Текст книги "Прекрасный принц (ЛП)"

Автор книги: К. Уэбстер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 16
Эш

«Господи».

Кэролайн Константин. Золотоволосая и более старшая копия сидевшего рядом со мной мужчины. Его мать, черт возьми. Я миллион раз прокручивала в голове разные сценарии нашей встречи, но во всех них мне удавалось производить приятное первое впечатление. Однако эту ситуацию я никак не предвидела. Я еще не отошла от нашей с Уинстоном шалости, а его мать была очень умна. Я могла держать пари, что она ничего не упустит.

Я вдруг почувствовала себя грязной. Скорее не девушкой Уинстона, а проституткой. Я же позволила ему сделать мне куни в обмен на оплату колледжа. По правде прямо сейчас мне хотелось сбежать в свою квартиру шлюхи и больше никогда из нее не выходить.

Уинстон прочистил горло, и я поняла, что он был встревожен вторжением не меньше меня. Если и он испугался, значит я была в полном дерьме. Обычно ничто не выводило его из равновесия.

Кэролайн скользнула по мне ледяным взглядом, медленно каталогизируя каждую деталь, начиная с раскрасневшихся щек, телефона в руке и заканчивая тем, как я неловко переминалась с ноги на ногу. В кабинете отчетливо пахло сексом, и это приводило меня в ужас.

– Мама, – произнес Уинстон, обретая голос, – это моя помощница, Эш Эллиот.

Верно. Помощница.

Не его девушка.

Болезненный укол реальности.

– Я знаю, кто она, – Кэролайн пренебрежительно махнула на меня рукой. – Мне нужно поговорить со своим сыном, – она одарила меня чертовски фальшивой улыбкой. – Наедине.

Я бросила взгляд на Уинстона, но он не смотрел в мою сторону. Уин вообще выглядел теперь на редкость отстраненным и жестким. «Вот тебе и спасение от злой королевы». Я с трудом стояла ровно под ее ненавидящим взглядом.

– Я… эм… просто проверю, не нужно ли что-нибудь Перри, – заикаясь, произнесла я и направилась к двери.

– Уверена, Перри и сам отлично справляется, – предупреждение в ее голосе заставило меня вздрогнуть. – Думаю, тебе следует… – она снова махнула на меня своей ухоженной рукой, – освежиться в дамской комнате.

Щеки теперь буквально пылали. Я смогла лишь кивнуть, а потом просто сбежала из кабинета Уинстона. Дебора усмехнулась, когда я пронеслась мимо нее. Она явно насладилась моим смущением. По совету Кэролайн я действительно зашла в туалет освежиться – и надеть чертовы трусики. Чтобы больше никто не смотрел на меня свысока.

Взгляд Кэролайн однако все еще меня преследовал. Она будто говорила, что кто-то вроде меня никогда не будет достаточно хорош для ее сына. Иногда мне становилось тоскливо, что наши с Уинстоном пути не пересеклись через четыре года. Тогда я бы уже закончила колледж. И была бы самодостаточной. Тогда деньги не стали бы нашим связующим звеном. Он бы увидел во мне лишь успешную женщину с похожими вкусами в постели.

Впрочем, я бы вообще никогда с ним не встретилась, если бы все не сложилось так, как произошло.

Вздохнув, я направилась к кабинету Перри, быстро миновав пристанище Нейта. Не хотелось нарываться на еще одну беседу в стиле той, что состоялась у нас в начале недели. Стоило мне зайти к Перри, как он оторвался от клавиатуры компьютера и улыбнулся.

– Привет, сестренка, – протянул он, озорно поблескивая глазами.

Я покачала головой.

– Только не называй меня так при Уинстоне. Или Нейте. Он итак думает, что я пытаюсь заарканить Уинстона под венец.

Среди прочего. К тому же он уверен, что я трахалась с кем-то еще за спиной Уина.

Если бы только это было самой большой моей проблемой. Однако мои мысли еще занимала Бэлтридж Плаза. И то, что я буду делать с Лео. Он уже несколько дней не пытался со мной связаться – с того самого момента, как я скормила ему ложную информацию. И я должна была бы чувствовать облегчение, но почему-то испытывала беспокойство. Ведь совсем скоро он опять потребует от меня поделиться какими-нибудь данными. До сих пор мне просто везло, поскольку удавалось расправиться с ним без последствий, но не известно, как долго это будет продолжаться.

– Нейт тебя достает? – Перри стал предельно серьезным.

– Просто защищает друга, – я шумно выдохнула. – У нас проблемы посерьезнее.

Поважнее Лео, Нейта, тройняшек и всего прочего в мире.

– М?

– Твоя мама… – я замолкла и поморщилась. – Скажем так: у нас с ней состоялась первая встреча, и прошла она отнюдь не гладко.

– Она здесь? – он выпрямился, сдвинув брови. – Зачем?

– Не уверена, но она прогнала меня из кабинета Уинстона.

Перри вздохнул и ущипнул себя за переносицу.

– Все будет в порядке. Она просто… чересчур заботлива временами. И к слову о чрезмерной заботе. Тройняшки к тебе больше не совались? Просто ты всю неделю какая-то раздраженная.

В душе разлилось тепло от того, как Перри, похоже, волновался обо мне и заботился о благополучии. Когда Уинстон намеренно включал безразличие, Перри, наоборот, открыто проявлял участие. Я была рада, что мы стали друзьями. Тройняшки распугали всех моих знакомых, а потому было очень приятно заиметь хоть одного человека, с кем можно было просто поговорить. И кто при этом не захочет меня раздеть.

– Нет, – я пожала плечами. – Но это еще страшнее. Если они ведут себя тихо, значит что-то замышляют.

«В точности, как и Лео». Только это я уже не стала озвучивать.

– Хмм, – только и произнес Перри, коварно улыбнувшись. Это напомнило мне его старшего брата.

– Знаешь, когда Уин так улыбается, значит замышляет что-то нехорошее.

– Я Константин, Эш. Мы не можем замышлять ничего хорошего.

*****

После того, как мы с Перри доработали до пяти, я вышла из его кабинета и отправилась на поиски Уинстона. Дверь его кабинета все еще была закрыта. Мне хотелось узнать, что же сказала ему мать, потому я подошла и постучала.

Дебора отложила трубку, заканчивая какой-то разговор, и прочистила горло.

– Мистер Константин уже уехал и сегодня не вернется, мисс.

«Мисс».

Словно я какая-то случайная посетительница.

Дебора прекрасно знала, что я далеко не обычный визитер к Уинстону, и все равно, похоже, получала удовольствие, обращаясь со мной так, будто я для него ничто.

– Он пошел на ужин со своей матерью, – Дебора фальшиво улыбнулась. – Хотите оставить ему сообщение?

Я стиснула зубы и покачала головой.

– Нет. Мы все равно встретимся дома.

Я солгала, но испытала истинное наслаждение, когда она поморщилась. Правда была в том, что я понятия не имела, планировал ли Уинстон встретиться со мной позже. Он никогда прежде не заканчивал со мной встреч таким образом, не давая дальнейших инструкций. Я почувствовала себя в некотором роде брошенной, но не показала вида.

«Он ведь снял тебе квартиру».

Кровь буквально вскипела от этой мысли. Словно мне вкололи еще одну инъекцию реальности. Неужели я действительно навоображала себе о наших отношениях, приняв их за то, чем они не являлись?

Нет.

Просто Уинстон вел себя, как упрямый идиот.

– Безусловно, – выдавила она, – а теперь если вы меня извините, мне нужно вернуться к работе.

Я пошла собирать свои вещи и уже хотела уходить, когда мне пришло сообщение от Уинстона.

Уин: Жди меня вечером дома.

Я: А вдруг я занята?

Уин: Не набивай себе цену. Обещаю осыпать тебя вниманием, но приеду поздно.

Уинстон мог говорить довольно грубо, но я все равно расплылась в улыбке, как влюбленная идиотка.

Я: По шкале от одного до десяти насколько твоя мать меня ненавидит?

Уин: Эш, ее умозаключения не имеют никакого значения.

Он был предельно серьезен, и это показалось мне милым. Я решила вернуть в нашу переписку немного легкомыслия, потому послала ему несколько смайликов в сердечками, на что в ответ получила пару эмодзи со средним пальцем.

Да, у нас все было в порядке.

Что бы Кэролайн ему не сказала, это не повлияло на его отношение ко мне. И к нашей связи. Я почувствовала облегчение, что наша игра, хоть и основанная на больших деньгах, еще не закончена. Игра, в которую я изрядно вложилась. Хотелось, чтобы в нее выиграли мы оба.

*****

– Когда же наш папочка вернется домой? – спросила я Креветку, проведя пальцем по его розовой макушке. – Нам тут скучно, да?

Креветка заворковал и взмахнул крыльями. Самая милая птичка на свете. Посмотрев время на телефоне, я тяжело вздохнула. Прошло уже несколько часов, а Уинстон так и не появлялся.

Кто-то постучал в дверь, отчего Креветка вздрогнул, а потом полетел к вычурной люстре, щебеча на меня так, словно я нарочно его напугала. Посмеиваясь, я поднялась и пошла к двери. А когда заглянула в глазок, увидела, что Нейт уже доставал ключи, чтобы отпереть замок. Нацепив на лицо стервозную улыбку, я распахнула дверь.

– Его нет. Извини.

– Могу подождать, – он закатил глаза и прошел в квартиру.

Я шумно вздохнула, даже не потрудившись казаться вежливой, заперла дверь и проследовала за Нейтом. Как и в прошлый раз, он чувствовал себя как дома и тут же пошел налить себе выпить. Однако вместо того, чтобы оставить Нейта в покое, я остановилась напротив, скрестила руки на груди и свирепо уставилась на него.

– Если хотел запугать меня, это не сработает, – выплюнула я.

Креветка взмахнул крыльями, но в остальном никак не отреагировал. Только вот я знала, что он так выказывал беспокойство, ему не нравилось видеть меня расстроенной.

– Я не собирался тебя запугивать, – Нейт одним глотком осушил свой ликер. – Мне нужно обсудить с Уинстоном кое-какие дела.

– Тогда какое-то время тебе придется меня потерпеть. Я не знаю, когда он вернется.

Он нахмурился и одарил меня пристальным взглядом, после чего поставил свой стакан на небольшой столик.

– Значит, придется иметь дело с тобой, – его ноздри расширились, а потом он кивнул наверх. – Пойду отолью. Налей нам пока чего-нибудь.

Ничего не ответив, я глубоко втянула в легкие воздух в надежде успокоиться, как только Нейт поднялся по лестнице и исчез в коридоре. Креветка снова что-то прощебетал, но не спустился.

– Знаю, знаю. Нейт засранец, – ответила я птичке, прекрасно разбиравшейся в людях. – Но он – лучший друг Уинстона.

Некоторое время спустя Нейт вернулся и самостоятельно налил себе добавки. Я же листала ленту в телефоне, притворяясь, что у меня была масса других забот и что меня утянуло в соцсети. Хотя по правде я исподтишка наблюдалась за Нейтом, ловя его взгляды.

– Когда ты поймешь, что для Уинстона ты не более, чем игрушка? – спросил он, потягивая ликер. – Все богатеи рано или поздно устают от таких. Черт, да потому, что Уинстон сейчас где-то вне дома, а ты сидишь и развлекаешь меня, можно заключить, что он уже начал от тебя уставать. Просто ты слишком наивна, чтобы понять это.

Я показала ему средний палец, даже не удостоив ответом. Нейт рассмеялся, а потом принялся звать мою птицу. «Ко мне, птичка». Словно Креветка был каким-то щенком. Мой питомец громко хлопнул крыльями, что на птичьем было эквивалентно фразе «да пошел ты». Я с трудом сдержала ухмылку. Нейт взглянул на часы, а потом на содержимое своего стакана.

– Что ж, как бы мне ни хотелось провести тут ночь в ожидании Уинстона, мне еще нужно успеть на одну встречу, – отставив стакан, Нейт прошел мимо меня. – Я бы сказал «до скорой встречи», но не уверен, что она состоится. Черт возьми, да я могу больше никогда тебя не увидеть. Даже если ему с тобой раньше было весело, – он на мгновение замолчал и одарил меня торжествующей улыбкой. – Возможно, тебе следует спросить Уинстона, как прошел вчерашний ланч с Лейлой. Слышал, Кэролайн надеялась, что теперь он будет чаще с ней встречаться. Ну, знаешь, причина ясна: Лейла совсем не похожа на нищую, жадную до денег горничную и внесет в состояние Константинов немалый вклад.

«Лейла?»

«Ланч?»

Внешне я осталась невозмутимой, но боль пронзила меня насквозь, стремительно и так сильно. Уинстон даже не упомянул о ланче с кем-то.

Почему?

«Потому что он не твой парень. Уинстон пытался сказать тебе это с самого первого дня вашего знакомства, идиотка».

«О. Мой. Бог».

«Я и правда обманывала себя, так?»

Удовлетворенный моим молчанием, Нейт ушел, больше не сказав ни слова и громко захлопнув за собой дверь. Креветка стал чирикать, словно пытался отчитать меня за то, что я вообще разговаривала с этим типом. Решив отвлечься от слов Нейта и скрасить ожидание Уинстона, я долго пролежала в ванне. Тем не менее, у меня не получилось отмахнуться от навязчивых мыслей, пробирающих до самых костей.

Возможно, история с ланчем ничего не значила. Просто деловая встреча. Но что если это не так? Вдруг Уинстону становилось со мной скучно?

Или, что еще хуже, его мать и лучший друг, наконец, убедят его, что я – всего лишь игрушка. Тогда он отпустит меня, чтобы найти более подходящую пару. Такую как Лейла?

Мы начали наши отношения со сделки. Я потакала его безумным причудам за холодный и бездушный расчет. Но для меня все переросло в нечто более глубокое. Мы часто шутили насчет того, что Уинстон стал моим парнем, и часть меня мечтала, чтобы это действительно произошло. Если не считать его причудливого характера, Уинстон был настоящей находкой. Успешный, уверенный в себе, привлекательный и заботливый. Он мне нравился. Очень-очень сильно. Казалось, что ко мне он испытывал схожие чувства. Так почему наши отношения ощущались такими хрупкими и мимолетными?

«Потому что так и есть».

Съемная квартира стала первой попыткой удержать меня на расстоянии вытянутой руки. Кто знал, чем обернется его ужин с матерью?

Услышав, как открылась входная дверь, я быстро вытерлась и накинула халат. Завернув за угол, я увидела вошедшего Уинстона. Креветка весело защебетал и спланировал вниз прямо на плечо Уина. Я приготовилась к тому, что он прогонит попугая. Однако Уинстон стал нежно поглаживать его большим пальцем и что-то тихо ему сказал. Сердце в груди сжалось от осознания, что Уинстон Константин при желании мог полностью уничтожить меня. Нервировало, что я была уязвима перед таким могущественным человеком.

– Как прошел ужин с матерью? – протянула я вместо приветствия, в голосе отчетливо угадывались нотки боли и обвинение. Я тут же возненавидела себя за это.

Уинстон обернулся ко мне, его лицо оказалось бесстрастным и холодным. Единственное, что намекало на его интерес ко мне – легкое движение крыльев носа при дыхании и горячий блеск в голубых глазах, когда он скользнул взглядом по моим голым ногам. В следующий миг Уинстон нахмурился, заметив что-то.

– Кто здесь был? – спросил он, указывая на пустой стакан на столе.

Креветка улетел к своей клетке и стал шумно клевать еду.

– Твой лучший друг, – отозвалась я немного раздраженно. Он выгнул бровь, и я пояснила: – Нейт.

Несколько секунд Уинстон просто смотрел на меня. Это напомнило мне то, как также холодно и бездушно смотрела на меня его мать. Подавив дрожь, я вскинула подбородок. Что бы ни произошло между ним и Кэролайн, он все еще думал об этом по приезду домой. Уинстон явно был раздражен и расстроен, усилив эти эмоции своим безразличием, которое носил на манер металлической брони.

– И чего же хотел мой лучший друг?

Я фыркнула и пожала плечами.

– Попользоваться твоими чопорными теплыми полотенцами.

«И сделать так, чтобы я почувствовала себя крайне дерьмово».

Уинстон прищурился, изучая меня. В комнате было слышно только Креветку. Сердце дико заколотилось в груди, когда я решила, что сейчас Уин попросит меня уйти. Что Кэролайн убедила его в моей непригодности для ее старшего сына. И теперь он понял правдивость слов Нейта и решил встречаться с другой женщиной. Молчание затягивалось, ни один из нас не двигался с места и не говорил.

Нет же, все будет хорошо.

Что бы сейчас ни произошло, все будет хорошо.

Я честно заработала на первый год обучения этим утром. Если я что-то и узнала про Уинстона, так это то, что он всегда выполнял условия сделки. По крайней мере, я повеселилась и позаботилась о своем обучении.

Так почему в груди разрасталась такая боль?

«Потому что ты не хочешь, чтобы все заканчивалось. И тебе плевать на деньги».

– Золушка? – он ослабил узел своего галстука. – Как насчет того, чтобы заработать немного денег?

Возвращение к нашей игре захлестнуло меня волной облегчения. Даже скорее стремительным речным потоком.

«Это еще не конец».

Мы оба слишком глубоко в этом увязли, чтобы сейчас так легко расстаться.

Мне просто нужно было убедить Уинстона, что мы вместе чего-то стоили даже без денег на обучение и подарков.

Я должна это сделать. И сделаю.

Глава 17
Уинстон

Воздух был словно заряжен. Искрил от моего гнева и неповиновения Эш. Я вошел в свою квартиру с готовностью отправить Эш домой. Навсегда. Но как только увидел ее, все изменилось.

Снова.

Похоже, она оказывала на меня именно такое влияние.

Мысли снова вернулись к ужину с матерью, ожесточая мое сердце перед стоящей рядом женщиной.

*****

– Насколько хорошо ты ее знаешь? – слегка снисходительным тоном осведомилась мама, будто упрекая ребенка за наивный взгляд на мир.

– Достаточно.

– Достаточно, – протянула мама и пригубила вино, не торопясь продолжать. – Расплывчатый ответ. И наводит меня на мысль о том, что ты совсем ничего не знаешь.

Внутри вспыхнуло раздражение.

– Она моя горничная и личная помощница.

– Которая живет с тобой, – она прищурилась, пригвождая меня к месту взглядом своих голубых глаз. – Когда ты собирался сообщить мне об этом?

– Она не живет со мной, – выдавил я, кипя от ярости. – У нее есть своя квартира.

– А Нейт утверждает иначе.

В воздухе повисла тишина. Я молча изучал свою мать. Достаточно красива, чтобы украшать обложки журналов или экраны телевизоров, но уже и достаточно зловещая, чтобы рушить империи одним своим ледяным взглядом.

– Не знал, что вы с Нейтом обсуждаете меня за моей спиной.

– Ты многого не знаешь, сын. Не потому ли, что позволил маленькой девочке отвлечь тебя от твоей роли в нашей семье?

Я поднял свой бокал, осушил его и с громким стуком поставил обратно на стол.

– Хватит играть со мной. Чего ты хочешь?

– Играть? Нет, твое будущее для меня – отнюдь не игра.

Я провел ладонью по лицу и вздохнул.

– Я ходил на ланч с Лейлой Рейнард.

– Слышала.

– Думал, ты будешь в восторге, – я склонил голову на бок. – Конечно, если у тебя нет планов на меня и Мередит.

– О, сынок, – она усмехнулась, – у меня действительно есть на нее планы.

Я подождал, ожидая продолжения, но мама решила молчать. Устав от ее вмешательства, я принялся за свое филе, не произнося ни звука. Мама решила нарушить молчание, лишь когда я закончил есть.

– Ты когда-нибудь спрашивал эту девочку Эллиот, как умерла ее мать?

– Нет, потому что отношусь к ней совсем не так, как ты решила.

«Продолжай лгать себе и окружающим, Уинстон».

– Хм, – официант снова наполнил наши бокалы, после чего мама продолжила. – Я надеялась, что ты из тех, кто, общаясь с людьми ниже себя, понимает, что они становятся лишь обузой на пути к вершине.

Эш совсем не такая, но я не собирался вступать в этот спор.

– В такие моменты я снова вижу перед собой восемнадцатилетнего юношу. Такого наивного по отношению к миру, в котором мы живем, – мама на мгновение умолкла, давая словам осесть в моей голове. – Она использует тебя. Совсем как Мередит, – снова пауза. – Она – всего лишь игрушка, а ты слишком взрослый, чтобы играться с ними.

Ее слова поразили меня в самое сердце. Я знал, что она говорила правду. Те же мысли крутились в моей собственной голове. Но услышать их от кого-то из семьи – не Нейта – оказалось слишком болезненно. Эш нужны были деньги. Которых у меня было в избытке. Наши игры и секс – все было за деньги. Конец. Это ни что иное, как пользование, и никогда не смогло бы перерасти в нечто большее. Если я даже позволю себе думать иначе, императрица семьи Константин обязательно все разрушит, оскалив клыки и вонзив их в Эш.

Разорвать нашу связь будет лучшим решением.

*****

Все мамины нотации – которые так глубоко проникли мне в голову за ужином и позволили понять причину возникшей ситуации – будто испарились, стоило мне увидеть Эш. Такую молодую, красивую и дерзкую, в одном халате. Все, что мне хотелось теперь сделать – сорвать с нее эту оскорбительную одежду и поставить ее на колени.

Как бы сильно мне ни хотелось трахнуть ее в последний раз – поскольку этот последний раз точно не за горами, – меня интересовали и более насущные вопросы. Например, почему Нейт тусовался тут с Эш, пока меня не было. И почему она выглядела такой невозмутимой, будто это совершенно нормальная ситуация, и что меня это совершенно не должно волновать.

«Она использует тебя. Точно так же, как пыталась Мередит».

Слова матери звучали в голове снова и снова.

– Назови условия, – выдохнула Эш, став медленно подходить ко мне. Будто я – раненое животное, готовое укусить.

О, я точно буду кусаться.

Но на мне не было ран.

Я из тех, кто наносил ранения.

Я провел языком по нижней губе. Рот наполнился слюной от желания попробовать Эш на вкус. Она вызывала привыкание, совсем как те чертовы мармеладные мишки. Мне хотелось поглотить ее. Снова и снова. Она чем-то зацепила меня, как и эти нелепые конфеты, сделанные из бог знает чего. Если я решусь оставить Эш возле себя, спустя какое-то время она испортит мне жизнь. Прямо как ее дурацкие сладкие мишки. Она – лишь свободная дырка. Это все, что Эш должна для меня значить. Черное пятнышко в моем структурированном мире, с каждым мгновением зарывавшееся все глубже и глубже. Если в ближайшее время ничего не предпринять, она окажется так глубоко, что заденет меня за живое.

Эш улыбнулась.

Черт, она уже проникла глубоко мне под кожу.

Так глубоко, куда я не пускал никого, стараясь сберечь свое сердце.

По венам пронеслась волна удовольствия, совсем как от дозы сладкого. Она распространилась по крови и сосредоточилась ниже. Член под брюками напрягся. Мне так хотелось поиграть с моей пошлой горничной.

«Она – всего лишь игрушка, а ты слишком взрослый, чтобы играться с ними».

В голове снова пронеслись слова матери, будто издеваясь надо мной.

Тем не менее этот ужин стал хорошим напоминанием. Если мать решила, что ее старшему сыну снова угрожала опасность из-за женщины, способной оставить от его жизни лишь руины, то совсем скоро она превратится в медведицу. И не успокоится, пока не выцарапает бедную малышку Эш из моей жизни, раздирая ее плоть на клочки. И в отличие от Мередит, которая всегда находилась под защитой семьи и их состояния, у Эш ничего не было. Кэролайн Константин устроит пир на костях ее жизни и не оставит после себя ничего, кроме руин. Эш не сможет оправиться после войны с императрицей Константинов. Ни эмоционально, ни финансово.

Это еще одна причина, почему мне нужно покончить со всем этим.

Совсем скоро.

Чем дольше я стану держаться за этот нисходящий поток, текущий между мной и Эш, тем сильнее будет расти риск. Я рисковал забыть о наличии у меня мозгов и случайно задействовать мое сердце, которое в прошлом уже показало свою ненадежность. Эш же рисковала утонуть в порочной и извращенной моей стороне.

Теперь у нее был свой фонд на образование. Я поручил Гарольду заняться этим вскоре после визита матери в мой офис. Эш пойдет учиться осенью, и никто не сможет ее остановить. Ни сводные братья, ни мачеха, ни отец. И даже Константины.

Этой ночью все закончится.

Должно.

Может, Эш и не хотела ту квартиру шлюхи, как она ее называла, но этот шаг был необходимостью. Собственное жилье убережет ее от идиотской троицы, а меня – от ужасного решения… как, например: оставить Эш у себя.

– Уин, – произнесла она, сдвинув брови, – ты же дрожишь.

Я сжал руки в кулаки, подавляя легкую дрожь пальцев и втянул в легкие ее сладкий вишневый аромат, перебирая в голове все, что еще хотел с ней сделать. И что уже никогда не смогу после этой ночи.

– Пять тысяч, – отрезал я ледяным и ровным тоном. – За каждое жестокое оскорбление, которое сможешь вынести.

Если уж я решил вернуть ее назад в привычный мир, то, по крайней мере, ей не придется зависеть ни от кого, кроме себя. Я отправлю Эш в вольное плаванье с круглым банковским счетом.

– Да я словно выиграла в лотерею, – усмехнулась она. – Мы оба прекрасно понимаем, что я смогу справиться с твоей жестокостью.

Я чуть не сказал ей, что после того, как мы сегодня трахнемся, она соберет свое дерьмо, включая шумную птицу, и уйдет из моей жизни. Но Эш в этот момент как раз прильнула ко мне, став мягко гладить меня по груди своими миниатюрными пальцами.

– Я подниму ставки, – мягкое урчание ее голоса походило на вибрацию музыки в танцевальном клубе. Эта мелодия словно инфицировала каждую молекулу моего тела. Начала отдаваться пульсацией внутри. Находя путь к моему разуму и душе. – Десять тысяч за каждое оскорбление.

– И какие дополнительные условия? – выгнул я бровь.

– А вы схватываете на лету, мистер Константин, – усмехнулась она. – Условие: ты причинишь мне немного и физической боли. Хочу почувствовать, как будут жалить твоя рука, ремень или зубы. Чтобы твои слова сопровождались чем-то… материальным.

Черт, как же я буду скучать по этому. Тело Эш, ее слова и способность бросить мне вызов.

– Ты не сможешь справиться с… таким мной.

– Я смогу справиться с любым тобой, Уин, и ты это знаешь. Так мы договорились или нет?

Ее ореховые глаза прожигали меня насквозь. Эш была так чертовски красива. Может, в другой жизни я мог бы стать кем-то вроде Перри. Кем-то, кому плевать на его фамилию и возможности матери. Кем-то, кто позволил бы себе влюбиться в девушку вроде Эш Эллиот. Будучи принцем жениться на своей принцессе. Завести полный дом волевых и, без сомнения, прекрасных детей. Жить долго и счастливо. Этот сказочный список можно было продолжать и дальше.

Только вот я не был принцем.

А Эш – всего лишь горничная, а не принцесса.

Я вырос злодеем, а их истории не заканчивались поездкой в закат на карете.

Моя история оборвется тем, что эта девушка в слезах убежит из моей квартиры, унося за собой крикливую птицу, вишневый аромат жевательных конфет и свои извращенные наклонности, так хорошо совпадавшие с моими. Но это принесет лишь благо. Потому что только так горничная сможет получить свое «долго и счастливо».

– Ставлю миллион, что после нашего траха ты побежишь домой к папочке, – я уставился на нее жестким взглядом. – Хватит не только на бакалавриат, но и на магистратуру. Прими и убегай, порочная принцесса.

Она шумно втянула воздух, а ее щеки порозовели. Я молчаливо ждал, когда она примет условия. Однако Эш высунула кончик языка, облизала губы и яростно закачала головой.

– Нет.

– Миллион долларов, Золушка. Люди никогда не отказываются, если им предлагают миллион.

– Я не собираюсь сегодня идти домой, – она приподняла подбородок и посмотрела на меня решительным взглядом. – И не хочу так просто получать миллион долларов. Я его заслужу. По одному жестокому и невероятно дорогому слову за раз.

Бедняжка, она решила, что я говорил только про сегодняшнюю ночь. Однако мне нужно было прогнать ее сегодня навсегда. Это единственный путь.

– Как хочешь, – рыкнул я, дернув за пояс ее халата. – Скажи, как мне узнать, что с тебя довольно?

– Ты про стоп-слово? Оно мне не нужно.

– Твои слезы и мольбы на меня не подействуют, поскольку мы оба прекрасно знаем, что втайне ты всегда наслаждаешься этим. Так как я пойму, что подтолкнул тебя за грань, где даже тебе некомфортно?

Она удивленно вскинула брови.

– У тебя настолько большие планы на сегодня?

– Грандиозный финал. Все должно пройти по высшему разряду.

Наши взгляды встретились, и я даже мог сказать, в какой момент Эш поняла, что разговор шел не только про сегодняшний вечер. Ее лицо вытянулось. Эш нахмурилась, и в какой-то миг мне показалось, что она заплачет. Но это ведь была Эш, полная внутренних сил и неожиданностей. Проглотив свою очевидную печаль, она только выше подняла подбородок.

Эш вдруг шагнула назад, полы ее халата разъехались, открывая мне обнаженную плоть. Член уже болел от напряжения. Я еще сильнее ослабил узел галстука, лишь бы вдохнуть побольше воздуха. Эш была так чертовски соблазнительна, что буквально взывала к таившемуся внутри меня зверю. Мне захотелось подкрасться к ней, прижать к земле и получить от нее все, что она сможет мне дать. До последней частички. Я хотел насладиться этими моментами, ведь так скоро у меня их больше не будет.

– Ты поймешь, – выдохнула, наконец, Эш. – Ты всегда чувствуешь, когда мне достаточно. Ведь ты знаешь меня. И я верю, что как только поймешь, то сразу отступишь.

От ее безграничного доверия мне стало не по себе. Эш так наивно верила миру. Даже чересчур сильно для таких монстров, как я. Вот почему все мы на нее охотились.

«Так не оставляй ее одну, глупец».

Я уже ненавидел себя за то, что оставлю.

– Приступим, – выдавил я, сбрасывая пиджак. – На колени, служанка.

Эш выгнула бровь в той стервозной манере, которую я так любил, но мудро промолчала. Я отшвырнул галстук, а она, тем временем, позволила халату соскользнуть с плеч и образовать лужицу у ее ног. После чего грациозно опустилась на колени, ее грудь колыхнулась от движения. Видеть ее на коленях, обнаженной и ожидавшей только меня было почти невыносимо. Эш даже слишком совершенна. Идеально совместимая для меня в сексуальном плане. Жаль, что по всем остальным параметрам она никак не вписывалась в мой мир.

Я стал расстегивать пуговицы, с наслаждением наблюдая, как глаза Эш стали темнеть от вожделения. Она была так же одержима мной, как и я ею. Смертельная комбинация, поскольку ни один из нас, похоже, не имел достаточной силы, чтобы держаться на расстоянии. Мы продолжали по очереди попадать в одну и ту же порочную ловушку.

Сняв рубашку, я стал подкрадываться к Эш. Член, едва сдерживаемый брюками, почти уперся ей в лицо.

– Грязным девочкам место на полу, – я легко шлепнул ее по щеке. – Верно?

– Десять тысяч.

– Дорого, – усмехнулся я ее ответу.

– У тебя достаточно денег.

Запустив пальцы ей в волосы, я запрокинул ей голову.

– Ты этого не стоишь.

– Двадцать. Очень легкие деньги, Константин.

Сердце будто перешло на галоп. Я так много еще хотел с ней сделать. Именно с ней. Но наше время истекло. После этой ночи мне нужно будет вернуть концентрацию. Время игр закончилось.

– Думаю, таких, как ты, в народе называют золотоискательницами, – я обвил рукой ее горло, а потом рывком поднял Эш на ноги. – Я прав?

Ее глаза сверкали с вызовом, но я видел и обжигающее желание.

– Тридцать.

– Сними с меня штаны, шлюха, – я сдавил ее шею и с удовлетворением наблюдал, как стало багроветь ее лицо.

– Сорок, – хрипло выдавила Эш, начав возиться с моим ремнем. Она не сводила с меня взгляда, потому расстегивала все вслепую.

С моих губ слетел стон, когда она скользнула пальцами по пульсировавшей плоти.

– Такая нуждающаяся девочка, у которой проблемы с отцом. Это все, кем ты являешься, – я прикусил ее нижнюю губу с такой силой, что Эш заскулила.

– Пятьдесят, – она уже шептала из-за моей безжалостной хватки на ее шее.