Текст книги "Путь рода. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Иван Дмитриев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 20 страниц)

Глава 32

– И зачем вам понадобилось так поступать? – спросил меня глава полиции княжества, усаживаясь в соседнее кресло.

– Скука, – развел я руками.

– Может быть, в следующий раз, стоит обойтись без таких развлечений? – нервно произнес князь.

– Пока ваши сотрудники будут так относиться к службе, я не закончу. Если бы это был лейтенант, не такой идиот. И занялся бы поиском моей машины, я бы и слова против не сказал. Но оставить все на стажера и потерпевшего. Это не дело. Прошло уже три часа с момента угона, а толку ноль.

– Какую машину? – удивился Безухов.

– Мою. Дайхатсу. И там еще было ружье. Только купленное, – мой грустный вздох был ему ответом.

– У вас угнали машину? Серьезно? – в удивлении продолжил он.

– А похоже, что я шучу? – зло посмотрев на него, ответил я.

Ответа он мне так и не дал. Так мы и доехали до нашего квартала в тишине.

Дома была тишина. Девочки еще были на празднике. Походив по пустому дому, я отправился спать. Заниматься чем-либо не было уже никакого настроения.

Проснулся я около шести утра, настроение за ночь так и не появилось. Поэтому, быстро перекусив бутербродами с кофе и вызвав машину, я поехал в администрацию. Пока доеду, раздам указания, и Егор Никифорович уже приедут. Но вот делами княжества я заниматься не хотел и всю дорогу раздумывал о том, как сделать лучше. Может быть, создать условную конституционную монархию по примеру Великобритании моего мира. Управление княжеством возложить на парламент из всех министров, а во главе их поставить человека Романова. А для себя оставить только декоративные функции плюс окончательное слово при принятии каких-то новых решений этого парламента.

Вот зачем мне нужно знать, что на пшеничные поля хотят купить тракторы из Америки? Если считают, что так надо, то пусть аргументируют это перед всеми министрами, почему нужны именно они, а не из Челябинска. А для меня лично трактор – это машина с колесами, двумя маленькими и двумя большими... ну или четырьмя большими спаренными, хотя я видел и тракторы чуть ли не с колесами от велосипеда. Ну, условно, конечно же. Но задние колеса были уже в разы передних. И почему так, я не знал. И, честно говоря, даже не хотел вникать. Пусть этим голова болит у министра финансов, транспорта и сельского хозяйства, а готовое решение мне на подпись.

Вот постройка новых ферм и полей – тут понятно, я должен участвовать и понимать, что даст это княжеству. А обсуждать каждую его хотелку с каждым министром лично – это ерунда, на мой взгляд. Ну и, в теории, пермский орден не сможет сильно давить на меня отсутствием образования. Если большинство решений будет приниматься не мной.

Найдя юридический отдел в администрации, я поручил им подготовить проект, согласно которому в княжестве на два месяца будет создан парламент, и найти для них главу из администрации императора. Все принятые решения в этот период будут проходить только через мою подпись. Как сказал бы страус, доверяй, но проверяй.

Закончив с этим, я направился к кабинету Егора Никифоровича. Не найдя его на месте, я уселся на диван и начал пить кофе с печеньем, которое приготовил его секретарь. Егор Никифорович приехал через двадцать минут, все в той же косухе, джинсах и бандане.

-О, Дамир Александрович, вы уже здесь? Какой вы нетерпеливый. Но раз вы уже здесь, позвольте я подпишу пару бумаг, и мы поедем, – произнес он.

-Как скажете, – кивнул я.

Он вышел через пятнадцать минут, а я как раз допил кофе.

-Ну все, я готов, – вышел он.

-Вы на машине? Или со мной?

-Я на машине не езжу, молодой человек. Только на мотоцикле, – рассмеялся он.

-А зимой как? – удивленно спросил я.

-А зимой... приходится пользоваться машиной, – вздохнул он грустно.

Дорогу до полигона я провел в молчании, Егору Никифоровичу постоянно звонили и он никак не мог найти время на меня. Полигон нас встретил в суматохе. Все куда-то бежали, все что-то делали. Хорошо, что траву не красят, подумал я, когда увидел, что несколько человек усердно красят грязный бордюр. А подойдя к ним, я лишь скривился. Там, где бордюр был разбит, они красили и по траве, и по камням.

-Так, заканчивайте с этим, – произнес я.

-Но князь, мы не закончили, – произнес один из них.

-И не нужно. Идите сейчас к заведующему хозяйством и доводите до него мой приказ. Сначала отмойте поребрики, замените или удалите их банально бетоном и только потом красьте. Лично чтобы с вами этим занялся. Поняли?

-Поняли, Дамир Александрович. Но вряд ли он будет с нами лично этим заниматься, – вздохнул другой.

-Олег! – крикнул я своего охранника.

-Да, шеф? – подошел он к нам.

-Идешь с этими бойцами сейчас и подтверждаешь мое распоряжение. Скажут, что я траву отправил красить, значит, я и правда сказал ему лично красить траву, – и повернувшись к гвардейцам, произнес – намек поняли? – и получив утвердительный кивок, продолжил – смотрите, сильно не наглейте только.

Хорошо, Дамир Александрович, – радостно сказали они хором.

– Так что вы хотите здесь изменить, князь? – подошел ко мне Егор.

– Я хочу перестроить казармы, добавить около двадцати, а может и больше, простых домов для офицеров и сержантов. Плюс перестроить тренировочную площадку. И самое интересное, мне нужна полоса препятствий.

– Так, с домами понятно, это легко, места предостаточно, – оглянувшись по сторонам, сказал старик. – Тренировочная площадка тоже понятно, там легко. А с полосой препятствий сложнее. У вас есть план? Что вы здесь хотите? – уточнил он у меня.

– Да, план есть, – кивнул я.

– А бумажные карты этого места найдете? Мы бы по ним и начали работу сначала.

Мы провели на полигоне шесть часов. С перерывом на обед.

– Дамир Александрович, обед объявили, не присоединитесь? – подошел к нам один из офицеров, которые сопровождали нас с министром строительства.

– Обед? Вы как Егор Никифорович? – обратился я к старику.

– Положительно, – улыбнулся он, сворачивая бумажный план бывшей части.

– Тогда прошу, в административном корпусе все будет готово через пятнадцать минут, – произнес офицер.

– Да нет, я бы лучше с гвардией вместе отобедал, – задумчиво сказал я.

– И я вас полностью поддерживаю, молодой человек, – произнес старик.

– Как прикажете, князь, – поклонился гвардеец и отступил.

Обедать мы пошли в общую столовую, где под ошеломленные взгляды гвардейцев я вместе с ними отстоял очередь и без проблем набрал себе и компот, и суп, и пюрешку с котлетой. Да и сели мы за общий стол, но рядом с нами уместился офицерский состав. Хотя некоторые простые гвардейцы хотели сесть рядом со мной.

– Вы меня удивляете, Дамир, – отломав кусок хлеба и взяв ложку, произнес Егор.

– Чем же? – удивился я, зачерпывая суп.

– Своей простотой. Пришли в солдатскую столовую, взяли то, что есть в меню, и без пафоса сидите вместе с ними, хотя по вашим офицерам видно, что они не привыкли к такому. Им хотелось бы обедать подальше от своих подчиненных, – проговорил он, откусывая хлеб.

– Это ведь мои люди. Не вижу причин отделяться от них.

– Это и удивительно. Единицы делают то, что вы. И это похвально.

– А вы? – задал ему вопрос.

– А я такой же. Для меня мои люди на первом месте. Тем более, я строитель, я полжизни провел на стройках империи, и поверьте, обед в столовой, даже армейской, для нас был праздник. Чаще это был костер и полевая кухня, – произнес он, отрезая вилкой кусок котлеты.

– Знаете, у меня все чаще и чаще возникает мысль, что вы человек Романова, – проговорил я, смотря в его глаза.

– И будете правы. Я начинал еще работать с его отцом, вместе объездили большую часть страны и многие объекты строил именно я. И на ваш вопрос, почему так, моя родная сестра была второй женой императора. Министр строительства империи – мой племянник, – произнес он с гордостью. Но без какого-то хвастовства, просто факт, я вот дядя министра империи и все. Как тапок надеть.

– Удивительно, – ошарашенно проговорил я.

– Возможно. Но не меняйте свое отношение ко мне. Я не царских кровей. А вы мой князь, – улыбнулся старик.

После обеда, закончив просматривать все документы и составив приблизительный план строительства, он пообещал, что к вечеру сюда прибудут рабочие с техникой и начнут подготовку. Вспомнив, как он трепетно относится к своим людям, я пообещал, что им будет выделена казарма и что для них будут готовить еду в общей столовой.

Чтобы не создавать ненужную толкучку и возможные конфликты, я договорился с командиром гвардии, что они направят гвардейцев в помощь строителям. При зарплате гвардейца в 60 тысяч рублей в месяц, не считая премий и бонусов, я пообещал каждому принявшему участие в строительстве по тысяче рублей в день. А учитывая, что по предварительным расчетам Егора, стройка продлится как минимум полгода, сумма может набежать немаленькая.

За саму стройку я уже перечислил 28 миллионов рублей. Это и на работы, и на подводку коммуникаций, и на свет, и на воду, и на газ, и на интернет на весь полигон, а также на строительные материалы и мебель для казарм и домов. В результате, вместо обычных трехэтажных десяти казарм, мы договорились о шести пятиэтажных, которые будут расположены не по всей территории полигона, а скомпонованы в одном месте, плюс большая столовая, где за раз должно поместиться около трехсот человек, а не сто, как сейчас.

Вместо отдельных домов мы сможем разместить по плану 63 дома. Это будет одноэтажный трех– или двухкомнатный дом. Зачем мне столько отдельных домов, когда, по моим прикидкам, будет занято меньше половины, я не знал. Но пусть будут.

Закончив обсуждение, я распрощался с Егором Никифоровичем и отправил его на своем карте, а сам, оставив при себе одну машину, направился искать кого-то из руководства. Первым мне попался дежурный.

– Александр Вениаминович, у меня к вам дело.

– Слушаю вас, князь, – произнес он.

– Нужно поднять всех по тревоге, по легенде на мой дом напали.

– Вы шутите? – опешил он.

– Нет, я серьезно, проведем тренировку.

– Но мне надо сообщить тогда Безухову, чтобы он поднимал полицию, по протоколу тревоги.

– Нет, только моя гвардия. Это учения и не больше. Но по максимально жесткому сценарию. С МПД и шагоходами.

– Гвардию в квартале предупреждать?

– Нет, только тех, кто находится тут.

– Понял вас, – и, взяв телефон, он набрал одну кнопку.

По всему полигону раздалась сирена тревоги. А я, наблюдая за происходящим из окна, увидел, как люди бегут в свои казармы. В кабинет дежурного ворвался командир гвардии.

Князь, что происходит? Почему тревога? – увидев меня, он бросился ко мне.

– Учения, – меланхолично ответил я.

– А цель?

– На мой дом напали, хочу узнать время развертывания, – пожал плечами, не отрываясь от окна.

– Но я мог бы и так сказать, – удивился он.

– Могли, а я хочу сам увидеть. Все, не спорьте, лучше садитесь, будем ждать.

Спустя десять минут по дороге потянулись грузовики. Первыми шли машины с техникой. Через пятнадцать поехали машины с людьми.

– Пойдемте, господа, наша очередь, – махнул я рукой, выходя из кабинета.

Тридцать минут нам потребовалось на дорогу до нашего квартала. И еще десять – на полное развертывание гвардии у дома.

– Один час, – задумчиво проговорил я, смотря, как гвардейцы выстраиваются перед моим домом.

– И это долго, – заметил Распутин, стоявший рядом со мной.

– С другой стороны, с другого конца Екатеринбурга, дорога может занять больше, – произнес Безухов и взял телефон, который начал названивать.

– Ну и в квартале находится дежурная смена, плюс много МПД и техники. И не стоит забывать про наших гвардейцев. Их немного по отдельности, но в сумме наберется немало, – произнес Юсупов.

– Братец! Что за ерунду ты тут устроил!? Почему в квартале столько гвардии и техники!? Вы не даете жителям выехать из дома. Напугали всех детей! – кричала Лена, широким шагом направляясь к нам.

– Дамир Александрович, нашли тела Брагиных на стройке одного из автосервисов для грузового транспорта. При рытье котлована были найдены тела семи человек, – произнес Безухов, опуская свой телефон.

– Так и думал. Слишком резко они исчезли. Интересно, что они знали такого, что их убили, – сказал я.

– Больше интересно, кто их убил, – задумчиво произнес Юсупов.

Я думаю, что это был Вяземский, и я ставлю на орден. Багратион использовал их, но потом всегда был со мной у Демидова, – сказал я, не задумываясь.

– Почему Вяземский? – спросил мой тесть.

– Потому что мы с Брагиным устроили дуэль в первый же учебный день. И только благодаря Анжеле и ее нерасторопности, мы не подрались. А Вяземский очень хотел получить от нас признание в совершенной дуэли. Но не получил. На приеме Фудзивары ко мне подошел Брагин и предложил провести дуэль там. Как вы знаете, или, может быть, не знаете, меч был отравлен. Сразу же после нее они сбежали и исчезли, – сказал я, обойдя Юсупова сзади и спрятавшись за ним.

– Меч был отравлен? Как это возможно? – опешил Юсупов, повернувшись ко мне.

– Спросите у Акено Фудзивары. Он даст вам информацию, мне было тогда все равно, а сейчас у нас с ним сложные отношения.

– Да? Что задумал этот японец? – удивленно спросил Распутин.

– Он хочет разорвать нашу свадьбу с Шиной, – горько усмехнулся я.

– Серьезно? И, наверное, по какой-то японской причине? – усмехнулся мой тесть.

– Дамир! А ну, иди сюда! Хватит прятаться! – крикнула Анжела.

– Мне тут хорошо! И вообще, мне пора! Пока, любимая! – крикнул я ей из-за спины ее отца и прошептал: – Господа, предлагаю отсюда уйти.

Мы успели добежать до машины Юсупова, когда нам в спину прилетела воздушная техника, пущенная его дочерью.

– Прости, доченька, никак не могу! Дела! – крикнул Юсупов, прыгнув в машину.

– Я маме пожалуюсь! – крикнула девушка, бросившись за нами.

– Люблю тебя, Анжелик, целую! И маму поцелуй за меня! – крикнул, обернувшись, ее отец.

Мы успели добежать до машины Юсупова, когда нам в спину прилетела воздушная техника, пущенная его дочерью.

– Гони, Гош! – весело крикнул мой тесть, прыгнув в машину.

Обернувшись, я увидел, как оставшиеся представители моего клана прикрыли головы от сильного ветра, который создала бывшая Юсупова.

– Ха-ха-ха, – засмеялся ее отец во весь голос.

А подхватив его смех, я тоже не смог удержаться от улыбки.

– Куда мы теперь, Дамир? – закончив смеяться, спросил он.

– Может, в ресторан? Поужинаем.

– Гош, давай к Анжеле в ресторан, Дамир Александрович все равно там ни разу не был.

Уже сидя в ресторане, к нам присоединились и остальные представители клана. Они пожурили меня за то, что я оставил их на произвол судьбы, и начали рассказывать последние новости. Люди Демидова подошли к проверкам очень серьезно. Оказалось, что император направил пятьдесят человек в Пермь и еще столько же в Екатеринбург, где они разделились и начали проверять не только князей, стоящих во главе княжества, но и других. Что они искали, никто не знал. Но копать начали очень глубоко. Безухов рассказал, что спецназ и отдел по борьбе с экономическими преступлениями за день объехали двадцать семь различных предприятий. Во многих местах людей просто задерживали и увозили в аэропорт. С его слов я понял, что одним из рейсов из Москвы прибыли еще триста человек из императорской полиции, и они работали уже без людей Безухова. Мой дом и офис рода проверили еще утром, потом занялись кварталом. К счастью, ничего не нашли. Хотя Юсуповой пригрозили, чтобы она больше не использовала схемы с переписыванием на княжество своих фирм, в последний момент. Были вопросы к Шине, но так как она гражданка Японии, то и вопросы отпали сразу же, после предъявления ею своего паспорта. Проверяющих мало интересовал бизнес иностранцев. Хотя все мы сошлись во мнении, что и иностранцев начнут проверять очень скоро. Романов что-то ищет, и если не найдет у наших князей, переключит внимание на гостей.

А вернувшись домой, к своему удивлению, я увидел перед домом машину Анастасии Николаевны.

– Идти или не идти – вот в чем вопрос? – проговорил я.

– Идти, идти, мы тебя очень давно ждем, и так просто ты от нас не отделаешься, – проговорила Шина, подойдя ко мне сзади.

– А может, не надо? – уточнил я, обнимая и целуя Шину в щеку.

– Дамир, не спорь. Пойдем по-хорошему.

Я вздохнул и толкнул дверь.

– Девочки! Смотрите, кого я поймала у дома! – Шина втащила меня в гостиную, где сидели мои жены и дочь императора с моей сестрой.

– Дамир! – Надя бросилась ко мне на шею.

– Ну здравствуй, братец, – усмехнулась Лена.

– Явился, не запылился! – зло проговорила Настя.

– Попался! – крикнула Анжела.

Оглядев их всех, я отметил, что на столе стоят две бутылки красного сухого. Оценив ситуацию, я произнес:

– А можно я пойду спать? Я очень устал, день был долгим и утомительным.

– Вот как ты, значит, ну хорошо... иди, – насупилась Анжела.

Выждав еще пару мгновений и не получив других вариантов, я отпустил Надю и поднялся к себе.

Раздевшись, я без сил упал на кровать и уснул. Но пробуждение было не таким приятным. На меня просто лили воду. Попытка вскочить была обречена на провал, я оказался привязан к кровати. Несколько раз дернувшись безрезультатно, я услышал истерический смех девушек.

– Больше лей!

– Не жалей!

– Ха-ха.

– Ой, не могу, он такой смешной.

В этот момент поток воды прекратился, и я увидел всех их в халатах возле кровати, а Романова с довольным видом взяла в руки очередное ведро с водой и начала выливать его на меня.

– Да вы с ума сошли, что ли!? Прекратите, кха-кха.. Вы чего? Кха-кха.

– Это месть, Болконский! За все наши нервы! – довольно произнесла Шина.

А я не смог им ничего ответить, я начал захлебываться. И я психанул. С громким треском я просто взорвался огнем и прогремел на весь дом:

– ПОШЛИ ВСЕ ВОН! ВОН ИЗ МОЕГО ДОМА! ЧТОБЫ И ДУХА ВАШЕГО ТУТ НИ БЫЛО, ПРИДУРКИ!

Романову просто снесло волной, и она, ударившись об кресло, просто обмякла. Надя упала на колени и плакала. А Анжела и Шина посмотрели на меня с ненавистью. Лена же просто сбежала в коридор.

– Вон я сказал! Видеть вас не хочу всех, – проговорил я, откашливаясь.

– Как и мы тебя, – прошипела Шина и, толкнув в бок Анжелу, кивнула на Надю, а сама подняла Романову и вышла из комнаты.

Спустя полчаса в доме остался я один. Злой и мокрый. Куда эти дамы ушли, мне было уже безразлично. Я с горечью смотрел на остатки комнаты: шкаф, тумбочка у кровати, шторы, кровать – все сгорело. В стене зияла огромная дыра. Как выжили девочки, я понятия не имел. Спустившись в гостевую комнату, я обнаружил, что в ней жили. И, судя по одежде, которая валялась на полу, тут жила Романова. Скептически осмотрев комнату, я отправился в соседнюю, где, приняв душ, лег спать.

Глава 33

– Арсен, что будем делать? Конечно, неприятно, что императорские люди задержали наших людей, но это не так критично. Однако, ситуация с людьми императора – это действительно проблема.

– А у нас есть повод для беспокойства? – с иронией спросил Великий князь Багратион.

– Вам уже не о чем беспокоиться. У вас новый род и старые привилегии, но что мне делать? – уточнил Вяземский, глядя на огонь в камине.

– Вы сами виноваты. Я вам не раз говорил, чтобы вы не ввязывались в авантюры. А после смерти Демидова вы должны были думать, а не строить планы о перевороте, – жестко сказал хозяин дома.

– Но я не думал, что мальчишка сможет так подружиться с императором и натравить его на нас, – с горечью произнес ректор университета и, взяв зазвонивший телефон, сказал: – Слушаю. Вот как? Прямо всех? Без разбора? Хорошо, я приеду в участок.

Положив телефон, он поднял взгляд на бывшего главу полиции: – Полиция начала обыски и задержания во всех известных клубах и залах. Задерживают всех подряд.

– А Безухов молодец, хорошо работает, – улыбнулся Арсен.

– Неважно, как он работает. Они не имеют права. Я сейчас поеду в участок, освобожу пару человек под свое слово. Вы со мной?

– Нет, и вам не советую, – сказал великий князь.

– Да, чтобы я бросил своих парней? Не смешите меня. Если хотя бы часть из них начнет говорить, мы все окажемся под ударом.

– Я вас предупредил, а вы делайте что хотите, – махнул рукой Багратион и, поднявшись, вышел из комнаты.

– Трус, – прошептал Вяземский и, встав, поехал в полицейский участок.

– Господин Вяземский, значит? – спросил дежурный полицейский, глядя в документы, предоставленные ему.

– Да, а что такое? Какие-то проблемы, капитан? – строго спросил мужчина.

– Нет, никаких. Второй кабинет. Вас там ждут, – сказал полицейский и, протянув документы обратно, нажал кнопку открывания двери.

А Вяземский лишь усмехнулся и пошел по коридору искать второй кабинет. Но, зайдя в него, он обнаружил шесть человек. Все они были из императорского спецназа. О них ходили слухи, что каждый из них обладает рангом мастера, а командует ими лично Николай Романов.

– Господа, дежурный сказал, что меня здесь ждут.

– А вы кто? – спросил один из спецназовцев.

– Вяземский Петр Иванович, – ответил мужчина.

– По какому вопросу вы здесь?

– Моих людей и друзей задержали. Я хочу узнать, по какому праву и за что.

– Хорошо, Петр Иванович, вы задержаны по обвинению в организации бунта в Екатеринбурге в январе. Срок вашего задержания – трое суток. По результатам проверок и допросов вам будет предъявлено обвинение или вы будете освобождены и переквалифицированы в свидетели, – сказал офицер и, достав наручники, подошел к Вяземскому.

Петр Иванович вздохнул. Спорить с этими людьми было бесполезно. Для них не было авторитетов, кроме императора. А сопротивление могло привести к лишению жизни. Были уже прецеденты. «Надо было слушать Багратиона», – подумал он, когда его спустили в камеру в подвале здания полиции.

В это время Багратион ехал на своей машине в сторону Челябинска. Он понимал, что задержание людей – это только начало. И Вяземский будет арестован сразу же по прибытии в полицию.

«Черт бы побрал этого императора, отдал бы он мне эту Пермь. Я бы никогда не пошел против него», – зло прошептал он, положив руку на колено девушке, сидящей рядом.

– Да, Арсен? Что случилось? – спросила она, открыв глаза.

– Все хорошо, Оль. Просто давно тебя не видел.

Сторик лишь улыбнулась и, положив свою руку поверх мужской, продолжила спать.

Меня разбудил звонок главы полиции.

– Вяземского задержали на трое суток, – сообщил он.

– Это хорошо или плохо? – зевая, поинтересовался я.

– Вам решать, вы же князь. Но я советую вам снять его с должности ректора университета.

– Хм, интересная мысль, князь. Спасибо, – ответил я и, отключив телефон, широко зевнул и повернулся на другой бок, чтобы продолжить спать.

Однако сон не шел, и, поворочавшись на кровати, я направился в душ. А после, налив себе кофе, я сидел и смотрел новости.

– Около тысячи человек были задержаны за последние сутки. Согласно информации, которой с нами поделился источник в главном управлении полиции, задержания связаны с январским бунтом против императора и князя Болконского, – говорила диктор, а на экране показывали, как полиция вскрывает двери, штурмует здания или выводит задержанных.

В комнату вошел один из охранников.

– Дамир Александрович, я хотел бы задать вам вопрос.

– Да, Андрей, пожалуйста, – повернулся я к нему.

– На полигоне нашего рода началась перестройка, и говорят, что там будет построена полоса препятствий для обучения вашей гвардии. Это правда?

– Да, будет полоса препятствий, как у спецназа, и макет жилого дома, чтобы гвардейцы тренировались штурмовать здания сверху по веревкам. Если я смогу найти вертолет, то мы проведем обучение десантированию с вертолета по тросу. А что вы хотите? Говорите конкретнее.

– Я хочу стать инструктором по подготовке, – огорошил меня Андрей.

– Вот как? И вы уверены, что у вас хватит знаний и умений? – спросил я, подняв бровь.

– Да. Я уверен, – кивнул он.

– Смотрите, Андрей. Мы сейчас поедем на полигон спецназа, где вы и я пройдем их испытания. По итогам которых я дам ответ. Поэтому еще раз подумайте и ответьте, сможете ли вы этим заниматься или нет. В противном случае вы станете обычным водителем.

– Я не подведу, уверенно произнес он, подняв голову.

– Через пять минут я буду готов.

Через час мы с Андреем стояли на учебном полигоне княжеского спецназа. На нас была стандартная тренировочная форма, автомат и пистолет. Короткий забег, бревна, канаты, колючая проволока и стенд с мишенями. Спецназ проходит эту полосу за три минуты и с 90% попаданием по мишеням.

– Три, два. Марш! – крикнул инструктор спецназа.

И мы побежали...

И стоя перед мишенями после забега, я смотрел на пулевые отверстия ровно в центре мишени.

– Андрей, а вы умеете удивлять, – сказал я, окидывая взглядом свою мишень, где было много попаданий мимо цели.

– Всю жизнь с оружием, – пожал он плечами.

– Фамилия у вас какая?

– Швец. Андрей Олегович.

– Я сейчас отправлю СМС командиру гвардии. С указаниями о вас. Вы едете сейчас на полигон и проходите всю бюрократию и назначение на новую должность. Там же на полигоне найдете строителей, которые будут заниматься строительством полосы. И вместе с ними проработайте план. Что изменить, а что добавить. Далее, соберите всех свободных людей, проведите испытания, кто сможет показать лучший результат, тех к себе возьмете. Через месяц, возможно, мы проведем соревнование с военным и полицейским спецназом, если повезет, попрошу еще группу у Романовых. И Андрей, я не потерплю, если моя гвардия опозорится.

– Но ведь у военных и полиции будет преимущество, – удивленно произнес он.

– И что? Вы пришли ко мне и попросили эту должность. Мы пробежали полосу спецназа на равных и только по стрельбе вы победили с разгромным счетом. И я напомню вам, я не боец. Я не тренируюсь так, как наша гвардия. И если вы считаете, что, победив мальчишку, вы теперь царь и бог, то вы заблуждаетесь. У вас есть месяц, чтобы доказать, что вы достойны этого доверия. Я не прошу вас из вчерашних водителей сделать равных спецназу. Вы можете лично бежать со своими людьми. Лучшие из лучших могут бежать. Если командир гвардии обгонит наших гвардейцев, то и он побежит. Лучшие, Андрей, вы меня поняли?

– Понял, – кивнул он.

– Тогда подождите минутку, – достав телефон, я создал групповой звонок с Безуховым и Давыдовым.

– Да, князь?

– Слушаю вас.

– Господа, у меня к вам дело. Через месяц я хочу устроить соревнования между вашими лучшими людьми из спецназа и моими гвардейцами. Приз победителю – шесть миллионов рублей на всю команду.

– А что будет в соревновании? К чему готовиться? – нетерпеливо спросил Давыдов.

– Полоса препятствий, штурм дома и освобождение заложников. Плюс стрельба из пистолетов, автоматов и снайперской винтовки, – проговорил я, смотря в глаза Андрею.

– Понял вас, – ответил Давыдов.

– Дамир, а может, сделаем соревнование на уровне княжества? – задумчиво произнес Безухов.

– Что вы имеете в виду? – уточнил я.

– Ну, все княжеские роды, обычные отставные военные представят свои команды.

– Хм, а это неплохая идея. Хорошо, я подготовлю детальный план, а вы предупредите, кого знаете.

Закончив звонок, я посмотрел на Андрея.

– Вы все слышали сами. Месяц.

– Понял вас, господин, – поклонился он.

Отпустив Андрея, я отправился в администрацию княжества. Была пятница, и мне предстояло немного поработать.

В администрации царил настоящий хаос. Все куда-то спешили. У многих в руках были стопки бумаг, а кто-то даже спрашивал коробки с вещами. Шум и суета были настолько сильными, что я едва мог сосредоточиться на своих мыслях.

Войдя в свой кабинет и поздоровавшись с секретаршей, я заметил двоих мужчин, которые сидели на диванчике и пили кофе, листая журнал со стола.

-Господа, вы ко мне? – спросил я, подходя к ним.

-Да, Дамир Александрович. Мы к вам, – ответил один из них, поднимая на меня взгляд.

-Присаживайтесь, Лиза, принесите, пожалуйста, кофе, – обратился я к своему секретарю и, открыв дверь, пригласил гостей пройти в кабинет.

Неторопливо раздевшись и сев за стол, я начал ждать, наблюдая за своими неожиданными посетителями. Они были высокими, коротко стриженными, с сединой на висках. В них чувствовалась уверенность и власть. Вероятно, это были люди Романова, которые привыкли чувствовать себя уверенно в моем обществе. Судя по их поведению, один из них был кадровым военным или полицейским, который привык всегда быть в форме и носить пиджак, что вызывало у него некоторый дискомфорт.

-Слушаю вас, – обратился я к ним, когда мне принесли кофе.

-Дамир Александрович, мы представляем клан Романовых. Я отвечаю за бумажную работу, а Владимир Ильич – за силовые методы.

-Это, как ни странно, я уже понял. Но чем обязан вашему визиту? – спросил я, сделав очередной глоток кофе.

-Мы предоставляем отчеты о нашей работе, списки пойманных и подозреваемых, а также планируем наши дальнейшие действия, – ответил Илья.

Я с удивлением взглянул на него.

-Как мне к вам обращаться?

-Илья.

-Просто Илья? – уточнил я, выгнув бровь.

-Да. Я не люблю официоз, – кивнул он. – Тогда и ко мне можете обращаться по имени.

Они кивнули и улыбнулись, переглянувшись.

-Отчеты и списки – это, конечно, хорошо. Но зачем они мне? Вы занимаетесь своей работой, задерживаете подозреваемых. Отчет по факту идет государю. Зачем в этой цепочке я?

-Но вы ведь князь здесь, – удивленно произнес Владимир.

-Князь. Но вы задержали, предположим, министра питания. Или как он называется. С должности его сняли. Мне по факту, нужно лишь одобрить нового. А что со старым и за что его арестовали, мне особо неинтересно. Это преступление на государственном уровне, и я не имею власти в этом вопросе. Или я в чем-то ошибаюсь?

Илья и Владимир переглянулись.

-Вы правы абсолютно. Вас это не касается. Но мы хотим, чтобы вы взглянули на списки и, если среди них окажутся ваши люди, мы бы обсудили их дальнейшую судьбу, – сказал Илья.

-А я в этом списке есть? Или мои жены? – задумчиво спросил я.

-Нет, вас и ваших родственников, да и всего клана Болконских, здесь нет, – ответил Владимир.

-Тогда и списки меня не интересуют, – ответил я, откинувшись на спинку стула и сделав глоток кофе. Со смехом я взглянул на них.

-Эм, то есть совсем? – опешили они.

– Честно говоря, господа, я переживал за тех, за кого поручились мои люди, и они, как вы видели, перевели свои активы на княжество. Что касается остальных, то они сами виноваты. Я не намерен вступаться за них.

– Это вы здорово придумали, оформив активы на княжество. Мои люди аплодировали вам стоя. И вы не подставили своих людей, и княжество обогатилось, и казна империи пополнится налогами, – рассмеялся Илья.

– Тогда у меня к вам, Дамир, вопросов нет, – задумчиво произнес Владимир Ильич.

– И у меня тоже. Мы шли сюда, рассчитывая на длительные споры и выслушивание аргументов. А вы взяли и сломали все наши планы, – рассмеялся Илья.

– Будто бы вы их приняли, – усмехнулся я.