Текст книги "А было ли убийство? 331 год (СИ)"
Автор книги: Ирина Смирнова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)
Глава 28
Привычная суета очень способствовала отвлечению от мыслей о предстоящей встрече и от кучи сомнений, почему-то роящихся в голове.
Рейст прошелся по магазинчикам и лавочкам, оценил изменения, сравнил цены… Мысленно составил примерное меню, причем так, чтобы блюда не повторялись, но свежий творог с фруктами мог стать на следующий день сырниками, овсяная каша – оладушками, хлеб – сухариками в суп… а еще надо мясо, которое в процессе варки породит бульон, а потом станет салатом. Выбрать сочный мягкий кусочек на жаркое и про фарш не забыть – котлеты, спагетти с фаршем, фасоль с острым фаршем… рис с фаршем, завернутые в листы капусты…
Уф… В пору брать аэрошку, чтобы все это довезти до дома! Ничего, со временем он выяснит пристрастия госпожи и число закупок слегка минимизируется. Например, хлеб на всякий случай был закуплен обычный, белый и с отрубями – посмотреть, какой больше понравится.
Хорошо, что сначала он сделал забег в ближайшую лавку и в скороварке уже во всю готовился легкий ужин, на всякий случай. При желании его можно будет использовать как завтрак…
* * *
– Ну и скажи мне, сразу после выпуска ты смог бы приготовить такую вкуснотищу? – поинтересовалась Дайрина, раздумывая, поместится ли в нее добавка или пора уже остановиться.
Содержимому скороварки пришлось все же стать легким ужином, потому что выбор одежды укачал и привычного к подобным развлечениям Рейста, и его увлекшуюся процессом госпожу.
Зато, кроме традиционных для мужчины Венги льняных светлых штанов и рубашек с запахом, были куплены и пара более оригинальных нарядов. А еще футболки, которые Рейст сроду не носил, но Дайрина настояла: «Они тебе так идут!». Штаны потеплее, ведь уже скоро осень. Куртка с вязаными рукавами, тоже по этой же причине. И сапоги… красивые, как у гаремных наложников, дорогущие! Но зато они замечательно смотрелись вместе с формой…
– Вот так и пойдешь! – объявила Дайрина, покрутив мужчину перед собой за бедра. От ее прикосновений и особенно взгляда довольной хищницы Рейсту ужасно захотелось, чтобы они никуда не пошли, а остались дома. Чтобы госпожа воспользовалась и самим Рейстом, и появившимся свободным временем по назначению. Причем захотелось настолько сильно, что это его желание начало бросаться в глаза… Так что мужчина быстро согласно закивал и побежал на кухню, накрывать на стол.
И вот…
– Сразу после выпуска я мало чего умел на практике. К тому же мы для гаремов обучались, там другие достоинства важны, госпожа.
– Я рада, что ты променял большую часть совершенно ненужных знаний по управлению важной для наложников частью тела, на более полезные для обычной семейной жизни, – усмехнулась Дайрина.
Рейст вспыхнул от стыда, хотя и чувствовал, что сказано было в шутку. Но все равно, их столько лет обучали контролировать возбуждение, может быть, для госпожи это важно, а он…
Дайрина, рассмеявшись, погладила Рейста по щеке:
– Если я говорю, что рада, значит, так оно и есть. Мне нравится, как ты на меня реагируешь. И не вздумай пытаться это скрывать! – потом женщина секунду подумала и добавила: – Разве что пока мы будем в гостях у моих родителей…
Рейст быстро убрал со стола и помыл посуду, а Дайрина сидела на кухне и любовалась. Суетливость уже давно исчезла. Теперь, когда мужчина был уверен в своем положении в этом доме, он и действовал уверенно. Быстро, ловко, красиво… И сам был очень красивый, особенно когда смущался или смотрел на нее шалым взглядом храброй обезьянки при встрече с тигром.
Дайрина с удовольствием отменила бы поход к родителям, потому что… ну очень хотелось завалить это хозяйственное чудо на кровать и поиметь… от души! Но папа обидится…
– Надо зайти отнести еду Ойли, – напомнил Рейст, кивнув на контейнеры, куда он сложил еще теплый ужин.
Поэтому сначала парочка прогулялась до участка и позволила задержавшимся сослуживцам Дайрины полюбоваться на ее принаряженного мужчину. Удалялись они под завистливые вздохи, вселявшие в Рейста дополнительную уверенность, что встреча с родителями пройдет хорошо.
По улочкам он следовал за своей госпожой еще вполне храбро, но под самой дверью внушительного двухэтажного дома на окраине Венгсити вновь занервничал.
Дверь им открыл молодой парень с виду чуть старше двадцати. Капитан небрежно ему кивнула, но помочь разуться не позволила, так же небрежно оттолкнув. Рейст, быстро сообразив, что в этом доме приняты правила аристократии, опустился на колени и аккуратно стянул со своей госпожи сапоги. Внутри все сжалось от напряжения и боязни совершить какую-нибудь ошибку. Почему он решил, что родители Дайрины – обычные горожане?..
Тут по лестнице спустилась женщина, заметно старше его госпожи, но назвать ее пожилой у Рейста язык бы не повернулся. За ней следом шествовал мужчина примерно ее же возраста, спокойный и уверенный в себе. Заметив парня, по-прежнему стоявшего возле высокой тумбочки с обувью, он проткнул несчастного грозным взглядом, и тот быстро исчез за одной из дверей.
Рейст постарался одновременно приосаниться и согнуться в поклоне. Вообще-то полагалось опуститься на колени, но если приветствующий Дайрину парень этого не сделал и мужчина на лестнице тоже стоит прямо, значит, в этом доме подобное не принято.
Основной минус низшей аристократии и верхушки среднего класса был в выборочном следовании правилам. В каждом доме были свои порядки. И в шестнадцать можно было перестараться с выражением почтения – никто тебя не осудит. Но сейчас требовалось быть очень осторожным. И если госпожа не подтолкнула в спину, не дала понять, что неплохо было бы продемонстрировать свое воспитание во всей красе, значит – поклон…
И пусть старшая женщина посмотрела в его сторону лишь мельком, зато ее мужчина изучает его взглядом энтомолога…
Рейст даже поежился, незаметно передернув плечами, настолько было неуютно.
– А теперь, когда мой будущий муж оценил, какие у меня суровые родители, давайте пойдем пить чай и есть папин фирменный пирог… Уверена, ты его испек по этому случаю, ведь правда? – довольный голос Дайрины разрушил звеняще-напряженную тишину, и в ней отчетливо были слышны смешки старшего поколения и облегченный выдох Рейста.
– Последнее время ты очень нечастый гость в нашем доме, – хмыкнул мужчина, и от этого «в нашем доме» сразу становилось ясно, что и здесь «карточка на двоих»…
– Да ладно прибедняться, я две недели назад заезжала, – усмехнулась Дайрина и, подойдя к своим родителям, обняла и поцеловала в щеку сначала мать, потом отца.
– Да, как раз две недели назад ты чуть не поругалась со мной, когда я намекнула, что хочу внуков, – в голосе старшей из женщин прозвучали капризно-обиженные нотки.
– А теперь я привела сюда того, кто станет их отцом, – хмыкнула Дайрина и подозвала Рейста: – Не стой в дверях как неродной. Иди сюда, они не кусаются. Разве что папа иногда Лийша гоняет, но это для профилактики. И вообще, это участь всех вторых мужей, чтобы не зазнавались, верно, пап?
* * *
Все же прогресс в этом доме не зашел настолько далеко – чаепитие проходило за двумя столами, женским и мужским. Но находились они довольно близко друг от друга, так что разговор был общим, и сначала все же чувствовалось легкое напряжение.
Но потом Дайрина упомянула, что Рейст в восторге от скороварки и, как-то слово за слово, выяснилось что прежняя госпожа Рейста была знакома с матерью его новой госпожи… А когда дело дошло до его родственников и вскользь была упомянута госпожа Джайнэйли, мать Дайрины практически потребовала, чтобы ее отвели в ту чудесную лавку… У нее давно уже там присмотрена одна вещица и, возможно, со скидкой, как родственнице, она наконец-то сможет себе ее позволить…
Рейст не был уверен, что госпожа Джайнэйли будет делать скидку, но тактично промолчал и пообещал отвести и представить женщин друг другу.
Когда, после значительной паузы, чаепитие сменилось нормальным ужином, разговор зашел о ближайших соседях, получивших недавно наследство от какой-то инопланетной родственницы. Причем наследство получил мужчина, потому что в ГаллоСоюзе мужская линия наследования в приоритете. И теперь они собираются переехать, а свой дом выставить на продажу. Хороший дом и совсем рядом. К тому же здесь воздух чище, деревья зеленее и дедушка будет поближе к внукам и поможет всегда, если понадобится… Да и бабушка тоже может зайти иногда в гости. И вообще…
Лийша, опять же, скучает без друзей-ровесников, а Рейст по возрасту ему больше подходит и гарантированное положительное влияние. Ведь мужчина, умеющий пользоваться скороваркой, плохому не научит!..
Дайрина обещала подумать, и когда она произнесла: «Мы это обсудим, но идея мне нравится», Рейст уже был готов согласиться безо всякого обсуждения, только за одно то, что о нем помнят и его мнение намереваются уточнить. Причем наедине…
А вслух лишь сказал, что неплохо было бы посмотреть этот дом и состояние сада, за что получил одобрительный взгляд от отца Дайрины.
* * *
– Ну, пошли забирать Ойли, – попрощавшись со старшими родственниками, парочка выкатилась на улицу и направилась в сторону участка. Не то чтобы им не хотелось забирать мальчишку, просто гораздо больше хотелось домой, спать… или не спать…
Дайрина приобняла Рейста за талию, положила голову ему на плечо и потерлась, как кошка:
– Ты им понравился…
– Они мне тоже, госпожа… – признался мужчина, обдумывая, насколько будет непорядочно оставить Ойли ночевать в камере, потому что…
Нет, конечно, пацана надо забрать…
Но они оба зря мучились выбором, потому что юноша сладко спал, свернувшись клубочком и обняв Гойчика. Не будить же человека, чтобы перевести с кровати на кровать?
– Госпожа, я тут вспомнил…
Пока парочка, чувствующая себя все же немного виноватыми из-за случившегося, направлялась к себе домой, Рейст пересказал Дайрине о Кэйти и ее возможном появлении через три недели.
– Завтра запросим списки капитанов, проверим всех с именами, подходящими под это сокращение… – все еще рассуждая о работе, капитан уже принялась нетерпеливо раздевать Рейста, подталкивая его в спальню. – Завтра… А сегодня у меня совершенно другие планы!
Глава 29
Хорошо, что его госпожа не любит спать с бревном в постели, потому что послушно лежать и не мешать себя использовать у Рейста всегда получалось очень плохо. Нет, в Джордане он старался, так как от этого зависели оценки, но потом, бегая по соседкам, по длинной дуге обходил тех, кому нравились подобные развлечения.
А вот с Дайриной ему было бы все равно. Он согласился бы и так, и эдак, и как ей только хочется…
Сейчас, когда перед глазами легкая дымка и в голове свистит ветер, а воздух вязкий и тяжелый… Ох, тля, не к добру!.. Но руки сами тянутся помочь госпоже раздеться, и провести ладонью по ее волосам, и пальцами обрисовать полушария груди…
Женщина ободряюще улыбнулась, глядя в серые глаза с увеличившимися почти во всю радужку зрачками. Боится и все равно руки тянет… Да, именно такой ей и был нужен. Такого она и ждала, искала среди братьев подруг, сыновей маминых знакомых, а нашла в приюте. Чудны дела твои, Матерь Всего Сущего!
Красивый, податливый, чутко прислушивающийся к ее желаниям. Причем не просто лежащий под ней послушной игрушкой… Язык, вновь быстро скользнувший по губам, взгляд, в котором даже через поволоку возбуждения сверкает восхищение, робкие и нежные прикосновения, словно он изучает ее тело, ищет ласки, которые ему дозволены, а ей – нравятся.
Мальчишки после Джордана скучные и неопытные, может, не все как один, но в основном. Наложники после гаремов могут только ублажать в постели, но совершенно не приспособлены для чего-то еще. Нет, подруги, взявшие себе в дом такое экзотическое чудо, довольны, но ей кукла-робот для постельных утех не нужен.
Восхищение у Рейста во взгляде не притворное, не для того, чтобы сделать приятное своей госпоже, а именно потому, что она ему нравится… Он и в первую их встречу так на нее смотрел!.. И сейчас смотрит, пока она целует его в глаза, губы, гладит подушечками пальцев по груди, ребрам, впалому гладкому животу…
Рейст уже плохо понимал, что происходит, действуя скорее инстинктивно, чем сознательно. Да и действия были довольно ограничены – удерживать за бедра сидящую сверху Дайрину и гладить ее грудь, когда женщина наклонялась… вот и все, что он сейчас мог себе позволить. Тяжесть внизу живота была уже приятно-болезненная, когда кроме: «Возьмите меня! Пожалуйста!», ничего другого сказать не можешь. Все остальное стараешься выразить взглядом.
И то, какая она красивая, и то… как ты счастлив принадлежать ей… и много еще всего, чего словами не выразить даже в более сознательном состоянии.
И когда удовлетворенная Дайрина соскользнула на кровать, прижалась к его груди, слушая как стучит его сердце, словно сейчас разнесет грудную клетку… Рейст расслабленно закрыл глаза и принялся тихо про себя молиться. Давно он не делал этого с таким внутренним настроем, когда от благодарности просто разрывает.
«Спасибо, Матерь…»
В заученные с детства слова надо вкладывать всю душу, только тогда тебя услышат, где бы ты ни находился – у алтаря или в кровати со сладко спящей госпожой.
«Я даже не просил… не смел надеяться… спасибо!»
* * *
Утром у дверей в участок их поджидал довольный Ульэйжен, которого явно распирало от новостей.
– У Эойлиз Найрэйдж двадцать лет назад родилась сестра! – выпалил он. – А потом она пропала. Мать Эойлиз покинула Венгу совершенно законно, по медицинским показаниям, но одна, без ребенка. И я нашел… – тут Ульэйжен выдержал паузу и только потом продолжил: – …нашел врача, которого попросили написать свидетельство о смерти Зойльды Найрэйдж. И я выяснил, – очередная драматическая пауза, – …что девочку взяла на воспитание ее родственница… и это не гэйвэйрэйтэ Эойлиз!
– Мда… – только и смогла выдать на все это Дайрина. – Интересно, зачем надо было скрывать от матери то, что дочка выжила?
– Потому что ее вывозили в медицинском отсеке и на время полета, скорее всего, усыпляли. Я не очень силен в медицинских терминах… Но анабиоз – это же сон, правильно, офицер?
– Да, – кивнула Дайрина.
Она слушала Ульэйжена слегка рассеянно, потому что мысленно строила версии, воспользовавшись новыми знаниями.
– Получается, следить за ребенком во время перелета было некому, а на анабиоз двух человек денег не хватило? – заинтересованно уточнил Рейст.
– Похоже на то, – согласился Ульэйжен и добавил: – А самостоятельные перелеты возможны только с тринадцати лет.
– Да, но девочке уже явно больше тринадцати, – задумчиво произнесла Дайрина. – А она до сих пор на Венге.
Все трое задумались, а потом капитан встала из-за стола:
– Полетели на хутор, посетим приемную мать Зойльды. Теперь нам есть, что ей предъявить… К тому же я кое-что выяснила в разговоре с госпожой Кайврайдос.
* * *
Приемная мать Зойльды отпиралась, пока Ульэйжен не предъявил ей сравнительный анализ ДНК, сделанный по его просьбе в ДИСе. Являясь достаточно долго медицинским работником, эта женщина ежегодно проходила полное обследование. Зойльда и Ойли сидели по камерам, и у них анализы можно было взять в любое время, результаты обследований матери Эойлиз тоже удалось получить без труда.
– Эойлиз ненавидела свою сестру и даже не скрывала этого. Ведь именно беременность спровоцировала быстрое развитие болезни, и Лийзи считала, что малышка убивает ее мать… Уж не знаю, как ей удалось найти денег на лечение, но оплачивать перелет Зойли она не хотела категорически. Вот мы и придумали… Эойлиз платила за содержание сестры…
– И за молчание… – подсказала Дайрина, мрачно нахмурившись.
– Да я сначала и не собиралась ничего рассказывать, ждала, пока малышка подрастет. А потом привыкла к ней, как к родной.
– Но деньги продолжали брать, – снова подсказала капитан.
– Конечно! Деньги лишними не бывают, – насмешливо фыркнула женщина. – У нас был уговор – определенная сумма раз в месяц. И первые лет десять все было хорошо, но потом расходы на Зойльду стали расти и я потребовала больше…
– С чего вдруг расходы на взрослую девочку стали выше? – ехидно поинтересовалась Дайрина. – Она же большую часть времени проводила в лагере, где ее обучали, кормили, одевали в форму и все за счет государства.
– Ну и что!.. – поджала губы опекунша Зойльды. – Ей нужны были наряды…
– Да, в одном из них ее задержали. Льняные штаны и рубаха. Доро-о-огой наряд, – подколола Дайрина, чувствуя, как ее начинает слегка мутить от общения с этой странной женщиной.
– Мне нужны были деньги, – упрямо повторила ее собеседница, даже не заметив, что выдала себя. – А Эойлиз отказывалась платить. Тогда я пообещала все рассказать ее матери…
– Шантаж, – шепотом констатировал Рейст и тут же замолчал, виновато уставившись в пол. Хотя госпожа посмотрела на него без осуждения, но все равно не хорошо влезать во время допроса.
– Она рыдала и клялась, что отдает мне последние деньги… – похоже, сказанная фраза смутила не только слушателей, но и рассказчицу, потому что та быстро добавила: – Но она меня обманывала! Я узнала, что на самом деле это не так и она богата, как аристократка! И тут я не выдержала…
– И натравили на нее свекровь… – закончила Дайрина.
– Еще чего! – презрительно отмахнулась женщина. – Я знала, что та и пальцем не пошевелит ради своего сына, но зато обратится за помощью к вам. Только Эойлиз кто-то предупредил, и она попыталась сбежать. А потом я послала Зойльду за мальчишкой…
– Наследство… – не удержавшись, снова прошептал Рейст.
– Да, наследство! По дурацким галактическим законам, если что-то случается со старшей сестрой, то наследует не младшая, а сын старшей сестры! Так что мальчишку надо было… спрятать.
– А куда вы спрятали Эойлиз? – спокойно поинтересовалась Дайрина.
– Никуда! – женщина почти естественно прикинулась удивленной.
– Вы сказали, что она «попыталась сбежать», гэйвэйрэйтэ, – присоединился к допросу Ульэйжен. – В ваших интересах все нам рассказать.
– Да как же! – женщина нагло усмехнулась. – Зойльду вы когда-нибудь отпустите, я отправлю ее на Диспонт, к матери, а сама полечу с ней.
– Вы забыли про Ойли и его отца, – напомнила Дайрина.
– Не забыла, – их собеседница улыбнулась, зло и хищно. – Но завещание можно же переписать, если я тихонечко раскрою матери Зойли всю правду. Просто если бы он совсем пропал, было бы удобнее, но раз уж не получилось… пусть живет. А теперь, после того как я честно оказала содействие следствию, выметайтесь из моего дома. Предъявить вам мне нечего, а вот я скоро начну писать жалобы на незаконное задержание моей приемной дочери.
Глава 30
На улицу все трое вышли задумчиво-расстроенными.
– Госпожа Айнджэйриона готова присягнуть на алтаре Матери, что не предупреждала Эойлиз. Но зато выйдя из дома Найрэйджей, она наткнулась на мальчишку лет пятнадцати, не старше. То есть не на Зойльду – она выглядит постарше Ойли. Я ей даже фотографию девушки показала. Нет, был именно мальчишка. Если бы я не начала выпытывать уже про собак, кошек и голубей, госпожа Кайврайдос про него даже и не вспомнила бы, – последнюю фразу Дайрина выдала с очень осуждающей интонацией.
– Мальчишка предупредил, значит… – пробурчал про себя Рейст и потом попросил: – Можно я забегу к госпоже Джайнэйли…
– Думаешь, она сможет вычислить, что за мальчишка крутился у дома Эойлиз почти неделю назад? Вот уж не думаю. – Рейст умоляюще посмотрел на Дайрину, и женщина, вздохнув, махнула рукой: – Ладно, поговори. Хуже точно не будет. А мы поговорим с Зойльдой. Может, она знает, куда ее приемная мать могла… спрятать… – капитан хмуро уставилась на только ей видимую точку на ближайшем заборе и замолчала.
Смертей она видела предостаточно, но все равно не очень хотелось признавать, что, возможно, мать Ойли убита. Тогда правильнее всего будет отправить мальчишку на Диспонт, к отцу и бабушке. Вот только надо придумать, как… ведь просто так законно оформить вылет на одного венговца не получится. Разве что по запросу… Надо будет уточнить.
Долетев до центральной площади, троица разделилась. Рейст пошел в лавку госпожи Джайнэйли, а Дайрина и Ульэйжен направились в ДИС.
Со времени их последней встречи Зойльда побледнела и осунулась. Под глазами появились темные круги, и выглядела девушка уже не так самоуверенно, как раньше.
Дайрина уселась напротив нее, и какое-то время обе женщины молчали. Наконец старшая поинтересовалась:
– Плохо спится? Совесть мучает, или обдумываешь, как будешь тратить деньги сестры?
– Просто кровати у вас жесткие, – буркнула Зойльда, но потом уточнила: – Тетя Эойлиз вернулась?
– Вернулась? Твоя приемная мать сказала, что она не улетала. И, как я понимаю, она уже никогда не вернется, – Дайрина вздохнула, практически непритворно.
– Что значит «не вернется»? Я сама лично видела, как она прошла через турникеты Космопорта, – возмутилась Зойльда. Похоже, что совершенно искренне. – Перед этим еще попросила ее сына забрать.
– Что-то ты не очень торопилась…
– Подумаешь, на сутки задержалась! Не убыло бы с него… Мне же надо было придумать, где я его спрячу, чтобы его мама не нашла!
– Ты уверена, что всего на сутки? – с ехидством уточнила Дайрина. Ведь когда она нашла Ойли, его мама отсутствовала уже два дня.
– Конечно, – Зойльда презрительно передернула плечами. – Днем я столкнулась с тетей Эойлиз у… одних наших знакомых… общих. А потом я полетела ее проводить до Космопорта.
– Чтобы оглушить и передать матери? – вновь надавила Дайрина.
– Да зачем мне это?! – девушка буквально выкрикнула, в упор уставившись на капитана.
– Чтобы стать наследницей огромного состояния… – спокойно предположила Дайрина.
– И что мне делать потом, когда оно закончится? – ехидно уточнила Зойльда. – Я, может, и выросла на хуторе, но не дурочка! И прекрасно знаю, кто у нас в семье кундейка-несушка золотых яичек. Тетушка Эойлиз.
– Хочешь сказать, что тебе не хотелось ей отомстить, за то что она разлучила тебя с настоящей матерью? За то, что скрывала от тебя… – попробовала найти другую болевую точку Дайрина.
– Да ничего она от меня не скрывала! Про то, что она моя сестра, а не тетя, я уже почти год знаю. И про то, что она картинами на Диспонте торгует. Она даже согласилась нам помочь с деньгами… когда… – тут девушка замолчала и отвернулась. Потом все же добавила: – Короче, она мне с деньгами помогла. Просто так. И вывезти отсюда обещала. Я даже в универ на Диспонте документы подала. Только маме пока не сказала…
– Той, что с Диспонта? – уточнила Дайрина.
– Да нет, – отмахнулась Зойльда. – Ту я за маму не считаю. Та – тети Эойлиз… А моя – здесь. И мне надо придумать, как ее подготовить, что я улечу на другую планету и буду к ней прилетать только в каникулы.
– А почему ты решила поступать не здесь, а на Диспонте? – заинтересовалась Дайрина. – Тут же тоже хороший университет.
– Да, но мой парень… – тут Зойльда снова замолчала и явно надолго.
– Твой парень уже там? – Дайрина уже просто ощущала, что нащупала ниточку, даже веревочку… Леску… И надо подсекать, но аккуратно.
– Он умер, – буркнула Зойльда, причем ее лицо совсем не выглядело опечаленным, скорее недовольным.
– Он умер и ожил на Диспонте, под другим именем, – подсказала Дайрина.
– А этого вы уже не докажете! – фыркнула девушка. – Но на Венге он умер.
– Как и муж Эойлиз? И еще один мужчина с вашего хутора?
– Да!
– Просто мор какой-то на Венге последние восемь месяцев, – блеснула своими сведениями капитан.
– Так уж и мор, – снова фыркнула Зойльда. – Для мора даже тетиного состояния не хватило бы!
– А зачем надо было их убивать, когда уже можно вывозить законно? – поинтересовалась Дайрина. – Просто гипотетическое любопытство. Доказать-то мы действительно ничего не сможем.
– Потому что мужчины с гражданством Венги могут рассчитывать только на работу барменов и стриптизеров, – недовольно пробурчала девушка. – Не любят их на других планетах, ясно? Мелкими спецами – возьмут, а выше – нет. А мой… он умный! Умнее меня, вот… Он бы здесь выше старшего спеца не прыгнул, а на Диспонте – прыгнул! – в голосе Зойльды зазвучала неподдельная гордость. – И если бы не тетя Эойлиз, он бы так тут и сидел… А так мы там вместе будем, а на каникулы я к маме…
– Та-а-ак… – Дайрина растерянно замолчала, обдумывая услышанное. – Ты знаешь, как проверить, точно прибыла твоя тетя на Диспонт или нет?
– Конечно, знаю. Через четыре дня она мне сообщит…
– А если у нас нет этих четырех дней? – женщина быстро взвешивала все за и против и наконец решилась: – Я подозреваю, что твоя мать убила твою тетю…
– Да бросьте! – Зойльда отмахнулась, но потом широко распахнула глаза и с удивлением уточнила: – Вы серьезно?! Зачем?!
* * *
О том, что пацан нашелся, Рейст предупредил госпожу Джайнэйли на следующее же утро после того, как спас от внимания клонов Ойли. Но сам не появлялся с того самого разговора…
– Какой мужчина и без охраны!.. – с ехидством усмехнулась старушка.
Рейст поджал губы и отвел взгляд. Конечно, то что госпожа Джайнэйли сможет выяснить, что за мальчишка крутился у дома Найрэйджев неделю назад, было всего лишь поводом… На самом деле вряд ли что-то получится. А вот насчет скидки для матери Дайрины следовало начать договариваться, потихоньку…
– То есть твоя жена почтить меня своим присутствием так и не хочет, а вот мать ее – осчастливит?
– Госпожа, я понимаю… простите…
– Рейстэйланэ, не надо изображать из себя смущенную невинность, не поверю, – пожилая женщина ласково посмотрела на парня, но как только тот оторвался от изучения пола, снова состроила суровое лицо: – Пусть зайдет, представится и покажет, чего хочет. Скидки я не делаю никому, но могу сделать свадебный подарок сыну моей подруги.
– Спасибо, госпожа Джайнэйли! – Рейст снова смутился…
Вроде как его уже даже с семьей познакомили, а все равно до сих пор… Вот когда браслет на руке появится, тогда уже точно поверит!
– Ты будешь отличным отцом… Вам только надо двор побольше, чтобы вместил всех приблудных собак и кошек, которых твои дети начнут притаскивать, едва станут выползать за забор.
– Да ладно вам!.. Вас послушать, так я пол-Венгсити в дом перетаскал…
– Четверть – точно. Самой запоминающейся для меня была страшная, криволапая, мелкая шавка с глазами навыкате, тощим хвостом крючком и желтыми зубами. Право оставить это чудовище ты отстаивал с упорством маньяка, и аргумент был убийственный: «Она за мной всю центральную площадь обошла!»
Рейст улыбнулся, вспомнив тот случай. Точно, собачка бродила за ним часа три или четыре. Куда он – туда и это непонятной породы создание.
– Ладно, садись, чаю со мной попей, про жизнь расскажи… А потом можешь бежать к своей госпоже. Не пропадет она, если ты часик старую женщину поразвлекаешь.
