Текст книги "А было ли убийство? 331 год (СИ)"
Автор книги: Ирина Смирнова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
Глава 22
Обедать троица пошла через столовую к Дайрине. Делая заказ, женщина обняла Рейста за талию, прямо при всех, в общественном месте… Притянула к себе и на ухо прошептала:
– Выплюнь лайм и сделай лицо попроще. Как разберешься с казино, так и начнешь нормально хозяйством заниматься. Вечерами. Понял?
– Да, госпожа…
Мужчине все равно было немного стыдно, но если уж рассуждать здраво, то госпожа была права. Или надо днем сидеть дома, готовить, или вечерами… Так что надо скорее завязывать с ночной работой, а то неприлично просто – гостя пригласили, а еду в столовой заказывают. И это при наличии мужчины в доме. Хорошо, что госпожа все понимает…
Искоса посмотрев на Дайрину, Рейст тихо с надрывом выдохнул застывший в горле комок – вот ведь надо же… как повезло!
– Тебе что заказывать? – капитан обернулась к поглядывающему на них искоса Ульэйжену, старательно делающему вид, что он тут просто так стоит. Почти сам по себе.
Но, услышав вопрос, быстро сориентировался. А когда они уже шли к дому, быстро пропихнул Рейсту в руку несколько галларов:
– Потом госпоже отдашь, попозже.
И с независимым видом чуть ли не отпрыгнул в сторону.
Накрывать на стол Ульэйжен помогать не стал, уселся у окна и изображал из себя зашедшую на чай госпожу. Конечно, Рейст и сам прекрасно со всем справился, но сам бы никогда такого себе в гостях не позволил. Помощь всегда пригодится – салат порезать, суп по мискам разлить, хлеб маслом намазать… всегда дело найдется, если спросить.
Но вопросы задавать Ульэйжен начал только во время обеда, когда Дайрина, утолив первый голод, стала пересказывать свой разговор с госпожой Кайврайдос.
– Не так давно ей в личную почту, которую еще и не все знают, пришло письмо: «Ваш сын жив и здоров. Остальные подробности – за галлары!». Она предпочла пойти законным путем и подала заявление, потребовав расследовать смерть ее сына.
– А проследить, откуда пришло письмо?.. – сразу заинтересовался Ульэйжен.
– Да, конечно, девочки из технического уже вычисляют путь. Но, подозреваю, что это – тупик. Однако времени прошло не так уж много – может, и найдем зацепку. По крайней мере, теперь понятно, почему госпожа Айнджэйриона засуетилась. И ее желание забрать к себе внука тоже уже не вызывает подозрений. – Дайрина посмотрела на нахмурившегося Рейста и понимающе усмехнулась: – Порядочная женщина хочет позаботиться о сыне своего сына. Пока единственное ее преступление в том, что она разорила собственную фирму.
– И пыталась шантажировать конкурентов! – пробурчал недовольно Рейст. – А еще, вместо того чтобы заплатить…
Тут мужчина покраснел, смутился и заткнулся.
– Да, вместо того чтобы заплатить вымогателям, она прибегла к законному способу получить информацию. Разве это характеризует ее с отрицательной стороны? – Дайрина искренне развлекалась, глядя как Рейст, уставившись в пол, что-то беззвучно шепчет и вообще изливает в стратосферу потоки возмущенного непонимания. – А ведь могла бы просто проигнорировать. В конце концов, сын давно уже не под ее опекой. Но не стала, продемонстрировав свою заинтересованность его судьбой. – Рейст лишь поджал губы и нахохлился.
Потом вздохнул:
– Не привык я к такому… Мои бы горы свернули, если бы узнали. Но в Джордане я всякое повидал, так что да, может, вы и правы, госпожа. Все же хоть гвардейцам поручила разобраться, а не просто удалила письмо и забыла.
– Только, раз за обучение Ойли платила не она, – продолжил мужчина после небольшой паузы, во время которой все тщательно жевали, глотали и стучали ложками по тарелкам, – значит, у нее равные права с родственниками госпожи Эойлиз.
– Не думаю… – Дайрина отодвинулась от стола и подождала, пока Рейст быстро соберет грязную посуду и выставит на стол чашки с чаем. – Я никак не могу понять, зачем надо было прикидываться нищей, если у тебя есть куча денег. Мало того, зачем надо было отдавать куда-то даже зарплату мужа… Опять же, зачем выплачивать огромную сумму свекрови? Приданое за мужа – понимаю, хотя там не ясно, кто платил. Эойлиз или кто-то другой. Оплата обучения сына – понимаю… А вот последняя сумма – загадка.
– Согласен, офицер. Очень странно. Почему нельзя было жить на Венге, тратя заработанное на Диспонте? – с умным лицом влез в разговор Ульэйжен.
Рейст про себя матюгнулся, но смолчал. Госпожа позволила парню участвовать, так что имеет право умничать. А вот ему надо бы об ужине позаботиться. С обедом по всем статьям опозорился…
– Пюре на ужин будете, госпожа? Картоперца свежая, с хутора…
– Буду. Давай чисти, ставь вариться, и поедем еще раз навестим родственников Эойлиз. На хутор…
Пока летели в аэрошке, Дайрина рассуждала вслух, а оба мужчины внимательно слушали. По мнению капитана, скрывать свое финансовое благополучие будет только тот, кто боится, что его этого благополучия постараются лишить. То есть шантаж и вымогательство. В этой семейке такое, похоже, в порядке вещей.
Но, несмотря на ярко бросающееся в глаза желание Рейста обвинить во всем госпожу Кайврайдос, Дайрина хотела получить какие-то более веские аргументы, кроме: «Пацану она очень не нравилась!».
И, для начала, исключить остальных подозреваемых. Дальняя родня или нет, но, возможно, у них были какие-то рычаги давления на Эойлиз. Знали что-то… мало ли. Опять же, кто-то написал госпоже Айнджэйрионе про ее сына…
Пока летели, на планшет пришло сообщение с данными по всем семи мужчинам, умершим на Венге и воскресшим у турникетов на входе в Космопорт. Один из них жил как раз на соседнем хуторе.
– Вот и его родню навестим, – кивнула сама себе Дайрина.
Каждый уважающий себя мужчина, естественно, из тех, кто хозяйством занимается, а не в гареме кальян курит, хоть пару раз, но бывал на хуторе. Нет, можно закупаться тем, что хуторяне привозят на продажу – мясо, молоко, сметана и творог, зелень… или доставку на дом заказывать, но это накладно получается. А можно самому мотаться, главное только, точно знать, куда – где лучший мед, где самое жирное молоко, а где сегодня свинью забивать будут…
Мотаться Рейст не очень любил, но по праздникам, особенно к Первоснейжену, на ярмарках было просто столпотворение. Да и заранее купленная и замороженная кундейка – это уже не та радость.
Парная теплая говядинка, едва тронутая жаром в гриле, сочная… с кровью… и еще маслица сверху, чтобы стекало… потом тоненько-тоненько, слой за слоем отрезать… Вот он где, Первоснейжен!
И поросеночек молочный, который с утра еще хрюкал, а вечером в гриле крутится, а с ним еще и картоперца запекается, за компанию.
Соленья и варенья Рейст сам делал, так как госпожа любила. И соусы тоже сам. И приправы сушил…
Главное, если все правильно организовать, то времени не так уж много и уходит. Хватало его и чтобы по госпожам бегать, и чтобы книжки читать, и на лавочке вечером посидеть… просто так, на звезды полюбоваться.
Но если весь день с госпожой мотаться, то со временем проблема будет. Только мотаться тоже интересно! И наблюдать, как его капитан с людьми разговаривает… Правда, это – не работа. Развлечение. Работа – когда есть обязанности, ты их выполняешь и тебе за это платят.
Вот у Ульэйжена – работа, хорошо оплачиваемая, раз галлары по чужим карманам распихивает. Хотя ему никто об этом не намекал даже.
Но парень прав – нельзя позволять посторонней госпоже за себя платить, неприлично, если своя есть. В долг занять – одно, а угощать могут только близкие. И, слава Матери, капитан Дайрина Эльмейдос близкой госпожой для Ульэйжена не является.
Рейста даже передернуло, как только он вдруг задумался… Госпожа-то молодая еще. Вот возьмет и гарем завести захочет… Особенно когда дети появятся. Рейст-то весь в детях будет…
Нет, тля, рано что-то он проблемы себе опять придумывать начал. Его еще и не использовали толком, а он уже о детях…
Капитан ходила из дома в дом, общаясь с женщинами. А двум своим напарникам поручила попытаться разговорить мужчин. Нашла, кому поручить…
Рейст всю эту болтологию терпеть не мог!.. И был уверен, что Ульэйжен задание тоже завалит, выпендриваться начнет, и их пошлют к праотцам. Но он ошибся…
Парня словно подменили на время – пусть и остался серьезным, но при этом принялся излучать дружелюбие и даже улыбку несколько раз продемонстрировал.
Рейсту оставалось только рядом стоять и наблюдать, кто что сказал, а кто хотел сказать, но промолчал.
Вот за одним таким молчуном Рейст и вышел следом, подперли оба забор, в небо уставились. Мужику было явно под сорок, а то и больше – морщины на лбу и в уголках глаз выдавали возраст, да седина на висках.
– Хорошая она была, но не от мира сего, – пробурчал он наконец. – А уж когда к нам на лето госпожа с какой-то другой планеты приехала отдохнуть, совсем из реальности выпала. Я-то сначала надеялся, что меня ей в мужья отдадут – мы вместе выросли, по соседству. Но когда постарше стал, передумал. Красота – достоинство мальчишек в гаремах, а не женщины на хуторе. А потом она совсем умом тронулась, когда у нее мать заболела – рисовала целыми днями, как проклятая. Только картины те потом исчезали, – мужчина внимательно посмотрел на Рейста. – Та инопланетница тоже много рисовала, а еще вокруг картин Эойлиз крутилась и все уговаривала ее улететь с нею, учиться. Уж не знаю, до чего они договорились, а только через год как раз мать у Лийз и слегла.
– И она стала еще больше рисовать? – спокойно-безразлично уточнил Рейст.
Главное сейчас, не спугнуть рассказчика.
– Точно. С утра до ночи… Но денег у кого-то заняла. Много денег. Женщины наши потом хотели помочь ей долг вернуть, так она такую сумму назвала, что всем хутором за год не собрать. Дорогая операция.
– Сделали? – снова спокойно поинтересовался Рейст.
– Не знаю. Только как-то вечером она вернулась из больницы, молча собрала свои вещи и улетела с хутора. Никому ничего не объяснила. Только и так понятно все. Я ее потом в городе видел, когда на базар приезжал. Она ко мне подходить не стала, кивнула и ушла быстро.
– И больше ты ее не видел?
Мужчина надолго задумался, потом вздохнул, словно принял какое-то важное решение:
– Видел. Полгода назад примерно столкнулись. Я тут через хутор как раз к другу залетел, поболтать. Его туда в мужья отдали, вот у меня свободный вечерок выдался, и у него тоже. Решили посидеть, молодость повспоминать. И тут Эойлиз мимо проходит. Я в тени сидел, она меня не узнала. А с другом поздоровалась, словно часто встречаются.
Глава 23
– Одно я тебе точно скажу, на убийство она бы никогда не пошла, – закончил мужчина и еще раз внимательно и очень выразительно посмотрел на Рейста.
– А с чего ты про убийство?.. – удивился тот.
Ни он, ни Ульэйжен ни словом не обмолвились, зачем конкретно они интересуются прошлым госпожи Эойлиз.
– Те, кто в прошлый раз приезжали, между собой несколько раз про убийство какого-то Пейжэйринури говорили. Поэтому им никто ничего не сказал. И жене твоей ничего не скажут, – щеки у Рейста предательски запылали. Никогда раньше не задумывался, как приятно будет слышать такие слова… про жену, естественно. – Зря браслет не носишь, все равно сразу видно, что вы пара. У меня глаз наметанный, – мужик фыркнул, ехидно и, почему-то, печально. – И то, что я тебе только что наболтал, тебе померещилось, понял? Главное запомни, убить она никого не могла.
Высказав все это, мужчина развернулся и быстро пошагал прочь. А Рейст вернулся обратно в дом, где оставил Ульэйжена.
– Ну, как успехи? – устало поинтересовалась Дайрина, усевшись на полу висевшей в воздухе аэрошки и свесив ноги. Мужчины встали с двух сторон и посмотрели друг на друга, как бы спрашивая, кому начинать первым.
Женщина мысленно улыбнулась – срабатываются, красавцы. Младший перестал влезать, оттирая старшего, а старший изначально вел себя более умно…
– Здесь гэйвэйрэйтэ Эойлиз лет двадцать не появлялась, – отчитался наконец Ульэйжен. – Переехала после смерти матери в город и оборвала все связи. Но зато один старичок мне проговорился, что мать гэйвэйрэйтэ была не с Венги, она сюда на практику прилетела и осталась. Потому что закона о вывозе мужей тогда еще не было.
– Молодец, – похвалив младшего, Дайрина перевела взгляд на старшего. Уж больно выразительно тот молчал.
Рейст пересказал все, что удалось узнать, заострив внимание на долге, картинах и инопланетной госпоже.
– Долг – это интересно… Узнать бы еще, у кого Эойлиз занимала, – Дайрина задумалась, а потом хитро улыбнулась: – Кстати, через хутор жил и улетевший с Венги парень.
Если говорилось просто «через хутор», то подразумевалось, что счет идет от Венгсити слева направо. Конечно, у хуторов были красивые названия, иногда они были известны по фамилии главной хозяйки хутора. Но в разговоре эти «через хутор назад» и «через хутор влево» звучали постоянно, так что даже горожане понимали, о каком хуторе идет речь.
Пару-тройку минут перелета Рейст любовался мелькающими внизу полями, озером и большой полосой леса, отделяющей один хутор от другого. Вот на краю поля – ряд сараев для проживания клонов. Богатый хутор, значит, если могут себе позволить такую роскошь. Ну, ближе к Венгсити все хутора не бедные, просто некоторые живут за счет ульев с пчелами, некоторые молочной продукцией и мясом торгуют, а вот у этого – поля с зерновыми… и пекут там, наверное, много.
В животе заныло, несмотря на плотный обед, который был-то всего часа три назад.
Ожидаемого запаха свежей выпечки, как Рейст ни принюхивался, не ощущалось. Зато голову кружил аромат иши. Так вот что растет на тех полях…
Значит, хутор принадлежит какой-нибудь аристократке – для открытого выращивания одного из двух богатств Венги требовалось разрешение, а его простой гэйвэйрэйтэ точно не выдадут. Это здесь крема и мази, в состав которых входит иши, доступны каждому, а инопланетники за такую мазь бешеные деньги готовы выложить – заживляет любые раны, омолаживает кожу, даже старые рубцы разглаживает… Волшебство! И, главное, выращивается только на Венге.
Поэтому и бьются госпожи за право контролировать этот бизнес. Это вам не сумочки из кожи слоногемота!..
Внешний рынок приносит столько прибыли, что внутренний можно заваливать практически бесплатно.
– Ну что, повторим? Я по женщинам, вы по мужчинам? Опрашиваем и про парня, и про Эойлиз.
Ульэйжен кивнул:
– Понял, офицер.
А вот Рейст, нахмурившись, пытался понять, примерещился ли ему знакомый силуэт, промелькнувший вдоль забора. Вроде бы и видел он Зойльду всего пару раз. К тому же пацанка, как есть пацанка… Ничего от девушки, кроме голоса. А пацанов на хуторах всегда много, и любопытных среди них хватает…
Но Рейст знал, что у него есть такая способность – увидел раз и словно сфотографировал. В голове как будто запечатлелись нюансы фигуры, поворота головы, движения тела… Да, пацанов много, но у каждого есть свои особенности, и вот тот, кто только что промелькнул вдоль забора, очень напоминал Зойльду.
– Да, капитан, – открыто привлекать внимание не хотелось. Мало ли, спугнут еще…
Дайрина, чуть повернувшись, посмотрела на пытающегося скрыть напряжение Рейста. Артист из него так себе, но старается. Значит, со временем научится… И этим своим «капитаном» только ее внимание и привлек. Даже Ульэйжен не сразу сообразил, что не так. Подумаешь, вместо постоянного «госпожа» использовал «капитан»…
Нет, на задержания с собой мужчин таскать она, конечно, не готова. А вот на опросы свидетелей и поиск информации, оказывается, очень удобно.
Отметила, как Рейст искоса посмотрел на угол соседского забора. Губы искривились в быстро промелькнувшей улыбке. Сейчас разомнемся…
Незаметно, жестами, на пальцах, приказала младшему из мужчин подождать и потом двигаться туда, куда смотрит старший. Рейста, тоже жестами, послала к аэрошке. Сама пошагала туда, куда собиралась изначально, а потом резко свернула и побежала к соседнему дому. Ульэйжен тоже кинулся огибать его с другой стороны…
Рейст, конечно, прекрасно понимал, что его задача сейчас – сидеть спокойно и не мешаться. В конце концов, он всего лишь мужчина… Только этот… бегает же!.. Преследует. И оружие у него есть. Не то чтобы завидно и тоже хочется, но просто обидно, тля!
Сидишь тут, даже сделать ничего не можешь.
И тут Рейст увидел бегущую к аэрошке Зойльду. Она его не видела, потому что он сидел внутри. А вот он ее видел, потому что включил полный обзор. Капитан и Ульэйжен отставали…
Так, Зойльда – девушка… бить девушек нельзя. Зойльда – подозреваемая, возможно, единственная, кто знает, где Ойли. Бить подозреваемых можно? Во время задержания, наверное, да. Только он же не гвардеец… Или, раз помогает капитану, значит…
– А ты здесь откуда?..
Девушка даже не успела как следует удивиться, как Рейст, решив, что в случае с Зойльдой выбирать надо в пользу подозреваемой, быстро спрыгнул на землю и, несмотря на пинки, лягание и попытки вырваться, удерживал ее, пока не подбежала Дайрина.
– Молодец, правильно поступил, – выдала женщина, восстанавливая чуть сбившееся дыхание и одновременно надевая на Зойльду наручники.
Рейст расслабился, внутренне смиряясь, что с каждым днем зависимость от суждений его капитана делается все сильнее. Столько времени сам решал, сам ругал, сам хвалил если что. А тут вдруг, внезапно, ужасно важно услышать ее одобрение… И ее мнение о нем… Тля!..
– Тут все расскажешь или в участок полетим? – поинтересовалась Дайрина, глядя в зло сверкающие глаза девушки.
– Меня из вашего участка заберут сразу, как только узнают, где я, – презрительно фыркнула Зойльда.
– А если не узнают?
– Вы обязаны сообщить моим родным…
– Так мы же не знаем, куда сообщать, – Дайрина усмехнулась, оценив очередную злую вспышку во взгляде.
– Можно подумать, вы сюда не за мной прилетели, – девушка гордо нахохлилась.
– Не поверишь… – задумчиво протянула Дайрина и повернулась к Ульэйжену: – Свяжись со своими, надо доставить ее в ДИС.
– Я справлюсь, офицер, не волнуйтесь. Вы хотите остаться здесь?
– Да, мне кажется, этот хутор хранит еще не мало тайн.
– Тогда я быстро сдам задержанную и вернусь обратно.
– У вас там найдется, кому ее допросить?
– Да, офицер. Лейхио еще на работе. Сказал, что готов развлечь себя общением с красивой девушкой.
– Ну и отлично… пусть развлекается, – Дайрина снова усмехнулась и кивнула Рейсту: – Пойдем, тоже развлечемся.
Глава 24
Как следует поразвлечься у Дайрины и Рейста не получилось – здесь с ними разговаривать отказывались не только женщины, но и мужчины. Не знаем, не видели, не слышали… Жил такой, потом умер. Жена? Да, была жена, но переехала жить в город. Адреса не оставила.
Обойдя с десяток домов, Дайрина, усевшись прямо в траву, оперлась спиной о забор и уставилась в небо.
– Вот так и работаем, – выдала она наконец.
Рейст присел рядом, тоже какое-то время посмотрел, как первое из трех солнц плавно начинает скрываться за горизонтом.
– Может, мне одному попробовать? Как в прошлый раз? Попробовать-то можно, как вы думаете, госпожа?
– Попробуй, – Дайрина встала, отряхнулась и целеустремленно направилась к дому, где жила хозяйка хутора.
А Рейст, оглядевшись по сторонам, отправился навстречу группе мужчин, возвращающихся с поля. Раз на хутор идут, значит не клоны, вот с теми разговаривать почти бесполезно.
* * *
– Чем я могу помочь нашей доблестной гвардии? – встретившая Дайрину пожилая женщина явно была не из простой семьи.
В каждом слове, жесте, взгляде чувствовалось, что эта дама сможет составить по своей родовитости конкуренцию госпоже Кайврайдос.
– Я бы хотела поговорить с вами об Эойлиз Найрэйдж.
Дайрина уже приготовилась достать планшет, чтобы показать фотографию, но женщина молча сделала приглашающий жест:
– Заходите, поговорим.
Поднявшись вслед за хозяйкой дома на второй этаж, Дайрина уселась в предложенное ей кресло и с благодарностью приняла кружку горячего чая.
– Расскажите мне все, что вы знаете, – попросила капитан, решив, что уточняющие вопросы сейчас только все испортят. И оказалась права – пожилая госпожа с удовольствием погрузилась в воспоминания:
– Я была достаточно близко знакома с матерью Эойлиз, поэтому, как только она заболела, предложила свою помощь. Но Эойлиз отказалась, сказала, что не хочет влезать в долги… Только не прошло и двух месяцев после нашего разговора, как она заявилась ко мне с просьбой. Когда я услышала, сколько Айнджэйриона хочет за своего второго сына, я чуть дар речи не потеряла! Такое впечатление, что он у нее золотой был. А самое удивительное, что кроме этой дурочки еще желающие нашлись. Так что пришлось не только денег одолжить, но и съездить попить тайшу со Старшей госпожой Дома Кайврайдос. Только зря старалась. Хоть и прожили они душа в душу, пока Пейжэйринури не умер, а родился только мальчик…
– А мать Эойлиз умерла? – вот теперь пришло время наводящих вопросов.
– Нет, конечно! – непритворно удивилась женщина. – Жива и здорова! Работает в каком-то музее на Диспонте и живет у своей подруги.
– За счет Эойлиз?..
– Что вы, дорогая…
Дайрина очень выразительно посмотрела на свою собеседницу. Та хмыкнула и упрямо поджала губы.
– Почему Эойлиз скрывала, что является вполне состоятельной женщиной?
– Из-за Айнджэйрионы, – все же призналась пожилая госпожа. – Первые лет шесть-семь Эойлиз возвращала долги за операцию матери и за приданое. А потом, когда у нее потихоньку начали появляться деньги, Айнджэйриона начала пытаться заманить ее в свои сети. Подсовывала аферу за аферой, причем сама почти не вкладывалась, все за счет Эойлиз. Если же та отказывалась участвовать, давила на нее через сына. Мужчинам порой так трудно выбрать между женой и матерью… – собеседница Дайрины вздохнула, явно вспомнив что-то очень личное.
Дайрина ее прекрасно понимала – у самой был такой мужчина, в затруднительном положении.
– Вот Эойлиз и решила, что пусть лучше свекровь даже не догадывается, сколько денег на счету у ее невестки. Всем спокойнее, – женщина посмотрела на Дайрину, и та согласно кивнула. Действительно, госпожа Кайврайдос не лучший деловой партнер.
– Когда пришла пора платить за обучение сына, мы решили сделать вид, что это опять я пытаюсь помочь, но тайно от Эойлиз. Иначе Айнджэйриона прибрала бы денежки к себе…
– А почему вы не захотели сами оплачивать обучение Ойли? – заинтересовалась такой хитрой схемой Дайрина.
– Потому, дорогая, что это накладывало бы на меня обязательства, а я совершенно не хочу заботиться о чужом сыне и внуке. У меня своих хватает… Еще пятерых надо в мужья пристроить!..
– Но вы знаете, что Эойлиз пропала?
– Да, Айнджэйриона уже звонила, ругалась. Именно поэтому я вам сейчас и рассказываю все эти подробности. Не думаю, что они вам помогут ее найти, но хотя бы будете понимать: Лийз – умная девушка, целеустремленная, спиртного в рот не брала и очень любила мужа и сына. Когда я ее после смерти Пейжэйринури увидела, даже испугалась, что руки на себя наложит. Но она сказала, что у нее еще не все дела закончены, сын не пристроен. И, раз он до сих пор не пристроен, значит, с Эойлиз случилось что-то нехорошее. Не могла она бросить своего ребенка, даже если он – мальчик.
Дайрина кивнула, соглашаясь. Действительно, странно как-то было сбежать, не предупредив и бросив Ойли одного в доме. Большинство тайн семьи Найрэйдж потихоньку раскрывались.
Хотя, если Пейжэйринури улетел с Венги, то почему Эойлиз так страдала? Радоваться надо было и собирать вещи. К тому же, по новым законам, она ведь могла вывезти с собой или мужа, или сына. И раз муж уже был вывезен…
– А вы не заметили никаких изменений в поведении Эойлиз за последние восемь-девять месяцев? До смерти ее мужа?..
Женщина задумалась, нахмурилась, потом помотала головой:
– Нет, дорогая, Лийз изменилась, только когда умер ее Пейри… Правда, мы редко виделись. Она прилетала сюда примерно раз в месяц. Навещала дальнюю родственницу по отцу.
– Вы не подскажете?..
На улице Дайрина постояла какое-то время, упорядочивая в голове полученные сведения. Напоследок она даже про умершего мужчину поинтересовалась. Но, само собой, никаких подробностей не узнала – умер, и все тут. Как можно было на хуторе сымитировать смерть так, чтобы никто не заподозрил – не понятно. Скорее это было похоже на массовый заговор с целью укрывательства. Тем более самое нереальное было в том, что никто не знал адреса, куда переехала жена умершего. Ну не бывает так!
Что ж, теперь самое время навестить родственницу Эойлиз. Только сначала неплохо было бы найти Рейста…
* * *
Рейст, как-то незаметно влившийся в компанию, устроившуюся на лавочках у большой дороги, тихо сидел и слушал. Подойдя к мужикам, он честно признался, что прилетел сюда со своей госпожой, капитаном гвардии. Она – по работе, а он – по хозяйству. И вначале разговор крутился вокруг того, на каком хуторе что покупать выгодно. Потом народ выразил вежливый интерес за каким… к ним гвардейцев принесло.
Рейст начал рассказывать про то, что пропала какая-то гэйвэйрэйтэ, а сынишку оставила без присмотра, вот и ищет государство следы матери, чтобы официально признать сиротой и отдать бабушке.
Медленно и степенно дошли в разговоре до того, что не так давно, еще года не прошло, тут тоже женщина пропала. Уехала в Венгсити, по делам, и все, с концами… Ни слуху ни духу. А муж у нее странно умер, даже попрощаться никому не дала, хоронила в закрытом гробу!..
Причем так удачно смерть у него приключилась, когда хозяйки хутора здесь не было, болела она. Так бы ей пришлось тело показать…
Нет, законников она вызвала. Приезжали и лекарь городской, и нотариус. Но своим ничего не сказала и к телу не подпустила. Поэтому, что там с ним было не так – неизвестно.
Похоронила, порыдала, вещи собрала и уехала. Даже родне не пишет!..
А родня у нее есть, как же… Вон в том доме живет сестра двоюродная с двумя дочками и сыном.
Про Эойлиз у Рейста выяснить ничего не получилось. Признаваться в том, что он прекрасно помнит, как зовут ту, которую разыскивает его госпожа, мужчина не захотел, фото у него тем более с собой не было.
Пока его за своего держали, разговор тек спокойней, к тому же вдруг капитану повезет?.. Самых общительных он запомнил, если что – можно будет потом еще раз встретится.
Единственное, на что Рейст решился, – прощупать почву насчет Ойли. Не появлялся ли он тут?
Но незнакомых пацанов никто не видел. Своих навалом.
Навалом или нет, но парнишка пропал почти сутки назад… И, понятное дело, Рейсту было очень неспокойно. Мало того, еще и совесть перед капитаном снова начала мучить, хоть опять на порку напрашивайся!..
Только вряд ли поможет. Если бы пацан нашелся, сразу бы полегчало. А пока он неизвестно где – так и будет грызть, противная!
Дайрину Рейст заметил еще издали. Она шла по дорожке между заборами, прямо к их компании. Большинство мужчин уже разошлись по домам, но четверо еще сидели, болтали о своем. Чего вот к женам не идут – не понятно…
– За тобой? – заинтересованно уточнил один из оставшихся.
– За мной, – кивнул Рейст, чувствуя, как внутри становится тепло и уютно.
– Красивая… – тоном опытного ценителя выдал еще один из мужчин.
– Знаю, – гордо усмехнулся Рейст и встал: – Ну… я пошел. Хорошо посидели.
– Да, неплохо. А Лийзи вы здесь зря ищете, – внезапно добавил ценитель красивых госпожей. – Она сюда больше месяца не прилетала. С тех пор как с теткой своей переругалась. Шумно поругалась, – уточнил мужчина. – Но потом села в аэрошку и улетела.
– Спасибо, – кивнув неожиданному информатору, Рейст подошел к остановившейся неподалеку Дайрине.
– Еще одну семью опросим и домой, – капитан выдала это уже идя по тропинке в направление нужного ей дома.
