Текст книги "В главной роли — любовь"

Автор книги: Кэти Деноски

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 7 страниц)

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Сердце Тревиса бешено колотилось в груди. Осторожно прижимая Натали к груди, он поднимался по лестнице. Тревис без слов понял, что память вернулась к ней, и воспоминания оказались не из приятных.

– Телефон на конюшне не работает, – крикнул он Мозу через плечо. – Сходи туда и передай парням, чтобы во всем помогали ветеринару. Останься с ними и дождись полицию.

– К нам едет полиция? – старик выглядел обескураженным – Зачем?

– Билли и Хуан все объяснят.

Тревис отнес Натали в свою спальню. Она была чрезвычайно расстроена, и он боялся, что материнский испуг передастся и малышке. С двумя плачущими женщинами ему не справиться. К тому же Отэм мирно спала в своей кроватке, а Натали явно нуждалась в заботе.

– Все будет хорошо, милая, – Тревис опустился в одно из больших кресел, продолжая убаюкивать ее, словно ребенка. – Вы с Отэм в полной безопасности. Я никому не позволю причинить вам вред.

Рыдания немного утихли, но Натали все еще дрожала, точно лист на ветру.

– Мой Бог, Тревис, он… он собирался продать… Отэм… продать нашу дочь…

Ледяная рука ужаса сжала сердце Тревиса. Кто-то пытался украсть их малышку, чтобы продать?

Стараясь сохранять спокойствие, он сжал лицо Натали в ладонях. В ее глазах отразилось столько страдания, что он не мог это вынести.

– Милая, я очень прошу тебя успокоиться и рассказать обо всем с самого начала, – осторожно произнес он, стараясь ничем не выдать бушевавшую внутри ярость. – Назови имя врача.

– Доктор Роман Биркенфельд. – Натали задрожала еще сильней. – Я состояла у него на учете. Когда я пришла для ежемесячного обследования сразу после увольнения, то поинтересовалась, возможно ли платить за клинику до родов, небольшими взносами, – она на несколько секунд закрыла глаза, словно вновь переживая происходящее. – Узнав, что я лишилась работы, он предложил мне место в регистратуре. – Натали содрогнулась от ужаса. – Но очень скоро я поняла: в клинике что-то происходит.

– И что тебе удалось узнать, милая?

Тревис ненавидел себя за то, что вновь заставляет Натали переживать те ужасные события, но другого способа докопаться до истины не было. Чтобы передать негодяя в руки правосудия, членам клуба необходима информация.

– Число умирающих младенцев было ужасающим, – голос Натали дрожал. – За неделю из-за осложнений при родах погибли трое, и во всех случаях рожали матери-одиночки.

– А у замужних женщин гибли дети? – Тревис мало что знал в этой области, но рассказ Натали показался ему очень странным.

– Нет, – покачала головой Натали. – При мне – ни одного случая.

– Я считал, что в таких клиниках рожают только женщины, у которых беременность протекала без отклонений, – вслух рассуждал Тревис. – А в случае возникновения осложнений их доставляют в специальную больницу…

– Именно так и поступили с несколькими замужними дамами. – Натали на мгновение задумалась. – Я даже припоминаю, что одну или двух матерей-одиночек тоже отвезли в специальную больницу. Но у тех, чьи младенцы погибли, осложнения, предположительно, возникли в последнюю минуту, прямо во время родов.

– Предположительно? – нахмурился Тревис.

Она закусила дрожащую губу и кивнула.

– Женщинам сообщали, что их дети умерли, но на самом деле они рождались живые и здоровые.

– Ты уверена? – сердце Тревиса болезненно сжалось. – Что тогда случилось с младенцами?

– Доктор Биркенфельд… продал их, – тихо произнесла Натали.

Он должен был верить каждому ее слову, но разум отказывался принимать услышанное. Роженицам говорили, что они потеряли детей, а недобросовестный врач наживал на горе других состояние?!

– Как ты обо всем узнала, милая? – мягко спросил Тревис.

Не в силах больше оставаться на месте, Натали вскочила на ноги и принялась расхаживать по комнате.

– После того, как меня поразило количество гибнущих младенцев, я обнаружила, что в компьютерной базе около имени каждой женщины, потерявшей ребенка, стоит числовой код, – она зябко поежилась и обхватила плечи руками. – Я провела небольшое расследование и обнаружила засекреченные файлы, в которых указывался пол каждого младенца и фамилия пары, которая… купила его.

Мысль о том, что имя его дочери могло оказаться в одном из таких файлов, ошеломила Тревиса. Если бы сейчас столкнулся лицом к лицу с Биркенфельдом, он бы порвал мерзавца на части, невзирая на закон!

– Милая, а ты не знаешь, как Биркенфельду удавалось провернуть это?

Она кивнула.

– Непосредственно перед родами матери говорили, что возникли непредвиденные осложнения, и придется принять успокоительное, – слезы наполнили ее прекрасные глаза. – Поэтому женщина находилась без сознания и не знала, что произвела на свет живого ребенка. А когда она приходила в себя, ей сообщали, что малыш умер.

Тревис подошел к Натали и обнял ее.

– Почему ты не сообщила в полицию?

–  Яхотела, но не успела, – Натали судорожно вцепилась в рубашку Тревиса. – Воды отошли прямо на работе. Я думаю, что Биркенфельд догадывался о моих подозрениях, потому что, когда я стала настаивать на помещении в специальную больницу, он ввел мне успокоительное. Когда я пришла в себя, то поняла, что ребенок уже появился на свет.

Все внутри Тревиса сжалось, когда он понял, через что пришлось пройти Натали.

– Он сказал тебе то же, что и остальным?

Кивая, она уткнулась лицом ему в грудь, и слезы прожгли рубашку насквозь.

– Когда медсестра сообщила ему, что я пришла в себя и хочу видеть своего ребенка, он пришел ко мне и сказал, что не смог спасти мою малышку.

– Но не мог же он принимать роды один! – Тревис крепко прижал Натали к груди. – Кто-нибудь еще из персонала знал, что происходит в клинике?

– В клинике работала еще одна медсестра, – Натали умолкла, словно припоминая что-то. – Ее звали Мэри Кэмпбелл, и я уверена, что она помогала ему. Ну, конечно! – Натали подняла глаза на Тревиса. – По-другому и быть не может, ведь она присутствовала при всех родах!

– Думаю, ты права, – согласился Тревис и осторожно убрал с ее лица прядь волос. – Милая, постарайся вспомнить, как тебе удалось бежать.

– Доктор сказал мне, что, так как я совершенно обезумела от горя и не имею достаточно средств для похорон ребенка, клиника обо всем позаботится и кремирует малыша, – она содрогнулась от одной только мысли об этом ужасе. – Уходя, Биркенфельд добавил, что пришлет сестру с новой порцией успокоительного… Я почти потеряла нашего ребенка, Тревис… – Натали задрожала с новой силой, и ему пришлось снова усадить ее к себе на колени.

– Но ты не теряла ее, Натали, – он вытер слезы, катившиеся по ее лицу. – Она здесь с нами, в своей кроватке. Никто не сможет забрать ее у нас.

– Ты не все знаешь, – Натали никак не могла унять дрожь. – Я убежала прежде, чем медсестра сделала мне укол, но нигде не могла найти Отэм.

– Тогда как… – сердце Тревиса остановилось.

– Я знала, что если они обнаружат меня, то введут мне лекарство, и я потеряю свою доченьку навсегда, – в ее взгляде появилась решимость. – Прежде чем вернулась медсестра, я быстро переоделась и спряталась в кладовке рядом с кабинетом доктора Биркенфельда. Они поискали меня всего несколько минут, затем я услышала, как он сказал Мэри, что времени практически не осталось. Он велел собрать ребенка и его вещи, пока сам будет звонить паре, которая… хочет купить Отэм. Биркенфельд сказал, что они сами привезут малышку новым родителям и заберут оставшуюся сумму. Тогда он сможет погасить ссуду.

– И ты последовала за ними, – закончил за нее Тревис.

Он ощутил почти физическую боль при мысли, какой опасности подвергалась Натали. Доктор и его помощница могли убить ее, чтобы замести следы. К тому же она была еще слишком слаба после родов.

Натали кивнула.

– Когда я нашла их в аэропорту, то дождалась, когда Мэри отправится с ребенком в дамскую комнату, чтобы перепеленать ее. Когда она наклонилась за новым подгузником, я толкнула ее изо всех сил, схватила девочку и сумку с вещами и бросилась бежать.

– И Биркенфельд не пытался тебя остановить? – недоверчиво переспросил Тревис.

– Он покупал билеты, – покачала головой Натали. – Я сумела затеряться в толпе пассажиров, которые уже получили багаж и теперь ловили такси.

– Значит, у тебя с собой было достаточно денег?

– Я выронила кошелек в туалете, – вздохнула Натали. – Пришлось просить одну милую пожилую пару, не согласятся ли они разделить со мной плату за проезд… – По ее горящему взгляду Тревис понял, как унизительно было для нее просить о таком одолжении. – Но они были так любезны, что даже заплатили таксисту, чтобы он довез меня до автобусной станции после того, как высадит их около гостиницы.

– Как же в таком случае ты заплатила за автобусный билет? – хмурясь, спросил Тревис.

Впервые за этот час она слабо улыбнулась.

– Я обнаружила в сумке с детскими вещами несколько сотен тысяч долларов! Правда, я не знаю, откуда они там взялись…

– Значит, ты сбежала от Биркенфельда за его собственные деньги, – усмехнулся Тревис.

Она кивнула.

– Наверное… Я никогда в жизни не брала ничего чужого, но эти деньги помогли мне спасти ребенка.

– Деньги все равно не принадлежат Биркенфельду. Уверен, он заработал их, продавая младенцев.

– Мне так жаль женщин, которые считают, что их малыши умерли, – Натали снова закусила губы, сдерживая слезы. – Если бы только я могла помочь им вернуть детей!

Тревис только кивал в ответ, не произнося ни слова. Пока он не мог ничего обещать Натали, но у него родилась идея, как вернуть безутешным матерям их украденных детей.

– Значит, на автобусной станции тебя преследовали доктор Роман Биркенфельд и медсестра Кэмпбелл?

– Я в этом абсолютно уверена, – задумчиво произнесла Натали. – Я видела их на станции, но подумала, что они не заметили меня. Однако я ошибалась…

– Ты помнишь еще что-нибудь, милая?

– Я помню, как боролась с Мэри, когда она пыталась отнять у меня малышку, – Натали подняла на Тревиса глаза. – Я не знаю, как оказалась в автобусе, но помню, что сжимала в кулаке твою визитку. Я понимала, что должна добраться до тебя, и тогда наш ребенок будет в полной безопасности.

Тревиса переполняли противоречивые эмоции. Несмотря на то что одиннадцать месяцев назад в Чикаго Натали выгнала Тревиса, она, не отдавая себе отчета, верила ему настолько, что решилась отдать самое дорогое!

Его сердце переполняла всепоглощающая любовь и нежность. Но там оставалось место и для еще одного чувства, не менее сильного. Тревис был охвачен яростью. Биркенфельд и его медсестра поплатятся за свои деяния! И чем быстрее, тем лучше.

Сейчас он ни за что на свете не оставил бы Натали и малютку по собственной воле, но обстоятельства требовали немедленной встречи членов клуба. А затем Тревис сможет посвятить вечер самой прекрасной и желанной женщине в мире и открыть ей свои чувства.

– Как выглядит доктор и его помощница? – подробные портреты очень помогли бы в поисках преступников.

– Мэри среднего роста, светловолосая, – Натали на мгновение задумалась. – Я точно не помню, но кажется, у нее голубые глаза. Доктор Биркенфельд высокий, худощавый мужчина, с каштановыми волосами, – Натали наклонила голову набок. – Ему где-то около тридцати пяти лет, и он довольно привлекателен. Но… – она вновь задрожала, – у него пустые глаза.

– Что ты имеешь в виду, милая?

– Трудно объяснить, но в них нет души. Ты обращал внимание, что, заглянув в глаза, можешь многое рассказать о характере человека?

Тревис кивнул.

– С доктором Биркенфельдом все по-другому. В его глазах ничего не отражается.

– Клянусь, он больше никогда к тебе не приблизится, – Тревис запечатлел на ее губах пылкий поцелуй. – Милая, мне нужно ненадолго уехать по делам.

Она прижала палец к его губам, не давая договорить.

– Я знаю, тебе нужно рассказать обо всем в клубе, – по ее щеке скатилась одинокая слеза, заставляя сердце Тревиса болезненно сжаться. – Доктора Биркенфельда нужно остановить, Тревис. Нельзя позволять ему и дальше разлучать матерей с детьми.

– Милая, – он нежно вытер ее слезинку. – Обещаю тебе, что дни этого негодяя сочтены.

– Что он делал? – недоверчиво переспросил Райан.

– Биркенфельд говорил женщинам, что их малыши умерли при родах. А потом продавал младенцев бездетным парам, которые либо не подходили под юридические требования об усыновлении, либо не хотели ждать, пока будут улажены все формальности.

Тревис сидел в клубе и наблюдал за выражениями лиц коллег, слушающих его рассказ. История Натали повергла в шок даже самых бывалых из них. Глаза всегда невозмутимого Дарина теперь светились такой ненавистью, что Тревису стало не по себе.

– Мы должны добраться до этого ублюдка, – подался вперед Дэвид Сорренсон.

Клинт Эндовер глухо присвистнул.

– Я знал, что Натали попала в переделку, но даже не догадывался, что все настолько серьезно.

– Нужно не просто остановить этого Биркенфельда, но и вернуть матерям их детей, – вступил в разговор Алекс Кент.

– Для начала нужно найти Биркенфельда, – добавил Райан. – И того, кто работает на него в Ройале.

– Да, этот тип явно нанял кого-то для грязной работы, – согласился Дэвид. – По описанию Биркенфельд не похож на того мерзавца, который пытался отобрать ребенка у Мариссы.

– Алекс, у тебя ведь еще есть контакты в ФБР, – произнес Тревис. – Может, им известны какие-то факты о родильном доме доктора Биркенфельда?

– А пока Алекс связывается с друзьями из Бюро, мы с Клинтом проверим кое-что в городе, – сказал Дэвид. – Судя по тому, что неизвестный вторгся на ранчо, Натали и малышка все еще находятся в опасности.

– Держу пари, это дел рук тех же, кто поджег дом Тары, – едва сдерживаясь, произнес Клинт. – Пусть он мне только попадется…

– Только после меня, – прервал его Тревис. – Но не рассчитывай, что от него много останется.

– А что буду делать я? – спросил Райан.

Тревис прикусил щеку, чтобы удержаться от улыбки.

– Будь на связи, ты можешь понадобиться в любой момент, – он помолчал несколько секунд и продолжил: – А если ты еще присмотришь за малышкой Кэрри, то окажешь мне неоценимую услугу.

– Ты словно заезженная пластинка, Тревис, – простонал Райан. – Каждый раз одно и то же. Кэрри вскоре возненавидит меня.

– Где же твое хваленое умение обращаться с женщинами, Райан? – рассмеялся Алекс.

– С Кэрри все по-другому, – огрызнулся Райан.

Тревис заметил, как друг его при этих словах густо покраснел. Кажется, его догадки подтверждаются. Райан наконец заметил, что Кэрри из маленькой девочки превратилась в молодую цветущую женщину.

– Так ты выручишь меня? – тихо переспросил Тревис.

– Ты же сам знаешь ответ на свой глупый вопрос, – взвился Райан. – Конечно, я пригляжу за Кэрри.

Уладив таким образом все дела, Тревис поднялся и направился к выходу. Нельзя надолго оставлять Натали и малышку одних. Вдобавок у него были планы на сегодняшний вечер. К тому моменту, когда они отправятся в постель, все должно быть решено.

Натали и он присоединятся к женатым Сорренсонам и Эндоверам, скрепив свой союз священными узами брака.

– Я должен вернуться на ранчо и убедиться, что там все в порядке, – Тревис обернулся в дверях. – Если вы что-нибудь услышите…

– Мы тут же дадим тебе знать, – почти хором ответили мужчины.

Тревис кивнул.

– Сегодня вечером о Кэрри можешь не беспокоиться, – теперь он обращался к Райану. – Она поедет со мной на ранчо и присмотрит за Отэм.

– Вы с Натали куда-то идете? – В голосе Райана звучала тревога. – Опасно оставлять Кэрри с ребенком одну на ранчо. Вдруг этот доктор или его сообщники снова попытаются напасть?

– Я не говорил, что мы куда-то идем, – Тревис больше не мог сдерживать улыбку. – Но будем очень заняты весь вечер, – с этими словами Тревис закрыл за собой дверь.

Впервые за почти три месяца Натали чувствовала себя свободной. Какое счастье, что больше не надо терзать свою память, силясь узнать, зачем она приехала в Ройал и разыскивала Тревиса!

Где-то в глубине души она всегда знала, что ему можно доверять, что он защитит ее и ребенка. Кроме того, Натали не прекращала любить Тревиса Велана.

Она сидела в кресле-качалке, баюкая крохотную дочурку, и улыбалась. Как Отэм похожа на своего отца, начиная от вихра светло-каштановых волос на макушке и заканчивая крошечными ямочками на щечках. И Натали нисколько не сомневалась, что Тревис очень любит дочь. Но что он испытывает к матери своего ребенка?

Без сомнения, он заботился о Натали. Но заботиться еще не значит любить. Что произойдет с ними, когда опасность будет позади? Захочет ли Тревис, чтобы она вернулась в Чикаго?

Не успела она обдумать их совместные перспективы на будущее, как на лестнице раздались шаги. Натали подняла голову и увидела Кэрри, стоящую в дверях комнаты.

– Привет, Кэрри, – несколько смущенно произнесла Натали. – Я думала, сегодня вечером вы со Стефани куда-то идете.

– Мы просто хотели поужинать в кафе и поболтать, – пожала плечами Кэрри. – Ничего особенного, вполне можно сходить и в другой раз, – она приблизилась к креслу и обняла Натали. – Тревис сказал, к тебе вернулась память?

– Он все тебе рассказал?

– Да, – кивнула Кэрри. – Я так рада, что тебе удалось сбежать от этого ужасного человека… – ее голос дрогнул. – Я даже не могу представить, что могло бы случиться…

– Я сама боюсь даже мысль допустить, – передав Кэрри малютку, Натали поднялась из кресла.

– Не думай об этом, Натали, – Кэрри прижала к себе ребенка. – Все в прошлом.

Натали подошла к комоду, чтобы разложить постиранные вещички дочери.

– Ладно, подумаю о будущем.

– Хорошая идея, – усмехнулась сестра Тревиса. – А знаешь, что еще лучше?

Ее милое личико так задорно светилось, что Натали не удержалась от улыбки.

– И что же?

– Думаю, тебе лучше пойти вниз и немного расслабиться, пока я проведу немного времени с моей любимой племянницей, – в глазах Кэрри запрыгали лукавые огоньки, и Натали удивилась, что это она задумала.

– Но…

– Я не принимаю никакого отказа, – настаивала Кэрри. – Тревис только что вернулся из города. Почему бы вам двоим не посмотреть фильм или заняться еще чем-нибудь приятным?

– Присоединяйся к нам, – предложила Натали.

Ей нравилось проводить время с Кэрри. Она ценила энергию, остроумие и живой ум этой молодой женщины.

– Не обижайся, но лучше я останусь здесь и поиграю с племянницей, – Кэрри проводила Натали до двери. – И не волнуйся ни о чем. Думаю, я останусь на ночь, поэтому смогу покормить малютку утром.

Прежде чем Натали успела сказать хоть слово, Кэрри выставила ее в коридор и закрыла за ней дверь. Удивляясь, что задумала младшая сестра Тревиса, Натали двинулась вниз по лестнице и натолкнулась на брата Кэрри собственной персоной.

– Готова к свиданию? – От его улыбки Натали бросило в жар.

– Снова кино? – Она охотно нырнула в его объятия.

Он поцеловал ее так неистово, что земля ушла у нее из-под ног. Затем Тревис повернул Натали лицом к гостиной.

– Итак, приходящая няня на месте, попкорн готов, да и диск уже в плеере.

– Значит, это ты попросил Кэрри посидеть с Отэм? – Он кивнул в ответ, и Натали спросила: – И что мы смотрим сегодня вечером?

– Увидишь, – уклончиво ответил Тревис. Как только они уселись на диван, он обнял Натали за плечи и прижал к себе. – Правда, это римейк, но надеюсь, тебе понравится.

Он щелкнул пультом и на экране появились титры «Отца невесты».

– Я обожаю этот фильм! – с чувством воскликнула Натали.

– Рад слышать, – Тревис поцеловал ее в макушку.

В течение следующих двух часов они со смехом наблюдали, как Стив Мартин пытается стать человеком номер один в жизни своей дочери. К концу фильма Натали растрогалась до слез.

– Только посмотри. Жена любит его, в какие бы нелепые ситуации он ни попадал. Она помогла мужу свыкнуться с мыслью о свадьбе дочери и жить дальше. Как мило!

– Знаешь, у меня скулы сводит от одной только мысли, что мне придется собственными руками вести дочь к алтарю и передавать какому-то типу, – Тревис скорчил смешную гримасу. – Думаю, каждый отец думает точно так же.

– Уверена, каждый отец благополучно справляется с этой ролью, – улыбнулась Натали.

Тревис поднялся с дивана, чтобы вынуть диск из плеера. По пути он похлопал себя по карману рубашки, убеждаясь, что кольцо все еще там. Затем он глубоко вздохнул и встал перед Натали.

Пришло время расставить все по своим местам.

– В день, когда моя дочь выйдет замуж, я буду самым счастливым отцом.

– И ты согласен пережить стихийное бедствие под названием «пышная свадьба»? – улыбнулась Натали.

– Думаю, я справлюсь, – пожал плечами Тревис. – Но я сейчас не об этом, – он опустился на одно колено, взял Натали за руку и заглянул в ее сияющие глаза. – Я никогда не говорил этого ни одной женщине. Я люблю тебя, Натали. Ты королева моего сердца.

По ее бледным щекам побежали слезы счастья.

– Я тоже очень люблю тебя.

Жестом фокусника Тревис вытащил из кармана кольцо с бриллиантом, которое купил сразу после встречи в клубе.

– Натали Перез, готова ли ты оказать мне честь и стать моей женой? Тогда ты поможешь мне оправиться от потрясения после свадьбы нашей дочери. И мы пойдем по жизни дальше рука об руку.

В ожидании ответа Тревис замер. На какую-то долю минуты ему показалось, что время остановилось. Рука Натали дрожала в его ладони, а ее лицо озаряла прекрасная улыбка.

– Да, – едва слышно прошептала она. – Больше всего на свете я хочу стать госпожой Тревис Велан!

– Больше всего? – Тревис надел ей на палец кольцо, а затем заглянул в сияющие глаза. – А я думал, что больше всего мы хотим для нашей малышки братика или сестричку.

– Я хочу много детей, – Натали обвила руками его шею.

– Милая, я готов провести остаток своих дней, обеспечивая лучшую жизнь для тебя и наших детей, – он поцеловал Натали. – И обещаю, что, пока я жив, никто даже пальцем к вам не прикоснется.

– Я знаю, – она нежно провела ладонью по его щеке. – Именно поэтому я и искала тебя. Хотя упрямство не позволяло признаться, что ты и есть мой рыцарь в блестящих доспехах.

Тревис рассмеялся.

– Больше похож на ковбоя в пыльных джинсах, – он снова поцеловал Натали и, не разжимая объятий, сел на диван, увлекая молодую женщину к себе на колени. – Какую бы тебе хотелось свадьбу? Скромную или закатим праздник на весь город?

Она улыбнулась в ответ, и сердце Тревиса едва не выскочило из груди.

– Мне все равно. Главное, чтобы ты был рядом. Но если не возражаешь, давай подождем до следующей зимы.

– Почему так долго? – разочарованно спросил Тревис.

Если бы его воля, он бы тотчас же отправился в церковь. Но, учитывая, что Биркенфельд еще не пойман, со свадьбой придется немного подождать.

– Мы познакомились зимой, воссоединились зимой. И я подумала, что было бы неплохо начать нашу совместную жизнь тоже зимой, – улыбнулась Натали.

Тревис кивнул, принимая ее доводы. После всего, через что пришлось пройти Натали, она имела полное право на счастливый финал. Такой же, как в ее любимых фильмах. И если она хочет, чтобы они поженились зимой, то так тому и быть.

– Тогда у тебя масса времени, чтобы определиться, какой должна быть наша свадьба, – их губы вновь сомкнулись в поцелуе. – Но хочу тебя предупредить. Независимо оттого, поженимся мы сейчас или через год, я намерен каждую минуту доказывать, как велика моя любовь к тебе.

– И когда ты начнешь? – На губах Натали заиграла лукавая улыбка.

– Прямо сейчас, милая, – Тревис встал с дивана и поднял ее на руки.

Подтверждая свои слова, Тревис отнес возлюбленную наверх и остаток ночи доказывал, как сильно он будет любить Натали до конца жизни.