Текст книги "Мастер печатей (СИ)"

Автор книги: Илья Ангел

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

– Сколько времени? – вместо приветствия спросил я, потирая глаза.

– Десять часов ровно, – отрапортовал дворецкий. – Его сиятельство Андрей Николаевич распорядился разбудить вас.

– Который? – хмуро поинтересовался я, пропуская дворецкого внутрь комнаты. За ним тут же впорхнули девушки, проходя мимо и одаривая меня отнюдь не скромными взглядами. Я следил, как одна из служанок ставит поднос на стол, организуя завтрак, остальные же заносят пакеты, тут же начиная из них извлекать какие-то тряпки и одежду. – Сапсанов и Шмелев являются полными тезками, поэтому мне требуются некоторые уточнения.

– Граф Шмелев, – пояснил мужчина с невозмутимым выражением на лице. Ну да, как же я сразу то не понял. Нужно будет уточнить, зачем ему понадобилось меня тревожить в такую рань, если на бал отчаливаем вечером. За костюмом сбегать к Ткачевой дело тридцати минут, если не меньше. Благо, чемоданчик с деньгами, после продажи лунной травы я прихватить не забыл.

– Это что? – я указал в сторону суетящихся девушек, которые развешивали разнообразную одежду в шкаф.

– Одежда. Граф Шмелев распорядился, чтобы вам подобрали некоторые вещи для гардероба. Я связался с мадам Ткачевой и попросил сообщить мерки, которые она сняла с вас при пошиве выходного костюма. Вещи сшиты, разумеется, не на заказ, слишком мало времени было, но вполне должны подойти. Этим занималась с раннего утра Валерия Николаевна. – Зачем-то уточнил дворецкий, доставая из кармана сложенный лист бумаги и протягивая его мне. Понятно, девчонке нужно было чем-то заняться, чтобы отвлечься от всего случившегося. Я, к сожалению, не дождался возвращения ребят, поэтому даже не могу представить, в каком состоянии они находятся, после вести о смерти отца.

– Хорошо, а это что? – развернул я лист бумаги, который был исписан красивым просто каллиграфическим почерком. Вести долгие беседы в таком состоянии не очень хотелось, поэтому я решил ограничится короткими и простыми вопросами.

– Ваше расписание на день, согласованное и утвержденное графом Шмелевым. В одиннадцать ровно у вас запланирована встреча с графом Гюрзовым, которая пройдет в рабочем кабинете на первом этаже. В одиннадцать тридцать, по договоренности с его сиятельством, прибудет мадам Ткачева для примерки вашего костюма. Из поместья, как вы понимаете, никого после случившегося ночью в настоящий момент не выпускают и не запускают без согласования с новым начальником охраны, – посмотрел как-то странно на меня дворецкий. – В двенадцать часов будет обед, после которого у вас состоятся занятия по придворному этикету. С двух до четырех часов будет проводиться урок по бальным танцам, не понимаю, правда, чему можно научить за такое непродолжительное время. В четыре часа пятнадцать минут встреча со стилистом. В пять часов запланирован выезд в Новосибирск.

– И это все? – решил все же уточнить я, немного удивляясь изменению времени отбытия. Этикет и бальные танцы мне были не нужны. Я до шестнадцати лет воспитывался в строгих традициях клана, поэтому мне необходимо было только узнать некоторые местные особенности, хотя, я сомневаюсь, что они чем-то отличаются.

– Там так написано, – приклонил голову мужчина, после чего поднял руку, что послужило приказом девушкам покинуть комнату. – Константин, – произнес дворецкий, когда мы остались вдвоем. – Мы знаем, что именно вы сделали для всех, кто находился сегодня вечером в доме. Именно вы спасли нас от смерти, поэтому мы постараемся в знак благодарности удовлетворить любую вашу просьбу, выполнение которой будет нам под силу, – серьезно сказал он, глядя мне в глаза.

– Абсолютно любую, – раздались женские голоса из коридора и последовавшие за выкриком смешки. Я только усмехнулся, покачав головой.

– Я буду иметь это в виду, – кивнул я. – Где сейчас все члены рода Сапсановых и мои друзья?

– Андрей Николаевич в своем кабинете, просил вас, как освободитесь, зайти к нему. Валерия Николаевна находится в бальном зале вместе с Дианой. Олег Владимирович в больничном крыле под наблюдением целителя и Петра. Граф Шмелев отсутствует, но прибудет к назначенному времени. Чем-то еще могу помочь? – полюбопытствовал он, но я покачал головой, еще раз внимательно изучая составленное расписание, оставаясь в одиночестве. Отвык я уже от того, чтобы жить по часам. Я пошевелил пальцами. Без колец было непривычно, собственно, как и чувствовать себя на половину слабее. Но сегодня артефакты я точно не успею сделать. На это потребуется около четырех часов, и это при наличии необходимых ингредиентов, которых у меня не было. Очень хотелось бы, чтобы эти сутки прошли спокойно, и мне не пришлось бы жалеть об их отсутствии.

Быстро перекусив и приняв душ, я порылся в шкафу, оценивая свой новый гардероб. Валерия за такой небольшой промежуток времени успела неплохо меня узнать. Штаны из плотной ткани военного образца черного цвета с многочисленными карманами и точно такого же цвета футболка немного подняли мне настроение, как и высокие удобные ботинки на толстой рельефной платформе.

До встречи с Гюрзовым еще больше тридцати минут, так что успею сходить к Андрею. Вспоминая составленное заботливым дядей мое расписание, сомневаюсь, что смогу выкроить хоть немного времени для беседы и как минимум поинтересоваться его состоянием. Ему сейчас явно не просто.

Я вышел из комнаты и направился в сторону кабинета главы рода, отмечая, что дежурившая возле дверей охрана молча двинулась следом за мной. Держалась она, правда, в отдалении, но так, чтобы не терять меня из виду. Надеюсь, в случае чего они действительно знают, что делать, а если нет, то хотя бы под ногами путаться на станут.

– Манулов по вашему распоряжению прибыл, – Шутливо отчеканил я, входя в кабинет. Андрей сидел задумчиво за столом, невидящим взглядом уставившись в разложенные перед ним документы. – Ты как? – прошел я к столу, садясь на стул напротив него. Он встрепенулся, будто только что меня увидел и глубоко вздохнул.

– Тяжело. У меня уже с утра было две не слишком приятные встречи, а телефон я просто отключил. Такое чувство, что о смерти отца узнали все раньше меня, – бросил он ручку, пристально глядя мне в глаза. – Что мне сейчас делать? Я же практически ничего не знаю о делах рода. Отец всегда говорил о том, что мне еще рано забивать этим себе голову, а в случае чего будет рядом находиться дядя, который мне поможет. Но в живых остался только тот, кто хочет меня убить, – усмехнулся он, облокотившись на стол, приложив руку ко лбу.

– Это точно нужно спрашивать не у меня, – пожал я плечами. – Я тебе сочувствую, правда. Но единственное, что могу сделать, это осуществлять моральную поддержку. – Нет, меня готовили с десяти лет к тому, что я возьму дела клана на себя. Я даже помню всю ту науку, которую вдалбливали мне в голову, и часть этих знаний мне в свое время пригодилась на практике. Но окунаться с головой в дела чужого рода я точно не стану, как бы мне не хотелось помочь Андрею и остаткам его семьи.

– Ночью ко мне приходил великий Сапсан, – поднял он на меня глаза. – Предложил наилучший вариант в сложившейся ситуации: попросить князя Тигрова рассмотреть один древний закон, который гласит, что князь на вверенной ему территории может взять под полный протекторат защиту рода и не только осуществлять непосредственную защиту от проникновения из вне, но и заниматься экономическими делами обезглавленного рода до тех пор, пока наследник не вступит в права и не сможет самостоятельно вести дела на своей земле. Этот закон на практике не применялся более сотни лет. Я даже не знал о его существовании. – Проговорил он, вновь утыкаясь взглядом в документы на его столе.

– Фактически ты отдаешь управление в его руки, – подытожил я.

– Но помимо этого, он осуществляет защиту территорий. Я даже представить не могу сколько соседей сейчас возбудилось на новость о смерти главы рода. Я сомневаюсь, Костя. Очень сомневаюсь. – Проговорил он, потирая воспаленные от недосыпа глаза.

– Что говорит Олег? – поинтересовался я, пристально глядя на парня, которого буквально разрывали на части скверные мысли и метания из стороны в сторону.

– Ничего. Ему без разницы. Инвалидам не место во главе рода, это его слова, – покачал он головой, поднимаясь на ноги и подходя к окну. Он замолчал, что-то рассматривая во дворе своего дома.

– Тебе не на кого положиться. Прежде, чем браться за дела, необходимо проверить каждого, кто служит тебе. Даже Просапсановы встают на сторону твоего дяди, что уж говорить об обычных людях. – Это было первое, что я бы сделал, после случившегося, еще даже не приняв дела. То, что Шмелев подсуетился с охраной – это, конечно, здорово, но кто будет уверен в том, что тот же дворецкий или повариха не подсыплет в еду яд, во благо рода.

– Значит, другого выхода действительно нет. – Резко обернулся он. – А ты ведь прав, самой первой новостью вслед за смертью отца была, что все поверенные и близкие помощники, включая главного юриста и бухгалтера, опустошили один из наших счетов по доверенности и скрылись в неизвестном направлении, – рассмеялся он истерическим смехом. – Мне нужно договориться об аудиенции с Тигровым до бала. Если он согласится или поможет чем-то другим – это действительно упростит мое положение.

– Это верное решение. Поговори с князем. Говорят, он мужик суровый, но справедливый, – согласился я с ним. – Тебе нужно поспать и успокоиться. Я могу помочь.

– Да, наверное. Сам я точно не усну. – Он неуверенно кивнул, проходя мимо меня и садясь на диван, стоявший в дальнем углу кабинета. Я подошел к нему, прикладывая руки к его голове. – Подожди, я не за этим попросил тебя зайти, – перехватил он мои руки, глядя пристально мне в глаза. Я сел рядом с ним, готовясь слушать, ведь в таком состоянии это первое дело, дать человеку выговориться. – Ко мне сегодня приходил глава рода Кондоров с одним предложением. Я ему, конечно, отказал, но после его визита понял, что он будет не первый, кто заявится сюда с подобным вопросом. – Он встал на ноги, сразу же начиная бродить по кабинету, собираясь с мыслями.

– Андрей, что еще случилось? – ровно спросил я, после чего он остановился и, взяв стул, подвинул его и сел напротив меня. Его действия, мягко скажем, немного беспокоили, но я старался выглядеть невозмутимым, чтобы еще больше не заводить парня своими переживаниями.

– Я даже не знаю, как это сказать, – замялся он. – В общем, не прими это предложение за оскорбление. Я хочу, как глава рода Сапсановых, предложить тебе помолвку с моей сестрой. Стой, ничего не говори пока, дай мне объяснить, – прервал он меня, как только я ошалело открыл рот, чтобы возмутиться. – Ты практически вытащил нас из самого пекла, по какой-то причине оберегаешь нас с самого начала, хотя мы были не знакомы. Может, у тебя есть какие-то свои причины это делать, не знаю. Но за это время ты мне стал ближе, чем те, кого я действительно считал друзьями. Ты хороший человек, и Лера влюблена в тебя, это видят все, да и ты скорее всего тоже. Она единственный родной мне человек, который остался, и я хочу, чтобы моя сестра была в безопасности. С тобой она будет, как за каменной стеной, я в этом уверен.

– Я не хороший человек, поверь, – ровно проговорил, пытаясь взять себя в руки. Такого безумия от Андрея я точно не ожидал. – Тем более, я – никто. У меня даже дома нет, – попытался вразумить его.

– Знаешь, с каким предложением приходил Кондор? – усмехнулся он, отводя от меня взгляд. – С вопросом помолвки Леры и его первого сына. Третьей женой. Я даже не знаю, что меня возмутило больше, такое отношение ко мне и моей сестре или такое грубое вмешательство в дела рода. И я уверен, что через Валерию и брак, он хочет повлиять на меня, мои решения и просто развалить все, что десятками лет создавали мои предки, оттяпав себе кусочек пожирнее.

– Это твои предположения…

– Да нет, он практически сразу обозначил, после предложения, свою роль во всем этом, в виде предоставления любой необходимой помощи, как своему новому родственнику, – усмехнулся он. – И будут другие, даже если Тигров согласится на мое предложение. Я даже уверен в том, что сам князь захочет решить некоторые дела с помощью сестры. Браки в нашем обществе – это сделка, ничего больше.

– А Лера знает о твоем плане, попахивающим идиотизмом? – аккуратно осведомился я, понимая, что его нужно усыпить, чтобы мозг прекратил генерировать подобные идеи, а потом уже поговорить на трезвомыслящую голову.

– Нет, пока нет. Я хотел спросить это сначала у тебя. Но, я не тороплю тебя с ответом. Понимаю, что это внезапно, – вновь поднялся он на ноги.

– Давай, ты поспишь, придешь немного в себя, а потом, когда я буду уверен, что ты в здравом уме, мы снова об этом поговорим? – мягко спросил я, общаясь, как с ребенком или умалишенным, беря его за руку, насильно усаживая на диван. Он кивнул, после чего я вновь приложил руки к его голове, погружая того в лечебный сон.

Оставив парня отдыхать, я ринулся вниз, где меня уже пять минут, как должен ждать Гюрзов. К таким людям, как правило, на встречи не опаздывают.

Влетев в кабинет, я увидел графа, который стоял, заложив руки за спину, рассматривая висевшую на стене картину. На столе лежали огромной стопкой небольшие чемоданчики, полностью заняв всю его поверхность.

– Извините за опоздание, ваше сиятельство, – проговорил я, стараясь отдышаться.

– Ничего страшного, у вас была довольно бурная ночь, я даже удивлен, что встречу организовали так рано. – Он указал на одно из кресел, стоявших возле заваленного стола. – Тут вся сумма, указанная в договоре. Будете пересчитывать? – спросил он, присаживаясь рядом со мной.

– Нет, я положусь на вашу честность, – посмотрел я на чемоданы, открывая один из них, увидев, что он полностью забит купюрами. Он не был похож на человека, который бы рисковал подобными вещами, учитывая его статус и мое знакомство со Шмелевым, о котором он был в курсе.

– Хорошо, – кивнул он, вытаскивая из кармана две карты, протягивая их мне. – Черная – пропуск на любой аукцион нашего дома, серая – на официальные аукционы, – пояснил он. Я рассматривал блестящие жетоны, которые напоминали тот, что мне дал учредитель «Оазиса». – Это не все. Помимо оговоренных в договоре пунктов, я хочу сделать вам деловое предложение, – протянул он мне небольшую папку с бумагами.

– Что это? – осторожно открыл я ее. День полный сюрпризов и неожиданных предложений.

– Это документы на передачу части собственности. Вас дважды сегодня чуть не убили: один раз в моем заведении, второй – совладельцем клуба, поэтому я решил, что, после смерти Крапивникова, будет лучше, если именно вы, Константин, станете совладельцем «Оазиса». – Пристально посмотрел он на меня, слегка усмехаясь. – После смерти совладельца клуб полностью переходит в руки второго владельца, это указано в договоре. Но мне, если честно, некогда заниматься клубом, развлекая золотую молодежь.

– Очень щедрое предложение, но я, к сожалению, вынужден отказаться. – Твердо проговорил я, понимая, что, сделав меня совладельцем клуба, он просто хочет прикрыть аукцион от внимания Сапсанова. – Не люблю, когда что-то принадлежит мне лишь наполовину.

– Достойная позиция, – он встал, протягивая руку. – С вами интересно вести общение, но сегодня довольно насыщенный день для каждого из нас. Князь Тигров не любит, когда игнорируют подобные приглашения. Если возникнут вопросы, я в любой момент на них отвечу и встречусь с вами, вот мой номер, – он протянул очередную карту, где был были указаны необходимые данные. Я пожал протянутую руку, как-то отстраненно глядя, как он выходит из кабинета.

Я сел обратно на стул, открывая хранилище, чтобы переложить в него деньги. То, что я увидел, заставило меня материться в голос, проклиная изнанку, носорогов, магические хранилища и все, что только попалось мне на глаза. За каких-то несколько часов, лунная трава разрослась, заполняя все свободное пространство, превращаясь не в кусты, а в какие-то небольшие деревья, корни которых уже полностью вылезали из небольших горшков, покрывая пол, стены и потолок. Кое-как утрамбовав деньги в один из углов, я отсчитал положенную сумму, которой должен был расплатиться с Ткачевой и пошел искать дворецкого.

Нашел я его на кухне, где он пил чай, общаясь с одной из служанок, кажется той, которой он иногда снился, но до конца в этом был не уверен. Передав ему деньги и попросив встретить мадам Ткачеву, и с ней расплатиться, я выпытал у него, есть ли у них на территории закрытая оранжерея. Пора избавляться от этих кустов. Если не выживут до завтрашнего утра, то я, конечно, лишусь целого состояния, но сохраню магическое хранилище в целости и сохранности.

Провозившись с травой до трех часов, пересаживая кусты, с трудом отдирая их от поверхности хранилища, наплевав на обед, этикет и все, что обо мне подумают, я бросился в бальный зал. Этот день еще не закончился, но меня уже начинает заметно нервировать.

– Ты где был? – спросила меня Диана, когда я влетел туда злой и весь в земле.

– Лучше не спрашивай, – махнул я рукой, садясь на один из стульев. На меня сурово смотрела полноватая женщина средних лет, спуская вниз очки, чтобы лучше меня рассмотреть. В зале помимо меня находилась и Лера, которая, как я понял, помогала Диане лучше усвоить простые правила бального танца.

– Молодой человек, вы опоздали, – произнесла женщина, вставая на ноги, уперев руки в бока. – Я не знаю, что мы с вами можем успеть за оставшееся время.

– Какие танцы будет представлены на балу? – просто спросил я, поднимаясь на ноги.

– Вальс и полонез, – ответила Лера, удивленно принимая мою руку, когда я подошел к ней, поклонившись, приглашая на танец. – Но мы с Дианой разучиваем вальс. На удивление, она неплохо справляется. Я даже сомневаюсь, что больше половины тех, кто там будет, сможет так же.

– Как Олег? – я притянул девушку к себе, ожидая, когда включат музыку.

– Не очень. Он в медикаментозном сне. Завтра, после похорон, прибудет бригада целителей из Москвы, будут решать, что делать с его рукой, – тихо проговорила она, глядя мне в глаза. – Ты умеешь танцевать?

– Еще и на скрипке играть, но с возрастом понял, что применение смычка может быть вполне разносторонним, а сама скрипка неплохим ударным инструментом, – я даже не задумывался над движениями, настолько они были вбиты в меня еще в детстве. Девушка рассмеялась, не отрывая от меня взгляда. Я вел ее в танце, стараясь не сбиваться с ритма, что было сделать не так уж и сложно. – Ты едешь на бал?

– Да, мне нужно отвлечься от всего этого, тем более, я не хочу оставаться здесь одна, – опустила она голову. – Диану тоже возьмем. Шмелев с тобой не говорил по этому поводу?

– Нет, – я отрицательно покачал головой, останавливаясь и делая поклон.

– Андрей идет в сопровождении Дианы, ты со мной, чтобы не было никаких недоразумений с приглашениями.

– Молодой человек, вы великолепно чувствуете ритм, партнершу и просто превосходно держите осанку, – воскликнула женщина, которая должна была меня чему-то обучать. – Мне совершенно нечему вас учить.

– Благодарю, – кивнул я, выпуская руку девушки, глядя на часы.

Время было уже много, а мне, после своеобразного урока садоводства, еще необходимо было снова принять душ и не забыть разбудить Андрея, поэтому, ничего не говоря, я снова бросился наматывать круги по поместью. Андрей проснулся более вменяемым, но судя по его взгляду он ждал от меня ответа. Решив, что пока не время обсуждать подобные вещи, я оставил его заниматься своими делами и пошел в больничное крыло к Олегу. Петр подлечивал того по мере сил. Осмотрев руки, я пришел к выводу, что в принципе, его состояние стабильно, поэтому могу им заняться ночью, когда мы вернемся обратно. Дав брату необходимые инструкции, я помчался наверх, где меня уже ждал стилист. Молоденькая, хрупкая, хамоватая девица за полчаса привела меня в божеский вид, состригая длинные волосы и замазывая черные круги под глазами, которых утром еще не было.

Когда прибыл Шмелев, я уже готов был выдвигаться, надеясь, что этот вечер не принесет мне больше никаких неприятностей и сюрпризов.

Глава 7

– Готовы? – спросил Шмелев, когда я спустился вниз в гостиную. Андрей уже был на месте, шагами меряя все свободное пространство комнаты. Его руки немного подрагивали, поэтому в конце концов он заложил их за спину, погружаясь полностью в свои мысли.

– А где Лера с Дианой? – поинтересовался я, понимая, что изначально мы отправляемся одни. Внизу было непривычно пусто. Кроме нас троих никого не было, даже охраны, которая всегда толкалась в гостиной, изображая бурную деятельность.

– Они прибудут к началу. Не думаю, что им будет интересно праздно шататься по залу, чтобы скоротать время, пока вы будете заниматься своими делами. Не переживайте, они остаются под присмотром Марьяны Выдровой и переместятся вместе с ней. – Он пристально посмотрел на нас, после чего задумался буквально на секунду, наклонив голову. – Я тут подумал, возьмите с собой сменную одежду, чтобы было удобно, и броню, о которой ты рассказывал, после путешествия на изнанке.

– Зачем? – хором ответили мы, переглядываясь. – Я думал, что дворец Тигрова самое защищённое место во всей Сибири, – проговорил Андрей, а я кивнул, соглашаясь с его утверждением.

– Не знаю, предчувствия какие-то, – покачал он головой. – Может, просто перестраховываюсь.

Просьба Шмелева меня слегка насторожила. Либо он что-то знает, о чем не хочет говорить, либо его чувство опасности развито намного лучше моего, которое, наверное, впервые за долгое время совершенно никак себя не проявляло. Быстро запихнув сменный комплект одежды, обувь и броню, которую, в принципе, можно было надеть и под одежду сейчас, я спустился вниз, где Шмелев выразительно косился на большие часы, висевшие напротив входа.

Переместились мы недалеко от главных ворот дворца, который представлял собой трехэтажное здание из белого камня. Мы подошли к парадной лестнице, где еще никого не было, хотя машин возле главных ворот уже было достаточно. Не мы одни, судя по всему, были приглашены для беседы с его высочеством перед официальной частью развлекательной программы.

Представившись охране, зашли внутрь, где Шмелев только отмахнулся от подошедшего мужчины, готовый нас проводить в бальный зал.

– Знаешь, где находится кабинет князя? – спросил Шмелев у Андрея, который молча кивнул. Парень успокоился и выглядел сейчас вполне собранным и немного расслабленным, даже проступившая бледность не так сильно бросалась в глаза. – У тебя встреча через пять минут, не желательно на нее опаздывать.

– Удачи, – проговорил я. Андрей кивнул и, развернувшись, направился в противоположном от нас направлении в сторону небольшой лестницы, находившейся в отдалении.

Бальный зал, в который меня проводил Шмелев поражал воображение своими размерами. Высокие потолки с замысловатыми светильниками, свисающими вниз еще над полупустым залом. Многочисленные колонны, многие из которых явно выполняли функцию декора, а не несущей конструкции. Возле стен располагались удобные на вид диванчики и стулья, которые уже были заняты беседующими женщинами. Мужская же часть формировала определенные группы, разрозненные по всему периметру. Напротив входа находилось что-то наподобие сцены, на которой уже расположился оркестр, играющую спокойную тихую музыку.

– А вот и твоя охрана, на то время, пока меня не будет рядом, – он повел меня к одиноко стоявшей девушке, которая, увидев нас, улыбнулась и двинулась нам навстречу. Разглядев девушку, я понял, что скорпинида, взявшая внешность Алины, была действительно похожа на нее, как две капли воды. Только хищные голубые глаза и вульгарное поведение присутствовало исключительно у твари.

– Алина, спасибо, что пришла немного пораньше, – поприветствовал ее Шмелев. – Это Костя, на какое-то время ему нужно будет сопровождение.

– Я так понимаю, мы косвенно уже знакомы, – улыбнулась она, разглядывая меня карими глазами, принимая предложенную мною руку.

– Отнюдь, та тварь была явно на вас не похожа, ваше сиятельство, – любезно ответил я, глядя, как Шмелев быстро вышел из зала, оставляя меня под присмотром девушки.

– Просто Алина, – рассмеялась она. – Мне, на самом деле, очень любопытно было с вами познакомиться.

– Поэтому вы и согласились на роль надсмотрщицы, пока никого из старших не будет рядом? – проговорил я, провожая ее к одному из свободных диванчиков возле дальней стены. По пути взяв с подноса у материализовавшего рядом с нами парня два бокала с шампанским.

– Не совсем, – улыбнулась она, присаживаясь первой. – Скажем так, другого выбора у меня не было, учитывая, что дедушка находится здесь с раннего утра, а мать вызвали по делам. Вот меня и кинули сюда, чтобы была под охраной. После случившегося, меня ни на секунду не оставляют одну, хотя я даже понятия не имею, что именно произошло, и причем тут вообще я, – покачала она головой. – Но я могу составить вам компанию, если вы не против моего присутствия.

– Наоборот, мне даже будет любопытно узнать о всех тонкостях высшего общества, – проговорил я, оглядывая помещение, в котором с каждой минутой прибывало все больше гостей. Мне даже стало интересно посмотреть на масштаб вечеринки, которую организовал Тигров.

Алина оказалась довольно милой девушкой. Как и мать, она была магом смерти, поэтому те, кто ее знал, старались обходить нас стороной. Какая-та патологическая боязнь этого вида магии была для меня не понятна, но в этот раз сыграла мне на руку. Мне не слишком хотелось вступать в разговоры с кем бы то не было, пока не узнаю, что именно хочет от меня князь.

Девушка по возможности рассказывала о собравшихся, их имена, где обитают и чем занимаются. Судя по всему, ее готовили к службе в отделе деда, поэтому знала она многих. Я как мог старался запомнить все нюансы, но на тридцатом имени просто плюнул, акцентируя внимание на лицах и именах.

– Я могу вас побеспокоить, молодые люди? – подошедший к нам мужчина привлек мое внимание. Цепкий взгляд, властные черты лица, черные короткие волосы с проседью. Он чем-то напоминал мне покойного графа Сапсанова, когда я впервые его увидел в помещении школы в Ангарске. Но, благодаря Алине, мне было известно, кто стоял передо мной. Граф Савелий Артемьевич Кондор. Я поднялся, не отводя от него взгляда, пожимая протянутую руку, совершенно не понимая, что ему понадобилось от меня лично. – Я…

– Я знаю кто вы, – ровно ответил я. – Константин Манулов, чем могу быть обязан?

– Мне бы хотелось с вами поговорить наедине, – улыбнулся он. Кивнув Алине, отошел в сторону. Как бы не хотелось послать человека, которого я считал своим врагом, мне было интересно узнать, что именно ему от меня потребовалось. – Я наслышан о вас, Константин. В определенных кругах ходит достаточно много противоречивых слухов, особенно после трагедии, которая произошла сегодня ночью в поместье Сапсановых, – покачал он головой.

– Но вы же явно не о произошедшем хотите поговорите, – усмехнулся я. – Тем более, мне нельзя разглашать определенные подробности. Вам лучше спросить у вашего соседа и друга – графа Ужинцева, он явно знает даже больше меня. – Он удивленно вскинул брови, но довольно быстро взял себя в руки.

– Нет, что вы, – махнул он рукой, не отводя от меня колючего пронзительного взгляда. – Мне хотелось бы узнать, правдива ли информация о том, что вы проживаете в поместье Сапсановых?

– Допустим, – пожал я плечами.

– Я сегодня был на аудиенции у графа, выразил соболезнования его утрате и предложил определенную помощь…

– Ваше сиятельство, давайте ближе к делу. Я прекрасно знаю о вашем визите, – прервал я его. Возможно, это было не совсем культурно, но эти хождения вокруг основной темы могли продолжаться весь вечер, а общение с ним никакой выгоды для меня пока не имело.

– Андрей Николаевич отказал мне в помолвке Валерии с моим сыном. Он не обозначил причину, но я умею слушать и слышать. Причина в вас, не так ли?

– Это вполне возможно, но что с того? – поморщился я, прекрасно понимая, что именно он хочет от этой беседы. – Если вы решили сейчас надавить на меня, чтобы я переубедил графа Сапсанова в его решении относительно вас, и только благодаря вашей вежливой просьбе отказался от его сестры, то вы напрасно потратили свое время.

– Я предлагаю вам сделку. Сто тысяч, и вы разрываете вашу помолвку, – как ни в чем не бывало проговорил Кондор.

– Ваше сиятельство, костюм, который на мне сегодня надет стоит больше, – я аж опешил от такой наглости. – И подобные подачки меня совершенно не интересуют. Всего доброго, приятно насладиться этим вечером.

– Я не ожидал, что воспитанник сиротского дома может отказаться от таких денег, – оскалился он. – Откуда они у вас?

– Я же не спрашиваю откуда на вас свалилось ваше богатство семнадцать лет назад, – не мигая, проговорил я, видя истинным зрением, как после произнесенных мною слов слегка участилось его сердцебиение. – Передавайте от меня привет Глебу Германовичу с пожеланиями наискорейшего выздоровления, и пускай он наберется смелости продолжить наш с ним разговор, не сбегая при этом в середине милой беседы.

– Я не понимаю, о чем вы говорите, – проговорил он, но судя по участившемуся сердцебиению и на мгновение расширившимся зрачкам, он прекрасно знал, о чем я говорил. А вот для меня истинная суть затеянного им разговора была не совсем понятна.

– Всего хорошего, – я развернулся, столкнувшись со Шмелевым, который стоял позади меня внимательно разглядывая графа Кондора. Сколько времени он находился здесь было не ясно. Слишком много людей и раздававшихся отовсюду звуков было в зале, поэтому я не мог отследить перемещение каждого.

– Пошли, тебя ждет Тигров, – перевел он на меня взгляд, после чего резко развернулся и направился в сторону выхода из зала. – Что на тебя нашло? – спросил он, когда я с ним поравнялся.

– Ой, да брось. Даже ребенку понятно, что все, кто находится в заговоре с Сапсановым в курсе, кто я такой, – отмахнулся я. – И тем более, почему бы не раскачать немного лодку, чтобы они начали слегка суетиться и паниковать.

– Ты прям, как моя сестра, ей всегда нужно было находиться в центре масштабного конфликта, – покосился он на меня, когда мы поднимались по лестнице, ведущую в кабинет князя.

– Наверное, потому что она моя мать, – ответил я, заходя в приемную, где было самое настоящее столпотворение. Человек двадцать пытались пробиться уговорами и угрозами через миниатюрную девушку-секретаря в кабинет Тигрова. Шум стоял такой, что я не понимал, как можно было в принципе что-либо тут услышать. – Прям, как торгаши на базаре, – покачал я головой, подходя к меланхолично рассматривающей толпу девушке.