Текст книги "Не все проклятие, что им кажется (СИ)"
Автор книги: Ирина Властная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 28 страниц)
Глава 13
Мост. Река Стремительная. Одна луна до каравана… Лист
Шёл проливной дождь. Третьи сутки небесные хляби обрушивали на землю нескончаемые потоки воды, превращая сухую землю в противную грязь, а небольшие ручейки в стремительные речушки, несущиеся вниз к «Драконьему рубежу».
Третьи сутки Лист с двумя эльфийскими разведчиками пробирался до перекрёстка на Сварт, один из драконьих градов, чтобы потом уйти на запад к мосту через речку Стремительная, где он собственно и решил устроить нападение на идущий к Алтарю Предков караван.
Пробирались в основном ночью, начиная движение с вечерними сумерками и заканчивая с утренним туманом.
Днём разбредались по сторонам от тракта и замирали, стараясь ничем себя не выдать, ведя постоянное наблюдение за дорогой и оставляя лишь малые крохи времени для чуткого, неспокойного сна и на скудный перекус из небогатых запасов.
Происходящее Листу не нравилось. Тракт не был безлюден, как он предполагал ранее. По нему с завидным постоянством проносились тройки легко вооружённых воинов, а в сером, размытом болезненной мутью небе изредка пролетали драконы, зорко осматривая приграничные земли на наличие чужаков. В такие моменты, эльфы не то что шевелиться, они вздохнуть лишний раз боялись.
Лист никак не мог взять в толк. Либо у драконов изначально поставлена охрана своих земель на таком высоком уровне, либо они готовятся к чему-то важному для себя.
Не хотелось думать, что причинной такой активности является караван, но чутьё полукровки твердило именно об этом. Если так, то задача усложнялась вдвое, если не больше.
И что же такое везёт караван? Для чего или для кого такие меры предосторожности? И не вляпался ли он в очередной раз в довольно сомнительное приключение?
Мысли были сумрачные и безрадостные, но это не отменяло дело, а дело надо было выполнить. Лист уже прекрасно осознал простую вещь – на кону сейчас стоит не баснословно обещанный гонорар, а его жизнь, и это совершенно не радовало.
Размышляя обо всём этом, Лист лежал на невысоком каменистом пригорке к югу от моста, рядом с руслом реки и задумчиво оглядывал окрестности.
Пейзаж не радовал. Низкие каменистые холмы были разбросаны вдоль всего тракта, между ними заросли камыша и заболоченная земля.
Для внезапного нападения неплохо, а для быстрого отхода совсем не подходило. В том, что отходить придётся очень быстро он не сомневался ни мгновения. Через сутки здесь пройдёт караван и надо успеть всё спланировать, вот только в голове пусто, как в чугунке у бедняка.
– Лист, весточка от Лотаниэля, – раздался внезапный шёпот рядом. Так внезапно, что он вздрогнул.
Покосившись через плечо, Лист узрел Келеборна, одного из двух эльфов, которых, несмотря на внутреннюю борьбу с самим собой, выделил ему Лот.
Так и сказал:
– Чтоб с тобой, дураком, ничего не случилось. – при этом его насмешливая чистоэльфийская высокородная рожа излучала превосходство над непутёвым полукровкой.
После преодоления неприступной крепости их пути, как и следовало ожидать, разошлись. Лотаниэль с основным отрядом ушёл на восток, его почему-то страшно заинтересовали леса в предгорьях Неприступных. Амбиции сына Верховного были написаны на его лице огромными рунами.
А узнав о задании Листа, он только покрутил пальцем у виска, смерил его снисходительным взглядом и отрядил ему в помощь двух опытнейших воинов из своего отряда. Да пообещал, если что присылать вести о караване, ведь большую часть пути до лесных массивов ему придётся пройти вдоль тракта.
– Что там?
– Пока всё, как планировали, – зачастил Келеборн, придерживая одной рукой вздрагивающего всем телом совёнка, глаза которого, казалось, сейчас выпадут от напряжения после быстрого перелёта. – Караван в одной луне от нас, идёт без остановок. Пять телег, четыре так себе, а центральная непростая, слишком тяжёлая, да ещё и железом с цепями обитая. В охранении двенадцать конных воинов. В начале каравана трое тяжёлых латников, элита драконов, скорее всего, из рода Изумрудных, столько же и в арьергарде. По бокам тоже сопровождения из трёх драконов с каждой стороны, но там другие, лёгкая конница с лёгкими пиками и, к сожалению, с седельными луками. Эти, скорее всего, из рода Графитовых. Это будет проблемой. Латникам здесь не развернуться, обезвредить их не составит труда, свалить с коня, да и бездна с ними, может, и сами утопнут, а вот луки… это проблема, Лист. Нас маловато. Они тоже умеют бить птицу на лету, и довольно неплохо. Прижмут на худой конец стрелами к земле, а остальное доделают дуболомы в латах. Есть мысли?
– Это всё? – Лист сорвал травинку и по привычке засунул её в рот.
– В общем, да, – Келеборн задумался: – Туши с крыльями, что рассекают в небесах, к каравану прямого отношения не имеют, но, если что, помогут. Разъезды на тракте тоже сами по себе, но как сложатся обстоятельства… сам понимаешь, ручаться ни за что нельзя.
Лист тяжело вздохнул, ещё раз оглядывая окрестности. Всё он прекрасно понимал.
– Значит… значит так! – он с раздражением выплюнул травинку, горькая какая-то. – Где сейчас Элрас? – про второго своего сопровождающего Лист успел уже подзабыть.
– В двух милях на восток. Ждёт караван, придёт, как только тот покажется на горизонте. В запасе будет около часа.
– Отлично. – Лист выдохнул и вытер мокрый от испарины лоб: – Надо повредить мост так, чтобы в реку провалились две последние телеги. В это же время ты атакуешь трёх латников, что идут в начале каравана. Бей по коням. Латы не пробить просто так, а сваляться с лошади, ещё не известно, когда поднимутся, добивать можно и лежачих. Одновременно с тобой Элрас так же валит тех, кто идёт в арьергарде. Вперёд караван двигаться не сможет, назад ходу тоже нет. Латники на земле, это даёт нам минуты три, пока они оклемаются. Коней не убивать. Ранить, чтобы валялись и били копытами. На узкой дороге просто так не обойдёшь, могут быть проблемы, а в воду латники точно не полезут. Я в это время атакую лёгкую тройку слева, там у них доспехов вообще нет, думаю справлюсь. Как закончите с латниками, переносите всё своё внимание на правую тройку. Думаю, они ещё от паники не отойдут. Только двигайтесь постоянно, они тоже не слепцы, да и лошадки у них резвые. Я, по возможности подтянусь с тыла и ударю им в спину. Потом добиваем тяжёлых, обслугу каравана и берём то, что мне надо.
Келеборн в процессе повествования одобрительно кивал головой, на лице играла лёгкая улыбка.
– На всё про всё у нас минут пять. – Лист жёстко посмотрел на него.
– Это всё? – поинтересовался Келеборн.
– Нет. – Лист оскалился в ответ: – Пока я займусь мостом, ты будешь плести челнок из этого тростника и камыша, – он неопределённо махнул в направление зарослей и, увидев недоумённые глаза эльфа, пояснил: – Уходить к перевалу будем по Стремительной. В два раза быстрее и два раза менее заметнее. Там и искать никто не будет, и сутки, как минимум, на дороге сэкономим.
Густая чёрная ночь опустилась на земли Сварты. Чёрное небо было осязаемо, казалось, его можно потрогать руками, настолько плотной была тьма, прореженная мелким, непрерывно моросящим дождём. Луна скрылась за непроглядными тучами, звёзды тоже попрятались, словно боясь и стараясь не выделяться на чёрном небе.
Караван шёл медленно и тяжело. Усталой поступью, отфыркиваясь от влаги и мотая мокрыми мордами, вминали грязь огромными копытами кони латников. Сами воины, сгорбленные, в насквозь промокших доспехах, казалось, дремали в сёдлах, умиротворённые и усталые.
Скрип телег, усталые вздохи возничих, лёгкий аллюр неутомимых лошадок с боковых дозоров, проносившихся из конца в начало каравана и обратно.
Седмица пути. Уже всё успело наскучить, надоесть… всё одинаково до отвращения. Дозоры, проверяющие верительные грамоты, которые сразу начинали кланяться и становились до противного услужливые, едва рассмотрев печати на бумагах. Однообразные привалы с немудрёной едой, запрет на посещение трактиров! Какие негодяи! Постоянное чувство вменяемой тревоги. Хотя с чего бы? Земли свои, бумаги тоже такие, что все аристократы готовы лично двери распахивать… шесть тяжёлых латников в охране, не последние воины, закалённые не в одной битвой… но тревога была, необъяснимая и навязчивая.
Впереди очередной мост. Сколько их уже было за время долгого и скучного перехода? Одним больше, одним меньше. Радовало одно. Скоро всему конец – караван достигнет своей цели и можно будет расслабиться. Обжиться в каком-нибудь трактире на пару дне и позволить себе всё, чего были лишены за время этого перехода… заманчиво.
Громкий, неестественный треск дерева обрубил все мечтания лёгких конников. Разворачивая своего коня, десятник с пока ещё не осознанном ужасом смотрел, как две последние телеги с лошадьми, возничим и прочим барахлом падают словно в бездну… мост неожиданно исчез.
Испуганное ржание лошадей, крики возничих, треск ломающихся повозок перекрыл до боли знакомый свист ненавистных ему стрел.
Опять ржание, только уже от боли. Лязг железа, отборная ругань…
Ещё не понимая, что происходит, не разворачивая коня, он обернулся в начало каравана. Двое латников, с громкой руганью пытались выбраться из-под своих коней, которые валялись в грязи, усилено молотя копытами воздух. Третий конь уносился в сторону заболоченных камышей, его всадник телепался за ним, словно грязная тряпка, нога так и не покинула стремя.
Опять свист, но уже в хвосте каравана. Вставшая на дыбы лошадь сбросила латника наземь, ударами копыт превращая грудь воина в кровавое месиво. Две других, пошедшие от чего-то боком, свалились на обочину, подминая под себя своих же всадников.
– Эльфы! – истошно успел прокричать его заместитель за секунду до того, как его выбило из седла сразу двумя стрелами. Он рухнул бесформенной кучей под ноги десятнику.
Свист стрел. Крики и ржание раненых лошадей и людей. Паника. Десятник понял одно – надо спасаться! Ударив ногами по крупу коня, он попытался поднять его в галоп, но тупой удар в спину чего-то тяжёлого как-то ослабил его. Земля потянула к себе в гостеприимные объятия. Рухнул он лицом вниз.
На дороге царил хаос. Трое из оставшихся в сёдлах, пряталась за повозками с неестественно бледными лицами. Напряжённые руки сжимали бесполезные луки. Куда стрелять? В кого? Ответа на эти вопросы не было.
В начале каравана с проклятиями поднялся один из латников. Чтобы выбраться из-под своего раненого коня, ему пришлось добить его. С диким рёвом он обнажил меч, и тут же в сочленениях его доспехов возникло три древка с зелёным оперением. Издав неестественный звук, он, как подкошенный, рухнул на своего скакуна.
Свист стрел с тыла. Один из лёгких всадников, прятавшихся за повозкой, осторожно высунувшись из-за неё, тут же рухнул головой в телегу. Из его затылка торчала древко стрелы, алым покрывалом кровь застлала полог повозки.
В конце каравана раздавались предсмертные крики ужаса и боли.
Единственный выживший латник, из тех, кто возглавлял караван, брёл по дороге. Его шатало из стороны в сторону, меч в безвольно повисшей руке волочился по земле. Доспехи грязные и мятые, некогда красивый плащ, грязной тряпкой волочился следом.
Одиночный свист. В забрале шлема зеленеет оперение. Воин, сделав шаг, падает на колени, потом лицом в землю.
– Уходим! – завопил один из двух оставшихся. – Вперёд! К Алтарю!
Его соратник, одобрительно кивнув и стукнув пятками коня, почему-то плеснул кровью изо рта на гриву своего скакуна и уткнулся в тёплую шею коня. Из его шеи торчал наконечник стрелы.
– Сдаюсь! – заорал единственный оставшийся в живых воин, бросая оружие на землю.
Он так и не понял, что послужило причиной его смерти. Безвольным кулем он свалился с коня и в его глазах плескалось чистое, голубое и безмятежное небо.
– Время? – Лист, обнажив меч, обходил место побоища.
– Четыре минуты. – Келеборн сплюнул: – Элрас на дороге, в половине лиги, контролирует, если что…
– Хорошо, – Лист подошёл к заветной повозке: – Кел, готовь лодку и свистни Элрасу, его надобность там отпала. Буду через три минуты.
– Понял тебя. – Келеборн исчез, словно его здесь и не было
Оглядевшись по сторонам, Лист вытащил из внутреннего кармана фибулу, переданную ему Бофосом и просто кинул на землю, вдавив её сапогом в податливую почву. Её непременно заметят. Подойдя к повозке, он с силой вонзил в край скамьи драконий кинжал и направился к дверям, перевитым цепями крест-накрест.
Посмотрев на эту конструкцию со стороны, он прищурился и без малейших сомнений со всей дури рубанул по цепям мечом. Глухо звякнуло. Обрубленные звенья упали на землю. Подумав мгновение, Лист от души долбанул по дверце ногой, отчего та слетела с петель и рухнула перед ним, признавая его силу.
Внутри была тьма. Бесстрашно засунув туда лицо, Лист обнаружил обычный резной ларец, щедро отделанный золотом.
– И это то, что мне надо добыть? – Лист скептически оглядел не особо выдающийся ларец.
Внезапно ларец вздрогнул.
У Листа вытянулось лицо. Кончик меча он потыкал во вновь неподвижный ларец. Результат был нулевым. Немного постоял, посмотрел и снова потыкал в ларец мечом. Ларец вздрогнул и снова замер.
– Да в бездну всё! Почему бы и нет! – прошипел Лист и рубанул по замку на ларце.
Крышка откинулась резко, словно её кто-то пихнул изнутри. Даже непонятный дымок взвился изнутри.
Лист настороженно отошёл на пару шагов назад, не сводя напряжённого взгляда с открывшегося ларца.
Сначала появились золотистые крылья, как положено с перепонками и небольшими костяными наростами по краям. Потом показалась до безобразия наглая рожа дракона, точнее, дракончика.
Осмотревшись по сторонам такими же наглыми золотистыми глазами, крылатая пакость клыкасто оскалилась и буркнула Листу:
– Ну здравствуй, полукровка. Приветствую тебя на землях драконов.
* * *
Дом Наслаждения «Сладкий дурман» уже не спал. Слуги шустро начали перетаскивать продукты в кухонные помещения, прачки выносили корзины с бельём и развешивали его на заднем дворе, тут и там сновала деловая детвора, которая была на подхвате у взрослых. Я посчитала, что будет правильно предупредить Элизу о столкновение с лордом Мартерийским, ей необходимо подготовиться к встрече с ним, и с моей стороны будет справедливо дать ей для этого время, но все мои страхи и сомнения знать ей совершенно ни к чему.
Слуга, пойманный у входа, сообщил, что матушка ещё не вставала. Попросив принести завтрак в выделенную ранее комнату, с чистой совестью праведного человека, решила освежиться, привести себя в подобающий вид и хоть немного передохнуть, о полноценном отдыхе и восстановление пока и речи быть не могло. Лина с радостью поддержала мои начинания и рыжим вихрем умчалась в сторону своей комнаты, хотя я подозревала, скорее даже была полностью уверена, что поспешила она вовсе не к себе, а к Тару. Улыбаясь про себя её порыву, не спеша, направилась к себе.
Первым дело, закрыв за собой дверь, рухнула на кровать, раскинув руки и бездумно уставившись в потолок. Отдохнуть, хоть немного, хоть капельку. Чувствовала я себя по-прежнему отвратительно: слабость никуда не делась, да и силы не спешили восстанавливаться, оставалась одна надежда, что за время пути, я хоть немного приду в норму. Как оказалось, даже используя кровь, мой резерв не бесконечен.
– Велдран… Велдран… у меня к тебе есть вопрос, – тихо прошептала я, погладив свой неизменный пояс. Тихо, потому что сил установить полог тишины у меня не было, а любопытство было, и это самое любопытство не давало мне покоя.
– Чего, сверкающая моя? – приоткрыл один глаз дракончик, не меняя своего положения.
– А что произошло с моими руками? Такое впечатление, что я их словно в костёр засунула… боль просто адская была… – невольно поёжилась этим неприятным воспоминаниям.
Дракончик усиленно сопел и молчал, подозрительно так молчал.
– Велдран? – с нехорошим таким предчувствием протянула я.
– Прости, драгоценная, это я… но я не специально… – как-то сжалось это чешуйчатое недоразумение, словно сожалея о содеянном, – понимаешь, ты погружалась всё глубже и глубже, я боялся потерять тебя, боялся, что ты примешь тьму, и пути назад не будет…
Та-а-ак… это что-то новенькое и крайне неприятное. Всё-таки есть существенная опасность при работе с магией крови.
– С руками у меня всё в порядке будет?
– Да-да, моя золотая, лекари обработали их, повязки снять можно будет очень скоро, – зачастило это драконье сокровище извиняющимся тоном, – ты на меня не злишься?
– Позже обсудим этот момент, и ты расскажешь мне всё, о чём умолчал в мельчайших подробностях! Мне надоело вытягивать из всех информацию по крупицам! Бесит просто! Все всё знают, но ничего не говорят! – вспыхнула я одним мгновением.
– Сияющая моя, понимаешь, не всегда знать всё – это хорошо…
– Золотой мой, понимаешь, когда информация может спасти мою жизнь и не только мою, я готова рискнуть, ясно? – прошипела я не хуже дракона из императорского рода, собираясь вытрясти из Велдрана всё, что он знает, в ближайшее время.
Глава 14
Стук в дверь застал меня уже за завтраком, полностью собранной и готовой к разговору с матушкой Сиртинь и к поездке.
Элиза ворвалась в комнату подобно солнечному ветру, такая же сияющая и лучащаяся радостью. Сжала меня в крепких объятиях и только после заговорила.
– Вечные, Рия, благодарю тебя за девочек от всей души. Леор вчера прислал вестника, когда ты закончила и тебя погрузили в лечебный сон. Но скажи мне, дорогая, зачем ты так рано подхватилась и приехала сюда в какой-то телеге? Подождала бы немного и с комфортом добралась бы в экипаже. Что за срочность? – счастливо улыбалась она, немного отстранившись, но так и не выпустив меня из своих цепких рук.
– Полно, матушка Сиртинь, всё в порядке, – мне стало жутко неловко от такого бурного проявления чувств… а потом плюнула на все свои принципы, формировавшиеся годами, в конце концов, теперь у меня совершенно другая жизнь. – У меня была весомая причина покинуть тот дом так скоро. Причина по имени лорд Вериан Мартерийский. Знаете такого?
– Само собой. Очень въедливая личность, но мастер своего дела. Я направляла прошение в Департамент безопасности с просьбой разобраться в этом деле. Да и с Верианом мы лично знакомы, ничего удивительного, что он приехал сам, совместит приятное с полезным, – совершенно не удивилась Элиза моим словам.
Я не стала интересоваться, откуда у неё столь занимательные личности в знакомцах ходят.
– Не боитесь тех тёмных, которые вам угрожали? Если лорд настолько хорош, как о нём говорят, возможно, его расследования приведёт к очень печальным последствиям. Я даже осмелюсь предположить к смертельным последствиям для вас, Элиза, – я серьёзно посмотрела в её глаза и встретила такой же предельно напряжённый взгляд в ответ.
– Прекрасно понимаю и осознаю. Но тут вот в чём дело, оставь я эти события без какой-либо реакции со своей стороны это вызвало бы множество ненужных вопросов. Как могла я со своими связями оставить всё на милость местных стражей? Меня не поняли бы даже мои люди. Вериану же я не раз оказывала услуги и, надеюсь, могу рассчитывать на ответную – не слишком дёргать за нити, если он до чего-то докопается, – какая предусмотрительная особа, эта Элиза. Вопрос только в другом, пойдёт ли на это лорд Вериан?
Для меня лучшего момента могло и не представиться:
– Элиза, у меня к вам огромная просьба. К несчастью я столкнулась с этим вашим хорошим знакомым, и он принял меня за одну из ваших девочек. Мне такое внимание ни к чему, и я буду признательна, если вы сможете уладить это недоразумение, – я почти дословно пересказала ей встречу с Мартерийским. – При сложившихся обстоятельствах самым разумным будет отправиться в Цветень, загляну и там в ваш Дом, конечно, я не целитель, но мало ли, а оттуда сразу в Зелень – у них чуть меньше шести дней. Время поджимает.
– Ну, со знакомым-то я разберусь, подберу куколку, похожую на тебя, и все дела. Молодец, что так подробно всё рассказала, это упростит дело. Уверена, что стоит ехать так скоро?
Утвердительно кивнула. Промедление смерти подобно, при чём в буквальном смысле этих слов.
– Будь по-твоему. Сама не смогу поехать, дел слишком много, а вот Тара с вами отправлю. Не спорь! – сразу пресекла она готовые сорваться с моих уст возражения. – Вестник я сейчас отправлю, чтоб встретили в Цветене, как положено, да и письма с указаниями и тебе и Тару дам. Нечего двум девицам самим по дорогам шастать. И Тару накажу двух охранников в Цветене из Дома взять в сопровождение. В Хмельск порталом пойдёте, оттуда почти двое суток пути до Зеленя, ехать долго, селенья разбросаны, да и дороги не столь надёжны.
– Ладно, будь по-вашему. – я только рукой махнула. С Элизой действительно проще согласиться, чем спорить. Да и чего спорить, если с охраной и в самом деле надёжнее и безопаснее. Вытащила из сумки один из договоров и передела ей: – Оплата на ваше усмотрение, я знаю, сколько стоят «Исцеляющие слёзы».
– Не дури, Рия, все расходы беру на себя, на оплату это никак не повлияет. Но мне нравится твой деловой подход, – довольно подмигнула мне Элиза.
Такой деловой подход был обусловлен исключительно необходимостью оплаты жилья и покупки тёплых вещей к приближающимся холодам, но уточнять об этом я не стала.
– Тогда здесь меня больше ничего не держит, – я решительно поднялась со своего места, желание отправиться в дорогу стало просто непреодолимым.
– Всё-таки придётся немного задержаться, мне нужно время, чтобы уладить все дела, – осадила Элиза резво вскочившую меня.
– Если возможно, постарайтесь закончить, как можно быстрее, – со всей возможной искренностью попросила я Элизу.
Матушка Сиртинь действительно справилась с письмами в короткие сроки, и менее чем через час мы уже выезжали за ворота в сторону городского портала. За мою работу она расплатилась более, чем достойно, я пыталась было поспорить по этому поводу, но она даже не стала слушать. Привыкшая, что её слушают беспрекословно, Элиза и сейчас отмела все мои возражения, как несущественные.
Ещё нам был выдан увесистый кошель на путевые расходы, который был передан Тару, и он же был назначен временным старшим нашего отряда. Дир так и не появился, и это меня беспокоило, я повторила Элизе свои опасения по поводу его печати, но не думаю, что она восприняла всерьёз мои слова.
Я была рада покинуть этот город, а ещё больше я радовалась успешно выполненной работе. Чувство, что ты способен помогать людям, спасать их, грело изнутри и загоралось ярким пламенем желания делать больше, узнавать и открывать новые границы своих возможностей. Ласково пробежалась пальцами по дракончику, снова безвольной вещью угнездившегося на поясе, посылая ему волну признательности. Какой же он всё-таки умница, мне будет его очень не хватать, когда ему придёт время возвращаться в Драконью Империю. За столь короткий срок я успела искренне к нему привязаться. Лина о чём-то увлечённо болтала с Таром, и эти двое были настолько заняты друг другом, что и вовсе не обращали внимания ни на что вокруг. Я же с удовольствием крутила головой, наслаждаясь бурной жизнью города. Всеобщий Тракт был совсем рядом, и от этой близости Славск всегда напоминал муравейник: купцы, наёмники, путешественники, уличные торговцы, попрошайки, стража – разнообразие лиц и красок создавало непередаваемый калейдоскоп жизни, присущий только крупным городам. Люди спешили по своим делам, где-то раздавался громкий смех, где-то торговый спор переходил на новый уровень выяснения отношений, а где-то уже раздавались крики и призыв стражников. Аккуратно правя лошадью, стараясь никого не задеть и случайно не перегородить путь, мне лишь чудом удалось избежать столкновения со всадником, движущимся навстречу. Ладно, причиной было не чудо, а моя внимательность, та самая, которой не хватало всаднику. Пусть он также шёл неспешным ходом, но его внимание было сосредоточено на толпе, словно он искал кого-то, и мне пришлось резко увести лошадь в сторону, дабы избежать столкновения, да ещё постараться не задеть никого этим внезапным манёвром.
– Уважаемый, внимательнее, – я даже не попыталась скрыть своего раздражения. – Смотрите, куда правите!
Вынырнув из своих мыслей, всадник развернулся ко мне, и я стушевалась под его внимательным взглядом. Мимолётом отметила, что он довольно хорош собой: тёмно-русые волосы забраны в хвост и, как и весь потрёпанный дорожный костюм, слегка припылены, словно их обладатель был довольно долго в пути без остановок, глаза цвета молодой листвы смотрели пронзительно и колко, высокий лоб, прямой нос и упрямый подбородок. Даже небольшой шрам, начинающийся на щеке и уходящий на шею, не портил его вид, и который я почему-то успела рассмотреть, а вносил лёгкий флёр опасности и таинственности. Кажется, я забыла, как дышать, пока рассматривала внешность незнакомца, потому как мой вырвавшийся вздох был настолько шумный, что вызвал понимающую едкую улыбку у этого красавчика. Это было неприятно, словно тебя поймали за чем-то предосудительным и, даже если ты не делала ничего такого, всё равно возникает это чувство неловкости и стеснения.
Пробежалась быстрым взглядом по всей фигуре всадника и теперь уже вздохнула завистливо – определённо хорош, даже великолепен, обманчиво худощавое телосложение при каждом движении выдавало плавность и расчётливость бывалого воина, и такая обманчивость была опасна вдвойне. Да и клинок на потёртой перевязи прямо намекал на его род занятий – наёмник, чтоб мне силы лишиться, если это не так. Безумно притягательный и обаятельный наёмник, который равнозначно выйдет победителем и на ратном поле, и на любовной ниве. В первом случае оставив после себя трупы врагов, а во втором – разбитые сердца влюблённых женщин.
– Извини, красавица, на тебя засмотрелся, – совершенно бесцеремонно соврал зеленоглазый незнакомец… и голос у него под стать, низкий, бархатный, цепляющий что-то глубоко внутри, что-то очень важное.
Ну да, ну да… Интересно и часто этот приёмчик срабатывает? Судя по довольной и самоуверенной ухмылке – постоянно.
– Будьте осторожнее, уважаемый, красавиц много – вы один, смотрите, шею не сверните, – повеял холодом мой голос… но, то ли холода было маловато, то ли некоторые самоуверенные личности были нечувствительны к такому погодному явлению.
– Волнуешься за меня? – блеснули игривой зеленью глаза всадника.
– Само собой, – незамедлительно согласилась с ним, – женский род будет рыдать без перерыва, оплакивая скоропостижную и нелепую смерть такого красавчика от свёрнутой шеи.
– Ты считаешь меня красивым, – победно улыбнулся он на мои слова, услышав из них только одно слово. Удивительно непрошибаемая личность.
– Глупо спорить с очевидным, уверена, вы не раз видели своё отражение, – легко пожала плечами на его слова.
– Госпожа, всё хорошо? – голос Тара, вклинившегося между нами, разорвал и зрительный контакт, и непонятную атмосферу, возникшую во время случайного разговора.
– Да, конечно, едем, – дёрнув поводья, бросила зеленоглазому красавцу на прощанье: – Удачи, наёмник, берегите себя и свою шею.
– И ты себя, красавица. Ещё увидимся, льдинка, – многообещающе протянул он, и наши пути разошлись.
Пару минут я ещё чувствовала его взгляд на себе, но потом он пропал, как и сам наёмник, растворившийся в суете торговых рядов.
После этой случайной встречи в душе поселилась лёгкая солнечная теплота, такая нежная и хрупкая, и очень непривычная. От Велдрана, явно ощутившего смену моих эмоций, пришла волна любопытства, и я постаралась его успокоить в ответ.
Чудесный день, просто чудесный. Удивительно, насколько может поменять настроение случайная встреча, разговор или взгляд. Казалось бы, такая малость… но в городской портал Славска я входила с улыбкой на лице. Спасибо тебе, зеленоглазый красавчик.
Цветень встретил нас лёгким дождём, ещё тёплым, но уже несущим неуловимые нотки приближающейся осени. Пришлось спешно доставать плащи из седельных сумок и прятаться под них от переменчивой погоды.
– Матушка сказала остановиться в «Золотом бутоне», лучший постоялый двор Цветеня. – гордо поведал нам Тар, уверенно ведя и нас, и лошадей с вещами в сторону означенного места. Щедрость госпожи Элизы не переставал удивлять.
– Это тот, в котором мы останавливались в прошлый раз? – мне это было очень важно знать, я надеялась получить весточку от Святира и мечтала, что ему удастся раздобыть хоть какую-то информацию о благословениях.
– Не-а, то был другой, «Хмельной лис».
– Это имеет какое-то значение? – поинтересовалась Лина, поглубже зарываясь в капюшон, чтобы и кончик носа не выглядывал.
– Имеет, – кивнула я, – надеюсь на письмо от старого знакомого. Тар, можно будет кого-нибудь послать, чтобы разузнали?
– Не вопрос, госпожа, сделаем, – заверил меня наш сопровождающий.
Вот и славненько, улыбнувшись нашему охраннику, просто подняла лицо вверх, подставляя его под дождь и откровенно наслаждаясь этим.
В «Золотом бутоне» нас действительно уже ждали. Были готовы и комнаты, и горячий обед. Сильно промокнуть мы не успели и, скинув влажные плащи, поддались соблазну исходящих завлекающими ароматами горшочков и глубоких мисок, заманчиво расставленных на столе. Горячий куриный суп, щедро сдобренный зеленью и овощами, спасительным бальзамом пролился на мой ослабленный организм и с таким же восторгом была воспринята и тушёная крольчатина в сметанном соусе с грибами. На ягодный пирог ни сил, ни места в животе у меня уже не осталось.
Расслабленно потягивая медовый квас, решила поделиться своими планами с Линой и Таром, пусть я полностью и не доверяла оборотню, но после пережитого приключения с ведьмаками, было справедливо вести его хоть немного в курс дела:
– Тар, что за Дом в Цветене у матушки Сиртинь?
Тот вскинул на меня удивлённый взгляд, но ответил:
– Дом как Дом, почти такой же, как в Славске, только побогаче будет, да девочки там посимпатичнее. Оно и понятно, столица герцогства, клиентура посолиднее будет: аристократов много, зажиточных горожан, купцы опять-таки, да маги захаживают частенько, а ещё делегатов разных предостаточно, попробуй всем угоди. Герцог-то Цветграда больно деятелен, вот к нему посольства разные так и шастают, не настолько важные, как в Дивлард, но всё же непростые подорожные.
– А девушки заболевшие, где сейчас? В Доме? – продолжила я расспрашивать словоохотливого оборотня.
– Нет, вы что, «Поцелуй девы» нельзя закрывать ни в коем случае, иначе конкуренты этим сразу воспользуются и можно здесь дело тогда и вовсе сворачивать, не дадут уже на ноги встать. Матушка сняла домик на окраине, туда всех и поместили, приставили и лекарей, и целителей… только ведь напрасно это, все знают, чёрная болезнь ничем не лечится – ни травами, ни отварами, ни заклинаниями. Одно хорошо, просто так эту заразу не подцепишь, только по любви. – хохотнул он напоследок, довольный своей шуткой.
