Текст книги "Дневник Батарейкина 2: Старт-Шум-Гам"

Автор книги: Игорь Родионов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

2 июня

Когда я увидел мёртвого Ромыча, то сперва даже испугался.

Но потом тётка-врач вернулась и принялась жёстко скандалить с Гацей. Так что я сделал вывод, что всё не так уж плохо. Потому что если бы Ромыч окончательно умер, то они бы не скандалили, а тихонько прикидывали бы, как свидетелей убрать.

Впрочем, я забегаю вперёд. Рассказываю по порядку.

Рано утром динамики завопили:

– Четвёртый отряд! НА ЗАРЯДКУ!!!!!

В ответ я только голову под подушку спрятал. Но динамики всё ревели и ревели. Какой уж тут сон!

Пришлось выползти из домика вместе со всеми. Я дрожал от утреннего холода и проклинал всё на свете. Зачем я сюда приехал?!

Левый глаз слипся и не открывался. То ли он по-прежнему спал, то ли многочисленные комариные укусы блокировали какие-то нервы, отвечающие за его функционирование.

Правым глазом я пытался испепелить Гацу. Она стояла, что-то не спеша прихлёбывала прямо из парящего термоса, и не обращала на мой луч ненависти ровным счётом никакого внимания.

Меня трясло от холода, упадка сил и отчаяния. А рядом со мной несколько пацанов чрезвычайно спортивного вида реально вовсю разминались, подпрыгивали, руками-ногами дёргали. Среди них выделялся высокий мускулистый чувак. Естественно, к нему я сразу же почувствовал резкую антипатию.

Это чувство всегда возникает, когда видишь своего ровесника, который почему-то выглядит на несколько лет старше тебя. Антипатия моя усилилась, когда к нему подошла красивая длинноволосая девчонка в модной кепке:

– Русланчик, а ты можешь мне ещё раз показать, как правильно растяжку делать? А ещё у меня вот тут немного мышцы болят…

В этот момент термос у Гацы опустел, и та сразу же завопила:

– Четвёртый отряд! БЕГОМ МАРШ!!!

От резкого акустического удара мой левый глаз разлепился, а правый начал дёргаться. Все побежали, и я тоже. Я просто переставлял по бетонным дорожкам свои бедные гудящие ноги. И ни о чём не думал. Голова была глупая и пустая. И болела.

Изредка среди стволов деревьев мелькали какие-то деревянные домики, похожие на наш. Пару раз долетали крики и топот других отрядов. Мне было не до них. Я жадно глотал хвойный воздух и пытался сообразить, от чего умру раньше: от разрыва сердца или от кровоизлияния в мозг.

Но всё обошлось. Потому что внезапно мы выбежали прямо к своему домику. Гаца рявкнула, что у нас есть ровно 15 минут, чтобы умыться и подготовиться к завтраку. Но не у всех:

– А ты, Волков, пробежку выполнял без огонька. Штрафую тебя на ПЯТЬДЕСЯТ отжиманий. БЫСТРО!!! Упал-отжался!

У всех головы в плечи вмялись. Высокочастотное сверло снова ввинтилось в мой череп. Ромыч рухнул на бетонную дорожку и судорожно задёргался на ней, изображая отжимания. А Гаца, крайне довольная собой, просто развернулась и ушла, прикрикнув на прощание:

– Четырнадцать минут! Опоздавшие пожалеют!

А столовка-то тут оказалась просто космическая! Уютное и просторное здание, явно совсем недавно построенное. ТАКУЮ красоту я видел только в рекламе супер-современных отелей Финляндии, которую недавно мне целый месяц в VK показывали.

Всё вокруг сделано из гладких досочек, всё сверкает чистотой и… природностью, что ли. За огромными окнами колышется хвойный лес. Воздух пронизан солнечным светом. И даже столики удивительно уютные. Не то, что липкие ободранные столищи, как у нас в школе. А посреди помещения – буфеты с раздачей еды. В общем, нам резко стало не до разговоров.

Но в моём сознании тревожно полыхнула мысль, что ГДЕ-ТО здесь подвох. Это всё неспроста. Мой мозг кричал, что пища, скорее всего, отравлена специальными токсинами. Что опыты над нами наверняка УЖЕ начались. Но я просто не мог остановиться. Я никогда не ел такой вкусной овсянки!

Окончательно меня добило зрелище, как из огромного шкафа с тихим жужжанием выехали новые стопки чистых тарелок и стаканов. А рядом с ними обнаружилась целая гора вкусных гренок. И пирамида из маленьких баночек с вареньем и сгущёнкой.

Вот тут-то я точно понял, что мой мозг кричал не зря. Потому что ТАК НЕ БЫВАЕТ! Это СЛИШКОМ круто!

Получается, мы действительно попали в логово маньяков. Но только еда настолько вкусная, что не может быть отравленной. Значит, нас сейчас откормят, усыпят, а потом на отдельные органы разрежут. Эххх, надо было слушаться тётку Аглаю!

Быстренько утолив голод, мы отпихнули начавшего снова вонять Ероху на дальний угол стола, а сами устроили военный совет. И единогласно постановили, что просто так мы не сдадимся. Да, это АД! Но кто сказал, что из него нельзя сбежать?

План побега получился следующий: сначала скроемся в окружающем лесу, потом потихоньку перелезем через забор, а далее выйдем на шоссе и поймаем машину до дома. Ну, или хотя бы просто до родного Зеленошумска. По идее, всё логично.

Ероха посидел-посидел тихонько, поморгал своими масляными глазками, а затем куда-то испарился.

Выбравшись из столовки, мы пытались решить, куда ИМЕННО нужно двигаться в этом лабиринте лесных дорожек, когда за спиной раздался вопль:

– Ага!!! СТОЯТЬ, хлюпики! Куда это собрались?! Быстро ко мне подошли!

Не сговариваясь, мы сразу рванули изо всех сил. Пофиг, куда! Главное – откуда! Где-то позади топала своими ботинками Гаца. Вот ведь маньячка настырная!

А мы бежали. И внезапно нам стало ОЧЕНЬ смешно. Так что мы бежали и ржали. С каждым поворотом путали следы, уходили от погони, и снова ржали. Нас не догонят!

Неожиданно мы выскочили на просторную круглую площадку с огромной железной конструкцией посередине: что-то типа длинной трубы, к одному концу которой приделана небольшая серебристая капсула, а к другому – противовес. Рядом топтался высокий прыщавый парень-старшеклассник исключительно ботанического вида.

– Зд’авствуйте! Вы от Валентины А’ту’овны? – картаво спросил он, указывая рукой на открытую капсулу. – Я уже заждался…

– Ага! Поехали! Нам в Зеленошумск! – выпалил Ромыч и сходу плюхнулся на единственное кресло.

Мы с Игорем остановились рядом, отчаянно пытаясь отдышаться, перестать ржать, а заодно и начать понимать, что тут происходит. А ботан в это время покопошился рядом с Ромычем, что-то там защёлкнул, а потом просто взял и захлопнул сверху крышку.

– Эй, ты чего?! – глухо заорал изнутри Ромыч. – А ну открой! Я тебя запомнил!

Но ботан уже тыкал какие-то кнопки на маленьком пульте. Что-то звякнуло, тренькнуло, загудело… И вся эта странная карусель вдруг стала быстро раскручиваться, увлекая вопящего Ромыча вдаль, описывая им огромный круг и вновь пронося мимо нас.

Я понимал, что происходит какая-то неправильная ерунда. Это что, случайность? Или маньяки специально на нашем пути подстроили этот странный аттракцион? И что делать-то теперь?

Подскочив в ботану, я принялся отбирать у него пульт, по очереди разжимая потные пальцы. Ботан вяло сопротивлялся и пульт отдавать не хотел. Зато перевёл на меня свой задумчивый взгляд и проговорил:

– Я тут подумал… А вы точно инст’укто’ы? П'осто анализи’уя ваш внешний вид и поведение, я начал испытывать оп'еделённые сомнения. Вы ско'ее похожи на ку'сантов лаге’я, а не на инст’укто'ов.

– Какие нафиг ИНСТРУКТОРЫ? Мы школьники, дебил! Семиклассники! Останови его скорее! – заорал я, подпрыгивая на месте.

– Это же ЦЕНТ’ИФУГА… Она же к`утится, её нельзя п’осто взять и остановить, – суетливо-заторможенно заблестел тот очками.

– Ааааааааа!.. – пронеслась мимо нас капсула с вопящим Ромычем.

Игорь уселся на корточки, схватил себя за голову и задумчиво забормотал:

– Так… Если центрифуга была рассчитана на массу взрослого мужика-инструктора… Ну-ка прикинем… скорость… длина окружности… Я думаю, там уже примерно семь «же». Для Ромыча это может быть фатальным. Вот, кстати, он уже и не кричит больше.

– И всё же… Вы точно уве’ены, что вы не инстр’укторы? Ведь вы же сказали, что от Валентины А’ту'овны! – обиженно бубнил ботан, опасливо отступая в сторонку и нашаривая на поясе рацию. – Тогда могу п’едположить, что по’а вызывать в’ача…

– ДА ВЫЗЫВАЙ УЖЕ ВСЕХ!!! ПОФИГ!

В общем, было много криков. Пока притопала недовольная врачиха, центрифуга как раз остановилась. Серо-зелёного Ромыча кое-как достали из капсулы. Принялись оживлять.

Добежавшая Гаца сходу принялась всех строить. Потом они долго ругались с врачихой. В итоге самым виноватым решили сделать ботана.

А я всё думал. Не, это точно не логово маньяков. По крайней мере, ботан на маньяка не похож. Он похож на дебила и психа, но не на маньяка. Может, они тут реалити-шоу снимают? Точно! Про выживание в дикой природе, например.

Нас посадили под арест в нашей же комнате. И дверь на замок заперли. Объяснили, что это сделано для нашего же комфорта и безопасности. Якобы все просто ждут, когда приедет директор лагеря, чтобы решать вопрос о нашем отчислении за грубое нарушение техники безопасности.

Но мы-то знаем, что на самом деле мы оказались слишком дерзкими и опасными. И не вписались в формат этого их реалити-шоу. Ну и ладно!

Ещё хорошей новостью стало то, что Ероха не может к нам попасть. Да он не очень-то и хочет. Немного поскрёбся в дверь, а потом свалил куда-то. Мы же прекрасно догадываемся, КТО наябедничал про наш побег. И он должен догадываться, что мы догадываемся.

Так что теперь мы сидим в самоизоляции. Я держу своё слово и делаю записи в дневнике. Хотя, похоже, это уже бесполезно. Моя поездка в «лагерь» (ха-ха!) уже почти закончилась.

Игорь с невозмутимым видом вновь перечитывает свой справочник по физике. Ему всё нипочём.

Мрачный и бледный Ромыч плашмя лежит на своей койке, уставившись в потолок полуприкрытыми глазами. И тихим голосом изредка произносит разные слова, которые произносить нельзя.

Между прочим, в животе уже урчит! Похоже, все совсем забыли, что нас надо кормить, вообще-то!.. Или нас уже вычеркнули из списков участников?

вечером

Когда терпеть стало уже НЕВМОГОТУ, мы распахнули окно и принялись размахивать руками и орать. Но все куда-то спешили по своим делам, делая вид, что не слышат нас.

Лишь одна девчонка заинтересовалась. Остановилась, сплюнула под ноги, и уставилась на меня снизу вверх, по-пиратски прищурив один глаз:

– Ну и чё ты орёшь?

Прикольная такая! Я раньше её уже видел в нашем отряде, кажется. А сейчас подробнее разглядел. Ярко-красные волосы заплетены косички и пышной гривой спадают до плеч. Да ещё и глазищи зелёные, если я правильно разглядеть смог. Словно из компьютерной игры сбежала.

Впрочем, мне было не до разглядываний. Включив максимально дружелюбный и спокойный голос, я попросил её просто позвать «вожатых». Потому что они забыли нас выпустить. А нам уже ОЧЕНЬ-ОЧЕНЬ надо. Иначе мы сейчас лопнем тут.

Видимо, я был достаточно убедителен. Потому что девчонка не послала меня сразу, а честно побегала туда-сюда. Но так никого и не нашла. Все вожатые как сквозь землю провалились.

Скорчив задумчивую гримасу, она пожала плечами:

– В принципе, вариантов-то у вас много, мальчики. Придумаете что-нибудь! Ну лан, пока!

И с независимым видом утопала по каким-то своим делам, засунув руки в карманы шорт.

И мы придумали! Да, иногда приходится принимать нестандартные решения. Но…

поздним вечером

Через пару часов замок защёлкал.

Я ждал этого момента и был готов! Едва приоткрылась щёлочка, я сразу же громко выкрикнул:

– Мы отказываемся сниматься в вашем реалити-шоу! И на органы запрещаем нас распиливать! Всё, полный официальный отказ! То-то же!

Дверь слегка дрогнула, но потом всё же распахнулась. В комнату молча шагнул крепкий дядька с мушкетёрской бородкой. Встал у порога, сложив руки на груди. Мускулистый, лысый и мрачный.

Посмотрел на меня. Потом на серо-зелёного Ромыча. Снова на меня. Спросил хрипловато:

– Так, я что-то не понял. Кто именно из вас на центрифуге катался?

– Ну я, – хмуро ответил Ромыч, медленно поднимаясь с кровати, – Выгонять из лагеря будете? Да и пожалуйста! Вообще-то, мы и сами убежать хотели!

И насуплено уставился на дядьку. Тот медленно подошёл ближе. Помолчал. А потом хлопнул Ромычы по плечу и расхохотался:

– Круто!.. Там же перегрузка была на взрослого рассчитана! Молодец, что не помер! Хвалю! Дай пять!

Дядька оказался не только классным чуваком с хитровато-весёлыми глазами, но и настоящим директором настоящего лагеря:

– Меня зовут Никита, и я тут самый главный. И вот мой совет, чисто по-дружески: вы пока никуда не убегайте. Просто дождитесь завтрашнего дня. А если всё-таки решите свалить, то лучше приходите ко мне, я всё организую в лучшем виде. И ещё просьба: больше в центрифугу без правильной настройки не залезайте! Договорились?

– Да, – помрачнел Ромыч. – Мы больше не будем. Нам не понравилось.

Чтобы мы окончательно прониклись, Никита рассказал, что путёвки в лагерь ОЧЕНЬ дорогие. А вовсе даже не бесплатные. И КОЕ-КТО из «Квантума» за нас заплатил большие деньги. Если мы сбежим, то этого человека могут обвинить в «нецелевом расходовании средств». А там и до подозрений в финансировании терроризма недалеко. Но мы же не сволочи, и подставлять Николая Дмитриевича не будем.

В общем, этот Никита был очень убедителен. Реально адекватный чел оказался. И ещё он зуб дал, что маньяков тут нет.

Тогда Ромыч поинтересовался о ГЛАВНОМ: будут ли нас кормить? И Никита уже раскрыл рот, чтобы ответить. Но в этот момент его взгляд упал на заполненную до краёв вонючую банку, стоящую рядом с неряшливой кроватью Ерохи…

поздним-поздним вечером

Когда стихли вопли Гацы… Когда насупленный Ероха утащил свою банку в туалет и вылил всё в унитаз (вместе с носками)… Когда мы кое-как расправили постельное бельё… Когда из динамиков раздался истошный вопль «ОТБОЙ! ВСЕМ СПАТЬ! БЫСТРО!»…

…ВОТ ТОГДА я понял, что человек может приспособиться ко всему.

А Ероху мы бить не стали. Противно. Он же слюнявый весь. Так что мы его просто игнорим теперь.

3 июня

Едва утром я услышал из динамика лёгкое потрескивание, как сон мгновенно улетучился. Где-то внутри черепа мой мозг сморщился в ожидании очередного сверла. Но всё пошло не так.

Сначала тихо-тихо заиграла нежная музыка, что-то вроде пианино с арфой. Громкость постепенно нарастала, а потом раздался звонкий энергичный голос:

– Доброе утро, четвёртый отряд! Лагерь «Старт-Шум-Гам» приветствует новый отличный день. Ну-ка, все выходите на зарядку!

Ээээ… Что это было? Мы сидели на своих кроватях, таращились друг на друга и ничего не понимали. Игорь сдёрнул с конопатого носа очки, протёр их, напялил обратно. И изрёк:

– Похоже, мы сошли с ума. Пойду проверю.

На площадке перед домиком мы увидели ЧУДО! Вместо Гацы нас поджидала высокая загорелая старшеклассница в джинсовых шортах и ослепительно-белой спортивной футболке. Длинные светлые волосы убраны в тугой хвост, а в сияющих ярко-синих глазах прыгают весёлые искорки:

– Привет, ребята! Вы уж извините, что я не успела приехать к началу смены. Экзамены перенесли, так что пришлось задержаться. Но теперь-то я с вами! Кстати, я Мира, ваша вожатая. Итак, раз-два, разминаемся! Поехали!

И тут же принялась приседать и выгибаться, показывая разные упражнения. В общем, зарядка сегодня удалась. Всегда бы так.

Во время завтрака Ромыч как раз закончил уминать первую добавку и приступил ко второй, когда воздух вокруг стал… как-то ещё ярче, что ли. Будто в дополнение к солнцу включили мощный театральный прожектор.

Лёгкой походкой в столовую зашла Мира. Остановившись возле нашего стола, она слегка потрепала Ромыча по его вечно лохматой голове, а затем громко объявила своим задорным голосом:

– Всем приятного аппетита! Четвёртый отряд, внимание! После завтрака делаем общий сбор на полянке возле батута, там всё обсудим!

В столовке воцарилась тишина. Наш отряд с гордостью любовался своей красивой вожатой, пропустив её слова мимо ушей. А остальные сидели в полном офигении и завидовали, распахнув рты с недожёванной кашей (или гренками, у кого как).

Когда Мира улыбается, то немного поджимает верхнюю губу, слегка обнажая зубы. От этого улыбка её выглядит немного робкой и очень трогательной. Так и хочется ободряюще улыбнуться ей в ответ.

Хихикнув, Мира энергично развернулась и вышла из столовой. И прожектор погас.

Тут раздался судорожный сиплый вздох, который издают люди, мучительно долго выныривавшие с большой глубины. Это пунцовый Ромыч вспомнил о необходимости дышать. Естественно, недожёванная гренка сразу встала ему поперёк горла. В общем, пришлось нам спасать жизнь друга: крепко дубасить по спине, а затем выводить на улицу, чтобы он там хорошенько прокашлялся.

Игорь шёл рядом, успокаивающе выставив вперёд ладошку, и авторитетно заявлял налево и направо:

– Спокойно, коллеги, это не коронавирус. Повторяю – сохраняйте спокойствие, все оставайтесь на своих местах, это НЕ коронавирус!.. Ситуация полностью под контролем.

На улице Ромыч прохрипелся и выкашлял кусок гренки. И снова приобрёл нормальный цвет лица.

Затем мы устроили краткое совещание, по-мужски чётко и ясно сформулировав ситуацию: «Только полный ДЕБИЛ будет сбегать из лагеря, когда в отряде есть ТАКАЯ вожатая». А ещё Ромыч решил, что Мира на него запала.

Да разве это батуты? Нет! Это БАТУТИЩИ! Два огромных прямоугольных туго натянутых поля, каждое размером примерно в половину школьного спортзала. Обалдеть! Я даже не представлял, что такое бывает! Вот бы на нём попрыгать! Но проходы в сетке оказались закрыты на хитрый электронный замок. Никак не попасть внутрь.

Мира уселась по-турецки, приглашающее похлопала ладошкой по травке. Мы потолкались, занимая козырные места, и расположились рядом.

Первым делом Мира устроила знакомство и попросила всех по очереди назвать своё имя.

Как обычно в таких ситуациях, я сразу же начал где-то внутри себя откашливаться и гыкать, чтобы прочистить горло. Но, всё равно, когда дошла очередь, то мой голос прозвучал мерзко, противно-сипло и пискляво. Поэтому оставшуюся часть переклички я сидел, насупившись, и внутри головы обзывал себя разными словами.

Короче говоря, я не услышал (и, конечно, не запомнил) НИ ОДНОГО имени. Зашибись познакомился с отрядом! Вот почему я всегда так?!

Когда я перестал внутри головы снова обзывать себя разными словами, то Мира уже рассказывала про наши ближайшие планы. Вроде бы говорила, через неделю начнутся какие-то «Суровые Игры». А потом – финальные соревнования. И мы должны быть сильными, умными и дружными, если хотим победить. Или хотя бы ВЫЖИТЬ.

ТАК, СТОП! Она реально это сказала? Или мне показалось?!

– Мира, а когда на батутах-то можно будет прыгать? – спросила та самая девчонка с гривой ярко-красных косичек, которую мы вчера просили вожатых поискать.

– А вот прямо сейчас, Женечка! – подмигнула вожатая.

– Я не Женечка, а Жека! – буркнула девчонка.

Своим электронным ключом Мира открыла проход на батуты. Сама подпрыгнула пару раз, всё проверила, а потом и нам разрешила. Но только по одному.

И тут началось! Мы толкались, занимали очередь, ругались и ПРЫГАЛИ!

Как все вокруг, я подскакивал туда-сюда с грацией сундука, то есть тупо вверх и вниз, изредка щёлкая челюстью и взмахивая руками. Честно говоря, я просто наслаждался сладкими ощущениями мягкого приземления и упругого подбрасывания.

А вот красноволосая Жека поразила всех. Она порхала в воздухе, словно птичка-колибри. Взлетала высоко-высоко, замирала где-то почти в небе, а потом переворачивалась и яркой стрелой ныряла вниз. Иногда мне казалось, что на неё уже не действуют силы гравитации.

– Ура! Это же наш шанс! Отличный шанс! – Мира радостно захлопала в ладоши, глаза её сияли, – На Суровых Играх наверняка буду соревнования по прыжкам в высоту. Молодец, Женечка!

– …Я Жека! – упрямо донеслось откуда-то сверху.

Ромыч в это время сосредоточенно подпрыгивал на соседнем батуте. Игорь не отрывал от летающей Жеки восторженного взгляда.

Поэтому только лишь я обратил внимание на Ероху. Разглядывая красноволосую девчонку, он быстро шевелил пальцами и тихо хихикал. А его слюнявый рот при этом криво дёргался.

После сытного обеда мы валялись на травке возле столовой и поджидали, пока соберётся остальной отряд. Мира обещала, что пойдём на озеро. Наконец-то!

Игорь уткнулся в свою физику по десятому кругу, а мы с Ромычем неспешно и солидно совещались на тему, как бы нам Ероху отселить куда-нибудь. Он в нашей комнате явно лишний. Даже смотреть на него уже невозможно. Но мы были сытые и довольные, поэтому обсуждение шло вяло, а предлагаемые идеи были неагрессивными.

– ТИ-ХААА! – заорал рядом знакомый голос, и вслед раздался грохот удара тяжёлого ботинка по железной крышке.

Оказывается, рядом со столовкой тоже есть ящик с песком. И Гаца привычно использует его в процессе общения с «курсантами». Сегодня её жертвами стали какие-то совсем мелкие четвероклашки из первого отряда. Под воздействием воплей они стояли, сжавшись, словно цыплята. У некоторых глаза от слёз блестели.

– Молча-а-ать! Все марш на тихий час и быстро СПА-А-А-АТЬ!!!

Конечно же, мы сразу заржали. Просто не удержаться было. А зря. Гаца повела прицелом очков, заметила нас, и снова пасть распахнула:

– Ага, курсант ВОЛКОВ!!! Ко мне подошёл БЫСТРО! Назначаю тебя и твоих дружков-хлюпиков на дежурство в столовой. Отсюда и до ужина! А в случае плохой работы оштрафую весь отряд!

Вот ведь блин! Да ёлки-палки! А как же озеро?!

– «Хлюпики»?! Ха, неслабо она вас прессует! – раздался рядом голос красноволосой девчонки.

Она стояла рядом с нами, засунув руки в карманы шорт. И, прищурив один глаз, с хитрющим и нахальным видом разглядывала Гацу. Дождавшись, когда прицел толстых очков переведётся на неё, Жека демонстративно сплюнула на землю и расплылась в широкой улыбке.

Короче говоря, если промотать пару минут диких воплей, то Жеку вместе с нами дежурить отправили.

Примчавшаяся на страшные звуки Мира только грустно вздохнула: Валентина Артуровна тут почти что самая главная, и с ней может поспорить только Никита-директор. Но не пойдёшь ведь ему жаловаться по каждому пустяку… Дежурство – дело обычное, всех курсантов периодически назначают.

Все остальные отправились на озеро, чтобы купаться, загорать, веселиться и радоваться жизни. А мы зашли в столовку и приуныли… Сто курсантов. Двадцать пять столов. Плюс ещё один большой стол для вожатых. Весь пол закидан крошками, а возле раковин – монументальная ГОРА немытой посуды.

В приоткрывшуюся дверь просунулась голова Гацы, со злобной радостью сообщившая нам весь перечень трудовых задач.

В общем, сначала всю посуду нужно перемыть. Тщательно. И загрузить в специальный шкаф – для дезинфекции и просушки. А затем подмести и вымыть весь пол. Оно что-то ещё говорила, но я уже не слушал. Мой мозг просто отказался вмещать в себя такое количество мерзкой и утомительной работы.

Оценив нашу реакцию, голова Гацы довольно оскалилась, зловеще хмыкнула на Ромыча, и скрылась.

Естественно, мы стали придуриваться, чтобы хоть как-то поднять себе настроение. И допридуривались.

Первым делом Ромыч зачем-то залез в сушильный шкаф и случайно закрылся там. Тут же принялся истошно орать изнутри, что у него вот-вот клаустрофобия начнётся. Естественно, мы сразу открыли и выпустили его. Как только проржались.

Но Игорь успел зацепиться взглядом за провода и трубы, которые к этому шкафу подводятся. Задумался ненадолго. Потом что-то задумчиво потыкал на пульте управления… И торжественно заявил, что посуду мыть нам не придётся:

– Это же промышленная система полного цикла. Она делает абсолютно всё! И сортирует, и чистит, и моет, и сушит. Просто все остальные функции отключены были почему-то…

Мы сразу же шустренько закидали грязную посуду в распахнутое нутро и захлопнули дверцу. Шкаф загудел, затарахтел, а потом на стоящий рядом специальный столик стали одна за другой выезжать стопки чистых до скрипа, тёплых и сухих тарелок.

Само собой, это событие вызвало у нас всплеск хорошего настроения. Мы снова принялись носиться туда-сюда и орать от радости. Тут-то я и заметил какие-то странные перевёрнутые вверх дном серебристые тазики, притаившиеся в дальнем углу, возле входа в кладовку. Гладкие, выпуклые и блестящие.

Пока я пытался аккуратненько поцарапать ногтем один из них (просто чтобы проверить, царапается ли этот материал), Жека с разгону запрыгнула на него, потом на другой, и так по всем проскакала. И приземлилась обратно рядом со мной, радостно улыбаясь.

Тазики тут же замигали огоньками, зажужжали и… МЕДЛЕННО ДВИНУЛИСЬ НА НАС! И стали кататься туда-сюда по полу, энергично всасывая в себя всю грязь и оставляя за собой чистый, слегка влажный след.

В общем, весь хитровыдуманный Гацей перечень противных задач по дежурству оказался выполнен легко и ненапряжно. Всё-таки ведь XXI век на дворе. Прогресс! Это только в школе полы моет злая бабка, раскидывая по углам микробов с помощью старой вонючей швабры. А посуду в столовке там вообще не моют, а просто тряпочкой протирают, наверное.

Здесь, в космолагере, вместо этих бабок работают роботы. И мне это нравится.

Когда мы закончили носиться среди столов, орать «Уно! Дос! Кватро!» и танцевать в стиле «Литл биг», то призадумались. Роботов ЧЕТЫРЕ штуки, и они ползают по полу. Нас ЧЕТВЕРО, и мы стоим тут рядом. Ситуация сложилось очевидная.

Но, видимо, разработчики подозревали о чём-то подобном, поэтому сделали верхнюю часть корпуса глянцево-скользкой. Удержаться смогла только Жека.

Пока роботы елозили по полу, Жека хохотала и каталась, а мы с Игорем просто хохотали, Ромыч полез по всем шкафчикам в поисках конфет или хотя бы печенья. А лучше всего – сгущёнки. Конечно же, ничего не нашёл. Не он один такой умный.

Но зато, в отличие от других искателей, Ромыч может быть ОЧЕНЬ упорным. Так что после тщательных поисков по самым дальним ящичкам он умудрился-таки раздобыть несколько цветных упаковок с каким-то порошком внутри.

На зелёных пакетиках красовалась надпись “YEAST”, нарисованная весёлыми разноцветными буквами. Ромыч тут же радостно объявил, что теперь у нас есть припас на чёрный день в виде растворимого лимонада. Это же просто праздник какой-то!

Пока он старательно распихивал находки по карманам, к нему на своём роботе подъехала Жека, покрутилась вокруг, а затем почему-то обозвала всех нас дурачками. И задорно уехала дальше кататься.

На конопатом лице Игоря отразилась сложная гамма чувств. Он открыл рот, но слов не нашлось. Закрыл обратно. Протёр очки. А затем решительно попытался залезть на робота. И ожидаемо грохнулся. И был снова обсмеян Жекой.

Так пролетело время до ужина. И сразу же, словно по часам, Ероха материализовался за нашим столом, застенчиво улыбаясь и моргая.

поздно вечером

ВЕЧЕРНИЙ ОГОНЁК – это когда весь отряд сидит на полу в холле домика на первом этаже, расположившись по кругу. В темноте. А посередине стоит зажженная свечка. Вроде бы глупое мероприятие, но мне почему-то понравилось.

Конечно, сначала происходил обычный хаос: девчонки хихикали, пацаны ржали и толкались. Кто-то пытался о чём-то шутковать.

Но все сразу замолчали, когда Мира начала негромко рассказывать:

– Знаете, я ведь вожатой стала только совсем недавно. Ваш отряд у меня первый. Прошлым летом я уже работала здесь, но была простым стажёром. Я так полюбила в этот лагерь! И вы тоже полюбите, ребята. Он очень необычный, потому что…

Тихий голос нашей вожатой, дрожащий огонёк свечи и окружающая темнота произвели на меня странное впечатление. Я вдруг почувствовал, что МНЕ ЗДЕСЬ НРАВИТСЯ. И в животе заворочалось то самое радостно-тревожное ощущение, которое возникает, когда осознаёшь – ВОТ ПРЯМО СЕЙЧАС МНЕ КРУТО.

В общем, всё как всегда: одна мысль потянула за собой другую. Я задумался о всякой ерунде и пропустил оставшуюся часть рассказа мимо ушей.

Встрепенулся, когда Мира поставила перед собой большую пустую бутылку из тёмного стекла. Явно древнего вида. Наверное, из таких бутылок пираты ром пили. Ну, или Пушкин с Есениным – шампанское. И ещё зачем-то раздала нам листочки и карандаши.

– Эту бутылку подарил директору лагеря Никите его друг, известный археолог. Из экспедиции привёз. – Мира смотрела на нас необычайно серьёзно, её глаза сузились и стали совсем тёмными. – Поверьте, я не знаю КАК ИМЕННО, но это ДЕЙСТВИТЕЛЬНО работает. Прямо сейчас напишите на листочке свою мечту, сверните и бросьте в бутылку. Если вы понравитесь лагерю, то в конце смены ваше желание исполнится.

Понятное дело, что это просто замануха для нас, доверчивых подростков. Но так захотелось в неё поверить! Или не замануха? Зачем Мире нас обманывать?

Наступила полная тишина. Мы с уважением смотрели на старинную бутыль, стоящую во мраке рядом со свечой, и молчали. А потом все вокруг стали что-то писать на своих листочках.

Я тоже взял карандаш и задумался. Чего бы такого загадать-то? ВОТ ТЕПЕРЬ, когда СТАЛО НУЖНО подумать, все мысли из моей головы сразу куда-то улетели. В принципе, сейчас у меня всё хорошо в жизни. Мне всё нравится. Чего бы пожелать-то?..

Жека уверенно свернула свой листочек и кинула его в бутылку. Потом и Ромыч (хм, интересно, что он там придумал?). Вслед потянулись остальные. А я всё сидел и тупил.

А затем почему-то взял и написал глупое: “Пусть Ероха перестанет вонять!”. И смайлик подрисовал рядом.

Мира торжественно закупорила бутылку могучей пробкой, а затем ещё и воском со свечи запечатала. Круто!

После отбоя Ромыч выдал уже традиционную фразу:

– А давайте на озеро сгоняем посмотр… трр… хррр…

И вырубился.

А я разволновался. Блин, надо было ведь ДРУГОЕ желание загадать! При чём тут Ероха этот дурацкий?

Надо было написать, что я хочу разбогатеть! Как же я не сообразил-то? Ведь вдруг сработает?! Ладно, ничего. Я уверен, что хозяйственный Ромыч уж ТОЧНО всё правильно загадал. И если он разбогатеет, то обязательно со мной поделится.