Текст книги "Измена, раскрытая попугаем. Моя месть остра (СИ)"

Автор книги: Хлоя Минт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)

Глава 4

Глава 4

Глава 4

Ульяна.

Внутри «Мерседеса» пахло дорогой кожей, едва уловимым шлейфом мужского парфюма и… манго. Гоша чавкал кусочком экзотического фрукта, который предусмотрительно захватила из дома. Евгений сидел рядом, глядя на дорогу.

Я уже начала привыкать к тому, что этот мужчина ворвался в мою жизнь, как тайфун, и, кажется, не собирался покидать моё личное пространство в ближайший год. Фиктивный брак. Звучит как название дешёвого сериала. А ощущается как… как прыжок с обрыва с закрытыми глазами.

– Держи, – произнёс Евгений, и в моих руках неожиданно оказался планшет. Новенький, тонкий, с логотипом «Велесов-Групп» на чёрном корпусе. – Ознакомься. Это твои новые должностные обязанности.

Покосилась на него с подозрением.

– Ещё один договор? – спросила с удивлением. – Вы, часом, не коллекционируете мои подписи?

– Это не договор, – он усмехнулся, не поворачивая головы. – Это правила. Как быть моей женой.

Я фыркнула, но планшет всё же включила. Экран загорелся, передо мной открылся документ с заголовком, написанным строгим канцелярским шрифтом:

«РЕГЛАМЕНТ СОВМЕСТНОГО ПРЕБЫВАНИЯ И ПУБЛИЧНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ СУПРУГОВ ВЕЛЕСОВЫХ»

Ну конечно, у него даже регламент есть. Наверное, с оглавлением и сносками.

– Супругов Велесовых? – переспросила я. – Мы ещё даже не поженились.

– Детали, – отмахнулся Евгений. – Читай.

Вздохнула и принялась листать. Первые пункты действительно выглядели разумно. Даже чересчур.

Пункт 1. Именование.

В присутствии третьих лиц Стороны обязуются обращаться друг к другу на «ты» и по именам (Евгений, Ульяна). Использование отчества в неформальной обстановке допускается только в ироническом контексте.

Пункт 2. Конфиденциальность.

Информация о фиктивном характере брака не подлежит разглашению третьим лицам, включая близких родственников, друзей, коллег, домашних животных и попугаев.

Я прыснула.

– Это вы специально про попугаев? – подняла глаза на Евгения.

– Разумеется, – невозмутимо ответил он. – Учитывая его говорливость… твой Гоша представляет угрозу корпоративной безопасности.

Гоша, услышав своё имя, отвлёкся от манго и проскрипел:

– Сладкая моя!

– Вот видишь, – Евгений кивнул. – Никакой цензуры.

Я покачала головой и продолжила чтение.

Пункт 3. Проживание.

Стороны проживают по адресу: жилой комплекс «Полянка-Делюкс», квартира 74. Спальные комнаты раздельные. Право на использование общего холодильника имеет каждая из Сторон. Кража еды карается устным порицанием.

– Кража еды? – переспросила. – А если я захочу ваш йогурт?

– Можешь брать, – спокойно ответил Евгений. – Но тогда я возьму что-нибудь из твоего. Это бизнес.

Пункт 4. Публичные мероприятия.

Посещение совместных мероприятий (деловые ужины, благотворительные вечера, корпоративы) является обязательным для обеих Сторон. График мероприятий предоставляется заранее. Отказ возможен только по причине форс-мажора.

Пункт 5. Социальные сети.

Стороны обязуются публиковать совместные фотографии не реже одного раза в неделю с подписями, соответствующими статусу счастливых молодожёнов. Рекомендуемые хештеги: #моясемья, #любимыймуж, #женамиллиардера.

– Жена миллиардера? – я подавилась смехом. – Это вы серьёзно?

– Абсолютно, – на его губах заиграла лёгкая усмешка. – Соцсети – это поле битвы за репутацию. Мы должны выглядеть убедительно.

Я перелистнула страницу. И вот тут началось.

Пункт 6. Утренний ритуал.

Стороны обязуются завтракать вместе каждое утро в 7:30, независимо от аппетита. Если одна из Сторон не голодна, она обязана составить компанию другой Стороне за чашкой кофе/чая. Завтрак в одиночестве допускается только при наличии письменного разрешения второй Стороны.

Пункт 7. Кольца.

Обручальные кольца являются обязательным атрибутом брака. Снимать их разрешается только на время сна, водных процедур и занятий, несовместимых с ношением ювелирных изделий (например, замешивание теста или бокс).

– Бокс? – я уставилась на экран. – Вы планируете боксировать?

– На всякий случай, – туманно ответил Евгений.

Пункт 8. Свидания.

Не реже одного раза в неделю Стороны проводят совместный досуг (далее – «Свидание»). График Свиданий утверждается ежемесячно. Минимальная продолжительность Свидания – два часа. Допустимые форматы: ужин в ресторане, театр, совместный поход по магазинам, прогулка в парке, катание на яхте.

Пункт 9. Взаимодействие с бывшими партнёрами.

При появлении бывшего партнёра одной из Сторон (далее – «Триггер») в радиусе видимости Стороны обязуются изображать страсть с коэффициентом убедительности не ниже 8 из 10. Допустимые проявления: объятия, поцелуи, томные взгляды, лёгкий флирт.

Я замерла.

– Коэффициент убедительности? – подняла глаза на Евгения. – Вы что, будете оценивать меня по десятибалльной шкале?

– По двенадцатибалльной, – уточнил он. – Для особых случаев.

Пункт 10. Интимная близость.

Не является обязательной. Однако в случае возникновения обоюдного желания Стороны вправе пересмотреть данный пункт в индивидуальном порядке.

Мои щёки вспыхнули. Я резко перевернула планшет.

– Это... – начала я, но слова застряли.

– Абсурдно? – подсказал Евгений с усмешкой. – Согласен. Но такова цена вопроса.

– Некоторые пункты, – я вновь открыла документ, – разумны. Даже играют мне на руку. Но остальные... завтракать вместе по расписанию? Изображать страсть с коэффициентом? Замешивание теста в одном списке с боксом?

– Тесто и бокс – разные категории, – заметил он. – Но оба требуют снятия колец.

Покачала головой, перечитывая некоторые пункты. Чем дальше, тем абсурднее.

Пункт 14. Совместные выходные.

Не реже одного раза в месяц Стороны обязаны проводить выходные вне города (далее – «Ретрит»). Допустимые направления: загородный дом, курорт, спа-отель. Отказ от Ретрита карается штрафом в виде десяти дополнительных публичных мероприятий.

Пункт 15. Домашние животные.

Попугай Гоша признаётся полноправным членом семьи. Запрещается обучать попугая нецензурной лексике, а также использовать его в качестве шпиона против второй Стороны.

– Господи, – простонала я. – Он у вас и шпионом поработать успел?

– Пока нет, – спокойно ответил Евгений. – Но я предупредил.

Я отложила планшет и уставилась на мужчину. Он сидел, откинувшись на сиденье, сцепив пальцы на животе, и, кажется, совершенно не выглядел смущённым.

– У меня вопрос, – произнесла я.

– Слушаю.

– Вы всегда так... структурируете свою жизнь? Или это только для брака?

– Для брака, – ответил Евгений. – В бизнесе у меня нет времени на спонтанность. А в фиктивном браке – тем более.

Я помолчала, затем снова взяла планшет и пролистала документ до конца. В самом низу, после пятнадцати пунктов, была пустая строка с пометкой: «Дополнительные условия по инициативе Стороны-2 (Ульяны Корсак)».

– Могу я добавить ещё одно правило? – спросила, поднимая глаза.

Евгений задумчиво кивнул.

– Разумеется. Для этого и оставлено место.

Я глубоко вздохнула, собираясь с духом.

– Я бы хотела, чтобы вы хоть предупреждали, когда собираетесь меня поцеловать.

В салоне повисла пауза. Настолько тихая, что стало слышно, как Гоша чистит перья.

Евгений не сводил с меня глаз. В его взгляде промелькнул интерес, вкупе с опасным весельем.

Он постучал пальцем по подлокотнику. Раз. Два. Три.

– Хм, – выдохнул мужчина наконец. – Посмотрим.

Я хотела возмутиться, но машина плавно остановилась.

– Мы, кстати, приехали, – произнёс Евгений, кивая в окно.

Повернула голову. За тонированным стеклом возвышался жилой комплекс «Полянка-Делюкс» – стеклянно-кирпичный гигант с панорамными окнами, отражающими утреннее небо. Клумбы с ровно подстриженными кустами, фонтан у парадного входа, швейцар в форменной ливрее.

Евгений вышел первым. Я поспешно отстегнула ремень, схватила переноску с Гошей и принялась выбираться из салона. Чемодан уже лежал в руках у швейцара, который возник словно из ниоткуда.

– Позволь, – раздался голос над ухом.

Евгений протянул мне руку. Я опешила. Он стоял у открытой двери, подавая ладонь, и в этом жесте было что-то джентльменское. Что-то из старых фильмов про аристократов.

– Ты же просила предупреждать о поцелуях, – негромко сказал он. – А про рукопожатия мы не договаривались.

Я фыркнула, но ладонь приняла. Его пальцы сомкнулись вокруг моей руки – тёплые, сильные, уверенные. Он помог мне выйти, на секунду я оказалась с ним слишком близко. Его дыхание коснулось моего виска.

– Добро пожаловать домой, Ульяна, – прошептал он.

Глава 5

Глава 5

Глава 5

Ульяна.

Я не могла отвести взгляд от квартиры.

Огромная гостиная с панорамными окнами во всю стену, за которыми просыпался город, казалась декорацией к дорогому фильму. Потолки – метра четыре, не меньше. Светлый паркет, будто его только что отполировали дыханием. Мебель – строгая, дорогая, с намёком на дизайнерскую сдержанность: кожаные диваны, стеклянные столы, встроенные полки с книгами, которые явно читали, а не поставили для антуража.

Стояла посреди этого великолепия с переноской в одной руке и с открытым ртом в прямом смысле. Почувствовав свободу, Гоша возбуждённо завозился и просунул клюв сквозь прутья.

– Офигеть, – выдохнула я, забыв о приличиях.

Евгений, уже успевший скинуть пальто и оставшийся в тёмной рубашке с закатанными рукавами, обернулся. Его бровь чуть приподнялась.

– Это твоя стандартная реакция на недвижимость? – поинтересовался он с лёгкой усмешкой.

– Это моя стандартная реакция на недвижимость, – обвела рукой пространство, – в которой можно заблудиться, даже не отходя от порога. Вы здесь живёте? Один?

– Теперь уже нет, – спокойно ответил он, проходя вглубь гостиной. – Теперь мы живём здесь. Ты, я и пернатый шпион.

Гоша, услышав про себя, гордо каркнул:

– Купи сум-мку!

Закатила глаза и наконец поставила переноску на пол. Гоша тут же затих, изучая новую территорию. А я медленно двинулась по квартире, чувствуя себя Золушкой, которая случайно попала не на бал, а сразу в королевские покои.

– Это кухня? – спросила, останавливаясь у барной стойки из чёрного мрамора. – Или выставочный зал?

– Кухня, – подтвердил Евгений, подходя ближе. – Холодильник укомплектован. Кофе-машина умеет всё, включая латте с рисунком. Если что-то понадобится – скажи, персонал принесёт.

Я моргнула.

– Персонал? – переспросила. – У вас тут есть персонал?

– Домработница приходит три раза в неделю, – пожал он плечами. – Повар – по запросу. Водитель – по расписанию.

– А садовник? – я усмехнулась. – Или у вас зимний сад на крыше?

– Нет, – невозмутимо ответил Евгений. – Но идея интересная.

Покачала головой и направилась к панорамному окну. Город внизу копошился, как муравейник, а здесь, на высоте, царила такая тишина, что становилось почти страшно. Я прижала ладонь к прохладному стеклу и замерла.

– Не верится, что здесь может жить всего двое, – пробормотала, не оборачиваясь.

Евгений подошёл сзади. Я почувствовала его приближение по лёгкому скрипу паркета, едва уловимому запаху парфюма, по теплу, которое он, казалось, излучал всем телом.

– Здесь может жить двое, – сказал мужчина негромко. – Если один из них – я, а второй – ты.

Я замерла. Его голос прозвучал слишком близко.

Медленно обернулась.

Он стоял в шаге от меня – высокий, расслабленный, с полуулыбкой. Его тёмные глаза скользнули по моему лицу: от глаз к губам, от губ к шее, и снова вверх.

– А знаешь, – вдруг произнёс он, чуть наклоняясь, – твоё правило о поцелуях... Я подумал и решил, что оно скучное.

Сердце ёкнуло.

– Что? – прошептала, отступая на шаг. Лопатки упёрлись в холодное стекло.

– Очень скучное, – повторил он, в его голосе зазвучало опасное мурлыкающее веселье. – Так что я, пожалуй, оставлю за собой право на спонтанность.

Мой босс наклонился ещё ниже. Его лицо оказалось непозволительно близко. Я видела каждую чёрную ресничку, каждую пору на его смугловатой коже, каждую едва заметную искорку в глубине его глаз. Моё дыхание сбилось.

– Евгений, – выдохнула, упираясь ладонями в его грудь. – Вы...

– Ты, – поправил он, не сводя с меня взгляда. – Мы, кажется, договаривались на «ты».

– Мы ещё не на людях, – прошептала я, ненавидя себя за дрожь в голосе.

– Значит, у нас тренировка, – усмехнулся он и подался вперёд.

В этот самый момент щёлкнул замок входной двери.

Я вздрогнула так, будто меня застукали за чем-то постыдным. Рефлекс сработал быстрее разума: ладони, упиравшиеся в его грудь, резко толкнули вперёд.

– Ой! – вырвалось у меня.

Евгений, к моему величайшему удивлению, не устоял. То ли он не ожидал такого напора, то ли просто подыграл, но его тело качнулось назад, и он с почти комичной грацией отступил на шаг, ещё на полшага, зацепился ногой за край кресла, развернулся и с мягким шлепком опустился прямо в него.

Одним движением.

Как будто этот манёвр был отрепетирован годами.

Он сидел в кресле – нога закинута на колено, локоть на подлокотнике, подбородок опущен на переплетённые пальцы. Взгляд тёмный, смеющийся, абсолютно не растерянный.

– Однако, – только и произнёс он.

Я почувствовала, как краска заливает щёки. От корней волос до самой шеи.

– Простите! – прошептала, бросаясь к нему. – Я не хотела! Вы не ушиблись?..

– Ульяна, – мужчина поднял ладонь, останавливая меня. В его голосе слышалось с трудом сдерживаемое веселье. – Я в полном порядке. А вот дверь, кажется, только что открыла наш персонал.

Я замерла на полпути и медленно обернулась.

В дверях гостиной стояла женщина лет пятидесяти, в аккуратном сером платье и с идеальной укладкой. В руках она держала стопку свежих полотенец. Её лицо выражало профессиональную невозмутимость, какая бывает только у людей, которые за годы работы в богатых домах научились не удивляться вообще ничему.

– Доброе утро, Евгений Павлович, – произнесла она ровным голосом. – Я принесла постельное бельё в гостевую спальню. И заодно хотела уточнить меню на завтрак.

Евгений, всё ещё сидя в кресле, повернул голову к женщине. В его лице не дрогнул ни один мускул.

– Доброе утро, Марта Степановна, – отозвался он. – Познакомьтесь: это Ульяна Александровна, моя невеста.

– Очень приятно, – пролепетала я, чувствуя, как щёки пылают, а сердце колотится где-то в пятках.

Марта Степановна перевела взгляд на меня. В её глазах мелькнуло лёгкое любопытство, но тут же исчезло, сменившись деловой вежливостью.

– Взаимно, – кивнула она. – Завтрак подать на двоих?

– Да, – ответил Евгений, поднимаясь с кресла так плавно, будто ничего не произошло.

Глава 6

Глава 6

Глава 6

Евгений.

Я сидел в кабинете и тупо смотрел в монитор.

Отчёт по сделке с Ближним Востоком был открыт уже минут двадцать, но я не прочитал ни одной строчки. Цифры расплывались перед глазами, буквы складывались в бессмысленные комбинации. Всё, что я видел – это она.

Ульяна. Моя секретарша. Моя невеста по фиктивному договору. Моя... чёрт, я даже мысленно не мог подобрать слово, которое бы точно описывало, кем она для меня стала за последние несколько дней.

Откинулся на спинку кресла и уставился в потолок. Там, как назло, снова всплыло её лицо. Шатенка с голубыми глазами, которые смотрели на меня то с возмущением, то с испугом.

Она красивая. Я понял это давно. Ещё в тот день, когда она впервые вошла в мой кабинет на собеседование – собранная, деловая, с идеальным пучком на затылке и горящими глазами. Тогда я подумал: «Опасная женщина. Лучше держать её на расстоянии». Но разве я умею держать дистанцию?

Нет. Я умею только притворяться, что мне всё равно.

А на деле – с того дня я ловил каждый её жест. То, как она поправляет прядь за ухо, когда нервничает. Как щурится, если недовольна. Как улыбается, когда думает, что её никто не видит. Как пахнет – цитрусом и чем-то тёплым, утренним.

И вот она снова в моей голове. В моём кабинете. В моей жизни.

Я поморщился и потёр переносицу. Надо было признаться хотя бы самому себе: я согласился на всю эту авантюру не из-за арабских партнёров и не из-за Совета директоров. И даже не из-за того, что мне вдруг понадобилась декоративная жена.

Согласился, потому что хочу быть рядом с ней. Потому что когда она раскрасневшаяся и дрожащая попросила поцеловать её «для фото», я едва не сорвался. Потому что её губы – тёплые, мягкие, чуть приоткрытые – стали моим наваждением.

Ах, поцелуй...

Я снова закрыл глаза, перед мысленным взором вспыхнула та сцена. Её испуганный взгляд, её ладони на моей груди, её дыхание – сбившееся, горячее. Я целовал её не для фото. Я целовал её, потому что хотел. Потому что с самого утра хотел. Потому что, если бы не этот дурацкий контракт и не её просьба, я бы нашёл другой повод.

И теперь, сидя в кабинете, снова хотел поцеловать её. До ломоты в челюстях. До тупой, пульсирующей боли под рёбрами.

Я резко выдохнул и поднялся с кресла. Чёрт. Так дальше нельзя. Скоро совещание, а я тут, как подросток, изнываю по собственной секретарше. Надо выйти, проветрить голову, глянуть, чем она там занята. В конце концов, у меня есть законный повод: скоро совещание, нужно убедиться, что документы готовы.

Поправил галстук и направился к двери. Но когда распахнул её, то замер на пороге.

У стойки секретарши, где Ульяна что-то сосредоточенно печатала, ошивался стажёр из юридического отдела, которого я видел в коридорах, но чьего имени даже не удосужился запомнить.

Он стоял слишком близко к ней. Слишком. Его локоть опирался на стойку, корпус был наклонён вперёд, а на лице сияла улыбочка. Улыбочка самовлюблённого щенка, уверенного, что весь мир у его ног.

– Ульяна Александровна, – промурлыкал он, – а я вам шоколадку принёс. Бельгийскую. Вы же любите сладкое?

Я видел, как Ульяна подняла глаза от монитора. Её брови чуть приподнялись – она явно не ожидала такого внимания. А потом её взгляд скользнул на шоколадку – яркую, в золотистой фольге, – и на её губах мелькнула вежливая, но совершенно нейтральная улыбка.

– Спасибо, но не стоило, – ответила она, не протягивая руки.

– Ну почему же? – стажёр качнулся ещё ближе. – Вам, наверное, грустно весь день сидеть одной. Может, сходим как-нибудь на кофе? Или на обед?

Внутри у меня что-то щёлкнуло. Низко, глухо, как взведённый курок.

Ревность. Она поднялась из глубины живота, горячая, жгучая, и растеклась по венам. Я почувствовал, как сжались кулаки, как заиграли желваки. Этот мальчишка стоял в моём офисе и звал мою жену на обед. Нагло, прилюдно, даже не подозревая, что он в полушаге от катастрофы.

– Обед у меня, к сожалению, расписан, – вежливо сказала Ульяна, но я слышал в её голосе лёгкое раздражение. – И кофе тоже.

– А после работы? – не унимался щенок.

Я сделал шаг вперёд.

– После работы у неё свидание, – произнёс я, мой голос прозвучал так, будто разрезал воздух ножом. – Со мной.

Стажёр вздрогнул и резко обернулся. Его глаза расширились при виде меня, а шоколадка едва не выпала из пальцев.

– Евгений Павлович! – выдохнул он, выпрямляясь так резко, будто проглотил кол. – Я... я не знал...

– Теперь знаешь, – спокойно произнёс, приближаясь к стойке. – Ульяна Александровна – не просто секретарь. Она моя невеста.

Ульяна замерла. Её щёки вспыхнули, а глаза широко распахнулись. Она явно не ожидала, что я объявлю об этом так прямо, в офисе, перед стажёром. Но мне было плевать. Пусть все знают. Пусть каждый, кто попытается подкатить к ней, понимает, чем это кончится.

Стажёр побледнел и отступил на шаг.

– Простите, – пролепетал он. – Я не хотел... Мне сказали, что она свободна...

– Ошибочная информация, – перебил я. – И совет: займись лучше квартальным отчётом, который ты должен был сдать ещё вчера. Иначе твоя стажировка закончится раньше, чем успеешь купить ещё одну шоколадку.

Парень сглотнул, судорожно кивнул и, бормоча извинения, буквально испарился в коридоре. Шоколадка осталась лежать на стойке – бедная, помятая, всеми забытая.

Я перевёл взгляд на Ульяну.

Она смотрела на меня, приоткрыв рот. В её глазах плескалась смесь удивления и смущения.

– Вы... – начала она, но осеклась. – Ты... ты зачем это сделал?

– Чтобы он больше не подходил, – ответил, не сводя с неё взгляда. – И чтобы все в офисе знали: ты занята.

– Мы ещё даже не женаты, – прошептала она, но в её голосе не было протеста.

– Формальность, – пожал я плечами и, наклонившись, поднял с стойки злополучную шоколадку. – А это, я полагаю, тебе не нужно.

Она покачала головой, на её губах промелькнула лёгкая улыбка.

– Нет, – сказала она. – Я не люблю бельгийский.

Я усмехнулся и швырнул шоколадку в мусорную корзину у стойки.

– Вот и славно. Идём. Скоро совещание, а мне нужно, чтобы ты была рядом.