Текст книги "Сопротивляясь ей (ЛП)"

Автор книги: Кендалл Райан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

ГЛАВА 31

Ситуация с Диллоном разрешилась лучше, чем мог надеяться Коул. Новая работа, ради которой он покинул комплекс, заключалась в торговле наркотиками. Идиот. Когда Норм послал парней забрать его для допроса, они нашли у него в машине достаточно марихуаны, чтобы запереть на некоторое время. Это не означало, что его одержимость Саванной закончилась, но, по крайней мере, он не сможет приблизиться к ней какое-то время. И когда придет время, Коул будет рядом, чтобы защитить ее. Ее рука сжала его руку, и Коул улыбнулся великолепной девушке рядом с ним.

– Почти дома, – сказал он.

Дома. С тех пор как Саванна переехала сюда, он больше походил на дом.

Я не могу дождаться, когда увижу Каддлс.

Коул заехал на стоянку жилого комплекса, и его глаза не могли до конца осознать открывшуюся перед ним картину. Эбби стояла на тротуаре, скрестив руки на груди, и смотрела, как приближается его внедорожник. Его глаза метнулись к часам на приборной панели. Черт. При виде нее из его груди вырвалось проклятие. Он пропустил их воскресную встречу, и теперь она была здесь. Здесь. В его доме. В доме Саванны.

Он подумал о том, вывернуть руль и выехать со стоянки, но у него больше не было сил лгать Саванне. Его прошлое было здесь – смотрело в его будущее, разбивая его сердце на миллион крошечных кусочков.

***

Вид того, как хрупкая темноволосая девушка подбежала к Коулу и бросилась в его объятия, выбило воздух из груди Саванны. Она положила руку на капот «Тахо», чтобы приподняться. Коул положил руки девушке на плечи, мягко отодвигая ее от своего тела. Его глаза метнулись к Саванне, на его лице отражалась паника.

– Это Эбби, – сказал он, но больше ничего не произнес.

Саванна ненавидела фамильярность между ними – то, как тело Эбби наклонилось к нему, и то, как его пальцы сознательно погладили ее руки, когда он отодвинул ее. Эбби повернулась, чтобы посмотреть на Саванну, ее ярко-голубые глаза горели любопытством. Эбби была худенькой и хорошенькой, с тонкими чертами лица. Она была небрежно одета в поношенные джинсы и струящийся розовый топ, который был слишком велик для ее крошечной фигуре.

– Это она? – спросила его Эбби.

Коул кивнул.

– Это Саванна.

Эбби встретилась взглядом с Коулом, ища разрешения, прежде чем протянуть руку Саванне. На внутренней стороне запястья виднелись шрамы, и когда взгляд Саванны задержался на сморщенной белой плоти, Эбби отдернула руку и сунула ее в карман.

– Привет, – сказала Эбби, осторожно улыбаясь. – Коул много рассказывал мне о тебе.

Саванна оставалась безмолвной. Ее затошнило. Они чувствовала себя униженной.

Эбби снова повернулась к Коулу, выражение ее лица смягчилось.

– Ты сегодня не появился, я забеспокоилась. Ты злишься, что я пришла сюда? – Она поднесла руку к его щеке, но Коул поймал ее за запястье.

Его глаза снова метнулись к Саванне. Он вздрогнул, открыл рот, потом снова закрыл. Он ничего не мог сказать. Кожу Саванны покалывало, когда осознание затопило ее. Вот с кем он проводил каждое воскресенье?

Шрамы на запястьях Эбби, то, как она смотрела на Коула, будто ребенок, разлученный с матерью, поразили ее, это ощущалось как удар по голове. Все время, когда он смотрел на нее, как на неуравновешенную, в его глазах был страх, что она сломается и потеряет его. Было ли у него какое-то странное призвание спасать нуждающихся девушек? Она не была похожа на эту девушку, и теперь ее еще больше возмущало его пристальное наблюдение, потому что это означало, что воспоминания об Эбби все еще были очень четкими.

Он повернулся к Саванне, протягивая ей ключи.

– Не могли бы ты, э-э, дать нам минутку?

Саванна хотела бы, чтобы ей было куда пойти – куда угодно, только не в его дом. Ей хотелось убежать куда-нибудь подальше отсюда, но она взяла ключи и рискнула подняться по лестнице, слишком ошеломленная, чтобы плакать, слишком потрясенная, чтобы переварить то, что узнала.

***

Коул избавился от Эбби и отважился зайти внутрь, чтобы поговорить с Саванной. Ему нужно было признаться во всем, не упуская ни одной детали.

Он нашел Саванну, прячущуюся под одеялом в комнате для гостей, шепчущуюся с извивающейся массой под ней. Он подвел ее, и она бросилась к собаке за утешением. Это была отрезвляющая мысль.

Он тихо присел на край кровати. Ее шепот прекратился, как только матрас прогнулся под его весом.

– Тебе не обязательно со мной разговаривать. Просто выслушай, хорошо? – Он тяжело вздохнул, зная, что этот разговор давно назрел. – Впервые я встретил Эбби сразу после колледжа. Она была сломлена – проект для меня – кто-то, на ком я мог бы сосредоточить свою энергию, так как я был так бессилен предотвратить смерть моих родителей. – Коул провел руками по лицу. Это было труднее, чем он думал, признаться во всем этом вслух. – Эбби резала себя, о чем я узнал позже. В детстве с ней жестоко обращались. Она была разбита, когда мы только начали встречаться. Наши отношения были полны неуверенности в себе, ревности, а иногда и сильной страсти. – Коулу хотелось бы увидеть выражение лица Саванны, понять, как она это восприняла. Но проклятое одеяло прятало ее с головы до ног. – Мы встречались два года, и, в конце концов, ей стало лучше. Позже я понял, что не был влюблен в нее, я был влюблен только в идею спасти кого-то. Как только Эбби поправилась, напряженность, стоявшая за нашими отношениями, почти исчезла.

Саванна откинула одеяло, и он увидел ее лицо. Он ожидал, что она заплачет, но ее глаза были сухими, она с любопытством смотрела на него; ее лицо расслабилось.

– Я много раз пытался порвать с ней, но Эбби выходила из себя. Так что я остался с ней. Мы держались на этом пути еще шесть месяцев, пока я больше не смог выносить этот порочный круг. Я покончил с этим навсегда.

Каддлс вылезла из-под одеяла и лизнула Саванну в нос. Она прижала щенка крепче и пробормотала:

– Продолжай.

– Я порвал с ней и думал, что с меня хватит. Конечно, я не ожидал, что Эбби попытается покончить с собой. Но в тот же день она порезала себе запястья. Ее соседка по комнате нашла ее и отвезла в больницу, а по дороге позвонила мне. Когда я увидел, насколько по-настоящему она была разбита – бледная и слабая на больничной койке, повсюду трубки, – я понял, что это моя вина. Я поклялся спасти ее, и теперь ей было хуже. Из-за меня. Это разъедало меня, и я знал, что больше не смогу бежать. Не тогда, когда она была такой невероятно хрупкой. Эбби пробыла в больнице несколько дней, она потеряла много крови, а когда физически оправилась от попытки самоубийства, ее отвезли в психиатрическое учреждение. Она прожила там больше года, прежде чем вернулась в свою собственную квартиру, расположенную чуть отсюда. Мы никогда не возобновляли наши романтические отношения, но все это время – уже почти пять лет – я добросовестно навещал ее каждую неделю, как друг и как ее своеобразная подстраховка, я думаю.

Слезы наполнили глаза Саванны, но она продолжала сохранять спокойствие.

– Саванна? Пожалуйста, скажи что-нибудь, – умолял он.

Саванна подскочила, схватила ключи от машины, выбежала из квартиры и уехала.

ГЛАВА 32

– Какого хрена ты сделал? – голос Мариссы пронзительно зазвенел в трубке, в то время как он сидел за стойкой бара.

– О чем ты говоришь? – в пьяном состоянии Коулу потребовалась секунда, чтобы распознать гнев в ее голосе. О. Бл*дь.

Ее голос понизился до шепота:

– Почему Саванна просидела в моей ванной? Коул? Ответь мне, черт возьми! – взвизгнула Марисса.

Коул отвел руку с телефоном подальше от уха и закрыл глаза. Может быть, те шесть стаканов «Джека» с колой, которые он опрокинул, были не лучшей идеей.

– Я облажался, ясно? Это то, что ты хочешь услышать, Рисса?

Она промолчала.

– Она реально плачет в ванной?

– Еще бы она не плакала. Она рассказала мне об Эбби. Черт возьми, Коул, та девушка была просто развалиной. Я понятия не имела, что ты встречался с ней все эти годы.

– Да... ну... – Он провел рукой по затылку. Марисса познакомилась с Эбби много лет назад, когда они встречались. Вопросительный взгляд Лиама встретился с его, безмолвно спрашивая, не хочет ли он еще выпить. Коул отмахнулся от него. – Чертовски глупо с моей стороны, да? – Он приостановил свою собственную жизнь, почти не встречался, почти ничего не делал, кроме работы, и добросовестно навещал Эбби каждое воскресенье просто потому, что знал, что это ее подбадривает. А потом, когда всплыла история с Диллоном, он совершенно забыл о ней. Он никогда раньше не забывал воскресенья. Никогда.

Марисса вздохнула.

– Я этого не говорила. Но, Господи, Коул, ты не можешь брать на себя единоличную ответственность за спасение каждой девушки, которую встречаешь. И Саванну не нужно было спасать. Ей просто нужна была твоя любовь.

– Не говори мне, что нужно было Саванне. Я знаю, что ей нужно, – сказал он, и гнев закипел в нем. Он сжимал перекладину до тех пор, пока костяшки его пальцев не побелели, избегая желания ударить что-нибудь.

– Послушай, мне нужно идти. Саванна только что вышла.

– Позвольте мне поговорить с...

Телефон отключился.

Черт! Он швырнул телефон на стойку. Лиам неторопливо подошел, с опаской глядя на него.

– Это была Саванна?

– Нет.

Он не упомянул, что это была Марисса, потому что каждый раз, когда он упоминал имя Мариссы в последнее время, Лиаму хотелось поиграть с ним в двадцать вопросов. Он был почти готов сказать ему, что все в порядке, что он мог бы пригласить его сестру на свидание, но решил, что заставит его страдать еще немного. Коул попытался встать, ухватившись за перекладину для поддержки.

Лайам покачал головой.

– Я вызову тебе такси. Тащи свою пьяную задницу домой.

– Я не пьян, – пробормотал Коул. Ладно, может быть, немного. – Да, хорошо, – признал он.

Лайам хлопнул Коула по плечу.

– Я думаю, ты влюблен в нее, брат.

Ни. Хрена. Не. Помогает. Почему все продолжали это говорить? Коул высвободился из его объятий и направился на улицу, чтобы дождаться своего такси.

***

Он поднялся наверх, хватаясь за стену для опоры. Подергал дверную ручку, обнаружил, что она не заперта, и вошел внутрь. Марисса и Саванна сидели у обеденного стола. Видеть опухшие и красные глаза Саванны было сродни удару кулаком в живот. Весь воздух пропал из его легких. Он сделал это с ней.

– Коул! Тебе не следовало садиться за руль! – закричала Марисса, и ударила его по плечу.

Ни один из них не терпел пьяных водителей после того, как у них отняли родителей.

Коул поднял руки в знак капитуляции.

– Я взял такси, расслабься.

Он обошел Мариссу, направляясь к Саванне, как будто она была светом в конце туннеля, его маяком в темноте. Он пытался спасти всех, но Саванна была единственной, кто спасал его. Ее сострадание, ее подлинная натура продолжали уравновешивать его. Она была всем, что ему было нужно. И он был так неправ. Она не нуждалась в спасении – он нуждался. Он точно знал, что будет пресмыкаться, умолять и обещать ей весь мир, если она только выслушает его.

Саванна настороженно наблюдала за ним, прерывисто дыша.

– Нам нужно поговорить. – Его голос был хриплой мольбой в комнате.

Марисса встала между ними, уперев руки в бедра.

– Я не думаю, что это хорошая идея прямо сейчас. Ты пьян, Коул.

Не отрывая взгляда от Саванны, он пробормотал единственное слово, которое пришло ему в голову.

– Пожалуйста.

Саванна просто кивнула и последовала за ним в кабинет Мариссы. Она опустилась в кожаное офисное кресло. Коул прислонился к дверному косяку, ненавидя себя за то, что больше не имеет права притягивать ее в свои объятия. Ненавидя то, что она больше не нуждалась в нем для утешения, что он был источником ее боли.

– Саванна, мне так жаль, так жаль, что я скрывал от тебя Эбби.

Она подняла руку.

– Не произноси ее имени.

Черт. Его дрожащие ноги подкосились, и он соскользнул по стене, чтобы сесть на пол. Боже, ему нужно было подумать. Как он попросил второй шанс у девушки, которая значила для него все?

– Что мне теперь прикажешь делать? – прерывисто спросила Саванна. – Я чувствую себя полной дурой. Ты унизил меня, Коул. Я думала, у нас было что-то особенное… Я понятия не имела, куда ты ходил... – Она резко замолчала, глубоко вдохнула и задержала дыхание.

Коул видел, что она пытается снова не заплакать. Он ненавидел себя еще больше.

Он поднял глаза. Печаль вспыхнула в ее зеленых глазах, их блеск стал сильнее из-за слез.

– У нас действительно есть что-то особенное. Не отказывайся от меня, Саванна. Я облажался по-крупному, и я это знаю. Я думал, что поступаю правильно, продолжая видеться с Эб… с ней, но ты права?

Одинокая слеза скатилась по ее щеке. Коул пересек комнату на коленях, взял ее лицо в ладони и вытер влагу большими пальцами.

– Мне так чертовски жаль, Саванна. Пожалуйста, не плачь. Пожалуйста, детка. – Он готов унижаться и пресмыкаться, если требовалось именно это.

– Ты солгал. Ты каждое воскресенье уезжал к ней, пока я тебя ждала.

Боль в чертах Саванны пронзила его насквозь. Что, если она не сможет простить его? Он сделал бы все, что угодно; потратил бы свою жизнь, пытаясь вновь завоевать ее доверие.

– Я знаю. И я не должен был скрывать это от тебя, я просто был так раздавлен тем, что мне делать. – Его сердце бешено колотилось в груди. – Но ты единственная, кого я люблю, Саванна.

Ее глаза широко раскрылись.

– Ты пьян. Не говори так.

– Я пьян, но ты думаешь, я только сейчас понял, что люблю тебя? Я начал падать в этот омут в тот момент, когда увидел тебя. Потом ты пришла со мной домой, и хотя тебе следовало бы быть сломленной, ты отвечала за мою кухню, готовила для меня, заботилась обо мне, когда я заболел гриппом. Со мной впервые ты занималась любовью. – Он подавил дрожь при воспоминании об этом. – Со мной никогда раньше такого не было. Я влюблен в тебя, Саванна. Безнадежно и окончательно. Я принадлежу тебе, детка.

Ее губы растянулись в легкой усмешке, и она сглотнула. Ему до боли хотелось поцеловать ее, но он не знал, позволено ли это. Ему никогда раньше не приходилось унижаться. Он всегда был тем, кто отказывался от отношений, но никогда не искал их.

– И я объяснил Эбби, что нам обоим нужно двигаться дальше. Я больше не собираюсь ее видеть. Я твой. Я принадлежу тебе, Саванна. Так будет всегда.

Внезапно Саванне показалось очень уместным, что он стоит перед ней на коленях.

Прошло два удара сердца, а Саванна все еще молчала, не сводя с него глаз. Она поднесла руку к его заросшей щетиной щеке и задержала ее там.

– Я знала, что влюбляюсь в тебя, но потом, когда я увидела… ее... и узнала, что ты встречался с ней за моей спиной все это время, это уничтожило меня.

– Нет. – Он накрыл ее руку своей, прижимая к своей коже. – Не говори так. Я не могу смириться с тем, что причинил тебе боль. Пожалуйста, позволь мне это исправить.

– Дай мне закончить. – Саванна расправила плечи, словно, обретя самообладание от этого маленького движения. – Я знаю тебя совсем недолго, но ты заполнил мое сердце. Ты стал для меня всем. Благодаря тебе впервые в жизни у меня появился шанс быть собой, стать той, кем я хотела. Ты помог мне без всякой собственной эгоистичной мотивации. И, наверное, мне не следует этого делать, но я тебе доверяю. Я всегда доверяла тебе, с самого начала. Если ты говоришь, что больше с ней не встречаешься, тогда я тебе верю. Но не смей снова нарушать мое доверие.

Он улыбнулся, ему понравилась сила, которую он услышал в ее голосе. Видеть ее рост и уверенность в себе было сексуально. Он откинул ее волосы с залитого слезами лица, страстно желая поцеловать ее, забрать всю ее боль.

Прекрати думать своим членом, придурок.

– Я ненавижу, что заставил тебя плакать. Я ненавижу видеть тебя такой, – признался Коул, проводя большим пальцем по ее щеке нежными кругами.

Взгляд Саванны стал пристальнее.

– Даже если бы я была убита горем без тебя, Коул, я бы не была сломлена, как Эбби. Я не она. Я не хочу, чтобы ты ходил вокруг меня на цыпочках или боялся говорить правду, потому что она может мне не понравиться. Если у нас будут отношения, они должны быть на равных. Я хочу быть твоим партнером, а не твоим проектом.

Коул молчал несколько долгих секунд, пытаясь понять ее мольбу.

– Я знаю, что ты не она. Ты удивительная, красивая, сильная женщина, которая полностью владеет моим сердцем, черт возьми, всем моим телом. Я никогда никого так не любил, Саванна. Ты для меня все, и я хотел оградить тебя от всего этого гребаного дерьма из моего прошлого. Мне тоже не нужен проект, но я всегда буду твоим защитником. Вот так я устроен, детка. Я никому и ничему не позволю причинить тебе боль.

Она кивнула.

– Окей. Я просто хотела, чтобы ты понял. Ты не можешь так меня сломать, так что не скрывай от меня ничего. Если это сработает, ты должен общаться со мной с предельной честностью.

– Я могу это сделать. – Он улыбнулся, и взгляд Саванны скользнул по его губам. – Детка? – спросил он, наклоняясь ближе, его взгляд метался между ее глазами и ее губами.

– Да? – Ее голос был таким же задыхающимся, как и он сам. Эффект от ее близости был головокружительным, опьяняющим.

– Если ты хочешь полной честности… Мне сейчас нужно поцеловать тебя.

Язык Саванны смочил ее нижнюю губу, и Коул наклонился вперед, запечатывая их рты в страстном поцелуе.

***

Коул ощущал приятный вкус. Слишком хорошо. Саванна погрузилась в наслаждение, в ощущения. Ее мозг изо всех сил пытается уступить контроль своему телу.

Дверь начала сотрясаться от сильных ударов.

– Эм, Коул? – приглушенный голос Мариссы донесся из коридора.

Дерьмо!

Коул поднял голову.

– Мы заняты, – крикнул он в сторону двери.

Глаза Саванны метнулись к дверной ручке, пытаясь вспомнить, заперли ли они ее. Она не ожидала, что Марисса ворвется или что-то в этом роде. Но, боже, она не могла представить себе ничего более неловкого. Ее джинсы были спущены до лодыжек, а лицо Коула было спрятано... Ну, где-то в очень хорошем месте.

Марисса постучала снова, на этот раз более настойчиво.

– Я рада слышать, что ты... м-м-м... занят... и мне плевать, что ты пьян и в моей квартире. Однако меня волнует, что ты, бл*дь, достаточно громкий, чтобы разбудить половину здания. Пошлите, я отвезу вас, ребята, домой, – позвала она.

Жар вспыхнул на щеках Саванны. Черт. Она была слишком громкой?

– Просто дай нам еще несколько минут, – прорычал Коул.

Саванна попыталась встать, пытаясь поправить одежду, но Коул удержал ее на месте.

– Останься.

– Мы не можем... мы должны идти.

Он покачал головой, наклонился и прикусил внутреннюю часть ее бедра.

– Мы сделаем это. Но я хочу, чтобы ты кончила первой, – прошептал он. Его дыхание пробежало по ее сердцевине, и волна сырости поднялась у нее между ног.

– Коул... – взмолилась она прерывающимся голосом.

– Ш-ш-ш. – Он снова сдвинул ее трусики в сторону, чтобы ее набухшая розовая плоть была полностью выставлена напоказ. – Позволь мне закончить заботиться о тебе, а потом мы пойдем. – Его рот накрыл ее чувствительную плоть и, отбросив в сторону деликатность, он жадно впился в нее, облизывая и посасывая, пока Саванна снова не начала извиваться. Она громко застонала, и Коул поднял руку и зажал ей рот, он наблюдал за ее реакцией, пока ртом продолжал свое жадное проявление.

Она почти соскользнула с кожаного кресла, но давление лица Коула между ее ног удержало ее на месте. Она должна была чувствовать себя смущенной, ошеломленной его доминированием, но вместо этого она просто чувствовала себя любимой. Невероятно лелеемая и любимая. И, похоже, это восхитительно.

Коул сосредоточился на ее интимной плоти, находя ритм, который уничтожил все мысли о Мариссе, ожидающей по другую сторону двери.

Саванна кончила жестко и быстро, ее бедра приподнялись со стула, а руки вцепились в волосы Коула.

Ее тело содрогнулось от неистового освобождения, и когда она открыла глаза, то с удивлением обнаружила себя в объятиях Коула. Он поднял ее со стула и прижал к своему телу, ее ноги повисли в нескольких дюймах от пола. Он поцеловал ее в губы, и она ощутила вкус собственного возбуждения, алкоголя и Коула. Ее глаза снова закрылись в удовлетворении.

Коул позволил ей соскользнуть вниз по его телу, пока ее ноги не коснулись пола. Он взял ее лицо в свои руки, прижимая последний поцелуй к ее губам.

– Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю. – Было так хорошо наконец-то сказать ему это, и еще лучше услышать, как он произносит эти слова.

– Могу я отвезти тебя домой?

Домой. Это слово легко слетело с его языка и заставило ее почувствовать себя еще более полной и счастливой, чем она думала.

Внезапно заметив большую выпуклость у него на джинсах, Саванна указала на его колени.

– А как насчет тебя?

Он поморщился, поправляя свою эрекцию.

– Я подожду.