Текст книги "Хвостатое (не)счастье для парня с Венеры (СИ)"
Автор книги: Кира Бег
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)
– Это просто одежда, – поймав мой взгляд, тихо произнёс Марус. – Если хочешь, я куплю новый костюм, специально для тебя. Этот дома повесим в шкаф, он и высушит, и выгладит.
Ещё в холле оказался огромный фен – большая арка, внутри которой с разных сторон дул тёплый воздух. Нам с Марусом пришлось подождать на одном из диванчиков, пока Ти-Лания с ним наиграется, зато она совершенно высохла.
Ненужные уже полотенца забрал консьерж, а вместо них принёс напитки. Разбавленный сок для Ти-Лании, чай мне и что-то, похожее на сизый туман в высоком бокале, для Маруса.
– Это воздушный коктейль, местный напиток. Попробуй, – предложил мне муж.
Я сделала маленький глоточек. Жидкостью это было сложно назвать, что-то между пеной и желе, только намного легче. Мне не понравилось. Марус только усмехнулся, глядя на недоумение на моём лице. А вот травяной чай оказался очень вкусным.
Из любопытства я тоже сунулась в арку. Воздух с едва уловимым ароматом озона и чего-то фруктового пощекотал хвост, распушил шёрстку на ушах. А потом вдруг подул сильнее, отчего юбка взметнулась, и я, взвизгнув, выпрыгнула из коварной сушилки. Ти-Лания вместе с Марусом посмеялись надо мной, а я пыталась по-быстрому пригладить одежду и волосы.
Консьерж попросил нас приложить ладони к вирт-панели в виде столба от пола до высокого полотка. После чего сообщил, что он проверил документы и внёс нас базу дома, и в следующий раз достаточно будет просто пройти через двери, сканеры нас узнают и запустят лифты, сразу на нужный этаж.
И действительно, на полу засветились стрелки, и мягкая дорожка привела нас к лифтам, которые сами распахнули двери, а через несколько секунд открылись снова, выпуская сразу в квартиру.
Светлая прихожая, с парой мягкий скамеечек по обе стороны от лифта. На одну Марус усадил Ти-Ланию, разул и попросил минутку подождать.
– Присядь, – улыбнулся он мне, указывая на вторую скамейку.
А сам опустился на колени и снял с меня обувь. И как-то так естественно и красиво у него это получилось, что я невольно засмотрелась.
– Добро пожаловать домой, госпожа, – произнёс Марус глубоким голосом, глядя на меня снизу вверх и продолжая держать мою ступню, легко поглаживая подъём, щиколотку. Потом быстро прижался губами к коленке и встал, уже обычным голосом рассказывая нам с дочкой, где здесь спрятаны шкафы.
Наверное, это какой-то ритуал, когда впервые семья приходит в новый дом? Попросить, что ли, всегда так делать?
– Это квартира с детской, поэтому здесь везде тёплый пол из специального материала. Он сам очищается, немножко пружинит, и по нему приятно ходить босиком, – спрятав обувь на полку, пояснил нам Марус.
Мы с Ти-Ланией переглянулись и дружно попрыгали на месте. Действительно, очень приятный пол.
– Готова? Поищем твою комнату? – спросила я у дочки.
– Да!
Ну, мы и пошли искать. Сначала наткнулись на большую гостиную, в которой можно было собрать весь экипаж корабля и устраивать матчи в футбол, о котором с восторгом мог часами говорить Марус. Окно во всю стену превращалось в вирт-панель для просмотра фильмов, а позади гигантского дивана буквой «П», я увидела четыре двери.
За одной оказалась комната поменьше, в которой кроме большого овального стола и стульев ничего не было. Видимо, тут полагалось кормить ту футбольную команду после матчей. Мы прошли насквозь и попали на кухню. Стол поменьше, человек на шесть, и шкафы, шкафчики, незнакомая техника. Да мне здесь целую вечность разбираться, что к чему!
Вторая дверь из гостиной вела в короткий коридор, который закончился отдельной санитарной комнатой с ванной, душевой кабинкой, раковиной, унитазом. Всё размером меньше обычного, что привело Ти-Ланию в восторг, как и набор мыла и средств для душа с яблочным ароматом. А вторая дверь из коридора открылась в большую комнату, ненамного меньше гостиной. И это оказалась детская.
Нас уже ждала застеленная нежно-розовым кровать со струящимся балдахином, маленькое кресло, большая мягкая игрушка, ростом больше Ти-Лании, и ещё несколько поменьше. Кукольный домик, который доставал дочке до груди, и пара куколок в модных нарядах внутри.
Дочка застыла на пороге.
– Мама, это чьё? – уточнила она тихо.
– Это всё твоё, – заверила я её.
– Всё-всё? – не поверила малышка.
– Да, это только для тебя, – Марус сел на корточки и заглянул Ти-Лании в глаза. – И домик, и вон тот большой медведь. И вся комната, только твоя.
– И кровать?
– И кровать, – хором подтвердили мы с Марусом.
– Ох!
Ти-Лания, как завороженная, пошла изучать новое жилище.
– Малышка, мы пойдём поищем свою комнату, – предупредила я дочку, но она, кажется, не услышала.
Очередная дверь из гостиной вывела в новый коридор. Несколько пустых помещений, большая санитарная комната со всем, что только может прийти в голову. Я уже решила, что спать сегодня придётся на диване, но последней в этом коридоре оказалась спальня. И я поняла, что больше не хочу никуда идти.
Большая кровать, на которой и четверым будет просторно. Несколько полок со светильниками, книгами и симпатичными вещицами, которые я решила рассмотреть позднее. Вирт-панель для фильмов, и настоящие шторы! Я о таких мечтала!
Я тут же полезла изучать шкафы. Марус вызвал робота с сумками, убрал ужин в холодильник, принёс мою сумку и поднос с напитками и печеньем. За это время я нашла постельное бельё, полотенца, пару халатов и смешных пушистых тапочек, и несколько запечатанных коробок.
– Я подумал, что тебе может понравится, – Марус обнял меня со спины и указал на одну из коробочек. – А вот это точно понравится мне.
Внутри приятно защекотало от предвкушения. Подарки! Мне! А в последней, интересно, что? Платье? Бельё? Духи? Какой-то десерт на двоих? Это будет использовать Марус для меня или я для него? Я потянулась к крышке…
– Мама! Мама! Ты где? – недовольный голос Ти-Лании напомнил, что детское время ещё не закончилось. Ладно, загляну в коробку, когда она ляжет спать.
– Мы здесь! – крикнула я, и Марус поцеловал меня в макушку, отпуская из кольца рук.
Дочка показалась мне уставшей. Ещё середина дня, а она уже готова разреветься по любому поводу, ещё и завила, что заблудилась в квартире и потеряла нас. Она и заблудилась, да ничего более странного я не слышала.
Я уточнила у Маруса, что можно смело распаковать, и мы с Ти-Ланией открыли все подарки, кроме той коробки. Нашли несколько платьев, шляпок, обувь, духи, расчёски и заколки. Всё в двух экземплярах, для меня и для неё.
Было очень забавно надеть одинаковые платья, обувь, ремешки которой сами подстроились по ноге, брызнуть друг на дружку ароматное облако из флакончиков. Сразу захотелось выйти куда-нибудь, выгулять обновки. Но малышка ещё и прогулку в парке сегодня не выдержит, для неё оказалось уже слишком много впечатлений.
Поэтому мы покрутились перед Марусом, выслушали комплименты, а потом переоделись в пижамки, которые нашлись в одной из коробок, набрали печенья и фруктов на кухне и устроились на диване в гостиной, смотреть мультики и передачи про животных. Оказалось, что пижамы Марус заказал одинаковые всем, и теперь мы втроём красовались в костюмах с рисунком из пирожных.
– Мы как одна семья! – заявила Ти-Лания, пока я смеялась до слёз, разглядывая Маруса в новом наряде.
– Да, малышка, мы теперь семья, – серьёзно подтвердил ей Марус. – У нас даже документы про это есть, и жить мы будем вместе, если вы с мамой меня не прогоните. Если захочешь, я мог бы стать твоим новым папой, а если тебе так удобнее, останусь дядей Марусом.
– Я подумаю, – важно кивнула Ти-Лания. – Включи осиногов!
Марус решил научить малышку, как ей самой включать мультики, я хрустела яблоком, таким сочным, что на пальцах оставались сладкие капли. Забывшись, я попыталась их слизать, но замерла, наткнувшись на взгляд Маруса. Горячий, полный расплавленного золота, и внутри приятной тяжестью налилось предвкушение. Интересно, на широкой кровати удобнее заниматься любовью, чем в каюте корабля?
Не знаю, что насчёт кровати, но на огромном диване оказалось здорово лежать в обнимку, или щекотать дочку, потом они с Марусом вдвоём щекотали меня, потом мы с ней вдвоём «победили» Маруса и мы защекотали уже его.
От фруктов остались одни косточки, печенье осталось почти нетронутым, после мультика про осьминогов был детский фильм про принцессу далёкой планеты, потом про флору и фауну древней Земли.
В какой-то момент Ти-Лания задремала. Марус осторожно перенёс её в детскую, я укрыла её одеялом, поцеловала перед сном. Во сне дочка прижала к себе одну из игрушек, и я невольно улыбнулась. У нас теперь всё будет хорошо!
Мы тихо вышли из комнаты, чтобы не потревожить малышку. Она уже навела свой «порядок», и на полу валялись мелки, кукольная одежда, детали конструктора. Ну и ладно, для уборки есть роботы, а в своей комнате пусть она командует, как хочет.
Я шла по коридору, помахивая хвостиком, и думала. Интересно, Марус сильно устал, или можно к нему немножко поприставать? Вот чуть-чуть? Он может просто полежать, я всё сделаю сама!
Лёгкое прикосновение к хвосту заставило обернуться. Марус поймал мою конечность, провёл рукой, поглаживая.
– У тебя очень красивый хвост, – чуть хрипло произнёс он, глядя мне в глаза.
Марус
Как хорошо, что Ли-Синия не умеет читать мысли, иначе я сгорел бы от смущения. Ведь я мечтал с ней сделать всё, о чём писали в пособиях для молодых венерианскиж мужей. И в спальне, и в гостиной, и в душе, в одежде и без, лёжа, стоя и сидя…
Когда мы подлетали к планете, я связался с братом. Наивно полагал, что Ли-Синия его увидит, сразу примет в дом, и сегодня мы уже вдвоём будем ей помогать обустроиться, и потом, вечером, окажемся в спальне втроём.
Наверное, это эгоистично, но я рад, что сегодня Ли-Синия только моя. Она весь день словно специально пыталась свести меня с ума: помахивала хвостом перед носом, хватала за руку, когда сильно удивлялась или хотела чем-то поделиться, а у меня внутри до сих пор всё переворачивается от каждого прикосновения.
А как она ела фрукты! Хотелось поцеловать её так, что стало тесно в штанах. И потом, дома, когда она высунула язычок и стала облизывать пальчики от сока – я не набросился на неё только потому, что окаменел от этого зрелища. Ну и Ти-Лания была рядом, конечно. Никогда не думал, что так сложно заниматься с ребёнком в присутствии своей жены. Мысли сразу совсем не детские.
Сейчас дочка наконец-то уснула. Ти-Лания идёт впереди и, задумавшись, прикусила губу. Интересно, о чём она думает? Позволительно ли поцеловать её и рассчитывать на что-то большее, или сегодняшний день её слишком утомил? А если хотя бы неспешный, расслабляющий секс, для хорошего сна? В брошюре было несколько подходящих вариантов, с массажем.
Её хвост оказался слишком близко, и я не удержался, поймал, погладил.
– У тебя очень красивый хвост, – сообщил я Ли-Синии.
Дальше только ей решать, захочет ли она ответить или попросит просто пойти спать.
Ли-Синия
Целоваться мы начали ещё в коридоре. Даже не могу сказать, кто первый шагнул навстречу. Помню руки, которые мяли и гладили под одеждой, помню, как ощупала приятную выпуклость у него на брюках и получила горячий стон в ответ.
Для меня это было игрой, наверное, Марус прав, и во мне много звериного. И я дразнила, отступала, манила за собой. А потом Марус просто прижал меня к стене, и мне стало не до смеха. Не отпустит.
Я провела ладонями по его груди в расстёгнутой рубашке, обняла за шею, запустила пальцы в волосы, притягивая к себе, подставляя шею и губы для ласки. Наверное, я сошла с ума.
Марус снова меня куда-то потянул. Хвост почувствовал что-то мягкое, ещё шаг, Марус осторожно наклоняет меня, не прерывая поцелуя, и под спиной оказывается диван.
Сердце стучит, как сумасшедшее. Хочется снять уже остатки одежды, я выгибаюсь – и раздаётся громкий, противный звук.
– Кря!
Мы с Марусом замерли, глядя друг другу в глаза. Дыхания не хватало, а ощущения были, как у нашкодившего ребёнка, который попался с поличным. Марус осмотрелся, нашёл взглядом игрушку, на которую сам же наступил, и фыркнул. А я просто рассмеялась, не до конца понимая, что на меня нашло.
– Может, в спальню? – предложил Марус. И такой у него был голос, с остатками страсти, что смех сам собой прошёл.
– Давай, – согласилась я и невольно облизнула губы. – Только я сначала в душ.
Марус проследил за моим язычком, прерывисто вздохнул, поднялся, подхватил меня на руки и понёс во «взрослый» коридор.
Я честно хотела пойти сама, тяжёлая же. А ещё, так было бы удобнее сбежать в санитарную комнату, или как тут её называют, запереться там, включить воду посильнее, остыть и подумать над своим поведением.
Но на любую попытку заговорить Марус отвечал весьма категорично, поцелуем. А когда по твоим губам скользит язык любимого мужчины, потом проникает внутрь, то уже совсем не до споров.
На ногах я оказалась только в ванной. И тут же руки Маруса стали скользить по телу, поглаживать, ласкать.
– Я помогу тебе раздеться, – сказал он, прикипев взглядом к моей оголившейся груди.
И помог же, не важно, что времени на это ушло намного больше, возражать мне почему-то не хотелось.
И в душе мы тоже оказались вместе. С потолка полилась тёплая вода в режиме «дождь», я обняла Маруса – и поняла, что он в брюках. Ткань моментально намокла, облепила его ноги. Зашипев не хуже меня, Марус отошёл, чтобы раздеться. С волос и одежды лилась вода, оставляя на полу лужи, которые на глазах впитывались в пол, будто их и не было. А я снова хихикнула.
Под душем стоять было приятно, струи на разгорячённой ласками коже ощущались очень остро. Тут же, в нише на стене, я увидела шеренгу баночек. От любопытства открыла первую, понюхала. Аромат помесина, кисло-сладкий. Зачерпнула пальцем, и под струями гель превратился в густую пену.
Я набрала побольше, размазала по телу, наслаждаясь ощущением нежной пены, тёплой воды, пара. Со спины прижался Марус, его руки легли на грудь, сжали, пальцы приласкали соски. Потом одна ладонь опустилась ниже, намылила живот и осторожно, словно боясь спугнуть, скользнула между ног.
Марус ласкал меня легко, нежно, словно я была редким цветком, с которым нужно очень осторожно обращаться. Я попыталась развернуться, или хотя бы дотянуться до него руками, тоже приласкать, но Марус не дал.
– Т-шш, родная, не торопись. Мне так нравится, как ты дрожишь в моих руках. Я так давно хотел услышат твои стоны…
Его пальцы скользнули внутрь, неглубоко, дразнясь, я собиралась зашипеть от возмущения, но вместо этого услышала собственный стон.
А ещё я поняла, зачем в душе столько ниш и перекладин – за них оказалось очень удобно держаться.
Хвост жил собственной жизнью, мне некогда было задумываться, что я творю.
– Ли-Син, хватит, я так долго не смогу, – простонал мне в шею Марус.
Хвост обвивался вокруг его члена, а у меня внутри мурашки прошли от осознания, что это я заставила этого мужчину молить о пощаде. Усилием воли я сумела освободить Маруса, хвост обвился теперь уже вокруг его ноги.
Я прогнулась, ухватившись за очередной уступ. Марус вошёл в меня, продолжая одной рукой ласкать мой клитор, рассказывая какие-то пошлости, что он мечтал бы со мной сделать. Я была не в состоянии вслушиваться, что он там говорил, но тембр голоса, тема, место, поза… Я задрожала, ещё чуть-чуть, и кончу. Качнула бёдрами, пытаясь ускориться, и получила шлепок по попе.
– Не торопись. Сама меня раздразнила своим хвостом…
Хвостом? Да пожалуйста!
Я крепко обвила член у самого основания. Теперь Марус сможет дольше, я а буду его направлять так, как мне хочется.
Я закрыла глаза, постепенно ускоряя темп. Струи воды на коже, шёпот Маруса, наше неровное дыхание, запах помесинов и едва уловимый аромат секса…
Внизу живота прошла дрожь, все мышцы напряглись, чтобы после самого пика ослабнуть. Марус вышел, и я почувствовала его семя на ягодицах. А потом он опустился на колени и провёл языком мне между ног!
Я так и продолжала стоять, наклонившись и ухватившись на уступ, не понимая, как на такое реагировать. Обернулась на Маруса – он выглядел безумно довольным, и с таким удовольствием облизнул мой клитор. А я… Мне просто было хорошо.
Руки Маруса ласкали бёдра, поясницу, живот, грудь, его губы и язык ласкали разгорячённое после секса лоно. Вторая волна удовольствия накрыла меня возмутительно быстро, оказалась слабее первой, но после этого я окончательно обмякла и сползла бы на пол.
Марус поддержал, обмыл, закутал в огромное полотенце и отнёс на кровать. И хорошо, мне уже совсем не хочется шевелиться.
– Мама, ты где? Я хочу пить! – голос Ти-Лании звучал из коридора, совсем рядом.
– Отдыхай, я уложу её, – шепнул Марус и быстро поцеловал меня в губы. С его волос капала вода. Он был уже в брюках, и когда только успел надеть?
Мне даже хватило сил переодеться в пижаму, я вздохнула, что последнюю коробку так и не открыла, а потом я уснула быстрее, чем подумала, что надо бы проведать Ти-Ланию.
Глава 16.
Глава 16.
Дочка проведала нас сама. Пришла среди ночи, пробурчала, что ей одной страшно. Я подвинулась, приподняла край одеяла, приглашая, и малышка через минуту уже крепко спала у меня под боком.
Утром Ти-Лания выглядела нездоровой. Капризничала, отказалась от завтрака, и даже играть и идти в парк сил не нашлось. Забилась в уголок дивана, нахохлилась. Мне это всё больше не нравилось.
На вызов из медцентра я ответила, уже предчувствуя какой-то подвох.
– Госпожа, нам очень жаль, но врач, к которому вы записаны, сегодня принять не сможет. Можем предложить вам…
Я выслушала несколько имён, которые ни о чём мне не сказали.
– Моя дочь с рождения жила на космических кораблях. Кто сможет помочь ей с адаптацией на планете? – спросила прямо.
Меня заверили, что сделают всё возможное, и предложили подъехать в любое время.
– Ты хочешь, чтобы тот врач вас принял? – со странным выражением спросил Марус, как только я отключила вызов.
– Мне сказали, он лучший специалист по «космическим» детям, – вздохнула я. Придётся ехать, пусть хоть кто-нибудь посмотрит Ти-Ланию. А лучше, пусть посмотрят несколько врачей, а там сравним, что они скажут.
Марус вышел из гостиной, а через несколько минут вернулся заметно повеселевший.
– Такси я вызвал, врач уже едет в медцентр.
Глупые вопросы о том, как Марусу это удалось, я оставила при себе. Поцеловала мужа, попыталась уговорить дочку переодеться, но Марус отправил меня саму собираться. Я надела в первое, что попалось под руку, из тех платьев, что вчера были в коробках, и вышла к лифту. Марус уже стоял там, собранный, а Ти-Лания по-прежнему в пижаме сидела у него на руках.
– Ничего страшного, так даже будет удобнее, – заверил он меня и первым шагнул в открывшиеся двери лифта.
В медцентре стояла непонятная мне суета.
– Давай я отведу Ти-Ланию в кабинет, а ты пока заполни документы, – предложил Марус и быстро ушёл за одним из сотрудников.
Мы с недоумением переглянулись с мужчиной за стойкой, явно оба не понимая, о каких документах идёт речь. Потом он профессионально мне улыбнулся.
– Это обычная практика, дети рядом с мамой часто ведут себя иначе. Я уверен, ваш муж присмотрит за малышкой. Желаете пока воздушный коктейль?
– Только не его! – ответила на автомате, потом попыталась сделать ответ более вежливым. – Спасибо, если есть, просто чай.
Я злилась на Маруса, что он так меня оставил. Понимала, что рядом со мной Ти-Лания действительно капризничать и вредничать будет больше, чем просто рядом с врачом. Но Марус мог бы просто сказать об этом, попросить подождать! Хотя, не уверена, что я не увязалась бы за ними.
Я накручивала себя, переживала, злилась, теребила кисточку на хвосте и обещала, что в следующий раз Марусу его мужское достоинство этим самым хвостом оторву!
– Мама! Мама, я теперь робот!
Звонкий, довольный жизнью голосок заставил вскочить с диванчика. Кружка с остатками чая улетела на пол, а я уставилась на малышку, которая бежала ко мне в подобии космического костюма, на котором при каждом движении менял цвет тонкие полоски то ли лампочек, то ли датчиков.
Костюм облегал её, как вторая кожа, даже ступни и шея оказались затянуты тканью. На голове была сеточка, в которой тоже перемигивались лампы.
Позади Ти-Лании шёл Марус, а рядом с ним – его копия, только с цветными прядями в волосах и в форме врача. Гилар? Он тут что делает? Я присмотрелась к его одежде, отметила небольшую вирт-панель, по которой Гилар на ходу объяснял что-то Марусу, указывая на Ти-Ланию.
Дочка с разбегу врезалась в меня, обняла, подняла счастливый взгляд.
– Дядя Марус сказал, что я в этом костюме красивая, а дядя Гилар обещал, что я теперь могу ходить в парк! И что там есть белочки!
– Это детский экзоскелет, он поможет адаптироваться к притяжению и давлению воздуха, постепенно переводя их уровень от космического до планетарного, – смутно знакомый голос заставил поднять взгляд.
Гилар смотрел в пол или на Ти-Ланию и говорил так, словно слова давались ему с трудом.
– Так это ты тот лучший врач по космическим детям? – невпопад поинтересовалась я.
– Д-да, – отозвался мужчина, быстро глянул на меня глазами, полными расплавленного золота, и ту же снова опустил взгляд. Облизнул губы, прерывисто вздохнул. Марус ткнул его локтем, и Гилар продолжил.
– Этот костюм уже настроен полностью под параментры вашей дочери, нет необхо…
Ещё один тычок в бок, Гилар недовольно покосился на брата.
– Но всё же будет лучше, если вы раз в несколько дней будете приводить Ти-Ланию на осмотр, чтобы удостовериться, что всё идёт, как надо. Ей желательно отрегулировать диету, я оставил вашему мужу все рекомендации. Больше фруктов, лучше местных, которые не прошли космическую заморозку. Желательно добавить кисломолочные продукты, у неё хорошая переносимость белка в такой форме…
Он говорил и говорил, Марус за его спиной уже начал закатывать глаза и качать головой, а я просто обнимала дочку и радовалась, что с ней всё в порядке. Просто адаптация к планете, и это состояние ей облегчили, и теперь всё будет хорошо. Всё обязательно будет хорошо!
– Мама, а мы пойдём в парк? К белочке? Ну пойдём! Идём, идём, мама! – не выдержав долго стоять на месте, дочка принялась дёргать меня за руку.
– Малышка, конечно пойдём, мы же тебе обещали, я помню, – я села перед ней на корточки, погладила по голове, стараясь не задевать сетку. – Только закончим здесь все дела, и сразу пойдём.
– С оплатой и всем остальным я уладил, на сегодня в медцентре больше ничего не нужно. Я вызываю такси, – вмешался Марус. – Может, сначала заедем в кафе? Ти-Лания, ты голодная?
– Нет! Парк!
– А яблоко? И вкусный десерт, йогурт называется?
– Ну хорошо, яблоко и десерт!
Я огляделась. Гилара рядом уже не было, он так быстро ушёл, словно сбежал.
План пришлось поменять ещё раз, и после кафе мы заехали в магазин одежды, где Ти-Лании подобрали несколько костюмчиков, которые можно носить поверх экзоскелета. И только тогда отправились в парк.
Ти-Лания бегала между деревьев, гоняла бабочек, останавливалась посмотреть на каждого жучка, поминутно звала нас посмотреть на очередное найденное чудо. Карманы её нового комбинезона оттопыривались от шишек, веточек и камней, а ей всё было мало.
Марус терпеливо объяснял Ти-Лании, что за очередную штуку она нашла, тут же показывал в инфосети короткое видео про очередного жука. Она их не досмотрела ни разу, убегала за новыми открытиями.
А вот меня парк разочаровал. Нет, деревья меня восхитили, их явно сажали очень давно, некоторым перевалило за сотню лет, я это могла и без специальных программ сказать. Но вот всё остальное...
Ну кто решил, что вьюн возле вот этого дерева-великана придётся к месту? И зачем сажать рядом эти два куста, они же плохо друг с другом уживаются и в итоге оба страдают. Те цветы, что старательно огородили бордюром из камней, на моей планете назвали бы сорняками. А вон тот жёлтый кроха, который хорошо влияет на состав почвы, здесь почему-то пытались вытравить.
Марус смотрел на меня с недоумением, он явно ожидал другой реакции. А у меня внутри всё переворачивалось от того безобразия, что я видела вокруг. Растения же чувствовать надо, спрашивать у них, подойдёт ли им соседство, каких веществ не хватает, полить или подождать ещё пару дней.
Это всё я и высказала Марусу, когда мы летели домой. Ти-Лания прилипла к окну такси, а я не могла сдержать внутри своё возмущение.
– Прости, я не думал, что ты так расстроишься. Больше не поедем туда гулять.
– Да при чём тут это?!
Ну как он не понимает, что… Ай, ну что взять с мужчины!
Я надулась. Марус попытался меня обнять, но я дёрнула плечами. Не надо меня сейчас трогать! Он попытался разговорить Ти-Ланию, но она уже наговорилась в парке:
– Дядя Марус, не мешай, я в окно смотрю.
Дома Ти-Лания умчалась к себе в комнату, прятать шишки и камешки в кукольный домик, Марус ушёл на «мужскую половину», и я как-то неожиданно осталась одна. Побродила по гостиной, зачем-то переложила подушки на диване.
Раньше казалось, что стоит осесть на планете, и все проблемы исчезнут. Да, некоторые действительно решились, но на их место пришли другие. Я как-то не так представляла себе жизнь на планете, примеряла на себя правила Союза, готовилась отдать дочку в садик, чтобы самой вкалывать до самой ночи ради нас с ней.
А как быть здесь? Наверное, тоже нужен садик? Не от безысходности, а чтобы у неё появились друзья-ровесники, чтобы она быстрее освоилась в новом мире. Интересно, есть ли здесь группы на полдня? И такие, где учат представителей других солнечных систем?
– Кэп передавал тебе привет, – Марус зашёл в комнату, обнял меня, поцеловал шею. Приятно до мурашек, мур! – Сказал, Кирана вывели из сна, и тот сразу заявил, что Рошан на него напал.
– Какой кошмар, – покачала я головой. – Он мне казался милым, и с Ти-Ланией ладил. Как представлю…
– Не представляй, не нужно, – шепнул Марус. – Всё позади. Я собираюсь ужин готовить, посидишь со мной на кухне?
– Я и сама могу приготовить, – тут же возразила я. Правда, в последний раз я готовила в тот день, когда сбежала из дома. То был ужин на пятерых, и мне он не полагался из-за разбитой чашки.
– Не вздумай, – шутливо пригрозил мне пальцем Марус. – Я муж или кто? Это моё дело, кормить жену, любить и оберегать.
– А какое тогда у меня дело? – не на шутку озадачилась я и дёрнула ухом.
Марус улыбнулся.
– Твоё дело – быть счастливой, любить нас с Ти-Ланией, и тогда мы тоже будем счастливы.
От такого ответа я немного зависла, а Марус рассмеялся, поцеловал меня в кончик носа, словно нечаянно огладил попу и потянул за собой на кухню.
Сперва он приготовил несколько воздушных коктейлей, но мне снова ни один не понравился. Прибежала Ти-Лания, схватила один из стаканов, выпила в два глотка, сказала, что очень вкусно и снова умчалась.
Пока Марус резал овощи и мариновал мясо, я озадачила его вопросом про детский сад.
– У нас есть элитные сады для девочек, кто-то отдаёт дочек в смешанные группы, но таких немного. Я слышал, что для тех, кто на Венере недавно, сделали отдельные сады, где помогают малышам адаптироваться к планете и объясняют, как тут что устроено. Лучше спроси у Гилара, когда завтра поедете с Ти-Ланией к нему на осмотр. Он с детьми работает, знает больше меня.
Я озадаченно дёрнула хвостом. Завтра на осмотр? Мне казалось, через несколько дней. Ну ладно, Гилару с Марусом виднее, главное, чтобы дочка была в порядке.
Задумавшись, я смотрела на Маруса. Как он уверенно чувствует себя на кухне, словно не ужин готовит, а управляет армадой космических кораблей. Кастрюля с гарниром отступает, сковорода рвётся в бой. Блюдо для запекания отправляется на базу в духовку, грязная ложка летит на техобслуживание в посудомойку…
Наверное, в Союзе я бы не прижилась. Говорят, там техника и готовит, и убирает, а Венера по сравнению с планетами Союза – отсталый мир. Интересно, а там кто-нибудь станет соблазнять жену, намазывая сырое мясо маринадом?
Марус поймал мой взгляд, подмигнул. Взялся за подливку, и по кухне поплыл чудесный аромат. Вот не знаю, кого я хочу съесть сильнее, Маруса или ужин! Я хихикнула, когда Марус почесал нос, и на лице остались разводы чего-то зелёного. Ладно, пусть он сперва закончит готовить, а потом я и его съем.
Марус зачерпнул соус ложкой, подул и подошёл ко мне.
– Попробуй, лимон или перец ещё добавить? – он поднёс ложку прямо к моим губам.
Я осторожно коснулась губами, потом отобрала ложку и даже облизала её:
– Вкусно!
И тут внутри неприятно дёрнуло, будто струна оборвалась.
– Я пойду, проверю, как Ти-Лания, – сообщила я, вставая из-за стола.
Волновать Маруса раньше времени не хотелось, мы же в квартире, что тут может случится?
В детской Ти-Лании не было. И в гостиной. И в спальне. И ни в одной из санитарных комнат.
– Ти-Лания пропала! – я влетела на кухню, и Марус тут же отложил нож.
– Сюда она не заходила. Идём, посмотрим вместе.
Но вместо того, чтобы мчаться в комнаты и заглядывать во все шкафы, Марус развернул над столом вирт-панель.
– Смотри, вот сигнал с её часов. И судя по всему, за пределы здания она не уходила. А ещё… Не пойму, но, похоже будто она в прихожей.
Мы подошли как раз в тот момент, когда двери лифта разъехались. Внутри оказалась чем-то раздосадованная Ти-Лания, за руку её держал консьерж.
– Госпожа, простите, но у меня нет разрешения выпускать юную госпожу без сопровождения, – покаялся мужчина.
Ти-Лания нашлась! Космос безграничный, как же хорошо, что она не сбежала, не заблудилась, не попала в плохие руки!
Я бросилась к дочке, обняла её, поцеловала, а потом строго посмотрела.
– За попытку побега остаёшься сегодня без десерта! И весь вечер будешь сидеть у себя в комнате! – скомандовала я строгим голосом. Сердце до сих пор тревожно колотилось о рёбра.
Марус поблагодарил консьержа, о чём-то с ним договорился, и мужчина уехал, так и не переступив порог лифта.
Дочка, надувшись, ушла к себе. Вроде и понимает, что поступила плохо, но и обида чувствуется из-за того, что побег не удался. И куда только её тянет?
– Я даже имени того мужчины не запомнила, – покаялась я, посмотрев в сторону лифта. – Может, стоило пригласить его на ужин? Или как-то ещё поблагодарить?
– Про имя не волнуйся, скорей всего, ты его больше не увидишь, – пожал плечами Марус. – Консьержи часто меняются, чтобы побывать в разных домах. Так выше шанс встретить свою женщину.
– А вдруг новенький не остановит Ти-Ланию в следующий раз? Или часы потеряются, – ахнула я, пытаясь представить себе, как можно найти маленького ребёнка на огромной планете. Это же не космический корабль, где каждую гайку знаешь.
– Не переживай, все консьержи проходят инструктаж, правила у них одни. А часы сделаны так, что не ломаются от ударов, воды, грязи, батарейки хватит на пару сотен лет, и снять их может только взрослый. На дверь в квартиру я только что поставил блок, теперь Ти-Лания одна выйти не сможет. Прости, что не подумал об этом раньше.
