Текст книги "Файф-о-клок"

Автор книги: Иржи Грошек

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Чем отличается двухтомник Лукиана тридцать шестого года от нового издания Лукиана?

Из монастырской библиотеки

1. Августин Аврелий. О Граде Божьем

2. Августин Аврелий. Творения. Об истинной религии

3. Августин Аврелий. Творения. Теологические трактаты

4. Авсоний Децим Магн. Стихотворения

5. Агафий Миринейский. О царствовании Юстиниана

6. Аммиан Марцеллин. История

7. Ампелий Луций. Памятная книжица

8. Андокид. Речи

9. Анна Комнина. Алексиада

10. Аполлодор. Мифологическая библиотека

11. Аполлоний Родосский. Аргонавтика

12. Аппиан. Римская история

13. Аппиан. Римские войны

14. Апулей. Апология. Метаморфозы. Флориды

15. Арат. Явления

16. Аристотель. История животных

17. Аристотель. Метафизика

18. Аристотель. Риторика. Поэтика

19. Аристотель. Сочинения

20. Аристофан. Комедии. Фрагменты

21. Арриан. Поход Александра

22. Артемидор. Онейрокритика

23. Афиней. Пир мудрецов

24. Беда Достопочтенный. Церковная история народа англов

25. Боэций. Утешение философией

26. Браччолини Поджо. Фацетии

27. Варрон. Сельское хозяйство

28. Вергилий. Буколики. Георгики. Энеида

29. Витрувий. Десять книг об архитектуре

30. Гален Клавдий. О медицине

31. Гелиодор. Эфиопика

32. Геллий Авл. Аттические ночи

33. Геродиан. История императорской власти после Марка

34. Геродот. История

35. Гесиод. Поэмы. Фрагменты

36. Гигин. Астрономия

37. Гигин. Мифы

38. Гильда Премудрый. О погибели Британии

39. Гиппократ. Избранные сочинения

40. Гомер. Илиада

41. Гомер. Одиссея

42. Гораций. Оды. Эподы. Сатиры. Послания

43. Григорий Турский. История франков

44. Дарет Фригийский. История о разрушении Трои

45. Демосфен. Речи

46. Диадох Дамаский. О первых началах

47. Диоген Лаэртский. Жизнеописания философов

48. Диодор Сицилийский. Историческая библиотека

49. Дионисий Ареопагит. Сочинения; Максим Исповедник. Толкования

50. Диофант. Арифметика

51. Драконций. Мифологические поэмы

52. Евагрий Схоластик. Церковная история

53. Евгиппий. Житие святого Северина

54. Еврипид. Трагедии

55. Евтропий. Бревиарий от основания города

56. Иордан. О происхождении и деяниях гетов

57. Иосиф Флавий. Иудейская война

58. Иосиф Флавий. Иудейские древности

59. Катон Марк Порций. Земледелие

60. Катулл Гай Валерий. Книга Катулла Веронского

61. Кекавмен. Советы и наставления

62. Климент Александрийский. Сочинения

63. Ксенофонт. Анабасис

64. Ксенофонт. Греческая история

65. Ксенофонт. Киропедия

66. Ксенофонт. Сократические сочинения

67. Курций Руф Квинт. История Александра Македонского

68. Лактанций. О смертях преследователей

69. Ливий Тит. Римская история от основания города

70. Лисий. Речи

71. Лонг. Дафнис и Хлоя

72. Лукан Марк Анней. Фарсалия

73. Лукиан. Избранная проза

74. Лукиан. Собрание сочинений

75. Лукреций. О природе вещей

76. Макиавелли Никколо. Государь. Рассуждения о первой декаде Тита Ливия

77. Макьявелли Никколо. История Флоренции

78. Манилий Марк. Астрономика

79. Маргарита Наваррская. Гептамерон

80. Марк Аврелий. Размышления

81. Марциал. Эпиграммы

82. Менандр. Комедии. Фрагменты

83. Монтень. Опыты

84. Непот Корнелий. О знаменитых иноземных полководцах

85. Нонн Панополитанский. Деяния Диониса

86. Овидий. Метаморфозы

87. Овидий Публий Назон. Скорбные элегии. Письма с Понта

88. Олимпиодор. История

89. Ориген. О началах

90. Орозий Павел. История против язычников

91. Павсаний. Описание Эллады

92. Петрарка Франческо. Африка

93. Петроний Арбитр. Сатирикон

94. Пиндар. Вакхилид. Оды. Фрагменты

95. Пифагорейские золотые стихи

96. Плавт. Комедии

97. Платон. Собрание сочинений

98. Плиний Младший. Письма. Панегрик Траяну

99. Плиний Старший. Естествознание. Об искусстве

100. Плотин. Сочинения

101. Плотин. Эннеады

102. Плутарх. Застольные беседы

103. Плутарх. Избранные жизнеописания

104. Плутарх. Исида и Осирис

105. Полибий. Всеобщая история

106. Полиэн. Стратегемы

107. Прокл. Комментарий к первой книге «Начал» Евклида

108. Прокл. Начала физики

109. Прокл. Первоосновы теологии. Гимны

110. Прокл. Платоновская теология

111. Прокопий Кесарийский. Война с готами. О постройках

112. Прокопий Кесарийский. Война с персами. Война с вандалами. Тайная история

113. Пселл Михаил. Хронография. Краткая история

114. Саллюстий Гай Крисп. Сочинения

115. Светоний Гай Транквилл. Жизнь двенадцати цезарей

116. Север Сульпиций. Сочинения

117. Секст Эмпирик. Сочинения

118. Сенека. О краткости жизни

119. Сенека Луций Анней. Нравственные письма к Луциллию

120. Сенека Луций Анней. Трагедии

121. Сенека Луций Анней. Философские трактаты

122. Сократ Схоластик. Церковная история

123. Софокл. Драмы

124. Софокл. Трагедии

125. Стаций Публий Папиний. Фиваида

126. Страбон. География

127. Тацит Публий Корнелий. Анналы

128. Тацит Публий Корнелий. Германия. Малые сочинения

129. Тацит Публий Корнелий. История

130. Теренций. Комедии

131. Тертуллиан. Избранные сочинения

132. Тертуллиан. О душе

133. Тертуллиан. О плаще

134. Федр. Бабрий. Басни

135. Феокрит. Мосх. Бион. Идиллии и эпиграммы

136. Феофилакт Симокатта. История

137. Феофраст. Характеры

138. Филон Александрийский. Против Флакка. О посольстве к Гаю

139. Филон Александрийский. Толкование Ветхого завета

140. Филострат. Картины; Каллистрат. Описание статуй

141. Филострат Флавий. Жизнь Аполлония Тианского

142. Фронтин. Военные хитрости

143. Фукидид. История

144. Харитон. Повесть о любви Херея и Каллирои

145. Цицерон Марк Туллий. Диалоги. О государстве. О законах

146. Цицерон Марк Туллий. О пределах блага и зла. Парадоксы стоиков

147. Цицерон Марк Туллий. О старости. О дружбе. Об обязанности

148. Цицерон Марк Туллий. Письма

149. Цицерон Марк Туллий. Речи

150. Цицерон Марк Туллий. Три трактата об ораторском искусстве

151. Цицерон Марк Туллий. Учение академиков

152. Цицерон Марк Туллий. Философские трактаты

153. Эзоп. Басни

154. Элиан Клавдий. Пестрые рассказы

155. Эмпедокл. О природе. Очищения

156. Эсхил. Трагедии

157. Ювенал. Сатиры

158. Юлий Цезарь. Записки о галльской войне

159. Ямвлих. О египетских мистериях

160. Ямвлих. О Пифагоровой жизни

161. Ямвлих Халкидский. Комментарии на «Диалоги» Платона

Здесь похоронена Глава о том, как в 1797 году Алексей Иванович Мусин-Пушкин, уроженец Москвы, обнаружил полуистлевшую рукопись в ризнице Спасо-Преображенского собора… О том, как это уникальное древнерусское произведение, написанное в конце двенадцатого века и повествующее о неудачном половецком походе князя Игоря Святославича, повлияло на всю отечественную словесность… О том, как Алексей Иванович сделался знаменит благодаря публикации «Слова о полку Игореве»… О том, как сгорело древлехранилище Мусина-Пушкина во время французского нашествия тысяча восемьсот двенадцатого года… И о том, что теперь мы читаем «Слово о полку Игореве», полагаясь только на копию, сделанную Алексеем Ивановичем Мусиным-Пушкиным…

Тринадцатый апостол

Продолжение

Итак, любезный трактирщик проводил нас в меблированные комнаты, которые находились на втором этаже его дивного заведения. Злобная тварь отчаянно сопротивлялась, требуя два кувшина вина не сходя с места, и пришлось ее тащить вверх по лестнице, как барана. Она цеплялась за перила и балясины, покуда трактирщик не поклялся своей матерью, что как только мы доберемся до комнат, он принесет четыре кувшина вина, и самого лучшего. Лишь тогда злобная тварь поутихла и согласилась проделать оставшийся путь самостоятельно.

Комнаты были смежные, вроде столовой и спальни, и меблированы в стиле «а-ля сарай», характерной чертой которого считаются колесо от телеги и живописно вбитые гвозди на всякий случай. На гвоздь, что повыше, можно повесить хомут, на тот, что пониже, – дорожный плащ.

– Ну как?! – гордо спросил трактирщик и расплылся в улыбке от безответной любви к своему хозяйству.

– Мне нравится, – согласился я и вытолкал колесо от телеги в общий коридор. – Двери запираются на засов?

– Не извольте беспокоиться! – заверил меня трактирщик. – Изнутри и снаружи! Все под надежной охраной и неусыпным…

Трактирщик запнулся, подбирая подходящее слово или стесняясь его произнести. Я видел неоднократно, как в общем-то безобидные слова смущают необразованных людей своими аллитерациями.

– Под неусыпным бдением! – закончил предложение трактирщик и перекрестился.

А злобная тварь ехидно зафыркала, что в данном случае означало смех. Однако я не нашел повода для веселья, а только пихнул свою переписчицу, чтобы она углубилась в комнаты и не отсвечивала на пороге. После чего осмотрел входную дверь, остался доволен засовами и принял помещение…

Здесь мне предстояло творить историю, вернее, трудиться над «Анналами» Корнелия Тацита, потому что тащиться с бабой в мужской монастырь я не решался. По правде говоря, теперь возникали другие проблемы – как вызволить Корнелия из монастыря хотя бы на время? Но я рассчитывал на широкие рукава своей рясы и мастерство переписчицы, которая выполнит свою часть работы и постарается сделать ее быстрее, чем в монастырской библиотеке обнаружат пропажу. Поэтому в первую очередь меня беспокоила конкретная мебель – стул и стол, а прочая обстановка особенно не волновала. Однако злобная тварь, по воле Господа нашего Иисуса Христа уготованная мне в качестве наказания, интересовалась другими предметами…

– Комнаты две, а кровать одна! – заявила она с явно выраженным возмущением.

Помня о гадком характере переписчиков, я тут же решил показать, кто в нашем предприятии голова, а кто – остальные части тела, впрочем не уточняя, какие именно.

– Все правильно, – подтвердил я. – Кровать для меня… А ты будешь спать на полу или вообще не будешь!

Скромняга трактирщик не вмешивался в наши дебаты, а, в свою очередь, испытывал дверь на прочность. То есть засунул палец до посинения в замочную скважину и глубокомысленно сопел, скорее всего размышляя, как вытащить его обратно.

– Никто не сходит за маслом? – наконец-то спросил трактирщик. – Я, с вашего дозволения, можно сказать, застрял…

Милости Господа нашего – безграничны. Однако почему они сыплются только на мою голову?! Злобная тварь идти за маслом не собиралась, да и кто бы ее послал? Трактирщик по собственной глупости застрял… И обязанности мальчика на побегушках достались мне…

– Где находится ваше масло? – скрипя зубами осведомился я.

– Оливковое? – уточнил трактирщик. – Или сливочное?

Тут я подумал, что для одного календарного дня милостей выпало предостаточно и надо каким-то образом известить об этом Всевышнего…

– Господи! – взмолился я, преклонив колени. – Почему окружают меня идиоты?! Разве нет нормальных людей по образу Твоему и подобию?! Куда подевались мозги, которые столько веков Ты усердно пересаживал им от обезьяны?! А если слова мои ересь и заблуждение, то почему идиоты собираются возле меня в таком количестве?!

И тщетно взывал я к Господу… Потому что злобная тварь только фыркала, а трактирщик переминался с ноги на ногу, не думая об отпущении грехов, а мечтая освободить палец.

– Жаль, – сказал трактирщик, – что не могу к вам присоединиться. То есть рад бы, да не могу! А помолиться я тоже горазд, однако проклятая скважина не пускает!

Тут злобная тварь, в смысле переписчица, подкралась к трактирщику сзади и что есть силы наподдала ему ногой.

– Ой! – сказал трактирщик и моментально освободился…

– Принеси мне сейчас же вина, как договаривались – четыре кувшина! – потребовала злобная тварь. – Или маменька твоя сдохнет! В ближайшую пятницу! – добавила она для пущего ускорения.

– Бегу-бегу, ваша милость, – сказал трактирщик, позевывая. – А маменька моя, царство ей небесное, упокоилась аккурат как во вторник. Да почитай лет десять тому назад… Помню, погода была отвратительная. С неба сыпалась какая-то дрянь вроде той, что сегодня. Ноги на дороге разъезжались, и гроб с покойницей дважды падал на землю, покуда его донесли до кладбища. Однако маменьке это кувыркание пошло на пользу, потому что она слегка утрамбовалась и поубавила прыти. А ранее на каждом повороте выдвигала из гроба то правую ногу, то левую – ну не странно ли, когда покойник сам руководит движением. Гроб-то сделали на глазок. Ибо при жизни моя маменька отличалась свирепым характером и близко никого к себе не подпускала с измерительными инструментами, как только речь заходила о наследстве и похоронных принадлежностях. А после кончины не было никакого резона беседовать с моей маменькой по этому поводу. Вот и сэкономили на строительных материалах, по той простой причине, что в нашей деревне освободился хороший гроб, ну в смысле – не понадобился предыдущему покойнику, потому как тот взял, собака, и поправился. Правда, ростом не вышел, да что теперь говорить об этом, когда предыдущий покойник тоже упокоился. Аккурат как в среду, сразу после маменьки. Спасибо хоть гроб уступил. Ну, подогнул я, значит, маменьке ножки, и кое-как она поместилась в этом ящике для траурных церемоний. И пусть половину пути моя маменька провела неправильно, потому что братья и сестры в такой кутерьме тащили гроб вверх тормашками, зато утряслась и лежала в гробу как влитая.

А надо сказать, что маменька отличалась не только свирепым характером, но вдобавок желала упокоиться на «священной земле» францисканцев. Как вы знаете, эти странствующие монахи имеют право закапывать всех подряд возле собственной церкви. И почему-то считается, что здесь усопшему будет лучше, чем на приходском кладбище. Такие разборчивые покойники, вроде моей маменьки, отписывают приличные деньги ордену францисканцев, а местному духовенству – шиш! И вот закопали мою дорогую маменьку согласно ее завещанию… Я, разумеется, поплакал над своим наследством и пошел навести справки – сколь причитается этим поганым францисканцам за аренду «святой земли»?! И как узнал, что за сумму отписала моя ненормальная маменька, чуть сам не сыграл в ящик! Я спрашиваю: «Откуда такие расценки за единицу площади?! Вы измеряли хотя бы наш гроб, который не больше скворечника?! И кто вас просил закапывать маменьку на такую сумасшедшую глубину, как будто она сокровище или клад?! Достаточно было сверху немного присыпать песочком – и хрен с нею!» Но самое омерзительное в этой истории, как выяснилось, это что покойников нельзя хоронить стоймя и они норовят разлечься во все, извините, кладбище. Отсюда и расценки на аренду соответствующие! У нищих францисканцев.

Тогда я решил отправиться к местному духовенству, чтобы сравнить, так сказать, прейскурант и по возможности сэкономить, если оголтелые покойники совсем ничего не соображают и разбрасываются завещаниями очертя голову. И каково же было мое изумление, когда я узнал, что за участок на типовом кладбище можно отписать в два раза меньше. Местный священник мне объяснил, что в подобном случае деньги пойдут на благое дело, а в другом – нищему ордену францисканцев и спекулянтов. Которые попросту наживаются на «святой земле», правда согласно булле папы Иннокентия Четвертого от ноября тысяча двести пятидесятого года. И если маменьку надо перезахоронить, то приходское кладбище готово принять заблудшую покойницу за соответствующее вознаграждение плюс бочка вина на транспортные расходы. Но лучше – ночью. Потому что францисканцы тоже не дураки и стерегут своих усопших.

Сказано – сделано! И на следующее утро моя ненаглядная маменька чудесным образом перенеслась на местное кладбище, а приходские священники состряпали бумагу, что «такая-сякая сменила прописку по собственной воле». И тяжелая могильная плита теперь надежно прикрывала покойницу от посягательства. То есть захочешь – не подкопаешься! Однако мы плохо себе представляли силу «святой земли». Которая трижды притягивала маменьку обратно. И если утром покойницу видели на приходском кладбище, то к вечеру она лежала на территории францисканцев вместе с могильной плитой. Святые мощи постоянно переходили из рук в руки, а похоронная процессия не останавливалась – ни днем, ни ночью… Чем бы это закончилось, не вмешайся вышестоящее руководство, никто не знает. Но однажды сверкнула молния, ударила в гроб и указала на место, где должна упокоиться моя маменька. Это случилось во время очередной транспортировки, под проливным дождем, как раз на равноудаленном расстоянии, если идти с одного кладбища на другое. И лежит сейчас моя маменька в придорожной могиле, аки великомученица и великопутешественница… Зато я остался один и при целом наследстве, – закончил рассказ трактирщик и снова попытался засунуть палец в замочную скважину…

– Нет, нет и нет! – возмутилась злобная тварь. – Я помираю от жажды, а этот дурак здесь фацеции сочиняет! Немедленно отправляйся в кладовку, и чтобы с пустыми руками не возвращался!

– А что желает ваша милость? – уточнил трактирщик.

– Да он еще издевается! – решила злобная тварь, схватила табурет и запустила им в трактирщика.

И откуда только силы берутся у этих тварей – переписчиков?! Наш трактирщик еле-еле увернулся, а табурет врезался в стенку и развалился.

– Я к тому, – невозмутимо пояснил трактирщик, у которого, по всей вероятности, нервы были покрепче табурета, – что в кладовке ничего интересного нет… А вот в погребе…

Но злобная тварь схватила второй табурет, и трактирщик счел за лучшее удалиться. Я остался один на один с переписчицей и стал подумывать о защите своих интересов. Прикинул, сколько в комнатах осталось мебели и надолго ли хватит мне прыткости. Ибо трактирщик, скорее всего, привык уворачиваться в силу своей профессии, а я, честно сказать, давненько не тренировался. Тут переписчица откинула капюшон и усмехнулась… Я предпочел бы этого не видеть, потому как подумал, что час расплаты настал и теперь меня будут резать. На мелкие и аккуратные кусочки.

– Вам большой привет от кардинала Орсини, – сказала переписчица и подошла к окну, чтобы я таращился на нее против света. – Он извиняется за мой внешний вид, – здесь она снова усмехнулась, – однако более подходящего человека для нашей миссии у кардинала не нашлось…

Я не поверил своим ушам. Во-первых, голос у моей переписчицы совершенно изменился, и если не далее как три минуты назад она хрипло гавкала, вроде торговки на городском рынке, то теперь ее интонациями можно было бы наслаждаться, да не хотелось… Вдобавок о какой такой «миссии» она говорила и при чем здесь кардинал Орсини, когда переписчика мне посылал Никколо Никколи?

– Кстати, – добавила странная переписчица, – рекомендательное письмо лежит на столе…

Я не поверил собственным глазам. Письмо действительно оказалось на столе, хотя за минуту до этого – ничего не было. Помнится, я пересчитывал мебель в комнате и машинально отметил это обстоятельство – что поверхность стола ровная и прекрасно подойдет для работы.

– Только не вздумайте его читать, – предупредила меня переписчица. – Сейчас появится болван-трактирщик. Поэтому возьмите письмо и спрячьте, а прочтете, как только болван уйдет.

И едва я успел это сделать, как на пороге появился трактирщик с двумя кувшинами вина и окороком под мышкой. Тут я перестал вообще чему-либо верить.

– А вот и обещанное вино! – радостно сообщил трактирщик. – Заждались?! Проголодались?!

– Заткнись и проваливай! – отвечала ему странная переписчица, которая снова превратилась в злобную тварь.

Она буквально вырвала окорок, схватила кувшин, хлебнула вина и тотчас же плюнула.

– Ну что? – спросила она у трактирщика. – Разбить этот кувшин о твою голову?! Вот как ты, паскудник, встречаешь знатных господ из Флоренции?!

Бедный трактирщик не знал, что ответить. А злобной твари все было ведомо… Она грохнула по столу кувшином и стала подступаться к трактирщику.

– Где тот бочонок вина, который доставили на прошлой неделе?! – ядовито осведомилась она, размахивая окороком.

– В дальнем углу моего погреба! – честно отвечал трактирщик, как зачарованный глядя на окорок.

– И чего же ты ждешь?! – удивилась злобная тварь. – По морде?!

Здесь я не вмешивался в дебаты, потому что не представлял, откуда моей переписчице известно о бочонке вина в недрах этого Богом забытого трактира.

– Много я повидал на своем веку, – заметил трактирщик, впрочем из коридора. – Однако такую заразу впервые встречаю…

И вторично сумел увернуться, теперь от кувшина, который просвистел, словно пушечное ядро, и разбился о стенку. После чего наступила относительная тишина с перерывами на повизгивание. Это бедный трактирщик спешил вниз по лестнице.

– С третьего раза не промахнусь! – заверила переписчица.

Пользуясь временной передышкой в баталии, я вытащил из рукава своей рясы рекомендательное письмо, распечатал его и принялся читать…

«Дорогой Поджо! – мелким бисером строчил кардинал Орсини. – Податель сего письма в рекомендациях не нуждается, и, следовательно, удача на твоей стороне, если ты в состоянии прочесть это послание. Я рад, что ваша встреча состоялась и закончилась благополучно. Сделай милость, прислушайся к советам этой бестии, и фортуна по-прежнему будет к тебе благосклонна. Главное, что ты остался жив, а больше беспокоиться не о чем! Могу лишь добавить, что знаю эту личность как самое ловкое существо, задуманное Богом и созданное Дьяволом. А посему я уверен, что ваша деликатная миссия пройдет успешно…»

Подписи не было, но я хорошо изучил почерк Орсини за время службы в канцелярии папской курии и нисколько не сомневался в подлинности этого, скажем, рекомендательного письма. Но по-прежнему не понимал – где переписчик, посланный Никколо Никколи и что за деликатная миссия обрушилась на мою голову?

– Э-э-э?.. – попытался уточнить я.

Однако так называемая бестия не стала дожидаться, покуда я сформулирую свой вопрос.

– На кровати буду спать я! – пояснила она для начала. – Потому что тебя одолеет бессонница. В скором времени, – добавила она и снова усмехнулась. – Это понятно?!

«Чего же тут непонятного?» – с грустью подумал я…