Текст книги "Воронов. Жена по контракту (СИ)"
Автор книги: Кира Арден
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)
Глава 14
Стук в дверь мгновенно вернул нас в реальность, прерывая неожиданный момент напряжения между мной и Вороновым.
Демид резко отстранился, его грудная клетка тяжело вздымалась, а во взгляде, только что потемневшем от желания, вновь сквозил холод. Он отступил на шаг, словно между нами опустилась невидимая стена, и, не говоря ни слова, подошел к брошенной на кресло свежей рубашке.
– Одевайтесь, Елена, и ни на шаг не отходите от меня.
Я судорожно выдохнула, пытаясь унять дрожь в коленях, и бросилась к шкафу, натягивая строгое платье-футляр винного оттенка, идеально подходящее для светского раута. Сердце все еще бешено колотилось, напоминая о том, как близко мы подошли к черте, за которой фиктивный брак грозил превратиться во что-то необратимое.
Инвестор сидел в массивном кресле у камина в своей библиотеке, небрежно вращая в пальцах хрустальный стакан с виски. На столе перед ним лежала плотная серая папка. Та самая, которую Демид доставал из своего сейфа.
– Присаживайтесь, – велел старик, даже не взглянув на нас.
Воронов отодвинул для меня стул, опустившись рядом. Его бедро плотно прижалось к моему, посылая сигнал: мы вместе .
– У меня первоклассная служба безопасности, Демид, – медленно начал Аристарх, откинувшись на спинку кресла. – Они проверяют всё, включая активность твоих юристов. Черновик брачного контракта, составленный вчера ночью. Жесткие рамки неразглашения, отсутствие имущественных претензий и, главное, колоссальная сумма отступных на счет Елены ровно через двенадцать месяцев.
Инвестор подался вперед, направив тяжелый взгляд в Воронова.
– Год брака, Демид? Серьезно? Вы держите меня за выжившего из ума старика, пытаясь подсунуть фиктивную жену ради опеки над ребенком? Скорость, с которой вы всё провернули – вчера она уходит от мужа, сегодня с вашим кольцом на пальце, – это дешевый фарс.
Я поняла, что сейчас нам нужна была легенда, объясняющая всё, или весь наш спектакль рухнет, и я останусь на улице, а Демид потеряет ребенка. И я решила пойти ва-банк.
– Вы ошибаетесь в причинах этой скорости, Аристарх Львович, – спокойно произнесла я, накрывая напряженную ладонь Демида своей. Воронов чуть заметно вздрогнул от моей инициативы, но руку не убрал, крепко сжав мои пальцы в ответ.
Инвестор удивленно приподнял седые брови, переводя внимание на меня.
– Я почти год знала о том, что бывший муж мне изменяет. Вадим был осторожен, но не настолько. Чтобы не сойти с ума в этом лицемерном браке и обрести хоть какую-то независимость, я устроилась на работу. Стала личной няней для Арины.
Демид рядом со мной замер, вероятно оценивая логику моей лжи, идеально объясняющей привязанность его дочери ко мне.
– Пока мой муж развлекался со своими секретаршами, я проводила дни в доме Демида, занимаясь с травмированным ребенком, – я смотрела инвестору прямо в глаза, не позволяя себе отвести взгляд. – Да, мы очень сильно сблизились, но я была замужней женщиной, Аристарх Львович. И Демид никогда бы не позволил себе перейти черту, пока на моем пальце было чужое кольцо.
Я перевела дыхание, чувствуя, как большой палец Воронова одобрительно и горячо поглаживает мою ладонь.
– Но вот иллюзия окончательно рухнула. Я застала Вадима в нашей постели с его заместительницей. Карты вскрылись и я немедленно потребовала развод, но вместо извинений Вадим впал в бешенство. Будучи трусом, он решил переложить вину на меня. Заявил, что давно подозревает о моей связи с Вороновым. Выставил меня за дверь с одним чемоданом, заблокировал все счета и пригрозил уничтожить, – я усмехнулась, вложив в эту улыбку всю пережитую боль. – Демид не стал ждать. Он просто приехал, забрал меня и подключил своих юристов, чтобы развести меня за сутки.
Я кивнула на серую папку, лежащую на столе.
– А что касается контракта... Я только что оставила десять лет жизни предателю, оказавшись на улице. Потребовать финансовые гарантии и жесткие рамки перед тем, как снова довериться мужчине, пусть даже любимому – это не признак фикции. Это признак того, что я не хочу снова остаться ни с чем.
Аристарх долго, испытующе смотрел на меня, а затем внезапно откинул голову и раскатисто рассмеялся.
– Так вот почему девчонка называет тебя мамой! – старик удовлетворенно хлопнул ладонью по подлокотнику. – А Вадим твой редкостный кретин, упустивший такую женщину. Уважаю тех, кто умеет защищать свои тылы. Будем считать, что проверку вы прошли.
Я мысленно выдохнула, чувствуя, как отпускает тугой узел в животе. Мы победили.
– Однако, – старик тяжело поднялся из кресла, опираясь на трость, и его лицо мгновенно стало жестким. – Радоваться рано. Моя супруга, Элеонора, женщина строгих правил, но она питает необъяснимую слабость к бывшей жене Демида. Считает ее жертвой твоего жесткого характера, Воронов.
Мое сердце пропустило удар.
– Полчаса назад Илона приехала к воротам поместья в слезах. Она заявила моей жене, что ты выжил ее из страны, а теперь, спутавшись с нянькой, окончательно отбираешь ребенка. Элеонора, не слушая моих возражений, приказала охране пропустить ее и выделила лучшую гостевую комнату.
Инвестор шагнул к дверям, тяжело опираясь на трость.
– Илона останется на все выходные, Демид. И она пообещала Элеоноре вывести вас на чистую воду. А теперь слушайте меня внимательно, – старик обернулся, бросив на нас тяжелый, предостерегающий взгляд. – Я веду дела только с теми, кому доверяю. Но погоду в моем доме делает жена. Если за сегодняшним ужином Элеонора решит, что ваш брак – это грязная интрига, а Елена – хищница, разбившая семью... контракта не будет. Я не стану портить отношения с женой из-за твоего бизнеса, Воронов.
Он взялся за позолоченную ручку двери.
– Илона будет сидеть за нашим столом. Ужин через двадцать минут. Советую надеть броню, Лена. Вас будут препарировать под микроскопом.
Дверь за инвестором закрылась и мы остались вдвоем, запертые в полумраке старинной библиотеки. Я сидела, вцепившись побелевшими пальцами в край стола, осознавая, что только что придуманная мной легенда о великой тайной любви теперь должна пройти проверку боем перед всем высшим светом.
Демид медленно поднялся со своего места. Обойдя стол, он остановился позади моего стула. Его горячие, сильные ладони легли на мои обнаженные плечи, успокаивающе и властно сминая напряженные мышцы.
– Ты блестяще справилась, Лена, – его низкий, бархатный голос вибрировал у самого моего уха, вызывая по коже россыпь мурашек. – Твоя история безупречна, но теперь нам придется доказать им, что я действительно потерял от тебя голову.
Он наклонился ниже, едва ощутимо коснувшись губами моих волос.
– Ты готова сыграть в эту игру до конца, моя смелая жена?
Глава 15
– Готова. Но сначала я должна проверить Аришу, – твердо ответила я, выходя из библиотеки. – Если Илона здесь, девочка могла услышать ее голос.
Мы тихо вошли в смежную комнату, где оставили девочку, и мое сердце болезненно сжалось. Ариша не спала. Она забилась в самый угол огромной кровати, натянув одеяло до подбородка, и до побеления в костяшках сжимала своего медведя. Ее огромные серые глаза были полны неподдельного ужаса.
– Эй, котенок, ты чего? – я мгновенно забыла про свое дорогое платье-футляр и опустилась прямо на колени возле кровати, оказавшись на уровне ее глаз.
Ариша судорожно сглотнула. Ее губы дрожали, пытаясь сформировать звуки, от которых она отвыкла за долгие месяцы абсолютной тишины.
– Она... здесь, – едва слышно хриплым шепотом выдавила девочка. Говорить ей было физически тяжело. Она вцепилась в моего медведя, глядя поверх моего плеча на Демида. – Я слышала... Заберёт?
Она не могла сказать длинную фразу, но в этих оборванных словах было столько паники, что у меня перехватило дыхание. Ребенок настолько боялся родную мать и не хотел с ней находиться, что готов был забиться в самый дальний угол комнаты.
– Никто тебя не заберет, – я мягко откинула одеяло и обняла ее худенькие, дрожащие плечи. – Слушай меня внимательно, Ариша. Этот огромный дом как старинный замок, а наша комната это самая надежная башня. Видела дядю за дверью? Это твой личный рыцарь. Он не пропустит сюда ни одного дракона.
Ариша прерывисто вздохнула, уткнувшись холодным носом мне в шею.
– Не... уходи, – с трудом прохрипела она, цепляясь за ткань моего платья.
– Мы с твоим папой спустимся вниз, чтобы защитить границы нашего королевства, – я улыбнулась, поглаживая ее по светлым волосам. – А ты будешь главной хранительницей башни. Договорились?
Она шмыгнула носом и еле заметно кивнула.
– Господи... Она заговорила? – раздался со стороны дверей потрясенный голос.
Мы с Демидом резко обернулись и увидели, что на пороге замерла Элеонора Георгиевна. Она смотрела на Арину расширенными от шока глазами. Аристарх наверняка говорил ей, что дочь Воронова тяжело травмирована и нема уже полгода. И сейчас эта строгая, влиятельная женщина своими глазами видела то самое чудо, в которое отказывалась верить.
– Девочка слишком напугана. Демид, Елена... вам не стоит мучить ее на взрослом банкете. Илона сегодня не в себе, встреча с ней разрушит то, что вы с таким трудом восстанавливаете.
– Я не оставлю ее без присмотра, – глухо отозвался Воронов.
– Разумеется, – кивнула хозяйка, грациозно проходя в комнату. – Пусть ваш человек стоит за дверью. Я распоряжусь, чтобы моей личной прислуге запретили сюда входить, а ужин для малышки принес ваш человек. Я жду вас двоих в столовой, хотя бы ненадолго.
Она развернулась и вышла, оставив в воздухе шлейф дорогих духов. Я выдохнула, понимая, что только что Ариша своими тремя хриплыми словами выиграла для нас эту войну.
Я обняла Аришу, включила ей сказки, и пообещала совсем скоро вернуться. Малышка успокоилась и устроившись на кровати смотрела телевизор, крепко обнимая драгоценного медведя.
Мы с Демидом, убедившись что ребенок в порядке, пошли в сторону гостиной, где уже собралась часть гостей.
Перед высокими двустворчатыми дверями, из-за которых доносился приглушенный звон столовых приборов и тихая музыка, Воронов на секунду остановился и наклонившись, почти невесомо коснулся губами моего виска.
От этого простого, казалось бы, дежурного жеста у меня перехватило дыхание. Сейчас нас никто не видел, и оттого этот порыв показался мне довольно честным и интимным, будто мужчина пытался сказать : я рядом, и я не дам тебя в обиду.
Двери распахнулись и за длинным овальным столом, сервированным на двенадцать персон, уже собрались гости. Во главе сидел Аристарх Львович, мрачно наблюдая за происходящим из-под кустистых бровей, а по правую руку от него расположилась Элеонора с идеальной укладкой и проницательным, колючим взглядом.
А прямо напротив мест, оставленных для нас, сидела Илона.
Она выбрала платье вызывающего, глубокого изумрудного оттенка, эффектно контрастирующее с ее светлыми волосами. Заметив наше появление, губы бывшей жены Демида искривились в усмешке.
– А вот и наши молодожены, – звонко произнесла Илона. – Элеонора Георгиевна, знакомьтесь. Та самая няня, ради которой мой бывший муж разрушил две семьи за одни сутки. Какая феноменальная карьера, не правда ли?
Разговоры за столом мгновенно стихли. Несколько влиятельных партнеров Аристарха с любопытством повернули к нам головы, ожидая, как Демид отреагирует на откровенную провокацию.
Воронов даже не удостоил бывшую жену взглядом. Сохраняя абсолютное спокойствие, он отодвинул для меня стул с высокой резной спинкой, дождался, пока я сяду, и лишь затем опустился рядом. Его рука по-хозяйски легла на спинку моего стула, кончиками пальцев касаясь обнаженной кожи на моем плече.
– Добрый вечер, Элеонора Георгиевна. Позвольте представить вам мою супругу, Елену. Женщину, которая наконец-то сделала мой дом теплым и уютным.
Хозяйка поместья перевела взгляд на меня. В нем больше не было той надменности и холода, с которыми она встретила нас в холле. После сцены в детской Элеонора смотрела на меня с затаенным уважением, но правила высшего света требовали публичных объяснений. Она должна была дать мне шанс защитить себя перед гостями.
– Добрый вечер еще раз, Елена, – негромко, но веско произнесла Элеонора, грациозно беря в руки бокал с водой. – Илона успела рассказать нам много... занимательного о вашем стремительном союзе. Говорит, еще неделю назад, утром вы подавали кофе своему бывшему мужу. В нашем кругу такие скорости обычно вызывают вопросы. Но я привыкла судить о людях по их поступкам, а не по чужим словам. Что скажете вы?
Напряжение за столом достигло предела. Элеонора Георгиевна только что изящно передала мне слово, предлагая самой расставить все точки.
– Вы абсолютно правы, Элеонора Георгиевна, – я отпила глоток воды, выдерживая паузу, заставляя всех присутствующих ловить каждое мое слово. – Со стороны это выглядит именно так, но правда в том, что порядочность не измеряется штампом в паспорте, если сам брак давно превратился в лицемерную клетку.
Я посмотрела прямо в глаза хозяйке дома, обращаясь только к ней.
– Мой бывший муж долго и грязно изменял мне. Я узнала об этом год назад, но у меня не было ни собственных средств, ни возможности уйти, ведь он контролировал каждый мой шаг. Чтобы скопить хоть какие-то деньги на адвокатов и независимость, я устроилась работать к Демиду.
Краем глаза я заметила, как вытянулось лицо Илоны. Она явно не ожидала услышать такую версию.
– Мы с Демидом сблизились, – я позволила себе легкую, чуть виноватую улыбку, накрыв ладонь Воронова своей. – Невозможно находиться рядом с таким мужчиной каждый день и остаться равнодушной. Особенно видя, как трепетно он заботится о своей дочери, преданной собственной матерью. Но я была замужем. И мы держали дистанцию, скрывая наши чувства, потому что Демид уважал мой статус, а я берегла его репутацию в преддверии судов по опеке.
В столовой стояла гробовая тишина. Я видела, как Элеонора едва заметно, одобрительно кивнула. История женщины, сохраняющей достоинство рядом с мужем-предателем, резонировала с ее принципами куда больше, чем сказки о внезапной страсти.
– Но вот иллюзия рухнула окончательно. Муж решил, что лучшая защита это нападение и вышвырнул меня из дома, заблокировав счета, и попытался скомпрометировать мою связь с Демидом. У нас больше не было причин прятаться. Демид просто приехал и забрал меня. А то, что мы расписались сегодня утром… Знаете, когда находишь человека, который закрывает тебя от всего мира, ждать красивой даты в календаре становится глупо.
Я замолчала. Демид, не отрывая взгляда от моего лица, медленно поднес мою руку к губам и поцеловал запястье – ровно там, где под браслетом скрывались темнеющие синяки, оставленные Вадимом. Этот жест был настолько интимным и собственническим, что у некоторых дам за столом приоткрылись рты.
– Что ж, Елена…пройти через такое предательство и сохранить лицо – это требует мужества. Демид, я рада, что вы сделали правильный выбор и вашей девочке повезло.
Илона побледнела так, что румяна на ее щеках стали казаться клоунскими пятнами, но бывшая жена Воронова была не из тех, кто сдается без боя. Она изящно промокнула губы салфеткой и, подавшись вперед, лучезарно улыбнулась.
– Какая красивая история, Леночка, – пропела Илона, сузив глаза. – Тайный роман, длившийся целый год. Страдания, благородство, дистанция. Просто сценарий для фильма. Но у меня есть один крошечный вопрос.
Она сделала эффектную паузу, переводя взгляд с моего лица на окаменевшего Демида.
– Если вы любите друг друга целый год... то почему ровно восемь месяцев назад Демид сделал официальное предложение Светлане? Той самой женщине, которая нанесла моему ребенку непоправимую психологическую травму. Ты спала с ним, пока он покупал кольцо другой, Лена? – ядовито, наслаждаясь произведенным эффектом, уточнила Илона. – Или Ледяной Король просто забыл упомянуть эту незначительную деталь в вашей красивой легенде о верности?
Я замерла, чувствуя, как кровь отливает от лица. Восемь месяцев назад? Мой взгляд инстинктивно метнулся к Демиду. Я ждала, что он сейчас жестко оборвет бывшую жену, назовет ее слова ложью, защитит нашу выстраданную историю, но Воронов молчал. Его профиль превратился в безжизненную, серую маску, а пальцы, только что согревавшие мою руку, дрогнули и медленно разжались.
Он не собирался этого отрицать.
Глава 16
Взгляды гостей скрестились на мне, ожидая оправданий или слез. Элеонора Георгиевна замерла с идеально прямой спиной, а ее лицо, только что смягчившееся от сочувствия, вновь превратилось в непроницаемую маску светской судьи. Илона торжествовала, откинувшись на спинку стула, потягивая вино с самодовольной ухмылкой.
Я смотрела на Демида, потому что в этот момент его молчание подтверждало каждое слово бывшей жены. Он действительно сделал предложение женщине, едва не погубившую его дочь, ровно в тот период, который я только что назвала временем нашей тайной любви. Моя легенда трещала по швам, рассыпаясь на глазах у людей, от которых отчасти зависело наше будущее.
Я медленно, очень медленно повернула голову к Илоне.
– Вы абсолютно правы.
Улыбка на губах бывшей жены дрогнула. Она ожидала истерики, отрицания, растерянности. Чего угодно, только не согласия.
– Восемь месяцев назад Демид Тимурович действительно сделал предложение Светлане, – я перевела взгляд на хозяйку дома, мысленно собирая всю свою волю в кулак, чтобы сплести эту ложь в единую картину. – И знаете, почему, Элеонора Георгиевна? Потому что за месяц до этого он предложил мне уйти от мужа, а я отказала. Я была глупой, забитой женщиной, воспитанной в правилах долга. Я сказала Демиду, что брак это святое, что я не разрушу свою семью, даже если мой муж этого не ценит. Я оттолкнула мужчину, которого любила, выбрав статус замужней женщины.
Я сделала паузу, сглотнув подступивший к горлу ком. Ложь давалась мне пугающе легко, потому что в ней растворялась моя реальная боль от предательства Вадима.
– Демид, человек действия. Получив отказ, он сделал то, что делал всегда: попытался решить проблему логически. Светлана была идеальной кандидатурой на бумаге: детский психолог, с прекрасными манерами, умеющая ладить с Ариной. Он попытался выстроить правильную, функциональную семью, чтобы забыть женщину, которую не мог получить.
Я наконец-то повернулась к Воронову и увидела едва сдерживаемую бурю эмоций в его глазах.
– Эта попытка забыть меня едва не стоила его дочери жизни, – прошептала я, и мой голос искренне дрогнул. – Мы оба заплатили страшную цену за мою трусость и его отчаяние. Поэтому, когда Вадим вышвырнул меня на улицу, Демид не задал ни одного вопроса. Он просто не позволил мне снова совершить ошибку.
Демид, словно очнувшись, медленно поднялся со своего места. В абсолютной тишине он подошел к моему стулу, опустился на одно колено прямо на глазах у всех и взял мои ледяные руки в свои горячие ладони.
– Это была самая страшная ошибка в моей жизни, милая. Я пытался вырвать тебя из сердца, а вместо этого впустил в дом чудовище. Я клянусь, что до конца своих дней буду искупать вину перед тобой и Ариной. И я убью любого, кто посмеет усомниться в моем праве называть тебя своей женой.
Он прижался губами к моим пальцам, не отрывая от меня потемневшего взгляда.
– Ах, Демид... – Элеонора Георгиевна шумно, с чувством выдохнула, прижимая к груди кружевной платочек. В ее глазах блестели настоящие слезы. – Признать свои слабости перед всем светом ради любимой женщины... Это дорогого стоит. Аристарх, скажи же!
Инвестор, усмехаясь в седые усы, поднял бокал с рубиновым вином.
– За молодоженов, – раскатисто провозгласил старик. – И за женщин, ради которых мы, дураки, совершаем ошибки и сворачиваем горы.
Зал взорвался одобрительным гулом и звоном хрусталя. Илона сидела бледная, с поджатыми губами, понимая, что ее главный козырь только что превратился в пыль. Она сама, своими руками, возвела нашу любовь в статус легенды.
Илона подняла бокал, и я заметила, что её рука чуть дрожит. Совсем чуть-чуть – так, что никто за столом, наверное, не увидел. Я не испытывала к ней жалости, но на долю секунды поймала себя на мысли, что эта женщина, возможно, тоже когда-то любила Демида. И тоже не знала, как с этим справиться. Просто выбрала другой, плохой способ.
Остаток ужина прошел как в тумане. Демид больше не отпускал мою руку, оберегая меня от любых вопросов, излучая такую подавляющую, собственническую ауру, что никто больше не смел проверять нас на прочность.
Когда мы наконец покинули столовую и поднялись в гостевое крыло, напряжение, державшее меня струной, начало стремительно спадать.
Как только щелкнул замок нашей спальни, отрезая нас от чужих глаз, я устало привалилась спиной к дубовой двери, закрыв глаза.
– Откуда ты это взяла?
Я открыла глаза. Демид стоял вплотную ко мне, упираясь ладонями в дверь по обе стороны от моего лица, надежно отрезая пути к отступлению. Он тяжело, прерывисто дышал, словно только что пробежал марафон.
– Пришлось импровизировать, – выдохнула я, чувствуя, как его терпкий парфюм сводит с ума. – Я не могла позволить ей разрушить твою сделку.
– Ты лгала так, что я сам поверил каждому твоему слову, Лена, – он подался вперед, его губы оказались в миллиметре от моей щеки. – Когда ты сказала, что любишь меня... это прозвучало слишком реально.
– Это была просто роль для твоих партнеров, Демид, – мой голос предательски дрогнул.
– Да? – он медленно, дразняще провел кончиком носа по моей скуле, заставляя меня судорожно выдохнуть. – Тогда почему ты сейчас дрожишь, как осиновый лист? Почему твое сердце бьется так, что я чувствую это сквозь ткань платья? Мы сыграли безупречно, Лена, но что, если я больше не хочу играть?
Он сжал мои бедра, властно притягивая меня к себе, стирая все границы, прописанные в нашем дурацком контракте. Его губы жадно накрыли мои, выбивая из легких остатки кислорода.
Я ответила ему, цепляясь пальцами за его широкие плечи, падая в эту темную бездну, где не было ни фиктивных браков, ни бывших мужей, ни лжи.
Его рука скользнула по моей спине к застежке платья, но внезапно замерла.
Демид резко отстранился, тяжело дыша, его взгляд метнулся поверх моего плеча. На широкой кровати, светясь в полумраке комнаты, непрерывно вибрировал его оставленный телефон.
С трудом оторвавшись от меня, Воронов подошел к постели и нажал кнопку ответа.
– Слушаю, – хрипло бросил он.
Секунду он молчал, слушая доклад, и с каждым словом его спина каменела, напрягаясь от полученной через телефон информации.
– Понял. Ничего не предпринимать до моего приказа, -ответил Демид и сбросил вызов.
Он медленно повернулся ко мне. В его глазах читался абсолютный холод, с которым он смотрел на меня в наш самый первый день знакомства.
– Вы гениальная актриса, Елена, – процедил он сквозь стиснутые зубы, и от этого чужого, официального «вы» мне стало страшно. – Мои люди только что отследили путь пропавших полумиллиона рублей из сейфа вашего бывшего мужа. Деньги переведены на скрытый транзитный счет. И этот счет, Елена, открыт на ваше имя.
Земля ушла у меня из-под ног. Вадим все-таки сделал это. Он не просто блефовал – он подставил меня так, что теперь даже Демид поверил в то, что я обыкновенная воровка.
