Текст книги "Конец света"

Автор книги: Игорь Ревва

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

– Пошли? – повторила Карина.

Выражение лица у неё было шкодливым и лукавым, но за всем этим отчётливо просматривалась настороженность. Словно Карина опасалась того, что Костя может согласиться.

– Да нет, мне работать надо, – вздохнул Костя. – Ты не обижайся, Каринка, но мне правда нужно пахать. Издательство уже всю плешь проело. Не обижайся, ладно? Хорошо?

– Ладно, – Карина отвела взгляд, отбросила погасшую сигарету и встала. – Проводишь? А то темно уже...

Костя поднялся с лавки и они пошли по совершенно уже тёмной аллее к дому Карины. Она держала его под руку, и Костя чувствовал, как её пальчики слегка, почти незаметно, поглаживают его локоть.

Карина жила совсем рядом с парком. И возле её дома они оказались минут через пять.

– Ну, пока! – Карина улыбнулась Косте, склонила набок голову и по-детски помахала ему ручкой. – Звони, Костик! Ладно?

– Обязательно, – заверил её Костя. – До встречи!

Карина вдруг подошла к нему, обняла рукой за шею, притянула к себе и поцеловала.

– До встречи, – тихо повторила она его слова.

Костя посмотрел ей вслед, как она бодрой и жизнерадостной походкой поднимается по лестнице, заворачивает на площадке. Услышал хлопок закрывающейся двери и вздохнул. Зря он, наверное, отказался. Надо было зайти...

Костя повернулся и пошёл домой. Ну, зашёл бы, а потом? Слухов не оберёшься. Зачем ему это надо?! А, может быть, надо?.. Но только не сегодня! Куда же он пойдёт-то, на ночь глядя?! А Таня? Да и настроение сегодня... после этого "пророка" дурацкого. И чего это я попёрся его слушать?!

В сущности, если разобраться, "пророк" нёс банальную и хорошо знакомую чушь, которую способен нести каждый начитанный и образованный человек с изрядно поехавшей крышей...

–4

...В сущности, если разобраться, "пророк" нёс банальную и хорошо знакомую чушь, которую способен нести каждый начитанный и образованный человек с поехавшей крышей. И непонятно было, почему именно ЭТА чушь вызвала у Джона Рассела желание в корне изменить весь сюжет своего нового романа. Но ведь – вызвала же! Что-то дало этому толчок! Значит, что-то всё же в этой чуши было...

Джон потряс головой. Ну его к чёрту, в конце концов! Этого "пророка". Работать надо... Договора, сроки...

Джон как раз описывал сцену с нищим. Тихо гудел вентилятор в системном блоке его компьютера. Это несколько успокаивало и создавало лёгкий фон, позволяющий отвлечься от посторонних звуков. Правда, когда он пользовался своей старой пишущей машинкой, подобных проблем не возникало.

Почему-то за печатной машинкой Джону работалось намного легче. Лязгающий звук рычажков его старой "CONTINENTAL" что-то будил в душе. Задевал какие-то особые струны, звучавшие в тон его рассказам... А может быть, всё дело просто в том, что работу на компьютере отравляет знание того, что теперь ты зависишь от сбоев электрической сети или бредовых фантазий Билла Гейтса?

Ладно, не будем приплетать сюда различную мистику – её и так в романе предостаточно. Итак, нищий...

Нищий.

Ободранный и голодный нищий. Который, оглядевшись по сторонам, поднял с земли камень и запустил им в витрину супермаркета, закрытого на замок. Вообще-то, все магазины сегодня были закрыты на замок, а не только этот. Ужас, охвативший весь город (весь мир) не миновал и продавцов, и владельцев, и кассиров этих многочисленных магазинов, лавок, супермаркетов и прилавков. Завтра – конец света! Конец всему! А нищий так и не вернулся на ту вершину общественного благополучия, откуда спихнули его в бездонную пропасть банкротства безжалостные конкуренты (какая фраза!.. Джону она очень понравилась.).

Он уже почти три года был без работы, без денег. Очень часто на его долю выпадали дни, когда он был даже без еды. Один из таких дней сегодняшний.

Нищий подумал, что даже если бы все магазины сегодня и были открыты, это мало что изменило бы – у него всё равно не наберётся денег даже на один единственный бутерброд. А завтра – конец света. И обидно расставаться с жизнью вот так, натощак, на трезвую голову... А тут как раз подходящий магазин; и камешек лежит возле тротуара – словно ждёт, что его поднимут и запустят в недолгий полёт к стеклянной витрине; и никого вокруг, ни одного человека... Да и в магазине, похоже, тоже никого нет...

Нищий прислушался. Вдалеке раздавались пьяные голоса и редкие выстрелы. Изредка воздух прорывал чей-нибудь предсмертный крик, полный боли и страха. Над городом медленно плыли клубы дыма от многочисленных пожарищ. Но это было не здесь. Это было далеко. Тут было спокойно, если не считать покачивающегося на ветерке трупа, подвешенного за ноги к разбитому фонарю.

Нищий осторожно перешагнул через торчащие из витрины осколки стекла и юркнул внутрь помещения. Свет не горел, но через стеклянный фасад магазина, несмотря на бурлящие в небе клубы дыма, проникало достаточно солнечных лучей.

Нищий направился к прилавку, перелез через него и достал с полки банку пива. Раздался негромкий хлопок и тепловатая жидкость устремилась по подбородку, вскипая на нём, словно вода на раскалённой сковороде.

Нищий вытер губы ладонью и подумал, что в холодильнике, наверное, есть и холодное пиво. Электричество, конечно же, отключено по всему городу, но холодильник не должен был успеть так быстро разморозиться. Эти здоровые бандуры держат холод порой до нескольких дней... И там наверняка должно было находиться более холодное (более человеческое!) пиво! А он вцепился в первую попавшуюся банку... Вылакал её почти всю, а удовольствия никакого...

Рассмеявшись от этих мыслей, он поставил на прилавок полупустую банку и распахнул дверцу холодильника, стоявшего тут же. Первое, что бросилось ему в глаза, были штабеля банок с консервированной ветчиной. Он сразу же схватил две штуки и запихнул их в карманы своей куртки. Затем достал из холодильника третью банку, открыл и, перевернув, вывалил на ладонь всё её содержимое. Держа двумя руками огромный розоватый кусок в желтоватых капельках подрагивающего жира, он впился в него зубами и застонал от восторга. Не то, чтобы эта ветчина была какой-то там особенной; просто он был слишком голоден.

Покончив с ветчиной в рекордно короткий срок, нищий выудил из холодильника четыре банки с пивом (на этот раз – с холодным пивом! С самым лучшим пивом, какое здесь только было!), открыл их все сразу и принялся медленно, смакуя содержимое, одну за другой заливать их в себя, тяжело дыша и жмурясь от удовольствия.

Опорожнив последнюю банку он случайно выронил её на прилавок. Скользкие жирные пальцы не удержали гладкий метал и банка загромыхала в могильной тишине магазина, словно пустое ведро. Нищий вздрогнул от испуга. Вдруг кто-нибудь услышит? И прибежит узнать, кто это здесь хозяйничает?

Потом, поняв насколько нелепо и дико было это его предположение, нищий расхохотался над своими страхами, схватил ещё одну банку и запустил её в громадное зеркало висевшее на стене; очень уж оно неприглядно его отражало своей гладкой поверхностью...

Плевать, подумал он. Завтра – конец света!

– Плевать!!! – громко прокричал он во весь голос. – Плевал я на всё!!! На всех вас!!! Мать вашу!.. – и он дико захохотал не таясь и не боясь уже никого и ничего...

Затем Джон Рассел отправил своего нищего в турне по всему магазину пробовать продукты и напитки, которых тот был лишён столь длительное время; закуривать и тут же, после трёх-четырёх затяжек, отбрасывать в сторону дорогие (по двадцать девять девяносто пять за штуку) сигары; примерять новые туфли, сапоги, кроссовки, куртки, костюмы, пальто; валиться в широченные мягкие кресла и снова закуривать, пробовать, примерять... Потом нищего (хотя, какой же он теперь был "нищий"?!) зачем-то понесло на склад.

Входя в приоткрытую дверь нищий вдруг остановился. Ему показалось, что со склада доносятся какие-то звуки. Нищий напрягся и замер. Этого ещё не хватало! Кто-то здесь есть! В его магазине? Ах, зар-р-разы! Ну, я вам сейчас покажу!..

Распахнутая дверь едва не сорвалась с петель. Нищий ворвался на склад и едва не полетел на пол, споткнувшись о груду упакованных в целлофан разноцветных матрасов. Рядом раздался испуганный крик. С трудом удержав равновесие, нищий оглянулся на звук и...

Ей было не больше семнадцати лет. Мужчина – намного старше, лет сорока. Видимо, он не отличался большой смелостью, потому что бросил свою подружку на произвол судьбы и смотался отсюда с наивысшей скоростью.

Она сидела на матрасе, испуганно прикрывая обнажённое тело куском целлофана. Что, впрочем, не давало никакого эффекта. Нищий подошёл и присел рядом.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он голосом хозяина. Он и вправду был сейчас хозяином магазина. И всего, что здесь находилось.

Девушка испуганно дрожала.

– Не бойся, – он протянул руку и коснулся её плеча. Девушка от этого прикосновения вздрогнула и слабо всхлипнула.

– Не бойся, я тебя не трону, – пообещал нищий. И это было правдой.

– Он... Он убежал... – растерянно прошептала девушка.

– Кто? Твой приятель?

– Он мне не приятель... Мы даже не знакомы... Просто мне было очень страшно – на улицах такое творится! А он обещал меня защищать! До самого конца... До завтра...

– И что?

– И – сбежал!.. Гад!!! – с отчаянием выкрикнула девушка.

– Обещал защищать? – переспросил нищий. – И поэтому ты с ним...

Девушка несколько раз торопливо кивнула.

– Вы не думайте, я не такая! – проговорила она. – Просто я подумала, всё равно завтра конец света... – она пожала голым плечиком.

Нищий не мог отвести от неё глаз. У него давно уже не было женщины. Но у него всё ещё оставалось чувство порядочности. Глаза же его просто не слушались. Они скользили по дрожащей фигурке и всё никак не могли остановиться. А девушка всё говорила...

– Так страшно было... Я проснулась и поняла – всё! Конец света! У вас тоже так было?

– Да, – кивнул нищий. – У меня тоже... У всех, наверное, именно так и было...

– И вам тоже было страшно?

– Нет, – пожал он плечами. – Не страшно – обидно.

– Мне тоже... – девушка обессилено опустила руки и полупрозрачный целлофан с легким шелестом лёг на её голые ноги. – Мне тоже стало так обидно... А потом стало всё равно... Можно, я останусь здесь? – спросила она.

– Конечно, – согласился нищий. – Оставайся. Никто тебя не тронет. Только оденься... Здесь довольно прохладно...

Он встал и повернулся к ней спиной, вглядываясь в полумрак складского помещения. Этот её "защитник" убежал вон туда. Видимо, там осталась незапертая дверь. Надо пойти и проверить. И ещё надо осмотреть отдел, где продавалось оружие. Если такой, конечно, здесь есть.

– А вы никуда не убежите? – с тоской в голосе спросила девушка.

– Куда же я убегу?! – удивился нищий. – Из своего магазина?

Опять послышался слабый шелест целлофана, а затем осторожные шлепки босых ног по полу. Нищий задержал дыхание. На плечи ему легли тонкие руки. Он ощутил спиной дрожащее тело, прижимающееся к нему, ищущее защиты.

– Вам будет хорошо со мной, – прошептала девушка. – Правда, вот увидите...

Он обернулся и посмотрел в её глаза, полные страха и тоски.

– Только не говори, что любишь меня, – попросил он.

– Не скажу.

– Тебе просто всё равно. Правда?

– Правда... Мне просто всё равно... Мне хочется только одного – дожить до завтра...

– До конца...

– До конца света...

– Доживём. Обещаю тебе, – он обнял её и притянул к себе...

...Часа через полтора она задремала у него на плече. Он лежал, ощущая боком тепло её тела, слыша её мерное дыхание. На складе нашлись и одеяло, и подушка. Хороший у него теперь магазин, что ни говори! Жаль только, что не успеет он поторговать вволю... Он осторожно высвободил руку, уложил девушку поудобнее и прикрыл шерстяным одеялом. Она спала, изредка вздрагивая во сне. Он посмотрел на неё долгим взглядом и подумал о том, много ли сейчас есть людей, способных вот так же спокойно спать, не боясь ничего вокруг? Потом он встал, оделся и отправился искать оружие.

Многие магазины хвалятся тем, что в них есть всё, что душе угодно. Видимо, душе этого магазина оружие было неугодно совершенно. Единственное, что ему удалось найти после долгих поисков, это старое охотничье ружьё. Двустволка. Не заряженная. Патроны же он обнаружил совершенно случайно – три патрона, заряженных картечью. Они валялись в ящике за прилавком. Он зарядил оба ствола, оставшийся патрон опустил в карман и отправился обратно на склад. Не ахти какое оружие, но лучше, чем ничего, подумал он...

Джон Рассел старался описывать всё как можно подробнее. Опуская только самые откровенные постельные сцены. А то мало ли какой гриф приклеят на его книгу? Иди потом, доказывай, что это роман ужасов, а не порнография. Ничего, у читателя воображение богатое. Главное – дать толчок его фантазии. А там она уже не нуждается в проводниках. Совсем, как та девушка, со склада магазина, неожиданно подумал Джон. Ей тоже достаточно было просто дать толчок. А ну-ка, что случится, если сейчас на склад нагрянут гости? Человек пять. Вооружённые. Хорошо вооружённые, не охотничьей пукалкой, а настоящим оружием! А у нищего всего три патрона! И он один раз промажет... А эта девушка, опять оставшись без надёжной защиты...

И в этот самый момент зазвонил телефон. Джон от неожиданности вздрогнул и тихо выругался. Самое поганое, это когда отвлекают от работы! Терпеть этого не могу! Он сердито сорвал трубку и грубо рявкнул туда:

– Слушаю! Кто это?..

–5

...И в этот самый момент зазвонил телефон. Костя от неожиданности вздрогнул и тихо выругался. Самое поганое, это когда отвлекают от работы! Терпеть этого не могу! Он сердито сорвал трубку и грубо рявкнул туда:

– Слушаю! Кто это?..

Это звонил Сергей, старый приятель Кости.

– Ты чего орёшь? – обиделся он. – Занят, что ли?

– Нет... Да... – Костя всё ещё пребывал в опьяняющей атмосфере своего романа и отвечал невпопад.

– О-о-о! – разочарованно протянул Сергей. – Как жалко! А то тут к нам в редакцию недавно приехала на стажировку одна молоденькая-молоденькая... Ну, очень молоденькая! И – совершенно без комплексов! Так она, как только узнала, что я – друг самого Самарского (я ведь тебе друг, правда?), житья мне не даёт. А тут как раз шеф гонит меня к тебе – взять интервью. И она тоже увязалась за мной. Взять у тебя интервью. Ну, или ещё что-нибудь... если получится...

– Вообще-то, я женат, – уклончиво ответил Костя.

– Она, вообще-то, об этом знает, – так же уклончиво ответил Сергей. Но при чём тут ты?! Ей вполне хватает и меня!

– Послушай, а какое вообще, на фиг, интервью?! – спохватился Костя. – Я же недавно тебе чего-то там рассказывал! Дня три назад! Что, опять?!

– Здрасьте! Ты же не "Новостям" давал интервью, а "Планете"!

– Да?! – удивился Костя. – По-моему, я говорил именно с тобой!

– Ну, я же работаю не только в "Новостях"! И потом, у меня есть к тебе один вопрос. Действительно, ОЧЕНЬ важный вопрос! И вообще – ты зазнался! Писатель должен изучать народ! Улавливать интерес масс повышенным чутьём художника! А ты не улавливаешь! Или улавливаешь?

– Улавливаю, улавливаю, – усмехнулся Костя.

– Так что? – осведомился Сергей. – Нам зайти? В гости к живому гению...

– Ладно! – решился Костя. – Вези сюда свою...

– Стоп!!! – прервал его Сергей. – Не оскорбляй моего слуха своими мерзкими устами! Она совершенно не такая! Очень порядочная девушка! Приедем – сам убедишься! Ну, пока! Жди!.. Можешь до нашего приезда написать пару строк. Кстати, мы тебя не сильно оторвём от работы? Не погубим ли новый шедевр?

– Не погубите, болтун! Ну, счастливо...

– А о чём шедевр, если не секрет?

– Счастливо, я говорю!!! – разозлился Костя.

– Всё, всё! – казалось, Сергей даже и не заметил его грубости. – Не кипятись, уже едем! Пока!..

Костя положил трубку и подумал о том, почему Сергей никак не женится? А впрочем, зачем ему это нужно?! Он привык жить один. Неплохо бы и мне тоже немного расслабиться, подумал Костя. Съездить куда-нибудь на курорт, где меня никто не знает. Познакомиться с кем-нибудь. И не говорить чем я на самом деле занимаюсь. Сказать просто – менеджер чего-то-там, и всё! Отдохнуть, вернуться, а потом уже работать. А то лезет в голову всякая чушь!.. Он с неприязнью глянул на исчирканные листы бумаги, где сплошь и рядом из-под жирных зачёркиваний вызывающе проглядывали разные там "влажные многоопытные губки", многочисленные "оргазмы", "громкие сладкие стоны", "извивающиеся тела, сплетённые в порыве страсти" и прочая порнография. Нет, надо будет отвлечься! Обязательно! Чтобы не тратить силы на создание подобных вот "фантазий"! Это лучше всего воплощать в жизни, а не на бумаге!

Напрасно, наверное, он не остался вчера у Карины. Хотя – жена!.. Да и Карина-то, скорее всего, не очень этого хотела. Знает же, что женат – чего же приглашает под вечер? Что я, на ночь у неё останусь, что ли?!

Про Карину и Костю нельзя было сказать: "они провели вместе ночь". Потому что этим они всегда занимались днём. Делая вид, что ото всех скрываются. Хотя вся редакция и так всё давно знала.

Жаль только, что теперь совершенно нет времени на легкомысленные знакомства, плавно перетекающие в не менее легкомысленные связи. То ли дело у Сергея! Да и у самого Кости, когда он ещё пытался заниматься журналистикой, таких возможностей было предостаточно.

Сергей часто напыщенно произносил нравоучительную фразу: "не спи с тем, кого тебе может понадобиться уволить, и с тем, кто может уволить тебя!" Однако, правила этого Сергей совершенно не придерживался. Правда, сам он никогда и никого не увольнял – некого ему было увольнять, – но его вышвыривали с работы довольно часто. Газета "Виденьские новости" была уже пятой или шестой газетой, где работал Сергей. И откуда его, скорее всего, тоже скоро турнут. Кстати, Костя познакомился с Сергеем именно в одной из редакций – в газете "Приморский бульвар", где сам Костя недолгое время проработал журналистом. Было это лет восемь назад, когда Костю ещё никто и не знал. И хотя потом их пути разошлись, они с Серёгой остались друзьями и по сию пору.

С тех пор, как о Косте заговорили, как о писателе, Сергей, пожалуй, единственный из всех его знакомых не переменил своего отношения к нему. Все вокруг, даже те, кто и не звонил Косте лет десять, сразу вспомнили о его существовании. И о том, что когда-то давно (чуть ли не в мезозойскую эру) они с ним неоднократно виделись, выпивали, были друзьями, самыми близкими людьми и т.д., и т.п. Косте пришлось в ту пору пережить не очень приятный период. Когда все они принялись звонить (и откуда они только узнали номер телефона?!), приходить в гости (и адрес!?) и требовать (не просить, а именно ТРЕБОВАТЬ!) у Кости содействия в решении каких-то своих вопросов и проблем; выпытывать о "творческих планах", давать поражающие идиотизмом советы о том, как надо было написать тот или иной рассказ. Некоторые из них (видевшиеся с ним, вообще-то, и так довольно часто) начали ещё активнее заходить к нему в самое неподходящее время с какими-то своими знакомыми; шумно здороваться с ним в людных местах, похлопывать Костю по плечу и обниматься ("Старик! Сколько лет, сколько зим! Чего это ты не звонишь? Зазнался? Нехорошо, брат, нехорошо! Старых друзей забываешь!.."). Впрочем, чего же ещё и ждать от маленького провинциального городка. Где все на виду и любой человек тебя так или иначе знает. А ещё они обожали подкидывать ему "гениальные сюжеты", поражавшие своей убогостью и инфантильностью, и придуманные ими не иначе, как в состоянии сильного опьянения.

Это было ужасно. Даже Таню это сильно расстраивало. А о самом Косте и говорить нечего. Все эти дурацкие звонки и визиты не давали ему спокойно работать, отвлекали его. И потом ему бывало нужно какое-то (иногда довольно продолжительное) время для того, чтобы вернуться туда, где он был до этого. К той строке, к той мысли, от которой его отвлекли. Одно время Таня даже старалась оградить мужа от нежелательных визитов и звонков по мере своих сил. Она отключала телефон, не открывала дверь, врала, будто его нет дома.

Но потом этот кошмар постепенно пошёл на убыль, и в доме снова воцарился желанный (и почти полный) покой. Звонки стали редкими, визиты тоже. Теперь к Косте наведывались лишь те, кого он и сам был не прочь увидеть. Интересные люди, интересные беседы. Случайно оброненная кем-то фраза будила фантазию в не загаженных "близкими друзьями" мозгах. Рождались сюжеты, мысли, слова...

Единственным, кто не доставал Костю в тот период, был Сергей. Он не был таким надоедливым, как все остальные. Он лишь изредка появлялся для того, чтобы вместе выпить, съездить на рыбалку, или сходить в турпоход, как раньше. И почти всегда Сергей появлялся с девушкой, как сегодня.

Костя просмотрел на часы. Минут двадцать до прихода гостей у него ещё есть. Он, пожалуй, успеет ещё немного поработать.

Костя принялся разбираться с телефонным звонком, оторвавшим Джона Рассела от его романа. Джону, оказывается, звонил сосед, которого Костя определил, как "старого хрена". Плешивого и вредного. Отвратительного трясущегося старикашку, визгливо кричащего в телефонную трубку и угрожающего вызвать полицию, если Джон не перестанет так громко стучать по клавишам.

Громко?!

Да, громко! Очень ГРОМКО!!!

По клавишам КОМПЬЮТЕРА?!

Вот, именно!!! Представляете?!

Из всех человеческих способностей у этого старикашки остались только визгливый крик и хороший слух, что при его возрасте было весьма удивительно.

Костя описал, как Джон медленно закипает от нахлынувшей на него злобы. Этот звонок не был первым. Он просто продолжал длинную цепочку удовольствий проживания в снятой квартире. Ещё одно звено, не более того. Но на этот раз Джон разозлился как следует. Он принялся орать в ответ, что если старый хрен не заткнётся, то Джон спустится к нему и лично убавит звук в его репродукторе. Потом Джон грохнул трубкой о рычаг и перевёл дух.

Давно уже пора было съехать отсюда. Что толку в невысокой цене за квартиру, если жить в ней практически невозможно? Ну какой шум, скажите пожалуйста, может быть от клавиатуры? И какой слух надо иметь, чтобы слышать его, невзирая на потолочные перекрытия? Но Джон почему-то всё оттягивал переезд. То ли он привык к старой квартире и ему казалось, что на новом месте будет работаться хуже; то ли ему было лень ходить осматривать вместе с Диной – своей женой – всё то, что предлагают агентства; то ли он просто боялся сделать не тот выбор и опять потом мучиться, или опять переезжать...

Костя очень увлёкся работой и дверной звонок его сильно напугал. Ему показалось, что это пришёл тот самый плешивый старикашка, которого он только что описывал. Но потом он вспомнил про Сергея и облегчённо вздохнул.

– Дина! – крикнул Костя. – Открой пожалуйста...

Первое, что ему пришло на ум после сказанного, это то, что жены сейчас дома нет и ему придётся самому открывать дверь и встречать гостей. И только поднявшись из-за стола, Костя сообразил, что его жену зовут Таня. Таня, а не Дина! Откуда он взял это имя? У него никогда даже не было знакомой с таким именем... А! Чёрт возьми! Это жену ДЖОНА РАССЕЛА зовут Дина! ЕГО жену, а не Костину! Хорошо ещё, что Танька не слышала, подумал он, направляясь к двери. А то такой скандал подняла бы...

Костя распахнул входную дверь. На пороге стоял Сергей, нежно придерживая за талию хрупкое рыжеволосое создание женского пола. Костя широко улыбнулся, мысленно обругал Сергея и впустил их в дом.

– Знакомьтесь, – сказал Сергей, располагаясь на диване и размещая девушку рядом с собой. – Это Костя, это Дина...

– КТО?!

– Дина... – удивлённо повторил Сергей. – А что!

– Нет, ничего, – пробормотал Костя. – Просто совпадение...

– А какое? – тут же с интересом спросила девушка. Она уселась на диван и закинула ногу на ногу. Костя отметил про себя, что ноги у неё просто превосходные, а юбочка – короче всех воображаемых пределов.

– Да так, ерунда...

– А-а-а! Я знаю! У вас, наверное, главную героиню романа также зовут Дина? Да?

Костя внимательно посмотрел на сгорающую от догадок девушку. Она даже подалась вперёд, словно охотничья собака, почуявшая добычу. Глазки её горели заинтересованным огнём, а на мордашке просто было написано: "СЕНСАЦИЯ!!!". Молодец, подумал про неё Костя. Далеко пойдёшь...

– Серёга, у меня много работы, – Костя перевёл взгляд на Сергея. Тот сразу же сообразил, что его Дина полезла туда, куда не следует. И понял, что Косте это не нравится.

– Дина! – строго сказал Сергей. – Кто из нас работает? Ты или я?

– Могу и я! – с неожиданным вызовом заявила Дина.

– Давай, пробуй, – спокойно согласился Сергей, вытягивая ноги и едва заметно усмехаясь.

Костя ничего не успел сказать на это, как рыжая Дина тут же выпалила вопрос:

– Скажите, а давно вы начали писать?

– Серёга, что это за цирк?! – обратился Костя к Сергею.

– Ну, пусть девушка попробует!

– Нет, правда, вы давно пишите? – пыталась попробовать Дина. Личико у неё раскраснелось от возбуждения.

– Серёга! – Костя демонстративно не обращал внимания на задаваемые ему вопросы. – У меня действительно мало времени!

– Скажите, а почему вы всегда отказываетесь от интервью?! – наседала Дина.

И как только Серёга справляется с ней? Особенно в постели. Не утомляет она его вопросами?..

– Сергей! – Костя уже начинал закипать. – Мне она уже надоела!

– Но вы же сами – журналист! – продолжала Дина.

А может, взять, да и поговорить с ней? Назло Сергею! Что он тут за цирк устроил, в самом-то деле! Я ему иду навстречу, а он?! Зараза!!! Не буду я вообще ничего говорить!!!

– Серёжа! – ласковым голосом произнёс Костя. – Пошёл на хер отсюда! Быстренько!

– Ладно, Костя! Извини, пожалуйста! – прижал руки к груди Сергей. Молодая она ещё, не понимает... Дина, замолкни!

– Но почему?! Я же!..

– Замолчи, я сказал!!! Костя, она больше не будет!

– Пошли вон.

– Костя! Ну, извини! Ну, не обижайся!

– Вон.

– Да, ладно тебе! Что ты, в самом-то деле? Дина будет сидеть тихо, это же мой материал! Ну, прошу тебя! У меня действительно к тебе есть важное дело! Касается, между прочим, тебя! Так что, ты тоже должен быть заинтересован в этом разговоре!

– Ну, что за дело?

– Сейчас, сейчас! – Сергей торопливо полез в карман, достал крошечный блокнотик и принялся быстро-быстро его перелистывать. – Да, кстати... рассеянно пробормотал он. – Тебя вчера вечером... видели... с одной... да?! – Сергей вскинул на Костю глаза.

Так, подумал Костя. Уже начинается...

– Нет, – ответил он. – Это был мираж. В этом году лето очень жаркое. У тебя – всё? Больше вопросов нет? – он неприязненно посмотрел на Дину. Та сидела тихо, обиженно поджав губки, и наматывала на палец прядь рыжих волос.

– Погоди, погоди! – забеспокоился Сергей. – Сейчас... А, вот! Нашёл! Значит, так! Ты работаешь с издательством "Минотавр"?

– Да.

– У тебя с ним заключён договор. Так?

– Ну?

– Условия договора очень жёсткие?

– То есть?! – насторожился Костя.

– Они на тебя сильно давят?

– Как это?!

– Ну, по срокам! Сильно давят?

– Откуда у тебя такая информация?! – удивился Костя.

Сергей молчал, в упор глядя на Костю. И Костя вдруг понял, откуда. Вот сука Карина, подумал он! Зар-р-раза!!!

– Это ты от НЕЁ узнал? – сердито спросил Костя.

– Нет. Один человек тебя вчера видел... – Сергей бросил быстрый взгляд на Дину, но та, казалось, совершенно не обращала на них внимания. Однако, Сергей продолжал говорить, как партизан на явочной квартире – сплошными паролями и намёками.

– ...И этот человек решил спросить... Ну, и ему что-то сказали... Но дыма без огня не бывает, Костя! Может быть, тебе нужна помощь? Я, в общем-то, только за этим и пришёл...

– Значит, так! – Костя хлопнул ладонью по колену. – С издательством "Минотавр" у меня самые прекрасные отношения. Условия договора и я, и издательство – выполняем безукоризненно. Взаимные обязательства ни для кого из нас не являются в тягость... Короче говоря – слухи о моей смерти сильно преувеличены!

– Точно? – настойчиво спрашивал Сергей. – Ты уверен, что моя помощь не нужна?

– Мне – нет! – Костя ещё не остыл. – Но она, скорее всего, скоро понадобится кое-кому другому...

– Костя! – воскликнул Сергей. – Я тебя умоляю! Я здесь не причём! Совершенно! Я тебе ничего не говорил!

– Ладно. Всегда у вас, журналистов, так – я тебе ничего не говорил! проворчал Костя. – У тебя ещё есть вопросы?

– Да нет. Я, в общем-то, и так всё уже о тебе знаю: чего – писать, чего – нет... Не беспокойся, глупостей не наделаю. Только вот этот-то вопрос у меня, в основном, и был к тебе. Ну, раз всё в порядке – извини за беспокойство! Пошли, Дина!

– До свидания! – холодно произнесла Дина, грациозно поднимаясь с дивана. При этом она изо всех сил старалась показать, какая замечательная у неё фигура. И это ей, надо признать, удалось.

Костя проводил их до двери, потом вернулся к столу и нервно закурил. Слухи, слухи, подумал он. Хорошо Высоцкий сказал:

Словно мухи, тут и там,

Ходят слухи по домам...

А беззубые старухи

Их разносят по умам!..

Зараза, Каринка! Позвонить ей, что ли? Разобраться. Пока Таньки дома нет. Хотя, Карина не такая. Это она просто кому-то ляпнула не подумав, а тот уже и раздул из мухи слона. А что я вообще вчера ей сказал-то?! Что издательство меня торопит... Вроде бы, всё!.. Надо же, как сразу пресса всколыхнулась! И то сказать – лето, застой в делах, ничего нового не происходит, писать не о чем...

Сам виноват! Надо было молчать! Или придумать какой-нибудь другой предлог!

М-да... Писатель! Сколько книг уже написал, а в людях совершенно не разбираешься! Кстати, о книгах! Пора бы и поработать немного! Книг у тебя, конечно же, много, но это не повод для безделья.

Скоро будет ещё одна книга, подумал Костя. И, кажется, это будет самая лучшая из его книг...

–6

Скоро будет ещё одна книга, подумал Джон. И, кажется, это будет самая лучшая из его книг...

Дверной звонок резанул Джона по нервам, словно молния, раскалывающая дерево. Он чуть было не подпрыгнул на месте и торопливо кинулся к двери. Сердце его бешено колотилось. Джон и сам не понимал, чего он испугался? Того, что сумасшедший сержант полиции из его романа, застреливший уже двенадцать человек, решил пожаловать к нему в гости? Или это водитель грузовика, сбивающий своей громадной машиной прохожих, словно кегли в кегельбане? Или это...

Джон распахнул дверь и обмер. На пороге стоял полицейский! Сержант полиции!!!

Джон почувствовал, как сердце его замерло и провалилось куда-то вниз, затем подпрыгнуло и садануло его прямо по горлу. Кожу на лбу Джона стянуло, словно от сильного мороза, и по спине пробежали мурашки. Колени мелко задрожали и Джон чуть было не рухнул на пол, прямо под ноги этого самого сержанта полиции.

Полицейский же (Джон только теперь заметил, что тот был не один, а с напарником) удивлённо посмотрел на него, потом прищурился, вспомнил и улыбнулся.