей спине. А если учесть, что на улице вовсю лютует южное лето, то масштабы катастрофы становятся более ощутимы.
Вдобавок еще и тяжело. Приходится прикладывать недюжинные усилия, чтобы сделать малейший вздох.
Первой мыслю после пробуждения было, что мне поперек груди положили гирю, но стоило приоткрыть веки, как все само собой встало на свои места. Нет, это была не гиря и не батарея. Всего-то рука бородатого гада.
– Какого х…! .
– Луковка, не ори. Башка трещит, – морщится наглая рожа, но руку убирать не спешит. Скорее даже наоборот.
Фёдор подгребает меня ближе к себе и зарывшись носом в волосы, без каких-либо угрызений совести начинает сопеть. И хоть бы хны ему!
Как он вообще умудрился оказаться в моей постели?! Я же с мельчайшей точностью помню, как таксист сгрузил его на диван в гостиной. Вот именно, что в гостиной. Но никак не в мою кровать. Еще и в одних боксерах.
– Ты охамел в край?! – пытаюсь вырваться из крепкого мужского захвата, лягаясь похлеще взбрыкнувшей кобылы. – Отпусти меня немедленно. Я на тебя Матильду натравлю.
– Твоё исчадие ада, я закрыл в туалете, – зевает громила, почесывая подбородок.
– Что ты сделал с моей кошкой? – подозрительно тихо уточняю я.
Федя насторожился. И правильно сделал. Ибо ситуацию с тем, как он материализовался в моей кровати, я еще могу спустить на тормоза, но не Матильду. За эти пушистые штаны – покалечу любого. В том числе такого бугая.
– Без рук, – бородач шустро отполз на самый край кровати. – Я проснулся, а она сидит у меня на груди и смотрит своими глазищами. Попытался встать, но она прохода мне не давала! Это была самооборона!
– Расскажешь врачам в реанимации. Если сможешь разговаривать!
Услышав голос своей преданной рабыни, Матильда заголосила из санузла, выводя тоскливые рулады, в которых было вложено столько боли и обиды, что не передать словами.
Я схватила подушку и, перекатившись, оседлала бородача, поднимая будущее оружие убийства над его головой.
– О, прекрасная дива, – патетически воскликнул он. – С Ваших прекрасных рук, хоть яд…
– Издеваешься?
– Немного, – хохочет гад.
А затем я совершенно теряюсь, так как мир переворачивается с ног на голову, и я оказываюсь под сильным поджарым мужским телом.
– Твоей кошке полезно немного посидеть и подумать над своим поведением, – шепчет Фёдор, носом вырисовывая линии на моей щеке.
– А тебе? – голосовые связки предательски хрипят, а по телу уже расползаются миллионы мурашек, предвкушая продолжение банкета.
Это я еще руки держу в узде. Хотя кончики пальцев так и зудят потрогать эти крепкие плечи и руки. Не врали ученые, когда гудели из каждого утюга о мышечной памяти человека.
– Что мне? – его горящий взгляд давно и прочно прилип к моим губам, так что вопрос действительно не донес до сознания адресата нужный контекст.
– Не нужно подумать над своим поведением? – шепчу я, сопротивляясь со всех сил его притяжению. – Зачем залез в мою кровать?
– А зачем еще мужчина и женщина, могут оказаться в одной кровати? – заламывает бровь этот гаденыш.
И только потом я понимаю, что вопрос риторический. Когда Федя таки жалит мои губы огненным поцелуем, а я позволяю это непотребство, растекаясь лужицей перед этим просто невыносимым мужланом, который вопреки всему, безумно нравится мне.
Мы целуемся в запой под аккомпанемент кошачьих криков, избавившись от моей пижамы в рекордные сроки, уравняв наши с Фёдором позиции.
И мне это нравится. Чертовски нравится его трогать, целовать, ощущать его тяжесть. Борода эта дурацкая тоже нравится. И даже вопли Матильды я ему с горем пополам прощаю.
Но судьба-злодейка любит жестоко шутить. Пока его руки шарят по всему моему телу, в моё сознание прорывается настойчивая трель мобильного. На чистом автомате я нахожу рукой телефон на прикроватной тумбочке и, пока Федя отвлекается поцелуями на мою шею, кошусь на экран.
«Мама»
О нет! Если я сейчас не отвечу, она примчится через весь город наплевав на пробки, ремонты, светофоры. Мою маменьку ничего не остановит.
– Пусти! – начинаю сопротивляться я. – Сейчас же!
– В шкаф! – командую я, опешившему Фёдору.
Еще бы! Сначала брыкалась, пару раз заехав бедняге по носу локтем, а теперь еще и в шкаф заставляет лезть. Точнее в гардеробную, но суть от этого не меняется, естественно.
– Зачем в шкаф? Муж что ли приезжает? – заламывает бровь и иронично усмехается.
Стало быть, мало я его стукнула, если у него еще есть настроение шуточки свои шутить. Прекрасно ведь знает, что никакого мужа у меня и в помине нет. А вот мама есть. Очень активная мама. И ей мой выбор и Федькина профессия не понравится от слова совсем.
Аррр! Какой еще выбор, Софья?! Ты этого громилу на дух не переносила, а стоило ему твои бочка намять и язык в рот засунуть, так сразу о выборе каком-то мифическом заговорила. И даже шефа за утро ни разу не вспомнила. Он бедняга, между прочим, вчера был действительно в паршивом состоянии, в отличие от этого вруна бородатого.
– Сейчас приедет моя мама, – стала наступать я на Фёдора, уперев руки в бока, тем самым заставляя его пятиться аккурат в сторону будущего укрытия. – Увидит тебя, скажет, что ты её будущий зять и сегодня же отправит нас в ЗАГС! Ты этого добиваешься?
– Сегодня? – как-то слишком много скепсиса в этом голосе.
– Сегодня-сегодня, – уверено киваю я. – Ты просто её не знаешь.
Пока препирались, бородач и сам не заметил, как переступил порог гардеробной. Но зато заметила это я. Всунув ком состоящий из его одежды, я затолкала Федю внутрь и захлопнула дверь.
– Изнутри закройся. Это вдруг она удумает мой гардероб проверять.
– Ты это сейчас серьезно? Тебе сколько лет? – бухтит из-за закрытой двери.
– Одно другому не мешает, – пожимаю плечами, поспешно приводя кровать в порядок.
Нельзя оставлять улик, иначе мамуля с меня живьем не слезет. Еще и Леонардо натравит. Как представлю его страдальческий взгляд и лоснящуюся лысину, так сбежать хочется куда-нибудь на край света. Чтобы точно не нашли.
Выпускаю недовольную Матильду, кормлю эту пушистую царскую особь, нервно поглядывая на часы. Маменька обещала прискакать с минуты на минуту. Надо бы её уважить, чтобы не решила, будто я саботирую утреннюю рутину.
Зеленый смузи, маска на лицо, патчи под глаза и бутерброды с колбасой для Феди, который по своей глупости и неопытности попал в западню моего гардероба. Всё равно надо было скормить эту колбасу, чтобы мама не заподозрила, будто я балуюсь такой запрещенкой.
Пока суд да дело, все-таки пропускаю прибытие долгожданной, хотя скорее нежданной гостьи.
– Софья, что за вид?! Почему ты все еще в халате? И кто этот молодой человек, который бывает в твоей квартире?!
– Какой молодой человек? – переспрашиваю, округляя глаза.
Я не я, и хата не моя. Отрицать буду всё до последнего. Какая-никакая, а презумпция невиновности в нашей стране еще существует. Только бы Федя не подвел и не высунулся. Тогда точно амба*. И ему и мне.
Маменька ведет носом по воздуху, прищуривается и укоризненно качает головой, давая понять, что даже на граммульку не верит мне.
– Моё чутье меня никогда не подводит. Здесь был мужчина. Совсем недавно.
– А, так это…– я пытаюсь шустро придумать оправдание, но замолкаю под строгим взглядом родительницы.
– Не ври мне, Софья. Кто он?
Ненавижу, когда она загоняет меня в угол! Думай, Софья. Думай!
– Бероев Егор Сергеевич, – выпаливаю я. – Генеральный директор строительной компании «СтройИнвест».
* Амба– конец, конец всему, логическое завершение начатого.
– А ты не думал сменить профессию?
Кое-как выпроводив неугомонную маменьку с её женихом, я выпустила своего узника гардероба и, чтобы хоть как-то загладить свою вину, организовала скромный завтрак. С теми самыми припрятанными бутербродами. Сделать, которые, я сделала, а вот вручить получателю не успела.
Закутавшись в шелковый халат и восседая на высоком барном стуле я, поджав босые ноги, наблюдала с каким отменным аппетитом Фёдор уплетает мои скромные кулинарные потуги.
– Чем тебе моя не угодила? – поперхнулся мужчина и поспешил запить вставший комом в горле бутер сладким черным кофе.
– Не знаю, – пожимаю плечами. – Не престижно. Никакого карьерного роста.
– Это так важно? – бородач хмурится и смотрит на меня слишком серьезно так, как самый настоящий большой и грозный дядька, которым он, впрочем, и является.
Только я отчего-то решила, что у меня в гостях вместо тигра – кот. Потешный такой, особенно когда его за усы дергаешь. Или в шкаф пихаешь.
Мда, слишком непривычно видеть его в таком амплуа. Где вечные шуточки и ироничные ухмылки?! Кто этот мужик и почему таким он мне нравится гораздо больше?!
Стоп! Нравится? Вот этот шкаф с ужасной бородой? Серьезно? Не холенный и импозантный Бероев, а какой-то рядовой автомеханик из СТО?! Совсем девка с катушек съехала на почве длительного одиночества.
А только вот искрит лишь рядом с ним. Раскаленный разряд 220, прямиком в сердечко.
– Не смотри на меня так!
– Как? – переспрашивает, а брови на мужском лице, похоже живя отдельной жизнью, так и норовят сойтись в одну линию.
– Не морщи лоб, – перегибаюсь через стойку и хлопаю ладошкой его по лбу. – Мама говорит, что морщины будут.
– Ну раз мама, – улыбается, хватает мою ладошку и подносит к своим губам. – Пошли гулять, а? Такой день хороший, выходной…
– Эм, – дезориентирована от смены темы разговора, я глупо пялюсь на мужчину напротив, не предпринимая попыток вырвать ладошку из плена мужских рук.
Кажется, Фёдор только и рад этому. Трется об неё бородатой щекой, едва ли, не мурлыча от удовольствия. Котяра, как есть!
– Ну так что?
– Я не знаю, – немного смущенно запинаюсь. – Куда? Я сто лет нигде не гуляла!
– Ты хорошо сохранилась, – делает комплимент мне этот гаденыш.
– Еще слово и я передумаю! – предупреждаю, пригрозив Фёдору указательным пальцем.
Волшебство момента рассеивается и вот передо мной снова прежний бородач. Вредный, ехидный, но обаятельный чёрт! Как тут отказаться то?!
– Тебя я понял, умолкаю! Не то по шее получу и подвиг свой не совершу.*
– То-то же!
* цитата из кинофильма «В бой идут одни «старики»
Мы взаправду идем гулять. Надеваю цветастый сарафан из далекой юности, который пылился в недрах шкафа, выбиваясь из придуманных образов успешной бизнес вумен.
Кручусь у зеркала, как девчонка, собираю волосы в высокий хвост и… О боже! Не крашусь. Впервые за несколько лет не желая прятаться за какой-либо из своих масок. Да, они мои. Я старательно их лепила и придумывала, но с ним они были не к чему.
Что говорить?! Он меня видел пьяную, почти голую, страшную и в кустах. Тут уже, как-никак, полное погружение. Бледной физиономией без штукатурки его точно не напугать.
И тащит он меня, не абы куда, а в парк аттракционов. В самый, что ни на есть настоящий!
– Выиграешь мне игрушку? – тычу пальчиком в огромного белого медведя, что во всей своей красе висит на витрине тира и едва не пищу от восторга. – Ну, Федя!
– Без него никак? – вздыхает он, почти смирившись со своей участью.
– Я с тебя живого не слезу, пока не получу своего медведя, – прищуриваюсь, накручивая кончик хвоста на палец.
– Ловлю на слове, – и лыбу тянет. Пошлую до ужаса, но мурашки предвкушения табором проходятся по моему позвоночнику. – Теперь я точно обязан выиграть.
– Разве были сомнения?! – приподнимаюсь на носочках и хлопаю Фёдора по богатырским плечам. – Вперед, мой рыцарь!
– Слушаюсь, моя королева!
Так препираясь и шутя, мы доходим до шатра, на котором крупными буквами красуется надпись «Тир».
– Желаете попытать удачу? – молодой татуированный парень с выбеленными волосами, весело улыбнулся и подмигнул. – Чего хочешь, малышка? Мишку или Жирафа?
Обращается вроде ко мне, а коробит отчего-то Фёдю. Вон как кривится, будто кусок лимона сожрал.
– Мне нужен заменитель моего Медвежонка, – глупо хихикаю, поглаживая мужское предплечье.
Нет, ну а что?! Я сегодня безбашенная и дурная. Мне можно. Пусть все думают, что я слегка чумная.
И надо же! Фёдор сразу расплывается в довольной улыбке, словно и не я ему вновь прилепила дурацкое прозвище. Грудь колесом выпятил, орудие для добычи медведя твердо потребовал и даже сбил все мишени, едва ли не с первого раза.
Я довольно взвизгнула и приняла из рук парнишки свой приз, счастливо прижимая плюшевого мишку к груди.
– Спасибо, – мы отходим на небольшое расстояние, и я тут же поднимаюсь на носочки, чтобы клюнуть губами колючую щеку.
– И всё? – фыркает Федька. – А как же эти громогласные обещания не слезать с меня?
– Фу, Фёдор. Право слово, неприлично с Вашей стороны использовать бедную девушку для своих низменных целей!
Главное теперь, нос кверху, спину прямо и от бедра, Софья. От бедра!
12.
– Мальчик поплыл, мальчик попал, а как он стесняется, как он целуется, – во мне парочка слабоалкогольных коктейлей, подмышкой зажат плюшевый мишка, а перед глазами бегущая строка текста. Да, эти выходные я точно запомню надолго!
Мой репертуар на сцене в караоке был незамысловатый, но Феде нравилось. Я на это надеюсь. Мордаху он, по крайней мере, делал весьма довольную, чего бы я не творила.
Ладно уж, ничего криминального! Всего-то пела так, что кошки выли. Петь я не умела, но любила. Да и коктейли требовали веселья, а душа продолжения банкета.
Признаться, раньше я действительно считала, что слишком стара для этого. Ну какие игрушки из тира? Или сладкая вата, которую с таким трудом пришлось выковыривать из бороды Фёдора?! Да ни в жизнь!
Я серьезная дама, на которой весь бизнес завязан. А тот самый бизнес, что удивительно, весь день меня почти не беспокоит. И мне дико, страшно, но клокочущая внутри энергия не дает покоя и требует выхода.
Пришлось тащить бедного бородача в комнату страха, смеха, заставлять кататься на карусели и пойти со мной к гадалке.
Черноволосая женщина в ярком цветастом платке, сверкнула своими глазищами глубокого темного цвета и усмехнулась при виде нашей парочки.
Насильно посадив Фёдю на стул, применив женские уловки, а когда те особо не подействовали, и угрозы, я присела на стул рядышком. Со всей имеющейся каплей серьезности, сделала запрос во Вселенную: мол так и так, суженый мой ряженый, приходи заряженный и стала ждать.
Федька поперхнулся. Я, как вежливая девочка, постучала ему по спине и повторила вопрос хрустальному шару, который предусмотрительно стоял на круглом маленьком столике. Жуть как хотелось увидеть этого расширенного гада (зачем мне суженый то?!), при этом глаза самостоятельно, без моего участия, косили в сторону бородача. Не иначе косоглазие заработала с этими играми в охоту на Бероева.
– Вижу, вижу, – провыла цыганка, распростертой ладонью поводив над гладким шариком с блестящими боками.
– А я не вижу, – буркнула, пытаясь всмотреться в прозрачный хрусталь. Правда, сто пудов хрусталем там и не пахнет, стекло обычное в лучшем случае. Хотя может и пластик.
И ведь только проверить хотела, как черноокая мне по ладони хлопнула, недовольно прищурив глазами в обрамлении длинных черных ресниц. И никакой MAX FACTOR не нужен человеку. Везет же некоторым.
– Больно надо, – фыркнула я. – Так что Вы там видите?
– Мужчина…
– Уже радует, – хмыкнула я. – И?
– Высокий. Красивый. Обеспеченный.
– Всё, Федя. Ты отпадешь! – констатирую я.
– Кхм…– отчего-то замялся мой спутник, отведя взгляд.
Странная реакция. Но я решила не придавать ей особого значения. Мало ли, что его там смутило.
А вообще я нисколько не расстроена. Вот ни капельки. Еще какой-то шарлатанке верить! Не будет же настоящая гадалка зарабатывать на жизнь в каком-то захолустном парке, сидя в видавшем виды шатре. Они вон деньги на телевиденье зашибают.
– Ага, – сжав колено Федьки, тем самым попросив не вмешиваться, добавила: – Дальше то что? Искать его где?
– Так встретила ты его уже. Совсем близко он к тебе. Ждет тебя счастье с ним, любовь крепкая, дети.
– Дети?
– Двойня!
– Двойня? – ошалело повторила и мгновенно вскочила со стула, сдергивая с соседнего слишком молчаливого в последнее время Федьку. – Пошли отсюда. Двойню я не хочу.
– А никто не спрашивает…– хохочет мне в спину гадалка.
Выскакиваем из шатра. Тащу на буксире Федю, а сама при этом еще умудряюсь возмущаться себе под нос, недовольно фыркая.
Надо же! Двойня! А почему не тройня?! Давайте двадцать за раз. Зачем мелочиться?!
Тормознула, поплевала через левое плечо, постучала Федьке по лбу. Вроде все условия выполнила.
– Луковка, ну чего ты завелась?! – хохочет бородач, приобняв меня за плечи и притянув поближе к своему горячему телу. – Она же обычная артистка. Наплела тебе, что в голову взбрело. А ты поверила.
– Я не верила! – восклицаю возмущенно. – Делать мне нечего.
– Ну, ну, – качает головой и оставляет невесомый поцелуй на макушке.
Действительно, нашла из-за чего губы дуть. Сама же недавно твердила, что не верю, а вот как-то проняло. До глубины души. И поджилки затряслись, и сердце в пятки укатилось.
Двойня – это же…двойня! То у тебя один орущий комок на руках, а тут целых два. Каждый требует внимания, любви, ласки. Бессонные ночи опять-таки. Ой, нет. Чур меня, чур!
– А поехали в караоке? – предлагаю, понимая, что мне вот прямо сейчас нужен яркий отвлекающий фактор и несколько бокальчиков чего-то сладкого или полусладкого.
Именно так мы и очутились в этом прекрасном месте с яркими неоновыми огнями, вкусными коктейлями и целым клондайком песен для девушек в каталоге караоке.
Спев про шальную императрицу и младшего лейтенанта, я как-то переключилась на современные хиты, завывая про попавшего куда-то мальчика. Куда конкретно влип бедняга, я не совсем поняла, но вошла в раж, а там уже особо не важно, что исполнять. Главное, чтобы в сердце откликалось.
Когда бедное горло решило, что баста. Пора и честь знать, дорогу отдать молодым, а я уже дама в возрасте, чтобы устраивать такие длительные концерты. Спустилась к своему столику и упала на мягкий кожаный диван возле Фёдора.
– Довольна? – усмехнулся бородач, отхлебывая пиво из кружки. – Благодаря тебе весь местный контингент теперь знает, что ты Царица* На последнем куплете вон тот мужик даже подпевал.
Федя кивает подбородком в сторону мужчины с явными признаками тяжелого алкогольного опьянения. Он едва ли не лег на барную стойку и периодически, отпивая из стакана, работает бек-вокалистом на особо эпичных моментах в песнях.
Хохочу и бью кулачком Федю в плече. Издевается, гаденыш, но почему-то ни разу не обидно. Будто я уже и привыкла к его острым шуточкам в мою сторону. Слишком быстро, как по мне, но думать об этом абсолютно не хочется. Я наслаждаюсь прекрасным вечером и обществом мужчины, который, как мне кажется, стал небезразличен мне.
Черт! Сдается мне, что запуталась я окончательно и бесповоротно.
* отсылка к песне, которую пела в начале главы героиня (Анна ASTI – Царица).
– Софья, задержитесь, пожалуйста, – просит Егоре Сергеевич, когда завещание подходит к концу.
Киваю, ожидая, когда поток трудящихся в поте лица схлынет и дверь за последним из них закроется. А сама думы важные думаю.
Выходные пролетели незаметно. Фёдор взвалил на себя важную миссию не давать мне скучать и ответственно её выполнял. Я отбрыкивалась всеми возможными путями для вида, но он был упрям и настойчив. Гаденыш, конечно, но какой…
Нет, целовать я себя больше не дала. У меня от его поцелуев голова, как у Анны Болейн в свое время, слетает. А мне она еще очень даже нужна. Надо все-таки определятся и выбирать. Не буду же я вечно бегать между двух огней.
Алла демонстративно звенит чашками, бумажками, громко стучит каблуками по полу в кабинете Бероева, всем своим угрюмым видом сигнализируя, как она недовольна просьбой шефа. Но Егор Сергеевич держится молодцом. Терпеливо ждет, когда блондинка завершит свои вялые трепыхания и скроется с глаз шефских долой.
– Софья, я бы хотел поблагодарить, – замявшись начинает начальство, почесав затылок. – Мне Марина Юрьевна рассказала, как Вы с Фёдором меня домой привезли.
– Рассказала? – удивленно восклицаю, хлопая глазами.
А Марина Юрьевна не промах, однако. Не удержалась и макнула начальство по самую маковку. Мне плюсик в карму, к тому же.
– Да. Понимаете, она моя тетя. Родная.
Вот это поворот событий. Крутой, я бы сказала. То есть все мои страдания, тщательно спланированные двумя сводницами, оказались, ничем иным как акцией: «Женить племяшку!». А я-то думаю, зачем она в это вообще вписалась?! Еще и причину такую банальную придумала. Скучно ей, видите ли.
– Ах, тётя, – понятливо киваю и сразу же перевожу тему, чтобы Бероев чего лишнего не заподозрил: – Бросьте, Егор Сергеевич. Федя Вас едва живого на себе принес. Куда же было деваться. Не на улице ведь оставлять ночевать.
– И всё же…Неловко даже как-то.
– Забыли, – отмахнулась я. – Я могу идти?
– Да-да. Конечно.
Вылетаю из кабинета на крыльях праведного гнева, направляясь прямиков в кабинет несравненной Марины Юрьевны. Надо этому мастеру интриг черный пояс выдать и не только. Во мне кипит возмущение, и я хочу поделиться этими несравненными эмоциями с ближним своим.
– Софья! – окликает в спину Егор Сергеевич.
Да что же это такое?! Ни секунды покоя в этом офисе у честного человека нет. Уже ведь обо всем поговорили, всё обсудили. Собственноручно отпустил же меня и вот. Снова-здорово.
– Слушаю, Егор Сергеевич? – главное слишком громко зубами не скрипеть. Еще эмаль сотру, а услуги стоматологов дорого нынче.
– Вы уже обедали?
Смотрю на настенные часы и понимаю, что действительно обеденный перерыв идет вовсю. Так, а почему Алла тут? Перевожу взгляд на блондинистую кобру, но та и в ус не дует. Сидит, что-то сосредоточенно печатает. Ни дать ни взять работник года!
– Нет, – даже заикаюсь от столь неожиданного вопроса.
Еще бы! Бероев такими мелочами никогда не интересовался, а тут… Неладно что-то в Датском королевстве*.
– Тогда собирайтесь! Я приглашаю Вас на обед.
– А я? – обиженно тянет Алла, выглядывая из-за монитора, глазами соперничая с котом из мультфильма «Шрек».
– А Вы работайте, Алла. Работайте!
*Цитата из трагедии “Гамлет” Уильяма Шекспира.
«Караул! Иду обедать с Бероевым!» – строчу на ходу Жанне, едва поспевая за тараном в лице Егора Сергеевича.
«Проняло» – отвечает мой секретарь. И смайлик ехидной рожицы в конце добавляет. «Ведите себя непринужденно. У Вас же якобы жених»
Да, пришлось посвятить Жаннет в мой экспромт с Фёдором. Она, естественно, возмутилась, но после приняла неоспоримый факт – это было лучшее наше решение. Конкуренция, ожидаемо, подогрела интерес. А это значит, что еще немного и можно Бероева тепленьким брать.
Только вот…Хочу ли я этого?! Странные вопросы у меня в голове возникают. Странные и неправильные. Но с появлением Фёдора на горизонте, всё как-то вверх ногами перевернулось. Вроде еще совсем недавно весь пол слюнями закапала, когда наблюдала за стриптизом в исполнении шефа, а сейчас и не торкает особо.
Отрываю взгляд от телефона и задумчиво рассматриваю «босса». Красивый он, конечно. Неоспоримый факт. Наверное, именно так в свое время выглядел Аполлон. Высокий, поджарый, статный. Аура эта его крышесносная как-никак. Да вот не цепляет.
Глаза закрываю и сразу мордаху бородатую вижу перед собой. Побрею, ей-богу, когда-то! Интересно же жуть, как он без своей бороды выглядеть будет.
– Софья, – перед глазами щелкают длинные мужские пальцы. Такими только на пианино виртуозно играть или же на тонких струнах женских душ. Одно из двух.
– Простите, – и нет, образ уже давно не отыгрываю. Надоело. Просто действительно отключилась, откровенно говоря, не замечая, как мы оказались в кафе, сидящими за столиком у окна.
– Все хорошо? – интересуется заботливо и тепло улыбается.
Бероев? Мне? Тепло улыбается?!
Щипаю себя за бедро, тихонько ойкаю, но окончательно удостоверяюсь, что происходящее не что иное, как реальность.
– Прекрасно, – отвечаю, спрятавшись за книжечку меню.
– Софья, – окликает начальство.
Приходится нехотя поднять глаза на Егора Сергеевича и вопросительно дернуть бровью. Мол, чего тебе надобно старче. Пригласил девушку покормить, вот и корми, а не языком чеши.
