Текст книги "Проучить магистра (СИ)"

Автор книги: Ирина Ваганова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

Глава 9
Дом-два

Ловушка! Надо же было так глупо попасться! Совсем бдительность потеряла из-за нестоящих моего внимания проблем. Я попятилась, прикидывая, куда лучше рвануть.

В портальный коридор? Где и чем он заканчивается, не представляла. Возможно, тупиком. Открывать дверь в свой мир уж точно не стоило. Не хватало ещё привести маньяка в квартиру. Закрыться там тоже не вариант, Милаина не сможет попасть в академию. Вот когда я пожалела, что не воспользовалась услугами пристани.

Оставалось одно: вернуться в лифтовый холл и уехать на любой этаж. Увы, путь к арке отрезали. Магистр, плотоядно улыбнулся и развёл руки, отслеживая мои нервные метания. «Кошки-мышки» – одно слово. Только я не кошка на этот раз, а добыча. Сочащийся предвкушением удовольствия «кот» выбрал момент, ринулся мне наперерез и схватил за плечи. Я попыталась провести излюбленный приём, но не сумела. То, что удалось с худощавым неагрессивным библиотекарем, не могло пройти в случае богатырски сложенного и готового к сопротивлению мужчины. Он обхватил меня, прижав спиной к своему торсу.

Ё моё! Никогда не оказывалась в таком беспомощном положении. Олеандр зафиксировал моё субтильное тело правой рукой, а левой удерживал подбородок, не позволяя ударить затылком в массивную челюсть. Я ощущала горячее дыхание на шее, всем телом вздрагивала от влажных поцелуев и покусываний: больше всего доставалось ушам, волосы и щёки тоже не оставались без «нежностей».

Завизжала. Противно и пронзительно. Почти повисла в руках магистра, с остервенением ударяя каблучком по его лодыжке. Насильник не замечал моих усилий, подтаскивая шаг за шагом к дверям с табличкой. Вот-вот мы окажемся запертыми в покоях Олеандра, и я уже не смогу защитить честь адептки Вэллар. Какая глупая мысль. Мне самой меньше всего хотелось испытать унижение, пусть даже в чужом теле. Чуть не стошнило от нахлынувшей гадливости. Я кричала оскорбления – одно хлеще другого. Не забыла и запрещённое Алустом «ублюдок».

Олеандр пропускал мимо ушей ругательства, упорно волоча взбунтовавшуюся жертву к своим покоям. Засмеялся лишь, когда я назвала его бастардом.

– Ты меня только распаляешь, – он стиснул меня ещё крепче, развернув к себе лицом и перекрикивая вопли: – Ум! Характер! Вот что оказалось самым сексуальным в женщине! Меня трясёт от каждого твоего слова. Я готов овладеть тобой прямо здесь, на банкетке. Не сопротивляйся, пусть всё случится комфортно.

– Нет! Пусти! Ты омерзителен!

– Что здесь происходит? – довольно громко раздалось за спиной Олеандра.

Я замолчала, пытаясь разглядеть хоть что-то, видела только плечо с золотым эполетом.

Магистр, продолжая удерживать меня, зло прошептал:

– Как не вовремя.

Звук шагов свидетельствовал о приближении моего спасителя. Он снова заговорил:

– Отпусти девушку, Олеа.

Не сразу, но тиски удерживающих меня рук ослабли. Я вывернулась, отскочила, лихорадочно одёргивая одежду, и только теперь смогла увидеть мужчину внешне похожего на магистра. Догадалась: король. Он был чуть ниже ростом, бледен по сравнению с кузеном, и что самое приятное – имел идеальный, чётко очерченный, а не выдвинутый вперёд подбородок. Красивый, уверенный в себе мужчина лет сорока.

Присела, опустив глаза:

– Спасибо, ваше величество.

Король улыбнулся одними губами, не глядя на магистра, спросил:

– Кто это, брат?

Я на всякий случай сделала несколько приставных шагов, собираясь чуть что кинуться к арке. Не особенно-то доверяла этим родственничкам. Олеандр, подтверждая мои подозрения, не смутился, голос его звучал твердо и даже с превосходством:

– Не подумай лишнего. Адептка Вэллар моя подопечная. Девушка собралась заниматься наукой, следовательно, целомудрие ей ни к чему.

– Ты уверен? – спросил король.

– Конечно, раз не хочет становиться пристанью…

– Ложь! – буркнула я. Сжала кулаки, громко выдохнула и продолжила, пользуясь внимательной паузой: – Ваше величество, у меня другой руководитель.

– Кто? – крикнул магистр, устремившись в мою сторону.

К счастью, король помешал, привлекая внимание поднятой рукой. Теперь и он спросил:

– Кто твой куратор, дитя?

– Алустон Диор.

Надеюсь, стажёр не обидится, сам посоветовал назвать его имя, когда речь пойдёт о наставнике по научной части.

– Сопляк, – прошипел Олеандр, багровея, – да как он смеет…

– Успокойся, брат, – король покачал головой, осуждая то ли меня, то ли Алуста, то ли своего кузена. – Пусть адептка поспешит на репетицию присяги. А мы с тобой должны обсудить кое-какие семейные дела.

Он взял магистра за локоть и довольно настойчиво направил к дверям в его покои. Я побежала в лифтовый холл. Понятно, что ни на какую репетицию не собиралась. Выждала пару минут и крадучись пошла обратно.

Боялась ужасно. Сердце колотилось где-то в горле. Ладони вспотели, лоб тоже покрылся испариной. Достигнув портального коридора, припустила как на стометровке. У знакомой двери обернулась. Прислушалась. Тихо. Пусто. На отпирающей пластине начертила пальцем крепко запечалившиеся в памяти линии, те засияли. Портал готов. Осторожно толкнула дверь и позвала, заходя в комнату:

– Милаина!

Времени на откровения нет, девчонка должна как можно быстрее захлопнуть портал и пробежать мимо дверей магистра в лифтовый холл. А там, как сама решит: на репетицию или в комнату плакать. Я не сомневалась, что моя обидчица расстроена перспективой возвращения. Вытащила из кармана пузырёк с зельем, откупоривать не спешила. Где же Вэллар?

– Эй!

Тишина.

В спальне никого, на кухне тоже. Ванная комната погружена в темноту. Где прячется эта коза? Круг за кругом я обследовала квартиру, всё ещё не веря в случившийся облом. Судя по всему, Милаина ушла накануне. Мало того, она не собиралась возвращаться. Ноутбук пропал, ящик комода, где хранились все мои документы, пуст. Ни мобильного, ни банковских карт, ни сумки с кошельком и пропуском в университет. Чемодан на колёсиках – обычный мой спутник в путешествиях – тоже отсутствовал. Даже коробки, куда я сбрасывала мелочь, не оказалось на привычном месте. Иномирная проныра позаботилась о том, чтобы не оставить мне ни малейшей возможности отправиться на её поиски.

Обречённо опустив голову, поплелась на кухню. Колени дрожали. В груди щемило. Дышать нечем. Приоткрыла окно, вдохнула родной московский воздух. Поморгала, прогоняя слёзы. На автомате полезла в ящик стола, где под лотком со столовыми приборами спрятала конверт – заначку. Нет. Ну не гадина? Ещё раз осмотрелась: плита отключена, вода перекрыта, мусорное ведро сияет чистотой. Сомнений не осталось: Вэллар ушла отсюда если не навсегда, то очень надолго.

Я опустилась на табурет, привалилась к стене, машинально пошарила по столу. Что это? Вытащила из-под салфетницы сложенные вчетверо листы формата А4. Хмыкнула. Почерк и тот мой. Почти. Пробежала глазами. Объяснительная. Вчитываться не хотелось, главное и так понятно. Милаина предупреждала, что искать её бесполезно. В университете взяла отпуск и вот-вот отправится за границу. Заглянет сюда нескоро и ненадолго, лишь для того чтобы узнать ответ. Если не будет записки с моим обещанием не возвращаться на Землю, квартиру она продаст, либо пустит жильцов. Из университета тоже уволится, её пригласили на работу в другой город.

Я отбросила письмо.

Какого…

Ненавижу эту дрянь. Просто ненавижу!

Уронила руки на стол, упёрлась лбом в скрещённые запястья. Не плакала. Искала решение, отметая один вариант за другим.

Сидеть в квартире и ждать Милаину бессмысленно. С голоду умру. Никогда не делала запасов круп или макарон, тем более консервов. Холодильник выключен, следовательно, пуст. Предположим, соберусь выйти на улицу, а ключей-то нет. У соседки оставляла на всякий случай, но даже если Вэллар не забрала их, вряд ли Елена Евгеньевна поверит в легенду о неожиданно объявившейся родственнице Инны.

В принципе, могу наплевать и оставить дверь незапертой, куда идти-то? В полицию? Мол, ограбили меня, тело украли и всё имущество присвоили? После этого прямая дорога в психиатрическую лечебницу.

Логичнее всего переждать некоторое время в академии. Там, по крайней мере, можно отслеживать посты Олега в инстаграмм. Я не сомневалась, что путешествуют голубки вдвоём. Как только обнаружу их, рассчитаю портал и свалюсь на голову. Одно плохо: присяга уже завтра. Не успею.

Переждать тоже не получится. Отсутствие на церемонии адептки сразу заметят. Дальше несложно. Всем известен интерес Милаины к Земле. Больше того, профессор Казим вспомнит, за кем она следила в соцсетях, а там недолго и адрес найти. Судя по всему, их наблюдатель на Земле довольно эффективен, раз провернул проект с каналом по сливу информации отсюда в академию.

Возьмут меня под белы рученьки и уведут порталом. Пусть не накажут, но следить за каждым шагом точно будут, или какие-нибудь магические примочки прицепят как на преступницу.

Рвануть к родителям? Даже если ввалюсь, к примеру, в балконную дверь, сказать нечего. Мать с отцом люди адекватные, фантастикой если и увлекались, то лишь по молодости. Не поверят в обмен телами. Что? Инночка неожиданно помягчала? Так это она любовь встретила, тут каждая разомлеет. Потом, покладистая дочь наверняка нравится им куда больше прежней – ершистой и упёртой.

Куда не кинь, всюду полный тухляк. Застонала от безнадёги. Шагов не слышала, почувствовала мягкое прикосновение и подняла голову.

– Лустик?

Парень опустился около меня на одно колено и осторожно провёл ладонью по спине:

– Инна, не уходи.

– Как ты меня нашёл? – я дёрнулась, сбрасывая его руку.

Хотела встать, но Алуст обнял за талию, прижавшись щекой к груди:

– Умоляю. Останься в академии.

Что-то было не так. Я не представляла, что попадусь настолько быстро, но уж если беглянку поймали, самое время схватить в охапку и волочить к порталу, а не умолять на коленях. Ё моё… на сегодня лимит волочений исчерпан.

Да что же это за день! Я попыталась разомкнуть объятья и неожиданно для себя разрыдалась:

– Пойми, я не Вэллар, я родилась на Земле и хочу вернуться сюда!

– Знаю. – Алуст встал, помог мне подняться и снова обнял. – Я догадывался, а сегодня получил подтверждение.

– Какое ещё подтверждение? – хлопала я мокрыми ресницами. – Паула проболталась?

– Не вини подругу. Я задавал ей правильные вопросы. – Он вздохнул, печально улыбнувшись: – Боялся опоздать. Если бы вы обменялись…

– А как ты понял, что ещё не… – начала я, но увидев стоявший на столе пузырёк с зельем, хмыкнула: – Хотя, понятно.

Алуст отрицательно покачал головой:

– Не это. Я чувствую тебя. Именно тебя. Ты совсем другая. Нисколько не похожа на Милаину.

Я усмехнулась, кивнув на оставленное мне письмо:

– Да, на такие подлости точно не способна.

– Можно? – Алуст потянулся к бумаге.

– Читай. Я не могу. Воро´тит от её откровений.

В отличие от меня он читал вдумчиво, анализируя каждое слово. Я собиралась отойти, постоять около окна, чтобы не мешать, но не смогла: вросла в пол, залюбовавшись тонким профилем, идеальной осанкой… Разве найдёшь такого на Земле? Может, и водятся где-нибудь похожие на Алуста индивидуумы, мне пока не встречались.

– Раз уж так получилось, – он обернулся ко мне, возвращая письмо на стол, – и Вэллар так крепко засела на Земле, разве не будет правильным позволить ей остаться здесь?

– Предлагаешь смириться? – я так широко раскрыла глаза, что стало больно. – Серьёзно? Подарить этой проходимке мою жизнь?

Он сделал шаг, приближаясь, но я отскочила как от мчавшегося к пешеходному переходу автомобиля. Алуст поднял руки в примирительном жесте, оставаясь на месте:

– Твоя жизнь при тебе. Представь, что ты сменила работу, дом и круг общения. Такое случается.

Я закрыла глаза и потёрла веки пальцами:

– А ещё родных, страну и профессию. – Вздохнула, посмотрела на парня: – такое тоже случается, но я не готова вот так, – ткнула себя в солнечное сплетение, – поселиться в чужом теле.

– Тело не главное.

Алуст бережно взял меня за руку и повёл в ванную. Я не сопротивлялась, самое время сполоснуть лицо холодной водой.

Он развернул меня к зеркалу, стоя за спиной и продолжая держать за плечи. Я невольно замерла, наслаждаясь теплом его ладоней и ласковым взглядом его отражения. Алустон Диор – сын ректора королевской академии, строгий и неприступный – умеет так смотреть?

– Видишь? – спросил он, улыбаясь.

– В смысле? Что я должна увидеть?

– Здесь нет Милаины. Даже если тебя называют так, ты не стала ею.

Вынуждена была согласиться. Из-за стекла на меня смотрела совсем не та перепуганная и суетливая девчонка, что ворвалась в аудиторию после зачёта в семнадцатой группе. Не знай я историю своего внезапного омоложения, могла бы подумать, что побывала в элитном косметическом салоне, поэтому так свежо и круто выгляжу. Ну да, черты, если присмотреться, не совсем мои, но ведь современные красотки и губы подкачивают, и ресницы удлиняют, и кожу лица обкалывают. Настоящая Милаина проигрывала мне в росте, но теперь немного вытянулась… кажется…

Перед мысленным взором возникла картина, которую я застала в прошлый раз. Липовая Инна Валерьевна была какой-то не такой. Не зря собственное тело воспринималось мною как постороннее. Милаина только прикидывалась продвинутой математичкой. Независимый чуть насмешливый взгляд, ироничная полуулыбка и лёгкая игра бровей остались со мной, пусть и в другом теле.

Так что же теперь? Сохранить всё как есть? Позволить бессовестной иномирянке праздновать победу? Я покачала головой:

– Прости, я не привыкла так просто сдаваться.

– Понимаю, – опустил глаза Алуст и легонько сжал мои плечи:

– Поэтому я и полюбил…

– Стоп! – я вырвалась и резко развернулась:

– Ты этого не говорил, а я не слышала.

Не хватало ещё добавлять ко всему прочему неразбериху с чувствами.

Парень кивнул, плотно сжав губы. С минуту мы молчали, потом он шагнул за дверь, оставив меня одну. Я, наконец, умылась, помассировала лицо махровой салфеткой, пошлёпала себя по щекам и, бросив прощальный взгляд в зеркало, вышла. Вопрос «что делать» по-прежнему оставался на злободневной повестке.

Алуст внимательно изучал вид за окном. Говорил, вернее, старался говорить так, как при нашей первой встрече: ровным, лишённым эмоций голосом:

– Раз ты настроена решительно, позволь помочь. Понимаю, и без меня справишься, но есть вещи, которые следует учитывать.

– Например? – Я в отличие от стажёра пялилась на него, нисколько не стесняясь.

– Например, магическая клятва. – Ресницы Алуста дрогнули, но он так и не взглянул на меня. – Приняв присягу, ты никогда не сможешь пройти через портал на Землю. Именно ты, в каком бы теле не находилась.

Что я могла сказать на это? Без него знаю? Поэтому и не хочу возвращаться в академию? Прекрасно понимаю, что прятаться долго не смогу? Положение мнимой Вэллар казалось беспросветным.

– И-и-и? – мне было интересно услышать подсказку.

– Я попросил отца ходатайствовать перед королём, чтобы тебе позволили не участвовать в намеченной церемонии.

– Такое возможно?

– В виде исключения.

– Хочешь сказать, что ректор согласился?

– Обещал подумать.

Ё моё… Во мне боролись два желания: броситься на шею парню, повиснуть и зацеловать, или начать прыгать сбесившейся паркурщицей. Ограничилась победным кличем Тарзана. Не сразу сумела вернуть себе способность рассуждать трезво:

– Чем ты обосновал свою просьбу?

– Не имеет значения.

– А вдруг не получится?

– Обращусь к его величеству напрямую.

Что ни говори, а связи в любом мире не помеха.

– Уговорил! Готова идти с тобой! – объявила я с наигранной весёлостью.

Взяла со стола письмо Милаины и пузырёк, Алуст заметил моё движение:

– Оставь здесь. Если кто-нибудь случайно найдёт, появится повод обвинить тебя в противозаконных магических действиях.

Я с сожалением спрятала зелье в дальнем уголке кухонного шкафчика и развернула листы. Нужно всё-таки прочесть.

Письмо Милаины Вэллар, присвоившей тело землянки

Дорогая Инна, прежде всего, хочу извиниться за то, что не сдержала обещания. Правда, собиралась. Ты смогла убедить меня в том, что это будет правильно.

Я очень уважаю тебя и люблю как сестру. Даже больше. У меня были младшие сёстры, но к ним я не испытывала тепла и приязни. Капризные избалованные свистушки! Родители вечно заставляли нянчиться с ними, в то время как я стремилась к свободе. Впервые увидев тебя, захотела такую подругу: независимую, цельную, не опускающуюся до лицемерия и лжи, сумевшую всего добиться без посторонней помощи. Я увлеклась, выискивая любую информацию о твоей жизни. Поначалу просто старалась перенять твои черты, а потом осознала, что хочу стать тобой. Тогда и прекратила поиски подходящего для обмена тела. Ты же понимаешь, мало сбежать из академии, нужно оставить кого-то вместо себя. Не сомневалась, что ты сумеешь хорошо устроиться. Ведь я не ошиблась, правда же? Вон, даже порталы научилась открывать ещё до принятия присяги! Я, конечно, не ожидала, но не удивлена.

Опять же, ты пробилась в науку. Впервые в академии допустили на первый этаж девушку, больше того: первокурсницу. Даже не говори, что я смогла бы так. Нет, я бы не смогла. Таланта и желания для этого мало. Необходимо везение и ещё что-то такое, чего я не могу понять.

Отвлеклась, прости.

Ты велела порвать с Олегом. Как я мучилась! Как подыскивала нужные слова. Сколько вариантов перебрала в уме. Даже начала разговор, но он и слушать не стал. Сказал, что уйдёт из университета, если это необходимо. Раньше он учился в другом ВУЗе, успел окончить третий курс. Не буду пересказывать, какие там случились проблемы, но Олег забрал документы и отправился служить. Через год мог восстановиться, но не захотел. Знаешь почему?

Он был на той конференции, где ты выступала, помнишь? И влюбился. Да-да, ещё три года назад. В армии, когда ребята рассказывали о своих девушках, думал о тебе. Поэтому и поступил в твой университет, начав с первого курса. Могла ты себе такое представить? Такую сильную любовь!

Олег любил тебя, а ты не замечала, оставаясь непреступной и холодной. Он всегда ждал, когда ты выйдешь, и шёл следом, не решаясь приблизиться.

А теперь вообрази моё положение. В тот первый день я спустилась по ступеням крыльца с букетом цветов и остановилась в нерешительности. Прекрасно знала твой адрес, но город меня ошеломил, он выглядел не так, как на картинках. Тело не подсказывало. Ведь ты ходила домой разными путями: иногда через магазин, иногда заглядывала в кафе, иногда прогуливалась по бульвару. Вот оно и молчало. Я не представляла, в какую сторону повернуть. Увидев Олега, обрадовалась. Он подошёл и сказал: «Вы взяли розы, Инна Валерьевна. Я рад. Они от чистого сердца».

Я поблагодарила и сказала, что цветы восхитительны. Тогда он попросил позволения проводить меня до дома. Это было так кстати!

Видишь ли, Инна, некоторым людям выпадает удача испытать сильные чувства. Всё это время я была по-настоящему счастлива. А теперь должна забыть? Речь не обо мне, я виновата, признаю. Ты требуешь сделать несчастным человека, преданного тебе на все сто процентов. Почему? Потому лишь, что ты не веришь мужчинам? Потому, что ты не готова к отношениям? Где-то ты очень умна, но не в этом. И я не собираюсь выполнять твои приказы! Нельзя потакать твоему упрямству.

* * *

Дочитав до этого абзаца, я хмыкнула: мамина фраза. Она всегда упрекала меня за упрямство, хотя и признавала, что благодаря этому качеству я всего добилась.

В конце послания шли угрозы продать квартиру и уволиться, чтобы я не смогла разыскать её и Олежку. Негодяйка смела угрожать! Мне – той, у кого украла тело, карьеру, семью… даже влюблённого парня!

Как я ни злилась, обвинять в ответ не стала. Нужно было усыпить бдительность Милаины, чтоб она, в самом деле, не наворотила глупостей, с которыми придётся пять лет разбираться. Перевернула последний лист, поискала под салфетками ручку, всегда оставляла здесь.

Ага, вот и она.

Вывела по диагонали крупными буквами: «Ухожу в академию. Король уже там. Завтра присяга. Инна». Думала пожелать счастья, но не стала. Вряд ли девчонка уловит иронию. Хотя… какая она теперь девчонка? Почти замужняя женщина. Девчонка здесь я.

– Почерк похож, – заметил Алустон, по-прежнему стоявший рядом.

Я кивнула, придавила письмо салфетницей и передёрнула плечами, сбрасывая напряжение:

– Подождёшь пять минут? Возьму с собой кое-что.

Достала из шкафчика в прихожей два больших пакета из модных бутиков. Один нагрузила книгами – антология русской поэзии, сонеты Шекспира, подарочное издание «Города России». Захватила семейный альбом – ностальгию никто не отменял. Во второй пакет сложила любимые вещи: фиолетовую шляпу с широкими полями и пальтишко в том же цвете. Они мне очень шли. Раньше. Да и сейчас, наверняка, будут к лицу. Обувь, к сожалению, не годилась, нога у Милаины была меньше. Так что с обожаемыми туфельками на шпильках пришлось расстаться надолго.

Стажёр проявил чудеса выдержки. Пока я возилась, ходил по комнатам, рассматривая обстановку и всевозможные дизайнерские штучки, как правило подаренные родственниками и знакомыми. Задал единственный вопрос:

– Я почему-то был уверен, что земляне любят украшать жилище цветами в горшках, разве нет?

– Любят, – машинально кивнула я. – у меня были орхидеи. Наверное, Вэллар отволокла соседке, чтобы не засохли.

– На редкость предусмотрительная, – усмехнулся Алуст.

– Этого не отнять, – согласилась я и передала ему пакет с книгами: – Идём?

У портала нас ждала Паула. Завизжала, увидев, как я выхожу:

– Он уговорил тебя? Да? Ты решила остаться?

Я лишь кивнула, не желая вдаваться в подробности, а Алуст строго заметил:

– Лучше забыть всё случившееся, чтобы ненароком не выдать Инну. Ты поняла, Паула?

Девушка округлила глаза и сжала двумя пальцами губы, насмешив меня.

Трудно сказать почему, но настроение у меня заметно приподнялось, когда мы пошли по коридору, пахнущему осенней листвой. Подруга прижалась ко мне, взяв под руку и, едва не захлёбываясь словами, шептала:

– Что было! Что было на репетиции! Ты не представляешь.

– Не очень-то и хотелось.

– Магистр ворвался в зал, чуть не искрясь от гнева. Орёт: «Где Вэллар? Как она посмела выбрать другого руководителя?» Профессор Казим едва сумел его успокоить и вывести.

Я взглянула на Алуста. Кому-кому, а стажёру предстоят неприятные объяснения с руководством. Лицо молодого человека оставалось спокойным. Если он и переживал, виду не показывал.

– Ладно, – сказала я, – прорвёмся.