Текст книги "Отзвуки серебряного ветра. Мы — есть! ("Честь"+"Вера")"

Автор книги: Иар Эльтеррус

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 78 страниц) [доступный отрывок для чтения: 32 страниц]

– Здравствуйте еще раз, генерал, – ответила девушка.

– Расскажи-ка мне подробно обо всем.

Лави обреченно кивнула, понимая, что он не отвяжется, и начала рассказывать.

Переливающийся непривычными глазу любого трирроунца цветами парк около посольства ордена Аарн приближался. Альмия нервно вздрогнула, парк она уже посещала, и это не пугало, даже наоборот. А вот в самом посольстве бывать не доводилось. С какой, интересно, стати, ее отец получил три приглашения на устраиваемый послом прием? Несколько суток после получения приглашения в доме царила сущая паника, отец был донельзя горд, что оказался удостоенным вместе с парой сотен самых богатых людей столицы. Мать перемерила с полсотни туалетов и все сокрушалась, что никак не может подобрать нужных цветов. Самой Альмии на это было плевать с высокого потолка и она выбрала открытое светло-розовое платье, напрочь отказавшись увешиваться драгоценностями со всех сторон. Отец с матерью, давно привыкнув к строптивому нраву единственной дочери, только рукой махнули. Они даже не пытались ее уговаривать, хорошо зная, что раз Альмия уперлась, то настаивать на своем бесполезно.

Мягко переливающиеся феерическими цветами башни посольства приближались. Первые дни после того, как Аарн завершили строительство, люди толпами стояли вокруг, с открытыми ртами рассматривая невероятное сооружение. Странно, но непривычных очертаний башни с десятками мостиков и платформ на удивление гармонично вписывались в окружающее пространство. Да что там, посольство ордена казалась теперь неотъемлимым атрибутом столицы Трирроуна, оно было настолько на своем месте, что оставалось только покачать головой. А когда столичные жители впервые увидели, как выглядит посольство ночью, то многие попросту онемели. Нежные переливы слабого света перекатывались по башням и мостикам, многие люди простояли рядом с посольством всю ночь, с восторгом смотря на сияющее чудо. Да и потом ночами немало народа собиралось около ограды, чтобы полюбоваться, как перетекающие друг в друга разноцветные световые волны создают феерию. Но уже за каких-то полмили от посольства ничего не было видно.

Посольство заняло совсем немного места, а на всей остальной выделенной им территории Аарн разбили общедоступный парк. Но что это оказался за парк! Невозможные, никогда не виданых форм и цветов деревья, огромные алые и синие цветы на белоснежных и прозрачно-зеленых стволах, маленькие озерца с белыми кувшинками, десятки беседок, каждая из которых являлась произведением искусства. Летающие в воздухе клочья многоцветного то ли тумана, то ли паутины. Сотни пушистых, красивых, постоянно ластящихся к детям зверушек совершенно непривычного вида. Вся земля в парке была покрыта невысокой, очень мягкой травой, меняющей цвет в зависимости от времени суток. На этой траве оказалось очень удобно сидеть и даже спать. Она совершенно не пачкала одежду и почти мгновенно поглощала любой брошенный на нее мусор, не трогая нужных вещей. Как трава могла узнать, что именно лежит на ней, никто не понимал, но как-то узнавала. Аарн в ответ на вопросы только загадочно улыбались и что-то невнятно говорили о биотехнологиях. В парке установили сотни автоматов, бесплатно выдающих сладости и безалкогольные напитки любому желающему. Правда, понять, что это питьевой агрегат, а не огромный цветок или дерево, можно было не сразу. Только когда человек подходил ближе, автомат нежным детским голоском сообщал о том, что он такое, и предлагал воспользоваться его услугами. За какие-то несколько дней парк при посольстве стал излюбленным местом отдыха семей с детьми. Детишки визжали от восторга, катаясь на ласковых, пушистых зверях. Были, конечно, и ограничения в доступе. Например, если в парк пытался войти человек, выпивший хотя бы бокал пива, то войти он не мог. Перед ним возникал прозрачный и совершенно непреодолимый барьер. То же самое происходило, если посетитель пытался пронесли спиртное или наркотики с собой. Достаточно было оставить принесенное, как проход открывался. Если кто-нибудь хотел применить в парке насилие по отношению к человеку или животному, то после первой же попытки этого кого-нибудь окутывал желтый туман и уносил за пределы парка. Больше этот человек войти в парк не мог ни при каких обстоятельствах. Барьер его не пропускал. Попытавшегося нанести вред растениям предупреждали мягким голосом, и, если он не внимал предупреждению, тоже лишали права доступа. Однажды трое молодых людей пронесли с собой канистру ракетного топлива и попытались поджечь одну из беседок. Огонь мгновенно погас, а поджигателей окутал желтый туман, вынес за пределы парка и удерживал до прибытия вызванной кем-то из посетителей полиции. Полицейские, многие из которых тоже приводили в волшебный парк своих детей, так отходили вандалов дубинками, что те едва могли ходить.

Вспомнив это, Альмия только хихикнула про себя. Какие же идиоты эти радикалы! Девушка оглянулась вокруг и только вздохнула. Родители шли чуть впереди по светящейся мягким светом дорожке через парк к посольству. Ночью парк выглядел еще красивее и загадочнее. Разноцветные огоньки водили хороводы среди переплетающихся ветвей деревьев, казалось, что вот-вот из-за поворота выглянет хитрая мордашка крылатого лесного человечка, что вот-вот из-под земли выползет сердитый маленький гном с лопатой на плече и пойдет выкапывать сокровища. Да, всего лишь две недели, как аарн построили свое посольство и открыли для посещений парк. А как изменилось отношение к ним в столице! Впрочем, эти аарн совершенно не походили на прежних полумертвых зомби, разве что форма осталась та же самая. Веселые, смеющиеся, совершенно счастливые люди. За каждым из тех, кто выходил в город, вечно тянулась ватага ребятишек, которым аарн рассказывал волшебные сказки. Но в город люди ордена все-таки выходили редко, предпочитая оставаться на территории своего посольства. За две недели Альмия видела только одного человека и одного гварда.

Дорожка закончилась, и перед семьей Бармин медленно распахнулись ворота в ажурной ограде, окружавшей посольство. По решеткам ограды вились змейки голубоватых энергоразрядов. Что интересно, для человека, не желавшего проникнуть внутрь, они были совершенно безопасны. Но попытавшийся перебраться через ограду получал по полной программе. Точнее, его окутывал тот же желтый туман и держал висящим в воздухе до прибытия охраны, которая передавала злоумышленника в руки местной полиции. Альмия вздохнула и вслед за родителями ступила в вертящуюся сразу за воротами воронку гиперперехода.

В глазах потемнело, и девушка оказалась в огромном шарообразном помещении, вся внутренняя поверхность которого являлась полом. Очень странно было видеть над собой стоящих вниз головой людей. Альмия только вздохнула – все-таки орден слишком чужд, настолько чужд, что оставалось только удивляться. Но ведь большинство людей уходят к Аарн с планет обитаемой галактики! Почему они так меняются? Что их меняет? Каким образом они становятся настолько чуждыми и непонятными? Она не знала, только мысленно помолилась Благим, прося оградить ее от всяческого зла.

– Господин Эркон Варине Бармин, владелец контрольного пакета акций корпорации «Техновек», с женой и дочерью! – объявил об их прибытии чей-то голос.

Отец гордо надулся, и Альмия едва удержалась от презрительного фырканья. И чего он так нос дерет? Денег много награбил? Так здесь собрались точно такие же личности, от которых саму девушку несколько тошнило. Все их разговоры о вкладах, дивидендах, процентах обычно вызывали у Альмии зеленую тоску, и она при встрече старалась сбежать куда подальше. Честное слово, куда лучше было бы посидеть в библиотеке, чем идти на этот прием. Если бы это был прием не в посольстве ордена, то ее сюда ничем бы не заманили. Но любопытство оказалось сильнее всего, и девушка все-таки решила пойти, желая посмотреть своими глазами на чудеса, о которых, захлебываясь от восторга, твердили знакомые отца, побывавшие здесь. Пока особых чудес она не заметила, разве что сам зал, да висящий в его центре постоянно меняющий форму светильник, заливающий приглашенных призрачным светом непонятного оттенка. Голос из воздуха продолжал объявлять о прибытии все новых и новых гостей. Да, этим вечером в посольстве ордена собирался весь высший свет трирроунской столицы.

Время шло, ничего интересного не происходило, и Альмия откровенно скучала, жалея, что не взяла с собой любимую книгу, «Откровения» Форка Харана. Она оставила родителей возле министра экономики и медленно пошла по залу, рассматривая собравшихся людей. Несколько удивляло, что в зале не было видно ни одного аарн. Куда они, интересно, подевались? В одной части зала собралась молодежь, и Альмия направилась туда, хотя сомневалась, что встретит кого-нибудь достойного внимания. Ну, конечно. Вся столичная золотая молодежь, разодетая в пух и прах, собралась около каких-то белесых конусов, из которых лилась негромкая, плавная музыка. Кое-кто танцевал, кое-кто болтал о чем-то, сбившись в кучки, кое-кто дегустировал редкостно вкусные напитки ордена со стола слева. Альмия видела оплетенные лозой бутылки «Золота Дарна», еще что-то смутно знакомое, но большинство напитков оказались совершенно незнакомы. О, Френни Кальзаро, конечно, присосался к дармовой выпивке. Она оглянулась, не желая нарываться на учившихся вместе с ней в привилегированном колледже псевдо-подруг. Пустоголовые дуры! Как начнут трещать, так уши вянут.

– Позвольте пригласить вас на танец, прекрасная леди! – донесся до девушки чей-то незнакомый, веселый голос, и она удивленно обернулась.

Перед ней, склонившись в вежливом поклоне, стоял отчаянно рыжий молодой человек с веснушчатой физиономией и совершенно шебутными зелеными глазами. Он настолько заразительно улыбался, что улыбка брызгала во все стороны и Альмия не смогла не улыбнуться в ответ. Эту породу молодых мужчин она хорошо знала – очаровательный разбойник без царя в голове, способный сотворить что угодно. И держаться от таких надо подальше – сведут с ума, пройдутся по душе грязными сапогами и бросят.

– Я не танцую, – холодно ответила девушка и добавила цитату из «Откровений» на древнетальском языке. – «Если танец не несет души и веры, то он приносит только вред, заводя в болото чувственности».

– О, Харан! – рассмеялся рыжий и добавил на том же древнетальском. – «Но если танец является даром создавшего миры, то он подымает душу на недостижимую высоту».

Сказать, что Альмия удивилась, мало. Этот беспутный повеса говорит на давно мертвом языке и цитирует малоизвестного философа? До сих пор она была уверена, что кроме нее в столице книг Харана не читал ни один человек.

– Вам следовало бы прочесть К'рага Ромена, – продолжил он. – Куда более нестандартный философ, Харану до него далеко. И куда более интересный.

– Никогда не слышала, – заинтересовалась девушка. – Где можно найти его книги?

– В инфосети Драголанда, – ответил рыжий. – Он, вообще-то говоря, дракон. Был. Три тысячи лет назад.

– Я не читаю по-драголандски… – разочарованно протянула девушка. – А переводов нет?

– Сомневаюсь, – покачал он головой. – Драконы не стремятся рекламировать свое культурное наследие среди других рас. Впрочем, могу подарить вам его книгу, у меня как раз где-то валялся лишний экземпляр.

– Так я же ее прочесть не смогу…

– И это не проблема, – снова рассмеялся рыжий. – Языку можно обучить меньше, чем за минуту. Кстати, я не представился. Лор-капитан Ваха Сервале, я командую охраной посла.

– Вы аарн?! – ошеломленно спросила Альмия. – А где же ваша форма?

– Сегодня мы все без формы, – ответил он. – Посмотрите в зал, разве вы видите хоть кого-нибудь в форме?

– Не вижу, – вынуждена была признать девушка, поняв, наконец, куда подевались аарн.

Ей стало любопытно, до сих пор еще не приходилось беседовать ни с кем из людей ордена вблизи. А этот еще и офицер. Хотя как смог человек такого типа стать офицером? Альмия не понимала, обычно подобные Вахе молодые люди могли быть только светскими повесами и прокучивать деньги родителей. Впрочем, в ордене все, наверное, по-другому.

– Давайте я покажу вам посольство, – предложил лор-капитан.

– Буду рада, – ответила девушка.

Рыжий взял девушку за руку и утащил за собой в возникшую перед ними воронку гиперперехода. Вот теперь Альмия окончательно поверила, что перед ней Аарн. Кто еще кроме человека ордена способен провернуть такой фокус? Они оказались на одном из мостиков между светящимися призрачным светом башнями. Мостик был почти невидим, и девушка замерла от восторга, настолько красивы оказались башни вблизи. Они казались застывшим ветром, на секунду остановившимся передохнуть, да так и оставшимся здесь навсегда. Было еще кое-что, что невозможно понять издали – в сияющем мягкими переливами разных цветов воздухе звучала очень тихая мелодия, почти неслышная, то настолько чистая, что из глаз Альмии сами собой потекли слезы от погимания, что эти чистота и любовь никогда не станут частицей ее самой. Построивший башни архитектор был гением, Альмия была уверена в этом, никто, кроме гения не способен создать нечто, столь великое.

А рыжий снова повел ее в гиперпереход. Совершенно невероятные помещения следовали одно за другим, и вскоре девушка уже не могла воспринимать ничего нового. Слишком много впечатлений для одного дня. Ваха понял это и отвел Альмию в нечто, напоминающее оранжерею. Сунул в руку девушке бокал с каким-то напитком, и она выпила. По телу пронеслась волна свежести, усталость куда-то подевалась, и Альмия поняла, что так свежо давно себя не чувствовала.

– Что это? – она показала пустой бокал.

– «Золото Дарна», – ответил аарн. – Вам необходимо было выпить что-нибудь в этом роде.

– Спасибо, – кивнула девушка.

И они принялись болтать обо всем на свете. Никогда и ни с кем Альмия не чувствовала себя так легко, как с этим офицером ордена. Он на ходу подхватывал ее цитаты, читал огромное количество незнакомых стихов. Показывал в рамке голосвязи пейзажи совершенно невероятных, нечеловечески прекрасных миров. Сверкающие города и летящих в небе на черных крыльях людей. Альмия сама мечтала так летать, без ничего, как птица. Сколько раз ей снились эти полеты. Даже сейчас снились, хотя она уже выросла. Странно, и почему она до сих пор относилась к ордену с такой настороженностью?

– А почему вы обратили на меня внимание? – не выдержала Альмия, этот вопрос мучил ее с самого начала разговора, ведь среди толпы приглашенных можно было найти куда более красивых девушек.

– Понимаете, – вздохнул рыжий аарн, – мы все – эмпаты. И от отрицательных качеств человеческой личности нам физически плохо. Особенно, от корысти и жестокости. Вы ведь помните мертвые маски аарн раньше?

– Конечно, – вздрогнула девушка. – Жуткое впечатление!

– Это всего лишь психощит, защищающий от чужих эмоций, – пояснил он. – Сейчас, наконец-то, наши ученые разработали новый тип щита, позволяющий не выглядеть живым мертвецом. Но все равно, даже в новом щите долго находиться трудновато. По крайне мере, мне. А с вами легко и без щита. Вы такая чистая, светлая…

Эмпаты?! Ой, мама. Но почему он говорил о чистоте и какую именно чистоту имеет в виду? И через мгновение поняла: душевную. Девушка вспыхнула – вот уж никогда не думала, что ее душу кто-то может счесть чистой. Мало в ней, что ли, злобы и ненависти? Как казалось самой Альмии, вполне достаточно.

– Извините, – внезапно стал серьезным Ваха, мгновенно сбросив маску великосветского повесы. – Кажется, происходит что-то важное.

Перед ними зажглась рамка голоэкрана, в которой появился посол ордена, стоявший рядом с президентом Трирроуна и министром безопасности. Беловолосый красавец к чему-то внимательно прислушивался.

– Господин президент, господин министр, – заговорил он. – Кержак только что локализовал местонахождение Лараша Хорна Севио и перекрыл ему все лазейки для бегства. Мне кажется, что будет лучше, если арест произведет служба безопасности Трирроуна. К тому времени Лараша полностью лишат магических способностей.

– Я вызываю людей, – кивнул министр безопасности, президент согласно кивнул. – Куда они должны прибыть?

– Северо-восток столицы, район Сайран, улица Верхадия, уровень два, коттедж семнадцать. Лучше, если вас поведет мой капитан охраны через гиперпорталы, всяко быстрее будет. Не хотелось бы излишнего риска. Ваха, ты слышишь?

– Да, Рести, – отозвался рыжий. – Только переоденусь. Пусть люди господина министра соберутся у центрального входа министерства безопасности, я заберу их оттуда.

– Господин министр? – спросил посол.

– Сейчас отдам приказ, – кивнул тот.

Голоэкран погас.

– Еще раз извиняюсь, – развел руками Ваха. – Вынужден вас покинуть, сами понимаете, служба.

– Конечно, – ответила Альмия, хотя ей было очень жаль, что этот чудесный вечер закончился.

– А может, – прищурился рыжий, уловивший ее грусть, – вы хотите посмотреть на арест великого мага? А потом покажете мне столицу.

– С удовольствием! – просияла Альмия и только потом сообразила, участие в чем именно ей предложили. – Великого Мага? Ой…

– Не беспокойтесь, – рассмеялся Ваха, теребя рыжий вихор. – С нами пойдет сам Кержак Черный, а он такой маг, что справиться с ним, кроме разве что Командора, не сможет никто. Подождите одну минуту, я сейчас вернусь.

Он прыгнул в раскрывшийся сбоку гиперпереход и исчез, ошеломленная девушка не успела ничего сказать, только рот открыла. Но ждать действительно пришлось недолго, скоро Ваха появился снова и уже в черно-серебристой форме ордена. Он смотрелся в ней на удивление хорошо. С каждым мгновением рыжий аарн нравился Альмии все больше и больше. «Уж не влюбилась ли я?» – с недоумением спрашивала она у себя и не знала, что ответить на этот вопрос. Перед ними открылся еще один гиперпереход, и Ваха ступил в него, потянув Альмию за руку. Девушка пошла за ним, продолжая попытки разобраться в своих чувствах. И не успев ничего понять, оказалась перед стеклянными дверьми министерства безопасности, перед которыми их поджидала группа людей в аккуратных, серых костюмах.

– Господин лор-капитан? – спросил кто-то из них.

– Да, – ответил Ваха, кивнув. – Сейчас я открою для вас гиперпереход, господа, там придется немного обождать, пока Кержак закончит работу.

– Понятно, – кивнул гебешник и что-то негромко сказал своим людям.

Действительно, буквально через минуту перед входом завертелась еще одна черная воронка.

– Прошу вас, господа! – показал на нее рыжий аарн.

Старший гебешник снова что-то приказал и в провал нырнули несколько спецназовцев в полных доспехах. Следом за ними пошли и остальные. Ваха с Альмией переместились последними. Они оказались около небольшого, но богатого дома, на пороге которого застыл с гримасой отчаяния на лице высокий, седой человек в пижаме. Перед ним стоял старик в просторной черной хламиде и что-то монотонно говорил. От каждого его слова человек в пижаме дергался, как будто его били током. Он мычал, стонал, даже плакал. Но сдвинуться с места не мог.

– Альмия, – обратился к девушке Ваха. – Постойте, пожалуйста, вон там с учениками Кержака, мне здесь работы минут на пятнадцать, не больше.

Девушка кивнула и послушно отошла к нескольким людям в форме ордена, стоявшим чуть в отдалении и сосредоточенно смотревшим на старика в черной хламиде. Став около них, она продолжала с интересом наблюдать за происходящим. Насколько Альмия поняла, человек в пижаме и был великим магом, которого собирались арестовать. А старик перед ним – Кержак Черный. Напряжение все нарастало и нарастало, Альмии вдруг показалось, что перед ней бешено вращаются клубки цветных нитей, и она удивилась. Девушка даже попыталась дотронуться чем-то внутри себя до одной из этой нитей, но какая-то непонятная сила отодвинула ее в сторону, и ей послышалось едва слышное старческое ворчание: «Куда тебя несет, дурочка маленькая?! Иди отсюда, пока цела!» Изумленная Альмия принялась оглядываться, пытаясь понять, кто это сказал, но не нашла ни одного старика позади себя. Вздохнув, она снова посмотрела на Кержака. Что-то произошло, и человек в пижаме как будто уменьшился, стал маленьким, блеклым, тогда как раньше буквально сиял внутренней силой.

– Что ты со мной сделал? – с трудом прохрипел он.

– Лишил тебя силы, – холодно ответил Кержак. – Ты больше не маг, Лараш Хорн Севио.

– За что?! – буквально взвыл тот. – Что я тебе сделал, урук-хай?!

– Сказано, – равнодушно ответил старый орк, – если ты встретил жаждущего власти, останови его. Любой ценой. Особенно, если он маг. К тому же, я – аарн.

– Аарн… – прошептал Лараш, растирая по лицу слезы напополам с грязью. – Тогда понятно. Будьте вы прокляты, сволочи! Нас вы раздавили, но найдутся другие.

– Может быть, – оскалил клыки Кержак. – Но не забывай и ты, что любого жаждущего власти тоже всегда останавливают. Никогда не понимал, зачем вам всем эта власть? Что вы такого в ней нашли?

– Тогда ты просто дурак, урук-хай! – оскалился Лараш. – Власть – это все.

– Увы, безнадежен, – тяжело вздохнул орк.

Потом повернулся к Вахе и спросил:

– Ты закончил, мальчик?

– Да, – кивнул рыжий лор-капитан. – Вся информация уже на крейсере.

– Хорошо, – кивнул шаман и отошел к ожидавшим его оперативникам службы безопасности Трирроуна.

Слышавшая этот разговор Альмия пыталась понять, чем он ее так задел. И не понимала. Но чем-то задел за живое. Желавшего власти над другими мага лишили силы? Справедливо. Полностью справедливо!

– Здравствуй! – обратился к Альмии нежный голосок. – Ты новая ученица Кержака?

Девушка повернулась и замерла. Перед ней, опустив и слегка сморщив ушки, стояла эльфийка. Совсем такая, как на иллюстрациях к древним книгам. Но такого ведь не бывает… Она протерла глаза, но эльфийка никуда не делась, продолжая с интересом смотреть на Альмию. Потом сказала:

– Меня Касрой зовут. Хорошо, что еще одна девушка с Даром есть, а то я все время одна среди мужчин. Надоело.

– А меня – Альмия… – дрожащим голосом представилась трирроунка. – А вы и правда эльфийка?

– Конечно, – удивилась та. – Ты же сама видишь. А зачем ты полезла в плетение Кержака? Он тебя еще мягко отодвинул в сторонку, другой бы на его месте по шее надавал за такие фокусы и был бы полностью прав.

– Я полезла? – недоуменно спросила Альмия.

– А то кто же? – еще ниже опустила уши Касра, демонстрируя растерянность. – Он же тебе сам сказал, чтобы уходила, пока цела.

– Так мне это не привиделось?!

– Ты что, ничего о себе не знаешь? – изумилась эльфийка. – Ты ведь маг!

– Я?! – едва не подпрыгнула девушка.

– Конечно, ты… – растерянно подтвердила Касра. – Кто еще, кроме мага, способен дотронуться до плетения другого мага?

– Касра, – послышалось над ними ворчание старого шамана. – Ты, конечно, девочка талантливая, но кто тебя просил лезть туда, куда не просят?

– А это не я! Это она!

Эльфийка показала на застывшую соляным столбом Альмию. Кержак нахмурился и внимательно всмотрелся в стоявшую перед ним девушку. Потом приподнял кустистые, седые брови и удивленно покачал головой.

– Ты права, девочка, извини, – сказал он. – Это действительно она. Надо же!

– А в чем дело? – с трудом выдавила из себя Альмия. – Касра сказала, что я маг…

– И полностью права, – кивнул старик, продолжая озадаченно покачивать головой. – Мало того, маг самостоятельно начавший инициацию. Если тебя срочно не обучить, то ты погибнешь за два-три года максимум. Еще один такой фокус, как сегодня, и можно заранее могилу рыть. Скажи спасибо, что я тебя отодвинул, а то бы затянуло вместе с Ларашем.

– Спасибо… – кивнула Альмия, она все еще ничего не понимала и никак не могла поверить.

– Вот и все! – подошел к ним довольный Ваха. – Господина Севио забрали, так что я свободен. Можем погулять по городу.

– Это ты привел сюда эту девочку, мальчик? – повернулся к нему Кержак.

– Я, – кивнул удивившийся рыжий. – А что?

– Ты знаешь, кто она?

– Нет, на приеме познакомились и она мне очень понравилась душевной чистотой. Вся такая светлая, пушистая! Извини, Альмия, но я тебя действительно такой ощущаю. И ты мне очень нравишься!

– Она маг, – жестко сказал старый шаман. – И если не займется своим Даром всерьез, то очень скоро сгорит. Ты говоришь, она достаточно чиста, чтобы пройти Посвящение?

– Уверен! – кивнул удивленный Ваха, по-новому смотря на девушку.

– Тогда я, Кержак Черный, предлагаю тебе, девочка, ученичество. Я научу тебя, что такое быть магом.

Альмия только икала, не в силах сказать ни слова. Она – маг? Сам Кержак Черный предлагает ей ученичество? Ой, мама… Но где-то в глубине души уже загорался огонек азарта. Это ведь куда лучше, чем выходить замуж за кого-то из богатых наследников и рожать ему детей, обихаживая дом, и таскать на себе кучу драгоценностей на великосветских приемах, показывая таким образом богатство и щедрость мужа. Но в Трирроуне для женщины ее класса другой судьбы не предвиделось. Альмия прекрасно знала, что когда-нибудь это ожидает и ее, потому бунтовала, как могла. Пока ей это позволяли. Но теперь, может, появился шанс вырваться из заколдованного круга? А что скажет отец, ведь у него нет других наследников…

– Я согласна… – выдавила она, в конце концов. – Но отец… Он будет против.

– Завтра я поговорю с твоим отцом, – оскалил клыки Кержак. – Если он не дурак, то будет только рад. К тому же, тебе придется произнести Призыв, а когда ты станешь одной из наших, тебя не осмелится тронуть никто.

– А разве меня возьмут? – удивилась Альмия. – Я ведь из богатых.

– Голову даю на отсечение, возьмут! – энергично кивнул Ваха. – Какая разница откуда человек, главное – каков он сам. А ты чиста. Хотя как ты ухитрилась сохранить себя в той среде, не понимаю.

– Я просто никого не подпускала близко и жила только книгами, – горько усмехнулась девушка. – Знал бы ты, чего мне стоило отстоять свое мнение хоть в чем-нибудь! Мы с отцом постоянно ругаемся, вечно ему что-то во мне не нравится. Все хочет видеть меня примерной дочерью, а я все никак не соглашаюсь оной становиться.

Рыжий расхохотался.

– И правильно! – воскликнул он сквозь смех. – Никому не позволяй насиловать свою душу! Никогда и ни при каких обстоятельствах. Будь собой.

Альмия улыбнулась сквозь наворачивающиеся на глаза слезы. Ей казалось, что она спит, слишком уж невероятным душком отдавало все вокруг. Ну, ладно. Пошла на прием к послу ордена. Встретила симпатичного человека, поговорила, погуляла. Бывает. Но вот то, что произошло потом… Вот такого уже не бывает. Однако случилось, и что теперь со всем этим делать, она не особо представляла.

Проснувшись, Альмия сразу вскочила на ноги, что было на нее совсем не похоже. Обычно девушка еще добрый час нежилась в кровати, мечтая о разных невероятных вещах. Но ожидавшая этим утром реальность казалась невероятнее самого невероятного из снов. Если, конечно, это не бред. Она быстро проверила сумочку и облегченно улыбнулась – ученический медальон оказался на месте. Вчера вечером после всего случившегося стало не до прогулок, и Ваха отвел ее обратно на прием, откуда девушка, как и положено примерной дочери, ушла вместе с родителями. Но в сумочке она уносила данный на прощание Кержаком медальон ученика мага и постоянно ощупывала его пальцами, все никак не веря, что в ее жизнь постучалось чудо. Ей страшно понравился ехидный старик, который должен был стать ее учителем. А о Вахе девушка вспоминала попросту с нежностью.

Семья только закончила завтракать, когда в столовую зашел камердинер с перекошенным лицом.

– Хозяин… – прохрипел он. – Там… Там…

– Толком говори! – рявкнул господин Бармин.

– К вам с частным визитом великий маг, господин Кержак Черный! Он аарн, хозяин! И… И он орк!

Челюсть отца Альмии отвисла, девушка внутри себя ликовала, но внешне сохраняла серьезную мину на лице. Госпожа Бармин выглядела не лучше мужа. Родители переглянулись.

– Пригласи господина мага в малую гостинную, – выдавил, наконец, из себя господин Бармин. – Скажи, что я сейчас буду. И подай лучшего коньяку!

Опытный бизнесмен был откровенно растерян, идя к малой гостинной, в которой обычно принимали высокопоставленных гостей. Да, вчера он побывал на приеме у посла ордена, но никаких деловых предложений так и не поступило, посол только улыбался и уговаривал господ бизнесменов не спешить, а подождать, пока не будут решены проблемы на уровне правительства. Так с какой же стати его навестил с утра аарн, да еще и великий маг? Может, именно сейчас последуют какие-то предложения со стороны ордена? Ладно, лучше не гадать, а подождать, что скажет этот маг. Войдя в гостинную, господин Бармин увидел сидящих на диване высокого старика с красноватым, плоским лицом и юную, прелестную девушку, которую он сперва принял за человека. Только увидев огромные, остроконечные уши и миндалевидные серебристые глаза, понял, что ошибся. В его гостинной сидела эльфийка! А старик оказался типичным орком с древних гравюр. Нет, что за чудеса?! Орк и эльфийка в его доме. Вместе. И оба в форме ордена Аарн.

– Здравствуйте, господин Бармин, – поднялся с места старик. – Мое имя Кержак Черный, я один из магов, которых у вас принято называть великими. Хотя я так до сих пор и не понял, почему великими. Мы всего лишь маги вероятности. Рядом со мной ученица Командора Касра Ла Онег.

– Не нам спорить с общепринятым, – развел руками бизнесмен. – Я рад приветствовать в своем доме вас, господин Кержак Черный, и вас, госпожа Ла Онег.

– Я пришел к вам по очень важному делу, – сказал орк, снова садясь и отпивая из бокала немного коньяку.

– Внимательно вас слушаю, – кивнул господин Бармин, тоже садясь.

– Это касается жизни вашей дочери. Если вы не предпримете никаких мер, то девочка через несколько лет умрет в страшных муках.

– Что?! – вскочил на ноги бизнесмен, никак не ожидавший такого поворота, Альмию, несмотря на всю ее строптивость, он любил. – Но почему?!

– Ее Дар сожжет ее, – вздохнул Кержак. – Мне доводилось видеть, что происходит, если разумный не использует дар Создателя.

– Что вы подразумеваете под Даром?

– Ваша дочь – маг, великий маг, – ответил старик. – Точнее, она может стать таковой, если научится свой Дар контролировать. А если нет…

– То умрет?

– К сожалению, – поморщился Кержак. – Проверить, есть ли у нее дар к вероятностной магии, очень просто. Возьмите ее с собой на биржу и попросите приобрести несколько акций неважно какой фирмы. В тот же день курс акций этой фирмы пойдет вверх. Об этом позаботится ее Дар.

– Этого можно и не делать… – задумчиво протянул господин Бармин. – Уже случалось кое-что в этом роде, но я не обратил внимания. И не однажды. А сейчас вспоминаю… Тогда всю биржу залихорадило и никто не понял, в чем дело, причин для роста цен на акции «Сарна-Тен» не было.