Текст книги "А было ли убийство? 331 год (СИ)"
Автор книги: Ирина Смирнова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)
Глава 20
Ужин прошел смущенно-спокойно. Рейст смущался, Дайрина спокойно ужинала. Наконец она поймала подскочившего в очередной раз из-за стола мужчину за руку, сжав его пальцы своими:
– Да не суетись ты, пожалуйста. Сядь и поешь нормально.
– Да, госпожа…
Рейст поерзал, устраиваясь поудобнее.
Конечно, наказания, как такового практически и не было – что такое десять шлепков по заднице для здорового мужика? После материнского подзатыльника в голове звенело дольше.
Просто сам факт такого «события» и радовал, и напрягал одновременно. Да, о нем подумали, прощение выдали, даже на заднице расписались, чтобы не винил себя больше за сделанную глупость.
Мало расписались, конечно, в соотношении со сделанной глупостью. Но для Рейста всегда были важнее слова. И слова были сказаны правильные – ему действительно стало легче.
А еще важно то, что время на него выделили. То есть подчеркнули, что не чужой теперь, свой. И порядок в его голове приоритетнее вкусного ужина…
Но, получается, у него теперь будет все строго по Кодексу? Как в Джордане учили?
Только он-то уже привык, что с его мнением считаются, а в Кодексе очень четко разжевано, что он собственность без права голоса. Портить критически не рекомендуется – крупный штраф, если верить другому кодексу. Убивать тоже не желательно – теперь по новому закону и посадить могут.
Правда, сама же госпожа ему про ДИС и про Департамент новый, который вот-вот создадут, рассказала. Вряд ли она стала бы это делать, если бы…
Да ну, тля!.. Мальком так не боялся, вещи свои собрал и храбро прямо из Джордана переехал к прежней госпоже. Даже сомнений никаких не было. А тут…
Подперев подбородок, Рейст следил за тем, как Дайрина ест, готовый, несмотря на ее пожелание, сорваться и снова кинуться подать или убрать… Масло вот больше уже не нужно, наверное. Вопросительно посмотрев на госпожу и получив ее разрешение, мужчина схватил масленку и убрал в холодильник. Снова сел за стол и принялся копаться ложкой в почти полной тарелке…
Тля! Через полчаса на работу же!
– Госпожа…
А как теперь? Разрешения спрашивать? Что делать-то? Без работы дома сидеть – со скуки спятить. И, опять же, счет-то у него по-прежнему есть, значит, можно его дальше пополнять. Пусть будет, мало ли…
А вдруг госпожа запретит? И… Теперь это его деньги или ее? По закону раз он теперь – ее, то все, что его, тоже ее. И счет в банке…
– Можно я посуду завтра помою? Мне в казино пора…
– Кхм…
Да, не так надо. По-другому.
– Госпожа, можно я продолжу работать…
– Не в казино, – строго, безапелляционно, но при этом не отказала же совсем, просто место работы надо будет сменить.
Только на какое? По специальности, полученной в Джордане, его никуда не возьмут – бухгалтеров предпочитают брать из своих, а не с улицы. Продавцом тоже не возьмут. Не в грузчики же?
– Сегодня сходи, предупреди, что скоро уволишься, пусть тебе замену ищут. Несколько дней, но не больше недели, понятно? – таким строгим голосом капитан с ним только в первый день их знакомства говорила.
Рейст даже поежился, хотя вроде ничего ужасного не происходило. Просто радость оттого, что будет жить в своем доме со своей госпожой слегка потускнела.
Нет, конечно, от работы в казино он восторга не испытывал, но это была ЕГО работа. Он сам ее выбрал, он…
– Не надо сидеть с кислым лицом, словно лайм разжевал, – фыркнула Дайрина. – Или тебе так хочется убегать от меня каждую ночь в женской одежде и возвращаться домой, когда я сплю?
– Нет, госпожа, – Рейст растерянно-робко улыбнулся.
Под таким углом он на высказанный ему ультиматум не смотрел.
– Ну вот и отлично. Я же не сказала, что запрещаю тебе работать. Даже могу помочь устроиться, если надо будет. Например, в участок могу попробовать тебя пристроить.
– Да, госпожа! – Рейст радостно встрепенулся и тут же погрустнел: – Только кем?
– Мне, как капитану, полагается иметь при себе одного гвардейца. Но сначала я обсужу это с начальством, продемонстрировав им Ульэйжена. Если разрешат – станешь помогать мне с бумагами, аналитикой заниматься, тайшу подавать и на склад бегать. А потом, может, еще чему-нибудь научишься, со временем.
Дайрина потянулась, зевнула… с жалостью посмотрела на Рейста. Ведь и не поспал этой ночью толком. И неизвестно когда ляжет теперь.
– Ладно, иди переодевайся, потом я тебя провожу до казино и без меня из него не уходи, ясно? Я за тобой зайду.
– Да, госпожа…
Первым делом Рейст поднялся к начальству и поставил в известность, что он теперь «хозный», а значит, должен вести себя прилично. Конечно, его поздравили и вроде как даже порадовались. Но по лицу владелицы казино было видно, что она озабочена потерей сотрудника.
Конечно, получал он как мужчина, в три раза меньше, чем работающие так же, как он, женщины. Проблем не создавал, не пил, «на себя» не играл…
– Завтра еще на работу выйдешь?
– Не хотелось бы, госпожа, но если надо – выйду.
– Ладно, постараюсь кого-нибудь найти. Иди, работай. Если найду – завтра тебя сразу отпущу, как придешь.
– Хорошо, госпожа…
В этот раз сосредоточиться на работе Рейсту было очень сложно. Во-первых, потому что распирало от эмоций, во-вторых, потому что снова было стыдно. Вот как только вспоминал зевающую полусонную госпожу, так сразу кровь к лицу приливала и щеки, наверняка, даже через тональник румянцем сверкали.
Ведь опять как последний эгоист, чуть ли не обиделся, что права выбора лишают, и это вместо того, чтобы от радости под потолок прыгать. А о госпоже не подумал. И о том, что она будет не спать, а его ждать, чтобы встретить с работы… И…
А ведь ей высыпаться тоже надо. Она же не только в участке сидит, но еще и за преступниками бегает. И те иногда стреляют… по-настоящему.
Рейст еле-еле дотерпел до конца смены и ринулся в холл сломя голову. Но едва увидев ждущую его Дайрину, тут же смутился и к дивану подошел уже медленно и плавно, при этом старательно смотря в пол и дико стесняясь своего накрашенного лица и подведенных глаз. Словно отводя его сюда, госпожа всю эту красоту не видела и даже не принимала участие в ее создании, отняв у него в итоге и тушь, и карандаш…
И, конечно, мужчина не был уверен, но ему показалось, что госпоже даже понравилось…
Молчаливый выход, уже привычный. Она впереди, он за ней следом. И так полпути до дома. Молча. Только зевая на ходу по очереди.
Когда Рейст вернулся из душа, тщательно смыв с себя всю косметику, Дайрина уже спала.
Мужчина пристроился рядом, накрывшись вторым одеялом, которого тут еще вчера не было. Его, значит, личное. Чтобы даже не сомневался, куда ложиться.
Улыбнувшись, сам не понял чему, Рейст улегся на своей половине кровати, накрылся своим одеялом и уснул рядом со своей госпожой. В своем доме…
«Я бы не хотела, чтобы отец моих детей…» – вот где счастье-то… в этой фразе. Жаль, мама с бабушкой не дожили…
* * *
Ойли привезли куда-то в совсем заброшенное место – ни сада, ни домов, ничего… только сарайчик какой-то. Без света, без воды и без нормальной кровати – матрас на полу и покрывало сверху. Вместо туалета и душа – ведро в углу и рукомойник. Книжку не почитать – темно. На крыльце не посидеть – дверь заперли.
– Поживешь здесь, пока Кейти не прилетит.
Ойли сначала даже не сообразил, какая-такая Кейти. Потом вспомнил, что в аэрошке ему эта странная девушка говорила про три недели. Побыть здесь три недели?!
При тусклом свете свечи его новое жилище выглядело очень непривлекательно. Даже у него дома было уютнее.
Юноша с тоской вспомнил комнату, из которой его так легко выманили. Нет, как-то неправильно сказка сказывается. И принцесса, вместо того чтобы остаться с ним, куда-то убежала, оставив его одного взаперти в темноте.
Что ж, может все наоборот? Это сейчас его дракон похитил… Точнее, околдовал, и он сам пошел за ним следом. А теперь надо сидеть ждать, когда его освободят.
Но спокойно сидеть и ждать, кажется, впервые за много лет, у Ойли не получалось. Сколько он себя ни уговаривал, что три недели пройдут очень быстро, а сейчас вообще пора лечь и поспать, сон не приходил. И дело было даже не в том, что его из уютной комнатки зачем-то перевезли в сарай с небольшим узким окошком, довольно высоко, почти под потолком. И не в том, что его заперли… причем, похоже, на настоящий замок. И не в одиночестве, которое привычно окутывало со всех сторон.
Ойли мучили сомнения в правильности своего выбора. Да, он ринулся вслед за этой девушкой, не раздумывая, потому что увидел в ней принцессу, пришедшую спасти его от дракона. Но разве принцессы запирают спасенных? Она называла маму тетя Эойлиз, а разве сына «тети» держат в сарае? Зачем его спрятали и заперли, если он их родственник? От кого? И… от кого его хотела спрятать госпожа Джайнэйли? Она ведь действовала вместе с Рейстом, а Рейст… Рейст о нем заботился. Защищал. А эти люди только пообещали отвезти его к маме. Через три недели… Но может, это как раз те, кто…
Надо скорее вернуться обратно, в город, и все рассказать капитану.
Нервно покусывая губу, первым делом мальчишка нашел большой запас свечек, успокоился. После чего принялся исследовать помещение, обнаружил щель между досками… задумался.
Потом подкрался к двери и долго прислушивался к тишине – вроде бы рядом никого не было.
Но на всякий случай, он пододвинул стол к стене, встал на цыпочки и вышиб ножками от стула стекло на окне. Стулом же прикрылся от осколков. Подождал. Никто не прибежал, кругом по-прежнему была тишина.
Едва дыша от страха и чувствуя, как отломанная от стула ножка выскальзывает постоянно из потных рук, Ойли подошел к щели. Усевшись возле нее вместе со свечкой, он принялся прожигать дыру в стене, не давая при этом доскам разгореться.
Сначала получалось плохо. Пришлось запихать в щель найденную рядом с ведром бумагу. Затем, порвав простыню на лоскутки, пропихивать в щель и поджигать их.
Спустя какое-то время все, наоборот, стало так хорошо, что пришлось схватить покрывало и гасить огонь… сбивая его со стены на пол и отчаянно лупася по нему всем, чем можно.
Перед глазами все плыло от дыма, думать было трудно, легкие разрывало от кашля…
Нет, из него самого дракона точно не получилось. Может, надо было как-то иначе действовать, но не зубами же стены грызть?
Хорошо хоть стекло выбить додумался, правда, цель была другая – проверить, нет ли кого-то рядом. Но кашляя, плача и чихая от дыма, Ойли очень радовался, что в сарае есть постоянный приток свежего воздуха.
Победив начинающийся пожар, мальчишка с тоской посмотрел на то, что получилось. Вздохнул горестно и, из какого-то внутреннего упорства, принялся обстукивать небольшую дырку ножкой от стула.
Но вдруг заметил, что нижняя половина доски в стене слегка качается. Все еще отчаянно кашляя, обжигая пальцы и шипя сквозь зубы, юноша принялся раскачивать эту доску, расшатывать, потом разозлился на себя и свою беспомощность и пнул ее босой ногой изо всех сил. Тут же вскрикнул от боли, но доска провисла, едва держась и открывая узкий проход. Через него, царапая живот и спину, Ойли удалось выползти на свободу. Кругом была темная ночь, огромное поле и звезды…
Глава 21
С утра Рейст проснулся от шума воды в душе. Ну или просто пришло время организму просыпаться, а тут в душе вода шумит… тля!
То есть он встал позже госпожи? Подскочив, рванул на кухню заваривать тайшу и наткнулся на выставленный на столе завтрак – тарелка булочек и большой пирог с лимоном. Ладно, тайшу все равно надо приготовить, молока он вчера купил много, а вот посуду помыть… забыл!
Рейст так увлекся, что не заметил, как сзади подкралась Дайрина и, обняв его за талию, прижалась щекой к спине.
– Доброе утро!
– Доброе, госпожа… пирожки?..
– Я вчера купила, на обратном пути из казино.
Мужчина вспыхнул, хотя в голосе капитана ни малейшего укора не было. Усмехнувшись, женщина хлопнула легонечко Рейста по голому заду:
– Не придумывай себе новую вину на пустом месте!
– Хорошо, госпожа, но… – поставив последнюю тарелку на место, мужчина повернулся и уставился на Дайрину уже знакомым шальным взглядом храброй обезьянки, качающей права перед питоном:
– Мне было бы проще, если бы я более четко понимал свои обязанности и знал, что мне можно и чего нельзя.
Женщина рассмеялась и плотно прижалась к обнаженному телу Рейста. Халатик плавно сползал с плеч на пол. Мужчина, сглотнув, замер, но Дайрина, поцеловав его в ключицу, поправила одежду и выразительно посмотрела на часы:
– Быстро под душ, завтракаем и в участок. Список будем вечером обсуждать.
У дверей в участок их уже ждал Ульэйжен, сияющий, как все три солнца сразу. Умный мальчик не рискнул заходить внутрь без охраны капитана гвардии.
– Во-первых, удалось вычислить, откуда переводились деньги, – принялся он отчитываться, пока все трое шли к столу капитана. – Это музей искусств на Диспонте. А во-вторых, по оценкам экспертов у гэйвэйрэйтэ Эойлиз несомненный талант художника. Мало того, этот вот набросок… – Ульэйжен вытащил из тубуса и развернул один из ватманов. – Выставлен в том самом музее, а его копии продаются по всему Галлосоюзу. Художник – Эльза Нариджева.
– Молодец, – Дайрина даже улыбку на лицо на пару секунд натянула, хотя хотелось ругаться, причем нецензурно. – Значит, бедная женщина на Венге и богатый художник на Диспонте…
– Получается, это она сама за обучение сына платила? – поинтересовался Рейст, которого незаметным тычком и кивком головы капитан усадила на стул рядом с Ульэйженом. Мужчина не очень понял, зачем – ему и на полу было удобно, но раз госпожа пожелала…
– Похоже, что так, – согласно кивнула Дайрина.
– Да, я попросил госпожу Вайнгойрт связаться с нашим посольством на Диспонте и выяснить все, что можно.
– Интересно, а зачем она переводила деньги свекрови перед тем, как… – Рейст задумчиво посмотрел на капитана, а та продолжила его мысль:
– Действительно, зачем? Как повторный откуп? В то, что она убила своего мужа, я уже не верю.
– Да, если они незаконно ежемесячно вывозили мужчин с Венги, значит, и его могли вывезти. Просто создали видимость его смерти, чтобы не привлекать внимания, – присоединился к обсуждению Ульэйжен.
– А поеду-ка я посекретничаю с госпожой Кайврайдос, – Дайрина встала из-за стола, оглядела свой дневной гарем, хмыкнула и выдала им задание: – Поднимите списки мужчин, умерших за последние восемь месяцев, и сверьте их данные с приходящими на территорию Космопорта инопланетниками. Фото, отпечатки пальцев… Ищите совпадения, мальчики. Нам нужно хоть одно совпадение!
– Это только в ДИСе можно будет провернуть, офицер.
– Так в чем проблема, бери с собой Рейста и маршируйте в ДИС. Я потом туда за вами подойду. Надеюсь, Эойлиз не с бухты-барахты придумала эту последовательность: оформить смерть мужчины-венговца и по подложным документам завести его на территорию Космопорта, чтобы потом вывезти с планеты. Схема должна была быть отработана, иначе она не рискнула бы любимым мужем.
– Я вас понял, офицер! – не то чтобы Ульэйжен был в восторге от навязанного ему в компанию Рейста.
Не то чтобы Рейст был в восторге от того, что ему придется идти в ДИС, на территорию Ульэйжена, вместе с самим Ульэйженом…
Но оба мужчины тоже встали из-за стола и пошли, куда послали.
– Делим поровну, – объявил парень, выдав Рейсту старенький планшет. – Слева списки всех умерших за последние четыре месяца. Справа списки всех инопланетников, вылетевших с Венги, за те же четыре месяца…
– Неправильно, – уверенно объявил мужчина.
– Тебя не спросили! – огрызнулся Ульэйжен, но потом все же уточнил: – Что неправильно?
– Они могли «умереть» в одном месяце, а улететь в другом. То есть надо брать и искать совпадения со всеми восемью месяцами.
Пробурчав что-то неразборчивое, но явно нецензурное, парень сменил настройки выдачи.
– Смотри, берешь фото из списка справа, прогоняешь по списку слева. Потом отпечатки пальцев. И так с каждым. Здесь все хутора, Венгсити и гаремы. Развлекайся. Стрелочка вниз и погнали…
Погнали… Список из двухсот с лишним мужчин, тля! Причем прогонять надо было два раза, сначала по фото, потом по отпечаткам. У Рейста была одна радость – он реально помогает бедному парню. Потому что четыреста с лишним пунктов из списка с двойным прогоном – это работа на день.
Воспринимать мужчин как «пункты» Рейст начал на третьем десятке, на шестом он уже почти не глядел на экран, после первой сотни хотелось всех убить… А на сто пятом программа нашла первое совпадение!
У Ульэйжена их, правда, уже было три, но они же не соревнуются, а работают.
– Как дела, мальчики? Что-то вы какие-то зелененькие!
Подозрительно довольная Дайрина, зайдя в маленькую комнатку, которую им выделили на первом этаже, первым делом подошла к Рейсту, заглянула через плечо в его планшет:
– Нашел двоих? За четыре месяца? Ну хоть что-то…
– У меня пять совпадений, офицер! – отчитался Ульэйжен.
– Итак, всего семеро из сорока трех вывезенных с Венги. Если честно, я удивлена, что нам удалось и этих-то найти…
По закону каждый прибывающий инопланетник присылает свои отпечатки диспетчеру еще перед посадкой, после чего ему выдается пропуск на территорию Космопорта. Если он хочет погулять по Венгсити, ему надо найти женщину, готовую взять его под опеку. На сутки, неделю или на месяц. Дольше – нельзя.
Входы и выходы из Космопорта оборудованы специальными турникетами, пропускающими мужчин при наличии документа и отпечатка пальцев в базе. У турникетов обычно сидит охрана и зорко бдит.
Но галлары нужны всем…
И диспетчерам, за взятку готовым на минуту в нужное время отключить охранную сигнализацию вокруг взлетной полосы, чтобы туда мог кто-то проникнуть или, наоборот, оттуда кого-то вытолкнуть.
И сотрудникам ДИСа, готовым внести в базу «левые» отпечатки пальцев.
Обычно это все касалось инопланетников. Настоящих инопланетников, незаконно привезенных на Венгу. Причем последние пару лет в большинстве случаев их все же регистрировали в ДИСе, оформляя опеку на ту, которой приспичило приобрести себе инопланетную игрушку. И если уж за кого и надо было переживать, то именно за «игрушку», которая могла и заиграться в итоге в гаремах Венги, несмотря на активную деятельность госпожи Вайнгойрт.
Никакие новые законы не могли помешать аристократкам, привыкшим получать все, что они только пожелают, и платить за свои желания.
Хотя многие инопланетники сами рвались раскошелиться за возможность дыхнуть адреналина, побродить по столице матриархальной планеты… Наверное, система подложных документов на опеку и покупка подписей как раз была очень удобна именно для таких искателей приключений.
Но, получается, кто-то догадался и задействовал эту схему в обратную сторону. Для вывоза венговцев…
– Можно попробовать поднять списки умерших за последний год, а то и больше. Смотрите, госпожа. Вот – дата смерти тридцать четвертое вйуэжена, а в Космопорте он засветился десятого йакшиэна. То есть его где-то прятали три с лишним месяца, и только потом он смог улететь.
– Не нравится мне все это, – Дайрина помассировала пальцами лоб, продолжая изучать экран планшета Рейста, причем уже дважды пресекая его попытки встать со стула и уступить госпоже место. – А совпадения с отпечатками отца Ойли вы нашли?
– Нет, офицер. Я не понимаю, как они проходили, если за них не заносили заранее отпечатки в базу.
– Очень просто, – влез в разговор Рейст.
А Дайрина фыркнула про себя, отметив как Ульэйжен на какое-то время стал похож на Ойли. Наивный такой мальчик…
– Система регистрирует отключение турникета, если оно было дольше минуты. А за пятьдесят секунд можно несколько раз войти и выйти, если очень нужно.
– Даже знать не хочу, откуда у тебя такие точные сведения, – хмыкнула Дайрина, хотя и сама подозревала нечто подобное. – Итак, мальчики, у нас есть семеро сбежавших или вывезенных силой с планеты мужчин. Вряд ли они где-то затерялись на территории Космопорта, согласны?
Рейст и Ульэйжен синхронно кивнули.
– И что это значит?
– Мы можем опросить их родственников и попытаться выяснить какие-либо подробности, офицер. Например, не улетала ли куда-то их невеста, жена или сестра.
– А еще у нас есть след на Диспонт, госпожа, – напомнил Рейст.
– Да. Мы хорошо потрудились, и теперь самое время заняться внештатным расследованием и попытаться вычислить, куда похитили Ойли.
– Я с вами! – Ульэйжен уставился на Дайрину умоляющим взглядом. Женщина усмехнулась:
– Но это очень деликатное дело и тайное!
– Да, офицер! Я буду нем, как памятник первопоселенцам!
– Хорошо, тогда пойдем пообедаем, заодно я расскажу все, что узнала от госпожи Кайврайдос. И будем думать, куда могли спрятать Ойли.
