Текст книги "Так нестерпимо хочется в Питер (СИ)"
Автор книги: Ирина Лакина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)
Часть IV.
Глава 25
Роман придирчивым взглядом осмотрел кабинет, недовольно сдвинув брови.
– Эм-м, вот этот офис – 25 квадратных метров, окна выходят в промзону, но зато проведен интернет и IP-телефония. На сегодня это последний вариант, который мы можем вам предложить.
Низенький агент в очках, одетый в запыленный и потрепанный костюм, дрожащей рукой достал из кармана пиджака платок и протер взмокший лоб.
– Сколько? – Роман прошел вглубь пыльного помещения и подошел к окну, за которым было серое питерское небо, охапки грязного снега и десятки металлических проржавевших зданий.
– Вы вписываетесь в заявленную сумму. И даже экономите, поскольку интернет и телефон входят в стоимость аренды, а также оплата охраны на проходной. Роман Константинович, я думаю, для вас это самый выгодный вариант. Да, место не презентабельное, но ведь вы и не ресторан открываете. Для вашего бизнеса – самое то, тем более в округе много места, которое подойдет для стоянки техники.
Неожиданно осмелевший агент заставил Романа оторваться от картины за окном.
«А что, очкарик прав…» – подумал он.
– Ну, хорошо… Когда можно заезжать? – он неспешно повернулся к мужчине с вопросом.
– А, заезжать? Так хоть завтра! У меня и договор с собой! – мгновенно повеселевший агент быстро достал из-за пазухи смятую пачку бумаг.
Подписав бумаги и попрощавшись с представителем агентства недвижимости, Роман вернулся к окну. Столько разных мыслей вертелось в его голове – о прошлом, настоящем, будущем.
Два месяца напряженной работы позволили ему обзавестись приличной суммой. А несколько недель назад в его голове родился план – открыть свою фирму, забрав с собой всю наработанную базу клиентов. Алик, конечно, не обрадовался такому повороту событий. Более того, уже больше недели Роман скрывался. Его искали. Телефон был отключен, а появляться в общежитии было опасно.
Вчера вечером ему удалось дозвониться до Гриши, который рассказал, как уже несколько вечеров подряд перед входом в его корпус дежурят крепкие ребята.
– Ты бы уехал на какое-то время из города, брат…Тут дело пахнет керосином… – Слова друга всплыли в его памяти.
Бежать Роман не собирался. В конце концов, это его клиенты. Результат его работы.
Вдоволь надышавшись пыли в своем новом офисе, Роман достал из кармана молчащий мобильник. Поменяв в нем сим-карту, он набрал номер.
– Компания «Офис Грант», – ответил приятный голос секретаря.
– Девушка, добрый день. Это ИП Маринин. Мой заказ нужно доставить сегодня по адресу… – и Роман продиктовал адрес своего нового офиса.
– Хорошо! Я все записала. Доставка будет после 14.00.
Роман нажал отбой. Нельзя было долго говорить. Его могли вычислить по IMEI.
В висках начала пульсировать боль. Сегодня нужно было искать на ночь новую квартиру, так как на старой он пробыл уже три ночи и звонил оттуда Грише. Еще и день рождения Алисы. Он помнил. Завтра. Снова нужно будет включать телефон. Роман сжал руками ноющую от боли голову.
Спустившись по лестничному маршу на три этажа вниз и оказавшись возле большого зарешеченного окна у проходной, Роман остановился на несколько секунд, бросив беглый взгляд на улицу. Его внимание привлекла черная «Мазда» с областными номерами. Когда он входил, ее не было.
– Не знаете, чья машина? – Роман наклонился, чтобы протиснуть голову в маленькое отверстие в бронированном стекле, за которым сидел пожилой охранник в окружении мониторов.
– Первый раз вижу. А вы новый арендатор? – мужчина приспустил на нос очки и внимательно посмотрел на Романа.
– Да. Сегодня привезут мебель. Пропустите?
– Конечно, пусть только скажут номер офиса.
– Спасибо.
Роман всем нутром чувствовал опасность, исходящую от припаркованной машины, но вышел на улицу.
Не успел он сделать нескольких шагов, как услышал за спиной хлопки от открывающихся и закрывающихся дверей автомобиля. Он ускорил шаг, мысленно прокручивая варианты того, как его вычислили. Нащупав в кармане маленький перочинный нож, он зажал его в ладони, готовясь к обороне.
– Роман! – знакомый голос окликнул его. Алик. Внутри у него все сжалось в предвкушении схватки.
Заставив себя обернуться, Роман увидел, как из машины вышли четверо. Алик и трое крепких парней. Один из них стоял, потирая ладонью свой кулак, в руках у второго была монтировка. Третий держал руку на поясе, демонстрируя из-под распахнутой дубленки кобуру. Романа и компанию амбалов разделяло не более ста метров.
– Что вам нужно? – он еще крепче сжал в руке нож.
– Рома, дела так не делаются. На мужском языке это называется подстава.
– Это всего лишь результат моего труда! – Роман сделал акцент на слове «моего».
– Садись в машину, поедем – потолкуем. Ты же не хочешь, чтобы мои ребята прямо здесь применили свои таланты. – Алик омерзительно усмехнулся, наклонившись в шутливом реверансе и указывая рукой на открытую заднюю дверь машины.
– Я похож на самоубийцу? – Роман отступил на несколько шагов в сторону входа в здание. В ту же секунду двое качков сделали несколько широких пружинистых шагов, скрутили Роману руки и, опрокинув его навзничь, за ноги поволокли в машину. От удара головой о промерзшую ноябрьскую землю Роман потерял сознание.
Машина зарычала, словно голодный зверь, и через доли секунд с визгом сорвалась с места.
Пожилой охранник прилип к монитору компьютера, на котором, словно кадры из голливудского боевика, была разыграна сцена похищения человека. Или это уже не кино?
Мужчина в спешке набрал на старом кнопочном телефоне 02.
– Дежурный.
– Только что совершено похищение человека. Черная Мазда. Гос.номер К777ХУ 77. Предположительно движение по набережной Обводного канала. Трое амбалов затолкали в машину парня, предварительно связав руки.
– Принято.
Глава 26
Роман очнулся от звука лязганья каких-то металлических предметов. Глаза не открывались, словно кто-то смазал веки клеем. Получилось только приоткрыть их, в образовавшуюся щель пробился яркий свет. В ушах звенело. Он попробовал шевелить руками и ногами. Пальцы на руках отозвались на сигнал нейронов. Ног же Роман не чувствовал. Он снова и снова пытался заставить свое тело слушаться, но ничего не выходило. Роман сжал руки в кулак и хрипло зарычал от злости и боли.
– Тихо-тихо! – негромкий женский голос прозвучал где-то над его головой. – Маша, позови Виктора Федоровича, Маринин очнулся.
Пересохшие губы отказывались произносить какие-либо звуки, кроме мычания. Роман почувствовал, как какая-то белая тень промелькнула мимо него. Через секунду в его ладони оказался чей-то палец.
– Сжать можешь? – услышал он низкий мужской голос, а его нос уловил резкий запах одеколона и спирта.
Роман изо всех сил сжал ладонь.
– Вынимайте! – скомандовал голос, и он только теперь понял, что в его горло вставлена какая-то трубка. Чьи-то сильные руки резко дернули трубку, за которой потянулись белые марлевые нитки. Роман закашлялся и захрипел.
– Пить! – просипел он и снова попытался открыть глаза.
– Протрите ему глаза, Машенька.
Теперь его нос уловил аромат домашних булочек и приятный запах духов. Взмах руки над его лицом, другой… и вот уже что-то влажное опускается на его веки, чьи-то руки вставляют в его рот трубочку, и он с жадностью хватает воду с привкусом лимона.
Широко распахнув глаза, Роман был вынужден тут же их закрыть. Яркий свет фиолетовых ламп, отражающийся на белоснежной поверхности больничной плитки, слепил.
– Где я? – он не узнавал свой голос – сухой и хриплый, будто бы ему пришлось провести неделю в песках Сахары.
– Вы в реанимации, в больнице института скорой помощи, ул. Будапештская, Санкт-Петербург. – Мужчина присел на край его кровати и взял в руку его ладонь, ощупывая пульс.
«Будапештская… Какая ирония… примерно в двух километрах парк Победы и родной городок», – подумал Роман и усмехнулся.
– Вы что-нибудь помните? С вами хотят поговорить представители полиции.
Роман, наконец свыкнувшись с ярким светом, внимательно рассмотрел врача. Невысокий, коренастый, с густыми черными усами и залысиной, начинавшейся сразу за редкой челкой. У него было доброе лицо, щедро сдобренное одеколоном, отчего имело покрасневший вид, словно он только что выбрил его. На застиранном, некогда белом халате отчетливо проступали засохшие следы крови.
– Кто вы?
– Виктор Федорович Добрынин, врач-реаниматолог. Так что вы помните о событиях вчерашнего дня?
«Вчерашнего дня…», – Роман искренне удивился. Ему казалось, что он провел тут гораздо больше времени.
– Я помню, как меня схватили и повалили на землю возле офисного здания, в котором я арендовал офис для своей фирмы.
– Отлично. Значит, обошлось без амнезии, – врач довольно улыбнулся и пожал Роману ладонь.
– Но как я сюда попал?
– Охранник на проходной позвонил в милицию. Машину засекли на Витебском проспекте, была погоня… в общем, вас на ходу из нее выкинули. В итоге – черепно-мозговая травма, многочисленные ушибы и переломы. Но самое печальное – раздробленная ступня левой ноги. По ней проехалась колесом случайно ехавшая сзади Лада.
Роман подвел к потолку глаза. От услышанного защемило в груди.
«Слава Богу, хоть жив остался», – подумал он про себя. На мгновение он представил себе, что могло бы с ним быть, если бы не тот охранник, и по коже побежали мурашки.
– А что с…? – Роман слегка повернул голову и посмотрел врачу в глаза.
– С похитителями? Я точно не знаю. Если вы можете говорить, я приглашу сюда следователя, он все расскажет в подробностях. Ну как?
– Зовите.
Врач скрылся из вида. За дверью Роман услышал шепот, затем кто-то легонько постучал в дверь и вошел. Не в силах вертеть головой из-за жуткой боли и шума в ушах, Роман просто ждал, когда человек появится в его поле зрения.
Почувствовав, как кто-то приземлился на левый край его кровати, Роман перевел взгляд в эту сторону.
– Добрый вечер, Роман. Мерзликин Николай. Следователь убойного отдела, 38 отделение милиции. Как вы себя чувствуете? Можете дать показания? – Мужчина лет тридцати с лишним, одетый в гражданское, с накинутым наспех на плечи халатом, серьезно посмотрел ему в глаза. Роман внимательно осмотрел его, удивившись тому, как много седых волос украшало виски мужчины.
– Могу. Только скажите, что с теми из «Мазды»?
– Они задержаны и находятся в СИЗО.
– Они уже что-то рассказали вам?
– Да, – мужчина немного поерзал на кровати, пытаясь расположиться удобнее. – Они следили за вами около двух недель, потом потеряли из вида. Выйти на вас им помог свой человек в агентстве недвижимости, в которое вы обратились.
«Проклятый очкарик, ну берегись!» – подумал Роман и стиснул зубы.
– Если бы не Степан Егорович, искали бы мы ваш труп где-нибудь на дне Ладоги, – следователь закашлялся... – спиртом тут у вас сильно попахивает, как вы дышите?
– Степан Егорович – это тот охранник с проходной?
– Да, он самый. Оперативно сработал мужик.
– Да уж…
– Расскажите вашу версию событий. Вы знаете, кто на вас напал и почему? – мужчина достал из кармана брюк диктофон и включил его.
– Да, одного точно знаю. Скорее всего, он и есть организатор. Сабикян Альберт Борисович, владелец фирмы «САБиКо», в которой я отработал почти четыре месяца, – Роман прокашлялся, ему все еще тяжело было говорить из-за нудящий боли в висках, – дайте, пожалуйста, воды.
Следователь протянул руку, взял с прикроватной тумбы стакан воды и поднес к его губам. Сделав несколько жадных глотков, Роман продолжил.
– В мои обязанности входило направление субаренды строительной техники. Я искал тех, кто такую технику сдает в аренду, и тех, кому она нужна. Сводил их. Фирма брала себе комиссионные.
– Так… – мужчина кивнул головой. – На какой почве у вас возник конфликт?
– Я открыл свою фирму и перетянул туда всю наработанную клиентскую базу.
– Все ясно. Вам угрожали?
– Да.
– Сможете опознать нападавших?
– Да.
– Хорошо. Этого достаточно. Отдыхайте. Мы вызовем вас на опознание, когда выпишетесь.
Мужчина встал с кровати и похлопал Романа по руке, уже практически перед самой дверью внезапно обернулся и сказал:
– Смелый ты мужик, Ром. Уважаю.
Роман улыбнулся сквозь боль.
– Спасибо.
Неожиданно в голове у него всплыли две цифры – 20 ноября, ее день рождения. Последнюю дату, которую он помнил – 19 ноября, и это было вчера. Роман попытался привстать на локти и крикнул уже уходящему следователю:
– А где мой телефон?
– Что? – Николай обернулся и с жалостью посмотрел на обессиленного парня. – А, телефон… Его украли, пропал в приемном отделении, судя по всему. Уголовное дело на этот счет мы тоже завели, если найдем – вернем.
Роман тяжело вздохнул. Зная Алису, он не сомневался, что она будет в ярости…
«Черт, черт, черт…», – проносилось в его голове. Делать было нечего.
Дверь скрипнула и закрылась за следователем.
Не в силах больше терпеть жуткую боль, он закрыл глаза, стараясь уснуть. То ли дело было в лекарствах, которыми его напичкали, то ли в усталости – через несколько минут он погрузился в такой желанный и спасительный сон.
Глава 27
Роман полной грудью вдыхал морозный воздух. Стоя у входа в здание больницы, опираясь на металлическую трость, с непокрытой головой, он с удовольствием подставлял свое бледное лицо потоку мелких и острых снежинок, которые, словно молекулы, совершали на улицах северной столицы акт поклонения броуновскому движению. Их союзником в этом деле был завсегдатай питерских улиц – жуткий порывистый ветер.
Роман почти месяц не дышал свежим воздухом. Проведя в стенах больницы большую часть декабря, он был счастлив, что хотя бы Новый год сможет провести с семьей.
В кармане зазвенел новый мобильник.
– Ромыч, тебя выписали? – голос Макса на том конце провода звучал взволнованно. —Откуда тебя забирать?
– Привет. Выписали. Я уже на улице. Ты где?
– Я припарковался на углу с Фучика. Сможешь дойти? Все замело, боюсь, во дворе больницы забуксуем.
– Доковыляю.
– Жду.
Через 15 минут борьбы со снегом и ветром, Роман подошел к новенькому «Пежо» кипенно белого цвета. Машину словно покачивало от звука басов, раздававшихся изнутри. Тыльной стороной ладони он постучал в окно. Через секунду послышался щелчок, и дверь открылась.
– Садись давай, холодно! Заболеешь еще! – Макс звучно загоготал, выдав этот каламбур.
– Спасибо, только выздоровел. – Роман аккуратно, стараясь не наступать на больную ступню, сел на пассажирское сиденье. – А ты, я смотрю, хорошо поднялся? – он протянул другу руку для приветствия.
– Да-а-а, неплохо, брат. Особенно теперь, когда благодаря тебе Алик загремел в полосатый рейс. – Настроение у товарища явно было приподнятое.
– А тебе-то что с того?
– Ну как же? Мы у него помещение для сервиса арендуем, нет владельца – нет арендной платы.
– Ты думаешь, он вас оттуда не достанет?
– Не такая он шишка. Связей ноль, были бы связи – не сел бы.
Доля правды в словах Макса была, так как Роман и сам до последнего был уверен, что Алик сумеет избежать наказания. Однако он теперь сидит, у Макса бесхозное помещение, а у него самого крупная сумма компенсации за причиненный моральный ущерб и вред здоровью.
– Ты что собираешься делать с деньгами? – Макс вопросительно посмотрел на друга, заводя машину. – Тачку будешь брать?
– Да, только не ту, о которой ты подумал.
– Я еще ни о какой не подумал, о чем ты?
– Я возьму бетономешалку. Надо заводить свой автопарк техники.
– Слушай, а ты прав. Она за год окупится. – Макс, одной рукой выруливающий с обочины на проезжую часть, второй рукой одобрительно похлопал друга по колену.
– Тише ты, болит же! – Роман прищурился от боли. – Конечно, окупится.
«Окупится и принесет прибыль. И я смогу забрать ее к себе…», – подумал Роман в то время, как в груди снова защемило его сердце. Он не говорил с Алисой уже очень давно. И даже не знал, верна ли она ему или… В памяти всплыла смс-ка от Киры.
– Как Алиса? – Макс словно прочитал его мысли.
– Не знаю…
– Когда общались?
– Еще в начале ноября. Сто лет прошло будто бы.
– Не отпустил ее еще?
– Не могу.
Машина мчалась по заснеженным улицам, а дворники с трудом справлялись с потоками снега на лобовом стекле, который, тая, оставлял грязно-серые разводы.
– Тогда будь мужиком – просто забери ее сюда, тем более что теперь-то уж твое материальное положение должно пойти в гору.
– Я думал об этом. Хочу познакомить ее с родителями, пригласить на Новый год.
– Ого, дружище, все так серьезно?
– А ты еще не понял?
– Да понял-понял…
– Давай заедем куда-нибудь перекусить, я сто лет не ел нормальной еды. Больничная баланда уже поперек горла.
– Хорошая идея, тем более где-то здесь моя любимая пиццерия.
Макс резко сбавил скорость, виртуозно припарковавшись у тротуара. Яркая вывеска пиццерии «Mama Roma» привлекала на свой огонек случайных замерзших прохожих, которые, заслоняя лицо рукой от порывов ветра, старались как можно скорее попасть внутрь. Туда, где тепло и пахнет горячим хлебом. У Романа заурчало в животе.
Несмотря на цены, в заведении негде было яблоку упасть. Аккуратные трехногие столики, покрытые алыми скатертями, были заняты посетителями. Суету создавали холеные официанты, все как на подбор – высокие брюнеты в белоснежных рубашках с черными бабочками. На каждом был темно-вишневый фартук в пол. Увидев освобождающийся столик, Роман поспешил занять место. Погрузившись в мягкое кресло в стиле прованс с изогнутой, словно лепесток, спинкой и низкими подлокотниками, он с удовольствием провел ладонью по ткани обивки.
Сделав заказ, Роман достал из кармана телефон.
– Ты не против, я наберу ее.
– Конечно, – ответил Макс, уже обсасывающий кусочек сахара, который подали к чаю. – Есть хочется жутко.
Он набрал ее номер и с волнением стал вслушиваться в звуки гудков.
– Я слушаю, – от звука ее нежного голоса у Романа подкатил к горлу ком.
– Привет, солнышко, – он постарался вложить в эти слова всю свою нежность, на которую только был способен. Его совесть скребли сотни кошек, напоминая о Марине, Лизе, Миле…
– Привет!
– А куда ты пропала?
– А ты только теперь заметил, что я не звоню? – в голосе Алисы явно зазвучали привычные уже истеричные нотки обиды. Роман тяжело вздохнул.
– Нет, конечно.
– А тебе не пришло в голову позвонить мне самому? Может быть, меня убили! И я
уже молчу про мой День рождения! – Алиса почти кричала.
– Я не мог, – честно ответил Роман.
– Ну, естественно, я и не сомневалась. Что случилось на этот раз? Может быть, НЛО?
Или викинги напали? А может быть, ты выполнял секретное задание английской разведки?
– Зачем ты так? Я в больнице лежал. Сломал ногу на работе, – сообщать ей о криминальной причине своей болезни Роман не хотел. – А телефон у меня украли в приемном отделении. Вот выписался, купил новый, восстановил номер. – Ее ирония больно колола в самое сердце. «Сам виноват, столько лжи…» – подумал он.
– Прости, пожалуйста, я не знала. – Голос девушки мгновенно смягчился. Роман облегченно выдохнул.
– Прощаю. А почему ты не звонила? Судя по тому, что у меня нет ни одного
сообщения о пропущенных вызовах, ты обо мне не вспоминала. – Роман только теперь вспомнил, что от нее действительно не было ни одного звонка или сообщения.
– Я не звонила тебе, потому что проверяла тебя. Понимаешь, у девушек есть такое
понятие, как чувство собственного достоинства, а ты ни разу сам мне не позвонил с того
момента, как я здесь…
– Понятно, – прервал он ее, – ты тоже полна традиционных женских комплексов,
что первым должен звонить мужчина, что инициатор тоже всегда мужчина и что девушка,
признавшаяся в любви первой, автоматически становится шлюхой. Почему бы просто не
любить? – в его душе кипело, и он сам удивился резкости своих слов.
– Я… я не знаю, что тебе сказать. – Алиса на том конце провода растерялась, он чувствовал, как тяжело ей говорить. Но эмоции все еще бурлили в его голове.
– Конечно, не знаешь.
– Прости, – девушка окончательно сдалась. Он отчетливо слышал, как она шмыгает носом. Алиса плакала, а этого допустить он не мог. Взяв себя в руки, Роман, наконец, сменил гнев на милость.
– Я звоню тебе не просто так, – его голос стал интригующим. – Как ты отмечаешь
Новый год?
– Я собиралась к родителям, – в голосе Алисы чувствовалось недоумение. Она явно не понимала, к чему он клонит.
– Хороший вариант. Я собираюсь отвезти тебя к своим родителям. Представить. Как
ты на это смотришь?
Роман услышал какой-то шорох.
– Черт, – она шепотом выругалась, но он услышал.
– Что-то не так?
– Нет-нет, извини, это я не тебе. Я пролила на себя кофе от неожиданности.
– Не обожглась?
– Нет, но выгляжу теперь нелепо с огромным мокрым пятном на джинсах.
– Ничего страшного, – он улыбнулся. – Ну так что? Едешь со мной?
– Ты еще спрашиваешь? Конечно, еду! – Роману показалось, что возле динамика телефона неожиданно появилась полоска света. Он чувствовал, как девушка светится от счастья. Там, за 1000 километров от него.
– Отлично. Значит, план такой. Ты берешь билет до областного центра в Тульской
области, название я тебе напишу в сообщении. Я тебя там встречу тридцатого числа, и мы
оттуда едем к моим родителям.
– Послушай, пожалуйста. Я девочка, мне страшно одной в поезде ехать в незнакомый
город.
– Чего ты боишься? Деньги за билеты я тебе отдам на месте, встречу. Все будет
хорошо.
– Мне надо подумать, – она чего-то боялась, и он это чувствовал. Роман чертыхнулся про себя.
– Хорошо. Я отправляю тебе сообщение, там будет город, номер поезда, время.
Позвони мне, как решишь.
– Договорились.
– И да, я люблю тебя! – Эти слова вырвались из него так быстро, что он сам не понял, как это произошло. Но от сказанного стало почему-то очень легко и тепло.
– И я тебя!
Любит. Все еще любит. Роман расслаблено улыбнулся уголками рта.
– Ну пока. Целую.
– Целую.
Макс тем временем уплетал второй кусок пиццы, жестом приглашая друга присоединиться.
– Ну что? – сказал он, прожевывая очередной кусок.
– Все отлично! – лицо Романа просветлело. – Нужно родителям сообщить, что я приеду не один, еще пару секунд!
– Давай, конечно.
Роман быстрыми движениями пальцев набрал сообщение. Затем еще одно, уже для Алисы, с названием города и номером поезда.
– Все! Теперь можно заняться пиццей! – сказал он, отправляя в рот солидный кусок «Маргариты».
Глава 28
– Ну ты даешь, Ром! Что ты хочешь сказать – женишься на ней? – Макс отставил от себя опустошенную тарелку и откинулся на спинку кресла.
– Все может быть, не могу выкинуть ее из головы.
– Да уж, никогда бы не подумал, что ты можешь так вляпаться.
– Все могут. Ты же вляпался. – Роман посмотрел на друга и шутливо приподнял бровь. – Кстати, как там у вас дела с Лизой?
– Все шикарно! Назначил ее финансовым директором фирмы, так она от важности теперь светится. Я надеюсь, ты не в обиде на меня, что так вышло с тобой … – Макс запнулся, напомнив другу о том, что вывел его из дела.
– Нет, я же подвел тебя. Не бери в голову. У меня теперь свой путь. – Роман протянул Максу руку через стол, которую тот с облегчением пожал.
Телефон Романа засветился на столе, а через секунду начал пронзительно звенеть какой-то писклявой мелодией. «Надо поменять мелодию вызова», – подумал он, отвечая на звонок. Это была она, Роман не мог сдержать улыбку.
– Уже соскучилась? – вместо приветствия шутливо произнес он.
– Я всегда скучаю по тебе. Даже когда сплю.
– Рассказывай, что-то случилось?
– Я получила твое смс, позвонила на вокзал.
– И?
– Билетов нет. Раскуплено еще в ноябре. У меня не получится приехать. Если бы ты
сказал мне раньше… – в трубке повисло тяжелое молчание. У Романа внутри все сжалось от разочарования.
– Это плохо. Очень плохо. Я уже сказал родителям, – он сжал ладонь в кулак и обреченно опустил его на поверхность стола.
– Мне очень жаль, я думаю, ты не сомневаешься в моем желании видеть тебя, быть с
тобой рядом в эту ночь. – Ее голос звучал искренне.
– Конечно, не сомневаюсь. Но теперь встреча снова откладывается на
неопределенный срок.
– Я накопила немного денег. Смогу приехать к тебе весной.
– Эта новость уже лучше.
– Вот как-то так.
– Ну, не расстраивайся, не надо. Все будет хорошо! – он почувствовал в ее голосе
боль и, как мог, попытался сгладить эти эмоции.
– Я не могу не расстраиваться. Все очень сложно, понимаешь?
– Никто не говорил, что будет легко. Ты же сильная девочка… моя девочка! – В горле образовался обжигающий ком.
– Я не знаю, подходящий ли сейчас момент, но с языка рвутся эти слова. Я должна
тебе это сказать, – Алиса замолчала.
– Какие слова?
– Все вокруг, включая мою лучшую подругу, мою маму, все думают, что я наиграюсь
в страдания по тебе и успокоюсь, что все не по-настоящему, все пройдет, понимаешь?
– И?
– Но я хочу, чтобы ты знал. Я не играю. Я люблю тебя, я никогда и никого не любила,
теперь я знаю, что люблю. – Роман попытался сглотнуть комок, мешающий дышать.
– Я знаю. Я верю тебе. – Его голос вдруг зазвучал хрипло и болезненно.
– Спасибо.
– Не расстраивайся, увидимся весной. А теперь отправляйся баиньки, напиши, как
доедешь. И никакого флирта с мужчинами в транспорте, поняла? – он попытался скрыть за шутливым тоном голоса свою тоску.
– Слушаюсь! – радостно отозвалась Алиса.
– Целую тебя! Пока!
– Пока.
Роман положил телефон на стол и уныло посмотрел в окно, за которым по-прежнему мело.
– Не приедет? – спросил Макс.
– Нет.
– Не кисни. Значит, потерпишь еще.
– Угу.
– Я думаю раз такое дело… – Макс замялся.
– Говори уже.
– Давай с нами на Новый год?
– С вами – это с кем?
– Я, Лиза, подруги ее… ребята мои с сервиса. Весело будет.
– Нет, брат, я давно не видел родителей. Спасибо тебе огромное за поддержку.
– Ну ок. Тебя куда подбросить?
– Домой… в общагу.
Расплатившись с официантом, они вышли на улицу. Небо было затянуто темно-фиолетовым одеялом из туч. Таким же тяжелым и снежным одеялом сейчас накрыло сознание Романа. Тоска по Алисе становилась невыносимой. Он поежился и поспешил застегнуть куртку.
«Она не приедет», – эта мысль била в висках, отвлекая его от физической боли в пострадавшей ступне, и он не знал, что лучше – терпеть физическую или душевную боль.
Глава 29
Роман поставил на стол опустошенный бокал и нежно обнял мать.
– С Новым годом, мам!
– С новым счастьем! – миловидная женщина с большими и добрыми глазами, окутанными сетью мелких морщинок, звучно чмконула его в щеку. – Не переживай, познакомишь в следующий раз!
Он мягко высвободился из ее объятий и протянул руку отцу.
– С Новым годом!
– С новым, с новым, сын! – мужчина пожал его руку.
Он посмотрел на часы. Пять минут первого.
– Я позвоню ей и спать.
– Конечно, позвони, поздравь… Она будет рада! – его мать добродушно улыбнулась и закивала головой в знак одобрения.
Роман накинул на плечи куртку и вышел на улицу.
Снег хрустел под ногами, закаленный легким морозом. Где-то вдалеке слышались звуки взрывающихся петард и свист салютов. На соседней улице звучали голоса, музыка, смех… На небе не было ни единого облачка, а полная луна освещала лучше, чем любой фонарь.
Он набрал ее номер и полной грудью вдохнул морозный воздух. Спустя минуту Алиса ответила.
– Алло!
– Привет! Не думал, что смогу дозвониться до тебя в это время! – Роман действительно удивился, что ему это удалось, причем с первой же попытки.
– Почему? – ее голос от радости дрожал, и он чувствовал это.
– Так новогодняя ночь, сеть перегружена, все поздравляют друг друга.
– А, ты об этом…
– Ага, поздравляю тебя с Новым годом, с новым счастьем!
– Ты с кем тут говоришь? – Роман услышал на заднем фоне раскатистый мужской бас и напряг слух.
– Это неважно, – прошептала Алиса, отвечая хозяину звучного голоса.
– Ну-ну, не важно. Хахаль твой питерский, да? – Мужской голос звучал угрожающе, но Роман не мог понять, кому он принадлежит.
– Да тебе какое дело? – ответила Алиса. Неожиданно вновь стало тихо.
– Прости, пожалуйста! – взволнованным голосом проговорила девушка уже ему.
– Кто это? – Роман ничего не понимал.
– Да я не очень хотела бы тебе это рассказывать, но раз уж ты уже сам слышал… —
Ты же знаешь, что я с родителями?
– Да, ты говорила.
– Мне неприятно об этом говорить… Мой папа, он хороший человек, обычно… но когда выпьет…
Теперь все стало ясно. Роман и сам не понаслышке знал, что такое пьяный отец. И хотя внутри что-то нашептывало ему, что уж больно молодо звучал голос, Роман гнал от себя эти мысли.
– Понятно. Не переживай. Мне жить с тобой, а не с твоим папой. Все хорошо!
– Я сейчас очень бы хотела оказаться рядом с тобой!
– И я, солнышко. Ты же знаешь, что я люблю тебя? – он пытался приободрить ее, но
выходило как-то не очень. Его голос, наполненный печалью, выдавал, что он тоже хандрит.
– Конечно, знаю. И я люблю тебя, – Алиса всхлипнула. – Я загадала желание.
– Какое?
– Я не могу тебе сказать, но думаю, что ты догадываешься.
– Не говори, а то не исполнится.
– Не говорю.
– Не кисни, все будет хорошо!
– Ага.
– Я позвоню тебе. На недельке. Договорились?
– Сам?
– Конечно, сам. Сколько же можно пользоваться твоей щедростью. Уже совесть
замучила.
– Перестань. Для меня это не накладно.
– Я знаю. Но я мужчина. И я так решил. Звонить буду я.
– Хорошо,
– Целую тебя!
Их прервал громкий стук в дверь ванной.
– Алиса, открывай! Дай мне трубку! – мужчина кричал, словно на пожаре. – Я скажу
твоему ненаглядному, что о нем думаю!
– Целую тебя, надо идти, а то боюсь, что дверь сломает! – быстро пролепетала Алиса в трубку.
– Конечно, иди. Он хотя бы вас не тронет? – Роману вдруг стало страшно, чем может закончиться для его девушки эта ночь.
– Нет, не тронет. Скоро уже уснет.
– До связи.
Он положил трубку. Комок сомнений в его голове не оставлял надежды на спокойную ночь. Отец ли это? Или…
Не успел Роман зайти в дом, как телефон завибрировал. На экране мигал конверт сообщения. Знакомый номер заставил его замереть. Кира.
«Забудь ее. Она обманывает тебя. Алиса отмечает в компании со мной и Сергеем. И да, с Новым годом».
Перед глазами у него все поплыло.
«Тварь! Сука лживая! А я олень, просто северный рогатый олень!» – Роман стиснул зубы и беззвучно застонал.
– Прощай, Алиса….
Он сжал правую ладонь в кулак и сильно ударил ни в чем не виноватую деревянную входную дверь. Дверь жалобно скрипнула под его ударом, а на костяшках пальцев остался покрасневший след. Несколько щепок врезались в кожу.
Роман быстро вошел в комнату, нашел в стареньком серванте иглу и, не жалея свою плоть, доставал одну занозу за другой, одновременно пытаясь вырвать из сердца главную занозу в его жизни.
Глава 30
Обойдя машину вокруг уже в четвертый раз, Роман продолжал улыбаться.
– Ласточка моя! – он остановился и ласково погладил капот подержанного BMW.
– Черная немка, 98 года, 286 лошадиных сил. – Констатировал он.
