355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Кэти Линц » Большие девочки не плачут » Текст книги (страница 3)
Большие девочки не плачут
  • Текст добавлен: 13 сентября 2016, 19:29

Текст книги "Большие девочки не плачут"


Автор книги: Кэти Линц



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

Такая же судьба досталась и девочке.

– По-моему, она выглядит прекрасно, – заметила Лина.

– В средней школе Ханна первый год, но уже отлично играет в софтбол и баскетбол, – поддержала Минди. – Моя племянница с ней в одной команде.

– Но ведь мне так далеко до мамы, – едва слышно прошептала Ханна.

– А ты и не должна выглядеть так же, как твоя мама, – возразила Лина.

Эди тут же запротестовала:

– Не думаю, что вам дано право…

– Согласна, что не думаете, иначе не сказали бы ни слова из того, что успели здесь наболтать. Что ж, ничего не поделаешь. Все на вашей совести. А я прощаю.

– Вы… вы… – возмущенно заклокотала Эди.

Минди поспешно оттеснила миссис Дабронович со свитой в коридор и повела в кабинет. Проходя мимо стола регистрации, Ханна благодарно взглянула на администратора, одними губами произнесла «спасибо» и поспешила вслед за матерью.

Не успела Лина прийти в себя и успокоиться после неприятной стычки, как входная дверь с шумом распахнулась и в приемную ввалилась беременная женщина. Остановилась посреди комнаты, посмотрела вниз и с ужасом воскликнула:

– О Господи! У меня только что отошли воды!

Глава 3

«Ни за что не буду это убирать! – такой оказалась первая паническая мысль. Следом за ней промелькнуло: – Я же ничего не знаю о рождении детей!» – совсем как в «Унесенных ветром».

Беременная перегнулась через стол и схватила Лину за ворот любимой рубашки.

– Только не позволяете Энджел устроить мне естественные роды!

– Хорошо. – Лина понятия не имела, о чем беспокоится мучимая психозом будущая мамаша, однако задавать вопросы не собиралась.

– Позвоните в службу спасения! – выдохнула страдалица.

– Непременно позвоню. Но для этого вам необходимо меня отпустить, иначе я просто не дотянусь до телефона.

Едва оказавшись на свободе, Лина быстро набрала номер 911.

– У нас здесь, в ветеринарной клинике, сумасшедшая беременная. И кажется, Начинаются роды! – выпалила она, едва в трубке послышался голос диспетчера.

– Пациентка в сознании?

– Да.

– Дышит?

– Дышит почти так же, как роженицы в сериалах.

– Спросите, какова периодичность схваток.

Лина взглянула на искаженное болью и страхом лицо беременной.

– Хм, кажется, она не в настроении разговаривать. Пусть лучше этот вопрос задаст бригада «скорой помощи». Срочно вышлите машину!

– К вам уже едут.

Лина повесила трубку.

– Они уже в пути.

– Что здесь происходит? – неожиданно раздался голос Коула. – Джулия? – Он посмотрел на беременную. Ну вот, теперь у визитерши появилось имя.

Джулия вцепилась в воротник белого халата – еще отчаяннее, чем несколько минут назад в рубашку Лины.

– Не собираюсь рожать в кабинете ветеринара!

– Конечно, не собираешься. И не родишь. Дыши. – Коул оглянулся. – Кто-нибудь звонил ее мужу?

Под «кем-нибудь», естественно, подразумевалась Лина.

– Я только что узнала, как ее зовут. Какой муж? – попыталась защититься она. – Джулия приказала звонить в «скорую помощь» – так я и сделала.

– Не позволяй Энджел навязать мне естественные роды! – Тяжело дыша, Джулия на несколько секунд замолчала. – Хочу обезболивающего! – Она еще крепче вцепилась в Коула. – У вас здесь есть обезболивающее?

– Сейчас приедет «скорая помощь», – пообещала Лина, спрятавшись за спасительную конторку. Нет уж, больше она не позволит Джулии вцепиться в себя. До этого сталкиваться с родами еще не приходилось. Не слишком привлекательное зрелище. Заставляет усомниться в целесообразности деторождения вообще и обретения собственных детей в частности…

– Где она? – В приемную влетела дама с круто завитыми волосами. Пестрое индийское хлопковое платье развевалось подобно флагу. – Не волнуйся, детка. Энджел здесь. Мамочка с тобой. Все будет прекрасно, вот увидишь. Только дыши глубже и представляй себе какой-нибудь красивый пейзаж. Не забывай: рождение ребенка – самый естественный процесс на свете. Чудесное, магическое время! – воскликнула Энджел с ослепительной улыбкой.

Лина не замечала ровным счетом ничего магического или чудесного. Судя по выражению лица Джулии, та скорее была готова кого-нибудь прикончить, чем согласиться с восторгами мамочки.

– «Скорая» уже почти здесь. – Лина услышала вой сирены.

– Врачи нам не нужны. – Энджел попыталась захватить власть.

– Еще как нужны! – возразила Джулия. – У них же есть обезболивающее!

Коул тем временем пытался задобрить Джулию и освободиться от цепкой хватки.

– Ну же, золотко, процесс идет просто великолепно! – заверил он с очаровательной улыбкой.

Золотко? Неужели у него хватает наглости флиртовать с роженицей? Совсем потерял стыд!

– Попрошу всех разойтись! – прозвучал командный голос. Все обернулись и увидели входящего в приемную врача «скорой помощи».

– Ты уверена, что не хочешь рожать дома, Джулия? Самым простым и естественным образом? – не унималась Энджел. – Еще не поздно…

Единственным ответом дочери оказалось почти звериное рычание. А несколько секунд спустя санитары уже погрузили ее на тележку и покатили к машине.

Энджел побежала следом, а Коул, Лина и Минди растерянно застыли в приемной. Первой пришла в себя Лина:

– Да уж, зрелище не для слабонервных. Любая девушка задумается, стоит ли следовать дурному примеру и рожать детей.

– Чудо рождения безгранично, – многозначительно изрек Коул.

– Точно, – согласилась Минди. – Сейчас наведу здесь порядок.

Лина ощущала себя предательницей, однако желудок недвусмысленно подкатывал к горлу.

– Наверное, надо помочь?

– Нет, спасибо. Справлюсь сама. Поверь, после собачьего поноса и кошачьего недержания мочи воды роженицы – сущая ерунда.

– Здесь всегда так весело? – настороженно поинтересовалась Лина.

Минди кивнула:

– Очень часто. Хотя, конечно, женщины у нас рожают не каждый день. Да, щенков золотистого ретривера мы принимали и несколько раз – котят. Но вот человеческие детеныши в этих стенах пока еще на свет не появлялись.

Через несколько минут Минди удалось привести приемную в нормальный вид – во всяком случае, настолько, насколько способна выглядеть нормальной приемная ветеринара.

Посетителей снова впустили в помещение.

– Ах, как увлекательно! – воскликнула хозяйка изящной утонченной пуделихи. Обе украсили свои белые кудряшки множеством розовых бантиков. – Интересно, кто родится, мальчик или девочка?

Лина пыталась понять, что сулит новая жизнь. Вчера работа администратора в ветеринарной клинике вовсе не казалась чем-то из ряда вон выходящим. Зато сейчас явно ощущалось приближение очередного приступа удушья. Разумеется, на нервной почве.

– Милая, вы немного бледны, – продолжала ворковать пуделихина подружка. – Надеюсь, вы не упадете в обморок? В Рок-Крик всего одна машина «скорой помощи». Как вам известно, в данный момент она занята. Доктор, вашей ассистентке нехорошо.

– Я администратор, а не ассистентка, – тут же отреагировала Лина. – Ассистент ветеринара – Минди. А я просто…

Просто сошла с ума? Краем глаза она заметила движение крыльев, а через мгновение почувствовала, как на голову что-то приземлилось.

– А я… у меня… кажется, птица на голове.

– О, простите! – К конторке спешил человек средних лет с заметно редеющими волосами. – Твитипай, скорее иди к папочке!

– Птицам запрещается покидать клетки. – Лина показала на объявление, которое собственноручно повесила утром.

– Я всего лишь пытался успокоить Твитипай после неожиданной поспешной эвакуации, – пояснил хозяин. – Она на редкость умный и тонко чувствующий попугай.

На шее появилось что-то влажное. Так, все ясно. Попугайские испражнения. Черт возьми! Лина не слишком деликатно схватила невоспитанную Твитипай и поспешно сунула в руки хозяину.

Что же, вот такой поворот судьбы. От успешной модели к птичьему помету. Теперь она заменила собой бумагу на полу клетки. Наверное, это уж слишком.

– Ну что, собралась увольняться? – Коул смотрел на Лину так, словно уже списал ее со счетов.

– Не нарывайся! – коротко, но угрожающе рявкнула Лина.

– Вот, милая, возьмите. – Пуделихина подружка протянула влажную салфетку. Однако прежде чем Лина успела применить гигиеническое средство по назначению, дверь приемной резко распахнулась и показалась запыхавшаяся Сью Эллен. О Господи! Неужели в это заведение никто не входит нормально, по-человечески? Да и вообще, остались ли в городе нормальные люди? Если да, то надо будет хорошенько поискать.

– Говорят, Джулия едва не родила прямо здесь? – Сью Эллен смерила сестру осуждающим взглядом. – Почему ты мне не позвонила?

– Потому что позвонила в службу спасения.

– А надо было мне.

– С какой стати? Ты же не акушерка, не повитуха.

– Могла бы стать, если бы не предпочла торговлю недвижимостью.

– И это при том, что ты от одного лишь вида крови падаешь в обморок.

– И ты тоже, – с готовностью парировала Сью Эллен. – Кстати, что это у тебя на шее?

– Попугайкины какашки.

– Фу, какая гадость! А ведь после обеда тебя ждет фотосессия, так что постарайся выглядеть прилично. Пожалуйста, не смотри на меня пустым взглядом, будто не понимаешь, о чем речь! Я же предупреждала еще вчера вечером. В обмен на проживание в образцовом передвижном доме тебе надо будет позировать для рекламного плаката парка «Ридженси».

– Что, прямо сегодня?

– Стоит ли откладывать на завтра то, что можно сделать…

Что правда, то правда. Каких только происшествий сегодня уже не случилось. А ведь день еще даже не добрался до середины.

– Я сегодня работаю.

– Коул непременно отпустит тебя пораньше. Правда, Коул? – Сью Эллен невинно похлопала голубыми кукольными глазами.

– Нет, золотко, не отпущу.

Так. Значит, он называл золотком всех женщин подряд. Оскорбительное, унизительное обращение, но в то же время странным образом обволакивающее, обтекающее, словно расплавленный темный шоколад. Особенно в исполнении чувственно-хрипловатого голоса и в сопровождении декадентской улыбки.

Как хорошо, что лично у Лины выработался твердый иммунитет к подобным выходкам.

Абсолютный, непогрешимый иммунитет.

Джинсовый парень ничуть ее не волновал, ни капли не трогал.

А странная дрожь внутри – конечно, результат нервного напряжения, а вовсе не ответ на соблазнительные манеры Коула или, прости Господи, на симпатичную задницу.

Доказать душевную стойкость могло лишь длительное непринужденное общение с опасным объектом.

– Я останусь здесь и продолжу работу, – твердо заявила Лина. – А фотосессию вполне можно перенести.

– Вот уж не ожидал, что придется соперничать за твое время с фотографами, – заметил Коул, едва Сью Эллен покинула приемную – так же возбужденно, как и появилась.

– Речь идет всего лишь об одном снимке.

– Подобное уже доводилось слышать.

– Скорее всего, ты сам говорил так какой-нибудь бедной девушке, разбивая надежды на постоянство. – Ох, как неловко! – Прости. Забудь, что я произнесла эту глупость.

– Ни за что. Крайне заинтригован пристальным вниманием к моим отношениями дамами. Можно сказать, одержимостью.

– Никакой одержимости.

– Тогда как же расценивать последний комментарий?

– Исключительно как результат неучтивого поведения попугая. – Лина схватила еще несколько салфеток и принялась оттирать шею. Ах, до чего же хотелось в душ! В горячий! С мылом и мочалкой!

– Сомневаюсь, что невоспитанностью птички можно объяснить безапелляционность.

– Перестань приклеивать ярлыки.

– И к тому же стремление командовать.

– Ну ладно, признаюсь: порой действительно грешу оттенком властности в манерах. Но вот насчет безапелляционности ни за что не соглашусь.

– Эди пожаловалась на твою грубость.

– Да эту наглую миссис Дабронович надо отхлестать, как провинившуюся лошадь! Нет, лошадей хлестать нехорошо, некрасиво и несправедливо. А потому следует сказать иначе: неплохо бы этой особе подальше прогуляться по короткому пирсу. – Старую поговорку часто повторяла мама, но ничего более оригинального в голову не приходило.

– И чем же бедняга так не угодила?

– Говорит дочери, что та толстая!

Ответ явно озадачил.

– Всего-то? Но это еще не преступление.

– Что именно? Быть толстой или обвинять в этом собственного ребенка?

– И то и другое. Слушай, пациенты ждут. Сделай милость, постарайся больше никому не грубить, ладно?

– Так точно, начальник.

– Да, здесь я действительно начальник. Попрошу об этом не забывать.

Забыть этого человека и без предупреждений было бы нелегко, даже если бы очень захотелось.

– Забавный выдался денек? – поинтересовался шериф Натан Торнтон, лучший друг Коула. Вечером, после работы, приятели встретились в «Таверне Ника».

Коул кивнул:

– Да. Говорят, «Уайт сокс» сегодня выиграли. Так что на твоей стороне все основания для торжества.

– Торжествую. – Натан с удовольствием пригубил любимое пиво «Хайнекен». – Однако я имел в виду другое: Джулия ведь едва не родила прямо у тебя в приемной.

– Да уж, скучать действительно не пришлось.

– Слышал, у тебя новый администратор. Кто она?

– Учитывая должность шерифа и широкий кругозор, логично предположить, что ты уже и сам знаешь.

– Эй, парень! На эти снобистские штучки меня не возьмешь, – не сдавался Натан. – Впрочем, действительно кое-что знаю. Это та самая особа, которая била тебя в школе.

– Прекрати! – Замечание обидело Натана, хотя Коул прекрасно понимал, что приятель намеренно дразнит его. – Я был всего лишь глупым мальчишкой.

– Ну так расскажи о ней. Говорят, работала моделью в Чикаго. Если это не сплетни, то какого черта она делает в твоей клинике?

– Работает администратором.

– Нечего сказать, чрезвычайно логичный карьерный ход.

– Если честно, Лина особенно не распространялась насчет причины возвращения. Кажется, арендовала передвижной дом рядом с сестрой. На условиях какого-то бартера.

– И что же может означать таинственный бартер? – с подозрением уточнил Натан.

– Наверняка не то, о чем ты подумал.

– А откуда тебе известно, о чем именно я подумал?

– Для меня твои мысли – открытая книга, – гордо заявил Коул.

– Неужели?

– Конечно.

– Раз так, поведай, о, всемогущий! О чем я думаю сейчас?

– О том, что злишься. А еще о том, что хочешь снова помериться силами в армрестлинге, но боишься в очередной раз проиграть.

– Это не мои мысли, а твои мечты. Запомни мужское правило номер четыре: никогда не принимай бой, который не способен выиграть. Но давай лучше поговорим о Лине. Что скрывается под бартером?

– Она согласилась сняться для рекламы парка передвижных домов.

– Когда-то это место называлось стоянкой для трейлеров.

– Теперь политкорректность требует иного названия. – Коул глотнул «Будвайзер» прямо из бутылки; – Как бы там ни было, а сегодня днем в клинику влетела Сью Эллен и принялась лопотать что-то насчет рекламы и фотосессии. Что тебе известно о владельце этого парка?

– Только то, что много лет его не было в городе. Недавно вернулся. Какой-то клоун по имени Барт Чамли.

– То есть дурак?

– Нет, действительно бывший цирковой клоун. Почти тридцать лет разъезжал по стране с труппой «Барнум и Бейли». Во всяком случае, так говорят. Сам я пока его не видел.

– Странно. Обычно клоуны быстро находят себе подобных.

Натан швырнул в ехидного приятеля пригоршню арахисовых скорлупок.

– Ужасно смешно. И все-таки с какой стати ты принял Лину на работу?

– А что, ты заметил перед моей дверью очередь из нетерпеливых соискателей?

– Что поделаешь, репутация…

– И что же это за репутация, если не секрет?

– Репутация покорителя дамских сердец.

Натан произнес фразу с удовольствием, манерно растягивая слова: да-а-амских.

– Ну конечно! Ты ничем не лучше кривляк из «Субботнего вечера». Честно говоря, просто удивительно, что Скай до сих пор тебя не выгнала.

– Да пару раз собиралась.

– И что же ее остановило? Наверняка не твое неотразимое мужское обаяние. Ведь это мой козырь, – добавил Коул, скромно потупив взгляд.

– Заметь, я говорил о репутации, а не о том, что так оно и есть на самом деле. Вот потому-то и не обращаюсь к тебе за советом относительно Скай.

– Можно подумать, если бы я дал тебе добрый совет, ты принял бы его к сведению.

Натан пожал плечами:

– Почему бы и нет? Все возможно.

– Даже то, что на Рок-Крик упадет метеор?

– Что ж, надо признать, что метеор мог бы сослужить неплохую службу. Очистил бы некоторые районы. – Натан посмотрел по сторонам: бар явно знавал лучшие времена. – Лишь бы не свалился на театр «Тиволи», Скай совсем недавно сделала там ремонт. И все же вернемся к молодой леди по имени Лина. Ты до сих пор не ответил на вопрос: что между вами?

– Между нами ровным счетом ничего. Принял ее на работу, на вакантную должность администратора. Вот и все. С какой стати ты вдруг так заинтересовался?

Натан пожал плечами:

– Ты же донимал меня вопросами о личной жизни, вот я и решил отплатить тем же. Ведь так приятно видеть на твоей физиономии кислое выражение! – Натан достал из кармана вибрирующий сотовый и посмотрел на освещенный экран. – Это Люк, – сообщил он и нажал клавишу ответа. – Эй, приятель! Говорят, твоя жена едва не родила в приемной Коула. Немножко не тот доктор, парень! Вряд ли тебе понравилось бы, если бы вдруг первенца принял ветеринар.

Коул слушал разговор Натана, ни на секунду не переставая думать о Лине. В чем же, черт возьми, заключается ее история? Вчерашний поцелуй был, разумеется, всего лишь шуткой. Но шутка почему-то зацепила и не отпускала.

Коул обладал богатым и разнообразным опытом поцелуев. И вполне мог считать себя искусным мастером; во всяком случае, его не раз хвалили участницы процесса.

Но Лина отличалась от других женщин. А чтобы понять, чем именно, нужно было снова ее поцеловать.

– Джулия родила дочку, – радостно сообщил Натан. – И назвала Джейн Энн в честь любимой писательницы, автора сентиментальных романов.

Джулия работала в библиотеке соседнего городка «Сиринити-Фоллз».

– Похоже, библиотекарша слегка не в себе, – заметил Коул.

– Люк тоже так считает. Зато очень гордится собой. Обе девочки чувствуют себя хорошо.

– Рад слышать.

– Что ж, раз не хочешь говорить о Лине, расскажи о ремонте. Как идут дела?

– Зачем? Хочешь помочь? – усмехнулся Коул. – У меня как раз есть лишний пояс для инструментов.

– Нет-нет, спасибо. Думаю, пока он мне не понадобится.

– Соглашайся! Готов исправно поставлять холодное пиво.

Натан с сожалением покачал головой:

– Прости, но Скай уже составила для меня список неотложных дел.

– Все еще пытается переоборудовать офис шерифа по законам восточной мудрости?

– Нет. По-моему, в последнее время она разочаровалась в китайской философии.

– Надеешься когда-нибудь переехать из квартиры над театром в настоящий дом с настоящим двором и садом?

– Если это и произойдет, то дом действительно будет настоящим, а не рассыпающимся от ветхости, как твой.

– Видишь ли, когда я выкупил практику у кузена отца за солидные деньга, эта падающая башня входила в комплект.

– Дом пустовал почти десять лет. Это обстоятельство о многом говорит.

– Ремонт бодрит.

– Если не наоборот. Все зависит от настроения и перспективы.

– Меня сложно выбить из колеи, – заверил Коул.

– Это точно. Упрямый парень. Настойчивый. И уверенный в собственных силах.

– На сто процентов.

– К тому же неспособный пройти мимо бродячей собаки или кошки. Скольких ты уже приютил?

– Не твое дело.

– Так, может быть, и Лина из той же серии? Принял неудачницу под крылышко?

– Тебя еще никто не называл дерьмом?

– Еще как называли! И не раз. Но это вовсе не означает, что в моих словах нет доли правды.

– Заткнись и пей свой любимый «Хайнекен», – посоветовал Коул.

– За версту видно ярого поклонника фирмы «Будвайзер».

– Вот в этом ты прав.

Коулу не хотелось признавать, что Натан прав и еще кое в чем. Лина вовсе не была неудачницей. Она была красивой женщиной – с притягательными формами, живым умом и острым язычком. А совсем недавно стала его сотрудницей и подчиненной, о чем не следовало забывать. А вот о стремительном поцелуе, который так хотелось повторить, следовало забыть как можно скорее.

Глава 4

Лина вошла в пиццерию Анджело томимая горькими сожалениями: конечно, от приглашения Сью Эллен пообедать вместе надо было решительно отказаться. Вообще-то она пыталась найти какие-то бледные отговорки, но сестра не пожелала ничего слушать.

«И кто-то еще смеет обвинять меня в стремлении командовать! Ха!» – подумала Лина.

После насыщенного бурными событиями дня хотелось лишь покоя и тишины. Увы, оба состояния нельзя было назвать характерными для Сью Эллен. И, как выяснилось, они не были свойственны и ее лучшей подруге Скай Райт.

Лина вовсе не сгорала от желания познакомиться с эксцентричной сестрой той экстравагантной особы, которая утром едва не родила в приемной ветеринарной клиники. Скай переехала в Рок-Крик чуть больше года назад, но Сью Эллен вела себя так, словно они были давними и самыми близкими на свете подругами – по крайней мере с раннего детства.

Удивляться не стоило: Сью Эллен все и всегда доводила до крайности, до абсурда.

Вернувшись в арендованный передвижной дом, Лина первым делом залезла в душ. В холодный. Горячая вода по-прежнему отсутствовала, однако настоятельно требовалось смыть следы попугайской непосредственности.

Джинсы, которые были на Лине, стоили больше недельной зарплаты звериного администратора. А ультрамодный топ в стиле ампир еще несколько месяцев назад не выглядел экстравагантным излишеством. Сейчас все изменилось: деньги оказались бы предпочтительнее.

А еще очень хотелось развернуться и выйти из ресторана. Увы, было уже слишком поздно.

– Наконец-то! – Сью Эллен резво подскочила и обняла сестру с таким искренним пылом, словно не видела по крайней мере десятилетие. – Мы тебя ждали. И уже заказали пиццу.

Лина беспомощно трепыхалась в достойных удава объятиях.

– Я… не могу дышать!.. Отпусти! – с трудом пробормотала она.

– Прости. – Сью Эллен сделала шаг назад и изобразила сожаление на грани раскаяния. – Все еще не отвыкла обниматься. Лина, познакомься, пожалуйста, с моей подругой Скай.

От рыжеволосой женщины в отчаянно яркой футболке исходили почти физически ощутимые волны недоверия.

– Должно быть, ты очень гордишься сестрой, – заметила Скай.

– О, разумеется! – просияла Сью Эллен.

– Я хотела сказать, что Лина должна гордиться тобой.

– Что-что? – растерянно заморгала Сью Эллен.

Лина готова была сделать то же самое, но не захотела показывать, что не понимает, о чем именно говорит Скай. Чувствовать себя дурочкой ужасно противно, а в присутствии этой особы неприятное ощущение некоторой неполноценности возникло с самого начала.

– Я имела в виду, что Лина должна гордиться твоими успехами здесь, в Рок-Крик, – пояснила Скай.

– Ну, знаешь! Мои скромные достижения не идут ни в какое сравнение с ее блестящей карьерой! – почти возмущенно воскликнула сестра.

– А Лина завоевала титул «Мисс Чау»? – не унималась Скай.

– «Мисс Чау-Чау», – поправила Сью Эллен. – Нет, не завоевала.

– А как насчет «Мисс Скраббл»?

– Титул назывался «Мисс Скраббл». Тоже нет.

– Я настаиваю на своем заявлении.

– На каком именно? – Лина вовсе не собиралась сдаваться без боя.

– Относительно выдающихся качеств твоей сестры, – пояснила Скай.

– Я в курсе ее лучших качеств. – Неужели придется обороняться?

– Правда? – Скай вела себя так, словно слишком много видела и еще больше понимала. Лина отвела взгляд и пробормотала:

– Наверное, все-таки не стоило сюда приходить.

– О чем ты говоришь? – возмутилась Сью Эллен. – Садись. Смотри, наша пицца уже готова. Сядь же, Лина!

Да, работа в клинике ветеринара, наверное, накладывала определенный отпечаток, однако не до такой степени, чтобы безропотно выполнять команды «сидеть» и «к ноге». Но пицца пахла божественно. А Лина проголодалась зверски – настолько, что урчало в животе. Пришлось сесть, хотя и неохотно.

– Что я пропустила? – На свободный стул скользнула молодая темноволосая женщина мрачно-экстравагантного вида: в готическом одеянии и с множеством татуировок. В ушах покачивались серьги в виде скелетов. – Что-нибудь хорошее? Или что-нибудь плохое? А может быть, что-нибудь пикантное?

– Это наша подруга Лулу, – представила Сью Эллен. – Ни за что не хочет изменить имидж. Может быть, тебе удастся ее переубедить?

– Даже не рассчитывайте, – уверенно заявила Лулу и ухватила солидный кусок пиццы.

Лина ощущала неуклонно растущее чувство неловкости.

– Что рассказала обо мне сестра?

– Почти ничего, – ответила Скай. – Только то, что ты живешь в Чикаго и очень любишь командовать.

Лина удивленно взглянула на сестру:

– И это все, что ты поведала?

Сью Эллен удивленно вскинула брови:

– А ты часто рассказываешь обо мне своим подругам?

– Не очень, – призналась Лина и смущенно потупилась.

– Ну а я – единственный ребенок в семье, – оповестила Лулу и снова потянулась к пицце. – Знаете, как много единственных детей совершают самоубийство?

– Сейчас же прекрати разговоры о самоубийстве, – приказала Сью Эллен. – У сестры сложится ошибочное впечатление.

Лулу лишь рассмеялась:

– Да у нее и так уже сложилось ошибочное впечатление – едва я села за стол. По лицу было видно.

– Этого бы не случилось, если бы ты позволила мне кое-что изменить в твоем облике, – резонно заметила Сью Эллен.

Лулу сверкнула глазами:

– Насколько мне известно, ты уже оставила мечты о косметологии и решила заняться недвижимостью.

– Да, но моя сестра – модель. Причем знаменитая!

– Знаменитая, говоришь? – . Заявление не произвело на Лулу ни малейшего впечатления. – Что-то не приходилось о ней слышать.

– Можно подумать, ты знаток моды и модельного бизнеса, – парировала Сью Эллен. – Кстати, Скай, – тут же переключилась она, – ты ведь помешана на тестировании новых косметических средств на животных.

– «Помешана» – неправильное и нехорошее слово, – поправила Скай.

– Так вот, о сестре я мало рассказывала потому, что хотела, чтобы сначала вы ее увидели.

– Она не слишком разговорчива, правда? – Скай смерила Лулу насмешливым взглядом.

– Вы втроем прекрасно обходитесь и без моего участия, – подала голос Лина. – Перефразируя Лулу, составили обо мне твердое мнение, едва я успела войти.

– Не имею привычки судить о людях по внешности. – Скай не пыталась скрыть обиду.

– И я тоже, – парировала Лина.

– О, перестань, пожалуйста! – презрительно фыркнула Лулу. – Посмотрела на меня и сразу подумала: «извращенка».

– Совершенно верно, – с готовностью согласилась Лина. – Именно такое впечатление ты и стремилась создать.

Лулу недоверчиво прищурилась:

– Как это?

– Образ – всегда послание, утверждение. Ты не любишь, когда тебя учат жить. Зато любишь, когда тебя замечают. И не стесняешься в выражении собственного мнения. Кстати, мне очень нравится твоя футболка. – Лина показала на надпись «Не стоит спешить». – Но вам со Скай почему-то хотелось поставить меня в неловкое положение. Вот только не пойму, с какой стати и зачем?

– Уверена: если постараешься, непременно поймешь, – пообещала Скай.

Лина вздохнула:

– Что происходит с людьми?

– С какими именно? – воинственно прорычала Скай.

– С теми, кому нравится Рок-Крик, – уточнила Лина.

– Можно подумать, сама ты не принадлежишь к числу ярых поклонников родного города.

– Совершенно верно, – со вздохом согласилась Лина.

– А если он вызывает в душе ненависть, то зачем же вернулась? – наседала Скай.

Лина то и дело задавала себе этот вопрос. Может быть, стоило навестить родителей во Флориде, а не приезжать обратно в затхлый мирок, из которого когда-то удалось вырваться? Трудно сказать, что заставляло острее чувствовать собственный провал: жизнь вместе с родителями в доме для пенсионеров или птичий помет на шее.

С каждой минутой Флорида казалась все привлекательнее, Особенно сейчас, в компании не слишком дружелюбных, даже агрессивных подруг старшей сестры. Но во всяком случае, Сью Эллен окружали подруги, пусть, и странные. А вот у нее не было никого. Лина внезапно ощутила острое одиночество. Ни веселой компании, ни дружеского сочувствия.

На глаза навернулись непрошеные слезы.

– Смотри, из-за тебя человек расстроился не на шутку. – Лулу укоризненно взглянула на Скай.

– Считаетесь моими подругами, а обидели родную сестру! – Возмущенный голос Сью Эллен с каждым словом звучал все громче. Да и сама она поднялась со стула и теперь стоя испепеляла предательниц гневным взглядом.

– Я не плачу. – Лина отчаянно пыталась усадить защитницу на место. – Просто обострение аллергии.

– С каких это пор? – Сью Эллен взглянула с подозрением.

– С момента возвращения в Рок-Крик, – виновато пробормотала Лина.

Скай наклонилась и посмотрела на Лину внимательнее:

– А знаешь, ты похожа на мою сестру Джулию.

– Не радуйся: ничего хорошего, – предупредила Сью Эллен.

– Ничего подобного! Мы научились прекрасно ладить, – заверила Скай. – И уже не ругаемся, как раньше. Я же тебе рассказывала!

– Угу. – Сью Эллен не слишком-то поверила.

– Может быть, твоя сестра и любит командовать, – пошла в наступление Скай, – но ты и сама не промах. Палец в рот не клади.

– Спасибо. – Лина подняла бокал, словно произнося тост.

Скай улыбнулась.

– Никакая я не командирша! – возмущенно закричала Сью Эллен.

Скай, Лулу и Лина дружно закатили глаза. В этот момент возникла невидимая связь. Может быть, подруги Сью Эллен не так уж и плохи…

Час спустя все четверо с энтузиазмом трудились над второй пиццей и весело смеялись над рассказанной Лулу забавной историей. Неожиданно раздался мужской голос:

– Сью Эллен! Не ожидал встретить тебя здесь!

– Расс! – Подкрашенные ресницы Сью Эллен взволнованно затрепетали.

Скай и Лулу снова закатили глаза.

– Это тренер Расс Спирс, – торжественно провозгласила Сью Эллен.

– Знаю, – ответила Скай, – занималась с его футбольной командой йогой, помнишь?

– А что, эта поза латука очень даже ничего, – авторитетно заметил Расс.

Скай вздохнула:

– Это поза лотоса, тренер.

Однако тот не слушал.

– А это кто? – Мистер Спирс пожирал Лину нескромным взглядом.

Сью Эллен представила:

– Познакомься: моя сестра Лина.

Расс нахмурился:

– Ты никогда не говорила, что у тебя есть сестра. – Расс с такой силой сжал Лине руку, что та едва не сморщилась. – Приятно познакомиться. Не возражаете, если отвлеку Сью Эллен на пару минут?

– Конечно, забирайте, – разрешила Лулу.

– Давно она встречается с тренером? – поинтересовалась Лина, едва сестра ушла.

Лулу от удивления вытаращила глаза:

– А что, она встречается с тренером?

– О, не обращайте внимания. – Нужно было спешно исправлять положение. – Это я так, просто оговорилась. Случайная оплошность.

Кстати, сегодня уже не первая.

– Срочно расскажи все, что знаешь, – потребовала Лулу. – Начиная с тренера.

Положение спасла Скай:

– Послушай, Лулу, если бы ты удосужилась обратить внимание на что-нибудь, кроме комиксов, то непременно заметила бы, что Расс Спирс и Сью Эллен встречаются уже пару недель.

Скай повернулась к Лине, всем видом показывая, что не мешало бы сменить тему.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю