Текст книги "Салон «Зазеркалье»"
Автор книги: Инна Балтийская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)
ГЛАВА 11
В «Зазеркалье» я прибежала, все еще сияя от радости. Надо же, была на грани полного провала и так блестяще выкарабкалась! Но стоп, что-то здесь происходит! В салоне не оказалось никого, кроме администраторши. Дайга подозрительно взглянула на меня и тихо спросила:
– Полина, что такое… вот тут у меня записано… «сати… сатисфакция»? Сумкин у меня потребовал сати… ну, это слово. А я по-русски не слишком хорошо понимаю.
Бедная латышка! Сатисфакция, правда, слово совсем не русское. Но подозреваю, основные уроки великого и могучего, равно как и других языков, у администраторши еще впереди. Сумкин оказался образованным психом, так что за время общения с ним Дайга и в лингвистике поднатореет.
Вот уже несколько дней психотерапевт не появлялся на работе. Мы с Дайгой уже было успокоились и все ему простили, главным образом потому, что он пока не нажаловался хозяйке. Похоже, рано мы радовались. Но веселиться так веселиться:
– Сатисфакция – это удовлетворение. Он хочет, чтобы ты его удовлетворила. Как ты думаешь, на что это он намекает?
– Ну уж нет! – возмутилась Дайга! – Пусть сам себя удовлетворяет!
Непристойное предложение потрясло нашу администраторшу до самой глубины благопристойной души. Она выпрямилась во весь свой гигантский рост и без стука вломилась в кабинет психотерапевта. Остановить ее я не успела. Уже сожалея о вырвавшейся шутке, я на всякий случай отошла подальше. И не напрасно. Из кабинетика раздался знакомый вой. Затем зазвенело разбившееся стекло, и из двери, как ядро из катапульты, вылетел Сумкин, сопровождаемый собственным визгом.
– Вы мне хамить будете?! Я вам… Я вас с песком сравняю! – несколько не в тему пригрозил он.
Почему не с землей? К счастью, этот вопрос застрял у меня в глотке. Ни к чему дразнить и без того разъяренного психотерапевта.
Ой! Из кабинета показалась абсолютно мокрая Дайга. Вода стекала с ее светлых волос, капала с зеленого расписного платка, хлюпала в нарядных туфлях.
– Дегенерат! – злобно ругалась наша Снежная королева. – Я тебе покажу, как вазами кидаться! Сегодня же в полицию заявление напишу! Мало того что с неприличными предложениями приставал, так еще и тяжестями бросается! Тебя за хулиганство посадят, ур-р-род!
Последних слов Сумкин уже не слышал. Он выбежал из салона, впервые в жизни позабыв запереть кабинет. Дайга, продолжая что-то ворчать себе под нос, выжимала промокшую одежду.
– Пропали туфли! – всхлипнула она, вытряхивая из «лодочек» воду. – Смотри, какими полосами пошли!
Зеленые лодочки и впрямь покрылись странными желтоватыми разводами. Судя по всему, произведены они были все в том же Китае, значит, «для обильного полива» не предназначались.
Эх, опять я кругом виновата! Ну кто меня дергает за язык? Объяснила бы по-человечески, что имел в виду Сумкин! Дайга, конечно, все равно разозлилась бы, но на Сумкина бы не напала. А так – туфли испорчены, насморк бедняге гарантирован, ей ведь до вечера сидеть в холодном подвале, а одежду высушить негде. Психотерапевт оскорблен до глубины души, того и гляди новую пакость учинит.
Я молча помогала администраторше спасать одежду. Внезапно, взглянув на приоткрытую дверь сумкинского кабинета, я ощутила знакомый сыскной азарт. И осторожно предложила:
– А давай посмотрим, что у него там? Хоть поймем, врач он или, наоборот, пациент? Может, он из психушки сбежал? Тогда наш гражданский долг – вернуть его на место!
В нормальном состоянии Дайга скорее отрезала бы себе руку, чем заглянула в чужой кабинет и порылась в чужих вещах. Но врожденная честность дала течь вместе с обувью. Слабая надежда прищучить Сумкина оправдывала импровизированный обыск. Мною же двигало обычное любопытство. К тому же в коридоре мы остались одни. Клиентов, видимо, распугал недавний ливень. Вторая гадалка Кларисса, работавшая в мою смену, во время потасовки с обливанием выглянула было на мгновение из своей комнатки, но, завидев визжащего Сумкина, тут же метнулась обратно – от греха подальше. Вряд ли она в ближайшем будущем выползет в коридор. Так что свидетелей незаконного вторжения нет и не предвидится.
Боязливо оглядываясь и для храбрости взявшись за руки, мы с Дайгой впорхнули в чужой кабинет и торопливо затворили за собой дверь.
Честно говоря, обитель сумасшедшего психотерапевта представлялось мне чем-то вроде большой берлоги, где всюду разбросаны объедки, обрывки бумаги, а то и человеческие косточки. Но кабинетик сиял чистотой. На столике не валялось ни соринки. Ничего себе, рабочее место! На моем гадальном столе «живут» три различные колоды карт, два хрустальных шара, куча разных записок, толстенный потрепанный блокнот. Да, еще, кажется, пудреница и расческа, я их сегодня утром в своей сумочке не обнаружила. А что касается дома… Ох, такого идеального порядка у меня не бывает даже перед приходом гостей.
Дайга решительно двинулась к небольшому светлому шкафчику, притулившемуся возле стены. Распахнула стеклянную дверку и выхватила тоненькую пластиковую папку.
– Гляди-ка, у него и впрямь клиенты бывают! Ага, вот тут инициалы записаны, даже даты проставлены, – с нескрываемым удивлением протянула она. – А это что есть такое? – от изумления латышка даже начала коверкать русский язык.
На стол упала фотография. Я взяла ее в руки. О, да! С большого цветного фото на меня смотрела настоящая красавица. На вид девушке было не больше двадцати. Она немного напоминала Ирину Алферову в молодости. Огромные карие глаза, нежный овал лица, каштановые волосы, изящными локонами спадающие на плечи… Я залюбовалась незнакомкой. Дайга подошла сзади, решительно выхватила снимок из моих пальцев и перевернула на обратную сторону. Там красовалась каллиграфически выведенная черной тушью надпись: «Витюше от Катюши на долгую память».
Я так и села – на кстати подвернувшийся стульчик. Если Витюша – это наш Сумкин, то я, похоже, ничего в этой жизни не понимаю. Ну что же это происходит, граждане дорогие? Али мужики в Латвии повывелись? Нет, я все понимаю, половина в тюрьмах сидит, из оставшейся половины отнимаем алкоголиков и импотентов. Да, еще части господ надоело считаться сильным полом, и бедолаги подались в «голубые». Но кто-то, кроме Сумкина, среди мужского поголовья еще остался! Впрочем, окажись буйный дядя последним сыном Адама на Земле, я бы и тогда не стала с ним встречаться. Лучше уж остаться старой девой (не дай Бог, конечно). А эта Катюша – такая красавица!
Я еще минуту поразмышляла о странностях судьбы. Неказистая провинциалка Лена находит себе привлекательного, богатого и образованного жениха. А обворожительная Катюша – такого вот Сумкина.
Что ж, каждому свое. Может быть, Ленуся еще упустит свою птицу счастья, с моей помощью, конечно. А пока задача-минимум – хоть как-то отомстить за промокшую Дайгу. Записи о клиентах трогать не хочется. Во-первых, потом шуму не оберешься, во-вторых – бедные люди и так пострадали, попав к Сумкину на лечение, зачем их еще сильнее травмировать. Ага, придумала! Я отняла у Дайги фото красотки и решительно бросила в сумочку. Когда-нибудь подброшу обратно. А пока пусть психотерапевт объяснит своей Катюше, куда девал памятную фотку! Отольются кошке мышкины слезки.
Клиенты до вечера так и не появились. Я тихо сидела в своем закутке и обдумывала предстоящий разговор с Леопольдом Денисовичем. Может, опять пугнуть беременностью «сестры»? Нет, кот Леопольд – старый опытный зубр, его простой беременностью, пожалуй, не возьмешь. То есть испугаться-то он как раз может, но не моральной ответственности, а того, что алименты платить придется. И поэтому начнет все отрицать. Мне же нужна правда.
Придумала! Немного усложним представление.
Вырубов жил в микрорайоне Плявниеки, довольно далеко от нашего «Зазеркалья». Когда я добралась до нужного здания, натикало почти девять вечера. Наверняка мой котик уже в норке. Вот я его и накрою. Я поднялась на третий этаж и решительно позвонила. В ответ – ни звука. Только не говорите мне, что я приехала в такую даль напрасно! А может, у Леопольда Денисовича вечерний сон? Я вжалась в зеленую кнопку всем телом. Не отступлю, пока плечо не онемеет.
Через несколько минут в квартире послышались тяжелые шаги. Дверь распахнулась так резко, что я едва успела отскочить в сторону. На пороге возник плечистый мужчина лет пятидесяти. Он, как пень, стоял на пороге, не произнеся ни слова, только сурово впился в меня глубоко посаженными глазами под набрякшими веками. Ну ничего, сейчас познакомимся.
– Разрешите пройти? – я буквально грудью проложила себе дорогу в прихожую.
Хозяин, видимо от удивления, попятился, но через несколько шагов снова остановился, загораживая проход в комнату.
– Я сестра Лены Усольцевой, только что приехала из Даугавпилса, – завела было я привычную песню, но мужик зашикал на меня, словно разъяренный кот.
Минуту спустя я поняла, что действительно пришла не вовремя. Из комнаты показалась головка юной девушки. Все ясно, котик окучивает очередную студентку. А я, значит, должна потратить на этого Казанову еще один летний день? Собственно, почему я должна отступить?
– У меня нет секретов от народа! – я немного повысила голос. – Я могу и на весь ваш дом прокричать! Хотите?
Бывший мент стал мрачнее тучи. На мгновенье я подумала, что он возьмет меня за шиворот и выкинет в окошко. Но нет, радушный хозяин затолкнул меня на крохотную кухню, прикрыл за собой дверь и прошипел:
– Говорите, что хотели, только тихо!
– Лена покончила с собой. Из-за вас! – мой театральный шепот наверняка разносился по всей квартирке. – Она забеременела от вас и не смогла перенести позора! Завтра вскрытие. Я просто пришла взглянуть вам в глаза!
Господин Вырубов опешил. Он смотрел на меня, усиленно моргая, в голове явно проходила серьезная работа. Мне показалось, будто я вот-вот услышу скрежет туго проворачивающихся шестеренок. Наконец, мыслительный процесс приостановился, и мужик заговорил:
– Девушка, вы ошибаетесь. У нас с вашей сестрой интима не было! Она забеременела от кого-то другого!
– Как это не было?! Мне в деканате вашего института рассказали, что вы заразили Лену нехорошей болезнью. А теперь вы мне прямо в глаза лжете, якобы у вас была только чистая дружба? Получается, моя сестра оказалась гулящей девкой? Я буду настаивать на анализе ДНК – вашей и неродившегося ребенка. Я в суд подам!
– Милочка, да зачем мне вам врать? – взмолился преподаватель, от волнения забыв о необходимости говорить шепотом. – Лене это уже ни помочь, ни повредить не может. Я бы во всем признался, но поймите, не мой это ребенок! Я на Лене жениться хотел. И знаете, что оказалось? Пока ваша сестра со мной встречалась да невинность изображала, с тем жутким студентом она жила как с мужем! Еще и заразила его чем-то. Наверняка от него и понесла. Хотите, я вам завтра же его адрес достану?
Ну вот и все, круг замкнулся. Вряд ли в такую минуту Леопольд Денисович станет врать. Значит, Лена действительно обвела вокруг пальца обоих кавалеров. Только вот забыла поговорку о двух стульях, на которых долго не усидишь, седалища не хватит.
Ничего не ответив, я развернулась и двинулась в коридор. Хозяин топал сзади, продолжая бурчать что-то про сплетни, девичью честь, обещая адрес блудливого студента и прочие совершенно уже неинтересные мне вещи. Я вышла из квартиры и с треском захлопнула за собой дверь.
Уже на улице я немного успокоилась. Нельзя сказать, что день потрачен зря. Ага, не забыть бы выключить карманный аппаратик! Дам завтра Раймонду прослушать запись, пусть порадуется. Его невеста оказалась чиста, как свежевыпавший снег, так что можно готовиться к свадьбе.
Конечно, рассматриваются и другие варианты. Например, тот, что предложила я. Но раз Раймонд такой упрямый… К тому же, похоже, Роланда мне все равно не отыскать.
ГЛАВА 12
В центр города я приехала уже в десятом часу. Солнце опускалось к горизонту, и небо было таким прозрачно-лазурным, что я остановилась посреди оживленной улицы, любуясь закатом. Домой ужасно не хотелось. Я медленно пошла по направлению к троллейбусной остановке, затем, поддавшись импульсу, свернула в сторону. Погуляю часок, тогда и поеду!
Я брела по центральным улицам. Народу вокруг было немного, в основном раздавался смех счастливых парочек. А мне вот не с кем пройтись по вечерней Риге. Где вы, мои поклонники, где ты, мой принц на белом «мерседесе», ау! Внезапно я остановилась. Ноги принесли меня к фитнес-клубу, куда недавно заходили мы с Леной.
Зайти, что ли, освоить тренажеры? Вот слеплю себе фигурку Шварценеггерши, все мужики мои будут! Заодно узнаю, когда клуб посещает Лора. Интересно же, как подействовали пилюли для похудения. Госпожа крупье и так смахивала на шумящий от ветра камыш. А теперь, наверное, на тренировки ходит обычный скелет.
Я бодро побежала на второй этаж. В тренажерном зале три мужика истязали штангу и гантели. Женщин не обнаружилось вообще. В углу скучал перекачанный тренер – молодой гигант с бритой головой. Я заплатила за час занятий, подошла к тренеру и попросила показать несколько упражнений для груди. Она у меня маленькая, первого размера. Как бы добиться третьего или хотя бы второго?
От моих шуток детинушка поначалу оторопел. Какое-то время он сосредоточенно прикидывал: издеваюсь я над ним, кокетничаю или без затей предлагаю себя на Ночь? Не придя, похоже, к однозначному выводу, на всякий случай дежурно улыбнулся и принес несколько небольших гантелек. Пока мы с ним на пару старательно качали торс, я осторожно расспрашивала о посетителях клуба.
– Много женщин к вам заглядывает?
– Да побольше, чем парней. Чтобы сюда мужик пришел, он должен быть сильно повернут на здоровье или на красоте. А бабы все на внешности зациклены.
– Надо же, как я отстала от жизни. Второй раз в жизни сподобилась. И то, честно признаюсь, хотела застать тут одну знакомую. Мы с ней вместе учились, а теперь все встретиться времени не хватает. Я ей недавно звонила, вот она и рассказала про ваш клуб. Это единственное место, где мы сможем пересечься. Вы, наверное, ее знаете – такая высокая, очень худая, крупье в казино работает?
Тренер Лору знал, правда, не по имени, а только в лицо. Обычно она ходила в клуб по будням с утра, в субботу – после обеда. Но за последнюю неделю не появилась не разу. Может быть, заболела?
– Ой, надо ее навестить! – всполошилась я. – Прямо сейчас позвоню.
Я достала мобильный и набрала собственный номер. Естественно, в ответ раздались короткие гудки.
– Болтает с кем-то, – сокрушенно вздохнула я. – Ничего, позвоню еще. Я в кои-то веки свободна, прямо сейчас бы и заехала.
Мы продолжили занятия. Теперь я уже недвусмысленно заигрывала с мужиком. Мы познакомились. Артем, по его словам, оказался большим любителем блондинок с маленькой грудью, как раз первого размера, не больше. Я же щебетала, что о-бо-жаю накачанных парней. А уж у Артема фигура… ну просто идеал красоты. Через полчаса мы решили провести завтрашний вечер вместе. Тренер, правда, не прочь был провести вместе и сегодняшнюю ночь, но я, узнав, что он освобождается только через час, в полночь, сразу посетовала, мол, завтра очень рано вставать. Так что лучше сегодня я заеду к старой подруге Лоре, а уж завтра мы встретимся пораньше и… Я подмигнула, Артем плотоядно оскалился в ответ.
Каждые десять минут я исправно звонила по своему номеру, все больше огорчаясь по поводу коротких гудков. Тем временем оплаченный час занятий неумолимо подходил к концу.
– Наверное, что-то с линией случилось. А может, Лора с температурой лежит, а ее кошка сбросила трубку на пол? И у бедняжки просто сил нет встать? Тема, солнышко, будь ангелом, дай мне адрес, я к ней сейчас и подрулю. А тебя я завтра отблагодарю!
Я постаралась вложить во взор всю возможную томность, сильно опасаясь, что рот вопреки моей воле скривится. За какой-то час Артем надоел мне так, как некоторые и за всю жизнь не наскучат. Но, похоже, я ничем не выдала истинных чувств, поскольку парень тут же метнулся к блондинке-администраторше. Уж не знаю, что он ей наплел, но через пару минут они вместе склонились над журналом регистрации. Еще через минуту Артем вернулся.
– Адрес у клиентов мы обычно не спрашиваем, есть только номер ее мобильника. Дать, что ли, или ты по нему как раз и звонишь?
– Нет, что ты, я набираю городской, – быстро ответила я. – Продиктуй мобильный, может, хоть он работает.
Быстро записав вожделенный номер прямо в память своей трубки, я спохватилась:
– А это точно та Лора, которую я ищу? Ты фамилию-то уточни!
Артем опять подошел к блондинке у входа и через полминуты вернулся.
– Лариса Смирнова. Она?
– Она, – подтвердила я, не имея никакого представления о настоящей фамилии Лоры.
Остается надеяться, что в этот фитнес-клуб ходит не так уж много молодых истощенных женщин по имена Лариса, поэтому Артем не ошибается.
Я попрощалась и пошла было к выходу.
– Эй, а свой телефончик-то оставь! – вскинулся тренер.
– Записывай! – я быстро прокричала набор из первых пришедших в голову цифр. – Жду звонка!
Послав парню воздушный поцелуй, я вихрем слетела с лестницы. Посмотрела на часы. Нет, начало двенадцатого – не лучшее время для визитов. Ничего, утро вечера мудренее. Вот приду завтра в «Зазеркалье», сразу же позвоню. А пока наберу-ка я Раймонда. Пусть встречает меня после работы, забирает диктофон с ценными интервью.
Утро в «Зазеркалье» выдалось оживленное. У столика администратора собрались три наши гадалки, периодически оттуда доносились взрывы здорового хохота. Дайга зачитывала письмо из зоны, примерно такого содержания: «Дорогая Эсмеральда! Прочел в газете о твоем могуществе. Я отбываю двадцатилетний срок в заключении за изнасилование с убийством. Через пять лет выхожу на свободу, но там меня никто не ждет, и жить мне негде. У меня педикулез, гайморит, геморрой, простатит, половое бессилие… Приворожите мне, пожалуйста, какую-нибудь женщину, чтобы носила в колонию передачи и ждала меня на воле. Увы, денег у меня пока нет, но, когда выйду, женюсь, на работу устроюсь – просто озолочу!»
Я тоже фыркнула, невольно оглядываясь через плечо на кабинет Сумкина. Дождавшись, когда гадалки разошлись по местам, спросила: нет ли вестей от психотерапевта? Известий пока не было, Сумкин в салоне не появлялся. Может, боится Дайгу, мелькнула озорная мысль. Хотя, скорее, обдумывает очередную пакость. «Я мстю, и мстя моя страшна!» Впрочем, главное, чтобы до хозяйки не дошло. А то неизвестно, чью сторону она примет. Что ей дороже – субарендная плата или подчиненные? Выяснять этот вопрос на практике как-то не хотелось.
Я ударным методом сняла порчу с двух бабок и, оставшись наконец в одиночестве, набрала Лорин номер. «Абонент не отвечает или временно недоступен», – отчеканил механический женский голос на латышском и английском языках. Опять облом!
Вообще-то для моего расследования Лора не особенно нужна, но очень уж интересно: что ей всучила Лена? Ничего, дождусь Раймонда и попробую убедить его, что загадочный магистр Роланд – последний шанс отвертеться от женитьбы. Заодно совру, будто выйти на Роланда можно исключительно через Лору. Потом скажу – извини, друг, ошибочка вышла. Даже великие сыщики порой берут неверный след.
Ох, надо бы мне научиться придерживать язычок. Именно из-за него кавалеры у меня не задерживаются. То есть парни мгновенно западают на невысокую блондинку, такую хрупкую, женственную. Пока я смеюсь над собой, они благосклонно внимают, но рано или поздно мой язык срывается с привязи и я отпускаю забавную шпильку в их адрес. То есть это мне кажется, что забавную, а парни оскорбляются. И быстро делают ноги.
Долгое время моей мечтой было найти мужчину с хорошим чувством юмора. Но время шло, и я поняла: такие мужчины в Риге не водятся. А может, это у меня с чувством юмора проблемы? Но я уже не девочка, поздно мне меняться. К тому же даже лучше, что претенденты обжигаются сразу. Хуже будет, если парень потерпит-потерпит, а потом, когда я к нему привяжусь, а то и полюблю, даст задний ход. Все, мол, гражданочка, ваши шутки мне не по нутру, а потому – пишите письма мелким почерком!
Раймонд приехал ровно к пяти, как договаривались. Не знаю, как с юмором, но с пунктуальностью у него полный порядок. Мы по привычке отправились в соседнее кафе. Там я передала ему диктофон, заодно в двух словах пересказала содержание записей. Еще полчаса заняли мои рассуждения о Роланде как о последнем шансе избежать свадьбы.
– Я уверена, дело нечистое! – горячилась я. – Странный слоник-амулет – знак колдуна. Да с каких щей Лене было знакомиться с Лорой? Сам говорил, она целыми днями дома торчит, а тут не поленилась гантели тягать?
Я сама чувствовала, что доводы звучат неубедительно. Раймонд тут же подтвердил мои опасения.
– И что, все твои умозаключения о тесной связи Лены и Роланда основаны на злосчастном слоне-кулоне? – ехидно спросил он. – Не хочу тебя огорчать, но, по-моему, ты давно не заглядывала в рижские магазины. В самой захудалой галантерее ты увидишь кучу разных кулончиков в виде слонов и верблюдов, причем любых цветов. Думаешь, это все проделки Роланда?
– О чем мы спорим? – с досадой спросила я. – Если ты считаешь, что расследовать больше нечего, так и скажи. Я, кстати, в сыщики не просилась. Будем считать, что Лена невинна, аки агнец.
Этот вариант Раймонду тоже почему-то не приглянулся. Никак на него не угодишь. Он решительно потребовал, чтобы я продолжала слежку. Какая-то загадка в поведении его невесты, безусловно, существует. Только вряд ли она связана с колдунами. Или, может, у меня припасены другие доказательства противоестественной связи?
– Есть доказательство! Мое ясновидение! – не выдержала я. – Ты забыл, где Я работаю? Так что давай все же узнаем адрес Лоры! – уже без особой надежды попросила я.
– Ну-ка, в какой сети у нее зарегистрирован номер? У мобильного оператора «Теле-2»? Не дадут они ее адреса, и не надейся. Любые сведения об абонентах предоставляются только по запросу полиции. Но ты же знаешь фамилию Лоры. В телефонную книгу заглянуть не пробовала?
– Ты представляешь, о чем говоришь? – искренне возмутилась я. – Я вроде упомянула, что она Смирнова? А Смирновых в Риге обитает не менее трехсот. Почему-то эта фамилия встречается даже чаще, чем Иванова. Как ты думаешь, столько месяцев мне понадобится, чтобы обзвонить все номера? А потом окажется, что в квартире у нашей Лоры телефона вообще нет. Я, конечно, могу начать обзвон хоть сегодня, но тогда на слежку за твоей невестой времени точно не останется.
– Ты, вроде, о ясновидении что-то твердила, или я ослышался? – в тоне Раймонда явственно звучала насмешка. – Вот и воспользуйся им ради хорошего дела.
