355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Кей Торп » Предел желаний » Текст книги (страница 3)
Предел желаний
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 19:36

Текст книги "Предел желаний"


Автор книги: Кей Торп



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 8 страниц)

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Завтрак состоял из кофе и бисквитов. Не привыкшая много есть по утрам, Зои решила, что этого вполне хватит.

Алексис был одет в великолепно сшитый деловой костюм и выглядел очень солидно. София гоже оделась дорого и со вкусом. Ее глаза сверкали в предвкушении поездки. Зои почувствовала себя среди них не очень уверенно в своем простом ситцевом платье, выбранном скорее для удобства, чем для демонстрации туалетов.

В гараже виллы «Мимоза» стояло не меньше пяти автомобилей, начиная от низенького «порше» и кончая «мерседесом» новейшей модели Водителем у Теодору работал Яннис, который с радостью исполнял свои обязанности. Зои заметила, что вся прислуга на вилле с охотой выполняла любые поручения хозяев, не считаясь со временем и не выдвигая условий. Все они приезжали ежедневно на работу, и только Артемиса жила на вилле постоянно.

Алексис остановил свой выбор на «рэнджровере». Зои пару раз с тех пор, как приехала сюда, водила эту машину, ей нравилось ощущение безопасности и комфорта, которое возникало за рулем и было продиктовано размерами автомобиля, но она сомневалась, что Алексис руководствовался при выборе теми же мотивами. София захотела ехать на заднем сиденье, Зои села впереди, рядом с Алексисом.

Небо было безоблачным. Горячий туман тянулся за ними на всем расстоянии, пока они ехали по древнейшей дороге Кифиссия в сторону центра Афин. Алексис говорил немного. Он, казалось, был чем-то поглощен – скорее всего, мыслями о предстоящих делах. Внимание Зои было приковано к видам, мелькавшим за окнами. И вот впереди показалось овальное плато Акрополя, гордо вознесшегося над разросшимся городом, увенчанным славой прошедших веков. Вдали сверкали воды Саронического залива. В этот час пелена смога над городом висела еще не такой плотной завесой, как днем, и видимость была сносной. На центральных улицах города движение не поддавалось логическому объяснению, водители-греки подчас не обращали никакого внимания на указатели, скоростные ограничители.

Алексис маневрировал среди этого хаоса с большой ловкостью и доставил их в Акрополь почти за полчаса. Он сказал, что приедет за ними к зданию Парламента на площади Согласия в половине четвертого, чтобы они успели заехать домой и переодеться перед поездкой в Плаку.

Перед Акрополем уже собралось много ранних туристов, которые поднимались по крутой и отполированной тысячами ног туристов мраморной лестнице к монументальным воротам – Пропилеям. Но ничто не могло нарушить мир и спокойствие этого места. Даже леса реставраторов не умаляли вечной красоты Парфенона, величия этих вздымающихся колонн. Зои знала, что когда-нибудь леса будут сняты, барельефы расписаны и покрыты позолотой. Сейчас все, что лежало слева от Парфенона, можно было назвать руинами – горы кусков мрамора с трещинами и другими повреждениями, оставленными на этих памятниках временем. В эти утренние часы можно было спокойно пройтись по всем залам музея, постоять без толкотни перед выставленными там скульптурами. Она могла провести здесь все утро, но едва ли это нужно Софии…

Выходя снова на свежий воздух и глядя на простирающийся внизу город, Зои подумала, что никогда не устанет от этого места, сколько бы ни приходила сюда. Дыхание истории ощущалось поразительно, и все окружающее производило сильнейшее впечатление.

София в это время наблюдала за тем, как один за другим подъезжали автобусы с туристами и останавливались неподалеку от Акрополя.

– Не уйти ли нам сейчас, пока здесь не стало слишком многолюдно? – предложила она.

Зои безропотно подчинилась, так как с появлением толп туристов впечатление от посещения Акрополя менялось.

– Ты уверена, что хочешь посмотреть Агору? – спросила она по пути вниз. – Ведь ты уже была там миллион раз.

София замотала головой.

– Всего несколько раз. Разумеется, хочу – тем более с тобой, Зои: с тобой все кажется таким интересным!

Ох уж эти греки! Считают свое историческое наследие само собой разумеющимся, естественным, живут повседневными заботами, в суете современной жизни им не до святынь!..

– Может быть, выпьем кофе? – предложила Зои, зная любовь Софии к этому напитку. В Греции имелся даже специальный, «кофейный» перерыв.

Старый греческий рынок сейчас был еще больше похож на место бомбежки, чем когда Зои была здесь последний раз. От все еще нес на себе сильный отпечаток прошлых времен. Несмотря на множество людей вокруг и отдаленный уличный шум, закрыв глаза, было легко представить себе, каким он был в те далекие дни. Представить менял, цирюльников, торговцев скотом и продуктами, услышать стук молотка в лавке сапожника, лязг железа в кузнице. Почти с досадой приходилось, открыв глаза, обнаруживать себя в двадцатом веке.

Музей был набит туристическими группами разных национальностей. Подбираясь ближе, чтобы увидеть какой-нибудь экспонат, девушки задевали соседей. Отходя назад, Зои наступила кому-то на ногу и виновато посмотрела на свою жертву – молодого длинноволосого человека, по виду англичанина или американца.

– Извините, – сказала она, – я нечаянно.

Это моя вина, я стоял слишком близко, – ответил он. Голубые глаза с симпатией остановились на ее лице, обрамленном медного цвета пышными локонами. – Вы из этой группы?

Зои посмотрела вокруг в поисках Софии, но не заметила ее среди толпы.

– Нет, я здесь живу. Во всяком случае, в настоящее время. Поскольку вы выше меня ростом, – добавила она, – не видите ли вы где-нибудь маленькую темноволосую девушку в белом платье?

– Вижу там, под портиком, – через некоторое время сказал он. – Кажется, она чем-то обеспокоена. Идемте!

И он повел Зои в указанном направлении.

София радостно встретила их, она стояла в окружении трех итальянских студентов.

– Пойдемте отсюда, – предложил их новый знакомый. – Здесь слишком многолюдно.

Зои не возражала.

– Спасибо, – сказала она, когда они выбрались из толпы. – Эти трое выглядели подозрительно.

Они слишком откровенно перешептывались, – подтвердила София. Она с интересом взглянула на незнакомца. – Вы здесь на отдыхе?

– Нет, работаю, – сказал он. – Я только вчера приехал и еще не очень хорошо ориентируюсь. Кстати, меня зовут Пол Кеньон.

Зои в свою очередь тоже представилась, оценивая острый, пытливый взгляд юноши и его небрежный современный вид. Ему не больше лет, чем мне, подумала она и спросила:

– Кем вы работаете?

Туристическим агентом. Я здесь по обмену на полгода, начиная с Пасхи. Но я специально приехал чуть раньше, чтобы устроиться и оглядеться. Я уже был один раз в Афинах – правда, много лет назад. – Он сделал паузу, посмотрев внимательно на девушек. – А чем вы занимаетесь, кроме того, что живете здесь?

– Это моя подруга – Зои, – сказала София прежде, чем та успела открыть рот. – Она также заботится обо мне.

Официально это называется «компаньонка», – продолжала Зои, видя его недоумение. – Это как бы работа такая. – Последнее она произнесла улыбаясь и глядя на молодую девушку, стоящую рядом. – София вам только что сказала, что мы к тому же стали еще и очень хорошими подругами.

– Я не думал, что встречу таких прекрасных девушек, – признался Пол. Он был явно заинтригован. – Значит, вы предпочитаете жить здесь одной семьей?

– Да, и Зои мне будто сестра, только у нас разные фамилии, – сказала София, и на сердце у Зои потеплело. – Между нами нет различий.

– У ваших родителей такое же мнение?

– Мои родители умерли, – ответила София. – Остались только я и брат, да ещестаршая сестра, которая живет в Англии. Но унас есть родственники здесь, в Афинах, и вдругих уголках Греции. А у вас есть семья?

Греки очень легко вступают в контакт с незнакомцами, охотно рассказывают о семье, и София в данном случае не была исключением. За две минуты она установила, что Полу двадцать четыре года, что приехал он из Кроули, где живет со своими сестрами-подростками, что последние три года занимается туристическим бизнесом.

Зои не увидела никакой крамолы в том, чтобы принять его предложение выпить вместе кофе, София тоже не возражала. Они нашли тихое кафе, где провели полчаса в приятной светской беседе.

Хотя главные магистрали Афин с их интенсивным уличным движением находились неподалеку, здесь царила совсем другая атмосфера. Цветущие растения обвивали решетки, свисали гирляндами с каждого карниза, выступа и балкона, и отовсюду сочился аромат жасмина и лаванды, перебивая запах уличной гари.

– Что вы собираетесь делать дальше? – спросил Пол, когда они встали из-за столика. – Я был бы очень рад, если бы вы составили мне компанию и мы бы вместе перекусили.

София, не колеблясь, согласилась. Присутствие Пола, судя по всему, было ей небезразлично. Одобрил бы это Алексис? – подумала Зои, но отказать этому милому молодому человеку у нее не хватило духу – тем более своему соотечественнику.

Они с удовольствием провели вместе еще два часа. Оказалось, что Пол довольно хорошо знает греческую мифологию, в беседе он часто упоминал тот или иной миф. Дойдя до площади Согласия, они решили позавтракать в ресторанчике под открытым небом. Возможно, это было и не самое лучшее место, но столики здесь еще не были заняты, учитывая то обстоятельство, что наступало время ленча.

Укрывшаяся в тени апельсиновых деревьев и фонтанов, центральная площадь города была настоящим оазисом среди высоких новых зданий и старых гостиниц, над которыми возвышалось огромное строение – Парламент.

Пол предложил отведать греческого вина. Выбор остановили на рестино[5]5
  Выдержанное белое вино


[Закрыть]
. Зои сделала первый глоток и буквально застыла – она увидела человека, выходящего из машины, которая остановилась в нескольких дюжинах ярдов от них.

– Это Алексис, – сказала она печально. – Который сейчас час?

Алексис Теодору подошел прямо к их столику с недовольно поджатыми губами. Стоило ли так явно выражать свои эмоции в присутствии постороннего человека? – подумала Зои. Взгляд, который Алексис бросил в сторону Пола, никак нельзя было назвать дружелюбным.

– Я увидел вас из машины, когда ехал к условленному месту. Почему вы здесь?

Мы были голодны, – сказала София примиряющим тоном, – и решили перекусить. Пол первый раз в Афинах, Алексис. Он тоже англичанин.

Слегка улыбаясь, Пол подошел к Алексису.

– Я – Пол Кеньон. А вы, должно быть, брат Софии?

Алексис небрежно пожал протянутую руку.

– Вы друг Зои? – спросил он. Пол засмеялся.

Теперь, надеюсь, да. И Софии тоже. Я счастлив, что смог немного побродить с этими замечательными девушками по городу.

– Уверен, что это так и есть. – Тон Алексиса стал мягче. – Вы турист?

– Нет, я работаю в туристическом агентстве. Мы столкнулись случайно в Агоре – или, скорее, Зои столкнулась со мной. – Пол улыбнулся в ее сторону. – Рука судьбы! – Его взгляд переместился на мужчину. – Мы, по существу, идем оттуда.

– Вы закончили есть? – Благожелательность Алексиса будто рукой сняло, когда он обратился к девушкам.

Зои почувствовала себя уязвленной.

– Я полагаю, для вас это не имеет никакого значения, – произнесла она холодно.

Пол предпринял попытку задержать девушек, когда они стали подниматься.

– Я думаю, мы могли бы встретиться снова, чтобы познакомиться поближе, – сказал он Зои. – Конечно, если у вас будет свободное время…

– Это было бы прекрасно! Я могу вам позвонить; где вы остановились?

Пол написал номер телефона и адрес на клочке бумаги. Алексис терпеливо ждал, когда закончится обмен любезностями.

По дороге к автомобилю София выглядела растерянной. Оставшийся стоять у столика Пол помахал им рукой, когда они тронулись с места и влились в общий движущийся поток. Зои помахала ему в ответ.

– Для вас это привычное дело – быстро сходиться с незнакомыми людьми? – спросил Алексис натянуто.

– Вы имеете в виду мужчин? – спросила она, вовлекая его тем самым в неприятный разговор.

– Вы прекрасно знаете, что я имею в виду.

Зои смотрела на движущиеся впереди автомобили. Делая вид, что тоже следит за дорогой, она спокойно произнесла:

– Мы ничем не рисковали, знакомясь с Полом. Вокруг было полно народу, и Пол не походил на потенциального похитителя. Как и я, он здесь только по работе, – сказала она быстро. – Есть ли смысл доказывать вам, что для меня, кроме моей работы, не существует ничего другого?..

– Очень рад это слышать. – Ирония в его голосе была очевидна. – Итак, вы не будете звонить этому Полу.

– Я этого не говорила. Все же мы оба англичане, у нас много общего.

– Зои имеет право на свою личную жизнь, Алексис! – сказала София с заднего сиденья несколько удрученно. – Я не намерена отнимать у нее все время.

Зои повернулась к ней.

– Ты не должна заявлять подобное! Мне нравится находиться рядом с тобой. Если бы это было не так, я не осталась бы здесь, поверь мне!

В ответ София произнесла:

– Ты все-таки имеешь право сама распоряжаться своим свободным временем. Это можно будет предусмотреть, не так ли, Алексис?

– Мы обсудим это. Ты, конечно, права.

Откинувшись на своем сиденье, Зои почувствовала какую-то приятную усталость. В общем София говорит правильно: никто не обязывает их проводить друг с другом все дни – с утра до ночи – в течение года.

Они доехали до виллы довольно быстро.

Алексис предупредил девушек, чтобы к пяти вечера они были готовы. Приняв душ, Зои выбрала костюм в белую полоску с короткими рукавами как самую изящную вещь в своем гардеробе, дополнив его бледно-янтарного цвета блузкой с большим воротником. Туалет дополняли сандалии.

Она одевалась так не столько для того, чтобы понравиться Алексису, сколько для себя, соврала себе Зои, рассматривая в зеркале свое отражение. В течение долгого времени она не обращала особого внимания на то, как выглядит, но здесь, чувствовала, ей придется следить за собой.

Будет она звонить Полу или нет, Зои окончательно не решила. Пока это ее не очень волновало. Ей все еще было интересно находиться на вилле «Мимоза» вместе с Софией и Алексисом.

Район Плака в Афинах располагался на север от Акрополя. Зои нравились лабиринты улиц с их многочисленными магазинчиками и запахом жареного мяса и специй, миниатюрные византийские церквушки и старинные дома. Она останавливалась в Плаке во время своего последнего приезда в город – после того, как закончила учебу. Отель, в котором поселилась девушка, был маленьким и без всяких претензий на роскошь, но из ее спальни открывался прекрасный вид на Акрополь, и это вызывало в ней восторг.

В магазинчиках на Плаке продавался сомнительный антиквариат, любимые туристами сувениры, майки с надписью «Я люблю Грецию», и бродить по ним было настоящим развлечением, так считала Зои. София тоже разделяла это мнение. Она не могла насытиться всем этим. Алексис с большой охотой поощрял желание сестры посетить каждый магазин. Одетый в белые брюки и темно-зеленую рубашку, он привлекал внимание многих женщин. Зои была уверена, что Алексис это чувствовал, хотя и не показывал вида.

– Вам стало скучно? – спросил он у нее, когда София в очередной раз увлеклась разглядыванием кожаных пальто, которые ей были совершенно не нужны. – Что-то вы притихли…

– Вовсе нет, – ответила Зои, – это моя любимая часть города – современные Афины.

– Вы не находите ее очень многолюдной и шумной?

– Наоборот – мне нравится именно эта атмосфера. Может, туристов тут и многовато, зато нет противного запаха от выхлопных газов, как в других районах Афин.

– Это верно, – согласился он. – Афины быстро становятся невозможными для проживания здесь тех, кто заботится о своем здоровье, хотя город в этом отношении не особенно отличается от других столиц Общего рынка, в которых я бывал.

– Вы, очевидно, принимаете активное участие в делах компании, – шутливо сказала она. – Я думаю, гораздо большее, чем другие в вашем положении.

– Деньги не освобождают человека от напряженной работы, – сухо произнес Алексис. – И я вовсе не намерен оставлять дело в руках моего дяди и кузенов, хотя они не прочь.

– Вы хотите сказать, что в ваш бизнес вовлечены многие родственники?

Он удивленно поднял брови.

– Вы находите это странным?

– Отнюдь. Я нахожу это очень похвальным, – искренне ответила она. – Я восхищаюсь способностью членов греческих семей держаться вместе!

– Да, мы все не разлей вода, – подтвердил Алексис слегка свысока. Он взял Зои под руку, когда какой-то прохожий толкнул ее. – А вы что планируете делать, когда этот год закончится?

– Опять буду работать учительницей. Или немного попутешествую, если у меня появится возможность. Ведь меня окружает такой огромный мир!.. Я хочу увидеть как можно больше, до того как умру…

– Вы не должны думать о смерти в ваши годы! У вас впереди еще много времени, чтобы жить, – его голос зазвучал вкрадчиво, – и любить…

– Вы говорите о любви?! Тот, для кого любовь всего лишь ненужные эмоции!..

– Я сказал, что это не играет решающей роли при заключении брака, но я не против этого чувства как такового. – Алексис по-прежнему держал ее под руку, и от этого кожу Зои приятно покалывало. – Вы когда-нибудь были влюблены?

Она почувствовала, что утопает в его темных глазах, и невероятным усилием воли заставила себя освободиться от их обаяния.

– Нет, глубоко и серьезно – никогда.

Его пристальный взгляд, кажется, пронзал насквозь.

– Но ведь иногда вам казалось, что вы влюблены?

– Разумеется, я ведь не являюсь исключением! – воскликнула она намеренно легкомысленно. – Это то, что заставляет мир крутиться! Но если вы думаете, что я стану прививать Софии свой образ мышления, то не стоит беспокоиться. Я не собираюсь пытаться изменить ее взгляды.

– Кроме тех, которые касаются ее замужества, не так ли?

– У нее уже есть собственное мнение на этот счет, – вскинув голову, заявила Зои.

– А вы с ней обсуждали это?

– Да. мне хотелось узнать, что София думает на сей счет.

– Ну и, – торопил он, – что же она думает?

– Здесь она делает все, чтобы ублажить вас, даже готова терпеть Ореста Антониу в качестве мужа. Если вы заботитесь о благополучии своей сестры, то должны будете поговорить с ней на эту тему. Орест недостоин ее…

– Думается, Антониу с большим интересом выслушали бы ваше мнение о них!..

– Я не имела в виду всю семью целиком – лишь одного Ореста. Он же больше заботится о приданом Софии. Некоторые люди от природы так жадны, что только диву даешься…

В глазах Алексиса появилось грустное выражение.

– Вы слишком доверяетесь своим первым впечатлениям, Зои. Они никогда не подводили вас?

Впервые он назвал ее по имени! Но как странно прозвучало оно в его устах!..

– Я не могу сказать, что никогда не ошибалась, – согласилась она. – Только вряд ли я не права в данном случае. Орест не смотрит на Софию так, как смотрит мужчина на свою единственную избранницу.

– А как он должен смотреть? – заинтересовался Алексис. – Вы замечали подобный взгляд на себе?

– У меня дома осталась подруга. Так вот ее жених смотрит на нее так, будто ей нет равных!

– И она на него смотрит так же?

Зои чувствовала: он подтрунивает над ней, но не хотела сдаваться.

– Да! Они любят друг друга.

– Это возвращает нас к началу разговора, – сказал Алексис. – Что касается Софии… я буду серьезно обдумывать этот вопрос.

– Надеюсь на это, ради ее же блага. – И Зои быстро добавила: – Не пора ли нам найти ее?

– Да мы же стоим у всех на виду, она нас сама найдет.

Зои огляделась вокруг и увидела молодую гречанку, бредущую вдоль висящих пальто и жакетов. Не спеша София приблизилась к ним. Алексис убрал руку от локтя Зои и спросил у сестры:

– Ты решила ничего не покупать?

– Я только смотрела, – сказала София, – мне не нужно пальто.

Ее гардероб состоял в основном из итальянских и французских вещей. Хлопковая юбка и шелковая кофта, которые были сейчас на ней, несомненно, стоили достаточно дорого. Алексис не пожалел бы никаких денег для своей сестры, пожелай она совершить покупку. София много для него значила на самом деле. Строгий брат вполне мог дать от ворот поворот и Оресту Антониу.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

С наступлением вечера неоновые фонари приветливо засверкали, а из баров и таверн начали просачиваться звуки музыки. На улицах попадалось все больше людей. Туристы по большей части, заключила Зои, улавливая обрывки немецкого, французского и даже, как она предположила, шведского языков.

Пасха в Греции отмечается по православному календарю, подготовка к празднику начинается, как правило, за неделю до торжеств. В такие дни в Афины прибывает много народу.

Таверна, в которую привел их Алексис, редко посещалась туристами. Столы и стулья прятались тут в маленьком садике, украшенном множеством цветочных горшков. Отсюда открывался прекрасный вид на Парфенон, древние колонны которого на фоне синего полночного неба, казалось, выглядели еще более величественно. Алексис, безусловно, знает лучшие места, подумала довольная Зои. Она наслаждалась и вечером, и компанией, и вкусными греческими блюдами, многие из которых пробовала в первый раз.

– У вас сегодня хороший аппетит, – заметил Алексис, когда она опустошила очередную тарелку. – Хотите еще выпить кофе с пахлавой?

Зои отрицательно потрясла головой.

– Спасибо, я уже сыта.

– А я люблю пахлаву! – воскликнула София. – Я бы с удовольствием съела ее сейчас, ну, пожалуйста, Алексис, – закончила она с обворожительной улыбкой.

Был уже двенадцатый час, когда они вернулись на виллу. Это время в Греции еще не считалось поздним, но София сказала, что устала и пойдет спать. Зои сначала колебалась, когда Алексис предложил ей выпить чего-нибудь перед тем, как лечь. С одной стороны, ей не хотелось, чтобы этот вечер кончался, а с другой – ее мучили сомнения, правильно ли она поступит, если даст согласие. Алексис все же остается ее работодателем, и его интерес к ней может быть всего лишь забавным развлечением мужчины, занимающего высокое положение. Но в конце концов она согласилась. Они сидели на удобной, почти воздушной софе, в меньшей из двух гостиных, и Зои мужественно перенесла прикосновение его пальцев, когда он передал ей бокал с бренди. Потягивая золотистую жидкость небольшими глотками, она мысленно оценивала качество напитка.

– Вам нравится? – спросил Алексис.

– Очень, – ответила Зои, – хотя я больше люблю «Метаксу».

– Да, «Метакса» – это самое лучшее, что у нас есть! – сказал он. – Я очень патриотичен в своих вкусах. – Его внимательный взгляд скользил по ней с явным одобрением. – Сегодня вы выглядите очень элегантно.

– Это довольно старый наряд, – возразила она машинально.

– Почему англичанки с таким трудом воспринимают комплименты?

– Не знаю; видимо, они просто не привыкли их получать.

– Значит, англичане не слишком ценят своих соотечественниц?

Она улыбнулась.

– Дело в том, что не все можно выразить словами. Сильный, молчаливый человек – вот идеальный тип.

– Именно такой тип вы предпочитаете?

– Это зависит от конкретного человека, – ответила она. – Некоторые подходят под это правило, другие…

– Другие?.. – незамедлительно подхватил он. – Скажите мне, под какой тип подхожу я?

– Провокатора, – парировала она и ощутила, как ее затягивает в омут темных глаз.

На губах Алексиса появилась томная улыбка.

– Провокация не только с моей стороны, – сказал он мягко. – Я почувствовал это с первой нашей встречи. Я хочу подарить тебе любовь – и сделаю это сейчас. Ты тоже хочешь этого, я вижу по твоим глазам.

Сердце Зои учащенно забилось, будто птица в клетке, почуяв опасность. Дрожащей рукой она поставила бокал на столик, решив, что ослышалась, и не веря тому, что он сказал.

– Я думаю, пора пожелать вам спокойной ночи, – поспешно произнесла она.

– Это потому, что я вслух сказал о том, что мы оба чувствуем? – Его улыбка была обезоруживающей. – Меня к тебе тянет также, как и тебя ко мне. И я не вижу причин для притворства.

– Это что, условие моей дальнейшей работы? Чтобы я следовала влечению и вела себя соответствующим образом?.. – Голос Зои звучал глухо.

– Ты преувеличиваешь.

Она резко встала на ноги.

– Я понимаю. Мой ответ будет: нет!

– Какой ответ? – удивился он. – Я у тебя еще ничего не спросил.

– Но вы откровенно дали понять, чего хотите. Вы не привыкли терять время, не так ли, кирие? Всего три дня! Я не могу в это поверить! – Справедливые гнев и негодование обжигали ее.

– Мне самому трудно в это поверить, – признался Алексис. – Я пытался бороться со своими чувствами, но… безрезультатно. Уже в тот первый раз, когда ты открыто спорила со мной, я видел только твои волосы ярко-медного цвета и твои глаза, полные зеленого огня, и желал тебя так, как не желал ни одной женщины прежде.

– Тем сильнее вы вынуждены будете разочароваться: я уеду завтра утром.

– Даже не вспомнив о Софии? А ты ведь убедила меня, что ей нужно больше свободы. Если ты сейчас уедешь, она вернется к тому же положению, в котором находилась.

Зои прикусила губу.

– Вы действительно это сделаете?

– Конечно. Мне уже трудно будет найти другую компаньонку, которой я смог бы доверять как самому себе. Помнится, прошлой ночью ты высказывала несколько иные взгляды на отношения мужчины и женщины; так что же изменило их?

Она слишком разболталась тогда, с горечью подумала Зои. Неудивительно, что теперь ему легко поймать ее на слове. Алексис Теодору не привык менять свое мнение и отступать. Если бы не София, она бы ни минуты не колебалась, уехала. Но как объяснить этой милой девочке причину столь внезапного отъезда, не рассказав всю правду? Меньше всего Зои хотела бы разрушить ее веру в благородство брата.

– Я же говорила в общем! – в отчаянии произнесла она. – Боюсь, вы неправильно меня поняли. Я не такая, какой могла показаться. То, что я вчера сказала, не нужно воспринимать буквально. Я имела в виду не себя лично.

– Ты сказала, что каждый имеет право получать удовольствие от секса. В этом нет ничего предосудительного. И я удовлетворю тебя прямо сейчас. Настало время показать тебе, как умеют любить греки. – Его темные глаза метали молнии.

Зои отступала назад по мере того, как Алексис приближался к ней, и оказалась около софы. Она подняла руку в беспомощной попытке остановить его. В следующее мгновение Алексис схватил ее за запястье и притянул к себе.

– Будь осторожна! Этим знаком ты можешь оскорбить грека, – тихо предупредил он.

Зои замерла под натиском его губ, пытаясь подавить проснувшееся в ней желание. Каждой клеточкой своего тела она чувствовала его силу, его настойчивость. В Алексисе проснулся самец – в полном смысле этого слова. Ее сопротивление начало ослабевать, мало-помалу губы раскрывались ему навстречу, а тело откликалось на его близость. Алексис провел рукой по волосам Зои и прижал ее к себе покрепче. Никогда не знала она такого острого, всепоглощающего желания. Оно побуждало ее подчиниться, забыть о сопротивлении, испытать чувственное наслаждение, которое, она знала, этот человек мог ей доставить.

Не отрываясь от губ Зои, Алексис увлек ее на софу и лег рядом. Прикосновение его рук к ее груди было подобно огню. Зои чувствовала, что летит в пропасть.

– Не надо, Алексис, – прошептала она. – Прошу тебя! Пожалуйста!

– Почему? – хрипло спросил он. – Ты хочешь, чтобы я продолжил, я чувствую это. – Он приподнял голову и заглянул ей в лицо. Его глаза горели как раскаленные угли. – Ты хочешь меня так же, как я тебя!

– Не так. – Слова выговаривались с трудом. – Я не какая-нибудь потаскуха, готовая лечь в постель с любым мужчиной.

– Я не любой мужчина, – поправил он.

– Да, – согласилась она. – Ты мой работодатель, а это еще хуже. Каким бы я была надежным компаньоном для Софии, если бы сделала то, чего ты хочешь.

– Это разные вещи. Я доверяю тебе Софию потому, что верю: ты действительно заботишься о ней. Но это не означает, что я не могу желать тебя. – Его голос стал грубым. – Или ты попытаешься отрицать, что отвечала на мои ласки?

Зои взяла себя в руки, стараясь выдержать его взгляд, и честно ответила:

– Вряд ли я могу это сделать.

– Но почему? – спросил он. – Почему ты не слушаешь свое сердце?

– Потому, что я его не узнаю. Оно неспокойно. Я запуталась. – Это была ложь, но она не хотела, чтобы он догадался о ней. Он хотел ее физически, думала Зои, но не душой, не сердцем. Однажды получив свое, Алексис потеряет к ней интерес. А она не могла бы в дальнейшем держаться так, как будто ничего не случилось.

– Сердце, – возразил он, – всегда неспокойно. – Алексис поднял руку и очертил кончиком пальца ее рот; мышцы ее живота напряглись, а дыхание участилось, когда он провел рукой по ее подбородку и, лаская так же медленно и мучительно, нащупал пульсирующую жилку за ухом.

Закрыв глаза, Зои ощущала, что парит в небесах. Когда Алексис наклонил голову и нежно зажал зубами мочку ее уха, она запустила пальцы в копну его волос, ощутив их упругость и жесткость, и обняла его за широкие плечи, притягивая ближе к себе. Их губы слились в нежном поцелуе.

Она не издала ни звука протеста, когда он снял с нее жакет, и затрепетала при прикосновении его пальцев к обнаженным рукам. Ее тело натянулось как струна, когда он нащупал и расстегнул застежку ажурного бюстгальтера, обнажив грудь Зои. Соски были уже твердыми и набухшими. Резкий крик сорвался с ее губ от легкого прикосновения его большого пальца к одному из них. Она инстинктивно выгнулась, позволяя Алексису продолжить игру. Когда он взял в рот ее сосок, все внутри Зои перевернулось. Легкий стон сладкой муки сорвался с ее приоткрытых уст.

Алексис оторвался от Зои и сложил руки чашечкой, нежно лелея в ней ее грудь. Что-то неуловимое, эротическое взбудоражило ей кровь, она хлынула по ее сосудам раскаленной лавой.

– Ты прекрасна, – пробормотал он. – Такая же, какой была Афродита, когда впервые вышла из морской пены. Я хочу познать каждый дюйм твоего тела, агапи му[6]6
  Моя любимая (греч.)


[Закрыть]
. Познать так, как мужчина может познать женщину. Я хочу чувствовать твой трепет под собой, когда возьму тебя, слышать твой крик восторга. Но не здесь, не так.

Он оставил последний легкий поцелуй на ее губах и встал.

Зои оставалась недвижима. Только сейчас она начала осознавать, как далеко позволила ему зайти. Желание не утихало, она горела огнем. Однако одновременно в ней зашевелилось чувство стыда и унижения. Три дня! Понадобилось всего три дня! Как могла она так быстро сдаться и увлечь себя такими дешевыми эмоциями?

Алексис нахмурил брови.

– В чем дело?

Ее губы одеревенели. Потребовалось большое усилие, чтобы произнести:

– Прошу прощения. Я не должна была выпускать ситуацию из-под контроля. Мне нельзя позволять себе такое.

– Почему нет? – спросил он требовательно. – Потому что я сказал, что хочу заняться этим в другом месте? Мы можем остаться здесь, если хочешь.

– Дело не в этом. – Она собралась с силами и резко поднялась. Ее неприятно поразило, что ноги ее были ватными и не слушались.

Отойдя немного, Алексис пристально смотрел на нее.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю