Текст книги "А было ли убийство? 331 год (СИ)"

Автор книги: Ирина Смирнова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Глава 6

Поужинав, Ойли снова улегся на кровати и принялся читать дальше. Но тут над ухом прозвучало:

– Значит так, малек, бери с собой свою книжку и пойдем.

Тяжко вздохнув, парнишка оторвался от интересной истории, поглядел в окно, нахмурился… Но понуро добрел следом за Рейстом до лифта и только когда они остались наедине, поинтересовался:

– А куда мы пойдем так поздно? Разве нам можно?

Пока его спаситель днем отсутствовал, Ойли внятно и четко объяснили, что для всех здесь живущих он – парень Рейста. Мальчишка сначала хотел объяснить, что все не так. Но потом оглядел окруживших его мужчин, вспомнил свое ночное приключение и быстро закивал головой, соглашаясь. Даже страшно почти не было от оценивающе-липких взглядов. Потому что все очень быстро закончилось, и Ойли смог снова улечься на кровать читать книгу. Рейста явно уважали. Значит, считаться его парнем удобно и спокойно.

Именно поэтому при всех возражать своему спасителю мальчик не стал, но и брести за ним куда-то поздно вечером не собирался. Здесь тепло, хорошо, кормят вкусно, госпожа капитан опять же знает, что он тут…

Мама найдется и придет за ним. А вечером и ночью на улицах Венгсити опасно. Он там вчера был и вновь на приключения что-то не тянет. Даже ради матери уже не тянет. Хотя…

– Как ты думаешь, та женщина, что искала мою маму, она опасная?

Рейст еще обдумывал цензурно-правильный ответ на первый вопрос пацана, а тот его взял и огорошил следующим.

– Нам можно, если предупредим, – почти не соврал мужчина.

Можно было только за определенную плату, но уж лучше заплатить за вход и выход дополнительные пару галларов, чем крутиться как уж на сковородке, переживая, что с этим заморышем. Трахнуть его ребята не должны. Но о женщине, от которой их так удачно спасло явление капитана гвардии, Рейст сам размышлял последние минут сорок.

– Я тебя спрячу на время, пока работать буду. Мне так спокойнее. С твоей матерью темная история какая-то, одного тебя здесь оставлять не хочу. И предупреждать всех, что тебя надо охранять и оберегать – тоже. Может, все не так страшно, как я придумал.

Ну не понравилась Рейсту та настойчивая госпожа, пытающаяся проникнуть в дом. Вот не понравилась, и все тут! И если бы не вовремя появившаяся капитан, неизвестно, остались бы они с пацаном живы или кого-то из них прибили, как лишнего свидетеля.

Нет, если с точки зрения безопасности малька ситуацию оценивать, то на работу сегодня выходить вообще не стоит. Опять же капитана предупредить было бы неплохо, но тогда получится, словно Рейст специально этой красивой госпоже навязываться собрался. Причем через пацана… Вот уж никогда ничем подобным не занимался и начинать нечего.

Пройдя по первому этажу до «пожарного» выхода из здания, мужчина молча положил в протянутую руку охранника нужное число галларов и быстро вытолкал своего спутника во двор.

Младшее красное солнце уже задевало боком край горизонта, старшее держалось рядом, вплотную. А золотистое сверкающее солнце-госпожа дожидалось, пока скроются оба ее мужа. Словно убеждалось, что кругом все спокойно и можно уходить спать.

«Бдит, как капитан гвардии», – фыркнул про себя Рейст и едва слышно вздохнул. Внезапно стало стыдно, что красивая госпожа видела его в женской одежде и явно разочаровалась. Конечно, она же к послушным привыкла, а он по грани законности, между красным и черным… его жизнь – рулетка с несбалансированным колесом…

«Тля, разнылся!» – тут же осадил себя Рейст. Схватив растерянно крутящего головой мальчишку за руку, дотащил до второго охранника, у ворот приюта, выдал и тому положенную сумму, сразу за вход и за выход, на всякий случай.

– Не трясись, еще вечер. Мы ничего не нарушаем. Я тебя сейчас к одной своей знакомой госпоже отведу, ты у нее посидишь. Она со странностями, конечно, но зато вопросов никогда не задает. А главное – госпожа. Так что и отшить кое-кого сможет, и палкой по голове… Но этого, надеюсь, не понадобится.

Говоря все это, мужчина уверенно шагал через площадь, даже не глядя по сторонам. Дорогу он знал настолько хорошо, что и с закрытыми глазами нашел бы нужную лавочку. Мясная, винная, сувениры, «товары для госпожей и их любимцев», салон красоты Зуйлии, ювелирный… снова сувениры…

Чем ближе к рынку, тем больше сувенирных лавок, потому что тут постоянно крутятся инопланетники. И цены, соответственно, растут в геометрической прогрессии. Как ставки у начинающего игрока.

– Значит так, – Рейст остановился возле очередной, не сильно выделяющейся лавки с глиняными поделками. Ручной труд за бешеные деньги. А на самом деле барахло, слепленное учениками, а вот работ их учителя здесь не выставлено. Вернее, выставлено… но…

Искусные подделки под старину, даже не догадаешься. Нет, конечно, никто не утверждает, что это действительно тринадцатый век, на ценнике даже честно написано – «подражание» такому-то, творившему там-то и там-то… А ниже «19–20 век, неизвестный мастер».

Как же! Известный…

– Рейст, засранец! Каким ветром?! Понадобилось что-то от старой больной женщины?

Бойкая старушка, как по волшебству возникшая в дверях магазинчика, пристально оглядела и мужчину, и испуганно спрятавшегося за его спину мальчишку, успевшего пролепетать: «Здравствуйте, госпожа».

У Ойли при виде пожилой хозяйки лавки, резко вспотели руки и в голове все помутилось от волнения. Действительно, со странностями госпожа… И как себя с нею вести? На колени опускаться? Просто поклониться? Вообще молчать и не высовываться?

– Да, госпожа Джайнэйли, понадобилось.

Рейст вытолкнул вперед Ойли, и старушка, внимательно оглядев мальчика, скептически поджала губы, а потом вопросительно посмотрела на мужчину.

– Присмотрите за ним, пока я работаю? А то у него небольшие проблемы…

– Говорила я твоей матери, что драть тебя надо больше. Но ей так нравилась эта твоя идиотская привычка спасать всех бездомных животных. И что теперь? Принялся подбирать бездомных мальчишек на улицах Венгсити?

– Я и сам теперь бездомный, госпожа Джайнэйли, не забывайте об этом.

– Да уж помню… Но даже в память о твоей матери не готова взять на себя ответственность за такого обалдуя, как ты. Стара я уже…

– За меня и не надо, – хмыкнул Рейст, улыбнувшись, хотя на самом деле было совсем не весело.

Госпожа Джайнэйли действительно очень-очень стара, старше его прежней госпожи. Так что правильно все, лучше сейчас оказаться в приюте, обжиться и освоиться… Все правильно. К тому же толку от него никакого, а по хозяйству госпоже помогать и ученики могут. Он бы только нахлебником оказался, ненужным. Но тоску по дому осознание правильности случившегося не заглушало.

– За мальчонкой присмотрю, так и быть. Если будет сидеть тихо и помалкивать, – тоже улыбнулась старушка.

– Спасибо, госпожа, – Рейст посильнее подтолкнул Ойли, и мальчик сделал пару шагов в направлении старой госпожи. Потом испуганно обернулся. – Не съедят тебя здесь, – ободряюще кивнул ему мужчина.

– Точно! – рассмеялась странная старая госпожа. – Давно прошли времена, когда меня интересовали молоденькие зайчики, вроде тебя. Теперь я их только пою чаем и угощаю слипшимися конфетами.

– Не наговаривайте, госпожа Джайнэйли, – тоже рассмеялся Рейст. – Конфеты у вас очень вкусные! – и быстро добавил: – Спасибо большое, госпожа. Вернусь поздно. Никому мальчишку не отдавайте, кроме меня!

– Иди уж… – махнула рукой старушка, ухватила Ойли за плечо и повела в дом. – Пошли, чудо большеглазое. Кто ж тебя так запугал-то…

Большеглазое чудо, старательно лавируя между столиков, тумбочек, одиноко стоявших ваз и скопом выставленных фигурок, наконец-то очутился в небольшой комнатушке. Душноватой, слегка захламленной, но со свободным уютным креслом-качалкой, электрическим чайником, миской с печеньем и конфетами… и возможностью погрузиться снова в чтение интересной книги. В полной тишине и одиночестве, потому что странная старая госпожа ушла, махнув напоследок в сторону небольшого закутка:

– По нужде если приспичит, то туалет там.

Облегченно вздохнув, Ойли нашел на столике рядом с креслом большую кружку, сходил тщательно ее ополоснул, заварил себе чаю, взял в руки книжку… и почувствовал себя самым счастливым на этой планете…

Глава 7

Пристроив Ойли в хорошие и, главное, надежные руки, Рейст отправился обратно, через площадь, потом по улице, мимо домов, среди которых спряталась и развалюха, в которой он переодевался.

Чулки, туфли, платье, парик, макияж… Больше всего раздражало именно последнее, но без косметики в нем не было почти ничего от госпожи, а вот если подвести губы, накрасить ресницы и чуть гуще, чем на самом деле хочется, положить тени… получалась яркая вульгарная красотка. Самому противно! Теперь еще парфюм… терпкий аромат, который подойдет как мускулистому гаремному котику, так и госпоже вызывающего поведения. Эдакой раскрепощенной и авантюрной, готовой на все… Даже закрутить роман с капитаном гвардии… Тля!

Закончив с переодеванием, Рейст полюбовался в старое потрескавшееся зеркало, которое он нашел на свалке и притащил сюда. Подмигнул своему недовольному отражению и быстро пошагал в сторону казино.

Относительно быстро. На каблуках очень резво не поскачешь, походка должна хотя бы условно напоминать женскую, причем не гвардейцев на праздничном марше в честь Первоснейжейна… Тля!

Злясь на кружащие роем мысли о красивой госпоже, Рейст сначала даже не обратил внимания на знакомый домик. Но потом развернулся и тихо прокрался обратно, на цыпочках, вдоль забора, матерясь сквозь зубы на себя и на то, что в каждую же бочку… в каждую, тля, бочку… зачем-то надо влезть, идиоту!

Охрану они приставят… как же! Где эта охрана? Нет ее!

А вот шныряющие по саду подозрительные личности есть! И что теперь делать? На работу спокойно идти?

И тут одна шныряющая личность наткнулась на две другие, и Рейст просто слился с забором, стараясь совместить почти несовместимое – чтобы ему было видно и слышно все, а он был не виден и не слышен никому.

А когда он уже почти решил вмешаться, непонятно зачем… Наконец-то появились гвардейцы охраны правопорядка и задержали подозрительную парочку. А вот мелкая неизвестная личность успела метнуться через кусты, перелететь через забор, чуть не уронить Рейста и скрыться…

– Что вы делаете здесь в такое позднее время, гэйвэйрэйтэ?

Еще одна гвардеец возникла из темноты в тот момент, когда мужчина уже почти обрадовался, что удалось слинять от опасного места без проблем.

– На работу опаздываю! – немного вызывающе, но и не грубо, ответил Рейст, жмурясь от неприятного яркого света фонарика, направленного ему прямо в лицо.

– Работа ночью в таком виде? Думаю, вы ничего не потеряете, если проследуете за мной в участок.

– Я потеряю работу…

Рейсту очень хотелось самому побиться головой об забор. Может это отучит его влезать в неприятности?

Уволить за один прогул не уволят, тем более он же не по своей вине, а по прихоти гвардейцев не явится. Но ведь придется опять объяснять, кто он, откуда, почему переоделся госпожой… Платье снова испачкают, туфли могут повредить, парик… Тля!

– Оставь… ее… пусть идет, – раздался неподалеку знакомый голос.

Мужчина облегченно выдохнул и почти побежал в сторону казино. Не оглядываясь и не задерживаясь.

Едва оказавшись в привычной родной обстановке, Рейст выдохнул, расслабился и целиком погрузился в работу. Его труд требовал полного сосредоточения. Никаких капитанов гвардии и разных странных личностей, шляющихся по саду спасенного им пацана.

* * *

Ойли в это время развлекал старую госпожу тем, что внимательно слушал ее воспоминания о молодости. Нет, сначала она попыталась разговорить мальчишку и вытащить из него побольше информации о том, кто он и откуда. Но Ойли с детства привык скрывать почти все связанное с семьей. Он уже даже не помнил, сам до этого додумался или отец научил, но если общеизвестное – где живешь, фамилию, имя матери и бабушки – мальчик мог рассказать чуть ли не первому встречному, то все остальное касалось только их троих… теперь уже двоих. Его и мамы.

Старушка все же аккуратно вытянула из юноши кое-какие мелочи и поняла, что ее гость предпочитает пассивную роль слушателя. Очень важное достоинство для мужчины. Ведь им самой Матерью в разговорах обычно отведена роль молчаливых украшений, сидящих в ногах своих госпожей.

По комнате витал запах сушеной травы, пыли и аромата вкусного чая. Ойли было тепло, сыто, уютно… Старая госпожа ласково ворковала рядом, и ее истории хоть и отличались от маминых сказок, но тоже были очень захватывающие. Про молодых женщин, разыскивающих по всей галактике различные ценности, чтобы потом на родной планете создать такие же и поделиться ими с людьми.

Ойли умел слушать очень внимательно. Вскоре он понял, что героиня всех историй одна, хотя госпожа и пыталась сделать вид, что рассказывает про разных женщин. Ну а потом сообразил, что это – воспоминания о молодости его гостеприимной хозяйки. Даже позавидовал – столько приключений, столько интересных путешествий… Не то что у него…

Заметив, что мальчик задремал, старушка накрыла его пледом, улыбнулась своим мыслям и нахмурилась, посмотрев на часы. Рейст очень сильно задерживался.

* * *

Аромат духов, алкоголя, вспотевших от волнения тел… гвалт женских голосов… крутящиеся по залу молодые мальчишки, привычно улыбающиеся на пошловато-грубые комплименты, похлопывания и пощипывания за задницу. Даже если потом на теле останется огромный синяк – надо всем кокетливо улыбаться и целомудренно стрелять глазками, соблазнительно крутя при этом пострадавшей частью тела.

Рейст сочувственно проводил взглядом очередную, едва слышно ойкнувшую жертву женского внимания. Какое счастье, что он сам уже слишком стар для всего этого… И для того, чтобы просто вилять задом, отвлекая внимание, и для того, чтобы мелькать по залам с подносом, на котором балансируют фужеры, стопки, бокалы и совсем немного закуски.

И какое счастье, что здесь пресекают попытки аристократок начать развлекаться так, словно они в борделе или на вечеринке у подруги, а не в казино. За одно это Рейст очень уважал владелицу заведения.

Ходили слухи, что она сама была откуда-то из низов, поэтому все эти аристократические увеселения и не любила, а к высокородным прожигательницам денег и жизни относилась с хорошо скрываемым презрением. Что не мешало ей содержать еще два казино – в Космопорте и где-то в пригороде Венгсити.

А еще у Рейста как-то чулок не очень вовремя порвался… точнее, пришлось изобразить, что он порвался, чтобы подслушать разговор владелицы казино с приехавшей к ней какой-то пожилой леди, явно из первых пары десятков Домов, судя по замашкам.

Вспомнив про тот случай, мужчина процедил про себя очень заковыристое ругательство, смысл которого наиболее кратко выражала фраза «Как тесен мир!». Ну и еще о том, как полезно подслушивать…

Вчера, в домике пацана, он тоже внимательно прислушивался и запомнил ответ Ойли капитану гвардии: «Мать поговорила с госпожой Кайврайдос и ушла…».

Госпожа Кайврайдос…

В полутьме кладовой старательно изображая подтягивание чулка и полностью обратившись в слух, он тоже слышал эту фамилию… Так звали собеседницу владелицы казино. Пожилую аристократку. Госпожа Кайврайдос.

И что ему теперь делать с этим знанием?

Так, вечером надо будет выяснить у пацана, кто это такая. А уже потом попытаться упорядочить в голове все, что известно. Зачем оно ему, не понятно?! Может, просто рассказать все капитану и успокоиться? Ведь это же работа гвардии – расследовать такие вещи. А мужчины должны не мешаться под ногами и не лезть не в свое дело.

Едва дождавшись, когда его смена подойдет к концу, Рейст вылетел в большой холл на выходе из казино. Гардероб, диванчики и столики, засыпанные разнообразными журналами. Место ожидания, если не желаешь идти в игровой зал. И на одном из диванчиков, в непринужденной позе, нога за ногу, сидела и полистывала журнал… она самая, тля! Капитан гвардии.

– Вот Рейя, госпожа, – объявил парнишка из обслуги и кивнул в сторону застывшего, как изваяние, Рейста.

– Спасибо, малыш, – женщина благодарно улыбнулась, встала и направилась к дверям. Только возле них обернулась и в упор посмотрела на мужчину: – Ты идешь? У нас с тобой дела были, помнишь?

Никаких дел у них не было. Но не кричать же об этом на все казино? Уводят красиво, без шума. Смену отработать дали… И, судя по спокойствию капитана, платье и парик пострадать при их беседе не должны.

– Мальчика в приюте одного бросил? – поинтересовалась капитан, оглядывая улицу и вновь не глядя на Рейста.

– Нет, к знакомой госпоже отвел, – мужчина чувствовал себя несколько неуютно, особенно учитывая то, что он все еще был в женской одежде.

– Адрес?.. – уверенно, без тени сомнения, спросила капитан.

И ее бровь изумленно выгнулась, когда Рейст, также уверенно объявил:

– Пацана отдадут только мне, госпожа.

Хмыкнув, женщина остановилась перед развалюхой:

– Тогда переодевайся и пошли. Мне надо с ним поговорить.

Рейст влетел в дом и тут же настороженно замер. Обостренное чутье сигнализировало – тут кто-то есть. Кто-то кроме капитана в саду.

– Стой тихо, – рот мужчине очень нежно закрыла женская ладонь, и кожа щеки вспыхнула от соприкосновения с чужими пальцами…

Капитан гвардии пахла чем-то цветочным, нежным, легким как перышко. Мылом или пенкой для тела.

– Слева, – на всякий случай подсказал Рейст едва слышным шепотом.

– Слышу, – прошептала капитан прямо ему в ухо, и все тело у мужчины внезапно покрылось мурашками. – Оттолкну и катись в угол. Быстро!

«Парик… платье… туфли…» Глупо об этом думать, когда есть шанс, что тебя могут пристрелить. Но если ты старательно копишь на отдельный домик в пригороде, пусть даже оформленный не на тебя, а на приют, не важно… У тебя есть мечта и ты уже сделал пару десятков шагов в направлении к ней. И вдруг приходиться шагать обратно из-за собственной глупости! Тля, просто зло разбирает!

Рейсту повезло. Тот, кто поджидал его, сидя в засаде, словно почувствовал, что превратился из охотника в добычу, промелькнул худенькой бледной тенью вдоль стены и выпрыгнул в окно. Капитан побежала следом. А мужчина остался в старом доме совершенно один.

Глава 8

Рейст успел переодеться, выйти из дома и почти дойти до площади, когда на него налетели патрульные гвардейцы, злющие и не желающие слушать никаких оправданий.

– В участке разберемся!

Мужчина почти сразу сообразил, что это – облава, охота на крупную дичь. Но так как никто точно не знает, как эта дичь выглядит, хватают всех, и грызунов, и хищников.

Осталось лишь порадоваться, что не в рабочем наряде схватили.

Отделений по борьбе с городской преступностью в столице было одиннадцать. Десять обычных, на три-четыре улицы, и одно центральное, на площади.

Рейста притащили в ближайшее, шестое.

Внутри оказалось довольно многолюдно. Похоже, зачистку устроили по всему Венгсити.

Мужчина уже тут был, когда оформлялся на работу. Заполнил кучу бумаг, потом дождался, когда их где-то на другом конце города отсмотрит и одобрит представительница приюта, и получил на руки документ, удостоверяющий, что он не абы кто, а работающий член общества под ответственностью какой-то неизвестной ему госпожи.

Теперь, наверное, гвардейцы должны будут связаться с этой госпожой… Тля!

Но он же не виноват, что вляпался во все это? Просто с работы шел… Да, слегка позже, чем разрешено, но просто так уж сложились обстоятельства.

В полночь начинался основной приток клиенток. Глупо уходить в это время… Вот в два ночи уже нормально, но Рейст редко до этого времени засиживался. Вылетал из казино ровно в час, чтобы можно было поныть, что задержался внезапно, если вдруг встретится патруль.

Вот и госпоже этой неизвестной такую же лапшу на уши… А может до этого и не дойдет? Документ у него есть. Разрешение есть. Вдруг с утра просто отпустят, и все?

За Ойли Рейст был спокоен – пацана на улицу не выкинут, накормят, спать уложат. Единственный человек, за которого он действительно волновался, был… капитан гвардии.

Конечно, она – гвардеец, у нее не первое дело, пистолет опять же… Но здравые мысли никак не отгоняли нелогичное беспокойство.

И уснуть никак не получалось. Даже задремать нормально не удавалось.

Шумно, конечно. Двери постоянно хлопают. Парни между собой разговаривают, выясняя, кто откуда и почему здесь оказался. Мужик вон какой-то в углу весь на нервах, бегает по кругу, как загнанный зверь. Конечно, потом можно будет выспаться в приюте. Не проблема. Но просто чем здесь еще заниматься-то? Общаться ни с кем не хочется – действительно знающих, что происходит, тут нет. А просто так языком трепать Рейст не любил.

* * *

Дайрина была чудовищна зла. Она пару часов бегала по Венгсити, и в итоге этот хмырь от нее сбежал! А она даже стрелять на поражение не имела права – вдруг это чья-то собственность? Тем более обвинить убегающего можно было только в нарушении ночного режима, и все. К праотцам это дело! Вот как чувствовала… Подозрительное поведение женщины, потом ее исчезновение, потом странные подробности ее жизни и смерти ее мужа… И с каждым днем это дело становится все туманнее и туманнее.

Две задержанных в саду дамочки оказались действительно знакомыми Эойлиз Найрэйдж, которым та иногда давала денег на выпивку. Взамен она просила их о небольшой услуге… Противозаконной небольшой услуге – поставить свою подпись на поддельном документе о взятии под опеку на пару дней одного или двух инопланетников. «Два-три дня, кэп! Чего они смогут натворить за такое время?».

Главное, эти безмозглые кундейки даже не требовали показать им мужчин, которых они якобы берут под свою опеку. Просто подписывались, и все. Все! Как можно было спиться до такого состояния, что тебе плевать, кого пускаешь на родную планету?! Плевать, что тебя могут призвать к ответу за кого-то, кого ты в глаза даже не видела?!

И единственное, что их волновало, – деньги закончились, выпивку купить не на что. Вот и караулили Эойлиз вторые сутки. «Душа горела!»

Таких надо принудительно лечить, чтобы не позорили Венгу. Женщины, называется… Тряпки!

А вот тот, кто сумел скрыться от гвардейцев уже два раза, явно не денег на выпивку хотел. Мало того, он знал, где найти парня из приюта, и был уверен, что тот появится в развалюхе один. Значит, их что-то связывает.

Поэтому, набегавшись, капитан направилась в приют. Дежурный охранник чуть ли не на заветах Матери поклялся, что ни мужчина, ни мальчишка сегодня не возвращались. И что же делать?

Вернувшись в участок, Дайрина плюхнулась за свой стол и принялась с хмурым лицом наблюдать за творящимся беспределом.

Отодвинув надоевшие документы в сторону, женщина проводила взглядом очередного пойманного в ночи мужчину, скрывшегося вместе с сопровождающей его гвардейцем в полутьме коридора.

Что ж… имеет смысл проверить. Вряд ли этого наглого красавца упекли в центральное, но осмотреть лучше все. Чем черт не шутит?

* * *

Рейст уже почти смог заставить себя задремать, как дверь камеры очередной раз открылась.

– Эй, проваливай, за тобой пришли! – объявила пожилая гвардейка, в упор глядя на мужчину. Но тот все равно покрутил головой, не уверенный, что эта фраза относится к нему.

– Пошевеливайся! Долго тебя ждать?

Осознав, что все же пришли именно за ним, Рейст выскочил в коридор и буквально налетел на капитана гвардии.

– Простите, госпожа!

Осмотрев парня с ног до головы, женщина хмыкнула и не оглядываясь пошла в сторону выхода. Рейст, почему-то едва сдерживаясь, чтобы не начать неприлично улыбаться, направился следом. То, что происходит два раза подряд, может считаться традицией, ритуалом, правилом… Объединяющим фактором. Объединяющим… Мечтать не вредно, но гораздо важнее уметь правильно ставить цели и их добиваться. Вчера капитан была далека, как звезда в созвездии Матери, а сегодня… сейчас… он уже знает, как именно она выражает приказ следовать за ней.

– Ты знал того, кто ждал тебя в доме? – женщина обернулась уже на улице, еще раз внимательно осмотрев Рейста.

– Нет, госпожа, но мне показалось, что это тот же, кто крутился в саду у пацана…

– Мне тоже так показалось, – вместо того чтобы пойти через площадь к приюту, капитан свернула на соседнюю улицу. Мужчина, не задавая лишних вопросов, молча шел сзади.

Ночная закусочная манила яркой вывеской и вкусными запахами.

– Нам с собой, – объявила капитан, быстро листая меню. – Что будешь есть?

Рейст даже дар речи потерял на пару секунд, а потом быстро назвал самое недорогое блюдо, смутился под пристальным женским взглядом и сделал уже более честный выбор. Есть хотелось от слова «жрать»… В приюте он бы уже спал давно и не думал о голоде, а сейчас прямо до судорог в животе скручивало.

Нет, госпожа Джайнэйли, конечно, его бы покормила, но поздний ужин или ранний завтрак в обществе капитана гвардии привлекал Рейста гораздо больше, чем компания подруги матери.

Молча вручив мужчине пакеты с едой, Дайрина направилась к своему дому, находившемуся буквально в двух шагах. Очень удобно. Готовить-то обычно некогда, а есть иногда хочется.

Не успев войти, она махнула рукой вглубь коридора:

– Иди на кухню. Раковина там есть, руки помыть. Накрывай на стол, я сейчас…

После беготни по ночной столице очень хотелось принять ванну, но это попозже. Сейчас хватит и душа.

Спустя десять минут женщина выползла из ванной в теплом махровом халате и с влажными волосами. Чистая и довольная.

Надо допросить это приютское чудо в комфортной домашней обстановке, потом дать ему отоспаться и самой выспаться. А утром они пойдут и заберут сына Эойлиз Найрэйдж, возможно тот прояснит ситуацию… Ведь происходит что-то необычное.

Сначала Рейст очень стеснялся, опасливо поглядывая на сидящую напротив госпожу. Конечно, хорошо, что она не стала изображать из себя аристократку и настаивать на том, что его место на коврике. И вообще ведет себя с ним себя так, словно они давно знакомы… И… В этом халатике она такая… совсем не похожая на сурового капитана. Скорее на обычную горожанку, из тех, к кому он иногда бегал… Тля!

Только кусок в горло под ее взглядом не лезет. А еще пусто у нее тут на кухне и сразу понятно, что не готовит она здесь, а только купленную еду ест. Значит, нет у нее никого… Да и так видно, что нет. Ведь не вышел никто… И на стол накрывать ему было велено. И…

Расслабившись, Рейст вдруг решился и рассказал капитану о подслушанном разговоре.

– Хозяйка, – так среди сотрудников было принято называть владелицу казино, – говорила, что не собирается разорять по заказу, а старая госпожа настаивала. И все время упоминала о деньгах, которые уже выплачены. А потом вылетела из кабинета с каким-то пакетом в руках.

– Пакет был большой? – Дайрина мысленно застонала, потому что и так все запутанно, а теперь еще это… Но здесь хоть ясно с чего начать, с поиска реальных доказательств, потому что без них весь этот треп за ужином так и останется простым трепом.

– Нет, госпожа. Но толстый. Словно в нем было несколько пачек галларов…

Получается, аристократку послали… Что ж, хорошее дело. Может, не стоит выделываться, а попробовать поговорить с этой владелицей казино? Раз она отказалась заниматься махинациями, может, сдаст тех, кто ее об этом просил?

Да. Казино – аристократки – проигрыши – большие проигрыши… Схема вполне логичная.

А вот кому и зачем понадобилось делать поддельные документы на опеку – не понятно. Ведь при выходе из Космопорта такие документы чуть ли не на зуб проверяют. Нет, выкрасть мужчину и сейчас можно, за большие деньги. А потом прятать и никому не показывать, потому что как только кто-то заподозрит, что у тебя в гареме инопланетник, не наблюдающийся в ДИСе, придут и отнимут.

Дайрина никогда не понимала этого увлечения аристократии. Вот напротив нее сидит симпатичный мужчина, местный. Мило смущается от ее оценивающих взглядов.

Пока она под душем ополаскивалась и со стола стер, и еду по тарелкам разложил, и салфетки где-то нашел… Какой инопланетник на такое способен?

Женщина нежно погладила Рейста по щеке. Кровь сразу прилила к лицу и не только… «Кто парня гуляет, тот его потом и…» – похабная присказка, больше про отношения между мужчинами, но очень уж в тему… «Подобрали, покормили, поимели и забыли…». Мужчина зябко поежился, несмотря на то, что все тело пылало. Закономерное окончание ужина… но почему-то обидно.

Хотя он же на это и рассчитывал, следуя за капитаном. На то, что его хорошо отымеют… Неужели подсознательно он мечтал о чем-то большем, чем одна горячая ночь? Надо же быть таким наивным идиотом в его-то возрасте!..

– Открой глаза, – вкрадчиво-ласковый голос, заставляющий тело еще ярче вспыхнуть. – Какие у тебя нежные губы…

Еще бы, столько помады каждый вечер и оттирание с кремом каждую ночь…

Надо уже взять себя в руки и начать отвечать на знаки внимания. Хотя бы как-то реагировать, а не сидеть, застыв, как малек в день первого использования.

Совсем бездействовать не получалось, конечно. Тело, соскучившееся по нормальному сексу, реагировало на ласковые нежные поглаживания и на более настойчивые, жадные прикосновения…

Дайрина рванула за ткань рубашки и вот мужчина уже не сидит, а стоит перед ней, доступный и послушный. Быстро развязать шнурки на штанах и вот он уже обнажен… и возбужден. Для гаремного наложника – непростительно, значит… Да какая, к праотцам разница, что это значит! Потом…

Странно, едва ведь не заснула под душем, а пока любовалась во время ужина на этого скромника, то бледнеющего, то краснеющего, то запинающегося… Внезапно так проголодалась, что даже про усталость забыла!

– Госпожа…

– Да? – скорее бы уже швырнуть это тело на кровать и насладиться им от души. Он ведь уже готов?.. С этими мужчинами никогда не поймешь точно – вроде все уже стоит, а взгляд какой-то растерянный. Ну не браслет же он ждал в первую ночь знакомства?!

– Госпожа… я бесхозный, а не общий… приютский, а не бордельный… Я не шлюха, которого можно поиметь за вкусный ужин…

Высказался и стоит, а в глазах ужас от собственной храбрости… Смешной! Можно подумать, она приличного мужчину от шлюхи не отличит?

– То есть ты хочешь сказать, что не готов?..

– Я хочу сказать, что вы меня даже не спросили…

Рейст чувствовал, как кровь пульсирует в голове от возбуждения, страха и какого-то сладкого опьянения от собственной наглости. Он потерял дом и госпожу, но это не означает, что он готов лечь под первую встречную… ничего подобного! Лучше вылететь пинком под зад из этого дома и забыть о капитане, чем… чем… чем оказаться в ее глазах продажным жалким… зверьком… которого можно поиметь за еду. В приюте, слава Матери, вполне сносно кормят!

– Я хочу тебя прямо здесь и сейчас, ты не против?