355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ирина Стриж » Каблучок на удачу (СИ) » Текст книги (страница 7)
Каблучок на удачу (СИ)
  • Текст добавлен: 12 мая 2018, 17:30

Текст книги "Каблучок на удачу (СИ)"


Автор книги: Ирина Стриж



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 10 страниц)

Глава 13

В магазин было решено отправить Костю с телефоном, по поводу последнего пункта я дала отдельные пояснения.

Вернулся "жених" быстро, кстати, родственникам нужно будет объяснить, что никакой он не жених.

До коттеджного посёлка, где проживают мои родные, примерно три часа езды не нарушая ПДД, а нарушая чуть меньше.

Но мы ехали, как законопослушные граждане – не нарушая, что в принципе невозможно на моей ласточке: ну не едет она быстрее, даже если очень захочешь.

Лёгкий ветерок слегка трепал волосы на голове, играла не навязчивая музыка, прошёл час после того, как мы пересекли черту города. Разговаривать совсем не хотелось – просто спокойно сидеть, после своего вынужденного заточения в квартире я искренне наслаждалась расслабляющей атмосферой.

Константин вёл уверено, изредка поглядывая на меня.

Пес лежал на заднем сиденье и кряхтел. Вот как раз его поведение мне и не нравилось. Спустя несколько минут по салону поплыл непередаваемый запах – Нюфик решил нас вытравить. За запахом последовал соответствующий звук.

Я не сдержалась от громкого:

– Фуууу! Ну, малыш!

И зажала рот, Костя на мои возмущения рассмеялся и полностью распахнул окно. Кондиционера в моей малышке не наблюдалось, даже в зародыше. Хотя окна – чем не кондиционер?!

Дальше мы ехали в прямом смысле выражения «с ветерком». Арома атаки продолжалась почти полчаса, после чего мы все дружно вздохнули с облегчением и пёс тоже – устал. Благодаря сквозняку в машине уже проветрилось, но меня ещё долго преследовать этот невероятный аромат и я то и дело себя нюхала – мне казалось, он в меня впитался, и я явлюсь домой с новым парфюмом.

В машине между нами впервые за последнее время завязался непринуждённый разговор на разные темы, в том числе и о погоде.

Посёлок, где жили родители, был коттеджного типа, улицы располагались параллельно друг другу, пересекаясь небольшими переулками и тропками. Только все это не казалось моих родных.

Два довольно больших участка находились на самой окраине, недалёко от большого круглого озера и леса за ним. Наше родовое гнездо найти было легко, не сворачивая вдоль домов, пока не упрешься в высокий, неприступный забор. Забор делался качественный в основном для безопасности: озеро, лес, маленькие дети, думаю, логика понятна. Участок большой с раскидистым садом ребятишек можно легко потерять из виду. На территории помещалось все: и огород, и сад, небольшой бассейн, и даже зона с мангалом.

Обживали, как могли и надо сказать, получилось замечательно. Я очень любила гостить у родителей.

А родные мои довольно интересные личности. Впрочем, Косте про это знать не обязательно. Он меня привёз – большой молодец, спасибо ему за это. Может отправляться с чистой совестью назад в каменные джунгли города. Нечего ему тут делать.

А мы тем временем подъехали к широким, зелёным воротам.

– Основательно, – Константин даже нагнулся вперед, что бы лучше разглядеть творение рук моих родных. Здесь не то что человек не пролезет, а даже захудалая мышь.

– Папа с дядей старались! Враг не пройдёт! – гордо ввернула я любимую папину фразу.

Ворота открывались автоматически из дома, но поскольку забор глухой, а оба дома стояли в отдалении от ворот родители вывели видео камеру, причём за инновации у нас отвечает дед. Понасмотрится передач по телевизору, и начинает выдвигать идеи по модернизации окружающей среды, в общем, дед у меня продвинутый или это старческое… впрочем, не важно. Деда я люблю, и сейчас звонила именно ему.

– А… да, внуча. Ты приехала? – прокричал в трубку дед.

– Деда, отворяй ворота! – прокричала я в ответ.

– Уже.

Ворота медленно начали отъезжать в сторону, и перед нами раскинулась узкая асфальтированная дорога, ведущая к первому из двухэтажных домов, а далее встретившись с первым домом, сворачивала ко второму, дому моих родителей и деда.

Дом дяди Стаса и тёти Веры был отделан плиткой серого цвета и покрыт темно – серой крышей, имел форму вытянутого прямоугольника. Со стороны ворот находилось скромное крыльцо, и въезд в гараж, который был неотъемлемой частью дома. Помимо дяди и тёти с ними жили их две десятилетние девочки – двойняшки Соня и Маша, и временно гостившая старшая дочь Настя, моя погодка, с мужем Игорем.

Дом родителей был идентичен дому дяди, только мама категорически отказалась делать отделку фасада, а так и оставила деревянный брус: только покрыла его специальным лаком, и дом стал приятного орехового цвета с бордовой крышей. Даже крыльцо было расположено так же и не впечатляло большими размерами. Если перед домом дяди была дорога, то перед родительским был раскинут богатейший на овощи, ягоды и фрукты огород, а за ним и несколько плодово-ягодных кустарников, мама их посадила «для вида», по ее словам. И это богатство было огорожено невысоким деревянным заборчиком, где со стороны подъезда к дому вдоль всего забора мама устроила клумбу. По мне так, она особо не ломала голову над видами цветов и их местами расположения на грядке, здесь виднелись крупные, оранжевые бутоны бархатцев, длинные ряды львиного Зёва, васильки, ландыши, вьюны и прочее, прочее.

А мы тем временем проехали по аллее между внешним забором и пятнистой клумбой к дому дяди.

– Давай на право, – я заметила деда сразу, он стоял на крыльце родительского дома и махал зажатым в руке телефоном. Следом за ним подтягивались и все остальные; Маша с Соней, прорвались вперед деда и стали в нетерпении прыгать на месте. Мы остановились перед крыльцом, Константин заглушил мотор.

– Сиди я помогу. – Он быстро вылез, успевая при этом улыбаться моим родственникам, которые с подозрение смотрели на неповоротливую меня. Обычно я первая прибегаю к ним в объятия, и неважно было мне пять лет или двадцать пять, а сейчас я сижу и они сами, чувствуя неладное, торопливо стали двигаться в мою сторону.

– Давай руки. – Галантный белобрысый, уже успел открыть дверь Нюфу и тот вальяжно вылез, принялся потягиваться и разминаться. Меня же Костя подхватил на руки, вынес из машины и понёс в сторону дома.

– Ооой, Наташа, вы попали в аварию. Ты пострадала? – начала причитать мама, судорожно ощупывая меня, мешая при этом Косте ступить на порог.

– Марин, прекрати балаган. Ты ж посмотри у нее гипс и синяк на лбу уже желтый. Эта поганка уже больше недели одноногая, – папа, сурово осмотрев меня с ног до головы, сделал заключение. Да и мне вдруг стыдно стало, что родителям ничего не сказала.

– Марина, не мешай деткам пусть проходят. Только я первая – двери подержу. Тяжело, наверное, – пропыхтела тётя Вера, боком расталкивая всех на своем пути.

– О! Налетели сороки. Дайте я хоть поздороваюсь. Не на крыльце же. Идемте. – Голос деда звучал уже из прихожей. Меня всё-таки внесли в дом и усадили на диванчик.

– Вот, а теперь дайте я вас всех поцелую, – развела руки в сторону я, смотря на двух мнущихся и хихикающих у порога сестриц.

– Тётя Наташа!!!! – ринулись те на меня, чуть не придавив и не наградив еще одним переломом.

– Знакомьтесь. Это Константин, он мой…-

– Жених. Да знаем мы уже все. Нам Женечка рассказал по телефону. – Перебила меня мама и зачем – то подмигнула.

– Но, мама…Все не так….

– И слышать ничего не хочу.

Деваться было некуда, в такие моменты с мамой лучше не спорить.

– Костичка, очень приятно. Я бы с радостью еще поговорила, но мне надо на кухню. У нас там праздничный обед доготавливается. Настенька, пошли, помоги. – Тётя Вера сноровисто прошмыгнула мимо всех и скрылась за деревянной аркой. Настя, точная копия мамы, только чуть по – моложе и худее, поцеловав меня и сказав: "Приятно познакомиться" Косте, поспешила за ней.

– Ой – ой, Вера же безе не взобьёт как надо, пошла я тоже помогу, – мама махнула мне рукой, показывая "мол, потом поговорим" и поспешила пройти все через ту же арку, за которой и находилась кухня. Спор двух женщин на кухне – мамы и тёти Веры, продолжается уже лет двадцать, сколько себя помню, и не заканчивается. Мы уже смирились.

– Вся мужская компания, тем временем, поздоровались за руки, и представилась сама.

– Наташа, а можно мы собачку посмотрим. Он не кусается? – почему – то шёпотом проговорила мне Соня, опасливо косясь на Костю. Маша замерла в ожидании ответа.

– Можно, только следите, не подходите к нему.

– Да, да.

– Не будем.

Девчонки шустро спрыгнули с моих колен и умчались наперегонки к псу.

– Пап, там вещи и продукты в машине.

– Да, хорошо. Пошли, Игорюх, поможешь? – папа отличался полноватой комплекцией с весьма заметным животиком, добрым, живым лицом и серыми всегда настороженными глазами, которыми он смотрел на моего спутника.

– Могу, – вышел вперед невысокий шатен с круглым мальчишечьим лицом. Игорь мне всегда напоминал Ивана Урганта, только низенького. Ну, вот похож чем-то, отдалённо.

– И я могу, – вступил вперед Костя.

– Отдыхай пока с дороги. Наташ, идите, занимайте комнаты. Справишься?

– Обижаешь! – весело вскочила я. Как – то папа очень насторожено принял Костю – хотелось разрядить атмосферу.

– Я тоже пойду. Гляну на «старушку», – дед тяжело поднялся на ноги и направился к выходу. Старушкой он называл «Победу». Для своих лет он выглядел хорошо: худощавый, седой, но сохранивший гордую спину и ясный взгляд.

– А я тоже помогу, с продуктами, – как сюрприз из табакерки выскочила мама из кухни, и первая посеменила к выходу, хитро улыбнувшись мне. Ясно за "тем, что нельзя называть" пошла. Мама у меня невысокая, худенькая и шустрая, в общем, вся в меня.

Дядя Стас тоже куда – то ушёл, я даже не заметила. Осмотрела опустевшую гостиную – ничего не изменилось, так называемый деревенский стиль, большие окна с цветными занавесками, плетёные кремовые диваны с цветными накидками, камин, узкая, деревянная лестница на второй этаж и большой аквариум с тремя рыбками.

– Ну что, пошли, посмотрим комнату.

Я смело поднялась, слегка пошатываясь, оперлась на подлокотник дивана, ища равновесие. С улицы послышался весёлый смех, а в дверь шустро забежала мама с чёрным пакетом в одной руке и с коробкой фруктов в другой. Не обращая на нас внимания, шустро скрылась в недрах кухни, от куду тут же донеслось – мамино:

– Вера, танцуй!

– После такого – хоть на столе! – каркающий смех Тети Веры огласил помещение. Я как-то так сиротливо себя почувствовала и даже поёжилась. Все разбежались, а я осталась в стороне от этого праздника.

Зато, у Кости было другое мнение на этот счёт, он неожиданно подхватил меня на руки и закружил, чем вызвал смех.

– Вот так-то лучше. Куда нести, Вас сударыня? – я засмеялась от столь детской выходки такого взрослого мужчины и решила-таки подыграть.

– Меня велено доставить прямиком в опочивальни для отдыху! – я величаво махнула рукой в сторону лестницы.

– Опочивальни, как звучит заманчиво, – восторженно протянул он слова мне на ухо, и не спеша понёс к лестнице, бережно держа в объятиях. Я устав держать голову на весу склонила ее на крепкое мужское плечо, незаметно вдыхая, дорогой парфюм. Что было впереди – я не смотрела, зато хорошо видела происходящее со спины, а там были две любопытные женские головы, которые выглядывали в дверной проем, глядя нам вслед. При этом они держали в руках по фужеру с пузырящейся жидкостью, то есть одну бутылку они уже открыли – папа меня прибьёт! Но и это ещё не все, тётя Вера подняла бокал, показывая, что пьёт за нас с Костей, и мама к ней присоединилась при этом, указав на Костину спину, показала мне большой палец. Класс! Теперь ясно, куда родственники испарились – это еще один сговор, товарищи! Я не удержалась и показала кулак этим доморощенным Розам Сябитовым.

А я тем временем медленно, но верно доехала до второго этажа. Перед нами возникла небольшая гостиная, в которой уместились два небольших дивана, два кресла – качалки, небольшой журнальный столик, заваленный газетами и книгами, кулер в углу и большой телевизор на стене. Родители лет пять назад разобрали одну из комнат, что бы устроить здесь место для отдыха. И у них получилось что – то вроде кинотеатра с оранжереей. Достроенный эркер был заставлен горшками с множеством различных растений, преобладали в основном фикусы и пальмы. Чуть ближе к лестнице, с одной стороны разместились два кресла и диван между ними, в центре небольшой кофейный столик, напротив прямо на стене большой тонкий телевизор – мой подарок.

Небольшой коридор, где мы сейчас находились, расходился на два противоположных коридора: направо пойдёшь – кабинет папы и родительскую спальню найдёшь, налево – располагалась моя комната и гостевая. Стены были покрашены в однотонный кремовый цвет, но его было практически не заметно, а все из-за того, что почти полностью были завешены рамками с фотографиями и картинами. Разделение такое же справа картины, слева фотографии. Просто мама очень увлекающийся человек. На неё иногда находит творческий азарт, и она начинает творить, так это было с картинами и фотографиями.

– Нам налево.

Мы медленно пошли вдоль стен, я заметила, как Костя внимательно рассматривает фотографии и с каждым разом его глаза становились все больше и больше.

Да, мама может шокировать. Снимала она в основном природу, но на некоторых встречались люди и звери.

Мы становились напротив моей двери, но Костя не стал к ней поворачиваться, а пригнулся к одной из фотографий, внимательно всматриваясь.

– Не могу понять, что это в углу. Пакет? – задумчиво проговорил он, нахмурив брови.

Я тоже нагнулась, тёплое Костино дыхание обдало мне щеку.

Вот только я сразу поняла, что это не пакет запечатлён. Это хм… (стыдно как-то). Нашего кота Василия я с пакетом не спутаю. Он сидел, выставив хвост трубой и делал свои кошачья – туалетные дела.

– Это… пакет. Да, с удобрениями. Вот тут так и написано. – я указала на табличку с надписью: "Что б был хороший урожай – получше землю удобряй."

Надеюсь, это мама не специально.

– А вот эта мне больше нарваться, – ухмыляясь, он показал на другую фотографию с надписью: " Ягодки в этом году особенно удались". Посмотрев на картинку, я чуть не застонала в голос. Мама! На фотографии была запечатлена грядка с клубникой и я. Я стояла, нагнувшись, погрузив руки в листву, но этого не было видно, ведь я стояла к камере спиной и на первый план выходили стройные ноги и коротенькие шортики. Я почувствовала, как щеки покраснели и шея начала зудеть. Придётся навести ревизию среди маминых работ. И причем срочно.

Больше мы не стали задерживаться и меня доставили в мою комнату, усадив на постель.

За последние десять лет в ней мало что изменилось, да и я не хотела что-то менять. Раньше было жалко, а потом стало не нужно. Все равно в родительском доме я теперь просто гость. Этот приют моего детства был не большой прямоугольной комнатой, стены обклеены поблекшими за столько лет обоями с розами, из мебели – кровать, комод, и письменный стол. Комод находился напротив кровати, а вся стена над ним была заклеена плакатами с Серёжей Лазаревым во всей красе. Кумир моего детства.

Я же смотрела за Костей, который очень внимательно осматривался по сторонам; обратил внимание и на старую коллекцию бегемотов из Киндер Сюрпризов, и на плакаты, глядя на которые недовольно нахмурил брови. А мне стало как-то неловко, будто он мое нижнее белье рассматривал.

– Очень… мило.

– Это все старое.

– Дети! – нарушила наше уединение залетевшая в комнату мама, – стол накрыт – поторопитесь.

Вдруг во дворе рвано взревел двигатель, я от неожиданности дёрнулась.

– Господи! Что это?

– Да, эти дедушка шалит. Молодость вспоминает. У него этот…. тест драйв.

– Мама, а он нормально, не угробит, а то Константину ещё назад ехать.

После моих слов они синхронно замерли. Я опять чего-то не знаю. Это уже начинает утомлять и раздражать.

– ТАК! – я уже хотела подняться и начинать разбор полётов, но они вдвоём поспешили меня остановить

– Доченька…

Начала было мама, но ее прервал:

– Наташа, меня твоя мама любезно пригласила погостить у них. Отдохнуть от рабочей суеты.

– Так… а меня не спросили, значит. Может, я не хочу его видеть рядом. Я не хочу тебя видеть.

Тыкнула пальцем в мужчину – мама охнула.

– Какая невоспитанность! Костинька, пойдём, дорогой, я покажу тебе твою комнату. – С высоко поднятой головой мама вышла. Константин задержался.

– Не злись, Наташ, – голос звучал миролюбиво.

– Не злиться? Не злиться? – рычала я, – да вы тут все сговорились за моей спиной. А ты самый главный.

– Поверь, все не так!

– А как, черт возьми? – я чувствовала себя неуспокоенный, обида терзала мое сердце, вызывая гнев на всех и на себя. Есть выражение "собака на сене"– вот так я себя и ощущала. В комнате повисла тишина, мы смотрели друг на друга. Что я хотела в нем увидеть? Говоря по правде я и сама не знала. Не готова я принять его и возродить доверие.

– Мне уехать? – тихо проговорил он.

«Конечно!»

– Оставайся.

Он молча вышел, а я завалилась спиной на кровать и бездумно уставилась в потолок.

Через пару минут в такой медитации меня застала мама.

– Наташа, даю пятнадцать минут на сборы. Иначе садимся без тебя.

– Ну, мама….

Как с ребёнком. Мама никогда не измениться.

Пришлось подниматься. Дождавшись от меня начала действий, мама одобрительно кивнула и ушла.

Через двадцать минут, за которые я успела принять прохладный душ и переодеться в широкие, джинсовые шорты, клетчатую свободную рубашку и один носок, за мной пришёл Константин.

Его волосы были влажными, и одет он был попроще – лёгкое спортивное трико и белую, свободную футболку, которая весьма интриговала.

– Мадам, разрешите вас сопроводить к столу? – лёгкий поклон и полуулыбка. Такое глупое заигрывание подтопило мою обиду. Всё-таки он не пробиваем.

– Разрешаю.

Проходя на костылях мимо стены фотографий, я глазами пыталась зацепить все фотографии с моим присутствием – хочу запомнить на будущее.

На лестнице пришлось воспользоваться помощью Кости и прокатится на руках.

В столовой царила оживлённая обстановка. Женщины накрывали на стол, девочки сидели на полу возле журнального столика и копались с какой-то красной коробкой, деда не было, дядя Стас с папой сидели за столом и что – то бурно обсуждали. Была у них мания все разговоры сводить в политику и как на Руси жить плохо.

Заметив нас, они дружно помахали нам с Костей, и мы, переглянувшись, решили составить им компанию.

Просидела буквально пять минут послушала, что коммунальные платежи вновь подорожают, а пенсия и зарплата нет. Причём Костя разговор охотно поддержал, я поднялась, сунула костыли под мышки и направила в сторону кухни.

– Тебе помочь? – обратил на меня внимание Костя.

– Сама доберусь.

Пока я шла к кухне спину мне сверлил обеспокоенный взгляд.

На маминой территории было гораздо веселее: играло радио "Дача", а девушки вели непринужденную беседу, посмеиваясь друг над другом.

– Подмога прибыла. Что мне делать?

– Садись за нарезку. Овощи, фрукты, мясная и сырная тарелки на тебе.

Тётя Вера дала указания.

– Вот бы тебя ещё за солянку поставить, но на этот раз не судьба. – Это уже Настя добавила.

– Мы как раз обсуждали твою солянку. Дай рецепт, а?

Сестра сложила руки в молящем жесте, причем даже нож не удосужилась из ладоней убрать. Почти угроза.

– Не а, – я удобно уселась на высокий стул, мама мне помогла с костылями – поставила их у стенки. Пододвигая к себе приготовленные овощи и разделочную доску с ножом, принялась за дело, – должны же у кухарки быть свои секреты. А то все будете уметь варить как я и хвалить меня перестанете, – жуя кусочек помидора, добавила.

– Вот так всегда. – Настя закатила глаза, продолжая нарезать солёный огурчик в салат, иногда забрасывая в рот лишние кусочки.

– Да бог с ней с солянкой. Лучше расскажи, зачем мужика мучаешь? – влезла тётя Вера.

– Кто? Я? – я даже поперхнулась.

– Ага, ты, – тетя Вера любезно хлопнула мне по спине.

– Ничего не мучаю я.

– Ну, ну… то-то он тебя на руках носит, и глаз не сводит. Даже завидно. – Настя для убедительности подняла ножик вверх.

– Не придумывайте. Ему просто стыдно.

– Хороший мальчик. Нам с Верой понравился. Да, Вер? – мама не могла не присоединиться к такой интересной теме, как личная жизнь дочери.

– Да, да. А какой он нам ликёр привёз и конфеты. – Тётя закатила глаза, на что Настя засмеялась.

– Но ты об этом не узнаешь, они его уже весь выдигустировали.

– Эх, вы, продались!

Все овощи я нарезала и разложила красивыми волнами. Принялась за мясо и сыр. На сердце было какое-то смятение. В нем гнездилось и разочарование, и восхищение, и даже небольшой клубочек нежности. Пусть. Будет ему ещё один плюсик за умение произвести впечатление.

– Все-таки ты у меня дурочка, – поделилась своими выводами мама.

– О! Приехали! – обиделась я.

– Ну, а какая нормальная будет, крутит носом перед таким мужчиной. Давно бы уже хм… я вас даже хотела в одну комнату заселить, но Андрей меня отговорил. Твой папа страшный моралист, – она обвинительно ткнула в меня деревянной ложкой – я удивлённо подняла брови.

– Мам, он на меня спорил.

– Вот и хорошо. Спасибо бы сказала! Может и внимания бы без спора на тебя не обратил. Спор же он выиграл.

– Да, – не отрывая взгляд от последнего кусочка ветчины, буркнула я.

– А ты не задумывалась, почему он до сих пор здесь. Любой другой бы уже давно девушек на новом авто катал.

– Да от куда ты…

– Женя звонил и рассказал, – перебила меня мама. Тётя Вера и Настя претворялись, словно их тут нет.

– Может, ему стыдно.

– Пфффф. Я тебя умоляю – не будь наивной.

Мама подхватила тарелки и понесла в столовую.

На этом наш разговор был завершён. Я много из него для себя выяснила, но что толку. Если бы можно было б настраивать чувства подобно компьютеру, а так что…говорить. Нужно время.

Обед прошёл в дружелюбной обстановке, родные общались весело, смеясь. Дядя Стас рассказывал про реставрацию машины, дед тихо жевал пищу, стараясь справиться с новым протезом – вдруг выпадет. Были уже прецеденты, правда, с другими. Как – то мы с дедом, оставшись дома вдвоем, решили побаловать себя жареной картошкой. Жарила я, пробовал дед, и когда мы уселись за стол, деда с закрытыми глазами направил в рот вилку с кусочком картошки, а вытащил изо рта все ту же вилку с кусочком картошки, но и сомкнутую на ней челюсть. Деда так смутился, лишь мое веселье с комментарием: "так вкусно, что даже челюсть вилку не отпускает" его немного ободрило. Почему-то старики думают, что молодёжь брезгует с ними есть – глупости. Пока я вспоминала вилку с челюстью, неотрывно смотрела на деда, а точнее следила за вилкой на выходе, за что и заработала угрожающий кулак и качание головой. Деда, кажется, догадался о моих мыслях. За нашими переглядываниями внимательно наблюдал Костя, при этом успевал что-то отвечать папе и дяде. Хочется отметить стратегическое расположение родных за столом: девочки сидели от меня по правую руку – по левую тётя Вера и мама, Настя напротив девочек, Дед напротив меня, далее папа и дядя Стас. Костю "обложили" со всех сторон, но, судя по всему, этим его не сильно смутили. Он весь обед бросал на меня прямые, загадочные взгляды.

Я же себя могла подвести под определение "притихла" после маминой отповеди.

После обеда, убрав со стола, мы все дружно вышли на свежий воздух.

Мне мама показывала и рассказывала, все ее огородные новинки.

Особенно мне понравились бутылки с маслом от муравьев – даже жалко стало бедных насекомых.

Дядя Стас утащил Костю к себе в гараж, найдя в его лице благодарного слушателя. Если честно сказать, я бы тоже не отказалась составить им компанию, я ведь совсем не огородник только маму злить больше не хотелось.

Но лучше всего здесь пришёлся ко двору наш… ой, мой пёс. Его здесь лелеяли все без исключения и кормили отборным мясом.

День прошёл быстро и довольно суетно, а для меня так ещё и на костылях. Устала страшно и ушла спать самая первая. А что больше всего меня порадовало: Костя тоже не стал со всеми сидеть, пошёл провожать меня.

Я немного задержалась прежде, чем зайти к себе и Костя тоже. Так и стояли, смотрели друг на друга. Я чувствовала себя не ловким, смущениям подростком в ожидании своего первого поцелуя. Впрочем, поцелуя в этот вечер не случилось. Я замялась, и, пожелав спокойной ночи, нырнула к себе в комнату.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю