Текст книги "Салон «Зазеркалье»"
Автор книги: Инна Балтийская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)
ГЛАВА 3
Всю неделю, вплоть до самых выходных, я и не вспоминала о злополучном юристе. В эти дни в нашем «Зазеркалье» явно открылся филиал дурдома.
В понедельник вечером администратора Дайгу атаковали сразу несколько старушек странного вида. Не успела я выглянуть из своей каморки, как одна из бабок, с головы до ног замотанная в бесформенную шаль, с радостным воплем бросилась мне на шею:
– Только вы мне поможете! Все вокруг проститутки! В школе работают проститутки, в детсадах проститутки, даже в больницах одни проститутки! А у вас лицо честное, вы мне должны порчу снять! Бесплатно!
– Нет-нет, я тоже проститутка! – в ужасе я замахала руками. – Я очень дорогая проститутка, я бесплатно не работаю!
Но бабуся не унималась. Она принялась осыпать меня проклятиями, перемешанными с призывами немедленно ей помочь. Затем проворно скинула шаль, бросила ее прямо на пол и плюхнулась сверху, угрожая, что пока чертова проститутка не снимет порчу, она из салона ни ногой. Но тут зашел очередной посетитель-мужчина, и я с рыданиями кинулась к нему. Вняв моим мольбам, он подхватил бабку на руки и вынес на улицу.
Я вздохнула с облегчением, но тут администратор записала ко мне на прием очередную бабушку. Та была одета поприличнее и проституткой меня не обзывала, но радовалась я этому факту недолго.
– Деточка, у меня в квартире уже больше месяца живет астральное тело. Я сначала даже обрадовалась: думаю, будет с кем поговорить, а то одна как перст. А теперь оно чтой-то пугать меня начало…
Признаюсь, мне тоже стало не по себе. Как раз на днях читала в газетах, что у нашей рижской психушки огромные долги перед государством – за свет, газ, социальный налог и тому подобное. Вместо того, чтобы войти в положение, наше министерство с упорством маньяка требует, чтобы психиатры заплатили долги и спали спокойно. А психбольница – не то заведение, где водятся деньги. Хирурги, гинекологи, травматологи как-то выкручиваются, оказывают пациентам платные услуги. А что с психов-то возьмешь, кроме анализов? Уволили пару стрелочников-главврачей, но денег от этого не прибавилось. И очередной начальник психушки уже сообщил прессе: поскольку нет средств ни на соцналог, ни на зарплату врачам, ни на лекарства, придется освобождать койки. Причем выпишут даже тех, кому совсем не повредило бы лечение. Похоже, он выполнил свою угрозу, большинство коек уже освободилось. А их бывшие обитатели стройными рядами отправились в гадальные салоны. И что мне прикажете с ними делать?
– Бабушка, а вы к врачу не обращались? Ну, к терапевту или к невропатологу? – осторожно поинтересовалась я.
– Доченька, так советовалась, советовалась я с нашим семейным терапевтом. А он, ирод, в дурдом меня направил! Даже Роланд, ну, чье тело у меня живет, и тот удивился.
Надо же, у тела даже имя есть. Я-то думала, что галлюцинации безымянными ходят или, по крайней мере, забывают представляться. Но эта оказалась особенно вежливой, прямо-таки привидение-джентльмен.
В общем, дело было так. Незадолго до начала видений бабку занесло на курсы белой и черной магии. Несчастная старушка отдала почти всю пенсию за занятия, от которых ее и без того слабая крыша окончательно отъехала. Жгучие очи магистра Роланда произвели на бедняжку слишком сильное впечатление. Сначала она начала слышать голос мага в троллейбусе, потом в собственном, пардон, сортире, затем ее стал преследовать его пронзительный взгляд, а теперь и сам Роланд в виде астрального тела нахально поселился в ее комнате.
Я посоветовала бабульке записаться ко мне на три сеанса снятия порчи, а потом оправиться в православный монастырь за пределами Риги – отмаливать грехи. Узнав цену сеансов очищения, старушка совсем загрустила.
Немного попричитала, мол, лучше сразу поедет в монастырь и, охая, выползла из салона. А мне припомнился позавчерашний мужичонка, который видел у меня на плечах кочан капусты… или баклажан? Кажется, он тоже ходил к этому же черно-белому магу. Однако! У маэстро Роланда люди, похоже, сходят с ума пачками. Учитывая бедственное положение нашей медицины, его семинары надо срочно запретить, как крайне разорительные для государства!
От размышлений меня отвлекла Алиса, наша хозяйка. Она ворвалась в мою каморку и радостно объявила, что с сегодняшнего дня половину нашего подвала снимает известный психотерапевт Виктор Сумкин. А нам от этого двойная выгода: во-первых, новый субарендатор берет на себя две трети общей платы, во-вторых, если клиент попадется явно неадекватный, его можно тут же отсылать к замечательному коллеге. А раз это соседство принесет нам так много хорошего, то на мелкие неудобства можно закрыть глаза.
«Мелкие неудобства» означали, что будет занята единственная комнатка, где мы могли спокойно съесть принесенные из дома бутерброды и выпить чая. Теперь нам придется обедать прямо на рабочем месте, на крошечном столике среди карт, свечек и икон. Ну что же, с начальством не поспоришь!
Думаете, господин Сумкин не понравился мне только потому, что сильно осложнил быт? Вовсе нет. Какой-то он был плюгавенький, росточком ниже меня (а я далеко не великан, всего-то метр шестьдесят, среди пригорков и не заметишь). Одет в серый клетчатый пиджачок, явно знавший лучшие времена. На шее тугим узлом завязан толстый коричневый шарф, похоже, из чистой шерсти. Я все понимаю, в нашем подвале холодно, но на улице все же лето! К тому же писклявый голосок психотерапевта действовал на нервы, как жужжанье комара. В общем, многие наши безумные клиенты выглядели куда как приличнее.
«Надо же, насколько форма не соответствует содержанию!» – подивилась я. Почему-то психотерапевты всегда казались мне очень даже представительными гражданами. По крайней мере, в голливудских фильмах они выглядели несколько иначе. Правда, там и полицейские, и пожарники, и хирурги – все не похожи на соотечественников.
Но через секунду я забыла о нестандартном докторе, потому что ожил мой мобильный. Звонил Раймонд.
– В субботу в пять вечера встречаемся в китайском ресторане. Только учти, я твой кузен, постарайся ни на секунду этого не забывать!
Теплым субботним вечерком я лучше погуляла бы по побережью Юрмалы. Но делать нечего, раз уж взялась за гуж… Без десяти пять я, как часовой на посту, стояла перед входом в ресторан. Чтобы, Боже упаси, не вызвать лишних подозрений, оделась я на редкость скромно – легкий синий ситцевый сарафанчик, купленный на Центральном рынке, китайские белые босоножки без каблука. Впрочем, слишком дорогой и модной одежды у меня и не было. А облачаться в единственное нарядное серебряное платьице ради первой встречи с соперницей не хотелось. Подводить глаза принципиально не стала, лишь слегка тронула перламутровым блеском губы. В голове мелькали злорадные мысли: «Посмотри-ка, красавчик, даже без супернарядов и макияжа я получше твоей невесты буду!»
– Привет, Полька! – занятая своими размышлениями, я даже не заметила, как ко мне подошли. – Знакомься, моя невеста Лена.
Я чуть не подпрыгнула. Да, беременность мало кого красит. Но не всех же так уродует! При взгляде на щупленькую фигурку пигалицы с надутым круглым животом вспоминался удав, проглотивший громадный мяч. Близко посаженные глазки глубоко запали, а неровные черные «стрелки» безжалостно уменьшали их в размерах. Мелкое личико отнюдь не украшали коричневые пигментные пятна. Все это великолепие глупая девчонка щедро замазала тональным кремом, присыпала пудрой, но на жаре крем скатался, а штукатурка местами потрескалась и отвалилась. На голове невесты Раймонда торчала шапка мелких кудряшек, модель «взрыв на макаронной фабрике». Похоже, наша невеста сделала химическую завивку по последней моде семидесятых. Может, в провинции время остановилось? Увы, пышная шевелюра делала и без того мелкое личико совсем микроскопическим.
В моей душе шевельнулось раскаяние. И вот с этой бедняжкой я собралась соперничать?
Мы прошли в ресторан. Пока Раймонд, тщетно изображавший оживление, заказывал разные вкусности, я пыталась вести с Леной непринужденную светскую беседу. Это оказалось крайне утомительным занятием. Ко всем прочим бедам, счастливая невеста оказалась на редкость нервной особой. Она резко оборачивалась на любой шорох, вздрагивала, услышав за спиной шаги официанта. А когда в соседнем зале разбился бокал, девушка аж на полметра подскочила на стуле. Все остальное время она сидела с каменным лицом, не проронив ни словечка, даже не попробовав, по-моему, ни кусочка экзотических яств.
Разговор не клеился. Рассказав два-три анекдота, Раймонд замолчал. После этого парочка старательно изображала каменных истуканов с острова Пасхи. Убив с ними около часа, истратив весь запас занятных историй из «московской студенческой жизни», потом, ввернув с отчаяния еще пару баек про своих рижских кавалеров, я почувствовала сильную головную боль. Ну вот, доигралась – мигрень! Теперь все выходные промучаюсь. И ради чего я терплю эту пытку? В конце концов, ни Раймонду, ни тем более этой ужасной Лене я ничем не обязана. Даже спортивный азарт меня теперь не подстегивает, слишком уж непривлекательной оказалась невеста. Я уже хотела поблагодарить парочку за приятный вечер и быстренько слинять, как Лена, внезапно оживившись, попросила проводить ее в туалет.
В отделанном красным кафелем евро-сортире она резко привалилась к стене. Я бросилась было ей на помощь, но Лена, изобразив на крошечном личике гримасу, которая, вероятно, означала приветливую улыбку, начала радостно щебетать. Она так рада, что наконец-то в Риге у нее появилась подруга, а то сидит, бедная, дома одна, Раймонду-то вечно некогда. А беременность проходит трудно, всякие мрачные мысли в голову лезут… У нее и до этого жизнь была невеселая, что в провинции делать? Даже парней приличных нет.
Она болтала и болтала, не делая пауз и явно не собираясь останавливаться. Вот ведь прорвало, подумала я. То битый час сидела пень пнем, а тут ведь и не заткнешь. Может, это болезнь такая, что-то вроде недержания речи? Как попадает человек в общественный туалет, так и начинается словоизвержение! Ладно, я не психиатр, пусть Раймонд сам со своей суженой разбирается.
Я уже собралась прервать поток сознания новой подруги, но тут она сама, сделав долгожданную паузу, выдала:
– Давай завтра сходим с тобой куда-нибудь? Раймонд не будет против. Ну, хотя бы в фитнес-клуб. Рядом с моим домом как раз есть подходящий.
Ага, картина Репина «Приплыли». На седьмом месяце этой ненормальной нужен именно фитнес-клуб.
– А ты у врача спрашивала, тебе физические нагрузки не вредны?
– Что ты, совсем наоборот! – встрепенулась Лена. – Врач сказала обязательно заниматься спортом. Иначе у ребеночка начнется кислородное голодание. Я ведь почти не двигаюсь. Мне Раймонд дома ничего делать не позволяет, к нам домработница ходит. Впрочем, в клубе же личный тренер есть, он объяснит, что мне можно, а чего нельзя.
Ладно, продолжу свою детективную деятельность. Впрочем, я все равно не сумела бы придумать, как отказаться. Ну, предположим, скажу, что завтра занята. Так придется через неделю идти! Не подводить же Раймонда, выложив его невесте всю правду!
И потом, в моей душе зародилось сочувствие к бедной дурочке. Думала, жар-птицу за хвост ухватила: рижанин с отдельной квартирой, к тому же молод, хорош как бог… А теперь сидит в такую жарищу дома, одна-одинехонька, ни подруг, ни родственников. Тут еще беременность с ее токсикозами. И даже посоветоваться не с кем. Вот вам и разгадка постоянных истерик! Так что сделаю доброе дело, сопровожу беременную невесту в фитнес-клуб. Авось, в следующий раз сама туда дорогу найдет.
ГЛАВА 4
Воскресенье выдалось особенно теплым: не тучек на небе, ни ветерка. Не поехав с подружками на море, я, ругая себя за мягкотелость, потащилась с Леной в фитнес-клуб. Первым делом подошли к тренеру.
Выяснилось, что упражнений для беременных крайне мало и, на мой взгляд, их намного удобнее выполнять дома. Но Лена с завидным энтузиазмом взялась за дело. Мне трудиться не захотелось. Я с тоской сидела на скамеечке и глядела в огромные окна, за которыми светило яркое июньское солнышко. Вдруг маленькая гантелька выпала из рук беременной. Я проследила за Лениным взглядом: в зал вошла высокая девушка, показавшаяся мне знакомой.
Я напрягла память, и перед глазами предстало цветное фото…
Дело в том, что весь месяц ко мне, как на работу, дважды в неделю приходил роскошный мужик: настоящий шкаф, причем внушительным габаритам он явно обязан не жиру, а мускулам. Когда Костя появлялся в салоне, все гадалки выбегали из своих закутков полюбоваться на него. А он, не замечая томных взглядов, прямиком чапал ко мне – на очередной сеанс приворота. Причем привораживал девицу – ну ничего особенного. Правда, рост модельный, под потолок, зато абсолютно плоская, профиля нет, один фас.
И не только фигура смахивала на гладильную доску, но, кажется, даже на лице не наблюдалось никаких выпуклостей. Мне иногда даже представлялось, что носа у нее нет и в помине.
Но Костя, конечно, считал девицу натуральной фамм фаталь [1]1
То есть роковой женщиной ( франц.).
[Закрыть], разбивающей мужские сердца. И регулярно привораживал, поскольку красотка время от времени интересовалась, не разлюбил ли он ее, и вслух размышляла: а не стоит ли им расстаться? Еще перед первым сеансом приворота я робко спросила: а он никогда не помышлял о таком мощном привороте, как предложение руки и сердца? На женщин действует безотказно! На что парень, даже не улыбнувшись, пробормотал, что вот о священных узах брака он как-то не задумывался. В общем, я поняла, что ради любимой он готов на все, даже деньги гадалкам платить, лишь бы не жениться.
Я исправно брала деньги, пробуя все новые и новые привороты. Как и следовало ожидать, магические средства и не собирались действовать. Девица, отчаявшись получить официальное предложение, склонялась к мысли о разрыве.
Последний раз Костя явился в прошлый понедельник. С понятной злобой в голосе сообщил: вся наша магия – полная чушь, ему жаль потраченных времени и денег. Возлюбленная все же ушла, причем не домой, к маме с папой, а к новому кавалеру. Я, конечно, рассказала очередную басню, мол, приворот действует не сразу, может год пройти, а потом девица бросит нового кавалера и с извинениями вернется к Косте. Но, похоже, терпение «шкафа» иссякло. На следующий сеанс в пятницу он уже не пришел.
А теперь я вижу его девицу воочию! Надо бы к ней присмотреться – чем она так мужиков-то берет? Я, конечно, не «девяносто-шестьдесят-девяносто», но, честно говоря, ничем не хуже ее! Невысокая, с длинными светло-русыми блестящими волосами, вся такая мягкая, аппетитная. Кавалеры у меня периодически случаются. Но вот никто же не привораживает.
Оставшееся время мы с Леной дружно следили за красоткой. Видимо, наша провинциалка тоже откуда-то знала ее. Если только она не лесбиянка и не влюбилась с первого взгляда!
Высоченная модель спокойно качала мышцы на хитрых тренажерах, похоже, даже не замечая наших изучающих взглядов. Неожиданно беременная отложила гантельки и подошла к красотке. Что Лена сказала, я не расслышала, но незнакомка в ответ принялась показывать какие-то сложные упражнения, насколько я поняла, для упругости груди. Через некоторое время Лена подошла ко мне и извиняющимся тоном сказала:
– Полечка, извини, я пригласила новую знакомую в кафе… Мне теперь скучно не будет, а ты из-за меня и так целый день потеряла…
Я поняла, что меня вежливо отшивают. Тут мое и без того не ангельское терпение закончилось. Какая, однако, нахалка! Я действительно угробила из-за нее такой чудесный день, каких в Латвии за иное лето и десятка не наберется! А теперь, когда на море ехать уже поздно, мне просто-напросто предлагают убираться восвояси! Нут нет, дорогая, не выйдет.
– Конечно, я пойду с вами в кафе, не волнуйся, Леночка, – я растянула губы в приторной улыбке. – Я ведь обещала Раймонду, что не брошу тебя. Ты в таком положении, мало ли что?
Крысиное личико Лены передернул нервный тик, но попыток отделаться от моего общества она не повторяла. Мы прошли в кафе на первом этаже, заказали по чашке кофе и продолжили светскую болтовню. Высокую красотку звали Лорой, работала она, кстати, не моделью, а крупье в казино. Я с интересом выслушала пару полудетективных историй о том, как несколько лет назад, на заре дикого капитализма, в казино периодически наезжали бандиты. Эти ребята как продувались до трусов, мигом «пушки» вытаскивали и требовали от заведения возврата своих кровных. Владелец в ответ вызывал свою крышу, и через десять минут прямо в зале завязывалась перестрелка. Крупье и официанты бросались под игральные столы и не высовывали носа, пока не услышат голос хозяина. Это означало: разборка окончена, оставшиеся в живых могут занять свои рабочие места.
Лора оказалась приятной собеседницей, но, что интересна, Лена тоже изо всех сил поддерживала разговор. Но только с Лорой, меня она просто игнорировала. Впрочем, вру, пару раз беременная пыталась от меня избавиться. То говорила, что ей неудобно меня задерживать, предлагала идти домой, то просила сбегать наверх, в фитнес-клуб, спросить что-то крайне важное у тренера. Но я героически отражала все попытки. Нет, я совсем не устала и никуда не тороплюсь. А вот наверх не пойду, неожиданно заныли ноги. Врачи говорят, вены больные, рекомендуют в таких случаях спокойно посидеть. Конечно, про вены я наврала, но совесть меня уже не мучила. Во что бы то ни стало узнаю, почему «подруга» решила меня срочно сплавить!
Болтали мы о всякой чепухе. Наконец разговор коснулся различных диет: излюбленная женская тема! Лора, оказывается, регулярно глотает какие-то специальные капсулы, чтобы не поправиться ни на грамм. Хотя, на мой взгляд, пикантное увеличение жировых отложений ей бы не повредило, особенно на бедрах и на груди. «Впрочем, мужчины, видимо, так не считают», – вздохнула я, вспомнив Костю. Тем временем выяснилось, что Лена тоже пьет какие-то чудо-пилюли, поэтому во время беременности не только не располнела, а даже сильно похудела! Пока я раздумывала о пользе диет и пилюль, Лена протянула новой знакомой флакончик с тремя небольшими капсулками, пояснив, что их надо принимать через день, а уже через неделю результат будет налицо. Если пилюли понравятся, то Лена достанет новые, разумеется, за деньги.
– А еще, – беременная на минутку замялась, – не дает толстеть вот такой заговоренный кулончик. Его надо носить на шее, даже в душе нельзя снимать. Возьми, дарю!
Она вручила Лоре маленький черный камешек в виде слоника на простой цепочке. Затем мы вышли из кафе и распрощались. Я проводила Лену до дома. Бросив мне через плечо «пока», она, не оборачиваясь, скрылась в подъезде.
А я уныло поплелась к троллейбусу.
В понедельник не успела я переступить порог подвальчика, как администраторша Дайга поманила меня пальцем, за рукав подтянула вплотную к стойке и на ухо прошипела:
– Этот сморчок уже целую неделю сидит у нас, а клиентов – ноль! Так он на меня наезжать начал, дескать, мы тех, кто к нему приходит за консультацией, перехватываем, к своим гадалкам отправляем!
Да уж, повезло нам с соседом! Не успела я посочувствовать Дайге, как Сумкин выскочил из своей комнатки. Быстро-быстро подкатился колобком к стойке администратора и пискляво выкрикнул:
– Я только что слышал голос своей постоянной клиентки! Где она, отвечайте! Я же предупреждал, что не потерплю!
Слегка одуревшая Дайга предложила разъяренному психотерапевту обыскать «Зазеркалье». Найдет клиентку – пусть забирает себе. Странный целитель больных душ заметался по салону, пулей влетая в каждую из трех крошечных каморок и так же молниеносно выскакивая в коридорчик. Несмотря на скорость, кажется, он успевал даже заползти под столики гадалок. Мы с Дайгой, забыв закрыть рты, молча провожали его взглядом.
Убедившись, что в салоне, кроме него самого, двух гадалок и администратора, нет ни души, запыхавшийся специалист узкого профиля подошел к стойке, что-то злобно пробурчал и удалился к себе. Мы так и не поняли – не то психиатр извинился за свое поведение, не то пригрозил чем-то…
Оказалось, верно второе. Не успела я занять свое место, как в салоне сильно запахло «дихлофосом». В недоумении я выглянула в коридорчик:
– Дайга, у нас, вроде, никогда не было тараканов. В таком холоде и сырости им не выжить!
– Зато у нас теперь есть психотерапевт! – буквально пролаяла Дайга в ярости. – Это он вздумал насекомых травить!
В этот момент донельзя довольный Сумкин выплыл из своего кабинета, благоухающего, как один большой флакон «дихлофоса». Запер дверь на ключ, тщательно обрызгал ее по периметру из небольшой емкости, сунул ключ в карман и, осклабившись, прошествовал мимо нас к двери. Уже с порога, не удержавшись, торжествующе бросил через плечо:
– Ну что же, посмотрим, как вам теперь удастся переманить моих клиентов!
– Вы ответите за хулиганство! – в сердцах крикнула я.
– Нет, девушка, ничего не выйдет, – захихикал неадекватный доктор. – Я за этот кабинет большие деньги плачу, имею право избавляться от тараканов. И я от них избавлюсь! – продолжая хихикать, он скрылся за порогом.
– А он в самом деле психотерапевт? – в шоке поинтересовалась я. – Может, ему так только кажется? Ну, знаешь, одни себя считают цезарями или наполеонами, а Сумкин – врачом…
То, что высказала в ответ Дайга, я бы не решилась повторить в приличном обществе.
От жуткой вони у меня заложило нос, даже слегка затошнило. Окошек в подвале не было. Чтобы не задохнуться, мы настежь распахнули дверь и сели прямо на ступеньках. Пытаясь отвлечься, я прокручивала в памяти вчерашний поход в фитнес-центр. Похоже, Лена просто-напросто распространяет средства для похудения. Но почему тогда мне, интересно, не предложила? Считает, что у меня идеальная фигура или что денег мало? Может, не хочет, чтобы о ее приработке знал Раймонд?
«Ну, так он узнает», – злорадно подумала я.
Нет, есть здесь все-таки неувязочка. Ладно, не хотела она светиться как распространитель, но зачем было меня с собой таскать? Представители сетевого маркетинга обычно ложной скромностью не отличаются, сами без мыла в любую щелку пролезут. И потом, в зале качались еще две-три девицы мощного телосложения, но к ним Лена не подходила. Более того, в их сторону она даже не смотрела! А ведь, казалось бы, толстушки должны были руками-ногами ухватиться за возможность сбросить лишний жирок. По крайней мере, таким пышечкам впарить товар куда проще, чем худосочной Лоре.
И главное… Как-то смущает меня эта бутылочка с тремя капсулами. Если это пробный образец, то и пузырек должен быть крошечным, как раз для пары-тройки капсул. Но бутылка казалась большой, капсул на пятьдесят. Значит, не пробник.
Никогда не слышала, чтобы торговцы, к примеру, «Гербалайфом» давали на пробу недоеденные таблетки. Впрочем, может, новый гениальный маркетинговый ход?
Да нет же! Похоже, что Лена хотела познакомиться именно с Лорой. Может, она и впрямь девица нетрадиционной ориентации? С Раймондом связалась, чтобы в Риге остаться, жить на всем готовом, а с Лорой решила встречаться для души.
Дождавшись, когда в салоне немного проветрится, я метнулась в свою каморку, позвонила Раймонду и вкратце пересказала свои соображения. Задеть самолюбие парня не боялась, слишком сильно было негодование. Испортил мне все выходные, а сам в кусты, ни слуху ни духу! Я сгоряча даже позабыла, что сама вызвалась помочь блондину.
Раймонд молча выслушал мои умозаключения, тяжело вздохнул и сказал, что нам надо встретиться. Мы договорились вечером пойти в тот же китайский ресторан.
На этот раз Раймонд был без невесты. Он долго вздыхал, мялся, наконец, предложил Мне серьезно ему помочь. А именно – прицепиться к Лене, как хвост, и выяснить, что на самом деле представляет собой его будущая женушка. Увы, чем больше он ее узнаёт, тем меньше ему хочется жениться.
Я прикинула. Если привяжусь сейчас к Лене, лето будет полностью загублено. Симпатии Лена у меня не вызывает. Раймонд – не мой парень и даже не мой друг. Ну и на фига мне все это надо? Не стесняясь в выражениях, я высказала свои мысли. Ответ Раймонда меня поразил:
– Полина, я уже все это обдумал. Конечно, я не допущу, чтобы ты тратила свое время даром. Деньги у меня есть. Давай договоримся: за месяц работы ты получишь тысячу долларов. Причем половину суммы я заплачу вперед. Вот! – он выудил из коричневого кейса несколько зеленых купюр. – С твоей хозяйкой я договорюсь. А если найдешь такой компромат, чтобы я без угрызений совести мог отказаться от брака, тебе светит еще тысяча премиальных!
Я остолбенела. Конечно, деньги мне были ох как нужны. За месяц в «Зазеркалье» я получала двести долларов (на наши деньги около ста двадцати латов). Львиную часть того, что платили клиенты, забирала хозяйка Алиса. Двести долларов полностью уходили на оплату их коммунальных долгов. Вот уже три года у меня не было ни одной новой тряпки. Босоножки я каждый сезон покупала на рынке, и уже в середине лета начинала заклеивать «супермоментом». Норвежские туфельки, купленные еще четыре года назад, надевала только по большим праздникам. Даже билет на электричку до Юрмалы, если честно, покупала не всегда. Иногда, несмотря на контролеров, удавалось проехать «зайцем».
А теперь мне предлагают гонорар, равный получке за пять месяцев! Можно сменить не только летний гардероб, но и осенний, а если повезет, еще и дубленку на зиму прикупить. Старое пальто – в мусоропровод, трижды ура! И всего-то дедов – потратить несколько выходных на общение с противной девчонкой. А в будни, если удастся с работы слинять, – так вообще красота! Не придется ни мерзнуть, ни «дихлофосом» дышать, ни с городскими сумасшедшими общаться. К тому же, не скрою, моему самолюбию это весьма льстило. Надо же, меня признали настоящим детективом, да еще с таким гонораром!
Немного поломавшись, я приняла из рук Раймонда пять хрустящих ассигнаций и небрежно засунула в сумочку из потертой черной замши.
Поскольку караулить Лену возле подъезда я не могла, да и не умела, договорились мы следующим образом: Раймонд регулярно звонит своей милашке домой – утром, днем и вечером. Если та хочет выйти в люди, он тут же заезжает за мной на машине, выкупает у администратора, якобы для сеанса гадания на дому, и привозит Лене в качестве сопровождения.
Конечно, план имел множество недостатков. Лена может и обмануть жениха: пообещает, что просидит весь день дома, а сама уйдет. Ну и что он ей сделает? Нельзя сбрасывать со счетов и вероятность, что Лена наотрез откажется от моего общества. Судя по всему, я ей понравилась не больше, чем она мне.
Ну что же, придется рискнуть!
