Текст книги "Выбор за тобой (СИ)"
Автор книги: Катарина Саммер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)
Глава 23
Моника.
Разумеется, первым мои порывом было развернуться и уйти, чтобы ни во что не показать свою растерянность и удивление.
Ну ладно, не сказать, что я сильно удивлена. Логично предположить, что они все время проводят вместе, а вечера особенно.
Но сердце усердно продолжало верить в то, что это все не более чем утка. Пиар ход. Рекламная компания по привлечению клиентов?
Глупые мысли одна за одной сменяли другую. И все они были бессмысленными. Головой я понимала – все это воспаленные фантазии. Защитная реакция, чтобы хоть как-то найти оправдание всему этому и уберечь себя любимую от краха, который настиг меня прямо в эту минуту, когда я, замерев, наблюдаю за Риком и его спутницей как в замедленной съемке.
Меня кто-то одернул за рукав, и я оглянулась. Ксю стояла рядом, пытаясь привести меня в чувства.
– Земля вызывает Монику! Эй, ты вообще меня слышишь?
Я посмотрела на нее затуманенными глазами, чувствуя, как предательски подгибаются коленки от подступившей слабости.
– Господи, милая, что с тобой? – Ксю помогла мне сесть за столик и подала воды.
Я жадно глотала жидкость, пока соленые слезы ручьями стекали по лицу. Подруги смотрели на меня оторопело, не осмеливаясь заговаривать. По их лицу было видно, что они не на шутку перепугались за меня, но выжидали удачного момента, чтобы начать разговор.
Я осушила стакан почти залпом и попыталась отдышаться. С минуту мы сидели молча, вслушиваясь в слова громкой музыки, пока Миранда, не выдержав, нарушила тишину.
– Так, давай уже рассказывай, что с тобой происходит. После поездки к родителям ты сама не своя. На работе появилась мельком, ничего не сказала, а потом я узнала от мистера Харриса, что ты в командировке. Кого или чего ты избегаешь? Ты – наша подруга и нам не все равно, что с тобой происходит.
– Миранда права, Мон. Я все это время не тревожила тебя, понимая, что тебе надо какое-то время побыть одной, но постоянно находиться в неведении не могу. Это все из-за тог парня, что приезжал искать тебя?
Я нервно затеребила краешек платья, почувствовав себя вмиг маленьким ребенком. Забота подруг была безумно приятной и их поддержка – это то, в чем я сейчас остро нуждалась.
– Не поняла, – Миранда сузила глаза, поглядывая на меня с любопытством, – какой парень?
– Ох, дорогая, он такой…красавчик, одним словом. Вылитый бог. Видели бы вы выражение его лица, как только я сказала, что не знаю, где Моника и она просто уехала, не сказав ни слова…Он очень расстроился.
Тут я не выдержала и закричала так, что смогла переплюнуть даже раздирающиеся колонки в баре.
– ДА ОН ПРЯМ ТУТ СЕЙЧАС СИДИТ И ЗАЛИЗЫВАЕТ СВОИ РАНЫ СО СВОЕЙ НЕВЕСТОЙ КРАСАВИЦЕЙ! СТРАДАЛЕЦ ХРЕНОВ!
Я схватила бокал Ксю и мигом опустошила его.
– В смысле тут? – Ксю завертела головой и наконец нашла его, удивленно подняв брови. Она откашлялась и тихонько спросила, – что между вами?
Я решила, что нет смысла скрывать от девчонок все то, что произошло между нами с Риком. Они самые близкие мне люди, не считая родных, и я всегда могла им доверить свои самые сокровенные тайны и секреты.
– Между нами секс. Чувственный страстный всепоглощающий охиренный секс, что когда-либо был в моей жизни, – я закусила губу, вспомнив, как это – чувствовать его касания и губы на своем теле, – я всячески пыталась себя приструнить. Свои чувства, свое тело, свои мысли…Кажется, я влипла…, – я исподлобья посмотрела на подруг, пока те переваривали все услышанное, пока Ксю не заговорила.
– Знаешь, я боялась, что после придурка Эда у тебя начнется стадия отрицания всего мужского, ты закроешься в себе и уйдешь в работу, перестанешь существовать, как личность. Станешь невидимкой. Я искренне верила, что Эд твое счастье и твоя судьба. Я дождаться не могла, когда он позовет тебя замуж и предположить не могла, что он окажется таким мудаком, хотя всегда считала его достойным. Почему ты не рассказала нам раньше?
Я шмыгнула носом.
– Мне было стыдно. Стыдно, что я так счастлива, несмотря на то, что мои отношения закончились не самым приятным образом совсем недавно.
– Не забывай, пожалуйста, что этот козел изменял тебе. И это, как оказалось, был далеко не первый раз.
Я нервно вздохнула и мысленно согласилась с подругой.
– Девочки, простите, что испортила вам вечер. Мне следовало остаться дома.
Подруги придвинулись ко мне ближе и обняли меня с двух сторон. Мне была приятна их поддержка и сочувствие, но состояние выжатой половой тряпки мне абсолютно не нравилось. Я перестала быть собой. И из-за кого?
Глупо себя мучать и тешить иллюзиями и надеждами. Сегодня я убедилась во всем и увидела своими глазами. Разве может быть доказательство ярче этого?
Я подозвала официанта и заказала нам порцию шотов в тройном размере.
Гулять так гулять.
Ненадолго забыться и позволить себе расслабиться.
А завтра с новыми силами вливаться в рабочий процесс. Работу никто не отменял. А еще это расследование с детским центром…
Пожалуй, буду вести его самостоятельно. Ни за какие коврижки не обращусь к Рику. Главное – не пересекаться.
Выработав, как мне показалось, довольно дельный план, подняла стопку и обратилась к подругам.
– Девчонки, за вас! За самых лучших подруг, которых мне довелось повстречать в своей жизни. Вы лучшие. Спасибо вам, что поддерживаете меня и понимаете. Было тяжело оставаться одной наедине со своими мыслями и переживаниями и бояться поделиться ими.
Девчонки улыбнулись и, кажется, даже немного прослезились.
Ксю подскочила и потянула нас на танцпол. Я даже не стала сопротивляться.
Из динамиков полилась веселая заводная музыка. Мы встали рядом и начали танцевать, не обращая внимания ни на кого. Мы веселились и смеялись, кружились по всему танцполу, как сумасшедшие.
Танцевальная музыка сменилась приятной медленной композицией группы The Weekend. Играла моя любимая «Call out my name». Подруги вернулись за стол, а я осталась в центре танцпола. Мне хотелось побыть одной, забыться ненадолго под эту чарующую пленительную мелодию.
Я прикрыла глаза и полностью отдалась музыке. Начала медленно двигаться, проводя руками вдоль тела и выгибаясь в пояснице. Ничего пошлого, только чувственный танец. Мне хотелось почувствовать себя сексуальной, желанной, загадочной.
Я незримо ощущала на себе пристальный взгляд. И я знала, кому он принадлежит.
Рик.
С Гарри можно было поговорить обо всем на свете. Он из того разряда друзей, с которым и в огонь, и в воду. Я всегда мог доверить ему свой секрет и поделиться о наболевшем. Спросить совета и дать свой.
Мы познакомились еще в универе, когда он помог мне договориться с парой преподавателей о сдаче экзаменов экстерном. Уже тогда я начинал руководить компанией, поэтому отвлекаться на учебу не было совершенно никакого времени. Нужно было строить свое будущее.
Я предлагал другу стать моим компаньоном, но он решил пойти на поводу у своей мечты и податься в частный сыск. Надо сказать, извилины в его голове построены довольно сложно, у него мозг гения. Его даже называют современным Шерлоком. Гарри еще не завалил ни одного расследования, и я горжусь им. Он мне как брат.
Правда в личной жизни он такой же растяпа, как я. Серьезных связей ему заводить некогда. Заказы сыпятся один за другим, поэтому он позволяет себе иногда расслабиться в клубе в компании красавиц не самой благочестивой профессии.
И я его не осуждаю. До недавнего времени я был таким же.
А сейчас сижу перед ним и размазываю сопли по тарелке с сырной нарезкой.
– Я лоханулся. Конкретно лоханулся, брат.
Я чувствовал себя размазней. Закомплексованным подростком, не способным нихрена толкового сделать со своей личной жизнью, которая сыпется, как столетняя штукатурка.
Я уже осушил почти половину хэнэси в одиночку и чувствовал, что организм начал посылать мне сигналы остановиться, но сердце его не слушало. Мне хотелось забыться и уснуть. А как проснусь, увидеть Монику на своей кровати, мирно посапывающую в одних шелковых трусиках и обтягивающем коротком топе.
Я устало потер виски и глянул на друга, который уже видимо какое-то время что-то мне говорил.
– Эй, Рик? Может хватит? Кажется, ты уже плохо соображаешь. Мы даже поговорить не успели. Что у тебя происходит? Ты в последнее время ушел в себя и ничем не делишься. Это, разумеется, твое право, нарочно лезть в душу не буду. Но я переживаю, ты мне, как семья, которой не было, и я хочу помочь тебе и быть полезным.
Я с благодарностью посмотрел на Гарри.
– Я сегодня ничего не ел, поэтому бухло так сказывается. А что касается остального…, – я сглотнул образовавшийся ком и рассказал другу все, как есть, конечно, упуская подробности интимного характера.
Гарри все это время смиренно слушал меня не перебивая, за что я был ему благодарен.
– Ну ты даешь, Рик, – Гарри рассмеялся, – вас как будто судьба постоянно сводит. Это же надо было встретиться на другом конце континента.
– Самое удивительное, что мы с ней за все время так ни разу и не пересеклись, представляешь. Мы же вечно зависаем втроем, когда работа позволяет вырваться, и ни разу она не мелькала нигде. Это странно.
– Я знал, что у Майка есть сестра, но без подробностей. Так говоришь она милашка? – друг подмигнул.
– Даже не вздумай как-то не так на нее посмотреть! Она моя!
Друг поднял руки в примирительном жесте.
– Воу, ты чего. Я не претендую. Просто вдруг у нее такие же замечательные подружки, как она.
– Боюсь узнать этого мы уже не сможем. Она не хочет меня знать, видеть, слышать.
– Ну, Марго, конечно, удружила. Зачем ей это все?
– Ну как же? Очередной кошелек дал сбой, потоки перекрыты, а красную рыбку кушать хочется. Вот и решила пройтись по местам боевой славы.
– Я тебе говорил, что она шлюха. А тебе всегда казалось, что я просто к ней пренебрежительно отношусь.
Мы опустошили еще по стопке.
– Твою мать. Помяни черта…, – Гарри чертыхнулся, а я обернулась посмотреть, что его так удивило.
В паре метрах от нас стояла Марго в ужасно пошлом коротком платье без бретелей и на высоких шпильках. Она мило улыбалась и махала нам своей изящной ручкой, как будто мы старые приятели.
Меня затошнило от этого вроде бы невинного жеста, но стоило представить, сколько членов эта ручка держала, стало еще хуже. Я отвернулся и перевернул новую стопку.
Марго подошла к нашему столику и как ни в чем не бывало присела рядом со мной на диванчик.
– Добрый вечер, мальчики. Отдыхаете? Как дела, Гарри?
Друга как будто перекосило от ее слов, и он со всей своей неприязнью посмотрел в глаза Марго.
– Ад опустел, все демоны здесь.
– Как всегда, дурацкий юмор. Ничего не меняется, – Марго нахально улыбнулась.
– Ты права. Я все такой же шутник, а ты все такая же шлюха.
Марго начала пыхтеть, как кипящий чайник, покрывшись красными пятнами от злости.
– Да как ты смеешь? Рик, почему ты молчишь?
Я посмотрел на Марго затуманенными от алкоголя глазами. Мне было откровенно наплевать что и как говорит о ней друг. Я переболел этой зависимостью по имени, Маргарита. Все, что я к ней чувствовал – это презрение.
– Какого хрена ты приперлась? Неужели среди всех твоих бывших, кроме меня не нашлось никого, кто готов пригреть твою задницу?
– Рик, милый, не будь так строг ко мне. Я правда по тебе скучала. Ты же меня любил, помнишь? Мы собирались играть свадьбу.
– Это было до того, как ты начала скакать от члена к члену. Давай закроем этот бессмысленный разговор, и ты продолжишь свой променад по аллее толстых кошельков. Бар полон. Найди себе новую жертву. И отъебись от меня наконец.
Я откинулся на спинку и прикрыл глаза. Я не был зол. Я просто искренне не понимал, на что она надеется. Марго начала недвусмысленно поглаживать мою коленку, гуляя пальчиками по брюкам и пробираясь вверх. Я чувствовал, как отсутствие секса дает о себе знать и бугор в штанах довольно заметно выпирал из штанов.
Марго то заметила и продолжила интенсивнее меня лапать. Я, как в трансе не мог пошевелиться, давая ей свободу действия.
Гарри уже не было за столиком, он отошел несколько минут назад, дав нам возможность поговорить и расставить все точки.
Вместо этого я полулежал на диване в оживлённом баре и позволял это суке трогать меня. Какого хрена я творю?
Я резко оттолкнул Марго, и та чуть не упала на пол.
– А знаешь, что, Рик Дэвис, ты еще пожалеешь, что отверг меня. Возомнил себя царем!
Она одернула платье исчезла в толпе.
Не знаю, сколько прошло времени, я приоткрыл глаза. Гарри уже сидел рядом со мной и попивал очередной коктейль.
– Дружище, я не стал тебя тревожить, понял, что тебе было нужно перезагрузиться.
Я кивнул и резко дернулся, услышав песню, которая пробралась мне глубоко в сердце. Это была любимая песня Моники.
Но еще больше меня удивила девушка, танцующая на сцене так чувственно и завораживающе, что я не мог отвести от нее глаз.
Она двигалась словно кошка, грациозно управляя свои телом. Я не мог разглядеть ее. Она стояла ко мне спиной, а свет падал на другую часть танцпола.
Девушка трогала себя руками, загораясь, как пламя.
Я почувствовал необъяснимое притяжение к этой девушке, как будто взяв ее за руку я сначала лишусь чувств, а затем вознесусь к облакам от наслаждения.
Мое тело начало потрясывать, как только девушка начала кружиться вокруг себя.
Потому что она повернулась, и я узнал в ней Монику. Мою Монику.
Глава 24
Моника.
Музыка закончилась и я, не оглядываясь, поспешила к столику.
Я знала, он все видел. Чувствовала каждой клеточкой его жадный собственнический взгляд, блуждающий по моему разгоряченному от танца телу. Мне нравилось это. Но только лишь и всего. Какая-то частичка меня молила о том, чтобы Рик подошел ко мне сзади, положил свои руки на талию и продолжил качаться со мной в чувственном танце.
Только что это даст?
Снова питаю свою душу надеждами, одновременно коря себя за эту слабость.
Я предложила девчонкам свалить отсюда, чтобы ненароком не натворить глупостей и прогуляться по набережной. Подышать воздухом, поболтать и поесть корн-догов.
Я спешила побыстрей скрыться из бара, чтобы не попасться на глаза Рику. Но как только мы с подругами завернули за угол, он выбежал и стал оглядываться по сторонам. Не трудно догадаться, кого он искал. Я шла последней и видела каким расстроенным и опустошенным он выглядел.
Но это уже не мое дело.
Мне нужно строить свою жизнь, а слушать гнусные оправдания нет ни малейшего желания.
Хуже всего, что я за то короткое время, что мы знаем друг друга, успела к нему привязаться. Почувствовать его своим. Близким человеком. А оказалось, что он моим то и не был никогда. Жалкая иллюзия. Краткосрочный роман.
Но больше всего убивала новость о ребенке. Всегда все можно вернуть, простить, забыть. Но ребенок – это навсегда. Эта та точка невозврата для него и наших отношений, которая является как раз-таки отправной точкой уже для меня.
Я не заметила, как мы дошли до набережной. Несмотря на то, что прогулку предложила я, не было никакого желания здесь находиться. Я извинилась перед подругами и поспешила домой, сославшись на головную боль.
Вряд ли они мне поверили.
Но дома же и стены лечат.
Закрывшись изнутри я медленно сползла по двери и заплакала, опустив голову на колени. Рухнули все стены безразличия. Кого я обманываю. Мне его не хватает.
Еще ни разу я не чувствовала такого дефицита присутствия мужчины в своей жизни, как сейчас.
Меня разрывало изнутри от несправедливости, которая из раза в раз происходила со мной и моими отношениями. И если в третий раз все пошло по тому же плану, что и в первые два, получается, что проблема во мне. Осталось покопаться в себе и разобраться, что со мной не так. Наверное, излишняя доверчивость.
Не знаю, как долго я так сидела, но встала лишь тогда, когда поняла, что перестала чувствовать пятую точку. От бессилия я не могла встать, поэтому раскидав туфли по разным углам, доползла на четвереньках до кровати и рухнула без задних ног, даже не приняв душ.
На завтра у меня была куча планов. Нужно было вплотную заняться работой. Кажется, мистер Харрис начинает нервничать, он итак дает мне кучу поблажек.
С этими мыслями я провалилась в сон.
*****
Утром я с трудом могла поднять голову с подушки. Телефон разрывался, солнце уже вовсю светило в окно, заливая светом спальню.
Открыв глаза, посмотрела по сторонам. Похоже уже неприлично много времени.
Вскочила с кровати и схватила со стола мобильник.
Звонила Миссис Майерс.
Нехотя подняла трубку.
– Моника, я знаю, что ты должна появиться у нас только к обеду, но тут мистер Дэвис, и он рвет и мечет в поисках тебя. Я сказала, что ты у нас иногда работаешь удаленно, но он и слушать ничего не хочет. Просит вызвать тебя срочно. Так что, дорогая, ты уж извини, проблемы нашему издательству ни к чему. Сама понимаешь. Поэтому, руки в ноги и срочно сюда. Но сначала загляни ко мне.
Миссис Майерс выпалила все на одном дыхании и отключилась, а я даже не успела вставить и слова.
Какое-то сплошное мучение. Неужели просто нельзя оставить меня в покое. Что за маниакальное поведение.
Я натянула халат и поплелась на кухню, из которой исходили безумно приятные запахи. Во рту сразу образовалась слюна. Кажется, я вчера после обеда даже не ела толком ничего, а в баре только пила.
Ксю кружила по кухне одновременно переворачивая блинчики и помешивая свежезаваренный кофе.
Пока я подбирала с пола слюни, Ксю меня заметила.
– О, соня, уже одиннадцатый час, – она улыбнулась и обняла меня, – как спала?
– На удивление спокойно и крепко. Только голова болит, – я потерла затылок.
– Ну, после выпитого, это ожидаемо. А вообще, как себя чувствуешь? – подруга посмотрела на меня с нескрываемой тревогой.
– Я должна двигаться дальше. Я молодая красивая девушка. У меня еще все впереди, – я вздохнула, с трудом понимая, смогу ли в действительности забыт все, что произошло со мной за эти дни.
***
До работы я добралась на удивление быстро. Несмотря на оживленный город, удалось объехать пробки и приехать на работу раньше намеченного.
На стоянке у здания я сразу же заметила машину Рика, и, как назло, единственное парковочное место было рядом.
Удача, конечно, моя сильная сторона.
Да и плевать, господи. Я же не ребенок злиться из-за такой ерунды.
Я вылезла из авто и, громко стуча каблучками, вошла в здание.
Вырядилась я сегодня, конечно, на славу. Короткая юбка, шпильки, полупрозрачная блузка и пиджак оверсайз. Стильно, модно, сексуально. И, да, я решила немного потешить свое самолюбие, появившись перед Риком во всей красе. Главное – держать лицо и не выказывать и толику тех эмоций, которые сейчас бушуют во мне.
Я зашла в кабинет миссис Майерс и сразу же натолкнулась на хмурый заинтересованный взгляд.
– Что же такого ты успела натворить, Моника, что сам Рик Дэвис ищет тебя с собаками, мм?
В действительности я даже не знала, что ответить. Разумеется, подробности наших с ним отношений не ее дело, потому я стояла, как пятиклассница, набрав воды в рот.
– Ох, ладно, иди, все равно толку нет, – она махнула рукой, а я поспешила в кабинет начальства.
Медлить нет смысла. Зачем оттягивать неизбежное? Рано или поздно нам бы пришлось столкнуться, так почему бы не сейчас?
Я постучала три раза и, получив положительный ответ, решительно толкнула дверь.
Он сидел на кресле, развалившись по-хозяйски. Было видно, что мистер Харрис ему благоговеет.
Увидев меня Рик напрягся и подался вперед, но лишь на секунду на его лице пробежала тень улыбки. Он снова нацепил маску безразличия, как будто мы с ним совершенно чужие друг другу люди.
– Вызывали, мистер Харрис? – я старалась придать голосу металлические нотки, и, как не удивительно, он даже ни разу не дрогнул.
– Присаживайтесь, мисс Прайс. Мистер Дэвис уже обыскался вас, – директор засмеялся, а я вся покрылась мурашками от пристального, прожигающего взгляда Рика.
– Я не терялась. Вы дали мне свободу перемещений взамен на мою добросовестную работу, и, как результат, отличные статьи.
Рик прокашлялся и обратился ко мне.
– Мисс Прайс, – его голос охрип и создавалось ощущение, что он еле-еле мог сказать хоть слово, – я думаю, что вам больше не стоит вести следствие при работе над статьей о детском центре. Дела обстоят очень серьезно. Та одиночная как нам казалось угроза на ваш мобильный, оказалась не единственной. Мои спецы перехватывали чужеродные контакты, пытающиеся отправить вам какие-либо сообщения и таких вот предостережений с их стороны в ваш адрес было уже не менее десятка. Поэтому…, – Рик замолчал с тревогой в глазах, – я вас прошу больше в это дело не лезть. Я сам закончу начатое.
На минуту мне стало страшно. Угрозы – это не шутки. Но с другой стороны, сколько их было и сколько еще будет с моей то работой. Я знала на что шла.
Я выпрямилась и посмотрела Рику в глаза.
– При всем уважении, мистер Дэвис, спасибо за вашу чрезмерную заботу, но я вправе сама решать уровень возможной опасности. Я журналист. А мы, журналисты, не бросаем свою работу на пол пути.
Я обратилась к мистеру Харрису, все это время молча сидящему за своим креслом.
– Если это все, мистер Харрис, то у меня куча работы.
Я развернулась, чтобы выйти, но директор окликнул меня.
– Моника, ты уверена, что сможешь вовремя себя обезопасить? Я переживаю за тебя. Статья мне конечно нужна, она поднимет наши рейтинги до небес, но рисковать твоей жизнью мне бы не хотелось, – он посмотрел на меня по-отцовски.
Я улыбнулась.
– Я буду очень осторожна.
Я покинула кабинет, с трудом переводя дыхание. Я смогла. Я была на высоте. Ни один мускул на моем теле не выдал меня.
С чувством победы над самой собой я направилась по лестнице вниз в наш с Мирандой кабинет забрать кое-какие бумаги, когда кто-то схватил меня за руку и потащил в пустую темную кладовку.
Я не успела опомниться, как жадные властные губы накинулись на меня, сминая и кусая до боли.
Я вырывалась и билась, пытаясь вырваться из объятий Рика, запах которого тотчас же, как только мы ввалились сюда, заполнил собой всю эту маленькую комнатку доверху.
Запах счастья и боли. Запах любимого человека.
