Текст книги "Бионическое сердце: поверь чувствам (СИ)"

Автор книги: Каталина Канн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)

Глава 8

Не способность ощущать эмоции порождает развитие наблюдательности.

Эвиан

– Ой, – воскликнул я, когда дверь распахнулась, показывая злую Эсару. Я наблюдал за ней весь вечер, желая ощутить ее эмоции, как ощущал остальных присутствующих в зале. Изучая ее лицо, пытался понять, что означал крошечный изгиб левой брови, или то, как она время от времени раздувала ноздри, было ли это вызвано раздражением или весельем. Однако выражение ее лица сегодня вечером, поджатые губы, напряженные плечи и этот взгляд, похожий на страх или шок, когда она обернулась…

Мне так сильно хотелось поговорить с ней, проверить все ли в порядке, что я по-мальчишески притворился, что мне нужно в туалет, просто чтобы столкнуться с Эсарой.

Но теперь я стоял перед дамской комнатой с огромной наливающейся шишкой на лбу, смотря на широко раскрытые глаза Эсары, которое наполнились беспокойством.

– Что ты делаешь под дверями комнаты для девочек, док? – строго спросила она, явно не ожидая нашего столкновения.

Конечно, я не сказал ей, что стоял под дверью, потому что хотел увидеть ее поближе. Идиот! Так и не ответил, поморщившись, и отдёрнул руку от лба, проверяя, нет ли крови.

– Тебе помочь? – Эсара сделала шаг ближе, потянулась ко мне и грубо схватила за подбородок, поворачивая мою бедную голову из стороны в сторону, прежде чем отпустить. – Крови нет, всего лишь небольшая шишка, не смертельно для твоего вида, док. Ты будешь жить, – резко сказала она. – Могу помочь тебе дойти до твоего столика, мне показалось, ты отлично проводишь время.

– А ты нет? – спросил я, стараясь говорить легким тоном, тем более что ее тон был таким… не таким.

– Это вечеринка. Все хорошо проводят время на вечеринках, – она пристально смотрела на меня, и какая-то тревога таилась внутри.

– Эсара, что-то не так?

От моих слов бионика отпрянула, словно я превратился в грибную крысу и поспешно ответила:

– Нет. Почему ты спрашиваешь? Все отлично!

Я отступил, подняв руки:

– Супер, здорово. Рад видеть тебя, Эсара. Приятного вечера.

Когда я повернулся, чтобы уйти, её пальцы скользнули в сгиб локтя, останавливая.

– Подожди. Док, ты спросил, все ли со мной в порядке. Почему ты спросил меня об этом?

– Да. А что, разве не нормально интересоваться эмоциональным состоянием другого существа?

– Только доктора интересуются?

– Друзья интересуются, Эсара, потому что им не все равно. Разве Саша не спрашивает тебя, как прошел твой день или не переживает, если ты чувствуешь себя странно?

– Значит, тебе не все равно?

– Да, Эсара, мне не все равно, в порядке ты или нет.

Море эмоций отразились на ее лице, но я так и не смог понять их значение, а мои способности молчали рядом с бионикой.

– Спасибо, что спросил, – на автомате ответила она, словно обслуживающий беспилотник.

– Эсара, ты выглядишь расстроенной. Если тебе нужно о чем-то поговорить, мы можем назначить встречу или…

Эсара раздраженно топнула ногой:

– Звезды! Ты просто так не сдашься, не так ли? Послушай, я не смогла этого сделать, ладно. Я пыталась, но не смогла.

– Не смогла сделать что, Эсара? – в эту минуту я так сильно жалел, что моих врожденных способностей недостаточно, чтобы прочувствовать бионику и понять, о чем она говорить. А ведь мне так этого хотелось бы.

– Я не смогла осмотреть там… внутри! – выпалив слова, бионика сжала челюсть так сильно, что я мог отчетливо слышать скрежет зубов.

Какая нелепость… Я даже засмеялся, а она насупилась, прищурившись смотря на меня.

– Но ты все равно попыталась посмотреть на…

– Да, – прошипела она. – И тот рисунок в книге не был очень точным. Там все розовое и… скользкое, – Эсара сморщила нос.

– Наверное, мне следовало лучше подготовить тебя. Но розовый – совершенно нормальный цвет для этой части твоего тела.

– Выглядело не нормально, – ответила девушка.

– В первый раз, когда ты близко знакомишься с этой частью тела, это может немного шокировать.

– Мягко сказано, – пробормотала Эсара.

Я одарил ее самой успокаивающей улыбкой в ответ и сказал:

– Твое тело всегда с тобой. Если ты захочешь попробовать и посмотреть еще раз сегодня вечером, через десять лет или позже, то всегда сможешь это сделать.

Эсара приоткрыла рот, чтобы ответить, но тут к нам направился Фред.

– Что вы двое задумали? – крикнул он на подходе, разглядывая нас.

– Не смей говорить ему, – предупредила Эсара.

– Конечно, нет. Я не полный осел, а очень милый парень, – я сделал оскорблённое выражение лица.

– Может быть. Для лейксианца.

– Мы собираемся в караоке на тридцать второй палубе, – сказал розовощекий ухмыляющийся Фред.

– Отлично! – воскликнул я.

– Ты любишь караоке? – переспросила Эсара с озадаченным выражением лица.

– Э-э, иногда да, – смущенно ответил я.

– Не позволяй ему одурачить тебя, Эсара. У Эва один из лучших певческих голосов на корабле, – Фред присвистнул. – Каждый раз, когда ты поешь «Единственная звезда на Лексе», все плачут.

– Он преувеличивает, – тихо сказал на ухо Эсаре, вдыхая аромат корицы и ванили так незаметно, как только мог.

– Ребят, ну мы идем? – спросила Саша, неторопливо подходя к нам. – Караоке ждет!

– Док – восходящая звезда караоке, – невозмутимо произнесла она.

Саша подмигнула и весело ответила:

– Тебе не нужно напоминать, подруга. Всякий раз, когда док поет «Единственная звезда в.…»

– Святые, пожалуйста, остановитесь, – краснея, попросил я.

– Эсара, ты идешь? – умоляюще спросила Саша.

– Я испытываю сильное искушение послушать, как доктор Эвиан поет. Но я не могу, Итару зайдет после работы.

– Во сколько у него заканчивается рабочий день? – не сдавалась Саша.

– Через несколько часов, – ответила Эсара.

– У тебя достаточно времени, чтобы пойти с нами, – встрял Фред, обнимая Сашу за талию. – Давай, Эсара!

Я почувствовал, как напряглись плечи бионики, с ее стороны подул холодный порыв воздуха. Она явно собиралась сказать: «Нет», но мне бы хотелось, чтобы она сказала: «Да». Поэтому я пожертвовал своей гордостью, отбросил осторожность и сказал:

– Если ты пойдешь, я обещаю спеть любую песню, которую ты захочешь.

– «Детка, еще один раз», – в глазах Эсары мерцало безошибочное веселье. – Бритни Спирс.

– Старая земная поп-песня? – обреченно переспросил.

– Ага, – удовлетворенно ответила Эсара, подмигивая мне.

– Пойдем! Согласен! – хватая ее за руку, потащил в караоке. Саша и Фред последовали за нами.

Я поднялся на сцену, чувствую сильную неловкость, но Эсара пристально наблюдала за мной, даже иногда улыбалась. Когда я начал исполнять песню, покачивая бедрами, как и земная исполнительница на видеоролике, девушка засмеялась.

Под конец песни ее внимание переключилось на дверь и на высокого темноволосого красивого бионика, шагающего к ней, откидывая челку со лба, с чашкой кофе в каждой руке и отвратительно дерзкой ухмылкой на лице.

Спрыгнув со сцены, я подошел к Фреду и спросил, качнув головой в направлении бионика:

– Тот самый Итару?

Фред проследил за моим взглядом и ответил:

– Да, Итару. Почему ты спрашиваешь?

– Потому что он ее не заслуживает! – я не смогу сдержать рвущиеся наружу слова.

Тепло и сочувствие исходило от руки, которую Фред положил на мое плечо, сказав:

– Может, я и не такой эмпат, как ты, но у меня такое чувство, что она достаточно скоро это поймет.

Глава 9

Робот обладает искусственным интеллектом, а биоробот – естественным

Эсара

– Привет, детка! Я принес тебе особый напиток, – Итару поставил чашку на стол передо мной. – Я назвал это «Феремитобум».

– Спасибо, – но передумала в ту же секунду, как понюхала то, что, несомненно, было ядовитым. Я смотрела на Итару, честно мне не хотелось видеть его прямо сейчас.

– Привет, я доктор Эвиан.

Я удивилась, заметив протянутую руку эмпата. Но молча наблюдала за происходящим.

– Привет, док. Эсара сказала мне, что ходила на прием, но лично мне кажется странным, что бионик ходит к врачу, – Итару легонько пожал руку и сразу же отдернул, словно доктор Эвиан ударил электрическим разрядом. – Особенно к лексианцам.

, вы же понимаете, что я имею в виду? Но, эй, спасибо за предложение о смазке.

– Пойдем Итару, нам пора, – не выдержав глупых слов, я схватила его за руку и дернула.

– Спокойной ночи, Эсара, – сказала Саша, помахав рукой на прощанье.

– Эсара, подожди! – Итару указал на столик. – Крошка, ты забыла свой «Феремитобум».

– Этот? – спросил доктор Эвиан, плавно пересекая зал с кошмарным кофе в руке.

– Я бы предпочла оставить это на столе, – прошипела ему.

– Но почему? – пожав плечами, спросил доктор Эвиан, рассматривая коричневую жижу в стакане.

– Если не считать того факта, что оно пахнет, как резервуар дрона-уборщика, – ответила я, посматривая на готового возмутиться Итару.

– Крошка тебе не нравится мой «Феремитобум»?! Но я так старался! – воскликнул Итару.

В этот момент доктор Эвиан лихо улыбнулся, отчего с моим желудком начали происходить странности, словно кто-то щекотал меня.

– Знаете, доктор, вы не так очаровательны, как вам кажется, – выпалила я.

– Разве? Насколько же я тогда очарователен? От одного до десяти? – он улыбнулся ослепительной улыбкой, не обращая внимания на непонимающий взгляд Итару.

– Спасибо, док! – я приняла стаканчик с гадостью из рук доктора Эвиана, случайно задев кожу его пальцев.

– В любое время, Эсара, – сказал Эвиан, пристально смотря на меня. – Спокойной ночи.

Прикусив губу, я развернулась и потащила Итару к выходу, ни разу не оглянувшись, но уже на пороге прокричала:

– Шесть целых пять десятых, и это слишком великодушно с моей стороны.

Низкий смешок доктора Эвиана сопровождал меня, пока мы шли по коридору, и Итару навязчиво поглаживал меня по заднице, раздражая всё сильнее. Когда мы прошли внутрь его капсулы, обратила внимание на горящие свечи, легкий аромат вишни летал по комнате от приоткрытой баночки со смазкой.

Я закатила глаза и напряглась, когда Итару подошёл ко мне сзади и поцеловал в плечо, проводя руками по груди.

– В чем дело, детка? Ты такая напряженная. Тебе не понравился мой новый рецепт или свечи слишком ярки?

Нет, мне не понравилась та гадость в стаканчике. Уверена, никому, у кого были вкусовые рецепторы, никогда не понравится тот воняющий напиток.

– Итару, могу я задать тебе вопрос? – я повернулась в объятиях.

Он ухмыльнулся:

– Что-то похожее на «правду или вызов»? Ты меня уже заводишь, детка.

– Нет. У меня серьёзный вопрос, – я подавила разочарованное ворчание.

– Хорошо, спрашивай, – прижимая к себе сильнее и начиная тереться гениталиями о мою одежду.

Немного оттолкнув его, спросила:

– Ты когда-нибудь слышал голоса?

– Хм? – он не смотрел на меня, снова прижав к себе и играя с волосами.

– Голоса. Как будто кто-то разговаривает с тобой, но рядом никого нет.

– А что, так тоже бывает? У тебя неправильно установилось обновление? – непонимающе моргая, Итару вопросительно смотрел на меня.

Я разочарованно вздохнула и сказала:

– Забудь об этом.

– Ладно, а теперь иди ко мне, – Итару наконец-то выпустил меня из объятий и принялся снимать штаны.

Я же просто смотрела на быстрые движения Итару. Секунда, и его штаны полетели в угол. Затем он стащил через голову рубашку и бросил ее на стул.

– Что ты делаешь?

– Снимаю с себя одежду. А на что это похоже? Трудно заниматься сексом в одежде.

– А что, если я не хочу? – скрестила руки на груди, раздражаясь сильнее. Ведь он даже не спросил в настроении ли я для взаимных трений.

– Не хочешь снимать с тебя одежду? Можем и в одежде, надо только задрать твою юбочку и…

– Не хочу заниматься сексом, – повысила голос. – Итару, я не хочу интимной близости с тобой.

– Но, детка, почему бы и нет? – заныл он. – Я ждал весь день. У меня есть смазка. У меня даже есть свечи. Мы пара, Эсара. Мы должны заниматься сексом. Все мои друзья занимаются сексом. Что в этом такого особенного?

Я посмотрела на Итару. И поняла, что не люблю его и даже не уверена, что он мне нравится, как парень. Он просто был… рядом со мной. Сделав шаг к Итару, я потянулась к его руке и слегка похлопала по ней, сказав: «Я думаю, Итару, нам следует расстаться».

– Что? Почему?

Я отступила на шаг, когда заметила, что его подбородок дрожит, а глаза затуманились.

– Итару, ты плачешь?

– Да, я думал, ты любишь меня.

– А ты любишь меня? – спросила я.

– Конечно! Ты моя девушка.

– Какой мой любимый цвет?

– Хм?

– Моя любимая еда? Книга? Фильм? Какие у тебя? Если бы мы действительно любили друг друга, мы бы знали все эти вещи.

– Я знаю, что тебе нравятся песни Бренди Спирс! – воскликнул он.

– Мне жаль, Итару. Но… – я задавалась вопросом, как бы сказать, не задев его чувств. – Это не твоя вина, а моя.

Он шмыгнул носом, тяжело опускаясь на свою кровать, и сказал:

– Не приползай ко мне, когда поймёшь, какую огромную ошибку ты совершила. Потому что меня уже приглашали на свидание. Дважды. И ей понравился мой «Феремитобум»!

– Я надеюсь, что вы с Фезер будете счастливы, – произнесла я, открывая дверь капсулы.

– Подожди! – Итару сгреб бутылочки со смазкой с ночного столика и прижал их к груди, как щит. – Какой твой любимый цвет?

– Голубой, – ответила я, улыбнувшись и закрывая дверь перед носом Итару.

Сейчас я чувствовала себя совсем другой, изменившейся. Несмотря на то, что все мои системы работали нормально, чувствовала себя невесомой, теплой и освещенной, как пылинка космической пыли, парящая в луче солнечного света.

Доктор Эвиан спрашивал, были ли конкретная причина, по которой я, наконец, решила установить гормональное обновление. Я не знала ответа тогда, но сейчас мне пришло в голову, что это может быть как-то связано с тем необузданным, жизнерадостным ощущением, которое сейчас окружало меня. Возможно, я смогу найти свой путь.

Я застыла посреди коридора двенадцатой палубы, понятия не имея, как попала сюда, а не в свою комнату. Все мысли исчезли, и осталось всего лишь одно-единственное слово, которое эхом отдавалось в голове «Гаунда».

Глава 10

Биоробот может мечтать.

Эсара

– Я порвала с Итару.

– Почему? – глаза Саши расширились, напомнив мне маленькую резиновую куклу для детей.

– Потому что она, наконец, пришла в себя, – сказал Рекс, самодовольно улыбаясь. – Мне никогда не нравился этот тощий маленький говнюк.

– У тебя тоже нет ни единого шанса, брат! – воскликнул Моргот, хихикая.

– Прекратите это, вы двое, – строго произнес капитан. – У нас утренняя планерка, – и наклонившись ко мне спросил: – Так почему ты порвала с Итару?

Я пожала плечами ответила:

– В наших отношениях не было чувств…

– Искр? – переспросила Саша, переплетая руку с пальцами Фредди.

– Страсти? – предположил Рекс подмигивая.

– Пока я не разобралась с гормональным обновлением, мне лучше побыть одной. Отношения слишком трудные для понимания…

– И отнимают много времени, – заметил капитан.

– Или ты просто еще не нашла подходящего партнера, – пробормотал Рекс.

– Жаль, а мне нравился Итару, – вздохнув, сказала Тиг.

– В этом нет ничего удивительного, Тиг. Тебе все нравятся, – передразнил Моргот.

– Не все. Ты мне не нравишься! – воскликнула Тиг, тряхнув розовыми волосами.

– А мне и не надо, – разулыбался Моргот.

– Достаточно! На самом деле мне нужно поговорить кое о чем довольно серьезном, – капитан провел рукой по своим коротким каштановым волосам и продолжил, когда болтовня в комнате утихла: – Я уверен, что вы все слышали о потере биоников. Даже один из наших биоников пытался покинуть корабль без разрешения.

– Да ладно. Он всего-то вышел в открытый космос, – вставил Моргот

– И ничего не помнит, – добавил капитан.

– Чертовски хороший способ «покинуть корабль», – добавил Рекс.

– С ним все в порядке? – спросила я, почувствовав, как по комнате пронесся холод, ледяные пальцы обвились вокруг моей шеи.

– Да. Доктор Эвиан добрался до него вовремя.

– И он совсем не помнит, что произошло? – спросила Тиг.

– Нет, – ответил капитан, почесывая подбородок. – Док предположил, что бионик ходил во сне. Но, учитывая количество подобных инцидентов, происходящих на всех кораблях, можно предположить, что это начало организованного восстания биоников.

– Они реально думают, что бионики готовят восстание? – с сомнением в голосе спросил Фредди.

– Бионик, ходящий во сне? – переспросила, ощущая, как мои ладони вспотели, сердцебиение ускорилось. – И он совсем ничего не помнит? Может быть, он упоминал о галлюцинациях, голосах или чём-нибудь еще? – я знала, что не должна задавать этот вопрос.

– Галлюцинации и голоса? – переспросил капитан с подозрением посматривая на меня.

Мне следовало держать рот на замке. Что, если все подумали, что у меня что-то не так? Что, если они начнут сомневаться в моей лояльности к команде корабля?! А что, если кто-то взламывал биоников?!

– Может быть, ему показалось, что он услышал, как кто-то звал на помощь? Бионики не самоубийцы, это противоречит нашей основной программе, – добавила я, про себя подумав, как могла очутиться посреди пустого коридора.

– Скажи это примерно десяти бионикам, которые уже самовольно вышли в космос за последние несколько месяцев, – нехарактерная нежность в голосе Рекса заставила съежиться.

– Десять? – переспросил Фредди. – Так много?

– Вместе с десятками других, которые угнали шаттлы и спасательные капсулы и исчезли, – добавил капитан.

– Разве у шаттлов и капсул нет маячков? – спросила Тиг. – Наверняка, по крайней мере, один из них…

– Отключены. Взломаны. Их нельзя отследить. Они просто, – капитан издал звук «пф», – исчезают в космическом пространстве.

– Странная ситуация, – сказал Фредди.

– В результате этой значительной потери рабочей силы все бионики на борту обязаны отчитываться перед специально уполномоченным сотрудником из компании.

– Они ведь не собираются бросить Эсару в тюрьму? – воскликнула Саша.

– Мы ни за что не отправим ее на гауптвахту, – огрызнулся Рекс.

– Всем успокоиться! – призвал капитан. – Эсаре всего лишь зададут парочку вопросов в специально оборудованной комнате для системного анализа биоников.

– Меня будут допрашивать? – по моей коже поползли мурашки.

– Эсара, тебе не о чем беспокоиться. Ты же не планируешь украсть спасательную капсулу? Или?

– Капитан! – закричали Саша и Тиг в унисон, в то время как Рекс оскалил зубы.

– Не собираюсь, – заверила их и уже тише прошептала. – По крайней мере, пока что. – Когда моя очередь? Мне нечего скрывать.

– Ваша встреча назначена на завтра в девять утра они будут ждать в офисе номер 15 на верхней палубе.

Держа руки на коленях, чтобы никто не видел, как они дрожат, я ответила:

– Я буду там.

Глава 11

Сочувствие и понимание – это очень важно.

Эвиан

– Ой, Док! Ты там гаечным ключом вертишь?

Ослабив хватку, я сказал:

– Извини.

– Док, ты в порядке? Ты кажешься, – мистер Лагерта хмыкнул, когда я снова вернул его позвонок на место, – напряженным.

Да, я напряжен с тех пор, как увидел, что Эсара уходит из караоке с Итару.

– Я в порядке, мистер Лагерта. Вам нужно меньше крутить своим хвостом.

– Да, да. Я знаю, – сказал пациент, и подражая мне, – еще один соскользнувший диск, и я окажусь в кресле-качалке. Прекращай свои нудные лекции, док! Жизнь одна и надо ею наслаждаться.

– Все вы наслаждаетесь, а кто потом вправляет хвост на место? – пробурчал я, моя руки с антисептиком.

– Я буду скучать не только по потрясающим вечеринкам на лайнере, но и лично по вам, док, – искренний смех мистера Лагерты заполнил кабинет.

– Хочешь верь, хочешь нет, но я тоже буду скучать по тебе. Ты ведь завтра возвращаешься в Блурвос, верно? – спросил я, повернувшись лицом к мистеру Лагерту и вытирая руки салфеткой.

Выгибаясь назад, растягивая сустав позвоночника, он сказал:

– Ага.

Стук в дверь прервал нас.

– Извини, я на минутку, – сказал, направляясь к двери.

– Можно мне одеться? – спросил Лагерта из-за занавески.

– Нет, если только ты не планировал передвигаться без… – начал отвечать, открывая дверь.

Эсара стояла перед дверью, выглядя совершенно сногсшибательно в синем облегающем топе, с распущенными по плечам волосами.

– Эсара. Добрый день.

– Здравствуй, доктор Эвиан, – ее голос звучал так формально, словно мы только что познакомились. – Можно на прием?

– О, это бионическая малышка? – пробулькал Лагерта из-за занавески.

Эсара закатила глаза.

– Дай мне минут десять, Эсара и тогда я смогу принять тебя.

– Конечно, – сказала бионика, отступая на шаг и скрещивая руки на груди, пока дверь автоматически закрывалась.

– Она прекрасный экземпляр, – Лагерта выгляну из-за занавески. – Мои спина и хвост чувствуют себя прекрасно, док. Жаль, что я не могу забрать вас с собой домой.

– Удачи, мистер Лагерта, и счастливого пути.

– Спасибо, Док. И зови меня Квайал.

– Квайал? – переспросил я, подув что имя странное. – Сокращенное от?

– Квиалигуарк, но только моя мама называет меня так, – он подмигнул, проскользнув мимо. – Увидимся в следующем году.

– Я буду с нетерпением ждать этого, Квайал, – ответил, удивив самого себя, потому что говорил правду.

– Вот она! – прогремел Квайалл, когда я снова открыл дверь. – Будь с ним полегче, – прошептал, выползая из кабинета. – Док сегодня немного взвинчен.

Скорчив гримасу, Эсара сказала:

– Я не планировала действовать жестко.

Квайл усмехнулся и пополз прочь.

– Он странный, – пробормотала Эсара, пока мы оба смотрели ему вослед.

– Войдешь?

– Обещаю, что не отниму много времени. Я просто хотела сказать тебе, что я порвала с Итару.

– Хм, – ее признание почему-то сильно потрясло меня, но я добавил: – Мне жаль.

– Не стоит. Из этого ничего не вышло. Я не готова к отношениям, и хочу поблагодарить тебя за то, что ты помог мне это осознать.

– Я? – переспросил я, скрывая улыбку, потому что втайне рад, что она наконец-то порвала с этим неопытным дураком.

– Мне нужно больше узнать о себе, о том, кто я сейчас. Я изменилась, хотя мне и не хочется признавать. И да, хотела сказать, что мне не нужны больше твои консультации.

– Почему? – выпалил он, но тут же спохватился. – Я имею в виду, тебе все равно нужно…

– Я пришла к тебе, потому что у меня были вопросы о сексе. Сейчас я не участвую в мероприятиях, связанных с этим вопросом. Так что мне больше не нужны консультации.

Ее слова ранили глубже, чем я мог признаться даже самому себе.

– Понимаю, – ответил.

– Я знала, док, что ты поймешь.

– Эсара, ты выглядишь расстроенной.

– Я думала, что ты не можешь читать эмоции бионика.

– Мне не нужны эмпатические способности, чтобы почувствовать, когда кто-то о чем-то беспокоится, только внимание.

Что-то промелькнуло на ее лице, появилось в одну секунду и исчезло в следующую. Я подумал бы, что это мог быть страх.

– Я в порядке, – сказала она. – Просто не в восторге от того, что меня будут допрашивать.

– Ах. Все бионики подвергаются опросам, не стоит переживать, – попытался успокоить ее. – Если я тебе понадоблюсь, то не стесняйся, заходи.

– Спасибо, Эвиан, – сказала она, назвав меня по имени.

– С удовольствием, – ответил я, хотя были вещи, которые бы мне хотелось ей сказать, как то, что ее присутствие заставляло кожу покалывать, а сердце биться быстрее. Как я не могу перестать думать о ней день и ночь. Но Эсаре нужна поддержка, а не глупая влюбленность. Поэтому я держал рот на замке.

Для Эсары я был всего лишь врачом, в услугах которого она больше не нуждалась. Мне просто нужно забыть о красивой бионике. У биоников и лексианцев сложные отношения. В большинстве случаев мы ладим со всеми, у нас самая мирная планета, так как эмпатия не поддается слепой враждебности, необходимой для войны. Но Лекс далек от совершенства. Хотя моя планета не объявила практику вне закона, лексианцы, как правило, не покупают биоников. И это не из-за какой-либо веры в автономию биоников или моральной позиции в отношении прав ИИ, а потому, что большинство жителей Лекса терпеть не могут находиться рядом с биониками из-за того, что их нельзя прочитать. Для нас они как пустое космическое пространство, с черной дырой посередине. Эмпатия подобна петле обратной связи. Часть мозга, ответственная за способности, постоянно находится в состоянии боевой готовности, посылая телепатические волны, которые находят и отражают эмоции обратно, вроде эхолокации. Это то, как эмпаты воспринимают мир. С биоником волны уходят, но они никогда не возвращаются. Это все равно, что идти по длинному темному туннелю, конца которому не видно.

Поначалу так и происходило с Эсарой. Но потом все изменилось. Как будто мои способности поняли, что она невосприимчива и придумали обходной путь. Я изучал ее невербальные жесты, присматриваясь внимательней, потому что мне хотелось понять ее. Мне хотелось найти то, что в конце туннеля.