![](/files/books/160/oblozhka-knigi-pesnya-v-oblakah.-tom-2-si-377024.jpg)
Текст книги "Песня в облаках. Том 2 (СИ)"
Автор книги: Иван Аккуратов
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 19 страниц)
– И при чём здесь я?
– Прямо сейчас я отправляюсь в порт. В таверне «Сердце острова» адмирал Иль’Тарта Рейлен Аурон собирает совет, состоящий из глав основных гильдий Иль’Пхора. Власть этих людей, конечно, не так сильна, как у мэра или короля, но люди готовы их слушать. Они управляют торговлей, а значит владеют деньгами и людьми. И я хочу заручиться их поддержкой.
– И для этого вам нужна я?
Аллек медленно кивнул.
– Кто-то должен сказать им, что Иль’Пхор не умирает, а значит всё, что говорил нам толстяк Олси – наглая ложь. Я рыл почву в поисках доказательств, но, по правде сказать, не нашёл ничего, кроме слов вашей служанки. Я бы очень хотел, чтобы у меня был другой выбор, мисс, но я его не вижу. Поэтому мне нужно, чтобы вы отправились в порт со мной.
Энжи испуганно захлопала глазами. Бросила быстрый взгляд на Джервиса, который и сам был растерян, а затем вновь посмотрела на капитана.
– А вы уверены, что ни один из присутствующих там, не решится действовать наперёд, предвидя такое же развитие событий, как и вы? Что произойдёт, если один из них решит взять меня в плен, а затем продаст мэру или моему отцу? Я знакома с торгашами, и знаю, что всё для них – лишь вопрос цены.
– Порт – моя территория. Так же, как и «Сердце острова». Там мои люди, моя охрана. Я не знаю, почему Рейлен выбрал именно это место, однако можно считать это удачным совпадением. Если кто-то решит причинить вам или мне зло – он погибнет, не успев даже вытащить клинок из ножен.
– Слова порой бывают опаснее, чем оружие, – заметила девушка.
– Да, – кивнул Аллек. – Именно поэтому, с собой я хочу взять вас, а не вооружённых до зубов солдат.
Энжи осеклась и прикусила губу.
– Я… Я должна подумать.
– На это нет времени, мисс… Я до последнего надеялся, что смогу найти другое решение, однако… Люди в городе напуганы. Я не хотел говорить этого, но оставаться в лагере без меня будет не менее опасно.
– Я… – девушка замялась, и Джервис увидел, как её губы задрожали от страха.
Боги, Джервису и самому было страшно даже думать о том, чтобы оказаться в очередном незнакомом месте, рискуя собственной шкурой. Всю свою жизнь он старался избегать опасности. Не ввязывался в драки, не воровал на работе, а если вдруг так делал кто-то из его подчинённых, закрывал на это глаза просто чтобы не выходить с ними на конфликт.
По правде сказать, все самые захватывающие вещи в его жизни произошли с ним за последние несколько дней, и в каждой из них участвовали принцесса или Аллек Болло. Каждый из этих дней он боялся – был в ужасе, если уж быть честным, – и каждый из этих дней он думал о том, как бы вернуть свою прежнюю спокойную жизнь.
И вот сейчас он отчётливо понял, как это сделать. На самом деле, всё было просто. Достаточно было лишь не делать ничего. Не высовываться, не привлекать внимания, не произносить ни слова – то есть делать вещи, которые Джервису на протяжении жизни удавались лучше других.
Сама принцесса, лишь несколько минут назад, сказала, что ей не нужна его помощь. Освободила от его обещания, а значит, стоит этому разговору закончиться, как она и Аллек могут навсегда исчезнуть из его жизни, достаточно лишь промолчать.
– Я… – вновь начала принцесса, и её голос предательски дрогнул, превратившись в смесь хрипа и писка, как издают мыши, попавшие в мышеловку. И в этот момент Джервис сделал шаг, чтобы встать прямо рядом с ней, оттеснив, молчавшего всё это время Амфена.
Капитан взглянул на него исподлобья, по всей видимости, уже зная, что он скажет.
– Если поедет принцесса, поеду и я, – твёрдо заявил механик тоном, не подразумевающим обсуждения. Принцесса и Амфен с удивлением посмотрели на него, и лишь Аллек закатил глаза.
– Бездна, Джервис, ты так и собираешься лезть на рожон, пока кто-нибудь не насадит тебя на пику?
Механик не счёл нужным отвечать. Принцесса взглянула на него из-под упавшей на лицо пряди светло-золотых волос, и на секунду в её глазах промелькнул тот самый взгляд благодарности, на который он так рассчитывал. И это, пожалуй, было сейчас достаточной наградой.
– В таверне будет несколько десятков моих людей! – протестовал капитан. – У каждого из них будет оружие, которым они, хотя бы, умеют пользоваться. – Он замолчал, и глаза его забегали от механика к принцессе и обратно. Спустя, показавшуюся Джервису бесконечной, паузу, он вздохнул. – А, проклятье, будь по-вашему. Берите этого дурня куда хотите. Хоть в порт, хоть на долбанное Царь-древо.
Девушка кивнула, и Джервис мог бы поклясться, что в её движениях появилась уверенность, присущая членам королевской семьи. Она смахнула прядь волос с лица, выпрямила спину и властно посмотрела на Аллека, что было несложно сделать, учитывая, что он стоял на несколько ступеней ниже, так и не поднявшись на крыльцо.
– Я возьму Джервиса, – сказала принцесса. Джервис, пожалуй, был уверен, что она согласится, и тем не менее, услышав эти слова, почувствовал будто огромный валун сняли с его плеч. – Он будет со мной на собрании. Так или никак.
Аллек, округлив глаза, посмотрел на неё.
– Исключено! В комнате, где всё пройдёт, будут лишь доверенные люди каждого главы гильдии. Каждый может взять с собой лишь одного, и мне нужен… – он перевёл взгляд от принцессы к механику. – Джервис, ты же не знаешь, что происходит в городе! Ты не сможешь помочь в переговорах. Бездна, да ты даже драться не умеешь!
Он, замолчав, вновь обвёл их взглядом. Джервис ещё ближе придвинулся к девушке и почувствовал рукой тепло её плеча. Лёгкая дрожь прошла по его телу, и уверенность в собственных действиях стала сильнее.
– Я спас твою жизнь уже дважды, – медленно проговорил парень, глядя прямо в глаза капитану, который, похоже, внутри уже сдался. – К тому же, я обещал принцессе, что помогу ей.
Девушка слегка подалась вперёд, будто прикрывая Джервиса собой.
– Капитан, вы сказали, что с каждым членом собрания может присутствовать один человек. Разве это не значит, что и мне понадобится кто-то?
Аллек поочередно сверлил взглядом механика и принцессу ещё несколько секунд и наконец сдался. Помрачнев, словно туча, он закатил глаза и потёр нос разбитыми в кровь костяшками пальцев.
– А, в пучину всё, – вздохнул он. – Жду вас у ворот.
Сказав это, он развернулся и зашагал прочь, отстукивая каблуками по замощённой мостовой. Двервис смотрел ему вслед, слушая этот звук, который напоминал стук его сердца. Слушая, и понимая, что вновь поставил жизнь на кон.
Он взглянул на девушку, которая ещё несколько минут назад отказалась от его помощи. Посмеялась над его безумными мечтами и кораблём, который он строил несколько лет. На принцессу всего восточного королевства, с которой, как думал механик, у него не могло быть ничего общего.
Она также повернулась к нему, и их взгляды встретились. В глазах девушки больше не было гнева, не было ненависти. Лишь страх, который являлся отражением страха внутри самого механика. Что бы она не говорила, он был нужен ей, а значит, не мог её бросить.
Но правда была в том, что он остался не поэтому. Сейчас, стоя с ней рядом и глядя ей в глаза, Джервис понимал, что она нужна ему не меньше. Кроме принцессы и обещания, которое он дал ей под дождём возле лагеря мятежников, что ещё у него оставалось? И что останется у него, если он потеряет это, так же, как всё, что было у него в жизни?
Один из карусов, запряжённых в повозку у ворот, закаркал, заметив приближение капитана. Амфен, всё это время стоявший на крыльце, молча обвёл принцессу и механика взглядом, и отправился вслед за Аллеком. Джервис и принцесса стояли ещё какое-то время, будто бы размышляя о чём-то. Но, на самом деле, время размышлений уже прошло, и они оба это знали.
– Нам пора, – произнёс юноша, и принцесса слегка вздрогнула, будто разбуженная ото сна.
– Да, – сказала она уверенно. – Пора.
И они вместе пошли к повозке.
Глава 9. В поисках союзников. Энжи
Таверна «Сердце острова» оказалась простым борделем. Не худшим из тех, что видела Энжи – хоть она и не обладала большим опытом в этом вопросе – но и не лучшим точно.
Всё здесь показалось девушке обманом. Стоило зайти внутрь, как это место пыталось ослепить блеском дорогой фурнитуры и бархата на мебели. Заманить ароматическими свечами и приглушённым светом. Поглотить и растворить.
И в тоже время, мебель под бархатными покрывалами была дешёвой и обтрёпанной, в позолоченной посуде лежали огрызки яблок, на хрустальных фужерах были видны еле заметные следы помады, а ароматические свечи на самом деле были призваны лишь отвлечь внимание от паутины, расползшейся по углам.
Присматриваясь, можно было обнаружить и другие вещи, будь то ржавое ружьё под стойкой у улыбчивой смотрительницы борделя или въевшаяся в дерево пола лужа крови, прикрытая дорогим ковром.
С людьми всё было точно так же. За яркими нарядами компаньонок, за их белозубыми сияющими улыбками, скрывались тоска и безразличие в глазах, скрывались неизлечимые шрамы, которых с каждым днём становилось всё больше. Скрывался страх. Одетые как истинные леди, они старались вести себя распутно, и тот, кто лучше притворялся, был здесь победителем. Пожалуй, Энжи стоило у них поучиться этому мастерству.
С мужчинами, которых вокруг было не меньше пары десятков, всё обстояло ещё хуже. Будто пропитые моряки, одетые в камзолы графов, они улыбались, словно заявляя: «мы знаем правила этой игры». Хозяева жизни. Господа всего этого проклятого мира – или, хотя бы, этого грязного портового борделя. Но стоило лишь немного добавить алкоголя, стоило какой-нибудь даме кокетливо улыбнуться, стоило лишь одной бретельке платья сползти по плечу услужливой компаньонки, и маски спадали с их лиц, вновь возвращая посетителям облик животных, которые пришли сюда на охоту за свежей плотью.
Аллек Болло был другим, но всё же лучше вписывался в этот разношёрстный сброд, чем сама принцесса.
Сменив военную форму на белый, натёртый крахмалом фрак, красивый юноша с волевым лицом и острым подбородком, казалось, сошёл с картин, изображающих военно-начальников и героев древности. Высоко подняв голову и выпрямив спину, он шагал по залу, нарочито демонстрируя уверенность, но Энжи прекрасно знала, что за ней скрывается страх. Знала, потому что сама прямо сейчас вела себя таким же образом.
Ей было страшно – безумно страшно. Настолько, что каждый шаг отдавался болью в желудке, головокружением и дрожью в коленях. Девушка прибыла на остров, намереваясь принять участие в важных переговорах, но разве могла она предположить, что они пройдут в борделе, где пол никогда полностью не вымывается от блевотины и крови местных постояльцев, а люди улыбаются, стоит встретиться с ними взглядом, но у каждого – будь то мужчина или женщина – под одеждой запрятан кинжал или небольшой мушкет. Хотя, пожалуй, последнее было справедливо для любых переговоров.
Боги, Энжи готовилась к этому моменту. Училась, и даже мечтала о нём. И почему-то из-за этого боялась лишь сильнее. Жизнь, странная штука, и даже исполнение мечты она может повернуть наихудшим образом.
Джервис шёл рядом и немного придавал девушке уверенности. В этом многообразии ярких цветов, блестящего фарфора и серебра, дорогих нарядов и сладких запахов, он выглядел совершенно неуместно, словно цветок, выросший в середине мостовой. Или куча навоза в самом центре гостиной. Амфен впопыхах выдал ему одежду – аккуратный кожаный жилет, брюки, серую рубашку и кожаную куртку на молнии. И парень даже почти попал с размерами, что, определённо, было не просто. Однако лишь почти.
Рукава рубашки были коротковаты, и манжеты топорщились на мускулистых предплечьях. Брюки едва доходили до щиколоток, на рубашке не хватало нескольких пуговиц. Куртка сковывала здоровяка в плечах, из-за чего он сутулился и неловко пригибался, словно стесняющийся своего вида сказочный великан, которым при первой встрече парень и показался принцессе. Неловкий, сгорбленный, глупо кивающий каждому встречному, в этом здании полном лжецов, он единственный казался обманщиком с первого взгляда. Просто потому, что был честнее прочих.
Боги, он вновь поклялся ей в верности, но, главное, она вновь ему поверила. Обманешь раз… Эх, Энжи знала много прописных истин, которые, по правде сказать, оказываются полной чушью, стоит попробовать найти им применение. Верность, преданность, правда – всё это лишь слова, которые перестают иметь значения, стоит оказаться в окружении врагов, жаждущих твоей смерти.
Аллек Болло сказал, что выбор союзников у них не богат, но у неё дела с этим обстояли ещё хуже других. Все вокруг казались ей врагами, а Джервис… С ним она и впрямь чувствовала себя спокойнее.
В его глазах Энжи видела искреннюю преданность. Его предложение сбежать с Иль’Пхора на самодельной шлюпке было таким безумным и ребяческим, что, пожалуй, даже впечатляло. Глупый, глупый парнишка. Не нужно было читать мысли, чтобы понять, что он по отношению к ней чувствует. А она… а какая разница, что испытывает к нему она? Он – просто механик, к тому же, нарушивший своё слово. Он нужен ей, глупо было с этим спорить, но сразу, как она выберется из этой передряги, ей придётся о нём забыть. Сказать чопорное спасибо, наградить грамотой и парой сотен осколков и больше никогда в жизни не вспоминать. Вот, как следует сделать. В жизни принцессы нет места глупым увлечениям – и ей, стоило бы научиться этому уроку. Стоило бы повзрослеть, и…
Боги, все её мысли о его предательстве были не более чем ребячеством. Он ведь и впрямь рисковал своей жизнью, ровно так, как она и мечтала. А она не нашла хоть какого-то способа ему отплатить. Парень заслуживал хотя бы такой мелочи, как благодарность, но даже её Энжи ему не подарила.
Она мельком обвела Джервиса взглядом. Даже сейчас он шагал чуть впереди неё, закрывая грудью, словно щит. В его глазах читался страх, но была в нём и решительности. Решительность, которой самой принцессе очень не хватало.
Лишь раз с тех пор, как Энжи прибыла на Иль’Пхор, она чувствовала себя смелой и уверенной в себе. Когда в руках у неё оказалась паровая сфера. Такая же, как лежала в кармане у механика. В момент, когда девушка боялась больше всего, именно эта сфера помогла ей выкарабкаться. Помогла найти в себе силу. И теперь, думая об этом маленьком кусочке стекла, наполненном пульсирующим паром, Энжи словно чувствовала голод, желая вернуть те ощущения.
Она интуитивно сунула руку в карман, где лежала точно такая же паровая сфера, только полностью пустая. Стекляшка, как и раньше, была холодна и мертва, и девушке оставалось лишь тяжело вздохнуть.
– Не передумали? – спросил Брэк, который прибыл в бордель чуть раньше.
Энжи яростно мотнула головой, сама не зная, кого именно так хочет убедить, себя или помощника капитана.
– Отлично, тогда идём, – Брэк, казалось, не заметил её волнения. – Нас уже ждут.
Он и Аллек Болло – сосредоточенный и хмурый – провели их делегацию мимо столиков с отдыхающими личными охранниками членов гильдии. Им, по всей видимости, предоставили лучшие условия. Каждому наливали вдоволь вина, их еда выглядела не хуже, чем в ратуше у мэра Олси, а женщины так и вились вокруг, не обращая внимания на их вид и манеры.
Но Энжи чувствовала, что в этом не меньше лжи, чем во всём прочем в этом месте. Компаньонки и хозяева борделя скорее всего были напуганы не меньше самой принцессы. Их умасливание посетителей было лишь способом держать ситуацию под контролем. Ведь стоит хоть чему-то пойти не так – достаточно будет одного косого взгляда, парочки неудачно брошенных оскорблений – и на пол этого заведения польётся кровь.
Брэк, поправив костюм, выглядящий куда более простым и дешёвым чем у Аллека, открыл дверь в небольшую подсобку. Вернее, как поняла Энжи, – кухню. Открывшаяся перед принцессой комната отлично дополняла впечатления от борделя. Чарующая магия ароматов, пафоса и глубоких вырезов на платьях, словно бы обрывалась на пороге, демонстрируя местную изнанку, такую же отвратительную и правдивую, словно потроха только что вспоротой рыбы.
Интимный свет свечей, играющий тенями на стенах, сменялся здесь холодным электрическим мерцанием ламп. Стол в углу – обычный, из сухого дерева, даже не покрытого лаком – был завален бумагами. Ближе к стене, принцесса увидела раковину, заполненную грязной посудой, а возле неё стояла забитая бычками пепельница. Энжи тут же представила, как девушки после длительного празднества стягивают с себя корсеты и пышные платья, стирают с лица косметику и помаду, снимают кольца и серьги, берут в руки тряпки и моют это заведение, чтобы завтра снова нацепить улыбчивые маски.
Но сейчас ни одной женщины, кроме самой принцессы, в комнате не было.
Небольшое пустое место, явно расчищенное умышлено, рядом с кухонной утварью занимал овальный стол. За ним сидело пять человек, которые теперь уставились на вновь прибывших. Энжи почувствовала, как их взгляды ползают по ней, словно насекомые, и поёжилась, отступив за спину Джервиса.
Повисла гнетущая тишина.
Брэк толкнул её спутника локтем в плечо и отвёл к стене, где уже стояло пять человек – сопровождающие глав гильдий, как тут же поняла Энжи. Проводив механика взглядом, принцесса почувствовала, будто оказалась на арене для поединка, а её только что лишили единственного оружия. Вот только Джервис не был её оружием. В этой комнате не требовалась грубая сила, ножи и мушкеты, нет – тут ей нужны были слова. Правильные слова.
Люди, сидящие за столом, зашевелились.
Лысый, словно шар, старик с козлиными усиками, сидевший ближе всех к выходу, подскочил так, что стол зазвенел хрустальными бокалами. Другие поднялись следом – кто-то с неохотой, кто-то с наигранной вежливостью. Последним встал мужчина, одетый в зелёный начищенный мундир, который, судя по потёртостям, носил уже долгие годы. Он слегка перегнулся через стол, отчего дерево еле слышно скрипнуло. Рукав левой руки от плеча до манжеты был покрыт золотыми нашивками, по которым Энжи сразу узнала в нём адмирала соседнего острова Рейлена Аурона – человека, который большую часть своей жизни, руководил войной против Иль’Пхора. Человека, который в этой войне проиграл. Он взглянул на капитана, и в его карих глазах девушка увидела нечто похожее на вызов.
– Вы не слишком-то спешили, капитан Болло, – каркнул он низким, сильным голосом с хрипотцой. – Я уже думал, что вы не решитесь со мной встретиться.
Энжи заметила, как Аллек вздрогнул и сжал кулаки. Между ними явно было что-то, о чём принцесса могла лишь догадываться. Пожалуй, Байрон, будь он здесь, смог бы за секунду назвать ей имена каждого присутствующего в этой комнате, с перечислением заслуг и даже личного имущества. Вот только Байрона с ней больше не было, а она, даже пока он был жив, никогда его не слушала.
– Ты не оставил мне выбора, назначив встречу в моём же борделе, Рейлен.
– Вот как? – он криво улыбнулся, возвращаясь на место. – Даже не собираешься использовать титул? Не хочешь вслух назвать меня адмиралом? Похоже, твой отец не научил тебя порядочности, мальчик. Что ж, надеюсь во всём остальном ты тоже на него не похож.
Аллек оставил эти слова без внимания, однако принцесса была уверена – своего Рейлен добился. Он пытался вывести капитана из себя, манипулировал им, и, судя по мрачному виду парня, преуспевал.
Наконец Аллек, убедившийся, что с церемонией приветствия покончено, подошёл к столу, снял с пояса клинок, вытащил мушкет, и отдал подоспевшему слуге, который, к удивлению Энжи, оказался мужчиной. Затем капитан опустился на приготовленный специально для него стул, и уже через секунду для Энжи поставили ещё один рядом. Обыскивать девушку никто не решился, но никакого оружия у неё с собой не было. Интересно, знает ли хоть один из присутствующих, кто она такая?
Пока Энжи занимала своё место, а слуга, предоставивший стул, наливал ей вино, Рейлен продолжил подтрунивать Аллека:
– Что же задержало вас, капитан? Помощь фермерам и шахтёрам настолько захватывающа, что вы отдаётесь этому без остатка? Или вы сочиняли новую пламенную речь, на потеху толпе?
Кто-то за столом издал приглушённый смешок.
– Наши люди вступили в стычку с людьми мэра, – произнёс из угла комнаты Брэк. – К тому же Аллек был ранен и…
– Я разве к тебе обращался? – оскалив зубы, прорычал Рейлен. Краем глаза Энжи успела заметить, как дёрнулся вперёд Брэк, и как напряглись все вокруг.
Аллек поднял руку, приказывая своему человеку остановиться.
– Брэк, молчи. У нас нет времени на эти препирательства. Происходит что-то более важное, чем местные разборки.
– Звучит, как отмазка мелкого труса, – Рейлен ухмыльнулся, вновь перегнувшись через стол. – Но хорошо, что ты заткнул своего зверька.
Аллек склонил голову вбок, а его рука потянулась к поясу, где ещё недавно висел клинок. Рейлен, без сомнений, заметил это, и улыбка на его лице стала шире.
– Если ты ещё раз повысишь голос на кого-то из моих людей, я выведу тебя во двор и прирежу точно свинью, – произнёс капитан.
– О, я видел твой новый блестящий меч, – как ни в чём не бывало рассмеялся Рейлен. – Недурственная игрушка. Вопрос лишь, умеешь ли ты ей пользоваться, парень? Как насчёт дуэли? Ты и я? Один на один.
– Если это поможет нам наконец перейти к делу. – Аллек начал подниматься со своего места. Лицо его исказилось яростью.
– Хватит, вы, оба! – вскричал лысый мужчина с немного писклявым голосом – тот самый, что так обрадовался появлению капитана и принцессы. – Вокруг нас царит хаос, но я надеялся мы не принесём его за этот стол!
– Даже на дуэли ты своими разговорами попробуешь заставить пули остановиться, да, Таркон? – низким басом проговорил сосед Рейлена без тени улыбки на лице. – Боишься, что на тебя попадёт пара капель крови?
Лысый мужчина, поморщился, но ничего не ответил, откинувшись на своём стуле и скрестив руки на груди. Однако все немного расслабились, и Энжи посчитала это поводом приподнять голову, чтобы ещё раз окинуть собравшихся взглядом.
Всё это время принцесса сидела, уставившись на свои руки, лишь мельком глядя на членов этого странного совета. Ей было не по себе, однако переговоры не были для неё чем-то новым, и людей, в них участвовавших, она понимала куда лучше, чем разъярённую толпу на улице. Перед ней были лидеры группировок – люди, обладающие значительным влиянием в этом городе. Проявить слабость для них было недопустимо, и это заставляло вести себя столь агрессивно. Однако, пока они лают друг на друга, словно свора дворняг, помечающих территорию, у Энжи была возможность изучить их получше.
Рейлен сидел прямо напротив девушки, и, как и все прочие, совершенно не обращал на неё внимания, из чего Энжи сделала вывод, что собравшиеся не знают о том, кто она и почему здесь оказалась.
Таркон – единственный, чьё имя она узнала, кроме Рейлена и Аллека – сидел справа от неё. Мужчина был пожилым, но не старым. Его лысый, почти блестящий череп был покрыт едва заметными каплями пота, а недостаток волос на макушке возмещали густые тёмные брови из-за которых казалось, что он постоянно хмурится. Мужчина был одним из тех, кто мундиру предпочёл деловой костюм, стараясь, как предполагала Энжи, выглядеть более представительно. Однако тонкая не самая дорогая ткань, немного неподходящий ему фасон, и едва заметные на рукавах следы грязи, выдавали его дешевизну. Мужчина старался держаться уверенно, но Энжи видела, как чёрные бусинки его глаз бегали по собравшимся, а нижняя губа подрагивала, выдавая страх, сравнимый с тем, что испытывала сейчас сама принцесса. Взгляд его то и дело останавливался на Аллеке, будто в поисках поддержки, из чего Энжи сделала вывод, что мужчина – выходец из низов, добившийся власти среди рабочих, как и сам капитан. Может быть, представитель какого-то профсоюза, или что-то вроде.
О трёх других членах этого совета, ещё оставалось сделать свои выводы, однако один из них, внушал опасения больше прочих. Мужчина по левую руку от Рейлена сидел, склонив голову, в точности, как и сама девушка, из-за чего принцессе даже сперва показалось, что человек спит. Он был старым, но жилистым и высоким. Тяжелая коричневая роба скрывала его одежду. Седые волосы спадали на плечи. Лицо, испещрённое морщинами, походило на кору Царь-древа.
Всё это время он молчал, лишь задумчиво посматривая на остальных членов совета, и каждый раз, стоило его пронизывающему холодному взгляду остановиться на принцессе, как по её коже пробегала дрожь. И каждый раз, когда такое случалось, на его лице появлялась едва заметная тень улыбки, словно он чувствовал страх девушки. Наслаждался им. Питался. Он смотрел на неё, как смотрит мясник, выбирая животное на убой, словно она была не более чем товаром, выложенным им на прилавке. Товаром, который если потребуется, можно будет обменять для собственной выгоды.
– Ты чужой за этим столом, Рейлен, – раздался тихий, певучий голос, принадлежащий соседу Таркона, который был точной его противоположностью. Самый молодой из всех присутствующих, со светлыми лоснящимися волосами, доходящими до плеч. Смеющиеся глаза, ухоженная кожа лица, явно покрытая тонким слоем пудры, выдавали в нём представителя местной аристократии. Наряд его, яркий и пышный, с вкраплениями красного бархата и золотыми узорами, куда больше подходил для бала, чем для деловой встречи. Однако на манжетах белой рубашки был изображён дракон, что говорило о принадлежности к банде, а его охранник, расположившийся прямо за спиной юноши, был самым грозным громилой из всех, что принцесса видела, и всё его лицо покрывали синие татуировки. Улыбнувшись, он заигрывающе подмигнул адмиралу и продолжил, – За то, что мы все решились выслушать тебя, нужно благодарить тяжёлые времена и ситуацию, в которой мы оказались. В такие моменты нужно переступать через себя и искать новых союзников, однако не забывайся, ведь мы, в любой момент, можем выгнать тебя на улицу. Тебе этот разговор нужен куда больше, чем нам.
– В таком случае, Виллиан, могу оставить вас погибать вместе с этим долбанным островом, будь он неладен, – огрызнулся Рейлен, сверкнув глазами. – Я не потерплю, чтобы мне указывали, что делать.
– Время – это деньги, – вновь ласково пропел Виллиан, поглаживая себя по напомаженным русым волосам – крашенным, как быстро догадалась принцесса. – Каждая минута безмятежного времяпрепровождения стоит мне сотни осколков. Посмотреть на двух ссорящихся петушков я всегда мог бы, не пробираясь через кордоны солдат. И куда дешевле, прошу заметить.
– Кто о чём, а Виллиан всё о петушках, – весело парировал адмирал. – Как я погляжу – у вас ничего не меняется.
– Ты не прав. – Глухим басом ответил сосед Рейлена справа, с жидкими волосами. Мундир у него – в отличии от адмирала Иль’Тарта, синего цвета – был расстёгнут, демонстрируя белый ворот рубашки, с еле заметными жёлтыми следами пота, и торчащие из-под него несколько чёрных волосков. Лицо мужчины было красным и круглым, хотя сам он толстым не казался. Щёки и брови будто сползли вниз, из-за чего он выглядел старым, уставшим и грустным, будто только что услышал о смерти всех своих ближайших родственников. Он сурово взглянул на Рейлена из-под густых бровей, и его лоб прорезала одна глубокая морщина. – Сейчас многое изменилось. Виллиан прав, твоё присутствие здесь, адмирал Рейлен Аурон, – огромная поблажка, так же, как и проведение этого собрания не в полном составе. Однако отчаянные времена, как говорится, требуют схожих мер.
– Поэтому я здесь, Отрех, – поморщился Рейлен. Похоже этот человек оказался единственным, кому адмирал не решился грубить.
– Поэтому ты здесь – верно. Однако не испытывай наше терпение, адмирал. Ты гость в этом… – он обвёл взглядом неубранную кухню и тяжело вздохнул, – … в этом богами забытом месте. Не тяни и расскажи, зачем ты собрал нас.
– Мы все в этом, как ты его назвал «месте», потому что нас сюда загнали. – Рейлен оскалил ровные белые зубы с двумя золотыми протезами. – Я думаю, вы уже слышали про взрывы.
– Слышали, – мырлыкнул Виллиан, склонив голову на бок. – И многие из нас уверены, что ты и есть негодяй, уничтожающий наш город.
Ухмылка Рейлена вмиг превратилась в оскал. Лицо его передёрнуло, и Энжи едва поборола желание отшатнуться, когда он придвинулся к столу. В мгновение ока от макушки до шеи адмирал побагровел от гнева.
– Это ложь и клевета! – он ударил по столу так сильно, что зазвенели бокалы с вином, к которым никто кроме Виллиана даже не притронулся. – Мэр Олси лично пригласил меня на остров, а когда я прибыл, произошёл первый взрыв. Я сразу заподозрил неладное и затаился. Здесь у меня есть верные люди, которые смогли помочь.
– И, судя по всему, ими ты не ограничился, а привёз ещё больше верных людей со своего острова, – серьёзно заметил Отрех.
Красные щёки адмирала затряслись. Энжи давно заметила, что задиру обычно проще других вывести из себя. Это было верно для капитана Болло, и адмирал Рейлен так же прекрасно подтверждал это правило. Вены на его шее вздувались от каждого вздоха, а на лбу выступили капельки пота.
– Я был вынужден! Вы представляете, что произошло бы со мной, предстань я перед здешним судом и местной властью? Я сразу понял, к чему всё идёт и окопался на западе острова.
– Рядом с портом, – воскликнул Таркон. – Так вот почему мы здесь!
– Но взрывы продолжились, – не обратил на него внимания адмирал. – Я попытался связаться с мэром Олси, но двух моих людей – безоружных людей – тут же взяли в плен и отправили на казнь. Я был вне себя от ярости. Всё, что я смог сделать – это передать послание на Иль’Тарт.
– Как рассудительно, – усмехнулся Виллиан.
– Я надеялся, что мне позволят отстоять свою честь! Окажись мэр Олси в тот момент передо мной… о, как многое я бы отдал, чтобы удушить его собственными руками! – Он продемонстрировал большие мозолистые ладони и резко сжал пальцы на обеих в кулаки. – Смотреть, как его глаза… А, в пучину! Мне приказали тут же возвращаться. Забрать с собой всех и сворачивать удочки. Оказалось, что мэр за день до взрывов прекратил всяческую торговлю с Иль’Тартом.
Все переглянулись. Энжи заметила смущение на лице Отреха. Честно говоря, это была первая эмоция, которую он проявил.
– Отрех, почему мы не знали, что торговля заморожена? – спросил Таркон, проведя ладонью по вспотевшему лбу, а затем вытер её о штаны. – Это никак не могло пройти мимо тебя. Что у вас в гильдии торговцев происходит?
Мужчина дотронулся до своих обвисших щёк, будто проверяя не сползли ли они с лица окончательно, и прочистил горло в кулак. Затем он задумчиво покачал головой, будто вспоминая что-то случившееся многие годы назад, почесал жировую складку на подбородке и наконец, не менее серьёзно, чем раньше, ответил: