Текст книги "Мастер печатей (СИ)"

Автор книги: Илья Ангел

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Я бросил кинжал, телепортировавшись прямо перед ним, и всадил клинок тому в сердце. Кинжал, собственно, как и рука прошли сквозь парня, который рассмеялся мне в лицо, даже не попытавшись уклониться, с легким пренебрежением глядя на мои движения.

– Не получилось? Ну давай еще раз попробуй, тьфу, тоже мне охотник, баран ты, а не барон, – процедил он, показывая мне язык. – Да хватит меня уже держать, шавка зубастая, – тряхнул он в очередной раз ногой, больше не глядя на меня.

– Ты кто такой? – оторопело спросил я, делая шаг назад.

– А ты что, меня видишь, что ли? – подпрыгнул он, глядя на меня во все глаза, даже перестав дергаться. – Да нет, это просто псина твоя позорная меня видит. Ненавижу животных, вечно ногу отгрызть хотят, да глаза выцарапать. Да отпусти ты! Все равно отгрызть не получится, а вечно держать – слюной подавишься!

– Ты с кем тут говоришь? – ворвался в комнату Петька, подозрительно косясь на скалившегося волка.

– Не поверишь, но, похоже, с призраком. Накаркал, чтоб меня, – выхватив меч Манула, я попытался срубить призрачному парню голову, но меч спокойно прошел сквозь него, не причинив духу никаких повреждений.

– Опять мимо, два ноль в мою пользу! Я не призрак, идиот, – скривился он и плюхнулся на кровать, рядом с которой стоял. Парень сложил руки на груди, пристально глядя на меня. – А ты мне кого-то напоминаешь, – задумчиво протянул он.

– Что ты тут делаешь? – ровно спросил я у него, оглядывая комнату.

– Конкретно здесь? Живу. Соседка у меня, конечно, отпад. Даже не ожидал, что так подфартит. Как вспомню, что спал до этого несколько лет в одной кровати со старухой, аж тошнит до сих пор, – поморщился он. – А если ты имеешь в виду дом, в целом, то я его охраняю от подобных тебе.

– Опа, а теперь и я его вижу, – оторопело произнес Петр, делая шаг назад. – Призраки в этом мире? Никогда не слышал упоминания о них.

– Я не призрак, – закатил он глаза. Я, тем временем, достал мобилет из кармана штанов, набирая по памяти номер Шмелева.

– Привет, у меня тут проблема одна, – как только услышал голос дяди, сразу же проговорил я. – Что ты знаешь о призраках, духах или как называются прозрачные неживые сущности с макром в груди. У меня завелся тут один извращенец.

– Костя, ты сейчас надо мной издеваешься? – рявкнул Шмелев в трубку. – Ты можешь пожить хоть один день без приключений?

– Ты сам выбрал этот дом, так что все претензии тут могут быть только к тебе, – ответил я. – Ладно, это все можно и потом обсудить. Лучше скажи, как мне его убить?

– Понятия не имею. – Шмелев первый раз на моей памяти расписался в неведении чего-то. – Я мало, что знаю о них. Отправлю Совинского, он должен немного разбираться в этом.

Я отключился, пристально глядя на насупившегося парня. На удивление, я не чувствовал исходящей от него угрозы. Если бы не его выходка, то никто бы даже не заметил, что с нами живет кто-то еще. Прошло минут пять в полной тишине, в которой мы пристально разглядывали друг друга. Волчонок все это время держал парня за ногу, не давая тому удрать. Дух вполне смог разглядеть призрака и воздействовать на него. Но убить, как и причинить тому вред у него не получилось. Как бы сильно не сжимались челюсти животного, на парне не появлялось даже царапины.

– Ну и как тебя зовут? – спросил я, подходя ближе.

– Игнат, – буркнул он, отводя от меня взгляд. – Да бросьте, парни, я никому не причиняю вреда. Не могу этого сделать, даже если бы сильно хотел. Пугаю только, чтобы никто в этом месте не задерживался. И сам убраться отсюда не могу. Связан я с этим домом, чтоб его бездна поглотила, – ударил он кулаком по кровати.

– Занятно, – раздался голос от дверей. Повернувшись, я увидел, что Совинский стоит в проходе, разглядывая парня. – Это дух низшего уровня, возможно, переродившийся на изнанке в форме человека. Больше не могу сказать, тут заклинатель нужен, чтобы его изгнать или уничтожить, – посмотрел он на меня. – Я начинал учиться в академии в Москве, но понял, что это не мое и быстро свалил оттуда, – пояснил учитель, заходя внутрь. – Могу связаться, контакты у меня остались.

– Что это за заклинатели такие? – спросил Петр, нахмурившись.

– Охотники, только на подобные сущности, которые находятся в лицевом мире. Так направить к тебе специалиста? Предупреждаю только, что берут они много. За изгнание подобного – тысяч триста точно готовь, а может и триста пятьдесят. И нужно будет на несколько дней куда-нибудь перебраться. Подобные сущности могут быть привязаны к любому предмету в доме, – он достал мобилет, глядя на меня.

– То есть, я должен оставить дом незнакомым людям, открыв еще все двери и сейфы? – тряхнул я головой. – Да я дом за столько купил, сколько они за него хотят получить. Пожалуй, сам как-нибудь разберусь, – уверенно проговорил я.

– Как знаешь, – покосился он на волка, который с деловым видом лежал, пережевывая ботинок поникшего парня. – Могу изолировать его от остальной части дома, правда, желательно, чтобы в соседних комнатах никого не было. Прорваться туда он вряд ли сможет, но напакостить запросто.

– За это буду благодарен, – кивнул я.

Он посмотрел на меня и начал ходить по комнате, подходя ко всем стенам, накладывая на них вязь заклинаний, которые отображались в итоге на них выжженными символами.

– Петь, позови кого-нибудь, пускай вещи Леры соберут и перенесут в другое место, пока мы здесь, – повернулся я к брату, который внимательно следил за работой Совинского. Тот кивнул и вышел из комнаты.

– Все готово. Из комнаты, в обозримом будущем, выйти он не сможет, – подошел ко мне учитель. – Но, с ним точно что-то не так, слишком спокойный. – Кивнул он в сторону Игната. – Если что, контакты я тебе дам. Завтра, кстати, начало занятий в восемь утра. Тебя и Валерию буду тренировать лично. У тебя неплохая подготовка физическая, это видно, да и реакция на высоте. Нечего тебе время зря терять с остальными.

Он вышел из комнаты, похлопав меня по плечу. Интересно, какого он уровня и каким даром обладает. Ведь изначально он же был наставником в обычной военной академии. Какие все-таки интересные личности окружают Шмелева.

– Я понял, кто ты, – пристально посмотрел на меня Игнат, улыбнувшись. – Ты сын Григория Серолапова. Сначала тебя не признал, времени много прошло, да и изменился ты. Когда вы здесь жили, ты еще даже не ходил толком.

Он замолчал и повернулся в сторону двери, отводя от меня взгляд, глядя на Леночку, которая робко зашла в комнату в сопровождении Петра. Переступив через волка, начала быстро собирать все вещи, постоянно озираясь по сторонам. Когда девушка проходила рядом с нами, дух неожиданно смачно шлепнул ее по заднице, от чего та возмущенно взвизгнула и, развернувшись, отвесила довольно ощутимую пощечину стоявшему ближе к ней Петру. Обычным зрением духа видно не было, поэтому всё негодование она выплеснула на него.

– Господин, простите, я не специально, – начала бубнить она, виновато глядя на брата, потирающего щеку.

– Я тоже, – процедил он, не зная, что еще ответить на это. Махнув рукой, он вышел из комнаты, бурча что-то себе под нос.

– Куда отнести вещи? – робко поинтересовалась она у меня, когда все было снова упаковано в коробки и сумки.

– Пока ко мне. Ничего не разбирайте. Когда Валерия вернется будем решать, куда ее переселить, – ответил я, понимая, что четыре комнаты из-за духа сейчас будут не пригодными для проживания. – Когда Андрей придет, пускай ко мне зайдет в кабинет, – закрыв за ней дверь, помогая вытащить вещи из комнаты, сказал я, после чего направился на третий этаж. Кажется, я знаю, где смогу получить необходимую информацию про этого странного духа.

Глава 14

Все время до поздней ночи я провел в кабинете отца, стараясь разобраться в информации из его дневника. Это были, скорее записи его наработок, которые он хотел потом перенести в родовые книги по магии. Оказалось, что помимо того, что он был сильным магом жизни, он специализировался больше на создании всевозможных эликсиров, многие из которых так и не были представлены на всеобщее обозрение. Хотя, некоторые из них, судя по описанию, были довольно интересные. Особенно он уделял внимание макрам, обладающими разными свойствами помимо основных, используя их особенности для создания зелий.

Встречались, конечно, еще некоторые рассуждения и размышления о предстоящих событиях. Когда в дверь постучали, и в кабинет зашел Андрей, я как раз читал о том, что мои родители нашли способ стабилизировать магию теней и хотели преподнести созданный ими артефакт Николаю Сапсанову, тогда еще главному наследнику рода, и его супруге, разрешив тем самым разногласия между двумя воющими многие десятки лет семьями. Мы с Лерой родились в один месяц одного года, поэтому моя мать как раз и настаивала на создании чего-то, что смогло бы спасти девочку от проклятья. Но преподнести дар они так и не успели.

– Что делаешь? – спросил Андрей, садясь в кресло напротив меня, расслабленно откидываясь на спинку и вытягивая ноги.

– Читаю увлекательную литературу об основах магии жизни, – я закрыл дневник, поднимаясь на ноги. Вытянув руки, разминая затекшие мышцы, сжал зубы от резко возникшей боли в груди. Мне это совсем не нравилось, особенно, учитывая, что все переломы уже затянулись, а магия жизни боль, по какой-то причине убрать не могла. Раньше таких проблем не было.

– Полезное дело, – открыл он глаза, глядя на меня каким-то отрешенным взглядом. – Давыдов твой просто зверь. Эти четыре часа наедине с ним и моим новым юристом показались мне вечностью. Я подло сбежал, оставив их вдвоем решать финансовые вопросы. Если так пойдет и дальше, то он оставит меня в одних трусах, и то из жалости, – поморщился он, покачав головой. – Ты где его вообще откопал?

– Кого? – непонимающе ответил я, подходя к нему ближе и садясь на край стола. В таком положении боль немного притупилась, поэтому решил больше не испытывать на прочность свое тело и лишний раз не двигаться.

– Михаила Давыдова, твоего поверенного, – прищурился Андрей.

– А, да, – протянул я, наконец, понимая, кого он имел в виду. – Князь Тигров порекомендовал его в качестве помощника. Он сейчас проводит проверку земель, которые мне должны отойти.

– Угу. С такими долгами, которые там всплыли, как бы мне не пришлось еще часть земель тебе отписывать, чтобы их погасить. Не думал, что отец оставит мне столько проблем. И это только с небольшим клочком земли. Боюсь даже представить, что еще всплывет, когда все предприятия и земли пройдут княжескую проверку, – насупился он и сел в кресло, прямо глядя мне в глаза. – Мне сказали, что ты хотел меня видеть.

– Гори, гори, моя звездаааа. Звезда любви приветная… – На весь дом раздался зычный голос Игната, который завывал песню на одной ноте. Это был не первый раз, когда он таким образом пытался напомнить о своем присутствии, правда до этого были матерные частушки и какие-то совсем пошлые тексты про девок и жреца, что купались в озере. А также об их необычных находках, которые привели к достаточно интересному финалу.

– Что это? – встрепенулся Сапсанов, оглядываясь по сторонам.

– Не обращай внимание, – махнул я рукой. – Небольшая проблема, которую в скором времени решу. Но в запертые двери на втором этаже лучше не суйся пока.

– Обнадеживает, – хмыкнул парень, но больше ни о чем не спрашивал. Игнат в отместку на такое пренебрежительное отношение начал выть еще громче, словно услышал, что появившийся в поместье человек ни капли ему не сочувствует. Видимо, вынужденное заточение ему было не слишком приятно. Я вздохнул и наложил на кабинет печать тишины, чтобы подлый дух не мешал нам. – Так о чем ты хотел поговорить?

– Твое предложение все еще в силе? – сразу спросил я, чтобы не ходить вокруг до около. У меня было время подумать и разобраться в себе, особенно после слов брата, которые меня, довольно неожиданно, смогли задеть. Не исключаю, что возрастные особенности тела все же влияют на сознание и восприятие окружающего мира.

– Ты о помолвке? – уточнил он и снова откинулся на спинку, стукнув при этом кулаком по подлокотнику. – Да, в силе. Это просто выматывает. Мои многочисленные родственнички, которые, как я понял, даже и не думают убираться по своим гнездам вспомнили об этом правиле в кодексе рода, который нужно срочно менять, – поморщился он. – Я даже догадываюсь, кто приложил ко всему этому свою руку, раз эта информация дошла до самого князя, а ведь у меня даже в мыслях не было в это вмешиваться и торопить события. Мне уже представили трех графов, четверых баронов и вообще не пойми кого. Причем, среди них даже Кондор вновь объявился, только на сей раз лично захотел попытать счастье, не надеясь больше на своего наследника.

– Андрей…

– Ладно, он еще вполне молод, но граф Смородинов куда лезет-то? – не обратил он на меня внимание, только махнув рукой. – Ему больше ста лет и никаких дел с моим родом у него нет и никогда не было. Решил на старость лет жену молодую взять? И я должен выслушивать их предложения, и в конечном итоге до воскресенья определиться, причем князь, с одной стороны, настаивает на соблюдении традиций, а с другой – самоустранился, мол, это его не касается. А родственнички только воодушевились, да ставки делают, кому Лерку сосватаю. Но это пол беды! – я видел, что его уже несло и старался не перебивать, давая человеку выговориться. – Она маг тени! И если об этом узнают, то меня просто разорвут на части желающие видеть в своем роду девушку с таким даром. Это же отменные наемницы, которым убить проще, чем костер развести. Многие захотят себе такое усиление, даже у Тигрова только одна тень в услужении, и теперь она ошивается в моем доме, чтобы помочь сестре овладеть даром. У меня в поместье, помимо нескольких десятков ищущих развлечения родственников, профессиональный убийца и сестра, которая после всего этого только и хочет, что убивать! Ты, конечно, хозяин этого дома, но я в ближайшее время в поместье не сунусь.

– Андрей, – попытался я не рассмеяться, повысив голос. – Остановись. Я тебе понял. Если твое предложение в силе, то я согласен.

– Ты, что? – вскочил он на ноги и подошел ко мне, схватив за плечи, глядя пристально в глаза. – Я не ослышался?

– Именно поэтому я попросил тебя ко мне прийти, – сбросил его руки с себя, сам вставая на ноги и зачем-то подходя к запертому сейфу.

– То есть ты согласен на предложение, которое было мной озвучено ранее о вашей с Лерой помолвке? – переспросил он, я только кивнул, не поворачиваясь. – Я могу поинтересоваться, что заставило тебя изменить свое решение.

– Я не менял решение, а просто не давал ответа, как ты помнишь. Все слишком запутано. Я не снимаю с себя ответственность за выходку на балу, ведь практически сам распространил слухи, которые оскорбленные Кондоры теперь несут в массы, что делает положение Валерии не слишком завидным, – повернулся я к Андрею, глядя ему в глаза.

– Это же не основная причина? – слегка наклонил он голову.

– Возможно, не знаю, – пожал я плечами, честно отвечая на поставленный вопрос.

– Это единственная хорошая новость за последние дни, – вздохнул он, улыбнувшись. – Давай сразу, здесь и сейчас, обговорим несколько организационных вопросов, если ты не возражаешь.

Я кивнул и сел за стол на свое место, пристально глядя на главу рода Сапсановых, который даже не скрывал своего радостного настроения, доставая из кармана небольшой блокнот и ручку.

– Так, смотри, в пятницу будет очередная встреча между мной, моим юристом и Давыдовым. Думаю, что в присутствии твоего поверенного можно будет заключить типовой брачный договор без определенных обязательств. – Я пожал плечами, если надо, то обсудим. – Никому об этом не говори, особенно Лере. Это очередная особенность нашей семейки, что до последнего девушка не знает имя своего будущего мужа, как и вся семья, за исключением главы рода.

– Развлечение на пустом месте, я понял, – усмехнулся я, хотя мне не слишком хотелось скрывать подобное от нее, но раз глава ее рода так решил, пусть будет.

– Не скажи, – поморщился Андрей. – Бывали случаи, когда выбранные женихи, которые были немилы девушке внезапно исчезали или умирали. Но, после принятия этого правила, смертность будущих мужей приблизилась к нулю. Я, конечно, ничего не утверждаю, но у нас не только маги разума в роду рождались.

– Хм, неплохая поправка, – не мог с этим не согласиться я. Надеюсь, Валерия все же против не будет, а то, судя по словам ее брата, дядя не один в их семье уродился таким психически нестабильным и кровожадным.

– Еще один вопрос, и я пойду отдыхать, если, конечно, твой гость с хорошо поставленным голосом мне это позволит. Это будет свадьба или помолвка? – невинно поинтересовался он. – Ну, просто, частенько бывает и первый вариант, когда главы родов уже точно решают объединиться, и длительное ожидание им ни к чему. Просто можно немного сместить уклон и загрузить многочисленных родственников к организации более торжественного мероприятия. Тогда с твоей стороны – это кольца и подарок невесте, ну и заранее обговоренный список гостей, чтобы не было проблем с охраной…

– Стоп. – Я поднял руку, останавливая воодушевившегося Сапсанова. – Ответь мне на один вопрос, а потом можешь и дальше озвучивать свои гениальные идеи. – Я дождался, когда Андрей переключится и кивнет, показывая, что внимательно меня слушает. – Как твоя сестра отнесется к понижению своего статуса и титула в обществе? Сейчас она графиня, как-никак.

– И это тебя волнует? – рассмеялся он. – Брось. Она всегда жила под гнетом отца по древнему кодексу нашего рода, которому больше ста лет. Ее готовили только к одному, что во благо рода она выйдет замуж за того, кто принесет больше пользы для семьи. Если это будет барон, то будет баронессой, если конюх, которого по какой-то причине захочет отблагодарить глава рода, то будет просто женой конюха. Ей даже шага лишнего не давали сделать лишний раз без присмотра, я даже не знаю, встречалась ли она с кем-то раньше до тебя. Все ее обучение сводилось только к одному: быть хорошей женой. Дико звучит в современных реалиях, не правда ли? Так свадьба или помолвка? – сразу же спросил он, не отводя от меня взгляда. – И что ты молчишь? – наконец не выдержал он, когда молчание начало затягиваться. А что я мог ответить. Меня и сейчас терзали сомнения, потому что я всегда жил по одному принципу: семья делает человека уязвимым. Но сейчас же я не глава клана наемников.

– Свадьба, – уверенно сказал я, глядя, как открывается дверь и в кабинет входит хмурый и раздраженный Петр.

– Отлично, – встал с кресла Андрей. – Тогда не забудь, что в пятницу в три часа дня, я жду тебя у себя. Ну, я еще напомню, если что, – с этими словами он, насвистывая что-то себе под нос, вышел из комнаты, пропуская Петра внутрь.

– Ты можешь его заткнуть? – поинтересовался он, провожая Сапсанова взглядом. Игнат продолжал голосить, ведая миру о своей нелегкой судьбе в заточении, в котором он провел уже тридцать лет и три года, и никто даже не пришел его навестить. Не принес и черствой корки хлеба и стакана воды, в общем, как я понял, судьба у него точно была нелегкая в эти несколько часов.

– Да, пойдем, – я поднялся и вышел в коридор вслед за братом, запирая кабинет. – Только сначала спустимся в подвал. Хочу тебе кое-что показать.

– Свадьба? Мои поздравления или еще рано? – спросил он, когда мы уже спускались вниз по пыльной лестнице.

– Никому не говори, это у них такая особенность, – тихо ответил я. – Тем более, еще впереди целая неделя, за которую все может измениться.

– Как скажешь, – пожал он плечами, глядя на то, как с противным скрипом медленно отворяется дверь.

Внутрь я зашел первым, оглядывая тут же осветившееся ярким светом помещение. Как и было написано в дневнике отца, это была современная по тем меркам лаборатория. Столы, какие-то склянки, колбы, стеллаж с ингредиентами. Я подошел к очередному сейфу, отпирая его перстнем. В нем лежало только три вещи: фиолетовый ярко светящийся макр, кольцо со вставленным в него точно таким же макром и небольшая подвеска с мелким сиреневым кристаллом. Подвеска для маленькой девочки и кольцо для ее матери.

– Это просто невероятно, – протянул брат. – Это мечта мастера ядов, по крайней мере, из тех ингредиентов, которые тут есть, можно навскидку сварить с десяток ядов, для которых нет противоядия в этом мире. Откуда ты узнал, что тут находится?

– Не знал, просто хотел посмотреть, – я взял в руку макр, чтобы лучше его разглядеть и тут же выронил его, падая на колени, хватаясь за грудь от нестерпимой боли неожиданно вновь треснувших ребер. В голове кружилось, а в глазах потемнело. Я словно начал куда-то проваливаться, но одновременно с этим чувствовал пол у себя под ногами.

– Костя? – ко мне подлетел Петр, роняя на пол какую-то склянку, которая разбилась с оглушительным для меня звоном.

Череда картинок промелькнула перед глазами. Множество теней, которые шептали что-то неразборчиво, заглушая все остальные посторонние звуки. Комната, в которой нашел Валерию во время инициации сменялась вновь появившимися тенями, пока не наступила темнота, в которой я отчетливо смог различить ту фигуру мужчины, державшего перед собой огромный меч.

– Я удивлен, что ты смог выдержать мой удар, – прозвучал его голос во внезапно наступившей оглушающей тишине.

– Кто ты? – прошептал я, понимая, что не могу пошевелиться. Боль в груди, которую не испытывал никогда до этого момента, начала распространяться по всему телу. Я даже нашел в себе силы удивиться тому, что все еще находился в этом подобии сознания.

– Ты узнаешь. Позже. Я отпускаю тебя, человек. Но запомни, никто не смеет вторгаться в мой мир без приглашения безнаказанно.

Я открыл глаза, стараясь сфокусироваться на брате, который что-то шептал себе под нос, прикладывая свою руку к моей груди. Боль практически прошла, оставляя после себя лишь небольшой дискомфорт.

– Все в порядке, – разлепил я пересохшие губы, вставая на ноги. Что это вообще было? На реальность как-то мало похоже. Скорее всего, словил откат от макра, к которому прикоснулся. Это какой же чудовищной силой обладал этот кристалл, если он даже на меня смог так воздействовать?

– Ты здорово меня напугал, – отстранился от меня Петр, вытирая пот со лба.

– Макр схватил, не думал, что он будет активированным, да еще и таким сильным, – покачал я головой, осматривая свои энергетические потоки. Они увеличились, пульсировали и ярко светились. А боль в груди, скорее всего, была от перенасытившегося источника, который не только стал больше, но и поменял свой цвет. Сложилось впечатление, что два потока смогли соединиться между собой, образуя какой-то грязный, зеленый оттенок.

– Допустим, – покачал брат головой, поднимаясь на ноги. – Я могу пользоваться этой сокровищницей в своих целях? – деловито осведомился он. – Надеюсь, я смог хоть немного заслужить твое доверие.

– Я бы не повел тебя сюда, – беря в руки кольцо и сразу же пряча его в карман, проговорил я. – Посмотри, что тут есть, потом расскажешь, может, найдем этому всему применение. Запирать подвал не буду, его охрана ложиться на твою совесть и плечи.

Я вышел из подвала, поднимаясь на второй этаж, оставляя уже не реагирующего на меня брата. Аккуратно убрав запирающее заклинание, я вошел внутрь комнаты, где увидел вальяжно растянувшегося на кровати Игната, рядом с котором валялся волк.

– Можешь покинуть комнату, – проговорил я, от чего дух подпрыгнул, словно испугался моего голоса.

– С чего это? – подозрительно прищурился он, а волк удивленно поднял морду, глядя мне в глаза.

– Я знаю, что ты такое. Прочитал в дневнике отца, – прислонился я спиной к стене. – Ты не просто низших дух. Дед запечатал тебя в этом доме и завязал все защитные заклинания на тебе. Ты – основная связующая точка, которую невозможно разрушить, соответственно, невозможно и разрушить чары на этом доме.

– Умный, читать умеешь, – пробурчал Игнат, спрыгивая на пол. – А чего освободить решил?

– Я, как хозяин дома, могу тебе приказывать, а ты не имеешь возможности мне не подчиниться. Поэтому я отдаю тебе эту комнату, а ты ведешь себя тихо, скромно и выполняешь все условия, которые изначально перед тобой были поставлены, – пожал я плечами. Инструкция по применению духа была краткой, в две строчки, а как его уничтожить было описано всего тремя словами.

– А…

– Никаких торгов. Когда все уляжется, ты, как и много лет назад, прекратишь скрываться и будешь спокойно общаться с остальными. Пока я прошу тебя не высовываться. И ради всех богов, больше не пой, это у тебя получается просто отвратительно.

Я вышел из комнаты, закрывая двери, глядя на счастливого духа, который тут же полез обниматься с опешившим от такой наглости волком.

Глава 15

– Убит, – холодно произнес Совинский после того, как легко увернулся от моей атаки и быстрым движением завалил меня на твердый пол, приставляя к горлу деревянный нож.

Он встал, подавая мне руку, чтобы помочь подняться. Не став изображать ложную скромность, я схватился за нее, после чего резко вскочил на ноги. Прошло четыре дня обучения, во время которых пришло понимание того, что я хоть и стал намного сильнее, но до полного возвращения навыков мне еще достаточно далеко. Причем, взялся за меня учитель всерьез, после того, как оценил физическую подготовку и навыки ближнего боя. Занимались мы без использования магии, а из оружия были только деревянные ножи. Первый месяц обучение проходило на выбранной кафедре. Магия защиты и выбранные факультативы в расписании стояли только в следующем месяце.

Я не знаю, кого именно готовили в академии, но точно это была не обычная программа обучения аристократов, если брать во внимание хотя бы этот тренировочный зал, в котором мы сейчас находились. Он был окружен несколькими слоями антимагической защиты, чтобы не допустить разрушения здания или случайных жертв, если какое-нибудь случайное заклинание студента выйдет из-под контроля. Зал был разделен на пять огромных секций для разного рода тренировок. Сейчас я полировал собой пол в первой, где проходили тренировки все первокурсники и приводили себя в божеский вид изнурительными физическими упражнениями, а также обучались базовым навыкам атаки и обороны ближнего боя.

– Что с тобой сегодня? Ты невнимателен, – он пристально на меня посмотрел и покачал головой.

– Не знаю, – признался я, потирая рукой грудь, боль в которой так и не проходила, и накатывала волнами. Причем четкой связи с моими действиями и усилением болевых ощущений я так и не смог найти.

Огненный поток был нестабилен и пытался вырваться при первой же возможности. Поэтому я старался держать себя в руках, чтобы контролировать свою магию, но сделать это было не так просто. Волнами накатывала злость и раздражение, которые сменялись какой-то апатией. Сегодня я был медлительнее, чем обычно и не всегда успевал за учителем, хотя раньше такого не было. Я мог не успеть ответить или уйти от удара, но всегда знал, что именно хочет предпринять Совинский в своей следующей атаке. Не хотелось признаваться, но, похоже, мне нужна была помощь. Воздействие на тело макра не прошло бесследно, хотя, Петр его внимательно изучил и даже сносил на кафедру артефакторики, прежде, чем заявить мне, что он абсолютно безвреден и был не активирован, когда я к нему прикоснулся.

– А вот и наш самый бездарный и слабый ученик академии, которого не видели эти стены за последние пятьдесят лет, – дверь секции отворилась, и внутрь зашел Шмелев, окидывая меня взглядом.

– С чего ты это взял? – повернулся к нему Совинский. – Я даже удивлен, что этот парень и тот, кого мы забрали из сиротского дома – один и тот же человек. То, чем мы с ним занимаемся сейчас, остальные смогут повторить не раньше, чем через полгода, и то в лучшем случае.

– Так говорят, – пожал дядя плечами и скрестил руки на груди. – Особенно этому рад Кондор, который сейчас рассказывает сказки, что на балу просто споткнулся, а ты воспользовался моментом, буквально избив лежачего, а пистолет в его руке взорвался, когда он нажал на спусковой крючок. Еще, оказывается, я во всем не разобрался и присудил победу на дуэли недостойному. Вот так, и меня даже смогло зацепить, – усмехнулся он, прислоняясь к стене. – Рассказывай, что у тебя за проблемы с магией? Ты один из сильнейших по уровню магов во всей академии, а не только среди первого курса. И я был очень удивлен, когда на пятничной планерке мне Ирина Богдановна говорит, что за неделю не смогла от тебя добиться даже сотворения простейшего заклинания.

– Это она про Манулова, который при помощи меча, пары метательных ножей и мощнейшей огненной магии смог недавно убить пять высокоуровневых магов? – присвистнул Совинский.

– А тебе бы тоже не мешало присутствовать на этой клоунаде, – рыкнул Шмелев. – Еженедельное собрание обязательно для всех учителей, даже, не взирая на то, что ты тут временно, так же, как и я. Ну, я жду, – вновь обратил он на меня свое внимание.

– Чего ты от меня хочешь⁈ – рявкнул я, делая глубокий вдох, чтобы успокоиться. – У меня, может, отличный уровень, высокий потенциал и неплохая физическая форма. Но у меня абсолютно не работает воображение. Что значит представить, что шар вылетает у тебя из рук, в который ты вкладываешь немного силы. Вы в своем уме? Зачем вообще нужна магическая академия, если нужно только представить заклинание? Чему учиться пять лет? Развивать воображение?

Я отвернулся, прекрасно понимая его негодование. Уроки освоения даром и базовым основам магии проходят у всего курса одновременно. Причем, действительно, я совершенно не понимал то, что говорит учитель, и как можно представить заклинание, плетение которого никогда не видел. Самое обидное, что у остальных с этим проблем не возникало. Сейчас я начал понимать, что истинное зрение мне больше мешает, нежели помогает, но по-другому воспринимать заклинания уже не получалось.

– Костя, когда я начинал тебя обучать, у тебя все прекрасно получалось. Принципы и основы магии неизменны, – тихо проговорил дядя, заставляя меня повернуться в его сторону. Боль в груди прошла и огонь внутри меня успокоился, значит, можно было нормально поговорить. – Любой маг должен научиться контролировать движение магической энергии, направлять ее и, грубо говоря, подталкивать. Ты должен не представлять конечную форму того же огненного шара в своем воображении, а прочувствовать в своем источнике этот поток силы, представить конечную форму заклинания и направить эту силу в определенную точку в пространстве.

– Это теория, с которой я разобрался еще в первые дни пробуждения дара, – пристально посмотрел я на ректора. – Иначе я бы тут не находился, закончив свою недолгую жизнь прилюдным самосожжением. Я – маг жизни, огонь – это приобретённый дар, тебе это известно. Поэтому я управляю своим источником и нитями силы, выплетая из них то, что необходимо, а не представляю конечную форму без четкого направления энергетических потоков, – после небольшого раздумья пояснил я, чтобы не вдаваться в нюансы истинного зрения и связующих точек, которые мне были видны. Примерно такое же обоснование построения чар было описано у деда в дневнике, когда он начал экспериментировать с тремя потоками одновременно. – А на занятиях этого не происходит. Просто монотонное бормотание учителя, где она повторяет одно и тоже про воображение, – поморщился я.