Текст книги "Молчаливый слуга (СИ)"
Автор книги: Кэтрин Рид
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
– Что дальше? Похоже, у нас нет капитана, – занервничала она, наблюдая за тем, как подруга достает досье. – А вдруг Алекс сам командовал кораблем?
– Ничего страшного. Грот нам поможет. Джейн разбери бумаги, определи жалование каждого члена команды и умножь его на десять.
Джейн взяла стопу бумаг, прошла к секретеру. Она стала составлять список людей, которых им надо подкупить. Одно казалось ей странным. Для миссии Алекса было достаточно небольшого брига, однако вместо этого он нанимает военный корабль, увеличивает его скоростные характеристики и меняет вооружение. Каждый его работник получает намного больше, чем любой моряк английского флота. Увеличив все суммы в десять раз, Роуз была готова оставить небольшое состояние, которого хватило бы на покупку нового корабля. В некотором роде это тоже было странным решением. Легче просто купить место на торговом судне, чем рискуя жизнью перехватывать корабль.
Пока женщины реализовывали свои революционные планы, некоторые пассажиры еще продолжали жить своей привычной жизнью.
Алекс всегда пользовался привилегиями нанимателя в своих путешествиях. Пока команда выводила корабль из бухты, и каждый член команды работал с полной отдачей, он отсыпался в своей каюте. В отличие от Джеймса он во время своих путешествий всегда жил в скромной каюте на верхней палубе. Да, тут было шумновато, но при этом он мог более оперативно реагировать на экстренную ситуацию. В это утро Алекс проснулся очень рано, даже во сне мужчина смог осознать то, что корабль как будто вымер, на палубе было слишком тихо.
Сдернув с себя простынь, Алекс прошел к шкафу, достал из него старые кюлоты и рубаху. Одевшись, он направился к выходу.
Дверь была заперта! Подавив желание высадить ее с корнями, он осторожно открыл лючок. Его опасения подтвердились – палуба была пуста. «Плохо. Плохо дело!» – думал он, обводя взглядом окрестности. Тут справа появился Фей. Тощий рыжий пройдоха широким шагом шел к носу корабля. Он странно выглядел. Обычно при хорошей погоде Фей натягивал на себя лишь старые черные бриджи с широким красным поясом, и этого было достаточно. На сей же раз он был одет в самое лучшее: белоснежная рубаха, чистые штаны. В таком виде он появлялся только в те моменты, когда корабль заходил в крупные порты, и ему хотелось покрасоваться перед женщинами.
– Фей! – спокойно позвал его Алекс.
Фей медленно повернулся и размеренно подошел к двери.
– Фей, что случилось?
– Нас захватили, сэр, – сообщил Фей голосом, в котором не было трагизма присущего ситуации.
– Где капитан?
– Заперт в соседней каюте. Нам приказали укрепить двери, вы их не выбьете, можете даже не пытаться.
– Сколько их?
– Э-э-э, как бы сказать, трое, сэр, две дамы и парнишка лет пятнадцати. Кажется, одна из них ваша сестра. Мы могли бы их скрутить, но капитан приказал не трогать женщин. Извините, сэр.
– Ничего, я понял тебя, – сказал Алекс. – Моя сестра не говорила, почему она захватила корабль?
Фей засунул руки в карманы, уставился на палубные доски. Знал он, что следующая новость мистера Бейкера не порадует. Его вообще редко что радовало.
– Как же не говорила! Говорила! В Америку им нужно, вот мы и плывем туда!
– Можешь идти. И принеси мне завтрак, раз уж я заточении.
Алекс оделся и начал ходить из угла в угол. Через полчаса в дверь постучали. Это был Грот. Он передал пленнику кувшин и тарелки с едой. Оставшись на время у двери и облокотившись на нее, моряк начал тихо говорить:
– Миссис Бонье начала вербовку состава. Она нашла документы капитана, идет по досье, каждому дает в десять раз больше назначенного жалования.
– И что? Соглашаются?
Грот сощурил глаза и слегка улыбнулся.
– Соглашаются, раз так надо. Ваши люди заперты в каютах, боюсь, им придется побыть пленниками.
– Что Джеймс?
– В своем репертуаре! Такого разве что могила исправит. Я хотел услышать ваше мнение.
– Пока оставь все как есть.
Грот кивнул и пошел в кабинет капитана. А там Роуз, покончив с бумажной волокитой и подкупом личного состава корабля, раскрыла карту и достала инструменты для определения маршрута.
– Грот, выводи корабль из русла реки вот тут, – Роуз постучала пальцем по карте. – Я хочу обогнуть эти острова справа, с другой стороны довольно сильное течение и скалистое дно.
Грот опустил взгляд на карту.
– Решение знатока. Я соглашусь с вами, пожалуй.
Мужчина улыбнулся, ему не нравилось то, что миссис Бонье захватила корабль, но говорить о работе со знающими людьми он обожал.
– Отлично, идем на палубу! – предложила Роуз. – Заодно покажете нам наши каюты.
На улице занимался рассвет, он окрасил все вокруг в розовые тона, туман рассеял солнечные лучи, смягчая очертания города. Крики матросов возвещали об оживлении корабля. Эта суета была для Роуз знакома. Она спокойно отдавала команды, и Грот громко их оглашал.
Джейн и Франсуа завороженно наблюдали за работой команды. Лицо молодого человека озарилось улыбкой, когда перед ним расправился нижний парус грот мачты.
– Пошли наверх! – крикнул ему рыжий юнга, и юноша сорвался с места, начал подниматься по вантам на мачту, постоянно поднимая голову вверх.
Вдруг среди гомона Джейн услышала Алекса.
– Джейн! Джейн! Позовите Джейн! – приказывал жесткий голос.
Девушка побледнела, ее глаза наполнились слезами, на лице отразилась печаль. Она бегом спустилась на главную палубу в свою каюту. Сев на кровать, Джейн посмотрела в иллюминатор. Ее руки дрожали, стало зябко. Как же ей хотелось подойти к нему, посмотреть в теплые карие глаза. Любовь ослепила ее, сделала неприхотливой, доверчивой, жаждущей внимания. Теперь начиналась другая жизнь. Та, которую она себе еще не представляла.
– Боже, дай мне сил! – прошептала девушка.
Стараясь хоть чем-то себя занять, она навела порядок в своей маленькой каюте, разобрала вещи, а потом все же снова рискнула подняться наверх. На сей раз Джейн не приближалась к тому месту, где держали Алекса. Она провожала взглядом Лондон, уйдя к носу корабля. Этот город, ее дом, страна, низкие предрассветные туманы как будто ускользали из реальности. Однако памяти свойственно цепляться за то привычное, что было когда-то обыденностью, и вот перед ней уже и зеленый луг, и яблоня возле дома, и мама, которая хлопочет у очага. Все это уходило безвозвратно, навсегда оставшись лишь красочной картинкой в воспоминаниях.
Команда очень аккуратно вела «Зевса» по Темзе, но стоило им выйти в море, и Роуз приказала расправить все до единого паруса.
Первую половину дня Джейн побаивалась далеко уходить от Роуз и Грота, но потом, поняв, что команда не держит на них зла, решила исследовать корабль. Юный Том с удовольствием разъяснял ей устройство корабля.
– Что вы знаете о кораблях, мисс? – спросил Том, даже не подозревая, что перед ним стоит замужняя дама.
Джейн посмотрела на грот мачту!
– Практически ничего, Том. Более того, я впервые увидела настоящие большие корабли только сегодня!
Юнга улыбнулся.
– Тогда спрашивайте меня обо всем. Я вам все объясню. Это в некоторой степени будет экзамен для меня.
– Ну, хорошо! Как называются эти площадки наверху?
Вопрос был явно по зубам молодому моряку:
– Эти площадки называются марсами. Они крепятся на стыках составной мачты. А лестницы, что ведут на мачты, именуются вантами.
– Скажите мне, Том, у многих кораблей я видела прямоугольные паруса, такие как на этой мачте!
Джейн показала рукой на паруса, крепящиеся к главной мачте.
– А вот тут есть еще и треугольные полотна.
Тут девушка указала на косые паруса на носу корабля.
– Чем же одни лучше других, и в чем их предназначение?
Том усмехнулся.
– Вы ошибаетесь мисс, на этом корабле нет ни одного прямоугольного паруса, эти имеют форму трапеции. Снизу вам не видно этого, но нижняя часть паруса намного шире верхней. «Треугольные» паруса, или правильно говорить косые, крепятся вдоль судна и позволяют перенаправить потоки воздуха с боковых фронтов корабля в центр. А большие трапециевидные паруса улавливаю эти потоки и придают кораблю ускорение.
Алекс прислушивался к тому, что происходило снаружи. Джейн со свойственной ей любознательностью выслушивала комментарии «экспертов» по любому поводу. Ему же казалось, что каждый мужчина, подошедший к ней, имел совершенно определённые намеренья. Джейн была слишком молода и неопытна. Она не имела никакого понятия о флирте, и разговоры о мореходстве плавно перетекали задушевные рассказы моряков об их нелёгкой судьбе, которые Джейн воспринимала с удивительной добротой.
Вместе с Томом Джейн прошла по всем палубам, нашла камбуз, рассмотрела пушки, и уже к вечеру, порядочно устав от недосыпа и новой информации, буквально упала на свою узкую кровать.
В отличие от нее Алекс маялся от безделья. И все чаще его мысли возвращались к первоначальному плану действий. Все в плане было хитро. Ведь не догадывался в тот вечер советник, что в руках его находится не просто стандартный доклад для короля, а четкое описание действий. Было там написано и про головорезов советника, и про их планы стереть с лица земли Бейкера, там же была и информация о том, что Алекс сам будет собирать команду и отправится в Индию совсем на другом корабле. Истина должна была переплестись с легендой, король должен был непременно поверить в то, что корабль советника отправился за и ним, и враг добился своей цели. Теперь необходимо было разработать другой план действий. И на сей раз Джейн играла в нем ключевую роль.
Ночью в его дверь тихо постучали. Алекс открыл створку.
– Джейн не доверяет тебе больше, она видела тебя и миссис Вилсон в библиотеке. Это усилило ее веру в то, что ты к ней полностью безразличен. В общем и целом это соответствовало твоему плану. Одно «но», план твой провалился в первый же день. После того бала, она решила покинуть тебя навсегда, добродушно освободить от обузы в своем лице, отправившись единолично в Америку.
– Почему она прячется от меня? Я слышу ее голос, но не вижу.
– Острее любого оружия на свете – слова. Они могут ранить человека, и в некоторых случаях эти раны смертельны. Слова приводят к войне и страданиям, они исчезают за мгновение в пространстве и остаются горьким ядом в наших душах навсегда. Она боится твоих слов, Алекс, именно поэтому ты заперт в каюте.
Роуз отошла от двери, встала около борта. Ее затея была апофеозом отчаяния. Чего проще было отпустить Джейн. Да только не могла она ее оставить на произвол судьбы. Ситуация на североамериканском континенте была нестабильной, материальные возможности девушки оказались мягко сказать стеснительными. Джейн взяла деньги, которыми было можно оплатить только путь до континента, потом ей предстояло остаться со своей судьбой один на один вообще без каких-либо средств к существованию. В лучшем случае она могла рассчитывать на работу горничной, и это могло окончательно сломать ее. Именно из-за этого Роуз разом перечеркнула все планы брата.
– Все будет хорошо. Ты все правильно сделала! – поддержал ее Алекс. Теперь он готовился к долгой осаде, понимая, что любимая не простит его сразу.
Только через неделю Алекс услышал серебристый голосок совсем рядом. Быстро открыв створку, он увидел ее. Его малышка была одета в широкие штаны, подвязанные поясом, и свободную рубаху. Рыжие кудрявые волосы она заделала в высокий хвост. Как же ему хотелось опять пригреть ее в своих руках, любуясь на блеклые рыжие веснушки на прекрасном лице.
– Мистер Грот, вы дадите мне побыть рулевым? – спросила Джейн, затягивая узел на ручке ведра.
– Обязательно, Джейн. Но только после того, как вы освоите все тонкости морского дела.
Джейн бросила ведро за борт, а потом начала медленно поднимать его. Для хрупкой девушки поднять десять литров по отвесу было непростой задачей. Однако Грот не спешил ей помогать. Он был занят очень важным делом, а именно набивал свою трубку табаком.
– Грот, у меня не совсем получилось! – сказала Джейн, перекидывая ведро через край. – Половина расплескалась.
– Ничего, ничего, все скоро получится. Как в любом деле, здесь важны упорство и постоянная практика! – подбодрил ее моряк, смакуя во рту трубку.
Джейн вылила на пол ведро воды и, встав на колени, начала усердно драить палубу.
Именно в этот момент мимо нее проходил пройдоха и юный любитель женщин Том. Он насвистывал моряцкую песенку, но при виде аккуратного задка, обтянутого черными штанами, примолк и заинтересованным взглядом оценил заманчивую картину.
– Том, подойди ко мне, пожалуйста, – сказал спокойно Алекс.
Юноша, не отрывая взгляда от вожделенной картины, приблизился к створке. Стоило ему подойти ближе, и он сразу почувствовал рывок и удар. Алекс постарался не убить его, а потому разбил об доски только нос.
– Я убью любого, кто будет относиться неуважительно к моей жене, понял, сукин ты сын! – рыкнул Алекс.
Тома не было рядом через секунду. Грот, смотря на удирающего простофилю, усмехнулся. Его можно было простить, женщины вели себя крайне не разумно. Роуз ходила босиком, завернув штаны до колен. Стройные ножки манили взгляд мужчин, привыкших иметь дело с доступными женщинами. Джейн была как свежий ветерок в знойное лето. Милое личико, стройная фигурка, скромность, чистое, доброе сердце казались им сияющим сокровищем. Они грелись душой рядом с ней, а их руки натруженные, ставшие узловатыми от ветров и соли, тянулись к девушке сами собой.
– Джейн, нам надо поговорить! – спокойно сказал Алекс, неотрывно смотря на то, как Джейн работает.
Девушка не ответила.
– Джейн!
Резкость в его голосе заставила вздрогнуть девушку. Она быстро поднялась, взяла тряпку, ведро и ушла к носу корабля. Алекс проводил ее тяжелым взглядом, поняв, что разговор не состоится. Стукнув кулаком по двери, он вернулся к столу. Не верил Алекс в то, что жена его разлюбила. «Моя она, моя. Никто ее не получит».
С палубы послышался новый разговор, это заставило Алекса вернуться к двери.
Роуз лезла по лестнице на мачту, ей надо было добраться до марса и осмотреться вокруг.
– Малыш, не советую тебе лезть наверх, – блеял из соседней каюты Джеймс. – Лучше иди ко мне, я буду ласков с тобой.
Распутные фразы заставили Роуз медленно спуститься вниз, она подошла к окошку, с отвращением взглянула на напудренное улыбающееся лицо. Джеймс бесил ее, бесил своей глупостью и пошлостью вселенского масштаба.
– Малыш, твои дынь…
Удар был резким, непредсказуемым и, несомненно, болезненным! Роуз видела, как мужчина, закрыв лицо, пытается остановить кровь из носа, жалуясь попеременно на ужасные условия содержания и жестокое обращение с пленным. Улыбнувшись, Роуз пошла к мачте. По ее мнению такой неженка больше не захочет лезть на рожон. Как же она ошибалась. Стоило ей подняться на пару метров над палубой, и она снова услышала слащавый голос:
– Малыш, ты просто адски страстная, мне не терпится…
В этот раз Роуз подлетела к двери в одно мгновение. Ее волосы распушились, словно у разъярённой кошки. Женщина с ненавистью несколько раз пнула дверь.
– Зараза, еще слово, и я убью тебя собственными руками! Чтоб я тебя больше не слышала!!!
В ход пошли крепкие выражения, Роуз Бонье была в бешенстве. Она хотела снова ударить подлеца, но тот, наученный горьким опытом, ловко отпрыгнул от дверцы.
Вернувшись к мачте, она уже знала, что этот человек родился порочным.
– Кошанчик, ты слишком сурова.
На сей раз Роуз не стала тратить свои эмоции на хлыща. Преодолев первую площадку, по вантам она добралась до самого верхнего марса. Вокруг был простор, закатное солнце окрашивало паруса и море в золотистые цвета. Ветер трепал волосы.
– Боже, как же я скучала по всему этому!
Она вспомнила Жака. Чтобы она у него не спросила, на все вопросы он знал ответы. Стоя вот так на самом верху, рядом, он объяснял ей назначение каждого паруса и крепления. А если перед ней расстилалось звездное небо, любимый мог рассказать о звездах, о том, как ориентироваться по ним, находить верный путь. Она прикладывала свою руку к его ладони в то время, когда муж пробегал пальцами по небосводу. А теперь? Теперь его не было рядом, океан и стихия отняли ее радость, отдушину жизни.
– Как же я скучаю по тебе…
– К-хе, к-хе, – прервал ее грусть дребезжащий голос. Это был Фей. Он лез наверх с какими-то странными веревками.
– Вот миссис Бонье, вам надо привязать к поясу страховку.
– Какую еще страховку?
– Ну, это на тот случай, если вы падать задумаете, – замявшись под конец фразы, сказал Фей.
– Какого лешего, кто это придумал? – возмутилась Роуз.
– Да никто, никто не придумал. Правило такое, кто лезет выше первого марса, страхуется. Вот, я сам со страховкой.
Роуз скрестила руки на груди и брезгливо фыркнула.
– Вот сам и носи этот поводок. Я теперь ваш капитан, у меня свои законы.
Фей не унимался:
– Богом вас прошу, привяжите, убьет он меня, если вы так будете сюда лазить!
– Кто? Грот?
– Грот, Грот! – радостно закивал Фей, наблюдая, как Роуз привязывает себя.
Через полчаса солнце село, и Роуз спустилась вниз, промерзнув от свежего ночного воздуха. Она проверила ночную смену и направилась в каюту капитана. Наконец у нее было время, чтобы расслабиться. Она закрыла дверь, но не стала ее запирать. Кровать в каюте находилась в небольшой нише, и, видимо, играла роль места для дневного отдыха. Сняв жилет, она упала на нее без сил и сразу погрузилась в пучину беспокойных снов, чтобы поутру как всегда вскочить, задыхаясь от кошмара.
Следующее утро было странным. Жилет с ее вооружением пропал. В каюте кто-то побывал.
– Подлецы! – фыркнула она. Кто бы ни хозяйничал в комнате, он не учел одного, Роуз не хранила все оружие в одном месте. Ножи, спрятанные в двойном дне сумки, были как нельзя кстати. Заткнув за пояс клинки, она поспешила прояснить ситуацию.
На палубе ей сразу попался Грот.
– Кто был в моей каюте этой ночью? Ты?
Грот удивленно выпучил глаза и затряс косматой головой:
– Нет, нет, миссис Бонье, что вы! Разве можно ломиться к даме посреди ночи. Я еще жить хочу.
Моряк прикусил трубку и прищурился.
– У вас что-то пропало? – поинтересовался он.
Роуз не собиралась признавать в том, что у нее украли большую часть клинков. Это могло послужить поводом для бунта.
– Нет, – сухо ответила она.
Развернувшись, словно солдатик, Роуз решила найти Джейн и к своему удивлению обнаружила ее на камбузе. Та, запачкавшись мукой, месила на столе тесто.
– Что это? – спросила Роуз, смотря на аккуратные шарики теста.
– Это тесто для булочек с ванилью. Думаю, что это неплохой способ наладить контакт с командой. Вчера многие из них выглядели не очень благодушно настроенными, некоторые и вовсе обходили меня стороной с угрюмыми лицами.
Толстый кок с тонкими усиками суетливо вытер руки полотенцем. Насколько Роуз помнила из досье, этого маленького гения кулинарного мира Алекс нашел в порту десять лет назад. История несчастного была неординарной. Будучи на пике популярности он стал жертвой завистников. После того как несколько клиентов знатного происхождения отравились в его заведении, власти начали расследование. Репутация и жизнь Пьеро висела на волоске. Именно в это время в городе работал над сложным делом о краже Алекс. Дело повара он взял из-за чисто исследовательского интереса, ему хотелось выяснить природу отравляющего вещества. Вскоре преступник был схвачен. Им оказался один из помощников Пьеро. Деньги конкурента оказались ценнее дружбы руководства. И тогда знаменитый шеф отправился вслед за Алексом. Он работал на корабле в одиночестве, радуясь тому, что капитан Андерсон не против сложного дорогого меню.
– Ну ладно, готовь. Я на палубу, – сказала Роуз.
Она опять поднялась наверх и встретила матроса, который нес на камбуз полностью сервированный поднос.
– Куда это? Кто-то из пленников объявил голодовку?
– Кроме мистера Бейкера, никто от еды не отказывается. Он же заявляет, что поест позже, сейчас не хочет.
Роуз подхватила с подноса яблоко, подбросила его вверх, откусила кусок и подошла к борту. Громко чавкая, она улыбалась и наблюдала за стаей дельфинов, скользящих у носа корабля по волнам. У нее улучшилось настроение, возник дух приключений. С детства она поддерживала любую затею Алекса. Маленькая девочка наравне с братом училась стрелять, драться, ловко обращаться с клинками. В обществе ей приходилось играть роль утонченной леди, и ей действительно нравились красивые шляпки, украшения, перчатки и сумочки. Женская и мужская модель поведения уживались в одном человеке на удивление хорошо. Именно поэтому сейчас миссис Бонье с удовольствием носила штаны, клинки и громко по-мальчишески чавкала.
– Поросеночек мой сладенький, – буквально пропел слащавый голос. Роуз случайно проглотила большой кусок и закашлялась, склонившись у борта. Утро было испорчено безвозвратно.
– Когда же ты меня выпустишь? Я совсем безобидный, а воздух просто необходим для моей красоты.
Роуз показала свою самую обворожительную улыбку, медленно подошла к двери и, смотря на глупое лицо с поднятыми вверх бровями, резко ткнула двумя пальцами в серые глаза. Пленник взвыл от боли.
– Кисонька, ты жестока. Нельзя так обращаться с пленниками.
Роуз отошла от двери, достала десять маленьких клинков. Отведя руку назад, она прищурила один глаз и метнула клинок. Джеймс еле успел закрыть створку. Ножи врезались один за другим в дерево, и за одну минуту все до единого попали в цель. Когда клинки закончились, женщина размеренно подошла к мишени, чтобы оценить ровный круг, очерченный лезвиями.
Трое матросов, наблюдавшие за ее тренировками с мачты, быстро спустились вниз.
– Даю руку на отсечение, такого не сможет повторить ни один известный мне метатель ножей. Круг идеально ровный.
Сухощавая рука второго наблюдателя оценила расстояние между клинками:
– Действительно, словно линейкой отмерено. Все точно до миллиметра.
Дверка открылась, и мишень ушла вглубь комнаты. Моряков как ветром сдуло. Перед Роуз опять появилось напудренное лицо. Джеймс посмотрел на клинки, потом поднял взгляд, и в этот момент Роуз показалось буквально на мгновение, что повеса превратился в другого человека. Но вот на лице опять появилась глупая улыбка шута, и она помрачнела. Чтобы не смотреть больше на убогое существо, Роуз опять захлопнула окошко, вытащила ножи и пошла к мачте.
– Миссис Бонье, страховка! – пискнул Фей.
– К черту страховку! – бросила через плечо Роуз.
За минуту поднявшись на мачту, она поправила несколько креплений, подтянула узлы. Вся работа заняла у нее всего полчаса, однако и этого времени хватило, чтобы обстановка на палубе изменилась. Матросы как-то притихли. Роуз сразу это заметила, как только ее нога ступила на широкие доски палубы. Заподозрив неладное, женщина стала оборачиваться по сторонам в поисках Грота. Тот стоял около борта корабля, как обычно держа во рту трубку.
– Что происходит, Грот? Команда готовится к бунту? – спросила она.
– Нет, миссис Бонье, это совсем не так.
– Почему тогда люди ведут себя странно?
– Они боятся.
– Чего?
– Они бояться ваших подъёмов наверх, ведь даже самые опытные моряки порой совершают ошибки, а у вас опыта, как я понимаю, немного.
– Я поднималась наверх раз сто, бояться нечего, я знаю о кораблях все!
«Странно. Конечно, команда может быть недовольна, что я делаю многое по своему усмотрению! – оскорбилась про себя Роуз. – Однако им не стоит опасаться того, что я напортачу».
От обидных мыслей ее отвлек кок.
– Сэр, я принес вам булочки и кофе! – сказал Пьеро в окно Алекса.
Алекс сразу почувствовал знакомый аромат. Подойдя к двери, он посмотрел на поднос. Эту выпечку невозможно было спутать с чем-либо еще. Взяв поднос, мужчина улыбнулся до того добродушно, что Пьеро передернуло.
– Совсем другое дело! Надеюсь, я буду иметь подобный завтрак каждый день.
– Я постараюсь, сэр! – сказал кок, почесав затылок.
После этого пожелания Пьеро поспешил на камбуз. Там он сразу обратился к своей помощнице:
– Джейн, не могли бы вы на время стать моим помощником. Похоже, мое меню приелось команде. Ваши булочки исчезли за минуту, и даже мистер Бейкер пожелал их на завтрак. Нужен, так сказать, свежий взгляд на вещи.
Джейн, вытирая руки об полотенце, обрадовалась идее. Ей хотелось быть полезной в этом плавании. И если в мореходном деле она совсем ничего не понимала, то для дел на кухне ее руки вполне годились.
– Благодарю за доверие мистер Пьеро, я вас не подведу!
До поздней ночи Джейн трудилась на кухне. Пьеро многое не успевал, поэтому у него было полно отложенных дел. С появлением помощника даже за один день он переделал уйму всего.
День близился к концу. Когда девушка вышла на палубу, звезды ровным ковром покрыли небосвод.
Полный штиль, корабль едва скользит по водной глади. Свежий воздух попадает в грудь и холодит ее изнутри. Так тихо, спокойно, что не хочется думать о трудностях и заботах, как будто и жизни дальше не будет, нет смысла, нет стремлений и борьбы, только здесь и сейчас наедине с этим миром.
Джейн легла на канаты и закинула руку за голову, смотря на звезды.
– Ты не хочешь поговорить с ним? – вдруг услышала она голос Роуз.
Девушка улыбнулась и закрыла глаза.
– Нет.
– Жаль…
– Не о чем жалеть. Мы никогда не были семьей. И я не желаю ему зла, наоборот, теперь он свободен от отношений, у него есть шанс встретить свою судьбу и забыть это недоразумение.
– А как же ты? Неужели ты не хочешь напоследок высказаться?
– Эти слова будут важны только для меня, для него – нет. К чему тогда сотрясать воздух?
– Да, пожалуй, я вынуждена согласиться с тобой! – расстроилась Роуз.
Женщина посмотрела на Джейн и подумала о том, что обе они хорошо вляпались, а потом были брошены и раздавлены. И главное, ни своего мужа, ни брата она не могла обвинить в горестях, свалившихся на них. Оба мужчины хотели уберечь своих любимых, а в результате они навеки обречены жить в одиночестве. Но у них, у них еще есть шанс, а у нее его уже не было. Жака, ее доброго, любимого мужа не вернуть.
– Я пойду спать.
– Угу.
Джейн осталась одна, она знала, что ей придется сделать шаг в другую жизнь, жизнь без Алекса. Она постаралась отбросить сильные эмоции и рассмотреть все возможные варианты развития событий прошлого и будущего. Сначала перед ней предстал путь монахини. Центром этой жизни был Бог, Создатель, и тут ее всегда терзали сомнения: она не видела в этом мире того Бога, что представляла ей церковь. «В религии есть некая философия, незыблемые истины: не укради, не убий, не обманывай. Семь заповедей – семь опорных точек нравственности, на которых существует общество. В качестве наказания тут не суд, а кара господняя, людское порицание и самобичевание за грех. Можно не верить в бога, и все же, как будто кто-то рукотворной рукой сделал так, что в холодной черной вселенной появился мир людей. По сути, материя в лице человека осознала собственное существование».
Ее решение – отправиться в Америку, было лишь отчасти спонтанным. Нет, ей никогда не удастся попасть в университет, не стать ученым. Однако там были и частные лаборатории, именно в них Джейн хотела попытать счастье, хотя бы как ассистент.
Новые перспективы воодушевляли девушку, повседневные заботы немного приглушили боль, которая мучила, душила ее каждый момент существования. Она до сих пор не могла представить свою жизнь без Алекса. «Раньше он меня просто не любил, а теперь ненавидит! – думала она, вытирая уже привычные слезы. – Ничего, это к лучшему. Я переживу, я должна, но как же больно, как же больно!»
Вдруг Джейн заметила, что небо на мгновение озарилось вспышкой. Сначала она думала, что ей показалось, однако через некоторое время явление повторилось.
– Впереди грозовой фронт! – крикнул ночной дежурный. Джейн резко села и сразу заметила, что корабль оживает.
Она быстро спустилась в салон капитана. А там Роуз и Грот уже склонились над картой.
– Фронт растянулся по всему видимому горизонту, – доложил взволнованный юнга.
Грот сел на стул, с его ростом и больной спиной висеть часами над картой было неприятно.
– Н-да, обойти не реально, – сказала задумчиво Роуз.
– Будем уходить на норд-норд-ост? Там молнии появляются реже.
– Нет.
Роуз взяла грифель и обвела три небольших острова.
– В этом месте три острова, скалистое дно. Подводные течения утянут нас на мелководье, в лучшем случае мы сядем на мель, в худшем – корабль получит пробоину. Предлагаю двигаться прямо по курсу. Пусть команда сворачивает основные паруса, пока не поднялся шквалистый ветер, – спокойно сказала Роуз, смотря на своего помощника.
Грот скрылся за дверью, и Джейн поспешила за ним. Суета, громкие крики матросов породили в ней беспокойство. Она поймала Фея за локоть.
– Сэр, что мне делать? Я могу чем-то помочь?
Фей раздраженно махнул рукой и стал взбираться на мачту. Джейн ничего не оставалось, как наблюдать за происходящим. А всполохи между тем повторялись все чаще и чаще, поднялся ветер. Сначала он был слабым и теплым, а потом налетел первый порыв урагана. Несколько моряков устремились к штурвалу, чтобы удержать его.
Джейн упала и больно ударилась спиной о бочки. Она широко открыла рот и зажмурила глаза. Медленно подняв веки, девушка задержала дыхание от ужаса. Корабль взбирался на огромную волну, похожую на гору, а потом, оказавшись на вершине, обрушился на покатую часть гребня. Поток воды омыл палубу, свозя все, что было плохо привязано. Бочки, у которых сидела Джейн, медленно поехали к носу корабля.
Остановка, и снова вверх! На сей раз Джейн решила уйти из-под удара, крепко обхватив веревку, она встала. Вся ее одежда была насквозь сырая, волосы липли к лицу. Девушка не решалась сдвинуться с места, ибо каждая волна могла смыть ее за борт. Буря набирала обороты. Среди брызг и всполохов Джейн еле различала людей, мечущихся по палубе, корабль стал неуправляемым. Его било волнами, трепало и закручивало. Казалось, что время растянулось, корабль провалился в ад. Буря и через час не собиралась утихать.
Вот в очередной раз волна по колено затопила палубу. Поток потянул Джейн к борту. Пройти сравнительно небольшое расстояние до люка на главную палубу ей не представлялось возможным, оставалось только терпеть. Тут она увидела Фея, моряк спустился с мачты и протянул руки вверх, поймав скинутую ему веревку, он хотел привязать ее к борту. Именно в этот момент корабль упал с гребня, палубу тряхнуло, и мужчина потерял равновесие. Среди потока пенистой воды и рева волн не было больше видно белоснежной рубахи.
– Фей! Фей! – кричала Джейн, понимая, что ей никто не ответит. Отпустив веревку, девушка бросилась к борту.
– Фей!
Роуз и Франсуа в одно время увидели Джейн около борта. Оба поспешили к ней, чтобы увести ее в безопасное место.
– Фей, его смыло, смыло за борт! – крикнула Джейн изо всей мочи своим друзьям.
