![](/files/books/160/oblozhka-knigi-pesnya-v-oblakah.-tom-2-si-377024.jpg)
Текст книги "Песня в облаках. Том 2 (СИ)"
Автор книги: Иван Аккуратов
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)
– Я…
– Вот именно – ты. Если ты продолжишь меня задерживать, доложу начальству, что охрана у ворот не хотела меня пропускать. Посмотрим, куда тебя отправят после Спуска.
Джервис отошёл, наблюдая, как солдат пытается выдавить из себя хоть слово, и, как ни в чём не бывало, продолжил:
– Я слышал, что мэр ищет некую беглянку. Говорят, даже принцессу. И ищет настолько настойчиво, что всех свободных солдат со всего города отправил в порт. – Он помолчал немного, дожидаясь, пока в глазах стражника появится понимание. – И я веду несколько подозреваемых. Может, их и ищут, может – нет. Может, они знают что-то об этой беглянке. Мне не доложили. Моё дело простое – забрать и доставить.
Солдат откашлялся.
– Кхе, ясное дело. Понимаю. Нам самим указания дали по поводу этой беглянки. – Солдат пристально осмотрел Вель. Принцесса всё ещё была в капюшоне и пряталась за спиной компаньонки. – Ха, мантия слушателей, значит. Умно. И как мы сами не додумались. Теперь и их шманать будем.
Джервис не удостоил его ответом. Он стоял, выпятив грудь так сильно, как только мог. Нога, на которую он старался не опираться, жутко болела, и механик надеялся, что никто из солдат не заметит кровь на бедре.
– Вот только знаешь, что? Вряд ли это они. Говорят, девка была со светлыми волосами, а у этой – чёрные, что твоё небо. – Солдат ткнул пальцем вверх, к тёмным вечерним облакам. Джервис был доволен уже тем, что для этого ему пришлось убрать руку с мушкета.
Механик нарочито удивлённо вскинул бровь, а затем незаинтересованно отмахнулся.
– Приказ – есть приказ, – пожал он плечами.
– Конечно, конечно. – Старый солдат примирительно поднял руки, и отошёл на шаг, освобождая дорогу. – Твоя правда. Прекрасен был спуск.
– Прекрасен был спуск, – отчеканил Джервис металлическим голосом.
Затем толкнул Вель вперёд и пошёл следом. Он сделал как минимум дюжину шагов, прежде чем наконец позволил себе шумно выдохнуть. Расслабил уставшие плечи, провёл рукой по лбу рукавом и обнаружил, что тот весь мокрый от пота. Руки дрожали, словно он несколько дней пил не просыхая.
Вель вдруг сильно ударила его кулаком в плечо. Джервис негромко ойкнул – скорее от неожиданности. Хотя удар оказался на удивление болезненным.
– За что? – потёр он ушибленное место.
Темноволосая сверкнула глазами из-под балахона, и волосы на затылке механика встали дыбом. Боги, не хотелось бы оказаться её врагом – почему-то парень был уверен, что при необходимости Вель способна, не задумываясь, перерезать горло неприятелю.
– Ты чем думал? – Она подняла кулак вновь, но в этот раз не ударила. – Сопровождаешь беглянок? Принцессу? Мэр скорее всего до сих пор в порту! Что бы ты делал, если бы они отвели нас к нему?
– Это же сработало, разве нет? – пожал плечами Джервис, и девушка еле слышно зарычала. Удивительно – она кричала на него шёпотом. Механик даже не предполагал, что такое возможно.
Наконец, поутихнув, Вель отвернулась и зашагала быстрее, всё ещё бубня ругательства себе под нос. Механик оказался вровень с принцессой, посмотрел на неё, ища поддержки, но она шла, обхватив себя руками и уставившись перед собой. Джервис вздрогнул, увидев её взгляд – полный отчаянья, боли и безысходности.
– Всё будет хорошо… – произнёс он, не зная, что ещё сказать.
Девушка грустно усмехнулась, но взгляд её стал чуть живее.
Дальше они шли молча, петляя узкими улочками и дворами. Собаки лаяли им вслед, а редкие прохожие провожали взглядами. Тропы и переулки становились уже, а шум улицы постепенно стихал, и Джервис поймал себя на мысли, что совершенно сбился с пути. Наконец впереди показался широкий частокол с небольшой калиткой.
– Что это за место? – удивился механик.
– Стойте здесь и не привлекайте внимания, – огрызнулась Вель вместо ответа. – Надеюсь, хоть с этим вы справитесь.
Не дожидаясь реакции, она уверенно пошла к охраняемому проходу. Люди возле калитки подняли оружие, смотря на вновь прибывших. На них была одежда, похожая на военную, но без опознавательных знаков. Простые ружья, обычные клинки в самых обычных кожаных ножнах – даже в военных лагерях мэра солдат экипировали лучше. Тем не менее и дешёвым клинком можно отправить человека на тот свет.
Вдруг что-то прикоснулось к плечу.
Механик обернулся, и увидел принцессу, которая стояла рядом. Совсем близко – настолько, что их руки едва не касались друг друга. Она подняла на него глаза – большие, ставшие теперь серыми. Зрачки поблёскивали, ловя отсветы фонариков, однако юноша не видел в них слёз.
– Кто ты такой, Джервис? – спросила она.
Механик опешил, не ожидая подобного вопроса. Отступил на пол шага, ощутив, как краснеет. Отвернулся.
Он вдруг почувствовал себя обманщиком – самозванцем, выдающим себя за кого-то другого. Как ему вообще могло прийти в голову, что принцесса может довериться кому-то вроде него? Он не солдат, не граф – лишь простой механик, одетый в неподходящую по размеру военную форму.
Парень открыл рот, но горло перехватило.
– Принцесса…
– Энжи, – резко поправила она. Щёки юноши налились жаром. Даже в собственном воображении, он вряд ли бы решился назвать дочь короля по имени. – Ты спас меня, и я… Я одна здесь. Одна на этом острове. И не знаю, кому могу верить.
– Вы можете верить мне, – промямлил он, еле слыша свои слова из-за колотящегося в ушах сердца.
Она вновь обвела его взглядом. Помолчала несколько мгновений. Затем серьёзно кивнула.
– Хорошо.
Он поймал её взгляд. Почувствовал острое желание отвернуться, но не сделал этого. Её согласие довериться ему звучало так глупо, так наивно, но столь решительно и искренне, что Джервис не знал, что ответить.
Он увидел, как Вель вдалеке махнула рукой, приказывая им идти следом. Но не двинулся с места.
– Я не допущу, чтобы с вами что-то случилось. – Юноша не знал, откуда взялась уверенность в его голосе, но, произнеся эти слова, почувствовал, что они правильные, и продолжил: – Я верну вас домой. Обещаю.
Девушка вздрогнула. Затем снова кивнула. В неловком молчании они смотрели друг на друга ещё несколько бесконечно долгих мгновений. Джервис мало в чём был уверен в своей жизни, но в эту секунду он знал, что не соврал. Знал, что сказал принцессе правду.
Юноша отвернулся. Нервно почесал затылок и медленно двинулся к воротам, где уже ждала Вель. И вдруг снова ощутил прикосновение.
– Спасибо, – еле слышно прошептала принцесса, и странное тепло растеклось по всему телу механика. Казалось, даже рана на бедре перестала болеть. – Спасибо, Джервис, – повторила девушка уже чуть громче. И направилась вслед за Вель.
Глава 6. Раненый зверь. Аллек
Боль. Страх.
Эти чувства уже давно стали близкими друзьями Аллека, с которыми парень был на «ты». Всё детство он боялся. Отца, мэра, что о нём подумают, что о нём скажут. Боялся сделать что-то не так или сказать что-то не то.
Когда он ушёл из дома, он боялся быть пойманным, быть узнанным. Боялся, что его повесят за воровство. Боялся умереть от голода и холода. Боялся одиночества. Боялся, что рано или поздно ему придётся вернуться и посмотреть отцу в глаза. Боялся, что у него не хватит сил продолжить делать то, что он делал.
Всё это время, под руку со страхом, шла боль. Боль от того, что он находится не на своём месте. Боль от разговоров его родителей не любивших друг друга, а как ему казалось и его. Боль от осознания собственной ничтожности и немощности. Боль после смерти матери, в которой он винил отца. Боль от того, что он ничего не смог сделать. Был слишком слабым.
Он хотел стать сильнее, хотел стать лучше. Аллек думал, что, избавившись от боли и страха, он наконец станет другим человеком. Таким, каким всегда хотел быть.
Сейчас всё было иначе.
Страх окружал его, рос со всех сторон, будто плесень. Боль, физическая, проникала по всему телу, словно перемещалась вместе с кровью.
Но теперь страх был иным. Аллек не боялся погибнуть – он боялся не справиться. Не боялся за себя, а переживал за жизни своих людей. Боялся подвести их. И этот страх давал ему сил. Подпитывал изнутри.
Боль так же была не той, что обычно. Он чувствовал её, но она помогала. Делала его сильнее, словно подъём в гору, делает человека крепче. Как огонь, превращающий сталь в оружие. Он преодолевал её и с каждым движением чувствовал себя свободнее.
Теперь Аллек понимал, что так было всегда. Боль и страх всегда сопровождали его, куда бы он не шёл. Но именно они помогали ему становиться сильнее, не сдаваться, идти вперёд.
Аллек Болло, сын генерала Болло, имя которого было знакомо во многих уголках Песни, должен был стать ещё сильнее. Он пытался спасти механика на корабле – и он проиграл. Он организовал налёт на ратушу, но не нашёл ничего. Он обещал людям докопаться до правды, но не приблизился к этому ни на шаг. Он связался со своим отцом, снова доверился ему, пойдя против своего чутья. Всё что делал Аллек – это совершал ошибки. И каждый раз, стоило ему попытаться исправить одну из них, становилось только хуже.
От этой мысли он вдруг поморщился, неудачно переставил руку и открыл глаза, теряя равновесие. Пол больно ударил, а треклятая рана, оставшаяся после полёта на Шиле, заколола так сильно, что захотелось кричать.
– Вот бездна! – прорычал он чуть слышно в пустой комнате.
Ярость, переполнявшая его, могла бы стать третьим столпом на его пути к силе. Она тоже была с ним всегда, сопровождала его по жизни. Она и ненависть. В том числе к самому себе. Нужно было лишь научиться использовать их во благо.
Капитан замер в одних белых просторных штанах посередине погреба. Поза, которую он занимал ещё минуту назад называлась стойкой птицы. Но даже здесь, тренируя удары, он потерпел неудачу.
Парень встал в стойку снова. Он закрыл глаза, поднял одну ногу и согнул её в колене. Расставил руки в стороны, так широко, как мог, не обращая внимание на пульсирующую боль в боку. Эта боль была справедлива. Он заслуживал чувствовать боль, потому что слаб.
Парень резко согнулся на одной ноге, а затем подпрыгнул. Развернулся и со свистом ударил другой ногой воздух. Приземлившись, он сменил стойку с птицы на гадюку. В военной школе его всегда учили постоянно менять стойки с атакующей на защитную. Из присевшего состояния он вновь выпрямился и вновь ударил в прыжке. В этот раз руками, терпя боль, затем перевернулся, сделал кувырок, намереваясь встать в защитную стойку большепанцирника. Облокотился на обе руки, согнулся, и вдруг вздрогнул от резкого укола боли в боку, покачнулся и со стоном упал лицом вниз. Нога задела полку с овощами, и сверху на юношу покатилось несколько клубней короягод.
– Да разрази вас грёбаный гром! – вскричал парень, кидая одну из короягод в стену. Та была мягкая изнутри, но обладала твёрдой кожурой, и даже не разбилась, что ещё больше разозлило Аллека.
Жёлтый лучик света сформировал на деревянном полу тонкую линию.
Капитан взглянул в маленькое окошко возле потолка, обнаружив, что наступил день. Сколько времени он провёл в этом погребе? Час? Или больше? Он обещал себе, что, вернувшись в лагерь займётся делами – поисками доказательств вранья мэра. Он обещал всему городу не допустить войны между Иль’Пхором и Иль’Тартом, но, по правде сказать, даже не знал с чего начать.
Брэк скорее всего уже успел подготовить все документы, превратив их в понятную даже дураку картотеку. Он любил заниматься упорядочиванием всевозможных бумаг. Говорил, что это приносит ему спокойствие. А что же Аллек? Неужели Аллек чувствовал себя на своём месте лишь тренируясь? Сражаясь со своими демонами. Чувствуя боль и страх, ярость и ненависть.
Раздался стук в дверь, а сразу за ним показалась сперва голова, а затем и силуэт целиком.
– Не может быть! – закричал Брэк, ещё не успев войти в погреб. Его низкий, немного хриплый голос прогремел в пустой комнате. – Я так и думал, что найду тебя здесь! Ни на секунду тебя нельзя оставить!
Аллек поморщился, полностью опустившись на пол и оставляя попытки подняться без посторонней помощи. Рана горела так сильно, что юноша с трудом дышал.
– Неужели я становлюсь таким предсказуемым?
– Похоже на то. – Брэк усмехнулся, однако слишком мрачно, что насторожило капитана. – Если что-то идёт не так, ты сразу бежишь сюда тренироваться до упаду. Уверен, чаще всего ты лишь делаешь себе ещё хуже. С твоей раной тебе бы вообще из кровати не вылезать.
– Я не мог больше лежать без дела, – сказал Аллек, решив не уточнять, почему занялся тренировками, а не просмотром документов.
– Сколько ты времени провёл здесь? Я навещал тебя ночью раз или два – ты спал как убитый.
– Не знаю. Думаю, с рассвета.
Брэк картинно закатил глаза, а затем подошёл и помог Аллеку подняться. Следом за этим он снял рубашку со стула, стоящего рядом, и бросил капитану.
– Я немного привёл документы из ратуши в порядок. Однако мы так и не смогли найти в них ничего ценного. Даже в документированных торговых сделках, подписанных мэром, не было ничего странного. Разве что поставки запчастей для кораблей, видимо, больше не проходят через ратушу, что скорее всего значит, что теперь Пехорро занимается ими лично.
– Что с принцессой? За ней следят?
Брэк отвёл взгляд, помрачнев ещё сильнее. Сердце капитана замерло.
– Брэк?
– Принцесса в лагере… – медленно произнёс Брэк с гримасой боли. – Об этом я и пришёл рассказать.
– Что? Как это произошло? Никто не проходит в лагерь без моего ведома, ты же знаешь, я…
– Есть ещё кое-что. Венди, она…
– Нет. – Покачал головой Аллек, не желая услышать окончание фразы.
– Она пропала, кэп. В порту был новый взрыв, и принцесса сбежала от мэра. За ней охотились все долбаные солдаты на острове. Венди удалось добраться до неё первой, а потом… Мы так до конца и не знаем, что случилось…
Аллек схватил с полки ещё одну короягоду и швырнул её в стену. Тело обожгло болью, но к удовлетворению капитана, в этот раз фрукт раскололся и разлетелся на части, оставив следы розовой мякоти на стене. Сердце стучало в висках, мешая сосредоточиться. Лицо горело огнём, будто у Аллека был сильный жар. Мысли путались. Кто и зачем охотился на принцессу? Кто устроил этот взрыв? Почему она сбежала? Но главное…
Он поручил Венди следить за принцессой. Думая, что это будет простое задание, именно ей он его доверил.
– Что случилось с Венди? – прорычал Аллек, глядя в лицо Брэку. Здоровяк неловко отступил, поднимая руки.
– Я точно не знаю… Она помогла принцессе выбраться, а потом Вель привела девочку к нам.
Аллек сощурился. А затем быстро зашагал к выходу, застёгивая на ходу рубашку. Брэк выставил перед ним руку.
– Капитан, нам стоит поговорить об этом. Эта девочка – дочь короля. Мы должны действовать осмотрительно.
– А я разве похож на безумца? – сквозь зубы прошипел Аллек.
Боль.
Боль была с ним на протяжении тренировки, но то, что он чувствовал сейчас было чем-то иным. Лицо Венди не выходило у него из головы. В груди болело так, что он едва мог дышать. Внутри его тела разгорался огонь – он чувствовал это. Огонь, который, если не дать ему волю, готов был сжечь его изнутри.
– Ты ждёшь от меня честный ответ? – Спросил Брэк, поймав распахнутую Аллеком дверь, чтобы она не наделала шума. Дерево тем не менее жалобно скрипнуло.
Аллек остановился, готовый наброситься на Брэка. Разорвать его.
Боль. Страх. Ярость.
Так себя чувствует раненый зверь, загнанный в угол.
Аллек поднял голову, и замер, увидев взволнованный взгляд Брэка. Ярость постепенно отступала. Его друг был прав – капитан должен был успокоиться и подумать. Однако терпение и рассудительность никогда не были его главными благодетелями. Не они давали ему силы. Ему хотелось сделать что-то – хоть что-нибудь, чтобы исправить собственные ошибки. Но всё что он мог сейчас – лишь совершить новые.
Аллек заставил себя несколько раз глубоко вздохнуть. Рана отдалась отрезвляющей болью.
– Да, вот так. Так уже лучше. – Сказал Брэк, обхватив капитана за плечи. – Ты уже давно не бандит, верно?
– Нет? А кто же я тогда?
– Ты защищаешь этот город. Дерёшься за справедливость.
Аллек невесело рассмеялся.
– А мне кажется, я просто глупец, только и делающий, что совершающий ошибки.
– За этой дверью, – Брэк указал на выход из трёхэтажного дома, где жил и работал Аллек, – твои люди. Им страшно, но они верят в тебя. Сейчас не лучшее время им видеть тебя таким.
– Чего они ждут от меня? – чуть было не закричал Аллек. – Защиты? Я никого не могу защитить, разве ты не видишь? Всё разваливается, как карточный домик, Брэк! Всё рушится, обращается в прах, и просачивается сквозь пальцы, как бы крепко я не сжимал кулак.
– Кулак – это не ответ на все вопросы. Порой раскрытая ладонь может принести больше пользы. – Он тяжело вздохнул, и Аллек опешил, увидев боль в его глазах. Только сейчас капитан понял, что больно может быть не только ему. – Венди жива, кэп.
От этих слов горло перехватило, и даже дышать стало больно. Сколько дней он собирался поговорить с ней, сколько раз, хотел остаться с ней наедине и сказать всё, что думает, даже если и до сих пор не знал, что именно. А теперь этого могло не случится вовсе.
– Венди жива, – ещё раз повторил здоровяк, но голос его дрогнул.
– Откуда ты можешь это знать?
– Вель видела, как всё случилось. Солдаты преследовали принцессу в порту, и Венди отвлекла их, переодевшись в мантию дома Олси. Они гнались за ней какое-то время, а затем, отвезли к мэру. Она жива, Аллек. Должна быть жива.
Брэк наконец опустил руку, которой преграждал выход из погреба. Самообладание постепенно возвращалось к капитану. Если Вель сказала правду, то Венди действительно могла быть жива. А это значило, что ей требовалась вся рассудительность Аллека. Он ещё мог что-то сделать, мог её спасти – обязан был её спасти, чего бы это ему не стоило.
– Ты узнал хоть что-то о смерти Иль’Пхора? – Капитан судорожно пытался придумать с чего начать.
Брэк глубоко и шумно вздохнул.
– Пока нет. Я сейчас направляюсь на встречу с учёными короля. Не знаю, захотят ли они говорить со мной по-хорошему, но обещаю узнать всё, что нужно. – Он помолчал мгновение, а потом добавил. – А ты обещай не делать ничего безрассудного, пока меня нет.
– Ты привёл Вель в наш лагерь? – неожиданно понял Аллек, раз за разом прокручивая в голове рассказ Брэка.
– Она… Она уже бывала здесь.
Аллек удивлённо вскинул бровь, а Брэк, не выдержав его взгляд, отвернулся.
– Боги, ты и она? Серьёзно? Да она вдвое тебя моложе!
– Она оказалась интересной собеседницей. Мы оба родились вдали отсюда! – разгорячённо ответил Брэк. – И потом, она довольно настойчива и своенравна.
– Ох, я должен был догадаться.
– Капитан, я понимаю, что не должен был, но…
– Не должен был приводить её сюда, это точно. Ты разве не понимаешь, что подвергаешь её опасности? Брэк, мэр Олси хотел меня повесить. Одним богам известно, сколько продержится этот лагерь.
– Она спасла принцессу и привела её к нам! Вырвала из рук солдат мэра!
– Бездна… – покачал головой Аллек. – Где мне её найти? Мне нужно поговорить с ней, узнать всё. Может быть, она знает, куда стражники увели Венди.
– Она рассказала мне всё, что знала, а затем отправилась обратно в бордель. А принцессу я приказал разместить в одном из домов дальше по улице. Пришлось постараться, чтобы оставить их там одних.
– Их? – удивился капитан.
– Да, совсем забыл тебе сказать. Аллек, с принцессой был тот механик из порта. Джервис. Похоже он встретился с девчонкой, пока та убегала от стражников.
– Опять этот парень? – не на шутку удивился капитан. – Может быть, он как-то с этим связан? Сперва корабль, теперь это. Как ты думаешь?
– Не знаю, но я впустил его. Он спас нас однажды, и, думаю, заслужил получить шанс.
Аллек потёр лоб, чувствуя, как голова от напряжения начинает болеть. Боги, последние месяцы он рыл землю в поисках ответов, но даже сейчас продолжал лишь натыкаться на новые вопросы. Ему казалось, что он убегает от огромной волны, но та становится всё больше и больше, и уже готова утопить весь город.
– Я поговорю с ними, – наконец вздохнул капитан. – А ты пойдёшь со мной.
– Но как же учёные с «Кондорры»? Я собирался…
– Да, я слышал. Но у меня есть идея получше. Быть может, кое-кто сможет тебе помочь, а ты совместишь приятную прогулку с добычей ценной информации. – Аллек развернулся на месте. – Подожди здесь, думаю, мне сперва стоит одеться.
Глава 7. Обещание. Энжи
Тени оживали.
Они росли в углах комнаты, набирали вес – набухали будто переспелые фрукты. Превращались в силуэты. В ищеек, идущих по следу.
Некоторые были маленькими, будто злые, зубастые псы. Другие – большие, словно сами боги ополчились на Энжи.
Она бежала, чувствуя, как чешуя Иль-Пхора режет голые ступни. Ощущала дыхание тьмы. Тьма гналась за ней, пульсировала прямо за её спиной. Стоило обернуться, и она поглотит её.
Девушка бежала по узким каменным улочкам, а дома нависали над головой. Балконы слепили красными огнями, хищно открывали пасти. Лампочки светились, будто безумные глаза. Дома были повсюду, закрывая собой небо. А она всё бежала, спасалась, не жалея сил. Неслась по переулкам, постоянно меняя направление, но не способная выбраться.
Принцесса свернула за угол, и Байрон вырос перед ней. Не настоящий советник – лишь его тень. Силуэт, сотканный из тьмы. Человек без лица, лишь отдалённо напоминающий мужчину, заботившегося о ней с детства.
Девушка вскрикнула, когда Байрон протянул к ней руки. Он застонал, неловко ступая в её сторону, а затем изо рта, только сейчас появившегося на лице, хлынула кровь. Глаза, пустые и безжизненные открылись лишь для того, чтобы закатиться. В них бушевало красное пламя – огонь, который, казалось, способен сжечь её, стоит прикоснуться рукой.
Девушка отвернулась, не в силах смотреть, как Байрон падает – превращается в серую пыль – сливается с туманом.
Впереди вдруг замаячил свет. Энжи бросилась в его сторону, увидела два небольших белых пульсирующих сгустка. Услышала, как они шепчут, будто бы зовут к себе, но девушка, как ни старалась, не понимала слов.
Она подошла ближе, и свет стал чуть менее ярким. На секунду ей даже показалось, что он по форме напоминает человека. Двух людей, если точнее. Между ними лежал блестящий меч – такой, как мэр Олси подарил своему старшему сыну.
Энжи подошла, ощущая непривычное волнение. Чувство было на удивление приятным, будто перед ней лежал закрытый подарок, и всё что было нужно, лишь развязать яркую ленту и сорвать цветастую упаковку.
Энжи взяла меч в руки, а затем развернулась в сторону приближающейся тьмы. Она была уже совсем рядом, окутывала её со всех сторон, окружала. Прошло лишь несколько секунд, прежде чем вокруг не осталось ничего кроме тёмного, плотного тумана. Даже огоньки, к которым она так неслась, исчезли.
Девушка крепче обхватила рукоять клинка двумя руками. Меч был длинный, тонкий и на удивление лёгкий. Лезвие было ребристым, с маленькими зазубринками по одной стороне, пугающими и очень острыми. Если подумать, то лезвие совсем не походило на то, что она видела у Пауля. Хотя девушка не знала, почему была так в этом уверена, ведь Пауль при ней никогда не доставал меч из ножен. Однако она знала – это был другой клинок.
Тьма, тем временем, продолжала подкрадываться, расползаясь вокруг ног. Девушка взмахнула мечом, стараясь отогнать её, но ничего не случилось. Туман становился лишь плотнее. Он был вязким и тягучим, сковывал каждое движение, забирал силы. Энжи боролась против тьмы, но ничего не могла сделать. Туман подобрался снизу, пополз по ступням вверх, добрался до груди и сдавил её, укутал лицо, застлал глаза, проник в горло и нос, не давая вздохнуть.
Девушка вновь попыталась взмахнуть клинком, но не смогла двинуться.
«Помогите!», невесть у кого попросила она, и что-то шевельнулось внизу. Откликнулось на её зов. Почва под ногами задрожала, просыпаясь. Оживая.
Перед ней вдруг появились глаза – сине-чёрные словно бездна. А затем в груди раздался стук сердца.
Но было поздно, и в следующую секунду весь мир стал просто… тьмой.
Энжи открыла глаза и поняла, что сидит на кровати, а горло раздирает её собственный крик.
Она заставила себя замолчать, осмотрелась, ещё не полностью отделавшись от ощущения удушья. Тумана не было, и принцесса вздохнула, хватая ртом воздух. По коже струился пот, волосы прилипли к лицу, сердце стучало как бешеное. Несколько секунд ей потребовалось, чтобы прогнать кошмар. А затем вспомнить. Вспомнить, где она. Вспомнить события прошлой ночи. И ей вновь захотелось кричать.
– Принцесса?
В дверях показался взъерошенный рыжий парень. Тот, что спас ей жизнь.
– Джервис, – промямлила девушка, глядя, как он встревоженно на неё смотрит. Высокий, с сильными руками и широкой грудью. Принцессе было стыдно признаться в этом, но она была рада, что он вошёл. Меньше всего ей хотелось сейчас оставаться одной. – Извини. Я, наверное, всех перебудила.
Джервис полностью зашёл в комнату, и закрыл за собой дверь. Боги, если бы кто-то из её советников, родственников или даже слуг увидели такое, ей пришлось бы выслушивать лекции ещё долгие месяцы. Он был не просто ниже её по положению – нет, они были из разных миров, и даже за разговор с ней, его могли казнить.
Вот только рядом с принцессой теперь не было ни одного человека, который мог бы прочесть ей лекцию. Последнего, кто был на такое способен, она убила своими руками.
– Я проснулся уже какое-то время назад, – Джервис почесал растрёпанные волосы. На нём была чистая серая рубашка, застёгнутая лишь на несколько пуговиц, и коричневые штаны, из-под которых торчала пропитанная кровью повязка, закрывающая рану. – Судя по всему, кроме нас в доме на ночь никто не остался. Я видел несколько комнат дальше по коридору, но не похоже, что в них ночевали люди.
– Вчера, я почти сразу заснула, – пробормотала Энжи. Горло всё ещё тянуло из-за крика. – Я слышала чьи-то шаги рядом, но никого не видела.
– Помнишь, как Брэк и Вель разместили нас здесь?
Энжи увидела, как он взволновано смотрит на неё, и слегка смутилась. Затем покачала головой. Всё было как в тумане и, казалось, что вчерашний день случился многие месяцы назад. Лишь образ Байрона не выходил у Энжи из головы. Кровь – липкая, пристающая к ладоням и голым ступням. Тяжесть мушкета, привкус пороха на языке.
Девушка поморщилась, отгоняя ужасные воспоминания.
– Может быть, наши соседи ушли на работу? – Пожал плечами Джервис, ничего не заметив. – Я спал как убитый, а сейчас, похоже, перевалило за полдень.
– Ты вчера видел кого-то?
Джервис задумчиво поднял голову к потолку.
– Когда нас привели – Брэк и Вель о чём-то спорили. Похоже, он просил её остаться, а она не захотела. Из наших окон видно ворота, и я заметил, как Вель, накинув на голову плащ, вышла из лагеря.
«Бросила нас», почему-то подумала Энжи, и почувствовала обиду, хоть и знала, что не может винить за это темноволосую спасительницу. Похоже, принцессе пора было отвыкать от верной стражи, готовой отдать за неё жизнь. И от того, что она принцесса.
– Нас оставили одних здесь? – спросила наконец Энжи. – Даже без охраны?
– Охрана есть у ворот, – пожал плечами парень, который, похоже, даже не задумывался, об этом. – После того, как Вель и Брэк ушли, какой-то мальчуган перевязал мне рану. К вам тоже отправили молодую девочку – она помогла вам смыть с себя кровь и переодеться.
Энжи удивлённо выпрямилась, сидя на диване. Джервис тут же смущённо отвернулся, уставившись куда-то в окно. Принцесса осмотрела себя и обнаружила, что одета в просторную ночную рубашку.
– Не подашь мне…
Джервис бросил на неё быстрый взгляд и залился краской. Сама не зная почему, Энжи натянула одеяло выше, лишь помедлив мгновение. В его взгляде было что-то волнующее и совершенно неприличное. Что-то, чего принцесса никогда не испытывала, и, более того, никогда не желала испытать. И, как и каждый раз до этого, взгляд его был совершенно искренним, будто бы юноша вообще не умел скрывать свои чувства, от чего будоражил лишь сильнее.
– Одежда, Джервис, – напомнила принцесса, и парень, по-прежнему стараясь не смотреть в её сторону, протянул ей чистые вещи, аккуратно сложенные на краю кровати. Её старая одежда висела на спинке стула и выглядела ужасно. Рубашка была порвана и вымазана в грязи, на штанах виднелись следы крови, а обуви не было вовсе.
Вещи, которые подал Джервис – рубашка на пуговицах и просторные штаны, как у самого механика – были серо коричневого цвета и, похоже, были велики ей на несколько размеров. Однако на них хотя бы не было подсохших кровавых разводов, напоминающих о том, что она убийца.
– М-да, – вздохнула принцесса. – Видок будет не королевским. Хотя, быть может, пора уже привыкнуть.
– Вы… – Джервис замялся, продолжая упорно смотреть в другую сторону. В этот раз он старательно изучал потрескавшуюся штукатурку на стене. – Вы очень… эм… Ваше одежда хорошо смотрелась вчера, когда я… То есть, я уверен, и новые вещи будут прекрасны на вас…
Энжи улыбнулась уголками губ, и, к своему стыду, почувствовала, что краснеет. Одним богам известно, сколько комплиментов ей довелось выслушать за свою жизнь, но, почему-то, этот был приятнее многих других. Ей нравилось волнение парня, нравилось смотреть, как он нервничает, нравилось, как он мельком косится в её сторону. Нравилось то, насколько это было неприлично, и от того честно.
Ей хотелось заставить его остаться рядом. Она была готова просить, умолять, приказывать или даже угрожать для этого. Просто чтобы не быть одной. Но в глубине души, она чувствовала, что хочет, чтобы он сам желал остаться. Желал подвергнуть себя опасности, рискнуть жизнью ради неё. Это было нечестно по отношению к этому рыжему здоровяку, но она ничего не могла с собой поделать. Однако они были людьми из разных миров, совершенно не похожих друг на друга. Она ничего не могла предложить ему, кроме дружелюбной улыбки. Даже, если ей этого и хотелось.
– Подожди меня внизу, – сказала она серьёзно, когда парень запнулся, и в воздухе повисла неловкая пауза. Его щёки всё ещё горели румянцем, но взгляд зелёных глаз немного потускнел. Он несколько раз кивнул, неумело поклонился и вышел за дверь.
Энжи глубоко вздохнула, позволив одеялу упасть на колени. В пустой комнате вновь повисла тишина.
Больше не было ни слуг, ни стражи, ни советников, ни отца или братьев, способных защитить её. Никого, кроме Джервиса, который, вполне возможно, помогает ей лишь из страха перед королём.
Байрон сказал, что отец должен прибыть на Иль’Пхор в течении недели, но стоило ли ему верить, учитывая его предательство? К тому же, как ей прожить здесь неделю, если мэр отправил на её поиски всех солдат острова. Ей нужно было во что бы то ни стало связаться с отцом, рассказать ему о произошедшем и при этом не оказаться в плену. И для этого ей требовались союзники, которых она никогда не умела заводить. Требовалась сила, с которой мэру пришлось бы считаться, но которой у неё никогда не было.