Текст книги "Сыграем в любовь (СИ)"
Автор книги: Карина Светлая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)
Глава 13
Первым порывом Арины было взять детей и уехать из дома. Куда угодно: в городскую квартиру, на Валдай или ещё куда подальше. Она места себе не находила, злясь от обиды на мужа и, главным образом, на свою наивную доверчивость к нему. Но разве был у неё повод сомневаться в Марке? Он уезжал и возвращался, был с ней приветлив, внимателен, с радостью возился с детьми, обеспечивал семью всем необходимым. Как можно было заподозрить хоть что-то? Да и не в правилах Арины было что-то подозревать.
Глядя в окно, как Марк вернулся на лужайку, поймал мчавшегося прямо на него Гришу, сказал ему что-то, отчего мальчик залился счастливым смехом, Арина поняла, что не может вырвать детей из привычной обстановки, как бы ни болело её сердце. Да и вообще… В квартире Жанка сойдёт с ума. Иван, конечно, давно зовёт её в гости. И она обязательно туда поедет. Только позже, а не свалившись на голову брату и его жене, занятой заботами о крохотной дочке. Нет, в любом случае, все судьбоносные решения стоило отложить на потом.
И Арина осталась. Осталась жить в доме с человеком, который вдруг стал для неё чужим. Она делила с ним кров, стол и постель, но в её душе всё леденело, едва она оказывалась с ним наедине. Арина разговаривала с Марком мирно, но без прежних эмоций, и ровно проживала с ним день за днём.
Задуматься о будущем её заставил свёкор. Илья позвал её одну, без мужа. Это насторожило Арину, но, не ожидая ничего дурного, она поехала. Илья радушно принял её, угостил чаем с песочным печеньем, а потом заговорил о делах. Речь была долгая и для Арины не слишком понятная. Арина хмурила лоб, силясь вникнуть в смысл умных слов, втайне ругая себя за то, что до этого не углублялась в детали семейного бизнеса.
– Ты наследница своего отца, Арина, – внушал ей Илья. – Со смерти Филиппа прошло два месяца, скоро ты вступишь в права наследства, и тебе стоит знать, что тебе предстоит. Филипп справедливо распорядился своим имуществом, не оставив в обиде никого из своих детей, но, Арина, ты знаешь, что всё, что касается нашего общего дела, достанется именно тебе. И знаешь, почему? – Арина вопросительно выгнула бровь. – Потому что ты замужем за моим сыном. И это позволит сохранить всё в нашей общей семье. Фил знал, что Марк обо всём позаботится, и ты не будешь ни в чём нуждаться. В общем, я просто хочу, чтобы ты была готова к тому, что скоро на тебя свалится огромное количество дел. Я не хочу тебя пугать, даже напротив: хочу, чтобы ты не паниковала. Тебе вовсе не обязательно вникать во всё это. Марк уже вполне опытен в вопросах бизнеса. Разумеется, он всё возьмёт на себя. Ваш брак – просто чудо с учётом всех обстоятельств. – Илья по-отечески обнял Арину за плечи. – Я так рад, что вы полюбили друг друга.
Если бы этот разговор состоялся хотя бы пару недель назад, до того, как Арина узнала об измене мужа, она бы даже не задумалась о словах Ильи. Она без тени сомнения написала бы доверенность на Марка, и выкинула мысль о наследстве из головы, уверенная, что муж гораздо лучше со всем справится. Интересно, для чего свёкор заговорил с ней об этом? Скорее всего, хотел заранее подготовить её к тому, что нечего и пытаться совать нос в мужские дела. Конечно, Илья ничего не знает о том, что вытворял его сын во время своих командировок, но именно теперь Арине стало особенно важно разобраться во всём, что оставил ей отец. В конце концов, если она не справится сама, она наймёт тех, кто ей поможет. Надо только с кем-то посоветоваться.
Нотариус Филиппа огласил завещание через неделю после его смерти. Оглушённая горем, Арина слушала в пол уха. Ей казалось безумно кощунственным думать о деньгах, когда она потеряла самого важного человека в своей жизни. Тем не менее, Илья был прав. Филипп мудро распорядился всем, чем владел. Жанне доставалась квартира в Москве, Кристине уже принадлежала “трёшка”, купленная отцом, куда она переехала вместе со своими родителями, Иван получал дом на Валдае, и все трое были надолго обеспечены ценными бумагами и вкладами в солидные банки. Жанна собиралась вложиться в салон красоты, Иван – в развитие туризма на Валдае, а Кристина пока никак не могла освоиться со свалившимся на неё богатством, но лелеяла надежду на прохождение стажировки за границей. А Арине доставался бизнес. Вернее, та часть, которая принадлежала Филиппу. Именно потому, что у неё был муж, который мог бы избавить девушку от забот. Если бы Филипп знал! Но видимое благополучие семейной жизни дочери ослепило его.
Поразмыслив хорошенько, Арина поехала к Кристине. А, точнее, к её молодому человеку, к Вадиму. Впрочем, пока его не было, сёстры прекрасно пообщались наедине. И тогда Кристина поведала, что Дим сделал ей предложение. Она рассказала об этом спокойно, с нежной улыбкой на лице, без счастливых визгов и бешеных плясок. Это было так в духе мягкой, женственной Кристины, что Арина не удивилась.
– А перед этим… – добавила Кристина, и в глазах её заплясали озорные чёртики.
– Что ты задумала, колись? – нетерпеливо потребовала Арина.
– Я ложусь в больницу.
Арина поначалу испугалась.
– Что случилось? Ты больна?
– Дурочка! Я буду делать пластическую операцию! Чтобы вот этого, – она откинула назад волосы, открывая безобразный шрам, – больше не было. Аринка, на свадьбе я хочу быть красивой! Хочу сделать высокую причёску, как все невесты. Хочу, чтобы на меня смотрели без страха и отвращения!
– Господи, Крис! Без страха и отвращения! Скажешь тоже! Да такого милейшего создания, как ты, ещё поискать надо.
– Тем не менее, – твёрдо произнесла Кристина, – я решила. И Дим меня поддержал. Сначала лицо. А потом… – Она вздохнула. – Потом, может, и ноги. Только там так много всего надо делать… Врач сказал, что одной операцией не обойтись, и не факт, что будет хороший результат.
– Ну и брось их, Крис. Подумаешь, ноги.
– Я актриса, – серьёзно напомнила Кристина. – Как я… с такими ногами…
Арина махнула рукой.
– Брось. Сейчас такие технологии! Ты так талантлива, что никто на твои ноги и не взглянет.
Кристина обняла сестру, молча благодаря её за поддержку. Арина чувствовала в своих руках тело Кристины и думала о том, насколько они ближе друг к другу, чем с Жанной. Жанка всегда была ей чужой, и Арина скучала по своей потерянной второй половинке. А сейчас они вновь стали единым целым.
В замочной скважине повернулся ключ. Вернулся Вадим. Он был рад видеть Арину. Она не часто приезжала к ним, не желая оставлять надолго детей дома.
– Привет, Аришка! – воскликнул он.
Арина встала ему навстречу и подставила щёки для дружеских поцелуев.
– Привет, Дим. Как ты?
– Супер. Мои автосервисы развиваются, от клиентов отбоя нет. А всё потому, что я подобрал отличную команду профессионалов.
– Я в тебе не сомневалась.
– Спасибо Тине. – Дим нежно прижал к себе девушку. – Если бы не она, так бы и существовал овощем в офисе. Так, девчонки, сейчас переоденусь, умоюсь, и приду. Звёздочка, есть у нас что поесть?
– Конечно, есть. – Кристина пошла к плите, тихонько ворча. – Можно подумать, когда-то не было.
Защёлкал автоподжиг, Кристина поставила на плиту сковородку с котлетами, сунула в микроволновку тарелку с картофельным пюре. Арина, молча, наблюдала за ней: «Какая у них будет милая семья. Звёздочка. Это ж надо так придумать. А она звёздочка и есть. Восходящая звёздочка».
– А ты-то есть не хочешь? – спохватилась Кристина. – А то я с тобой только языком чешу. Нет, чтобы накормить.
– С ума сошла? У меня дома кухарка готовит, а я ещё твоё подъедать приду.
На кухне показался Дим. Он выглядел удивительно уютным в домашних шортах и футболке с симпатичным медвежонком на груди. Кристина поставила перед ним еду, а для себя и Арины налила ещё по чашке чая.
– Дим, я не испорчу тебе аппетит, если буду говорить о делах? – поинтересовалась Арина.
– Смотря о каких, но, в принципе, нет, – жуя, отозвался Вадим.
– Скоро я вступлю в права наследства, – осторожно начала Арина, боясь ранить чувства сестры. – Дим, ты же знаешь, что долю в бизнесе папа оставил мне?
Вадим сосредоточенно кивнул, а Кристина искренне воскликнула:
– Но это же великолепно! И, без сомнения, справедливо! Потом Марк – сын партнёра папы. Логично, чтобы он управлял твоей частью бизнеса.
Арина нахмурилась.
– Я, собственно, об этом. Ребят… Я не хочу быть лохушкой, которую можно использовать вслепую.
Дим даже жевать перестал.
– В смысле? Ты подозреваешь, что Марк с папашей что-то мутят за твоей спиной?
Арина пожала плечами.
– Скажем так… Моё доверие к мужу несколько пошатнулось за последнее время.
Кристина охнула.
– Это касается наших с ним личных отношений, – продолжала Арина. – Но из-за этого я, кажется, начинаю сомневаться и в остальном.
– Что случилось, Ариш? – участливо спросил Дим.
Арина не знала, стоит ли раскрывать свои семейные тайны, но, наконец, решилась. Уж если начала, нужно говорить до конца.
– Он мне изменил.
– Это точно? – с надеждой спросила Кристина. – Может, Марка оклеветали?
– Крис. Я это видела своими глазами. На видео. А потом он и сам признался.
– Вот ведь урод, – сквозь зубы выругался Дим и в сердцах бросил вилку. – Как тебе вообще можно изменять?
– Дело не в этом, Дим. Я уже как-то переболела. Просто я теперь совсем другими глазами смотрю на Марка. Не знаю, что от него можно ждать… В общем, я твёрдо решила, что обязательно разберусь в делах, и мне нужна помощь. Помощь такого умелого человека, как ты, Дим.
И Вадим пообещал. Он ещё помнил свои чувства к Арине, таким чудесным образом преобразившиеся в любовь к её сестре.
– Что смогу, я обязательно сделаю. В крайнем случае, найду хорошего специалиста по аудиту. Мимо тебя и муха не пролетит.
Арина вернулась домой окрылённая, уверенная, что ей есть, на кого положиться. Теперь она ожидала без страха того момента, когда вступит в права наследства. Планы сложились во вполне определённую картину.
Однако, несмотря на то, что, как казалось Арине, она свыклась со своим новым отношением к мужу, мысли о Марке её не отпускали. Его измена пролегла тёмной полосой между ними, Арина никак не могла заставить себя её переступить. Она уговаривала себя, что смерть отца была настоящей трагедией, а то, что происходит сейчас – ерунда. Она и её дети живут в стабильности и достатке, она может заниматься любимыми делами и ни о чём не думать. Но всё равно Арина ощущала, что рассуждает, скорее как пятидесятилетняя женщина, у которой многое позади, нежели как жаждущая жизни молодая девушка, и ей это однозначно не нравилось.
В середине июля Дашка вдруг решила устроить вечеринку у Дэна на даче. В общем-то, это была дача его родителей, но они туда наведывались крайне редко, чем и пользовались юные супруги. Это был, конечно, не такой особняк, как у Ильи Вернера на Валдае, но вполне вместительный двухэтажный кирпичный дом с большим участком, половину из которого занимали сосны, а вторую половину сад с беседкой. Арина с сомнением отнеслась к идее оставить детей на Лидию и поехать в гости. Всё-таки она ни разу не оставляла мальчиков на ночь. Но и Марк, и Лидия, в два голоса убеждали её, что всё будет в порядке, и ей не о чем беспокоиться. Арина и сама подозревала, что за неё говорят фантомные страхи, живущие в глубине души с детства, когда отец уехал из дома ночью, и случился пожар. В конце концов, она согласилась. Ей, пожалуй, действительно, нужно было развеяться, потанцевать, посмеяться. В самом деле, она уже так давно не смеялась! Арине стало даже не по себе, когда она осознала это. Со смерти папы прошло больше двух месяцев, а у неё реально с тех пор не было повода для смеха. Нет, надо однозначно ехать.
Она поцеловала детей, обняла Витюшку, погрозила пальчиком хулигану-Грише, и, настроив себя на легкомысленный отдых, уехала.
То, что Даша называла небольшой вечеринкой, оказалось многолюдной тусовкой. Одной из тех, куда гости приводят своих друзей, а те – своих, и в результате половина народа впервые друг друга видит. В доме гремела музыка, по садовым деревьям были развешаны разноцветные гирлянды, видимо, оставшиеся с Нового года, всюду ходили люди с бокалами в руках, то и дело слышались взрывы хохота, девичьи повизгивания, и звон посуды.
– Ничего себе! – с восторгом воскликнула Арина, оглядываясь по сторонам. – Интересно, соседи как себя чувствуют?
– Тебе не всё равно? – отозвался Марк и приподнял наклонившуюся ветку вишни. – По-моему, классно.
Из дома выбежала, вернее, практически вывалилась подвыпившая Дашка.
– О! Вернеры! Здорово! Молодцы, что приехали! Идите, кидайте сумки, и давайте к нам!
– Ты чего тут устроила?! – перекрикивая музыку, спросила Арина. – Что за вертеп?
Даша, двигаясь в такт, увлекла за собой подругу и её мужа в дом.
– Клёвая туса, да?! Смотрите, там напитки, в углу закуски. Берите, не стесняйтесь. Знакомьтесь сами, – она засмеялась. – По-моему, я сама не всех знаю!
Арину быстро поглотила атмосфера праздника. Она выпила немного вина и, обнаружив среди гостей Кристину с Димом, танцевала вместе с ними, наконец, ощутив беззаботную лёгкость. Марк куда-то исчез, но Арину это ничуть не беспокоило. Народу было так много, что постепенно она потеряла и сестру, но всеобщее веселье закружило её в своём вихре, не давая опомниться. Её постоянно кто-то тащил танцевать, предлагал выпить, незнакомые люди называли ей свои имена, но она их не запоминала, радуясь, что можно освободить уставшую от забот и мыслей голову. Но то ли она после долгого перерыва слишком резко нырнула в водоворот молодёжной тусовки, то ли так и не смогла отрешиться до конца, только через некоторое время её запал прошёл так же резко, как и появился. Арина протиснулась в угол с напитками, взяла ещё бокал. Может, она просто протрезвела? Арина прислушалась к себе, осмотрелась вокруг. Беснующаяся молодёжь вдруг показалась ей совершенно чужой. Арина поняла, что ей душно, и вышла на улицу. Там было ненамного тише, но свежий ночной воздух немного привёл её в чувство. В поисках уединения она пошла за дом, где в кромешной тьме высились гиганты-сосны. На этой стороне дома все окна были тёмные, и Арина оказалась во мраке ночи. Она подняла голову и между кронами деревьев ей мигнули яркие звёзды на бархатном чёрном небе. Арина запрокинула голову и глубоко вздохнула.
Когда чьи-то руки обвили сзади её талию, она вздрогнула и ахнула от неожиданности.
– Марк? – осторожно спросила она.
Ответом ей был горячий поцелуй в шею, от которого по всему её телу пробежали мурашки. Даже в лучшие времена Марк не вызывал в ней таких ощущений. Арина затрепетала. Разум вопил, что она должна оттолкнуть этого незнакомца, прервать эти наглые поползновения, но душа против воли устремилась навстречу этим рукам, этим губам, этому шепчущему, словно шелест листьев, голосу.
– Я не знаю, кто такой Марк. Но я не он. И, мне кажется, я создан для тебя. Как и ты для меня.
Самое ужасное, что Арина была уверена, что так и есть. Мужчина, лица которого она не видела, завладел каждой клеточкой её тела и каждой частичкой её разума. Арина дрожала, боясь издать малейший звук, хотя с губ её были вот-вот готовы сорваться громкие стоны. То, как он перекатывал пальцами камешки её затвердевших сосков, как легко касался языком нежной кожи на шее, как быстро освободил от трусиков её бёдра под летней просторной юбкой – всё говорило об искушённости и умении. Но ей было всё равно. Арину снова наполняло желание и наслаждение, и оно было во сто крат сильнее, чем с мужем. Душа её ликовала, пока тело покорялось отчаянному напору незнакомца. Арина не чувствовала, что шершавая стена дома корябает её щёку, что ногу обжигает крапива, а над ухом противно жужжит занудный комар. Она целиком была поглощена тем, что происходило сейчас внутри неё: бурей, ураганом, цунами! Реальность вокруг перестала существовать. Только звёзды над головой и огонь, зарождающийся там, где пульсировала чужая плоть, и поднимающийся к самой макушке, вот-вот готовый вырваться и испепелить их обоих. Поняв, что не сможет сдержать счастливого крика, Арина зажала себе рот ладонью, и откинулась на грудь незнакомца, который с готовностью подхватил её, нежно сжимая полушария её грудей. Арина тяжело дышала, постепенно осознавая, что только что натворила. Она боялась обернуться и увидеть лицо мужчины, которому только что отдалась под покровом ночи. И в то же время отчаянно этого желала, потому что запомнила его слова: «Я создан для тебя. Как и ты для меня».
– Как тебя зовут? – прошептала Арина.
– Гром, – со странным смешком отозвался незнакомец. – А тебя?
– А… – начала было Арина, но осеклась.
Не поворачиваясь, она наклонилась, натянула трусики, а потом произнесла:
– Молния. Спасибо, Гром.
Рискуя споткнуться о корни, Арина поспешила к дому, оставив незнакомца со странным именем Гром переваривать произошедшее среди вековых сосен. Ошарашенная тем, что сделала, опустошённая после оглушительного водопада эмоций, испуганная от ощущения, что все о ней знают, Арина вбежала внутрь и почти сразу же натолкнулась на Дашку. Та лишь мельком глянула на Арину и тут же потащила её наверх, в одну из комнат.
– Ты где была? Посмотри, на кого ты похожа?! – воскликнула Даша и поставила Арину перед зеркалом, которое безжалостно отразило её в полный рост.
Та не могла вымолвить ни слова, только смотрела на растрёпанную причёску, сдвинутую набок юбку, красное пятно на щеке и налипшие на ноги сосновые иголки.
– Ты считаешь, это нормально? – допытывалась неугомонная Дашка.
– Я только что занималась сексом, – не лукавя, сообщила Арина, и глаза её вспыхнули таким восторгом, что Даша только охнула.
– Судя по всему, это было неплохо.
Арина нервно засмеялась и попыталась поправить волосы.
– Кто это хоть был-то?
– Я не знаю.
Арина сама ужаснулась, когда произнесла это вслух. Она обернулась на Дашу.
– Жуть, да?
– Даже успокаивать тебя не буду. Это, действительно, жуть, – констатировала подруга. – Но… прикольно. Не думала, что ты так можешь.
– Я сама не думала. Я захотела побыть одна, пошла за дом. Он подошёл сзади, и…
– Что, прям сразу?
– Ну… как бы… да…
Арина уселась на кровать рядом с Дашей, а потом откинулась на спину, глядя широко открытыми глазами в потолок. Следом за ней плюхнулась и Дашка.
– И это было потрясающе… – мечтательно произнесла Арина. – Может, это из-за того, что у нас с Марком сейчас… ну… не очень… А, может, я напилась… Или… Или я не знаю что… Но только я такого не испытывала никогда. Хотя с чем сравнивать-то? Марк-то у меня был первый.
– А чего ты не спросила, как его зовут?
– Я спросила.
– И как?
– Гром.
Даша резко села на кровати.
– Ты офигела?
Арина не пошевелилась.
– Почему это?
– Это Макс Гром! Ты не можешь его не знать!
– Макс Гром? – переспросила Арина и тоже поднялась. – Подожди, это певец? Группа… эта… как её…
– Марципан, – ответили девушки хором.
Они посмотрели друг другу в глаза, на минуту замерев, обе поражённые потрясающим открытием, а потом вдруг громко расхохоталась, точно две нашкодившие школьницы.
Глава 14
Впервые Макс гулял по Вологде выспавшийся и неуставший. Сдержанное северное лето настраивало на лирический лад, в голове исподволь складывались стихотворные строки, уезжать не хотелось. Макс прошёлся по улицам, осмотрел город с высоты колокольни, взглянул на домики с резными палисадами из старой песни, и теперь стоял на высоком берегу узкой речушки, думая о странностях жизни. Его никак не покидал рассказ Олега Думинского, к которому он всё-таки поехал, чтобы узнать правду о фотографии таинственной блондинки. Что его вдруг сподвигло, наконец, сделать это, Макс не знал, но подозревал, что умопомрачительный, разрывающий все стереотипы, безумный по своей спонтанности секс с незнакомкой на вечеринке у… Макс даже не помнил, у кого. Его позвал туда кто-то знакомый. Макс поехал только потому, что там ничто не предвещало набившего оскомину пафоса и гламура. Обычная отвязная молодёжная тусовка на чьей-то родительской даче. Как в студенческие времена. Это было интересно. Огромный участок и эти сосны за домом. Его так и манило окунуться в кромешную тьму между их стволов. Точно что-то толкало навстречу ей. Темно, хоть глаз выколи, только звёзды меж сосновых ветвей на ясном небе. Впечатлает, аж мурашки по коже. И тут появилась она. Макс не видел её лица, только гибкую фигуру и облако мягких волос. Её белая юбка светилась в темноте, выдавая очертания стройных, таких соблазнительных ног. Уж Макса было не удивить женскими прелестями, но почему-то именно сейчас у него всё замерло внутри, как у подростка, впервые увидевшего обнажённую девушку. Незнакомка встала и запрокинула голову. Макс нервно сглотнул. Он ясно представил, что именно так она откидывается назад на пике сексуального наслаждения. Девушка повернулась к нему спиной, и Макс решился. Он убеждал себя, что, если она скажет «нет», он сразу исчезнет, но незнакомка была словно соткана из желания. Податливая, мягкая, точно воск, она отдалась ему без тени жеманства, поддавшись своему женскому естеству, данному ей природой. А потом она ушла. Оставив после себя лишь шорох белой юбки и шлейф терпких духов. Молния. Так сказала она, шутливо отозвавшись на его сценический псевдоним. Видимо, она думала, что он не заметит, но Макс чётко услышал, что сначала она произнесла первую букву своего настоящего имени. А…
Макс задумчиво смотрел на течение реки, провожал взглядом малюсенький прогулочный кораблик, слушал, как звонят колокола в храме на противоположном берегу. «Кто же ты, Молния? Аня? Алла? Алина? Как твоё имя?». Впрочем, он точно знал, что она и есть Молния. Молния, поразившая его в самое сердце, которое до сей поры было занято лишь образом с фотографии. Макс понимал, что это чушь, бред, абсурд! Случайный секс на вечеринке! Первый раз что ли? Только подобных ощущений он не испытывал ни разу. Грёбаный поэт. Реальная, земная девчонка – не вариант. Непременно нужна интрига, тайна, и, желательно, непреодолимая преграда. Острых ощущений ему что ль в любви не хватает? Почему его вечно несёт не пойми куда? Нужно, чтобы кто-то огрел его по голове рационализмом и здравым рассудком.
Макс нашёл знакомый номер.
– Егич? Слушай, я приеду к тебе с утра. Нет, давай ты не будешь сегодня нажираться, а дождёшься меня. Есть разговор. В Вологде. Да, опять. Давай при встрече. Всё, покеда.
Егор оказался молодцом. Встретил друга в полдень умытый, гладко выбритый, с ясными, трезвыми глазами. Максу не терпелось рассказать, что ему удалось узнать от Олега Думинского. История потрясала романтичностью и драматизмом. Егор слушал раскрыв рот. Подумать только! Отец Олега – просто злой гений какой-то. Настолько влюбиться в женщину, чтобы похитить её у мужа и сжечь её дом, чтобы пленнице некуда было возвращаться. Удивительно, что никто не погиб. Трупов на пожарище не обнаружили. Только бедная женщина так об этом и не узнала, наутро покончив с собой. Макс не поленился, поехал на место, где стоял дом. Участок до сих пор пустовал. На груде обгорелых брёвен росли тонкие берёзки, а высокая трава напрочь скрывала все свидетельства того, что когда-то здесь жила большая, дружная семья. Максу стало жутко. Такая страшная судьба оказалась у его красавицы с фото. Казалось, он всё узнал, только почему на душе его не спокойно, словно история до сих пор не закончилась? Олег рассказывал обо всём невозмутимо, даже находя забавной роковую страсть его отца.
– Я мелкий был, когда папашу убили. У него с моей маман была мимолётная связь, не более. А точнее, просто перепихнулись по пьяни. А когда он почуял, что запахло жареным, решил, что нужно всё кому-то оставить. – Олег громко заржал. – Прикинь, как мне повезло? На халяву такое бабло! – Разомлев от кубинского рома, он доверительно прошептал, – А, знаешь, сколько народа ему должны были? Почти все! Крутой был батька мой. Хотел бы я так же.
Последнее признание Макс пропустил мимо ушей. Судьба женщины с фотографии была ему интересна гораздо больше. Потрясённый, он постарался поскорее распрощаться с Думинским. Теперь стены этого дома давили на него, словно впитали злобу и жестокость его прежнего владельца.
Егор выслушал друга с вниманием. Задумчиво закурил, выпуская в потолок сизые колечки дыма.
– Об этом бы книгу написать.
– Жутковато, да?
– Триллер… А её семья точно уцелела?
Макс пожал плечами.
– Вроде, говорят… Найти бы их.
– Зачем? Ты хотел выяснить, что это за баба? Выяснил. Успокойся теперь.
Максим вытянул ноги и потянулся в кресле.
– Надо бы, конечно.
– Лучше Молнию свою найди. Пользы будет больше, – усмехнулся Егор.
– Это точно, – Макс сладко улыбнулся, вспоминая изгибы тела таинственной незнакомки. – Душу бы продал, чтобы побыть с ней хотя бы ещё раз.
– Она так хороша?
– Если честно, я вообще не понимаю, в чём прикол. Вроде бы обычный секс. Разница только в том, что я не видел её лица. Но такое чувство, словно именно эту женщину я ждал всю жизнь. Разве так бывает?
– Напиши песню, – усмехнувшись, посоветовал Егор.
– А и напишу. – задорно отозвался Максим. – Ночная молния. Так и назову.
Через несколько часов слова сами сложились в стихотворные строки.
Молния в ночи,
Только не молчи,
В голове звучит
Скерцо.
Вспыхни хоть на миг,
Страсти странной блик,
Ты в моё проник
Сердце.
***
Арина оставила мужа в полном недоумении, внезапно собрав детей и сорвавшись с ними на Валдай. Ей было наплевать, что подумает Марк. Она отчаянно нуждалась в единении с природой, чтобы прислушаться к себе, осознать, что происходит в её душе. Марк с сомнением взглянул на жену, но всё же попросил у отца ключ от большого дома. Арина не хотела стеснять брата, да и Лидия согласилась поехать с ней, чтобы помочь с детьми в дороге. Арина вела машину напряжённо, постоянно уговаривая себя быть внимательней. Они ненадолго остановились в Твери, погуляли с мальчиками на детской площадке, накормили их и перекусили сами, а потом продолжили свой путь. Лидия подрёмывала рядом со спящими мальчишками, а Арина время от времени поглядывала на них в зеркало заднего вида и улыбалась. Чем дальше она уезжала от Москвы, тем спокойней становилось у неё на сердце. Скоро она увидит брата, его жену и малышку, погладит мохнатую Феню, сходит на озеро и вдохнёт ароматы леса. Надо было ехать раньше. Чего она так долго сидела дома? Впрочем, тогда она не узнала бы Грома и не испытала бы ошеломляющего, потрясающего восторга, который до сих пор никак не отпускал её, и от которого она и бежала в девственные леса Новгородчины.
Приехали они к вечеру. Здесь темнело позднее, чем в Москве, и, когда Арина заглушила мотор, сумерки только-только начали окутывать всё вокруг. Последнее время непоседливый Гриша капризничал и елозил в своём кресле, и у Лидии никак не получалось занять его надолго. Поэтому, едва его освободили от ремней, он сполз на порог машины, вымазал свои светлые штанишки и, оказавшись на земле, принялся прыгать по траве, как маленький козлёнок. Арина осторожно вынула Витюшу. Он зевал от насыщенного кислородом воздуха и, хлопая глазёнками, удивлённо осматривался вокруг. Арина набрала номер брата.
– Ванюш! Мы приехали! – радостно сообщила она.
Иван прибежал быстро. Он порывисто обнял сестру, расцеловал обоих племянников и прыгнул в машину, чтобы с пульта открыть ворота и заехать внутрь. Арина чувствовала себя среди родных. Оказалось, она почти забыла, каково это. Надо же. А ведь она всегда думала, что её любовь к мужу способна затмить всё на свете. Как же здорово, что она приехала! Эти места вылечат её разбитое сердце и обязательно вправят съехавшие набекрень мозги.
Две недели Арина пребывала в полном блаженстве. В дом вернулась Галина для уборки и готовки, и Лидия, более не обременённая ничем, целиком и полностью предалась заботам о детях, дав Арине полную свободу. Впрочем, Арина с радостью возилась с мальчиками, брала их на озеро, рассказывала про цветы и деревья. Дядя Иван показал им козочек, коровку и курочек, которых до этого они видели только на картинках. А добрая Феня тут же признала ребят за своих щенков, облизывала их и скулила, если не находила мальчиков рядом.
Арина снова начала дышать полной грудью, наслаждаясь свободой. Она не должна была притворяться, что всё в порядке, что ничего не случилось, что муж ей не изменил, а она не встретила Грома. Можно было просто жить и думать о чём заблагорассудится, грустить, смеяться, вздыхать или плакать. Никто не лез ей в душу, не пытался разгадать её мысли, да и ей не приходилось ничего скрывать.
О Громе она думала больше всего. Иногда она пересматривала в интернете его клипы, вспоминая, как его дыхание обжигало её шею, как он шептал что-то в порыве страсти, как касался её кожи, словно перебирая струны невидимой гитары. Свидетелями их любви были только звёзды на чёрном бархате неба, да вековые сосны, о чём-то шумящие в вышине. Теперь в душе Арины поселилась маленькая тайна, которая согревала изнутри, давала повод мечтать и желание жить дальше.
Арина была разумной девушкой, и не ждала продолжения их отношений. Хорошенько подумав, она поняла, что не будет искать встреч с Громом, для которого, скорей всего, она была одной из многих. Пусть это останется только приятным воспоминанием, маленьким приключением, о котором она с удовольствием станет вспоминать в старости, а ещё маленькой тайной местью изменнику-мужу. Арина была убеждена, что очень скоро острота впечатлений сотрётся, и только лёгкий привкус порока будет снова и снова вызывать на её устах немного грустную улыбку. Арина успокоилась, лишь перед сном позволяя себе помечтать о сладких объятиях Макса Грома.
Когда на пороге её дома появилась рыдающая Дашка, Арина насмерть перепугалась, что в её отсутствие в Москве произошло что-то страшное. Даша бросилась к подруге и уткнулась в её плечо, содрогаясь от рыданий.
– Господи, пошли уже в дом, – запричитала Арина, сообразив, наконец, что, случись что, ей бы позвонили. – Как ты вообще добралась?
– На поезде до Новгорода, – вся дрожа, всхлипнула Даша. – Потом на такси.
– Больная на всю голову, – по-доброму покрутила у виска Арина. – Галь! Приготовьте чаю с мятой, пожалуйста. Пошли, лягушка-путешественница, я тебе комнату покажу.
Вскоре Даша пришла в себя. Она приняла душ, переоделась в лёгкую тунику и чувствовала себя совсем другим человеком. С наслаждением прихлёбывая чай, она сидела в гостиной, поджав под себя босые ноги, и с благодарностью смотрела на Арину, которая с терпеливой улыбкой ожидала, когда подруга ей поведает о причинах своего странного поступка. Наконец, Даша поставила чашку на журнальный столик.
– Ариш, наверное, я дура, что приехала к тебе. Но, ты ж знаешь, мне больше не к кому.
