Текст книги "Мастер печатей (СИ)"

Автор книги: Илья Ангел

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

– Шмелев и Манулов, нам назначено, – коротко бросил наставник, после чего девушка нажала наманикюренным пальчиком кнопку, и двери распахнулись, заставляя всех собравшихся замолчать.

Я прошел в кабинет, где за столом сидел князь Дмитрий Анатольевич Тигров. Ну что я мог сказать о его внешности: в возрасте, выправка военного, мудрый взгляд. Наверное, именно таким я себе его и представлял.

– Ваше высочество, – поклонился я, приветствуя хозяина следом за Шмелевым.

– Да бросьте вы, – поморщился он, вставая из-за стола. – Сегодня все, как с цепи сорвались, с десяти утра нет отдыха, и всем что-то от меня надо, так что времени особо нет разводить церемонии. Андрей, останься пока, – обратился он к собирающемуся выйти мужчине. – Присаживайтесь, разговор будет серьезным. О вас, молодой человек, многие из моего окружения отзываются довольно лестно, – продолжил он, когда мы сели на предложенные места. – За исключением Паршакова, но это отдельный разговор, – усмехнулся он. – Я принял во внимание все факты и решил, что вы достойны самой высокой награды за свои труды. Его величество Кретчет согласен со мной и подписал все необходимые бумаги, для награждения и присвоения вам титула барона.

– Что? – вот ничего подобного я точно не ожидал услышать. Похвалу, возможно, порицание и какие-то наставления – вероятно, но титул?

– Со всеми вытекающими из этого обязанностями, – усмехнулся он, глядя на мою реакцию, после чего присел на свое кресло и достал из ящика стола какие-то бумаги. – Только есть небольшая проблема, о которой я хочу поговорить с вами до начала бала. Если бы не это, то я никогда бы не стал вас посвящать до оглашения этого решения. Всегда нравились искренние эмоции, – улыбнулся он. – О вашем происхождении знают несколько человек, и ваш дядя, – он посмотрел на Шмелева, который задумчиво рассматривал какую-то статуэтку на столе князя, – просил не оглашать это, пока не будут наказаны все виновные в случившемся, – Тигров внезапно стал серьезным, и мне показалось, что вместе с этим в кабинете стало темнее, а воздух стал плотнее настолько, что дышать стало некомфортно. – Мы открыли дело, ссылаясь на показания свидетелей, но никаких доказательств, кроме обычных слов у нас нет, поэтому это все пока неофициально.

– Я понимаю, – кивнул я.

– Но, если ты желаешь выйти из тени и предстать перед высшим светом, в качестве наследника графа Серолапова, то я объявлю это перед началом бала. Тогда ты получишь со временем потерянный титул графа по праву рождения, и возможно, в будущем, мы сможем вернуть тебе земли и имущество, когда ты вступишь в право наследования, – не отрывал он от меня взгляда.

– Я – Манулов, и от своего бога, который помог мне в трудные минуты жизни, отказываться не собираюсь, – ответил я.

– Это, конечно, немного усложняет дело, – согласился он со мной. – Но вполне решаемо.

– И все же, я откажусь, – после длительного раздумья проговорил я. – Не нужно пока привлекать излишнее внимание. Тем более, после разрешения определенных проблем с некоторыми родами, мы всегда можем вернуться к этому разговору.

– Мне нравится твой племянник, Шмелев. – Рассмеялся князь. – Многие бы согласились сразу же возвыситься над остальными.

– Тогда пришлось бы больнее падать, – пожал я плечами. – Наследие отца никуда не денется, поэтому нет смысла торопить события.

– Хорошо, тогда решено. Андрей, у тебя будет новое назначение, – переключился он на Шмелева. – С понедельника ты вступаешь в должность ректора академии Норильска. Мне не нравится противоречивая информация, которая исходит оттуда. Нужно разобраться.

– Слушаюсь, ваше высочество, – процедил он, явно не будучи довольным новой должностью.

– А теперь оставь нас. – Мы подождали, пока Шмелев, слегка поклонившись, выйдет из кабинета, плотно закрывая за собой двери. – Что касается вашего нового положения в обществе, – продолжил князь. – Эти документы были подписаны еще покойным графом Николаем Сапсановым, и его наследник не высказал возмущений по этому поводу. Согласно этим документам, часть земель, ранее принадлежавших твоему деду и отцу, отходит тебе в качестве земель твоего баронства. Не могу ничего сказать о состоянии предприятий, расположенных на нем, но с фортом ты уже знаком. Император разорвал контракт об использовании третьего уровня с графом Сапсановым, но необходимо выплатить отступные. Кто это будет делать не понятно, в этом разберутся юристы.

– Это неожиданно, – проговорил я, в полной мере сейчас осознавая тот груз, который на меня свалился.

– Ты хорошо проявил себя в сражениях, Константин, посмотрим, как ты себя проявишь в роли управленца, – прищурился он. – С твоего позволения, я хочу порекомендовать тебе помощника. Михаил Александрович Давыдов, больше десяти лет был поверенным твоего деда и всегда был предан ему и роду. После случившегося с твоей семьей, он обратился ко мне, попросившись на службу, и могу сказать, что в юридических и многих экономических вопросах ему нет равных. Он проведет проверку и предоставит нам с тобой отчет о состоянии твоего баронства, чтобы определиться с объемом первичных дотаций со стороны княжества, если это будет необходимо. В том случае, если тебя устроит его работа, то вполне сможешь его нанять себе в помощники.

– Благодарю, – приклонил я голову, думая над тем, что произошло, поднимаясь на ноги, когда молчание начало затягиваться.

– Мы не располагали никакими данными по поводу гибели ваших близких, – неожиданно произнес он. – Все выглядело, как обычный прорыв, хотя твой дядя с самого начала говорил об обратном. Я сделаю все возможное, чтобы виновные понесли заслуженное наказание. Ну а теперь пора к гостям, до открытия осталось совсем немного времени, – хлопнул он ладонью по столу и поднялся на ноги. Я вышел из кабинета, где меня ждал Андрей в гордом одиночестве, не считая помощницы, которая что-то записывала в большую тетрадь.

– Как все прошло? – спросил он. Находился он в приподнятом настроении, поэтому спрашивать подобный вопрос смысла не имело.

– А то ты не знаешь, – покачал я головой. – Могли бы и предупредить.

– И испортить сюрприз? – похлопал он меня по плечу. – Ваше благородие, нам пора спуститься вниз и встретить наших спутниц, они с минуту на минуту должны уже прибыть ко дворцу.

Выйти без проблем из здания у нас не получилось. В дверях сформировался самый настоящий затор из спешащих пройти внутрь. С трудом протиснувшись, выслушивая всевозможные возмущения на этот счет, мы спустились вниз по лестнице, которую со всех сторон буквально окружили журналисты и фотографы с тяжелыми неповоротливыми камерами. Девушки нас уже ждали, пристроившись в конец очереди. Диана заметно нервничала, впервые оказавшись в окружении элиты.

– Потрясающе выглядите, – проговорил я, беря под руку улыбнувшуюся мне Валерию. На них были практически одинаковые белоснежные платья, чуть отличающиеся по крою. Волосы были забраны в какие-то сложные прически. Украшений было немного, но они выделялись и привлекали внимание. Андрей взял под руку Диану и, что-то говоря ободряющее, повел ее вверх по лестнице.

– Жаль, что Олега нет, – тихо проговорила Валерия, идя за мной следом. – Ей было бы спокойнее.

На это я ничего не ответил. Слова были бы явно излишни. На удивление, встречал гостей сам князь, стараясь с каждым обмолвиться парой слов. Вошли в зал мы одни из последних. По крайней мере, буквально через несколько минут заиграла музыка, и на сцену вышел сам Тигров с приветственным словом.

– Рад приветствовать всех собравшихся здесь, – в полной тишине прогремел голос князя на весь зал. Он обвел присутствующих цепким взглядом. – Сегодняшний день омрачила новость о смерти графа Сапсанова, который скоропостижно скончался ночью, – гул, раздавшийся со всех сторон, явно свидетельствовал о том, что многие не знали о случившемся. – Поэтому, коротко сообщу о некоторых важных изменениях. С сегодняшнего дня графство Сапсановых полностью переходит под мою защиту. Все дела, касающиеся графства, обсуждаются теперь исключительно в трехстороннем порядке, либо в присутствии меня, либо доверенных мне лиц. Любое вторжение и силовой захват территорий будет приравниваться к нападению на меня лично, и наказание за подобное самоуправство будет соответствующим.

Резко пронзившая руку боль отвлекла от слов Тигрова. Я посмотрел на свою ладонь и увидел, что родовой перстень Манула раскалился до красна, обжигая кожу на пальце. Ожоги, под полоской металла, под действием магии жизни довольно быстро проходили, оставляя лишь небольшое жжение. Я пытался связаться со своим богом, который всегда отвечал на зов, но в этот раз результата никакого не было. Раскаленный металл внезапно охладился, покрываясь ледяной коркой. Острая боль прошла, оставляя только едва ощутимую пульсацию.

– Костя, – толкнула меня Лера. Я перевел на нее взгляд, возвращаясь в реальность, где князь громогласно объявил мое имя, представляя публике, в качестве нового барона.

Я тряхнул головой, бросив взгляд на кольцо, и вышел вперед на сцену, где Тигров вновь представил меня, пожав мне руку. Встретившись взглядом с Кондором, я видел, как играют желваки на его лице. Ну ничего, игра только началась и теперь она будет на равных. Спустившись вниз под аплодисменты собравшихся, я попытался вновь воззвать к Манулу, но, как и в прошлые разы, совершенно безуспешно. Краем уха слышал, как князь представляет своего сына Александра, и объявил бал открытым.

– Ну что, ваше благородие, пригласите даму на танец? – улыбнулась Лера, когда заиграла музыка.

– Разумеется, – вывел ее в центр. Что-то происходило, но я никак не мог повлиять на это. Но, вроде, перстень вел себя, как обычно, поэтому я на какое-то время успокоился.

– Ты напряжен, – проговорила девушка, которая все это время молча смотрела мне в глаза.

– Ничего, просто немного огорошен произошедшим, – улыбнулся я и поклонился, когда музыка закончилась. – Мне нужно ненадолго отойти, не против побыть в компании магов смерти? – она покачала головой и рассмеялась, когда я подвел ее к Марьяне.

Отойдя в сторону, прислонившись к одной из колонн, я закрыл глаза, стараясь отречься от всего происходящего, и вновь воззвать к Манулу.

– Все хорошо, позже поговорим, – прогромыхал в голове рассерженный голос кота, вслед за которым появился шум и головная боль. – Только одной серой псине объясню, где конкретно он не прав.

– Добрый вечер, – раздался голос рядом со мной. – Граф Евгений Рысев.

– Очень приятно… – попытался сфокусироваться я на молодом мужчине, обращающимся ко мне. Слова Манула меня поставили в тупик, собственно, как и эти странные изменения в родовом перстне.

– Маленький совет, разрешите? – я кивнул, окончательно возвращаясь в реальность. Шум в голове прошел, и головная боль отступила. – Не следует делать вид, что стоите в засаде, выслеживая добычу. В большинстве случаев, это вызывает у людей любопытство и острое желание убедиться, что выслеживают всё-таки кого-то другого.

– Правда? С чего вы взяли?

– Я наблюдательный. К тому же, не мог пройти мимо ещё одного кота. Нам-то делить здесь нечего. Мы сейчас находимся на территории кота гораздо крупнее и опаснее, чем мы вместе взятые. – Он усмехнулся. – Этакая мужская солидарность, если хотите.

– И как же нужно стоять, чтобы тебя никто не трогал? – его слова вызвали интерес, тем более, давно не приходилось слышать подобного от незнакомого мне человека.

– Нужно показать, как тебе невыносимо скучно. Мало кому придёт в голову нарушить столь интимное состояние, как скука.

– Поверю на слово, – я усмехнулся, а затем протянул руку. – Константин Манулов.

От автора: Граф Рысев, которого встретил наш герой, живет на странице моего хорошего друга: /work/291426

Очень рекомендую к прочтению!

Глава 8

Во время рукопожатия с графом Рысевым, я внимательно его рассмотрел. Он был молод и не похож на остальных собравшихся: белый костюм, черная рубашка, вместо галстука черный платок. В руках он все это время держал пилку для ногтей, не используя ее по назначению во время нашего разговора. Он повертел ее в руках и спрятал в карман. Какая интересная задумка. А, ведь, на входе пристально следили за тем, чтобы не было внутрь пронесено какое бы то не было оружие. Но кто может посчитать обычную пилку за что-то действительно опасное. Только тот, кто может применить ее не по назначению.

– Как я сам не додумался, что можно вот так эту вещь пронести? – произнес я, пристально глядя на парня. Зачем она ему нужна, интересно. На наемника он не слишком был похож. Но и не просто же так он ко мне подошел, заводя странную беседу. Не хотелось бы признавать, что за последнее время ко мне вернулась старая паранойя, которая заметно отличалась от обыкновенной бдительности. – Очень удобно, и никто не отберет на входе, как тот же нож.

– Это вы сейчас о чём? – спросил он, снова вытащив пилку из кармана и покрутив ее в руке.

– Вот такой штукой вполне можно убить человека как минимум восьмью разными способами. – Хмыкнул я, отводя от него взгляд. Вновь играла музыка, в центре довольно много пар кружились в танце, включая Леру и Диану, которые нашли себе для этого действия кавалеров. Андрея, вот, видно не было, хотя отсюда и обзор был не слишком хорошим.

– Да? – удивленно посмотрел он на меня и перевел взгляд на столь грозное оружие. – А у вас очень бурная фантазия. И, кстати, спасибо за ещё одну фобию. Вот как я теперь войду в приёмную ректора, если буду думать, что его секретарь тоже знает все эти восемь способов убийства?

– Какие интересные секретари у вашего ректора, – протянул я, представляя, что и у Шмелева будет наверняка не самая обычная красотка, выбранная им для антуража.

Музыка закончилась, сменившись тут же на другую мелодию, но танцевать никто не спешил. В центре зала раздался какой-то шум. Бросив туда взгляд, я выматерился про себя. Валерия на повышенных тонах разговаривала с парнем, с которым только что танцевала, после чего неожиданно замахнулась и врезала тому кулаком по лицу, после чего, не глядя на полученный результат, развернулась и ринулась в сторону выхода. Ну, в целом, судя по тому, как тот попятился, зажимая нос, из которого брызнула кровь, удар у нее был поставленный. Следом за ней бросилась Диана и Алина с незнакомой мне девушкой, с которой стояла неподалеку.

– Извините, но мне нужно отойти, – обратился я к своему неожиданному собеседнику и быстрым шагом пересек зал сквозь коридор, который образовывали собравшиеся, с интересом разглядывая и начиная обсуждать неожиданное представление.

Я увидел Леру, сидевшую на полу в коридоре, ведущий в бальный зал. Ее окружали остальные, задавая вопросы и стараясь успокоить.

– Что случилось? – спросил я, подходя к ним, отмечая, что в коридор начали постепенно выходить некоторые наиболее скучающие личности за бесплатным развлечением.

– Не знаю, – увидев меня, Дина поднялась на ноги, разводя руки. – Никто ничего не слышал, только перебранку в конце, а сама она не говорит ничего толком.

Я вздохнул, покачал головой и присел рядом с Лерой, отнимая руки от ее лица. Как-никак, она пришла со мной, поэтому надо было разобраться с виновником и решить хватит с него сломанного носа или требуется еще добавить. Только аккуратно, чтобы аристократия на меня не слишком ополчилась. Все же, я первый день, как принял титул и вошел в местное дворянство. Ее щеки пылали, а сама она была в ярости, от которой девушку едва заметно потряхивало.

– Ну и что это было? – обратил я ее внимание на себя. Она вздохнула и прикрыла глаза, откидываясь на стену спиной возле которой сидела.

– Не нужно было сюда приходить. О чем я вообще думала? – проговорила она.

– О своей безопасности. В поместье оставаться одной глупо, пока не проверен каждый, кто служит твоему роду, и ты это прекрасно знаешь, – ровно проговорил я. – Кто это был?

– Наследник графа Кондора, – поморщилась она, потирая ушибленную руку. – Сначала все было нормально, но потом он начал оскорблять меня, отца, Андрея, тебя. В общем, я слегка погорячилась.

– Понятно, – усмехнулся я, вставая на ноги и поднимая Сапсанову следом за собой. Возле меня осталась только Диана, остальных девушек видно не было. Видимо, решили оставить нас одних. – Хватит пол протирать своим белоснежным платьем. В зале есть диванчики, пойдем лучше там посидим, выпьем чего-нибудь и успокоимся. Все равно без Андрея и Шмелева мы в поместье не вернемся.

Я завел ее внутрь и подвел к пустующему месту, скрытому колонной от остальной части зала. Оставив Леру с Дианой, я сделал буквально несколько шагов, как столкнулся с дядей, который, сложив руки на груди, хмуро на меня смотрел.

– Не нужно создавать конфликт, пока не получишь все козыри в ситуации. Сейчас нужно просто подождать, – проговорил он. Я удивленно поднял бровь, непонимающе глядя на него. – Что ты так на меня смотришь? Я же по твоим глазам вижу, что ты хочешь прямо сейчас выпустить пар и набить кому-нибудь морду. Однако излишняя поспешность редко дает хорошие результаты.

– Зачем ты так плохо обо мне думаешь… – меня прервал громкий мужской голос в стороне. Я обернулся, увидев наследника Кондора, который стоял рядом с колонной в компании двух таких же молодых людей.

– Нет, вы представляете. И ведь ее слюнтяя братика нет поблизости, чтобы он ответил за это оскорбление, – нарочито громко произнес он, встретившись со мной взглядом. – Ну ничего, сейчас отец договорится с князем, все же у них хорошие отношения, и как бы не противился Сапсанов, этот брак будет заключен. А там мы уже обсудим это унижение по-семейному, – злорадно добавил он.

– Уже лучше, но пока все еще рано вмешиваться, – задумчиво протянул Шмелев, косясь в сторону графа Кондора, который приближался к нам. Видимо, тоже хотел разобраться в случившемся. Я молчал. Прекрасно понимая, что если парня понесло, то нам просто нужно подождать, пока он скажет что-то такое, что похоронит его самого.

– Жаль, что она спуталась с этим нищим сироткой. Интересно, ему баронство отсыпали, чтобы не позорить род Сапсановых? А то не слишком приятно, когда твоя дочь трется рядом с ублюдком неизвестно чьего рода, по-другому вряд ли бы он получил благословение одного из богов, – невзирая на приближающегося отца, продолжал он изливать яд в мою сторону. Раздались смешки его окружения. Я только усмехнулся и покачал головой, не понимая, каким дегенератом нужно было быть, чтобы так себя вести.

– Почти хорошо, но он все еще не обращается к тебе лично… – сказал Шмелев, нахмурившись, и явно с трудом сдерживая невозмутимый вид.

– Эй, сиротка, не ответишь ли графу, было ли чего у тебя с моей будущей женой. А то не хотелось бы испытывать отвращение при ее прикосновениях…

– Ну вот и все, – улыбнувшись, развел руки в сторону Шмелев и сделал шаг назад, пропуская меня вперед. – Ты полностью в своем праве.

Внешней энергии было не много, все же я уже привык к накопителям, но на слабенькие печати должно хватить. Большего мне и не нужно. Печать сокрушения раскинула в стороны его подпевал, а слетевшая следом печать обездвиживания обрушилась на Кондора, давая мне время приблизиться, чтобы не нарваться на встречную атаку.

– Да чего же не ответить, давай поговорим, – едва слышно произнес я, сбивая того с ног, когда он смог освободиться от заклинания и, выворачивая его руку, беря на болевой, довольно сильно опустил его на пол. В зале наступила тишина, даже музыка перестала играть. Я бросил взгляд на Шмелева, который успокаивающе поднял руку, показывая, что ничего экстраординарного сейчас не происходит.

– Отпусти, тварь, – процедил задергавшийся граф, на что я еще сильнее надавил на руку, заставляя того заскулить от возникшей боли. Граф Кондор стоял рядом, лишь молча смотрел на позор своего рода, в виде своего сына.

– Еще одно движение, и я сломаю тебе руку в четырех местах так, чтобы этот конструктор больше не смог собрать ни один из лекарей Империи, – ровно проговорил я. – А сейчас ты встанешь и извинишься за свои слова передо мной и перед девушкой, которую оскорбил, – подождал я, когда тот успокоится, наложив перед этим очередную печать, которая получилась слабенькой и только ограничивала его движения, а не полностью обездвиживала.

– За это унижение ты расплатишься своей кровью, – прорычал он, в очередной раз дернувшись. – Я вызываю тебя на дуэль! – прокричал он, чтобы услышал не только я. – Насмерть. Завтра в парке возле школы, с применением магии.

Я встал, освобождая того из захвата, и подождал, когда тот поднимется, злобно глядя мне в глаза.

– Я принимаю вызов, – глянул на Шмелева, который задумчиво кивнул. – Только, в отличие от тебя, я знаю имперский кодекс, поэтому дуэль состоится здесь и сейчас, на дуэльный пистолетах, разумеется, не до смерти. Не хочется отвечать за твою дохлую тушку перед его высочеством. – В зале раздался гул голосов, но потом неожиданно прервался.

– Я смотрю, наши молодые люди за неполный час уже успели заскучать, – прогремел голос князя Тигрова, который подошел к нам. – Похоже, нужно в расписание последующих мероприятий внести время для дуэлей. Уже пятый год как кто-то выясняет здесь между собой отношения. Только вы, господа, побили все рекорды, обычно подобное возникает далеко за полночь, когда многие уже успевают, как следует выпить, – хмыкнул он, а по залу прошлись единичные смешки. Граф Кондор стоял красный от злости, буквально прожигая взглядом своего сына. – Ну что ж, если вы не отказываетесь от своих слов, то я попрошу ваших секундантов подойти к графу Шмелеву, который будет организатором этой дуэли, но перед этим вы объявите, чего хотите добиться вашим поединком.

– Если я выиграю, то требую от проигравшей стороны, чтобы глава его рода прилюдно извинился перед графом Сапсановым и мной за причиненное оскорбление, – не отрывая взгляда от графа Кондора, проговорил я. – А также, он лично оплатит мне пулю, которой я подстрелю его заносчивого сына.

– Это законное требование, – кивнул князь, не обращая внимание на возмущение главы рода. В отличие от сыночка, он, похоже, понимал, к чему это все идет.

– Если выиграю я, то ты разрываешь помолвку, – проговорил он. Я только пожал плечами, ничего не ответив. Теперь стало предельно ясно, чего он добивался и зачем так открыто пытался меня спровоцировать.

– Да будет так, – хлопнул в ладоши заметно повеселевший князь. – У вас тридцать минут на подготовку, – после чего он развернулся и пошел в сторону сцены, где стояло его кресло.

– Кто у тебя секундант? У тебя и знакомых-то тут нет, а заинтересованные стороны не могут учувствовать в этом сомнительном мероприятии. – Спросил меня Шмелев.

– Я, если не возражаете. – Граф Рысев, с которым мы так и не договорили, вышел вперед. Ну пусть будет, мне, если честно, все равно, главное, чтобы оружие проверили.

– Благодарю, – кивнул я ему и отошел в сторону, прислонившись к колонне, чтобы немного собраться с мыслями и подумать.

– Помолвку? – подлетел ко мне взъерошенный Андрей, хватая меня за плечи и заглядывая в глаза.

– Давай, не сейчас, – сбросил я его руки.

– То есть, ты соглашаешься на мое предложение? – улыбнулся он.

– Андрей, я сказал, что обсудим это в другое время, – покачал я головой, отходя в сторону и присаживаясь на свободный диванчик. Вообще-то я не думал, что Кондоры всерьез воспримут мои слова.

Меня, на удивление, никто не трогал. Я даже успел немного задремать, отмечая, что даже в таком скоротечном сне магические потоки восстанавливаются заметно быстрее. Еще пара часов, и мне хватит сил, чтобы заняться лечением Олега.

– Осталось пять минут, – я открыл глаза, глядя на подошедшего ко мне дядю, в сопровождении Рысева. – Ты что, уснул что ли, пока мы бегаем с графом и устраиваем стрельбище, для твоего развлечения? – укоризненно посмотрел он на меня.

– Для этого и нужен секундант, не так ли? – усмехнулся я, поднимаясь на ноги и потягиваясь, разминая затекшие мышцы. – Почему вы вызвались в это сомнительное мероприятие? – прямо спросил я у Рысева.

– У меня свои причины, – улыбнулся он, глядя на часы. Допустим, я ему поверил, но истинную причину все равно хотелось бы знать.

Меня, тем временем, проводили в центр зала, который уже был освобожден от публики. Кондор уже стоял, нетерпеливо постукивая ногой, выслушивая последние наставления мужчины, стоявшего рядом с ним. Пройдя внутрь, нас накрыл прозрачный защитный купол, чтобы зрителям было видно все, что происходит внутри.

– Прям, как обезьянки в цирке, – хмыкнул я, подходя к столу, за которым стоял Шмелев, открывая несколько шкатулок, в которых лежали массивные пистолеты, естественно заряженные, готовые, так сказать, к употреблению. Их было четыре, так что, было из чего выбрать, правда, внешне они ничем друг от друга не отличались. Взяв один из них в руки, я поморщился. Тяжелый, надеюсь, что хотя бы пристрелянный. Не хотелось бы действительно случайно убить этого придурка. Убийство на дуэли довольно серьезно каралось имперскими законами.

Я в пол уха слушал последние наставления дяди и своего секунданта, рассматривая напряженного Кондора. Чем меньше времени оставалось до самой дуэли, тем более бледным и нерешительным он становился. Но оружие держал вполне уверенно, так что нужно уже самому собраться.

– Выстрел производится на десятом ударе, – закончил, наконец, Шмелев, показывая, чтобы мы вставали на положенную друг от друга дистанцию в тридцать шагов.

Когда раздался первый удар, я закрыл глаза, настраиваясь на выстрел, на втором открыл их и сосредоточился, полностью отвлекаясь от окружающей меня действительности. Передо мной была только цель, которую нужно было поразить. Кондор уже направил на меня оружие. Зря. Пистолет тяжелый, и если ты нетренированный стрелок, то к десятой секунде рука уже может устать. На девятом я вскинул руку и на десятом ударе спокойно нажал на спусковой крючок. Противник не успел произвести свой выстрел. Пуля, вылетевшая из моего оружия, достигла цели за долю секунды, точно попав в кисть левой руки, которой под конец он помогал держать пистолет. Я даже не предполагал, что подобное вообще может произойти. Целился я в плечо. Все же пистолеты были не пристрелены как следует. Звуки вернулись неожиданно, и вопль, который издавал Кондор, чуть меня не оглушил. Я молча подошел к Шмелеву и положил на стол оружие.

– Дуэль проведена по всем правилам, Константин Манулов объявляется победителем этого поединка, – объявил Шмелев, как только опал защитный купол. К пострадавшему парню тут же бросились уже дежурившие лекари. Быстро погрузив того на носилки, они вытащили его из бального зала.

– Что теперь? – спросил я у дяди, который пристально на меня смотрел.

– Теперь получи награду и продолжай отдыхать. Мне нужно пробыть здесь до двенадцати часов, потом можем отправиться в поместье, я все-таки тут работаю, – поморщился он, отходя в сторону, когда ко мне подошел граф Кондор, вставший напротив меня. Андрей и Лера встали рядом в ожидании извинений.

– Я глава рода Кондор, приношу извинения за поступки и слова своего наследника барону Манулову, графине Сапсановой и графу Сапсанову, – раздался усиленный магией голос графа по всему залу. – Впредь, я, как глава рода, обязуюсь не допускать подобного поведения моего наследника в моем присутствии, – добавил он, пристально глядя мне в глаза.

– Я принимаю ваши извинения, – одновременно ответили мы, после чего в зале, как по команде, поднялся гул, и началось какое-то хаотичное движение собравшихся на бал гостей. – С вас одна копейка за пулю. Будьте добры. – Напомнил я краснеющему от гнева главе рода Кондор.

– Конечно. Я всегда плачу по счетам, молодой человек. – Угрожающе протянул он, кладя в мою руку медную монету.

– А я всегда забираю свое. – Улыбнулся я, показывая, что разговор закончен.

– Ты, псих ненормальный, знаешь, как я за тебя переживала, – тряхнула головой девушка и, развернувшись, целенаправленно направилась в сторону Алины, стоявшей неподалеку. Заиграла громкая музыка, будто ничего только что не происходило.

– Даже извиняться за это не буду, – хмыкнул я, подходя к графу Рысеву, который пристально смотрел в мою сторону.

– Думаю, что пришла пора молодым, здоровым лбам, не достигшим двадцатипятилетия, порадовать нас мужеством, умом, магическими и боевыми навыками. – Музыка резко заглохла, я даже не успел перекинуться парой слов со своим секундантом. – Думаю, что наши дамы не будут возражать и с удовольствием посмотрят на подвиги своих избранников. И убедятся, что не ошиблись в своём выборе. – Голос Тигрова разнёсся по всем уголкам бального зала.

– Что? – спросил стоявший рядом со мной Рысев. – Лично мне не нужно никого ни в чём убеждать. Моя женщина и так прекрасно знает, что я собой представляю. Да и дед нисколько не сомневается во мне… как в скромном художнике, естественно, – проговорил парень, так же, как и остальные с явным восторгом восприняв эту новость.

– Нас же не будут втягивать в эти игрища силой? – задал я риторический вопрос, потому как радовать кого-то своими магическими и боевыми навыками мне, мягко скажем, не хотелось. Напрыгался уже за неполные сутки.

– Я бы не стал на это полагат…

Я так и не узнал, что хотел сказать граф, потому как в этот момент свет погас, и возникло неприятное чувство падения, с последовавшим за ним рывком, как при телепортации, после чего ощутил твердую поверхность под ногами и открыл глаза, которые всегда чисто рефлекторно закрывал при перемещении.

– Какого хрена… И где мы оказались? – спросил Рысев, в то время, когда я рассматривал окружающее нас пространство.

Мы стояли посреди узкого коридора, который неподалёку заворачивал куда-то под прямым углом. Подняв голову, я увидел, что окружающие нас стены уходили вверх и обрывались, демонстрируя нам чистое, звездное небо.

– Что-то мне говорит, что мы в лабиринте, – тихо сказал я, обращаясь к графу. – Смотри, потолка нет.

– Я вижу, – задумчиво ответил он, задрав голову. – Как думаешь, нам надо дойти до центра лабиринта?

– Думаю, да, – кивнул я, напрягаясь, услышав где-то поблизости приближающийся к нам шорох.

И тут прямо на нас выскочила тварь, внешне напоминающая огромную моль. Не слишком опасная, всего второго уровня. Я призвал божественный меч, только покосивший в сторону своего невольного напарника, увидев в его руке подобное моему оружие. Художник, как бы не так. Моль неожиданно сменила направление, полетев прямо на меня. Я даже не стал уворачиваться, только замахнулся клинком, отделяя ее голову от тела.

– Ну, хоть макр целый, – осмотрел я ее истинным зрением.

– Ты пока макр доставай, а я попробую наверх забраться. – Я, вытаскивая кристалл, посмотрел в сторону графа, который, тем временем, подошел к стене, начиная ее ощупывать. Потом он неожиданно быстро полез по стене вверх, помогая себе выросшими когтями. Никаких магических плетений я не видел, скорее всего, это одна из его родовых способностей.