Текст книги "Так нестерпимо хочется в Питер (СИ)"
Автор книги: Ирина Лакина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)
Алиса, удивленно приподняв брови, встала с кровати и взяла кисть винограда. Роман воспользовался этой передышкой, чтобы за разговором хотя бы немного унять свое желание. Нужно было говорить.
– Когда ты сможешь сюда приехать? – спросил он, не найдя более подходящего вопроса.
– Понятия не имею. Это же не бесплатное удовольствие, а я всего лишь студентка. Да и институт не могу бросить. Скорее всего, на новогодние каникулы.
– Это еще полгода.
Он задумчиво уставился в потолок и сложил на груди руки, убеждая себя в душе, что ни за что на свете не вытерпит шесть месяцев без девушки и секса и что он принял единственно верное решение.
– Очень долго, я понимаю. Я пойму, если ты меня не дождешься, – Алиса словно прочитала его мысли.
– Не в этом дело. Ты не знаешь, как я могу ждать. – Его умение говорить двусмысленно оказалось сейчас как нельзя кстати.
– А в чем?
– Я прикидываю, когда смогу подзаработать денег, чтобы свозить тебя к родителям. – Роман сам поразился тому, что только что сказал. Его фантазия была способна на любую ложь, но это... Он не понимал, как эти слова могли вырваться наружу. Объяснение было только одно – это его сердце заговорило с Алисой.
– Свозить куда? – Алиса оставила в покое виноградную кисть и с нескрываемым восторгом посмотрела на него.
«Черт. Кто меня за язык тянул и что я такое тут несу!», – Роман злился на себя, понимая, что в нем в данную минуту воют разум и сердце.
– К родителям. Надо же тебя с ними познакомить. – Ему пришлось повторить свои слова, назад пути не было.
– Это неожиданно, услышать такие слова от мужчины, но мне очень приятно, – голос Алисы стал тихим и бархатным, но не мог до конца скрыть ее волнения, и Роман это чувствовал.
– А что тут неожиданного? Я не из тех мужчин, которые используют девушек. Я могу годами быть один, пока не встречу единственную и достойную.
Эти слова никак не вязались с той славой, которая окутала его персону в городке. И уж тем более они не вязались с его планами. Но отступать было поздно. Или признаться ей, что он не собирается проводить одинокие вечера в ожидании ее приезда и услышать звук захлопнувшейся за ее спиной двери, или продолжать перемешивать в своей речи настоящие эмоции с лживыми обещаниями.
– А как же твои многочисленные поклонницы, о которых мне прожужжали все уши? – Алиса была не так глупа и наивна, как он думал, и задавала прямые вопросы в ожидании прямых ответов, что в ее положении было весьма смело.
– Наличие поклонниц не означает наличие отношений с ними, – улыбнулся он.
– Значит, через полгода?
– Да.
– Это же целых шесть месяцев, я умру от тоски по тебе.
– Не умрешь ради встречи! – он нежно посмотрел на нее и поманил рукой, – Иди сюда.
Девушка, словно кошка, сделав несколько крадущихся и плавных шагов, оказалась подле него.
– Я даже думать не хочу, как жить без тебя.
– И не думай.
Он положил руку ей на бедро и второй медленно начал притягивать к себе, не в силах больше бороться с волной желания. Он хотел ее. Немедленно. Всю без остатка.
– А как же «сегодня только платоническая любовь»? – с вопросом посмотрела Алиса в его глаза.
– Я сдержал слово. Вчера была только платоническая любовь. А сейчас уже одна минута как «завтра».
Он откинул с ее лица упавшую прядь, и на этот раз без тени сомнения впился поцелуем в ее алые губы.
Глава 16
Проснувшись от запаха жареной картошки с какими-то солениями, разносившемуся по этажу и нещадно соблазнявшему пустой желудок, Роман мечтательно повел носом в поиске источника запаха.
Он не пытался шарить рукой по кровати, зная уже наверняка, что она ушла. Сам не понимая, как такое возможно, он отчетливо помнил ее гулкие шаги по кафельному полу коридора. Он спал, спал крепко и даже видел сон. И все же. Он слышал ее шаги. Такие шаги могли бы принадлежать кому угодно – и девушке, и парню, и вахтеру, и дежурному сантехнику. Они были тяжелые и громкие, словно кто-то убегал от погони, не стремясь выглядеть утонченным и изящным. Они были наверняка широкие, чтобы за короткий промежуток времени преодолеть как можно больше расстояния. И это была она.
Ей было больно. Очень больно, иначе она никогда не позволила бы себе таких шагов. Красивая молодая девушка так не ходит. Она кричала этими шагами ему «мне больно!», а он спал.
Сбросив с себя тонкое одеяло, он нехотя встал, потягиваясь, с кровати.
Проклятый запах картошки продолжал будоражить его аппетит. После шампанского очень хотелось пить. И есть. Бросив взгляд на стол, Роман обнаружил несколько уцелевших виноградин в вазе. Он с жадностью взял их и отправил в рот. Желудок благодарно заурчал.
Роман подошел к музыкальному центру и включил радио. Слава Богу, звучала какая-то заводная песня. Он не вынес бы сейчас уныния и тоски, даже в музыке. Натягивая под ритмы песни любимые спортивные штаны, он решил, что не сможет пережить этого утра без вкуса жареной картошки.
Простая физиологическая потребность забила все остальные мысли в голове, чем он был несказанно рад. Невозможно было сейчас о ней думать. Как только в голове проносилась первая буква ее имени, предательским эхом в ушах начинали отзываться ее шаги, и становилось больно. Уже ему.
Захлопнув дверь комнаты, он направился на кухню. Оказалось, что кудесником, распространяющим запах по этажам, является Борис.
Ловко орудуя здоровой рукой над сковородкой, он был настолько поглощен процессом готовки, что не сразу заметил, как Роман вошел.
– Пахнет божественно! – Роман подошел поближе.
– О, Ромыч, доброе утро! Присоединяйся ко мне. Я один все не одолею. – Борис приветливо улыбнулся.
– Я, честно говоря, и пришел на запах. Если бы ты не предложил, я бы тебя убил и забрал добычу! – Роман улыбнулся, протягивая Борису руку для приветствия.
– Обойдемся без жертв! Садись, уже почти готово.
Роман накинулся на еду, словно голодный охотник после месяца в тайге.
Борис оказался идеальным напарником для завтрака в это утро. Ни произнеся ни слова за все двадцать минут трапезы, он словно чувствовал, что Роману сейчас не до светской беседы.
– Спасибо тебе, дружище, от души! Спас от голодной смерти в самом расцвете сил. – Роман встал из-за стола и похлопал еще жующего друга по плечу.
– Угу! – Борис кивнул головой. – Хорошего дня!
– Тебе тоже! Руку береги!
Роман вышел в коридор, понимая, что теперь уже не удастся спрятаться за обыденностью, как за стеной. Организм больше не требовал удовлетворения своих низменных потребностей, и в голове с новой силой стало вибрировать ее имя. Он достал из кармана телефон и набрал номер Макса.
– Привет! Я ждал твоего звонка! – Макс схватил трубку сразу. Роману даже показалось, что не было ни одного гудка.
– Привет! Какие планы?
– Да все такие же. Сегодня к обеду жду тебя в центре. Ресторан «Достоевский» знаешь?
– Ого! А чего это мы туда? – Роман удивленно повел бровью, представляя себе сумму в чеке за обед.
– Ты забыл что ли? Мы встречаемся сегодня с собственником помещения.
– А-а-а, точно! Макс, а платить кто будет?
– Кто-кто? Спонсор наш. Лизавета Батьковна.
– Ясно.
– И потом ничего не планируй. Мы идем к нотариусу, документы оформляем на фирму.
– Отлично. Мне сегодня нужно быть очень занятым. – Роман почувствовал, как что-то сильно кольнуло в области груди. Мимолетная боль напомнила о ней.
– Занятость мы тебе гарантируем. – Макс засмеялся в трубку. – Веселее, брат! Сегодня великий день!
– Да-да. – Роман сквозь зубы улыбнулся, почему-то не чувствуя себя счастливым.
– Жду тебя у выхода из метро в час.
– Я буду.
Роман положил трубку, но не успел спрятать телефон в карман. Он завибрировал у него в руке. Испугавшись ее звонка, он выронил его на кафельный пол. Трубка с глухим звуком ударилась о плитку и рассыпалась на детали.
Роман смахнул со лба непослушную челку и начал собирать телефон по кусочкам. Сначала выпавшая сим-карта, затем аккумулятор, затем корпус.
Через минуту экран телефона уже светился привычным неоном, оповещая о новом сообщении. «Просто хотела напомнить тебе, что мой поезд в 11.00». Отправитель – Алиса.
Роман зажмурился, мысленно проклиная себя за то, что не отключил проклятый аппарат с утра.
Теперь он уже точно не представлял, как заставить замолчать сердце и совесть.
Он еще несколько секунд вглядывался в экран, затем решительно вновь разобрал телефон на составные части и спрятал в самом глубоком кармане кожаной куртки.
До встречи с Максом еще было более двух часов, и Роман решил снять напряжение в бассейне.
Через 10 минут, бросив на лавку в мужской раздевалке свою верхнюю одежду и надеясь в глубине души, что какой-нибудь вороватый студент воспользуется его оплошностью и вытащит чертову трубку из кармана, освободив его совесть и мысли от оков этой девушки, Роман в одних плавках зашел в зал с бассейном. Как оказалось, в это время проходила тренировка женской студенческой сборной.
Десять подтянутых, словно вылепленных умелым скульптором, женских тел будоражили прозрачную воду. Девушки по очереди совершали стометровые заплывы.
Роман почувствовал на себе десяток пронзительных взглядов, от которых еще несколько дней назад у него побежали бы мурашки и которые стали бы для него сигналом к действию. Но сегодня с ним ничего не происходило. Ровным счетом ничего. Ни один нерв в его теле не дернулся при виде идеальных и полуобнаженных красоток.
Роман со злостью сжал кулаки и резко прыгнул в воду. Остудив эмоции в хлорированной воде, он быстро покинул зал.
Проклятый телефон в разобранном виде все еще дожидался своего хозяина в кармане куртки.
День начинался из рук вон плохо.
Глава 17
Не в силах терпеть наедине с собой муки совести, он приехал раньше времени и направился к месту встречи. Войдя в зал ресторана Роман слегка присвистнул. Оформленное в аристократичном стиле помещение давило на посетителя своей помпезностью и пафосом. Римские колонны поддерживали белоснежный потолок с тяжелыми люстрами. Паркетный пол скрипел под обувью, заставляя нервничать и оборачиваться, чтобы убедиться, что ничего не поцарапано и не испорчено. Тяжелые коричневые и черные портьеры обрамляли вип-ложи, скрывая за собой секреты гостей.
Услужливый официант в возрасте семенил перед Романом мелкими шагами, указывая дорогу к заказанному столику.
– Сюда, пожалуйста! – он обернулся и улыбнулся гостю. – А теперь налево.
– Спасибо. – Роман чувствовал себя неуютно в костюме с бабочкой, взятом на прокат в ближайшем торговом центре. Бабочка была завязана чрезвычайно туго, она сдавливала его горло, заставляя периодически покашливать и постоянно поправлять ворот рубашки.
– Ваш столик! – официант указал рукой на небольшой столик на четверых в одной из вип-лож. – Присаживайтесь.
Роман не успел даже прикоснуться к спинке стула, как он уже оказался позади него. Официант был вымуштрован, словно солдат. Роману ничего не оставалось, как позволить ему усадить себя за стол, будто барина.
– Выпьете что-нибудь, пока ждете своих друзей? – Роман не успел расправить на коленях салфетку, как у него перед носом оказалась винная карта ресторана. – Рекомендую в качестве аперитива вот это вино – Шато дю Корне, 5-летнее, провинция Бордо. Имеет насыщенный вкус винограда сорта совиньон и легкий ягодный аромат. Прекрасно для аппетита.
Роман поперхнулся, слушая, как этот напыщенный индюк расхваливает вино, по стоимости равное его месячному заработку.
Неожиданно в его голове возникла провокационная мысль о том, каким чудесным было бы его свидание с Алисой в этих стенах. Тончайшая, сверкающая своим воображаемым лезвием игла его совести в эту секунду безжалостно пронзила его сердце насквозь. Роман удивился, не понимая, как воображаемая игла может причинить вполне реальную и очень сильную физическую боль. В груди зажгло, защипало, что-то сдавило диафрагму с такой силой, что ему удавалось в эти секунды дышать только прерывистым и поверхностным дыханием. На лбу под челкой выступили капли пота. Не вслушиваясь больше в пространные речи официанта о том, какое вино подойдет к рыбе, а какое к мясу, он бросил взгляд на огромные старинные напольные часы неподалеку от его столика. 12.30.
Из памяти, словно фрагмент фильма, вырвалась последняя смс-ка от Алисы. «Мой поезд в 11.00».
– Боже, как же я мог…– начал еле слышно бормотать Роман, чувствуя, как проклятая бабочка на горле еще больше сдавливает его горло, – какая же я свинья…
Он посмотрел на официанта, который, не расслышав его слова, нагнулся поближе и вопросительно всматривался в посетителя.
– Я говорю, что я свинья! – Роман посмотрел на официанта, вложив в этот взгляд всю свою наглость.
– Простите? – ошарашенный официант недоумевая смотрел на него, выгнув в удивлении брови.
– Не понимаешь, да? – Роман взял в руки салфетку с колен и протер ею лицо, снова подняв взгляд на официанта. – Девушка у меня, самая прекрасная, нежная, чистая… в этот момент уезжает навсегда, а я сижу здесь, словно напыщенный индюк, не удосужившись даже проводить ее. Теперь понимаешь?
– Э-м-м, может быть, еще не поздно? – официант, явно шокированный таким поведением гостя, виновато смотрел на Романа, старательно подбирая слова.
– Точно, брат! А вдруг и вправду не поздно, вдруг поезд задержали! – Роман вскочил с места, едва не опрокинув набор дорогой посуды со стола, и, бросив последний горящий взгляд на раскрасневшегося мужчину, рванул к выходу.
Первым делом он сорвал с воротника ненавистную бабочку. Пошарив в карманах, он достал оттуда помятую пятисотенную купюру и буквально выскочил на проезжую часть перед новеньким и блестящим фордом с шашечками на двери. Оперевшись руками на капот и глядя в глаза ошеломленному водителю, Роман улыбался.
Сделав два вдоха и немного успокоившись, он обошел мащину и открыл дверь со стороны пассажирского сиденья.
– Свободен, шеф? Срочно нужно на Московский вокзал!
– Вам на погост надо, судя по вашему поведению, а не на вокзал, – таксист, пожилой мужчина с седыми висками и ухоженными руками, укоризненно посмотрел на Романа. – Ладно, садитесь, только у меня дорого.
Роман сел в машину и протянул водителю помятую купюру.
– Этого хватит?
– Вполне. Через пять минут будем.
Автомобиль с визгом тормозов сорвался с места. Как и обещал таксист, через 5 минут Роман уже вбегал в здание вокзала по крутым бетонным ступеням.
Ему было совершенно не важно, что в этот момент Макс, скорее всего, надрывает свой мобильник, пытаясь дозвониться до него, и что официант уже наверняка рассказал про его воодушевляющую речь об уезжающей девушке. Взятый на прокат костюм изрядно помялся, а непрекращающийся ветер растрепал его русые волосы.
Выбежав на перрон, Роман увидел единственный поезд. Сердце в груди бешено заколотилось. Он был уверен, что это другой поезд, не тот, совсем не тот, но надежда в душе заставляла его сердцебиение ускоряться под воздействием выделяемого в немыслимом количестве адреналина.
Он медленно подошел к информационному табло перед поездом, зажмурился, затем решительно посмотрел на него. «Санкт-Петербург – Кисловодск».
– Кисловодск… конечно, а чего ты ожидал? – Роман бормотал сам себе под нос, в то время как его пронзительные голубые глаза наполняла влага.
Засунув руку в глубокий внутренний карман, он схватил в охапку все детали разобранного на части телефона и достал наружу.
Через несколько секунд телефон уже вибрировал, не прекращая оповещать о бесконечных пропущенных от Макса, но его это не волновало. Дрожащими от волнения пальцами Роман набирал сообщение.
«Прости. Я не смог. Я не вынес бы». Роман отправил сообщение, так и не решившись позвонить ей. «Сообщение доставлено».
Начались мучительные минуты ожидания ответа. В голове началось самое настоящее восстание мыслей. «Она не ответит, конечно, не ответит. А ты бы ответил? Если бы с тобой так… Имеет полное право… Боже, какая же я свинья…»
Роман вышагивал вдоль перрона взад-вперед, с завистью рассматривая пассажиров и провожающих кисловодского поезда, которые совершенно не обращали внимания на взъерошенного молодого человека, нервно отмеряющего шагами стометровки. Наконец телефон в его руке пронзительно зажужжал. «Я знала, что так будет. Я слишком хорошо тебя узнала. Спасибо за все».
– Черт! – Роман сжал ладонь в кулак. – Знала… Сам виноват….
В эту же секунду его ловкие пальцы уже набирали ответ: «Еще рано благодарить. Все только начинается». Роман больше не хотел ничего заканчивать. На этот раз Алиса не заставила долго ждать ответа. «Я буду любить тебя даже тогда, когда все уже закончится».
Улыбка, идиотская и глупая, расположилась на его лице, словно всегда там и жила. Роман выдохнул. «Простила… любит…», – последняя мысль зазвучала в его голове, словно победный марш. Хотелось отправить ей вместо тысячи слов один только свой поцелуй, впиться в ее губы жадно и нагло, прижать ее к своей груди сильно, даже немного сильнее, чем нужно, чтобы быть уверенным, что она рядом, настоящая… теплая… родная… Увы, прижать к себе теперь он мог только телефон. Он подумал несколько секунд и набрал очередное сообщение. «Не закончится. Обещаю. Люблю».
Стоять на перроне больше не было смысла. Он посмотрел вслед отъезжающему поезду и решительно направился на улицу, к метро. После поездки на такси в кармане звенела только мелочь. Зайдя на станцию метро, Роман, позабыв уже о костюме и прочих условностях, обессилено сел на ступень эскалатора. Он прочитал ее последнее сообщение, и рука сама потянулась написать еще одно. «Позвони, когда доберешься домой. Я волнуюсь. Целую». Роман действительно волновался. Надо было учиться жить по-новому. Жить для нее и без нее одновременно. «Как я смогу защитить ее там? Как я могу быть уверен в ней? Как?» – в голове один за другим появлялись вопросы, ответов на которые он пока не знал. Она ответила. Всего две буквы – «Ок».
Часть III.
Глава 18
Он уже думал, что никогда не закончится этот бесконечный спуск в подземку. Десятки любопытных глаз встречного потока впивались в него пронзительными взглядами, пытаясь понять, как такой юноша, одетый, словно лондонский денди, растрепанный и поникший, оказался на ступенях подъемника.
Не успел он ступить на платформу бурлящей станции, как телефон в его руке залился противной писклявой мелодией. Роман вздрогнул.
– Алло! – Он зажмурил глаза, готовясь выслушать поток брани от Макса.
– И как это понимать? – Голос друга в трубке звенел, как сталь.
– Макс, мне нечего тебе ответить. Все не вовремя, извини.
– Что не вовремя? Любовное твое помешательство не вовремя! – обычно спокойный и рассудительный товарищ перешел на крик. – Ты умом окончательно тронулся? Где тебя носит?
– Я попросил официанта все тебе передать, – у Романа не было ни сил, ни желания вступать в дебаты, а тем более оправдываться.
– Короче, Ром. Я тебя уважаю и ценю, ты мой друг. Другом и останешься. Но не партнер. Извини, брат, но мы дальше без тебя. Так дела не решаются. – В трубке повисла гнетущая тишина.
– Окей. Сразу не заладилось. – Роман выдохнул.
– Давай, до связи.
В трубке раздались короткие гудки. Напряжение сковало все его тело. Он чувствовал, как незримые иголки вонзаются в каждый миллиметр его кожи. И невозможно было отделаться от этого ощущения. Спасительный поезд показался из черноты тоннеля. С трудом затолкнув свое туловище в пространство вагона, Роман, зажатый со всех сторон людьми, позволил себе прикрыть глаза, уверенный в том, что толпа не позволит ему сдвинуться с места. Он чувствовал, что погружается в глубокий сон, укачиваемый плавным движением состава, но не в силах был противостоять этой дремоте.
Очнувшись от звука резкого торможения, Роман пригнулся, чтобы рассмотреть в окно станцию. Оказалось, что он проехал только две остановки, хотя по его ощущениям прошло не меньше часа.
Только сейчас он вспомнил, что на нем арендованный костюм, который необходимо сдать обратно в бутик сегодня вечером. Решив, что продолжение поездки окончательно добьет дорогую ткань, он решил пробиваться сквозь толпу к выходу. С трудом успев выскочить до закрытия дверей из вагона, он, наконец, осмотрел себя снизу до верху. Низ брюк был безжалостно покрыт густым слоем пыли, а ботинки хранили на своей поверхности следы чьих-то ног. Рукав пиджака с правой стороны был смят, а на левом обнаружился яркий отпечаток красной помады. Не хватало нескольких пуговиц. Это был кошмар. Единственное, что могло его спасти – прачечная, на которую не было денег.
С трудом совладав с чувством гордости, он набрал номер Макса.
– Да, – голос друга на этот раз звенел от радости.
– Макс, займи денег. – Роман решил сразу перейти к сути вопроса.
– Без вопрр-осов, б-брат! – очевидно, что Макс был пьян. – Подъезж-жай к нам, м-мы там же, в До-о-остоевском.
Закончив говорить, Макс звучно икнул в трубку, сопроводив это действие заливистым смехом. Роман поспешил убрать трубку телефона от уха, опасаясь за свои барабанные перепонки.
– Буду через полчаса.
– Ждем-с. – Макс снова икнул и, забыв нажать отбой, начал о чем-то ворковать с незримым собеседником. Роман положил трубку.
Другого выхода не было. Нужно было ехать обратно. Он перешел на противоположную сторону платформы и сел в поезд, на этот раз полупустой.
Добравшись через четверть часа до уже знакомого здания пафосного ресторана, Роман несколько секунд постоял перед дверью, еще раз осмотрел свой уже далеко не идеальный вид, затем решительно открыл дверь.
Все тот же расторопный официант, увидев странного гостя, лишь слегка повел бровью.
– Позвольте, я провожу вас к вашим друзьям. – Он слегка наклонил голову и указал рукой направление движения. Роман кивнул.
Подойдя к столику, он почувствовал крепкий запах спиртного. На столе стоял высокий кувшин с русской водкой, окруженный щедро заказанной закуской. На свободных от блюд и рюмок местах в хаотичном порядке лежали какие-то бумаги, папки и набор печатей.
– А, вот и он! Наш беглец! – Макс, увидев друга, попытался привстать со стула, но степень его опьянения достигла той стадии, когда тело уже не слушается своего хозяина. Вздохнув, Макс с грохотом опустился обратно на свой стул.
– Вечер добрый! – Роман подал ему руку, краем глаза рассматривая его собеседника —большого, тучного мужчину с лоснящимся подбородком, высокой залысиной и крепким набитым животом, на котором едва не трещала по швам дорогая рубашка. От мужчины шел шлейф запахов: дорогой парфюм, запах жареной рыбы и водки.
– З-з-накомься! Альберт Борисович! Альберт Борисович – это Роман, наш партнер! Ой, пардон, уже не нн-наш. – Макс звучно загоготал. Роман повернул голову и протянул руку незнакомцу.
– Рад знакомству. Роман!
Альберт Борисович слегка улыбнулся, оголив пару золотых зубов, и крепко сжал его ладонь.
– О-очень смышленый малый! – Макс расплылся в улыбке.
– Если такой смышленый, чего ж тогда вывел его из бизнеса? – Альберт Борисович взял со стола кусок буженины и быстро отправил его в рот, издавая при этом громкие звуки.
Роман решил не дожидаться пьяной исповеди от Макса и сам ответить на этот вопрос.
– Потому что влюбленный. Любовь зла, как говорится….
Мужчина прокашлялся и понимающе закивал головой.
– Что, все так серьезно? – Он жестом пригласил его присесть.
– Боюсь, что да… – Роман кивнул ему в ответ и осторожно присел на край стула.
– Макс, налей товарищу. – Альберт Борисович бросил властный взгляд на молодого человека и поближе подвинул свой стул к Роману.
– А что, раз друг говорит, что ты толковый, возможно, ты мне сгодишься? – Мужчина беспардонно положил свою широкую и тяжелую руку на плечо Романа.
– Эм-м-м, в смысле? – Роман резко опрокинул налитую Максом рюмку жгучей водки.
– Да вот парня ищу толкового, чтобы в технике разбирался. Ты как, с начинкой железных коней дружишь?
Алкоголь разлился по сосудам Романа, освободив дыхание и успокоив сердцебиение.
– Вполне. С 12 лет ковыряюсь. Последние три года в сервисе с Максом починяем.
– Отлично. А в большегрузах как? – Альберт Борисович пронзительно впился глазами в Романа, отчего тот немного поежился.
– Да пока не сталкивался, но не думаю, что там есть что-то, что мне не по плечу.
– Ну и отлично. – Мужчина больно похлопал Романа по плечу, явно не соизмеряя силу своего удара с ожидаемым эффектом. Его рука потянулась к кувшину с водкой, остатки которой он вылил в свою стопку. Через секунду жидкость уже была уничтожена.
– Мне нужен дельный и надежный парень. Я открываю новое направление в бизнесе – аренда строительной техники, сам за всем не успеваю. Ключевое требование тут – надежный, сечешь? – Он впился в Романа жестким взглядом, которым вполне мог бы убить. – То, что ты толковый, я вижу, а вот как насчет надежности? Некрасиво ты друга сегодня подставил. – Альберт Борисович кивнул головой в сторону Макса, который внимательно вслушивался в этот разговор.
– Я подвел, не спорю. Но судить о моей надежности по одному случаю за три года нельзя. – Бросив эти слова, как упрек Максу, который потупил глаза, Роман продолжил. – Я готов на деле доказать свои способности. К тому же, если бы вы не увидели во мне того, что вам нужно, вы бы не завели этот разговор, не так ли? – Он хитро прищурил глаз и посмотрел на Альберта Борисовича.
– Ну, ты пройдоха, точно говоришь! Я в тебе сразу заприметил хватку и смекалку. – Мужчина откинулся на спинку стула и звучно засмеялся. – Ну, тогда решено, по рукам! Беру тебя, зеленого, управляющим. Пахать будешь много, денег на первых порах получать мало. Зато опыта от меня унесешь три чемодана, как бы не надорвался. Согласен?
У Романа что-то зажгло внутри, как будто его сущность в данную минуту получала второе рождение. Приятные мурашки побежали по коже. Он невольно улыбнулся, не удержавшись от того, чтобы с усмешкой посмотреть на Макса, у которого от услышанного округлились глаза.
– Согласен, я вас не подведу!
– Вот и чудненько. Жду тебя завтра в 8 утра у себя в офисе, на Ветеранов. Держи визитку. Там точный адрес и мои телефоны.
Роман взял визитку и бережно спрятал ее во внутренний карман пиджака.
– Я буду.
– Макс сказал, ты денег занять хотел. Не буду спрашивать на что. Держи вот, аванс. – Альберт Борисович, немного покряхтывая, засунул руку в задний карман брюк, достал оттуда несколько тонких, хрустящих, новеньких купюр и протянул их Роману. – Сбежать с баблом не выйдет, я тебя из-под земли достану. Так что не думай.
Роман, все еще не до конца верящий в происходящее, взял купюры со стола.
– Я не из любителей халявы.
– Тогда до завтра. Иди давай, а нам с Максом еще нужно пару бумаг обсудить по аренде.
Роман понял намек и, встав из-за стола и откланявшись, быстрым шагом покинул ресторан.
В голове было шумно. На душе одновременно радостно и страшно. Зато теперь наверняка все сложится. Будет работа – будут деньги. Значит, он сможет привезти Алису. От мысли о ней в его груди приятно потеплело. Он вдохнул вечерний питерский воздух и, довольный собой, неспешно уже направился домой.
Глава 19
Ему не спалось. Неожиданно сваливавшаяся на него удача в лице Альберта Борисовича рисовала в его воображении фантастические сцены из голливудского кино. Вот он – стильный, в дорогом костюме, с огромным букетом пионов (розы – так банально) – стоит возле своего железного коня с узнаваемым значком льва, вставшего на дыбы, на решетке радиатора. Он периодически смотрит на новенькие «Rado» за 7 штук (у.е., конечно) на своем запястье, дожидаясь ее поезда. Она выходит из вагона в том самом чудесном платье с голубыми отливами, ее волосы развеваются на ветру, пропуская сквозь локоны редкие лучи солнца, отчего ее лицо озаряет свет. Она улыбается ему глазами, влажными от подступающих слез, и бросается в его крепкие объятия. Затем он провожает ее к машине. Он держит руль одной рукой, а вторая крепко сжимает ее руку, влажную от волнения. Он привозит ее в свою квартиру на 22 этаже новой многоэтажки и, едва ступив за порог гостиной, набрасывается на нее со страстью испанского тореадора, безжалостно уничтожая голубой шелк ее наряда.
Неожиданный звук будильника прервал его бредовые мысли. Роман, как заправский солдат, вскочил с кровати, словно по тревоге. Он взял со стола визитку и в сотый раз проверил, правильно ли он запомнил нужный адрес. На спинке стула аккуратно висел арендованный костюм, отстиранный и выглаженный в прачечной. Роман решил продлить аренду еще на сутки, чтобы появиться у Алика (так он про себя стал называть своего нового знакомого) при параде.
Ровно в 8.00 он стоял перед небольшим двухэтажным зданием постройки сороковых годов, первый этаж которого занимал офис, с неприметной и забрызганной грязью вывеской САБиКо.
«Инициалы», – подумал он, прочитав название фирмы.
Роман дернул за железную ручку бронированной двери и вошел внутрь.
Длинный коридор с тусклым освещением расходился в две стороны. Роман прошел направо и открыл первую попавшуюся дверь. В маленьком кабинете с зарешеченным окном сидела уже немолодая женщина в крупных очках и с ярко накрашенными губами. Женщина посмотрела на Романа, приспустив очки на нос.
– Молодой человек, вы за актом выполненных работ?
«Бухгалтер», – подумал Роман.
– Нет, я к Али… – он слегка запнулся, – Альберту Борисовичу. Как его найти?
– А! Его кабинет по коридору налево, – женщина почему-то мило улыбнулась ему на прощание, указав рукой направление.
– Спасибо!
Роман вернулся на несколько шагов назад и повернул налево, через несколько шагов уперевшись в огромную дубовую дверь с несколькими замками. Он дернул за ручку, но дверь оказалась заперта. Тогда он слегка постучал.
Через минуту дверь со скрипом открылась, и за ней появилась миниатюрная брюнетка в строгом деловом костюме и на высоких шпильках.
– Я вас слушаю, – брюнетка мило улыбнулась, но даже и не подумала пригласить его внутрь.
– Я к Альберту Борисовичу, у нас встреча. В 8. – Роман слегка повернул голову, чтобы рассмотреть, что скрывается за фигурой секретарши.
– Проходите, пожалуйста. Альберт Борисович предупреждал о вашем визите. Вы Роман? – девушка предупредительно отошла от двери, жестом пригласив Романа пройти в комнату.
– Да, это я. – Роман шагнул в кабинет.
Он оказался в небольшом тамбуре без окна. В этой клетушке (а по-другому ее назвать не поворачивался язык) стоял потертый кожаный диван, компьютерный стол, за которым, очевидно, работала брюнетка, и журнальный столик. Сразу за ним располагалась еще одна дверь, которая, как догадался Роман, вела уже в святая святых – кабинет босса.
– Присаживайтесь. Он скоро будет. – Девушка услужливо показала на диван.
– Чай, кофе? – спросила она.
– Нет, спасибо. Ничего не надо.
Не успел Роман расположиться на диване, как в коридоре послышались гулкие тяжелые шаги и громкий голос, который что-то доказывал собеседнику по телефону.
