Текст книги "Путь рода. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Иван Дмитриев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)

Глава 13

Вот и настал день приема. Сам прием был назначен на три часа, но это не значит, что все гости придут в это время. Нет, здесь тоже была своя традиция.

Каждого гостя хозяин приема должен был встретить лично. После приветствия, гостей либо проводили сразу к месту проведения приема, либо проводили время за разговором, пока не вернется сопровождающий. Как понимаете, хозяин не мог покинуть место встречи гостей, пока не придет последний гость. Бывали случаи, как рассказывал Багратион, когда организатор приема покидал свой пост только спустя шесть часов. А люди все шли и шли непрерывным потоком.

Меня тогда это очень удивило. И я сразу отказался от больших приемов.

Позвонил Наде, убедившись, что она не забыла про салон красоты. Договорился, что заберу ее около двух часов от университета. Пока доедем, пока отстоим все пробки на подъезде.

Сидя в столовой, я пил кофе и просматривал газеты.

На одной из них мне попалась на всю первую полосу фотография, на которой мы с Надей выходим из магазина одежды. А над фотографией заголовок: «Любовница или любовь?»

Хмыкнув и прочитав статью, я убедился, что моя персона вызывает какой-то странный интерес. Появился с неизвестной и, скорее всего, безродной девушкой. Такой-сякой не соблюдаю траур и транжирю деньги. Свои деньги... Что за люди эти журналисты, лишь бы раздуть какой-то бред.

Вздохнув, я отложил газеты в сторону. Нужно было собираться.

Я стоял, опершись на переднее серебряное крыло машины, и ждал Надю. Она опаздывала уже на 15 минут. Звонить ей не было смысла, я предупредил ее, что уже подъезжаю.

– Дамир, вот кого не ожидала увидеть у университета в выходной день, так это вас.

Ко мне подошла Анжела Юсупова.

– Поверьте, я тоже не ожидал увидеть вас здесь, – сказал я девушке.

– Увы, моя должность не позволяет мне иметь выходные. Ученики часто ошибаются, и каждый день приходится исправлять ошибки. А что вы здесь делаете, Дамир?

– Жду девушку.

Анжела улыбнулась.

– И как? Дождались? – кокетливо спросила она, прикрыв глаза.

– Увы, нет, она опаздывает, – сухо ответил я.

– Вот как? Странная у вас девушка, – в голосе Анжелы послышался холод. Улыбка исчезла с ее лица.

– Такая, какая есть, и я ей рад.

– Князь, простите, я не привыкла ходить на таких высоких каблуках.

– А вот и моя девушка. – обрадовался я.

Анжела, повернувшись, осмотрела Надю, отметив ее платье, украшения и сумочку. Она хорошо понимала цену этих вещей. Повернувшись ко мне, склонив голову, она произнесла:

– Всего хорошего, князь, и вам, Долгорукова.

Еще раз взглянув на Надю, она направилась к машинам своего рода.

– И вам, Анжела, – сказал я ей вслед, но сомневаюсь, что она услышала.

А я обратил свое внимание на Надю.

– Ты просто очаровательна, – я поцеловал ее руку.

– Не говорите глупостей, князь, – девушка покраснела.

Спустя час мы оказались в пробке на въезде в поместье, которое выкупили японцы.

– Надь, ты не была на подобных мероприятиях? – обратился я к девушке, которая с интересом рассматривала подъездную аллею.

– Нет, конечно, – ответила она с грустью. – Моим статусом это не предусмотрено.

– Тогда слушай. Я в нашей паре главный, и я тебя прошу: не перебивай меня и не начинай разговор первой. Обращайся ко мне на вы или по титулу, если знаешь его.

– Я понимаю, князь. Я не хочу создавать вам проблем, – сказала Долгорукова сухо.

– В первую очередь я забочусь о тебе, а не о своей репутации. Поверь, я тебя в обиду не дам. Но может случиться всякое, и на тебя давить проще, чем на меня. Не давай им повода. Аристократия – это сложный мир.

– Я поняла, спасибо, – ее голос потеплел.

– А теперь нам пора на выход, – сказал я, когда машина остановилась и слуги открыли двери.

Протянув свое приглашение на входе, мы попали к человеку, который пролистал список приглашенных и указал на аллею слева от себя. Там, в метрах двадцати, стояла группа японцев в традиционных одеждах.

– Коничива, – произнес я на японском и сделал поклон на сорок пять градусов.

– Князь, вы говорите на японском? – озвучила одна из японок свои мысли.

– Нет, простите, но это слово и поклон я тщательно изучил, – улыбнулся я ей. Размышляя, кто передо мной. Японки и в моем мире плохо поддавались воздействию возраста, а в мире с магией и подавно не разберешься, сколько им может быть лет...

– Приятно, когда человек уважает чужие традиции. А то многие, до вас, думали, что кивнуть – это то же самое, что и сделать поклон, – поджала она губы.

– Дорогая, прекрати. Рад вас видеть, Дамир Александрович. Для нас это честь принимать вас сегодня на нашем приеме. Не представите вашу спутницу?

– Долгорукова Надежда, моя близкая подруга, – представил я Надю.

А Надя, бросив на меня взгляд, попыталась поклониться, но когда поняла, что я ей этого не позволяю, просто протянула руку.

– Долгорукова, значит? Любопытно, – пробормотал глава рода Фудзивара.

– Правильно, девочка, не нужно кланяться, не зная всех нюансов. Слишком низко будет считаться, что вы считаете нас своими хозяевами, а это, поверьте, не так. Слишком мало – будет считаться панибратством, и мы с вами равны, что тоже не может быть, – произнесла все та же женщина.

– Я Акено Фудзивара, это моя жена Фумико Фудзивара и мои дочери, Шина и Чучи. Одна из дочерей проведет вас к остальным гостям.

– Спасибо. Акено-сан, – сделав поклон, мы с Надей последовали за одной из дочерей Фудзивары.

Долгорукова? Мне не послышалось, Акено? Я думала, вы их всех убили двадцать лет назад. – В голосе женщины послышались нотки сомнения.

– Вам не послышалось, и нет, мы не убили всех. Дочь главы рода была беременна, и мы ее пощадили. В обмен на обещание никогда не пытаться восстановить свой род.

– Почему я узнаю об этом только сейчас? – начала злиться Фумико.

– Потому что вас это не касается. Да, внучка Игоря жива, и что изменилось? Ничего. Свой род она не восстановит, а раз она здесь и не испытывает к нам никаких эмоций, кроме интереса и любопытства, свое прошлое она не знает. – пожал плечами Акено.

– А теперь соберитесь и прекратите думать о Долгоруковой. Багратион направляется к нам. Будьте осторожны и не попадитесь в его сети... – он положил руку на плечо жены.

Когда мы прошли на лужайку перед домом, Шина поклонилась и, пожелав нам хорошего вечера, удалилась за новыми гостями. А мы стали рассматривать территорию дома, где было немало гостей и официантов, которые ходили вокруг гостей и предлагали им напитки. Закуски были выставлены на столы возле дома, куда подходил любой желающий, брал все, что ему нужно, и уже сам решал, где ему расположиться. Стоя в нашей компании на лужайке или на скамейке возле фонтана, или же в обеденной зоне за столом. Отдельно стояла маленькая сцена в тени яблонь и несколько рядов стульев перед ней.

Сейчас на этой сцене выступала труппа актеров Кабуки. Был еще фонтан, но пробиться к нему было невозможно. Все плотно окружили его и с каким-то живым интересом наблюдали за происходящим внутри. Прогуливаясь вокруг этого великолепия, я повернулся к своей спутнице и спросил:

-Есть какие-то пожелания?

–Я бы хотела перекусить, если возможно, – тихо ответила девушка.

–Тогда вперед, на поиски вкусняшек, – поднял я кулак вверх.

-Молодые люди, рекомендую второй столик слева от центрального входа. Там просто потрясающие роллы и сашими. Фудзивара привезли своего повара из Японии, и он лично готовил все закуски на этом столе, – произнес какой-то незнакомый старичок.

-Спасибо вам, дедушка, – улыбнулась Надя и потянула меня в нужном направлении.

Мы решили взять одну тарелку на двоих, справедливо считая, что так будет намного удобнее – набрать закуски на длительное время и передвигаться по лужайке, чем бегать постоянно за новыми порциями. Мы набрали роллы и сашими, мясные рулеты и канапе, не забыли и о фруктах. Поэтому сейчас с большим удовольствием ели их на одной из скамеек под Облепихой.

-Надежда, можно украсть у вас князя на пару минут? – нас накрыла тень Багратиона.

–П-п-пожалуйста, – встретившись со взглядом грузина, девушка начала заикаться.

-Взяли и девушку напугали, как вам не стыдно, Арсен Алексеевич? – пожурил я главу тайного отдела, поднимаясь со скамейки.

–Стыдно, виноват, каюсь, – сокрушенно кивнул он головой.

–Никуда не уходи, рыжая! Я скоро вернусь, – пригрозил я девушке шутливо.

–И вовсе я не рыжая! – нахохлилась она.

–Серьезно? – я изогнул бровь в сомнении, проводя взглядом по ее огненно-рыжим волосам.

–Да! Я не рыжая! Я Великая Рыжая! – подняла она указательный палец!

На что мы с Багратионом, обменявшись взглядами, усмехнулись.

– Понимаю, Великая Рыжая. Сидите здесь и никуда не уходите.

Оставив девушку одну, мы отошли в сторону.

– Дамир, после того как Фудзивара произнесет свою речь, вас пригласят на личную встречу, где и обсудим ваш дар и цену, которую японцы захотят за ваше обучение.

– Цену? Они денег хотят? – меня удивила формулировка этой ситуации.

– Поверь, для всех было бы лучше, если они ограничатся деньгами. Это может быть обещание, земли, которые нужно будет захватить, помощь в войне... В общем, все, что они посчитают адекватной ценой в обмен на ваше обучение. В разумных пределах, конечно же. Фамилию и родовые земли они требовать не будут. Это было бы невежливо.

– А нам точно нужна их помощь? Мы с Распутиным ведь учим техники понемногу? – в недоумении спросил я его.

Мы начали двигаться в сторону официанта, который стоял неподалеку с напитками.

– Для всех нас будет лучше, если вы научитесь контролировать свою силу. Чтобы не убить случайно тех, кто вам дорог, – Багратион бросил взгляд на Надю.

– Вы правы, кто еще будет с нашей стороны? – вздохнул я, делая знак официанту, чтобы он подошел.

– Мы вдвоем, плюс Юсупов и Вяземский, возможно, будет Колчак. Мы ждали Демидова, но утром его срочно вызвали в Москву.

Со стороны сцены раздались звуки джаза. Ностальгия, повернулся я в сторону сцены. Когда до меня дошел смысл сказанной фразы, я резко развернулся и, глядя в глаза своему собеседнику, задал вопрос:

– А Колчак как оказался в этом замешан?

– Бросьте, вы же не думаете, что виртуоз просто так будет преподавать в университете и курировать молодежь? Он один из тех, на чьих плечах лежит забота о княжестве. Колчак – министр обороны княжества, после смерти Долгорукого он взял на себя эту ответственность.

– Долгорукого? А Надя не его дочь? – взяв два бокала шампанского, я повернулся к Багратиону.

– Дочь? Нет, – сделав глоток из своего бокала, Багратион посмотрел на меня и дополнил:

– Она его внучка и ваша жена.

Выпив оба бокала, я обратился к Багратиону.

– Шутки у вас не смешные, вам говорили?

– Почему вы считаете это шуткой, Дамир Александрович? – серьезно посмотрел на меня он, сделав очередной глоток из своего бокала.

– На мне нет кольца. Мне нет восемнадцати. И с Надей я познакомился только в университете. И уж такой факт, как моя свадьба, я бы не смог забыть. – подняв руку, я начал загибать пальцы.

– У вас нет кольца, потому что вы сами его не купили, ни себе, ни Надежде. Ваше восемнадцатилетие ждать не нужно, вы единственный представитель фамилии. И значит, можете жениться в любом возрасте.

Не были знакомы? Это снова ваша проблема, что вы не интересовались своей жизнью, – развел руками он.

Подхватив у официанта еще один бокал, я указал ему на Надю и попросил принести ей напитки.

А сам вновь повернулся к князю и произнес:

– Я не интересовался своей жизнью, это как?

– Брачный договор был подписан твоим отцом и ее матерью незадолго до смерти, – устало произнес он, смотря на девушку, которая пробовала шампанское.

– Но почему она ничего не знает? Она же считает себя безродной. Раз ее отец был князем, то и она аристократка, а не девочка из детского дома.

– Потому что она и есть безродная. Она жива, потому что у нее нет права быть княжной Долгоруковой. Во время беременности ее матери сделали предложение, от которого та не смогла отказаться. Смерть, будучи княжной, или жизнь, но без статуса аристократки. – Допив свой напиток, Арсен Алексеевич отвернулся от меня.

– Это что же за хорошие люди, делают такие интересные предложения... – задумчиво проговорил я.

– Это нелюди, Дамир Александрович. Это был один человек. В тот день я лично стоял над ее матерью с пистолетом в руке и не смог нажать на курок, из-за беременности. Поэтому ей было сделано такое предложение, и она его приняла осознанно. Да и сам я был счастлив, что мне не пришлось убивать беременную девушку. – произнес сзади нас Акено Фудзивара.

Опешив от такого заявления, я задал ему вопрос:

– Расскажите, пожалуйста. Мы ведь говорим о моей жене.

– Расскажу, конечно. Но у меня есть два условия. Вы готовы их выслушать?

– Да, готов.

– Первое, я расскажу очень коротко. Только суть. И Арсен Алексеевич, пожалуйста, не рассказывайте Дамиру Александровичу больше. Вечером, после официального приема, мы обсудим все подробнее и я отвечу на все ваши вопросы.

– Я не против, – пожал плечами Багратион.

– Акено-сан, у меня только один вопрос. Ваш рассказ сейчас будет...правдивым?

– Да, Князь, это будет чистая правда. И Багратион подтвердит. Он тоже был участником этого конфликта.

– Дамир, не беспокойтесь. Врать нет смысла. Фудзивара имели полное право поступить так с родом Долгоруких, – великий князь положил мне на плечо ладонь.

Я кивнул и приготовился слушать.

– Двадцать пять лет назад, к нам пришли Долгорукие и предложили купить у нас оборудование для добычи изумрудов на одном из островов Камчатки. Но мы отказались продавать его. Почему? Оно было сырым, мы только его создали и проверить в реальных условиях мы его не могли. Поэтому мы предложили им вариант, который, казалось, устроил всех. Наш род давал им оборудование бесплатно, но два месяца добычу вели наши люди. Мы создавали условия для рабочих, налаживали быт. Следили за оборудованием, меняли неподходящие и сломавшиеся детали. Они согласились. Мы работали ровно месяц, когда я приехал на остров и обнаружил, что все мои люди убиты, а территорию заняли бойцы клана Долгоруких. А оборудование было вывезено в Штаты и продано конкуренту.

– А если бы вы не добыли изумруды за два месяца? – задал я закономерный вопрос.

– А вот это и другие вопросы мы обсудим уже вечером. Сейчас я пойду к другим гостям, – улыбнулся глава рода Фудзивара.

Так что же случилось после того, как японцы узнали об этом? – проводив взглядом хозяина дома, я обратился к Багратиону.

– Дамир Александрович, мы ведь договорились, – укоризненно покачал головой он.

– Попытаться стоило, – равнодушно пожал плечами.

– Стоило, но поверьте, Акено расскажет лучше. Да, я был участником тех событий. Как и Демидов, как и ваш отец.

– Хорошо, я согласен. Но вот в чем дело. Фудзивара убили всех родственников Нади, но она моя жена. А теперь они приехали, чтобы договориться о моем обучении. Что-то тут не сходится.

– Получается, что Акено-сан знает, что делает. Он в курсе, что она ваша жена, и все равно согласился. Он не будет ее убивать и не заставит стать слугой рода. Остальное можно решить, – он бросил взгляд на официанта и сделал жест рукой.

Взяв себе сок, он осушил его одним глотком и вернул на поднос.

– Нади пока не стоит говорить о том, что вы узнали.

В этот момент у него зазвонил телефон, и пока он отвечал на звонок, я оглядел гостей. Здесь была Юсупова в сопровождении отца и, видимо, матери, рядом с ними стояли Вяземские. Марина, девушка из Перми, тоже была здесь, но в компании таких же молодых людей и девушек, они что-то весело обсуждали. Их смех доносился до меня... Брагин, мой одноклассник, который должен мне бой, тоже был здесь, стоял рядом с отцом и о чем-то беседовал с Акено Фудзивара. Я заметил и Колчака.

– Дамир, Демидов вернется ближе к полуночи, поэтому после разговора с Фудзивара мы втроем поедем к нему. Предупредите свою жену. Эта ночь у вас будет долгой.

– Понял вас, – вздохнул я и посмотрел на часы.

Было всего лишь половина пятого.

Глава 14

Когда я остался один, я вздохнул. У меня была насыщенная жизнь. Убийства, похищения, а теперь еще и жена. И я даже не знал, как она отреагирует на все это. Покачав головой, я направился к ней. Багратион задержал меня слишком надолго.

– Прости, что так долго. Но появилось много вопросов, которые нельзя было оставить без внимания, – сказал я, садясь рядом с девушкой и забирая последний мясной рулет с ее тарелки.

– Ничего страшного. Великий князь не может отдыхать. Его везде ждет работа, – улыбнулась она мне.

– Слушай, а ты хотела бы быть княжной? – заинтересовался я.

Конечно, я не буду ей говорить, но все же было бы неплохо узнать ее настроение.

– Если быть княжной – значит работать как проклятый даже на чужом приеме, то спасибо, нет, – рассмеялась рыжая.

Ее смех был таким заразительным, что я тоже улыбнулся.

– Нет, конечно. Я бы хотела. Любая девушка хочет быть княжной. Наверно, это здорово. Семья вокруг, слуги рода, которые относятся к тебе не как к тирану, а как к доброй маме или крестной. Не знаю, как это объяснить. Вот, например, твой водитель. По нему видно, что он просто рад служить тебе, Дамир. Не за деньги, а просто рад – и все. На меня везде смотрят как на пустое место. Даже здесь я не раз замечала, как на меня бросают взгляды с презрением. Обычные купцы, которые просто держат самые большие охотничьи угодья, куда ездит весь высший свет пару раз в год. Они делают такое лицо, будто я грязь под их ногами. Про университет вообще молчу, но там все равны, и меня это не особо трогает. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я. – рассказывала девушка, не отрывая взгляд от сцены, где вновь появились актеры и изображали сценку.

– Да, неприятно. – покачал я головой.

– Ты слишком мягко выразился. И да, не думай, что я глупая девушка. Я знаю, что когда-то Долгорукие были князьями. Слишком редкая у меня фамилия для совпадений.

– Вот как? А что еще ты знаешь о Долгоруких?

– Все. Я выучила всю историю своего рода. Нашла генеалогическое древо своей семьи и свою маму на нем, а также свободную графу, куда должна была вписать себя. Тогда я попросила о встрече с Демидовым.

– И тебя приняли сразу? Не ожидал такого. – удивился я.

– Нет, в первый раз мне отказали. Тогда я попросила у одной из подруг гербовую бумагу и написала в графе отправитель: «Княжна Долгорукова, внучка министра обороны». Письмо отправили через почту ее рода. А уже вечером я сидела перед Демидовыми. Где меня настойчиво попросили никогда больше не называть себя княжной Демидовой. Во избежание очень неприятных событий. А взамен мне дали свою протекцию и помогли с учебой в школе и поступлением в университет. Точнее, не помогли. Нет, мне сказали, что я поступила в наш университет. Сказав, что я сама все пойму позже. А я хотела пойти в театральный.

– Откупились от тебя и пообещали, что все поймешь? – в недоумении произнес я.

– Получается, так. Осталось узнать, что я должна понять, учась там? – развела руками она.

А я, закрыв лицо руками, просто усмехнулся. Ответ на ее вопрос я знал. Но нельзя показать свое знание сейчас.

– А помнишь нашу первую встречу? В столовой. Как ты к этому пришла? – подвинулся к ней поближе.

– Князь! Ну не напоминай об этом. Мне и так стыдно, от одного воспоминания... Я просто поспорила с дочерью Демидова. Она утверждала, что я смогу заинтересовать любого парня, даже несмотря на свой статус простолюдинки. А я знала, что никто на меня внимания не обратит. Ну вот мы и поспорили. Она заглянула в столовую, указала на тебя и сказала, что ты идеальный вариант. Но так как ты не побежал сразу за мной, а потом не стал искать встречи, я выиграла десять шоколадок, но она еще их не отдала... Коза. – гордо задрав носик, рассказала она историю.

– Ты проиграла спор, кстати. И ты ей должна десять шоколадок. – сквозь смех проговорил я.

– В смысле проиграла? Это не может быть. Ты не догнал и не искал меня.

– Ты сейчас сидишь рядом со мной на одном из самых необычных приемов этой осени. Так что, увы, тебе, но ты смогла заинтересовать меня. – улыбаясь, взял ее за руку.

– Да блин! Но у меня нет десяти шоколадок. – надулась она.

– У нас учится дочь Демидова? Вот не знал. – сменил я тему.

– Учится. Но она под другой фамилией, чтобы не вызывать лишний ажиотаж. Но мы с ней познакомились еще на моей аудиенции с ее отцом. Поэтому для меня это не секрет. Пойдем еще до столов? Хочу еще попробовать каких-нибудь вкусняшек. – поднявшись, она потянула меня за руку.

– Да, конечно, все твои желания закон. – кивнул я ей.

А сам погрузился в мысли. Демидов хорошо разыграл партию. И девушку не подставил, и с мужем свел. И вообще, как бы ни при делах. Но зачем так усложнять это?

Дамир Александрович, подождите! – сзади послышался бег и голос Брагина.

– Здравствуй, Ваня. Чем могу быть полезен? – протянул я ему руку.

Пожав её, он бросил взгляд на Надю и, поджав губы, спросил:

– Мы можем отойти от этой девушки?

– У меня нет от неё секретов. – я притянул девушку ещё ближе к себе.

– Как скажете. Помните, что я вам должен бой? У меня есть предложение. Давайте устроим его тут. Фудзивара сказал, что легко организует его.

– А ему это зачем? – это предложение знатно меня удивило.

– Сказал, что ему интересно посмотреть на своих учеников. Мой отец договорился, что он возьмёт меня на обучение фехтованию. Бой будет до первой крови. С использованием всех доступных техник и возможностей. Будет присутствовать целитель в ранге мастер. – был ответ парня.

– Хорошо, я согласен. – кивнул я. И мы с Надей отправились дальше.

– Надеюсь, Фудзивара знает, что делает. – прошептал я, крепче сжимая руку девушки.

– Ты серьёзно собрался с ним драться? Пустышка и воин? – скептически посмотрела на меня девушка.

– Ты в меня не веришь? – поднял я бровь в ответ.

– В тебя я верю, но это невозможно. – покачала она головой.

– Посмотрим. Знать, как стрелять из пистолета, не значит хорошо им владеть. – поучительно произнёс для девушки.

– А ты значит, хорошо им владеешь? – заинтересовалась Надя.

– Без лишней скромности заявляю. Тут нет равных мне. – гордо поднял голову.

– Позёр! – хихикнула девушка.

Когда мы подошли к столам, то обнаружили, что они пустые.

– А где еда? – грустно спросила девушка.

– Скоро вынесут, – ответила жена Акено Фудзивара, подошедшая к нам сбоку.

– Вы ошиблись, я не княжна, но все равно было приятно, – вздохнула Надя, опустив взгляд.

– Я ошиблась? Вы так думаете? – удивленно произнесла женщина и перевела взгляд на меня.

Я лишь покачал головой, и без слов было понятно, что за вопрос она хотела задать мне.

– Хех, как скажете, княжна... Как скажете, – и, начав улыбаться, она направилась к гостям.

А на сцене музыканты заиграли романтическую медленную мелодию.

– Князь, как вы смотрите на то, чтобы потанцевать со мной? – протянув руку, повернулась ко мне девушка.

– Положительно смотрю, – улыбаясь, вложил в ее руку свою.

Треск сломанной любимой ручки несколько охладил ее настроение.

Юсупова со злостью наблюдала, как Болконский безупречно исполняет танец с этой девушкой. В голове у нее проносились мысли. Ведь это она должна была быть на ее месте. Чертовы Амабелики. Додумались похитить и убить его сестру. Дамир после того дня ни разу не подошел к ней. А на ее попытки заговорить, был всегда холоден и сух. Будто это она виновата в том, что произошло.

– На твоем лице, Лика, слишком много негативных эмоций, – подошла к ней Вяземская. А проследив за направлением ее взгляда, лишь хмыкнула.

– А, ну да. Это многое объясняет.

– Что это? – процедила Юсупова.

– Почему от тебя разит во все стороны обида и злость, – ответила ей подруга, решив, что тут нужна правда.

– Ерунда, у меня все хорошо, – вскинув голову, прошипела Глава дисциплинарного комитета.

– Врунишка, ты, – обняла ее Вяземская.

– Да нет же! – начала закипать Юсупова, но по щеке предательски пробежала слеза.

– Мне-то не ври, я вижу, как ты на него смотришь и как тебе больно после того дня, – прошептала Вяземская.

– А сама то будто по-другому на него смотрела. – хмыкнула сквозь слезы.

– Также, но я держу лицо на публике, и ты будь добра, не показывай здесь свою слабость. А Долгорукую мы накажем, не переживай.

– Зачем вам этот бой, Акено? – спросил Багратион, наблюдая за парой Болконского и Долгорукой, которые кружились в танце.

– Я хочу увидеть, как мальчишка контролирует свою силу. Сможет ли он призвать ее, находясь в спокойном месте. Как он будет сражаться с противником. И главное, я хочу, чтобы дураки оставили его в покое из-за страха. А те, кому он мешает, активизировались. Неизвестная сила подстегнет всех недовольных действовать быстрее.

– Если он сможет призвать эту силу? – уточнил Арсен Алексеевич.

– Именно если он не сможет призвать силу. Тогда и никакого обучения не будет. Несмотря на нашу дружбу, князь, мой император дал строгие указания на его счет. И не смейте его предупреждать. Он сам должен понять, зачем этот бой.

– Брагина не жалко? Дамир может сделать его инвалидом. А Брагин старший слишком нужен для нас. Без них мы не сможем запустить производство шагоходов и мобильных доспехов пехоты.

– Брагину старшему уже передали кулон, который защитит его сына от самых убийственных техник парня. Плюс я лично буду следить и успею поставить щит в экстренных ситуациях. Поверь, все будет под контролем.

– Вы точно уверены, что сможете себя контролировать, зная, что у мальчика жена Долгорукая? – Багратион повернулся к японцу.

– Да, без проблем. Арсен, я лично пощадил мать этой девочки. Я рад, что она сможет вернуться к жизни, которую заслужила по факту рождения.

– А что насчет сюрприза для Дамира? – задал самый важный вопрос грузин.

– В Новый год, не раньше, – отрезал японец.

– Он ведь переживает, Акено. Все говорят, что он стал замкнутым в университете. – Князь попытался надавить.

– И что? У него ведь жена появилась. Пусть радуется, а Елене нужно восстановиться и прийти в себя после стольких наркотиков, которые ей вкололи Амабелики. Пусть поживет у нас в тишине. Да что я вам объясняю? Вы ведь сами видели, что с ней было, когда вы лично вытащили ее из той машины. И сейчас вы говорите мне, что нужно прервать реабилитацию? – От Фудзивары повеяло гневом.

– Да, жалко парня. На него столько всего свалилось. Кстати, зачем Шина отрубила голову брату Амабеликов?

– Ей было скучно. А Болконского нужно было срочно встряхнуть.

– Он мог рассказать много полезного, – заикнулся Багратион.

– Аркадий был просто бойцом в клане. Он не знал ничего, что не знаем мы. Забудьте. Мы и так знаем, кто наш враг.

– И это Великий Князь? Танцует с какой-то нищенкой. Как можно вообще, марать руки об такое ничтожество. Князь должен блистать только с равными! – с раздражением сказал один из мужчин, смотря на Болконского.

– Не кричи ты так. Тут где-то Багратион ошивается, – ответил один из собеседников, оглядываясь по сторонам.

– Да плевать мне на Багратиона, такой же позор княжеских кровей, – сжал руки от злости подвыпивший мужчина.

– Что с мальчишкой будем делать? – спросил другой.

– А что с ним? Убьём. А Брагин нам поможет. Ему дадут отравленный меч. Там уже всё готово.

После нашего танца прошло не так уж много времени. Как на сцену поднялся Фудзивара.

– Господа и Дамы. Хочу выразить вам огромную благодарность за посещение моего приёма. И сейчас я хочу сделать объявление. Через пятнадцать минут начнётся бой. Между Брагиным и Великим Князем Болконским. Бой будет до первой крови с использованием любой доступной техники. И главное. Это не конфликт. Это желание самих молодых людей и моё желание как их учителя. Бой случится на площадке, которую мои помощники организуют перед сценой.

А ко мне подошёл слуга и пригласил в дом. Сказав, что мне нужно переодеться в одежду для боя. Надя отправилась со мной, аргументировав, что лучше она будет недалеко и одна, чем с этими косо смотрящими на неё аристократами.

Проведя меня в комнату, мне вручили кимоно для рукопашного боя. Оно было черного цвета из хлопка.

– Катаны все-таки не хватает, – подумал я вслух, осматривая себя в зеркале.

– Вам не положена Катана, Князь. Только для Брагина, – поклонился мне слуга, японец.

– Да, я знаю, знаю. Можно я просто побурчу на несправедливость?

– Князь не имеет права, как вы выразились, бурчать при посторонних, – поучительно проговорил слуга.

– Я готов, можно уже впустить сюда мою сопровождающую?

– Нет, князь, ее уже проводили в ложу, где будет сидеть глава тайного отдела, – открыв мне дверь, произнес японец.

На месте сцены появился небольшой амфитеатр. И сидели там, видимо, самые близкие или дорогие гости. Хотя вот и Надя сидит рядом с Багратионом, и, судя по ее виду, она очень не рада такому соседству. Отец Брагина сидел рядом с женой Фудзивара. Саму Арену огородили канатом. Сделав ее круглой. Гостей приема и невольных зрителей рассадили на первые ряды, а многие просто стояли сзади на ногах. Брагин уже был внутри круга и одет он был в такое же кимоно, но белого цвета. А в руке у него была Катана. Зайдя на импровизированную арену, я направился к Фудзивара и Брагину, которые стояли в самом центре.

– Итак, господа, слушайте меня внимательно. Я буду судить ваш поединок. Мой ранг – виртуоз, и быть с вами ласковым в случае смертельной опасности я не буду. Мои команды выполнять беспрекословно, иначе тот, кто ослушается, не сможет стать моим учеником.

– Горячка боя может не позволить услышать вашу команду, Акено-сан, – заметил я ему.

– Не переживайте, князь, я смогу отличить горячку боя от ваших эмоций. Дерутся ровно до первой крови. Перелом руки, ноги или ребер, если вы знаете, кровь не вызывает. Смысл поняли? – обвел он нас взглядом.

– Да, – ответили мы уверенно.

– По техникам я вас не ограничиваю. Вряд ли вы знаете что-то реально опасное. А если и знаете, то сомневаюсь, что применять сможете. Вопросы есть? Вопросов нет. Начало через две минуты, – произнес Акено и отошел от нас на несколько метров.

Глянув на парня, я протянул ему руку и сказал:

–Не сдерживайся. Покажи ,на что способен.

–И вы князь. И вы,—ответил онмне в ответ, пожимая мою руку.

Бой начался! – голос Акено разнесся по двору.

Я побежал, чтобы не дать противнику вытащить меч. Это было очень важно.

Правой левой – по печени, правой левой – в челюсть. Повторить. Полшага влево, пригнуться, пропустить его удар над собой. Встать, правой левой – в печень. Уворот, левой правой – в челюсть, коленом блокирую его поднимающуюся ногу, правой – в челюсть. Коленом в живот, левый апперкот, правый – в челюсть. Шаг в сторону и, оказавшись сбоку, снова правой левой – в печень. И как только я наношу удар левой, меня сбивает воздушная волна, и я врезаюсь спиной в барьер, который Фудзивара поставил перед боем, чтобы защитить зрителей. Съезжая на землю, я попытался восстановить ориентацию в пространстве. Но очередная воздушная техника, подняв меня на метр над землей, резко вбила в землю. Но на следующую технику сил ему, видимо, не хватило, и вяло трепыхнув мою тушку, меня даже не сдвинуло с места. Поднявшись на ноги, я посмотрел на Брагина. Он улыбался и создал в руке огненный шар. Покрасовавшись с ним в руке, он ухмыльнулся и кинул его в меня. Я увернулся. Второй тоже прошел мимо. Чтобы затруднить ему внутренний прицел, я непрерывно «качал маятник», рывками перемещая корпус из стороны в сторону и все время передвигаясь вперед к нему. А он, не отрывая от меня взгляд, становился предсказуемым. Я точно знал и контролировал каждый последующий огненный шар. Говорят, что маятником можно контролировать и человека с автоматическим оружием, а не только какого-то выпендрежника. Дойдя таким танцем до него, я нанес два хука слева и справа, практически повалив его на землю. Но он устоял. Следующие мои удары он принял на блок и ударом в живот отправил меня в очередной небольшой полет. Пока я вставал, Брагин достал катану и побежал уже на меня. Занеся ее так над головой, будто это был топор, а я был бревном, которое ему надо разрубить. Вскочив на ноги и сделав шаг в сторону, я заметил, как поток воздуха пронесся мимо меня, а у моего кимоно отрезало пояс. А Брагин уже стоял в другой стойке. Я просто даже не заметил, как он перестроился и сменил вектор атаки. Ну все, надоело. Мои руки вспыхнули зеленым огнем. Я шел на него не торопясь. Во мне бурлила злость и пофигизм. Казалось бы, это не совместимо, но вот... Оказалось совместимо. Мы избивали друг друга всеми возможными способами, валяли друг друга на земле. Но не могли нанести друг другу ощутимый урон. Его катана бесконечно упиралась в мой зеленый щит, который беспрерывно стал появляться вокруг меня. А мои удары просто не приносили результата. Будто что-то защищало его. Плюнув и погасив в одно из моих нападений огонь, я пробил аккуратную двоечку ему в нос. И мои удары нашли свою цель. Капли крови брызнули на его одежду.