Текст книги "Красный корпус (СИ)"

Автор книги: Илья Романов

Соавторы: Жорж Бор
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Народ зашушукался, но Абрамов одним взглядом задавил в зародыше любые разговоры.

– Среди вас есть, как простолюдины, так и бастарды с добровольцами. Мне плевать, кто вы и откуда. Плевать, кто ваши родители и каков статус вашего рода, если он есть. Здесь, в Корпусе, вы ничего из этого не имеете, пока не вернётесь обратно. Для альтернативно одарённых поясню: угрожать мне будущей расплатой, если я вас не допущу, тоже смысла нет. Особо ретивых приструнит сам Корпус, а если у ваших отцов возникнут вопросы, мой телефон есть в справочнике Корпуса. Пообщаюсь с каждым, у кого будет на то желание.

Идиотов, желающих качать права, не нашлось. Преподаватель ещё раз оглядел наши лица, кивнул и продолжил:

– Моя задача научить вас и я сделаю это, хотите вы или нет. Выбор у вас отсутствует. Хотя бы часть знаний я неизбежно вдолблю в ваши головы. В этом можете не сомневаться. А теперь откройте учебники, страница двадцать три.

Зашуршала бумага новеньких учебников, от которых ещё чувствовался запах ванили, красок и клея. Дождавшись, пока каждый найдёт нужную страницу, Абрамов подошёл к столу и сурово проговорил:

– Основы Магии берут свое начало с эпохи, известной нам под названием «Падение Богов». Кто-нибудь знает об этом событии или периоде истории?

Ответом ему была тишина, желающих не нашлось, но вот руку подняла девушка из Ставрополя. Людмила Миронова, как она представилась, когда мы зашли в кабинет.

– Слушаем вас, Людмила, – скупо кивнул Абрамов, разрешив той встать с места.

– Падение Богов – также известное, как Схождение, было связано с войной, начавшейся в божественном пантеоне. Верховный Бог Света – Лучезарный Эсра, вместе со своими жёнами и детьми, включая полубогов, рождённых от смертных женщин, сразился с Приносящим Знание. Весь остальной пантеон поддержал Лучезарного в той битве, бросив все силы, чтобы одолеть того, кто дал знания людям…

Девушка запнулась, собираясь с мыслями.

– Продолжайте, – кивнул ей преподаватель.

– В той битве содрогнулся весь мир. Кипели моря и океаны, небеса горели багровым огнём, а из-за ран, нанесённых миру, открылись проходы, откуда появились чудовища хаоса. Многие люди погибли, разрушались города… А битва богов, которым молились и которых взывали о помощи жрецы и прихожане, продолжалась. Люди разделились, многие приносили свои молитвы пантеону в поисках защиты от чудовищ, а другие – укрылись в храмах Приносящего Знания. Когда весь мир практически захватили полчища хаоса, те, кто искал защиты Приносящего Знания спаслись. Вместе с храмами они переместились в этот мир, что стал им новым домом. Так началась эпоха Падения Богов, когда человечество лишилось связи со своими покровителями. Некоторые исследователи считают, что все боги умерли. Правда, Приносящий Знание тоже погиб…наверное…

Людмила замолчала, а в помещении вновь возникла тишина. Преподаватель не торопил, давал время подумать и осознать сказанное. Я же смотрел на девушку и вновь перед моими глазами, как тогда, в лазарете, появились картины бойни, разрушений, огня и крови. А ещё огромный, светлый зал, где собрались все боги, продавшиеся одному из Владык Хаоса за стеклянные бусы. Они решили не бороться за собственный мир и паству. Захотели примкнуть к вечной войне. Захотели сами стать палачами миров.

– Каждый из нас заплатил цену за свой выбор, – тихо произнёс я, но Толик меня услышал и повернулся с вопросом. Я покачал головой. – Ничего, это я сам себе.

Меня радовало, что люди помнили свою историю. Историю своего прошлого мира и предков. Но удручало, что свои знания они в большинстве своём потеряли… Ведь я давал им больше того, чем они владели сейчас. И моя цена за эти знания, за свободу моей паствы – смертельная битва с теми, кто был мне братьями и сёстрами.

Приносящий Знания… Спасибо, девочка, уважила старика.

Я встряхнулся, прогоняя лезущие в голову мысли о прошлом. Не было смысла вспоминать то, что случилось, требовалось сосредоточится на будущем.

– Хорошо, Людмила, можешь сесть на место, – кивнул Абрамов, а затем произнёс: – Раз с началом истории Основ Магии разобрались, то теперь займёмся её теоретической, а затем и практической частью, – преподаватель отошёл от стола и развёл руки. – Смотрите внимательно, подмечайте детали, а затем будете отвечать на вопросы.

Глаза преподавателя заволокло сиянием света, руки вплоть до локтей загорелись белоснежным огнём. За спиной Абрамова возник трехступенчатый аркан, который за какую-то секунду насытился энергией, после чего яростно вспыхнул.

Каждый из собравшихся в аудитории учеников с замиранием следил за действиями учителя, но в следующий миг тот выставил полыхающие руки вперёд, точно на нас. Девушки, которые ранее восторгались внешностью преподавателя испуганно пискнули, кто-то закричал от страха, а Абрамов широко улыбнулся.

Яркая вспышка света поглотила всю аудиторию, а затем раздался ВЗРЫВ!

Глава 10

Смоленск.

Штаб Красного Корпуса.

Поднимаясь по лестнице на второй этаж штаба Корпуса, ротмистр Алексеев глубоко ушёл в свои мысли, о новой задаче, которую ему выдали в главном управлении государевой Опричнины. Пришлось делать перестановку людей, подписать множество бумаг, чтобы медленная бюрократическая машина Российской Империи зашевелилась, но иначе никак. Приказ прост и ясен: организовать максимальную степень защиты для делегации представителей трёх княжеских родов, что должны прибыть в Смоленск на следующей неделе.

Лишняя головная боль, у ротмистра и так работы не вагон и маленькая тележка, а целый железнодорожный состав. Но деваться некуда. Как и спихнуть задачу тоже – не на кого. Придётся заниматься, оберегать статусных господ, приближённых к трону.

– Добрый день, Степан Андреевич, – с улыбкой поздоровалась с ним миниатюрная женщина с лычками корнета, спешащая доставить бумаги в кабинет начальства.

– И вам, Светлана Фёдоровна, – учтиво кивнул ротмистр, проводив взглядом фигурку красавицы. Та будто чувствовала внимание мужчины и замедлила походку, покачивая бёдрами.

Хекнув, Алексеев приободрился. Настроение чуть-чуть улучшилось, а кабинет старого друга и товарища был уже рядом. Тот сам позвонил и попросил о встрече за обедом, а Степан Андреевич как раз был неподалёку и решил заглянуть. Работа всё равно никуда не убежит, да и все приказы он раздал, пара часов у него точно есть.

Без стука он вошёл в небольшое, аскетичное помещение. Мебели здесь был самый минимум, а в большинстве своём место занимало оружие, как собранное и висящее на стене, так и разобранное на столе. В воздухе пахло маслёнкой вперемешку с мужский одеколоном. Одно единственное окно выходило на спортивный городок, где сейчас занимались юноши и девушки под началом своих учителей.

Как раз за тренировкой владелец кабинета и наблюдал, не сразу обратив внимание на гостя.

– А-а, явился, Леший, – обернулся к нему высокий, усатый мужчина, лысую голову которого покрывали шрамы. Штабс-ротмистр Николаев был, как всегда, не в духе, но это его обычное состояние. Даже привычное. – Ты не спешил.

– А ты не мой начальник, чтобы сразу бежать к тебе по первому звонку, Вий, – хмыкнул Алексеев, усаживаясь в старое кожаное кресло перед столом.

– Ишь, как мы заговорили, – усмехнулся Николаев, присаживаясь на своё место. – Но да ладно, оставим. Ты принёс?

Вопрос был задан спокойно, но Алексеев хорошо знал своего бывшего сослуживца, с которым когда-то состоял в силах специальных операций государя. Название того отряда не существует. Легенды его появления тоже, а все их выполненные миссии засекречены на высшем уровне.

Их самих, по сути, тоже не существовало, но новые посты, другие должности и новая жизнь позволили начать всё с начала, без нужды скрываться под другими именами и личинами. Вот так они и встречались иногда между собой, бывшие коллеги, которые вроде как мертвы, но не совсем.

С широкой улыбкой Степан Андреевич вытащил из кителя бутылку мутного стекла, а подобревший Николаев нашёл два гранёных стакана. Янтарная жидкость плеснула на дно, распространяя аромат кедрового ореха с нотками трав.

– Ох, хороша! – причмокнул губами Николаев, закатив глаза. – Оставишь?

– Забирай, – отмахнулся Алексеев, поставив бутылку на стол. У него ещё парочка на квартире осталась, товар всё же штучный, достать тяжело, а делали его очень редко. Не часто в Червоточине попадались нужные травы. – По телефону ты сказал, что есть разговор личного характера.

И с интересом посмотрел на своего друга, ожидая ответа.

– Есть, как ему не быть, – кивнув, подкрутил ус Николаев. – Взял я шефство над теми цыплятами, которых ты посоветовал. Скажу тебе, Стёпа, поначалу думал, что ты мне дерьмо подсунул и решил несмешно пошутить. Мне тут столичные все мозги сожрали маленькой ложечкой, прося взять их чад под своё крыло. А я в отказ пошёл, поверил тебе.

– И не разочаровался, – угадал ротмистр мысли своего друга.

– Да как тебе сказать, – провёл ладонью по лысине лучший преподаватель Корпуса по боевой подготовке и выживанию. – Могло быть лучше, но могло быть в разы хуже. Процентов семьдесят из них – слабаки, без характера и воли, но это нормально. Что с них взять по первой? Простолюдины, да бастарды. Это вон, опять же, среди столичных добровольцев достаточно, они за знаниями и опытом пришли, а эти… – махнул он рукой. – Лентяи!

Алексеев молча ждал продолжения. Вий мог вот так, с теми, кому доверял, чесать языками без остановки, но всё же к главному он подошёл быстро.

– Твой Демидов опять отличился. Продержался до последнего, ещё и соседа своего тащил на себе всю дистанцию, – покивал Николаев. – У парня какой-то запредельный потенциал, Стёпа. Он мне Митрича загонял до седьмого пота, а ведь не знал парнишка, что Дуб по ним своим ослаблением работал. И ведь даже не почесался! Будто и не заметил воздействия! Остальные-то быстро спеклись, но это нормально, есть куда расти, а этот… кремень какой-то! Даже меня в молодости напомнил!

Усатый вояка рассмеялся, а Алексеев улыбнулся. Значит, не зря он попытался помочь своему товарищу с выбором учеников и юноше, которого приметил. Демидов, действительно, отличался от многих новобранцев, оказывающихся в Корпусе. Одна его реакция на Разрывы чего только стоила! Для любого неподготовленного человека энергия хаоса – это стресс, страх и пробирающий до дрожи ужас. Тут нужна стойкость и сила воли. И Демидов при первом знакомстве с Разрывами – эту информацию Алексеев проверял, у парня действительно первый опыт – вообще никак не показал страха. Только интерес и всё!

– Я тут поспрашивал, кое-где ниточки подёргал, – продолжил Николаев, чуть задумчиво. – Его Голицына на карандаш взяла. Змеюка почувствовала сильную кровь, кипучую деятельность развела.

Алексеев напрягся и требовательно посмотрел в глаза друга, поторапливая того говорить дальше.

– Не смотри так на меня, Стёпа, не дам я в обиду парня. Княжна, конечно, прошение о проведении внепланового теста дара и ядра направила, но я поговорю с Геннадьевичем. Он не подпишет, я тоже в отказ пойду. Нечего мальчишку от тренировок и учёбы отвлекать, так что официальные ходы я ей закрою, но ты же её знаешь…

– Что-то конкретное выяснила? – поинтересовался Алексеев.

– Многое мне её помощник не рассказал, – поморщился Николаев. – Только то, что у Демидова есть какая-то аномалия. Что-то связанное с даром и развитием ядра. Я продолжу копать, ты же меня знаешь, но на быстрый результат не рассчитывай. Ты там, главное, его отцу как-нибудь легонько намекни, чтобы он тоже в курсе был. Парень, возможно, главе рода уже всё доложил, но лишним точно не будет. Голицыным нужна сейчас сильная кровь, они вырождаются, а наследник у них уже высоко по Силе не поднимется. Попытаться прибрать к руками мальчишку, пока он не вошёл в полную силу и в отрыве от рода, змеюка точно постарается. Раз я заметил его потенциал, то она и подавно.

– Ты что-то хочешь предложить? – приподнял бровь Степан Андреевич.

К Голицыным он относился равнодушно, на их игры ему плевать, но почему бы не помочь парню? Тем более, что Константин Демидов, и правда, чем-то напоминал их двоих в молодости. Пусть не характером, но отношением к соратникам, отсутствием страха перед тварями хаоса и тем, что сам пошёл в Корпус.

– Есть у меня одна мыслишка, – хмыкнул хозяин кабинета. – И Корпусу польза будет, и парню поможем, если сдюжит.

Опричник чуть подался вперёд, посмотрел в глаза своего друга и заинтересованно произнёс:

– Рассказывай…

* * *

Громкий звук взрыва, как быстро появился, также быстро и исчез вместе с яркой вспышкой света. Перепуганные новобранцы попадали на пол, прячась под партами, девушки визжали от страха, кто-то не сдерживаясь матерился.

– Что это было⁈

– М-мы живы⁈ – неверяще ощупал себя рослый парень из Красноярских и, увидев, что цел, завопил: – МЫ ЖИВЫ!

Абрамов стоял на том же месте, внимательно отслеживая нашу реакцию и то, как народ приходил в себя. Его руки и глаза больше не полыхали угрожающим светом, а трёхступенчатый аркан пропал.

– Э-это была иллюзия? – рассеянно пробормотал Толик, вылезая из-под парты. Заметив, что я всё также сидел на месте и никуда не попытался спрятаться ранее, парень смутился.

– Да, – кивнул я ему, подав руку. – Ты как? Нормально?

– Ага… – ответил парень, поправил одежду и вернулся на место.

В нарастающем гомоне новобранцы рассаживались и большая их часть смотрела на преподавателя с опаской. Он и раньше внушал какую-то угрозу своим видом и голосом, но теперь ребята побаивались его ещё больше.

Я незаметно повёл ладонью под партой. Три воздушных иглы, возникших во время начала взрыва рядом с преподавателем, испарились. Если бы угроза действительно была, а иллюзия оказалась далеко не иллюзией, то отвлечь и ранить я бы его смог. Не смертельно, но сбить концентрацию бы получилось, чтобы выиграть время.

Абрамов почувствовал потоки рассеивающейся энергии. Он дёрнулся, обвёл пространство внимательным взглядом и посмотрел точно на меня. Бровь преподавателя чуть приподнялась в удивлении, после чего он усмехнулся и кивнул, как бы признавая ответный ход.

– Каждый из вас сейчас видел и прочувствовал на себе трехступенчатый аркан Вспышка. Его задача – отвлечь противника, воздействовать на его органы чувств и дизориентировать в пространстве, – сухо заговорил он, вернув себе привычную маску. – Маг обязан в точности определять последовательность активации вражеского аркана, дабы суметь ответить на атаку или предугадать вариацию защиты противника. У вас было достаточно времени, чтобы рассмотреть мой аркан, есть желающие поделиться увиденным?

Ответом ему была тишина и недовольные, опасливые взгляды. Никто не спешил попадать под раздачу, блеснув своими знаниями. Впрочем, думаю, немногие вообще поняли хоть что-то или увидели.

– Ожидаемо, – покачал головой Абрамов, но отнюдь не разочарованно. – Тогда я сам решу.

Его взгляд вновь упёрся в меня, а в глазах преподавателя появился интерес.

– Демидов, тебе держать ответ.

Толик с сочувствием посмотрел на меня, Альбина обернулась и вздёрнула кулачок, подбадривая, а все остальные новобранцы сразу же сделали меня центром внимания.

Я поднялся с места, чуть расправил плечи и спокойно заговорил:

– Вы использовали отложенное наполнение структуры аркана, увеличив время до активации. Первая ступень аркана отвечала за яркость и насыщенность Вспышки. Работа второй заключалась в создании звукового эффекта, в задачу которого входила нагрузить органы чувств, выведя их из строя на короткое время. Третья ступень, основная, приводила к созданию и последующему рассеиванию иллюзии, которую вы намеренно ужали до размеров аудитории.

Преподаватель довольно кивнул.

– Хорошо, Демидов, очень хорошо, мож…

– Вложив двойное плетение в первую и тройное во вторую ступени, вы смогли бы увеличить мощность аркана в полтора раза, а также точечно воздействовать на конкретную выбранную цель, а не по площади, – закончил я, случайно перебив преподавателя. Ответ мне показался не полным, но, судя по всему, большего Абрамов и не ожидал услышать.

Вот теперь в его глазах появилось куда больше интереса, да и все остальные новобранцы зашептались.

– О чём он?

– Какое ещё двойное и тройное плетение?

Толик тоже взирал на меня с удивлением и непониманием.

– Хм, – чуть нахмурился Абрамов. – Можешь пояснить для остальных свою вторую часть ответа, Демидов?

Я мог бы отказать, сославшись на то, что это только мои предположения и я поспешил. На короткий миг забыл, что люди этого мира потеряли большую часть своих знаний, утратили их во времени и теперь использовали лишь жалкие крупицы. Да… Я мог бы… Но ведь Приносящий Знание отдал жизнь, чтобы спасти их и научить. Абрамов мне никто, я его впервые сегодня увидел, но понимал – мой ответ нужен был ему, а не новобранцам, как он выразился.

– Позволите выйти к доске? – спросил я.

– Да, – коротко кивнул преподаватель.

В образовавшейся тишине, провожаемый взглядами учеников, я поднялся на помост. Мел заскрипел на доске, выводя линии, узлы и структуру трёхступенчатого аркана Вспышка. В точности тот, который нам продемонстрировал Абрамов, стоявший сейчас за моим плечом и дышавший через раз.

– Тридцать шестой узел – основа, – пояснил я, продолжая чертить. – Его главная задача, связь между первой и второй ступенями аркана, а также распределение потоков энергии. Добавив к нему дополнительные плетения оттоков энергии, вы сможете в корне поменять структуру самого аркана. В первом случае – массовое воздействие, как вы уже показали. Во втором – точечное.

Я положил мел обратно, а преподаватель встал рядом с моим плечом, рассматривая получившийся результат.

– Неплохо, Демидов, – со странной интонацией произнёс он и одним жестом стёр все мои рассчёты. Я обратил внимание, что преподаватель стоял так, что остальным курсантам ничего толком не было видно. – Мне есть теперь над чем подумать. Можешь возвращаться на место.

Кивнув, я пошёл обратно и всю остальную пару Абрамов больше не возвращался к поднятой теме. После звонка, уже покинув аудиторию, на меня насели с вопросами.

– Костя, что это было⁈ – широко улыбалась Альбина. – Что ты там показал? Я вообще ничего не поняла!

– Не только ты, – кивнула Аврора, а Игнат Волков согласно загудел. – Пожалуй, там вообще никто ничего не понял.

– А вы заметили, что всю оставшуюся пару Абрамов был слишком задумчив? – вставил Милюхин, чуть не столкнувшись плечом с невысокой девушкой и с улыбкой извинился перед ней. – Кажется, Констатин, его нагрузил!

– Он попросил пояснить ответ, я это сделал, – пожал я плечами, не делая из случившегося большого события. И резко перевёл тему: – До следующей пары есть двадцать минут, можно сходить за кофе.

– Согласна! – радостно ответила Альбина и лукаво посмотрела на моего молчаливого соседа. – Анатолий Романович, вы угостите даму капучино?

Толик не сразу понял, что обращались к нему. Получив от меня тычок локтём в бок, тот встрепенулся и смущённо произнёс:

– Разумеется, Альбина, почту за честь.

Я внутренне хмыкнул и мы направились в центральный холл на первом этаже. Народ уже успел занять почти все диваны и кресла, аромат выпечки и кофе разлился в воздухе, звучал весёлый смех. Альбина сразу же взяла моего соседа на буксир и потащила его в сторону кофейных аппаратов, а Аврора маленькими шагами, словно сопротивляясь самой себе, направилась к буфету.

– Следующей парой будет артефакторика, – зажмурился от предвкушения Анатолий, когда мы вновь собрались. – Жду не дождусь начала!

– Я тоже, – с широкой улыбкой кивнула Синокина.

– Сегодня ещё стрелковая подготовка, – вставил слово Игнат, в его мощной ладони стаканчик кофе выглядел сюрреалистично. – Интересно, какого преподавателя нам дадут в этот раз?

– Главное, чтоб это был не второй Николаев, – пошутила Аврора, аккуратно убрав салфеткой крошки шоколадного пирожного с губ. Девушка не удержалась, нарушила диету, но мы тактично решили не замечать её слабость.

Ребята рассмеялись. Я сделал глоток двойного эспрессо, а Игнат произнёс:

– У Михаила Дмитриевича жёсткие методы, но действенные. Думаю, он многому может нас научить, тем более, что персонал Корпуса о нём положительно отзывается.

– Ага, ты хотел сказать не жёсткие, а жестокие, Игнат, – поморщилась Альбина. – У меня до сих пор всё болит!

Остальные согласно закивали, а Игнат пожал плечами. Здоровяк держался бодрячком, вообще не показывая, что у него была ночная тренировка.

Неожиданно в холле стало как-то тихо, а потом разразилась буря из возбуждённых голосов. Мы все с интересом повернулись в сторону входа. В здание вошли троё облачённых в ламеллярные доспехи бойцов с мечами на поясе. Возглавлял их знакомый мне Кутузов, одним своим появлением вызвавший вздохи и ахи у девушек.

– А они что здесь забыли? – недоуменно спросила Альбина.

– Ещё и в доспехах, – поддержала Аврора подругу, рассматривая бойцов, и чуть испуганно добавила: – Неужели опять Разрыв?

Кутузов мельком осмотрел лица студентов, будто кого-то искал. И судя по той улыбке, которая появилась на его лице, когда он заметил меня, гадать тут смысла не было.

– Эм… он идёт к нам! Чёрт! – ещё больше забеспокоилась Аврора.

– Константин Викторович, – приблизился Кутузов, держа ладонь на рукояти меча. Двойка бойцов замерла за его спиной, а в холле стало опять тихо. – Рад, что нашёл вас так быстро.

– И зачем я вам понадобился, Кирилл Сергеевич? – прямо спросил я.

– Для проведения боевой операции, – невозмутимо ответил княжич, не особенно обращая внимание на восхищённые взгляды людей вокруг. – Приказом главы штаба, его Высокопревосходительством полковником Тимирязевым, вы поступаете в усилении моей команды по закрытию двух Разрывов, которые… – посмотрел Кутузов на часы. – Откроются приблизительно через сорок восемь минут.

Ребята посмотрели на меня со странной смесью эмоций. Альбина, Аврора и Толик с беспокойством, Игнат с лёгкой завистью, а Милюхин… Тот подавился уже третьим пирожком и икнул.

– Ну что, Константин Викторович, – чуть наклонил голову Кутузов, ожидая ответа. – Вы готовы послужить родине и Корпусу?

– А у меня есть варианты? – понимая, что Кутузов специально выбрал момент максимального стечения курсантов вокруг, кисло ответил я.